Жанр: Политика

Разговор с варваром

сторінка №5

талан­том в такого рода борьбе: умели держаться вместе,
поко­рять своей дерзостью, устраивать набеги, устрашать вра­гов. Такие качества
им пригодились на раннем этапе ста­новления капитализма в России. Но затем
чеченцы стали проигрывать. Борьба за власть вылилась в более сложные процессы
(накопление капитала, большая политика, борь­ба культур), в которых чеченцы
плохо разбирались. К тому же русские наконец-то поняли, что в стране идет
скрытая борьба национальностей, и дали отпор. Чеченцы вовсе не ушли в тень, как
говорит Нухаев, а просто проиграли.

К 1994 году чеченская власть была сломлена - по крайней мере в большинстве
регионов России. Чеченская община распалась. Чеченцам осталась только надежда
унаследовать разрушенную Чечню. То государство и та ци­вилизация, которые Нухаев
так презирает, все-таки одер­жали победу.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. НАРОДНАЯ ОБЩИНА.

КРОВНО-РОДСТВЕННЫЙПОРЯДОК

[ПХ]Почему вы считаете чеченцев единственным со­хранившимся исламским народом?

[Х-АН]Дело в том, что у нас нет государства. Государство имеет свои интересы:
оно должно идти только на обогащение - только на средства можно держать
государство - и, естественно, старается способст­вовать экономическому росту и
служить базой для прогресса. А нация и религия имеют совершенно другие законы.

Я недавно начал работать над программой для Чечни об устройстве чеченского
общества. Я для се­бя хотел понять все тонкости западного устройства, демократии
и авторитаризма. Что такое вообще го­сударство? Что же нам, чеченцам, нужно?
Начиная над этим работать, я понял, что враг всему - это го­сударство. Но есть
ли альтернатива государству?

Были анархисты. Я над ними стал работать, смотреть. Почему они не смогли найти
альтернатати вы государственному порядку? Толстой, скажем, радикальный анархист,
который с позиции религии отрицал государство как противное Богу, но его бе­да в
том, повторюсь, что он не нашел ту обществен­ную систему, в которой работал
принцип "око за око". Чтобы не было за одно око два ока или на­оборот. Поэтому
его и понесло в другую сторону: ударили по одной щеке, подставь вторую щеку.

Государство помогает организоваться людям, чтобы не было хаоса. А я защищаю
противопо­ложную организацию: родоплеменную. Мы не­правильно понимаем, что такое
нация. Мы не­правильно понимаем, что такое родоплеменная система. Это есть
организация. Родственная. Это более широкая организация, чем та, которая
ба­зируется на отдельных людях, на семьях, скажем. Она базируется на кровном
родстве, то есть на кланах, кровно - родственных кланах.

[ПХ]Значит, родоплеменная система - это негосудар­ственный общественный порядок.
Он царствует до появления государства. Затем появляется госу­дарство и
постепенно эту родоплеменную систему уничтожает?

[Х-АН]Родоплеменная система решительно не вписыва­ется в рамки государства, в
устоявшиеся стереоти­пы мышления "государственных людей". Государ­ство
целенаправленно уничтожает традиции, обы­чаи, национальную самобытность.
Государствен­ный порядок ставит общество перед неизбежной потерей национального
духа и религиозности.

В одной своей статье Нухаев так охарактеризовал идеаль­ный общественный строй:

"Основой этой системы являются кровно-родственные семьи (кланы), выстраивающиеся
на "семеричной" основе, то есть являю­щиеся объединениями родственников,
происходящих по мужской ли­нии от единого предка в седьмом колене. Все члены
кровно-родствен­ного клана являются по отношению друг к другу братьями - от
род­ных до семиюродных - и связаны взаимными обязательствами, важ­нейшим среди
которых является кровная месть,.. Кровно-родствен­ная семья с ее семью
иерархическими ступенями (клан) объединяет­ся с другими кланами, имеющими с ней
генетическую общность, и та­ким образом создается род... Группа родов, связанных
между собой территориальным соседством... образует союз родов - племя".

[Х-АН]Родоплеменная система всеми воспринимается как анахронизм, как причина
всех наших бед. Те же марксы, Энгельсы и другие неправильно ее по­нимали.

[ПХ]Для большинства русских подобная родоплемен­ная система чужда. Предположим,
русский приез­жает в Чечню, в вашу Чечню, устроенную по ва­шей кровнородственной
системе, и объявляет, что очень хочет принять ислам, стать чеченцем,
говорить по-чеченски и так далее. Но его же все равно не примут.

[Х-АН]Он мог бы попасть под защиту одного из кланов.

[ПХ]Это не значит быть полноценным членом этого клана.

[Х-АН]Он не может быть свободным, не имея защиты. А чтобы иметь защиту, он
должен быть среди своих родственников. Человек, не имеющий кровно­родственных
связей, - раб. Если вы просто так придете в Чечню, вас никто не примет. Но вы
мо­жете стать под защиту одного из кланов как сво­бодный человек.

Кровно-родственный порядок, который описывает Нухаев, - это замкнутое общество.
Всякое общение там огра­ничено. Знание не идет за пределы общины. Новшеств
ма­ло. Нет никакого простора. Человек находится под строгим надзором семейных
старшин. В таком обществе тесно и, в конце концов, скучно. Недаром выходцы таких
кровно-род­ственных общин по старой традиции рвутся на чужбину, чтобы там
завоевать себе территорию, добыть достояние или как-то еще себя "проявить".
Повеселившись, просла­вившись своими "подвигами", молодой джигит может спо­койно
вернуться в свою добрую, уютную общину.

[ПХ]Вы, наверное, знаете, что ваша кровно-родствен­ная система распадается почти
по всему миру се­годня. В Западной Европе, например, идет бур­ный процесс
смешения всех народов. Там люди потеряли веру в важность кровного родства,
потя­нулись к противоположной модели устройства общества - американской. Почти
все западно-ев­ропейские страны сейчас принимают колоссаль­ное количество
эмигрантов разных национальностей и тем самым размывают свои коренные на­роды.
Среди крупных стран развитого мира уже трудно найти этнически однородные
общества, может быть, только Япония, Корея, еще кто-то.

[Х-АН]Я понимаю. Если по этому пути идти, Россия то­же не сможет устоять. Хотя
русские часто сами се­бя называют Иваном Непомнящим - то есть без­родным, тем не
менее русские не утеряли своего кровно-родственного начала.

Конечно, сразу невозможно это все возродить. Надо повернуться к тому этапу,
который уже пройден. Монарх был последний, да? Монархиче­ское государство. Царь
был. Теперь надо вернуть­ся к этому.

[ПХ]К монархии?

[Х-АН]Естественно. На чем держится монархия? На ари­стократии. Правильно?

[ПХ]Значит, Россия спасется, когда создаст себе новую аристократию?

[Х-АН]Конечно. Что такое аристократия? Те, которые

рождены быть свободными. Раз заложены деньги, они обязательно начинают родство
развивать. Ус­ловия защиты сами ведут к родословности. Те, ко­торые не могут по
родству жить, они не будут объединяться. Они будут россыпью жить. Они должны
будут обязательно идти под чью-то защи­ту, то есть рабами жить.

[ПХ]То, что вы предлагаете, может быть, способно спасти маленькую Чечню, но не
огромную Рос­сию. Это для нее не приемлемо.

[Х-АН]Приемлемо, я считаю. Аристократия была еще не­давно в России. Правильно?
Монархия держалась на этой родоплеменной системе, на аристократии. Но
аристократия в России стала вся рыхлая, непонят­ная, потеряла свое внутреннееЗдесь только обратный процесс надо ввести. Возврат к монархии Россия должна
сделать. Цель этого возврата не та имперская монархия, которая была, - она все
время только деградировала, разру­шала нацию. Нужно повернуть в обратное
направ­ление, откуда она шла, к родоплеменной системе.

В другой газетной статье Нухаев объясняет:

"Порядок, который я предлагаю, строится на законах, имею­щих прочные и
живительные корни в наших традициях. Эти тради­ции несут в себе тысячелетний
опыт бытия нашей нации и смыка­ют его с вечностью. Они не могут меняться по
прихоти отдельных лиц, охваченных реформаторским пылом. Французский философ ЖанЖак
Руссо писал: "Именно великая древность законов и дела­ет их священными и
почитаемыми. Потому что народ уже скоро на­чинает презирать такие законы,
которые на его глазах ежедневно меняются, и потому что, привыкнув пренебрегать
старыми обыча­ями, люди часто вносят большее зло, чтобы исправить меньшее".

[Х-АН]Этнос или народ - нация, то, что состоит из ро­дов и племен, что
базируется на кровном родстве. Если исходить из этого понятия и с этой целью, то
монархия обязана восстановить нацию, восста­новить народ. Цель монархии - это
движение, которое идет в обратную цель. А если обратный процесс, там уже сложная
экономика не нужна. И не нужно таких денег. Люди сами себя обеспечат. И вполне
будут жить нормально. Только так мож­но спасти экологию, все остальное. Только
это спасительный путь. А так - пропасть. Человече­ство идет в пропасть.


Красиво сказано. Но меня такое заявление беспокоит. Ну­хаев все хочет загнать
нас в какую-то глухую деревушку, без современной технологии.

Все это чушь, конечно. Если кто-то не понимает почему, я напомню, как выглядел
бы мир без цивилизации. Ни электриче­ства, ни автомобилей, ни телефонов не было
бы. К этому, пожа­луй, можно было бы привыкнуть. Ведь русский мужик ценит
чи­стую природу... Однако отказаться от цивилизации - значит отказаться и от
общения с внешним миром, и от современной медицины, и даже от письменности. Что
значит жить без циви­лизации - можно наблюдать в Афганистане или самых диких
районах Африки. Вот там крепок кровно-родственный поря­док, а государство и его
законы еле действуют. Результат нали­цо: постоянные кровопролития, бедность,
грязь, невежество.

Нет, человек строит цивилизацию, как раз чтобы изба­виться от страданий,
невзгод, грубости и бескультурья. Циви­лизация создается не по какой-то
дьявольской затее. Наобо­рот, ее строительство - одна из заповедей Господа Бога,
ко­торый поставил человека царствовать над землей.

Конечно, строительство цивилизации всегда сопровож­дается потерей чего-то
незаменимого в человеческой душе, чего-то такого, чем человек обладал, когда был
ближе к при­роде. Более того, при восторжествовавшей цивилизации че­ловек может
потерять Бога, потерять познания добра и зла, он может забыть ту соборность, с
которой Христос запове­дал людям жить вместе.

Ну что ж, человеку суждено жить в несовершенстве. Эти противоположные полюсы -
ясные вершины цивилизации и теплота примитивной общины - всегда будут тянуть нас
в разные стороны. Наилучшее, на что мы можем надеяться, - это прийти к
равновесию между ними.

[Х-АН]Семья как родоплеменной организм является

препятствием развитию цивилизации. Например, все эти фирмы, которые сегодня
царствуют над российской экономикой, - они все искусствен­ные, государственные.
И поэтому, когда вы гово­рите "общественное доверие", - это не общест­венное
доверие, а государство, которое может за­ставить людей соблюдать контракт. Вы
правильно говорите, что кровно-родственная система не мо­жет породить сложную
экономику. Только при го­сударстве могут быть созданы эти сложные кон­трактные
условия. Но мы и не тянемся к этому.

У чеченцев, как и во многих первобытных обществах, кровно-родственный клан
определяется до седьмого отца; то есть твои родственники - это все те, у кого
был общий пре­док (по мужской линии) семь поколений назад. У тебя может быть
несколько сотен родственников, и ты должен с ними считаться. Ты знаешь, что они
тебе в трудную минуту помогут, но и ты обязан им помогать. Получается что-то
вроде всеоб­щего благополучия. Но только внутри семьи. Вот почему об­щество,
основанное исключительно на кровно-родственных связях, не может быть
цивилизованным: оно не способно предложить благополучие всем членам общества.
Любая вза­имопомощь останавливается на пороге семьи.

Да, существует старинный достойный обычай помогать путешественникам, вроде бы
отражающий веру в честность постороннего человека. Но такое гостеприимство редко
ока­зывалось иноверцам. Чаще отношение к ним было хищное и враждебное. В Чечне,
как и во многих родоплеменных куль­турах, воспеваются бандитизм и война.
Иноверцев и пред­ставителей других племен следует грабить, порабощать или
убивать. Мирная жизнь и честный труд не уважаются. Ковар­ство и смелость - вот
добродетели.

На таких добродетелях действительно невозможно пост­роить серьезную цивилизацию,
на таких добродетелях обще­ство действительно останется на уровне варварства.

Русь, напротив, из маленького племени выросла в вели­кую мировую цивилизацию
благодаря исключительно широ­кому пониманию кровно-родственных связей. Братьями
и се­страми назывались все русские - особенно в момент всеоб­щей опасности.
Родной бабушкой или родным дедушкой, по древнему обычаю, считался каждый пожилой
человек. Ши­рота души, присущая славянскому человеку, и уникальное понятие
соборности (духовное единение народа), присущее православному христианству,
выражались в том, что русский человек считал своей родной семьей весь народ, а
не только узкий клан до седьмого отца, как принято на Кавказе.

Более того, русские умели сродниться со всеми своими географическими соседями.
Русь никогда не была и никогда не будет страной племеннозамкнутой. В великую
русскую реку всегда вливались ручейки других народов. Воды переме­шались, и
получилось единое племя, единое семейство, еди­ный народ. Именно поэтому русские
построили великую ци­вилизацию, в то время когда горцы на Кавказе все еще
изме­ряли свое богатство овцами.


[ПХ]В ваших рассуждениях о кровно-родственных

связях и преимуществах варварства я слышу тео­рию нацизма. Вы хвалите именно то,
что стара­лись делать фашисты и нацисты в Европе, воз­рождая свои древние
племенные связи, отвергая христианство, призывая к старым обычаям и так далее.

[Х-АН]Нет. Те же русские националисты, которые сего­дня хотят возрождать Великую
Россию, - это не националисты, это нацисты, шовинисты. Поче­му? Потому, что этот
национализм огосударств­ленный. И те, кто хочет через государственную призму
видеть национальное, к нацизму только и приведут.

[ПХ] Допустим, вы правы по поводу превосходства варварских начал и
негосударственного порядка, но назад-то уже не повернешь. Города построены,
цивилизация существует.

[Х-АН]Я и говорю, что последний остов - это Чечня. И оттуда, вы увидите, как все
пойдет дальше.

[ПХ]Если применить вашу модель - будь это национа­лизм государственный или
негосударственный к другим странам, потребуется возврат к прошло­му. А этот путь
может быть очень кровавым, очень жестоким. Потому что многих людей нужно будет
гнать, вырывать с корнями...

[х-АН]Нет, нет, нет. Это нужно только в том случае, ес­ли во главе государства
остается чиновник. Но если во главе государства ставится вместо чи­новника
монарх... А монарх может держаться только на определенных законах. То есть он
хо­чет не хочет, но должен возрождать аристокра­тию. Он не может на насилии
держаться. На на­силии как раз уничтожается все родоплеменное. На насилии не
возрождается нация. Поэтому не чиновник должен возглавлять, а помазанник Бога.

[ПХ]Если вашу родоплеменную систему воплощать в жизнь - это будет невероятно
жестокий про­цесс. Даже на уровне маленького общества. Возьмем какую-нибудь
черкесскую деревню, где живет семьдесять процентов черкесов и тридцать процентов
людей другой национальности. Чтобы возродить эту деревню как единое племенное
об­щество, не требуется вмешательства государства. Достаточно собраться
сельчанам-черкесам и объявить: теперь здесь будут только черкесы, а вы, другие,
убирайтесь восвояси. Этот процесс мы наблюдали в Чечне во время принудительной
"чеченизации" в начале 90-х, в Боснии, в Косо­во. Этническая чистка. И
государство здесь ни при чем.

[Х-АН]Я согласен. Очень много начнется эмиграции, действительно. Но я же не
говорю: сразу разру­шить государство. Я говорю: монархию нужно возродить. Тогда
перед народом поставлена задача в этом направлении идти - к родоплеменной
си­стеме. В этом случае идет возрождение. А так, как вы говорите, конечно,
моменты насилия должны будут присутствовать. Когда государство строи­лось, разве
не в тысячи раз больше крови проли­валось? А здесь, если все это будет
происходить, все будет происходить от имени Бога и законами Бога. Ты не можешь
отнимать, ты не можешь уби­вать. То есть все расписано. Ты не можешь за эти
рамки выходить. А когда ты отдаешь власть в руки тех, кто будет жить в рамках
закона Божия, то все эти моменты насилия регулируются.

В том-то и дело, что ислам слабо регулирует эти вопросы. Но об этом позже...

ЗАКОН ВОЗМЕЗДИЯ

Кровная месть... Многие при упоминании этого принципа представят себе какие-то
страшные убийства, жуткие распри между кавказскими кланами... Однако Нухаев
воспевает кровную месть как самую важную основу справедливого об­щества. Вот что
он пишет:

"Можно долго приводить примеры того, как государство разру­шает кровное
родство... Те, кто способны замечать вокруг себя ха­рактерные приметы жизни,
смотрят телевизор и читают газеты, поймут, о чем я говорю: брошенные дети, не
знающие не то что сво­их предков - даже своих родителей; дома для престарелых;
квар­тирные тяжбы между ближайшими родственниками; братья, не встречающиеся
годами, живя в одном городе; убийства и инцесты внутри семей - это перечисление
бесконечно, но вся его суть сво­дится к катастрофическому распаду семьи и
кровного родства у так называемых "цивилизованных" народов, живущих в
государствах.

В чем же первопричина этого распада? Государство в любой точке земного шара
решительно выступает против "дикого" пе­режитка кровной мести, монополизируя в
своих руках естественное для любого человека чувство возмездия за причиненное
ему и его близким зло. А если и допускает кровную месть, то вытравли­вает из нее
важнейшую, фундаментальную ее суть, ее смысл - принцип коллективной
ответственности, являющийся главным стержнем сохранения кроено-родственной
общинности... Передав право суда и возмездия государству, люди теряют самый
главный элемент, сохраняющий семью, кровно-родственную общину, нацию от
распада...


Коран ясно показывает, что возмездие должно быть равноцен­ным, то есть статус (в
самом широком смысле) объекта мести должен соответствовать его жертве. Иначе
говоря, если убит мужчина, ответному возмездию - при отсутствии условий для
прощения - должен подвергнуться мужчина, даже если убийство совершено женщиной.
Совершенно очевидно, что в этом случае возмездие падет на одного из близких
родственников убийцы-жен­щины. Одно только сознание того, что за убийство может
пост­радать не прямой виновник преступления, а кто-то из близких родственников,
накладывает мощный психологический мораторий на саму мысль об убийстве,
заставляет людей обуздывать гнев, смирять страсти, не поступать безрассудно"1.

[ПХ]Самый яркий пример превосходства кровно-род­ственной системы над
государственной - это кровная месть?

[Х-АН] Да, главный закон, конечно, - возмездие.

[ПХ]И чем оно лучше гражданского суда?

[Х-АН] В судах не может быть справедливости.

Послушаешь Нухаева и поймешь: идеология его очень удобна для бандита. Для
бандита естественно отрицать го­сударство и закон, считать всех остальных
баранами и раба­ми. Это идеология Раскольникова.

[ПХ] На Западе считают, что кровная месть свидетель­ствует о примитивности и
отсталости народов. Та же Сицилия, например.

[Х-ан]У них не кровная месть. Это убийство.

[ПХ]Нет, у них это называется вендетта. Принцип

кровного родства и кровной мести сильно затор­мозил экономическое развитие
Сицилии, несмот­ря на богатую духовную жизнь ее жителей.

[х-АН]Правильно. Но я и говорю, что не должно быть ни­какого экономического
развития. Закон должен быть против прогресса. Форма национальная также должна
против прогресса быть. Потому что Бог со­здал живое. А прогресс рождает только
мертвое.

Нухаев считает, что советские и русские ученые непра­вильно поняли суть кровной
мести. Пытаясь лучше объяс­нить этот принцип, он цитирует Солженицына. Я отыскал
то, что пишет Солженицын в своем великом произведении "Ар­хипелаг ГУЛАГ" о
кровной мести и вообще о чеченцах в пе­риод их ссылки в Среднюю Азию:

"Была одна нация, которая совсем не поддалась психологии по­корности, - не
одиночки, не бунтари, а вся нация целиком. Это - чечены...

Я бы сказал, что изо всех спецпереселенцев единственные чече­ны проявили себя
зеками по духу (в отличие от немцев, греков, ко­рейцев, крымских татар и других
ссыльных народов. - П.Х.). После того как их однажды предательски сдернули с
места, они уже боль­ше ни во что не верили. Они построили себе сакли - низкие,
тем­ные, жалкие, такие, что хоть пинком ноги их, кажется, разваливай. И такое же
было все их ссыльное хозяйство - на один этот день, этот месяц, этот год, безо
всякого скопа, запаса, дальнего умысла. Они ели, пили, молодые еще и одевались.
Проходили годы - и так же ничего у них не было, как и вначале. Никакие чечены
нигде не пы­тались угодить или понравиться начальству - но всегда горды пе­ред
ним и даже открыто враждебны. Презирая законы всеобуча и школьные
государственные науки, они не пускали в школу своих де­вочек, чтобы не испортить
там, да и мальчиков не всех. Женщин своих они не посылали в колхоз. И сами на
колхозных полях они не горбили. Больше всего они старались устроиться шоферами:
уха­живать за мотором - не унизительно, в постоянном движении ав­томобиля они
находили насыщение своей джигитской страсти, в шоферских возможностях - своей
страсти воровской. Впрочем, эту последнюю страсть они удовлетворяли и
непосредственно. Они принесли в мирный, честный, дремавший Казахстан понятие:
"украли", "обчистили". Они могли угнать скот, обворовать дом, а иногда и просто
отнять силою. Местных жителей и тех ссыльных, что так легко подчинились
начальству, они расценивали почти как ту же породу. Они уважали только бунтарей.

И вот диво - все их боялись. Никто не мог помешать им так жить. И власть, уже
тридцать лет владевшая этой страной, не могла их заставить уважать свои
законы...

Для чечена главная сила на земле: кровная месть.

Мы, европейцы, у себя в книгах и в школах читаем и произносим только слова
презрения к этому дикому закону, к этой бессмыслен­ной жестокой резне. Но резня
эта, кажется, не так бессмысленна:она не пресекает горских наций, а укрепляет
их. Не так много жертв падает по закону кровной мести, - но каким страхом веет
на все окружающее! Помня об этом законе, какой горец решится ос­корбить другого
просто так, как оскорбляем мы друг друга по пьян­ке, по распущенности, по
капризу? И тем более какой нечечен ре­шится связаться с чеченом, сказать, что он
- вор? или что он груб? или что он лезет без очереди? Ведь в ответ может быть не
слово, не ругательство, а удар ножа в бок. И даже если ты схва­тишь нож (но его
нет при тебе, цивилизованный), ты не отве­тишь ударом на удар: ведь падет под
ножом вся твоя семья! Чече­ны идут по казахской земле с нагловатыми глазами,
расталкивая плечами, - и "хозяева страны" и нехозяева, все расступаются
поч­тительно. Кровная месть излучает поле страха - и тем укрепля­ет маленькую
горскую нацию"'.[Цитата по книге: СолженицынА. Архипелаг ГУЛАГ 1918-1956. Ч. 6
// Собр. соч. Т. 6. М., 2000. С. 413-417.]

[Х-АН Для возрождения нации просто нужно из главных принципов исходить:
единобожие, общинная си­стема и закон возмездия.

Как закон возмездия правильно трактовать? Как коллективную ответственность. Вот
это, я считаю, достаточно для фундамента.

Второй момент: общинная система жизни. Не государственная - а общинная. А закон
возмез­дия вписывается в общинное сознание. Кровная месть - это принцип
возмездия, который не на индивидуальной ответственности основан, как в
цивилизованных странах, а на коллективной.

При такой коллективной, общинно-кровно­родственной ответственности каждый
человек по­падет под строгий контроль своих родственников, ближних, он будет на
виду и не сможет скрыть ни один свой серьезный проступок и ни один про­ступок не
останется без наказания.

[ПХ]Сыновья и внуки ответственны за грехи своих предков?

[Х-АН]Те, которые при жизни общиной живут и вместе находятся, - да. Но здесь
нельзя сказать одним словом. Каждый случай должен рассматриваться, но сам
принцип должен быть: коллективная от­ветственность.

Стоит заметить, что именно на коллективной ответствен­ности и принципе кровнородственной
связи основано ре­шение Сталина сослать чеченцев в 1944 году.
Несколько ты­сяч отдельных чеченцев решили сотрудничать с немцами? Значит, все
чеченцы должны отвечать.

[ПХ]Получается, случайный член семьи может пасть жертвой мести?

[Х-АН]Закон говорит: тот, кто безвинного убьет, - ему не будет прощения. Но кто
безвинный? Вот здесь играет этот коллективный момент. Скажем, человек берет
кого-то и убьет. Тогда уже родст­венники потерпевшего будут смотреть: кто был
убийца и кого убили. Если убийца был какой-нибудь незначительный человек, а
погибший был какая-то достойная личность, они скажут: ну мы среди вас достойного
вашего убьем. Это будет правильно.

Принцип кровной мести касается только лю­дей в пределах одного общества. Мстить
может только ближний. Он может мстить родственни­кам до седьмого колена.

Там, где мы говорим о кровном возмездии, от этого не воюют народы между собой.
Даже кланы между собой так не воюют. Есть просто виновные и невиновные. Виновных
никто не защищает. В этой системе невозможно виновного защитить, потому что
против него там начинает весь народ работать. Коран говорит: вот виновный. За
ви­новного не может заступаться никто. В его клане, наоборот, все будут рады,
если виновного захотят те убивать, а не кого-то из них. Вот у кого жертва есть,
они делают выбор. То ли виновного убивать, то ли среди его родственников
достойного уби­вать. Они думают. Захотят - простят, захотят - убьют. Вот такие
принципы работают.

Но кому решать: кто виноват, кто нет? В том-то и суть, что без вмешательства
государства обычай кровной мести к мирному обществу не приведет. Если существует
принцип "око за око", то кто-то должен его интерпре

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.