Жанр: Философия
Синергетика УРОВНИ И СПОСОБЫ ОПИСАНИЯ СЛОЖНЫХ ЭВОЛЮЦИОНИРУЮЩИХ С
...ником, относится ко всей сумме выработанной котлом
тепловой энергии Q1, как Т2 к Т1, т.е.
[1.1.1]
Отсюда видно, что чем выше температура холодильника,
тем меньше доля тепловой энергии, выработанная за один
рабочий цикл машины, может превратиться в физическую работу.
При Т2 = Т1 вся теплота уйдет в холодильник. Но при Т2 ? Т1
равенство Q1 - Q2 = O не имеет место. Зато, исходя из уравнения
[1. 1.1], реализуется другое равенство, а именно:
[1.1.2]
Это равенство приписывается идеально работающей
машине, машине, тепловой процесс которой удовлетворяет тому,
что и принято называть обратимым циклом Карно. Обратимый
цикл Карно отличается тем, что тепловая машина, работающая по
такому циклу, не вырабатывает энтропии, ибо энтропией
называется величина, представляющая собой отношение
некоторого количества теплоты, передаваемого от одного тела к
другому, к температуре, при которой эта теплота передается.
Ф.Ауэрбах пишет, что, строго говоря, любое тело,
находящееся в тепловом обмене с окружающей средой, можно
считать тепловой машиной, причем котлом является наиболее
нагретые части, холодильником ? наиболее холодные, в комнате,
например, ? печи и окна; в этом случае можно написать, что
сумма таких членов (как в равенстве (1.1.2) - В.Ш.) равна нулю:
?
Но это выражение, как поясняет Ауэрбах, имеет смысл
только для кругового процесса, т.е. если машина или тело сами
совершают полный цикл и возвращаются к первоначальному
положению. Во всех других случаях эта сумма не равна нулю, и
машина выработает энтропию [14; 74]:
S = ? [1.1.3]
Есть в такого рода рассуждениях одна тонкость, которую
надо иметь в виду. Оперирование понятием энтропии не всегда
соответствует необратимому процессу. Энтропия системы может
увеличиваться, а затем вернуться к своему прежнему состоянию.
Например, если в системе, состоящей из двух тел, происходит
передача тепла от одного тела к другому, то такая передача
сопровождается возрастанием энтропии в этой системе. Если,
однако, этот процесс протекает бесконечно медленно, то он не
исключает возможности того, что количество тепла, поглощенное
вторым телом, снова возвратится к первому телу. Такой процесс
и называется обратимым.
Но при передаче тепловой энергии от одного тела к
другому часть ее может рассеяться в пространстве. Тогда
тепловой процесс станет уже наверняка необратимым. Указывая
на формулу [1.1.3] как на выражение, которое дает выражение
энтропии, Ауэрбах, пишет:
""..." мы можем формулировать определение энтропии как
суммы количеств теплоты, когда-либо отданных телом, причем
каждое из них должно быть разделено на абсолютную
температуру отдачи. При этом нельзя забывать, что все процессы
должны быть обратимы, иначе энтропия "..." будет еще больше"
[15. 74].
Во всех реальных тепловых процессах передача тепла от
одного тела к другому неизбежно сопровождается изменением их
температуры. Температурный потенциал и служит причиной
теплового потока, при наличии которого он сглаживается, если
нет притока тепла в данную систему извне.
Но для удобства анализа тепловых процессов их разбивают
на изотермы и адиабаты, как это и имеет место в обратимом
цикле Карно.
Предпримем более детальное
выявление его содержания. На
рис.1 изображена диаграмма
цикла. Термодинамическая
система характеризуется здесь
параметрами давления
(откладывается по оси ординат),
объема (откладывается по оси
абсцисс), теплотой, температурой,
энтропией. Как уже указывалось
выше, циклом Карно описывается
процесс, происходящий в
тепловом двигателе, который
совершает работу за счет теплоты,
подводимой к рабочему телу в изотермическом процессе.
Рабочее тело (например, пар) находится в тепловом
контакте с двумя тепловыми резервуарами (имеющими
постоянные температуры) ? нагревателем (с температурой Т1) и
холодильником (с температурой Т2 ? Т1). Превращение теплоты в
работу сопровождается переносом рабочим телом определенного
количества теплоты от нагревателя к холодильнику.
Происходит все это так. Рабочее тело (например, пар в
цилиндре под поршнем) при температуре Т1 приводится в
соприкосновение с нагревателем и изотермически получает от
него количество теплоты Q1. При этом пар расширяется и
совершает работу. На диаграмме этот процесс изображен
отрезком АВ. Затем рабочее тело, расширяясь адиабатически*
(по адиабате ВС), охлаждается до температуры Т2 и приводится в
тепловой контакт с холодильником. При этой температуре,
сжимаясь изотермически (отрезок СD), рабочее тело отдает
количество теплоты ?Q2 холодильнику.
Завершается цикл Карно адиабатическим процессом
(отрезок DА), возвращающим рабочее тело в исходное
термодинамическое состояние. При постоянной разности
температур (Т1 - Т2) между нагревателем и холодильником
рабочее тело совершает за один цикл работу
?А = ?Q1 - ? Q2
[1.1.4]
Чтобы вычислить, исходя из формулы [1.1.4], коэффициент
полезного действия идеальной машины Карно, надо учесть
соотношение между теплотой и температурой. Для этого полезно
помнить аналогию, которая имеет место между механической
работой, совершаемой некоторым физическим телом на отрезке
пути s под действием силы F, и изменением теплоты ?Q,
происходящим в термодинамической системе:
?А = F* s, [1.1.5]
?Q = T * ?S.
[1.1.6]
В формуле [1.1.6] температура Т играет ту же роль, что в
формуле [1.1.5] сила F; отрезок пути s, проходимый
физическим телом, аналогичен приращению энтропии ?S в
тепловом процессе.
Передача тепла ?Q1 рабочему телу на изотерме АВ
сопровождается приростом его энтропии на величину ?S, так что
?Q1 = T1? ?S [1.1.7]
На адиабате ВС энтропия системы не меняется. Поскольку
длина изотермы СD равна длине изотермы АВ, то
?Q2 = T2 ? ?S
[1.1.7]
К.п.д. машины будет поэтому равен
? =
Цикл Карно имеет наивысший к.п.д. среди всех возможных
циклов, осуществляемых в одном и том же температурном
интервале (Т1 - Т2). В этом смысле к.п.д. цикла Карно служит
мерой эффективности других (всех возможных) рабочих циклов
[1; 244].
Если взглянуть на диаграмму рис.1 с чисто
математической точки зрения, то мы увидим, что ломаные
кривые АВС и СDА изображают функциональную зависимость
давления р от объема рабочего тела V, т.е.
р = f (V)
Поэтому площадь фигуры ABCFE представляет собой
объем работы, совершаемый рабочим телом при его расширении.
Для того, чтобы определить объем полезной физической работы,
надо из общей суммы работы вычесть энергетические затраты,
идущие на возврат рабочего тела в исходное состояние, т.е. те
затраты, которые определяются площадью фигуры ADCFE.
Полезная работа оказывается равной площади фигуры АВСD.
Теперь сделаем из всего вышеизложенного один важный
вывод, который будет использован в дальнейших выкладках. Можно
представить себе рабочее тело, заключенное не в жестком цилиндре
под подвижным поршнем, а в некоторой сферической оболочке,
которая, при нагреве содержащегося в ней газа или жидкости, может
расширяться симметрично по всем пространственным направлениям.
При этих условиях мы можем получить однозначный ответ на
следующий вопрос: что требуется, чтобы вся теплота, подведенная к
рабочему телу, превратилась в работу. Очевидно, что для этого
достаточно, чтобы, скажем, газ, взятый в качестве рабочего тела,
распространился, рассеялся по всему бесконечному пространству. На
это обстоятельство обратил внимание русский физик Б.Б.Голицын
(1862 - 1916).
Обращая внимание на формулу
?А = ?Q1 ?
[1.1.8],
по которой подсчитывается полезная работа в цикле Карно, Голицын
заметил, что этой работе соответствует некоторое конечное
перемещение поршня (в цилиндре) h = h1 - h2 . Из уравнения
[1.1.8], писал он, явствует, что хотя теплота и имеет постоянное
стремление перейти в работу, только часть ее действительно
перейдет в работу. "Чтобы вся теплота перешла бы в работу, надо
чтобы данная энергия распространилась бы на наивозможно
больший объем эфира, т.е. чтобы h = и Т2 = О. Этот пример
довольно наглядно объясняет сущность второго принципа" [16; 240].
Из тезиса Голицына напрашивается такой вывод: для того
чтобы тот или иной запас энергии мог быть превращен в работу,
необходимо и достаточно, чтобы эта энергия могла, деградируя,
рассеиваться в пространстве. Тогда появляются условия для действия
физических сил. Точнее будет сказать так: физические силы
совершают работу постольку, поскольку имеются условия для
рассеяния энергии. Физический вакуум не оказывает сопротивления
движущимся в его среде телам. Это означает не что иное, как то, что
физический вакуум представляет собой абсолютный хаос ? такое
состояние материи, при котором дальнейшая деградация энергии,
носителями коей являются движущиеся в пространстве тела, уже
невозможна.
Второй вывод. В современной релятивистской космологии
наибольшей популярностью пользуется физическая модель горячей
Вселенной. Вселенная образуется путем взрыва некоторого "первичного
атома", температура которого в момент взрыва оказывается
теоретически бесконечной. Затем такая вселенная расширяется,
температура ее падает до тех пределов (2-3о К), которые наблюдаются
в настоящее время, исходя из оценки температуры так называемого
реликтового (фонового) излучения. Будущее вселенной ? будет ли
она вечно расширяться или когда-то начнет сжиматься ? опреде-ляют
в зависимости от средней плотности заключенной в нем мате-рии.
Под материей понимаются кванты всевозможных физических полей,
т.е. такие частицы, как фотоны, электроны, нуклоны и т.п.
Если космологическая теория недооценивает или вообще
игнорирует такое пространственно-временное состояние материи,
как физический вакуум, то вряд ли ее можно признать скольнибудь
истинной. Похоже, что без понятия физического вакуума
было бы невозможно установить связь между энтропийными и
эктропийными принципами развития материи.
2. Эктропизм жизни и его масштабы
Рассматривая эктропизм жизни как явление системной
организации, мы попытаемся в данном параграфе поточнее
очертить его отличие от других типов организации или
антиэнтропийной упорядоченности, а также оценить
пространственно-временные масштабы этого явления.
Сначала, в порядке исторической справки, отметим, что
феномен антиэнтропийной организации жизни никогда не выпадал из
поля зрения научного (или близкого к научному) сообщества. В ХIХ
веке и в начале текущего столетия его соотносили с такими
понятиями, как жизненная сила, магнетическая сила и т.п. В книге
французского мыслителя Г.Дюрвилля "Призрак живых. Анатомия и
физиология души" можно, например, прочитать следующее:
"Все, изучавшие последний (речь идет о магнетизме - В.Ш.) с
философской точки зрения, понимают, что материя была бы
бездейственна, если бы ее не оживляла независимая сила, что везде
существуют материя и сила, и человек двойственен, то есть, состоит
из материального тела и тело это оживлено разумной силой,
называемой в просторечии душою или духом. Ученые магнетизеры,
изучавшие опытным образом магнетизм, по данным современной
науки знают, что магнетическая сила, выделяемая человеческим
телом, обладает значительно высшей потенциальностью, чем силы
физические и химические, и принадлежит она не телу видимому, а
силе, оживляющей тело" [17; 4]. Если бы Ф.Энгельсу попались в свое время на глаза
подобного рода высказывания, он отнес бы их в графу,
озаглавленную "Естествознание в мире духов" [18; 33 - 43]. Ведь
в книге Г.Дюрвилля речь идет о наличии у человека души и тела,
а признать существование души или духа ни один материалист
никогда не решался, даже если он относил себя к разряду
материалистов диалектических. А между тем, если вчитаться в
сочинение Дюрвилля повнимательнее, откроется любопытная
вещь: речь идет об особой силе, но не об оккультной силе
медиумов, а о той реальной силе, которая противостоит
энтропийному распаду всякого живого организма.
Г.Дюрвилль пишет: "Переданная какому-либо телу
магнетическая сила проникает в сердце этого тела, в самые атомы
его, так как она противостоит кипению, сгоранию и различным
химическим процессам, которые разлагают тело на его составные
элементы. Как я показал в своей "Магнетической физике", она
неразрушима, по крайней мере, для низших сил и воздействия
природы" [17; 5].
Мы полагаем, что синергетика теперь и начинает
заполнять ту, в прошлом незанятую, нишу в науке, где некогда
находили пристанище так называемые "магнетические силы".
Должна же, наконец, наука ответить на вопрос, почему живые
организмы обладают потенциалом устойчивого развития, а не
распадаются от теплового движения, как это должно было бы
происходить в соответствии с законами (стандартной) физики.
Для облегчения оперирования с синергетическими понятиями
введем термин "эктропийное (антиэнтропийное) поле".
Оправданием для его введения пока может служить такая простая
аналогия. Физика оперирует с разными энергетическими
потенциалами, которые проявляются в действии соответствующих
сил. Так, скажем, электрический потенциал проявляется в действии
электрических сил, магнитный - в действии магнитных сил,
гравитационный потенциал проявляется в действии сил
гравитационного притяжения. Каждому виду сил соответствует свое
(силовое) поле. Электрические и магнитные силы объединяются в
единое электромагнитное поле, ядерные силы объединяются полем
сильного взаимодействия; есть еще, помимо поля сил
гравитационного взаимодействия, поле сил слабого взаимодействия.
Но всем четырем видам взаимодействия, всем четырем
видам названных полей присуща одна общая черта. Все эти
силовые поля при всех своих действиях и противодействиях
сопровождаются рассеянием энергии, следовательно, возрастанием
энтропии. Поэтому все они относятся к полю энтропийному. Их
энергетический потенциал эквивалентен в этом отношении
тепловому (температурному) потенциалу. Ведь если
температурным потенциалом запускается действие сил,
производящих (макроскопическую) работу, то это неизбежно
сопровождается рассеянием, в данном случае, тепловой энергии и
ростом энтропии в системе.
С другой стороны, если синергетика интересуется действием
сил, которые ведут к антиэнтропийным эффектам, то мы вправе
объединить эти силы понятием эктропийного поля. Признание того
факта, что в живых организмах действуют эктропийные силы, ставит
перед исследователем такой вопрос: имеет ли эктропийное поле,
соответствующее таким силам, сугубо локальный характер или оно
существует вне и помимо живых организмов?
Специально изучая этот вопрос, Ф.Ауэрбах упростил решение
задачи, освободив ее от понятия силы, которое в некоторых случаях
приобретало мистический характер. Сила, указывал он, есть только
абстракция, а та реальность, которая стоит на самом деле за силой,
есть не что иное, как ее действие. Действие же всегда проявляется в
работе. Поэтому смотреть ли на этот вопрос с точки зрения
экономической, естественно-научной или теоретико-познавательной
? единственно реальной в жизни всегда остается работа. А весь запас
работы в мире получил название энергии, и только с ней и
приходится в данной задаче иметь дело [15; 16].
В терминах энергии и ее атрибутов поставленную здесь задачу
он обрисовывает так. Энергия неизбежно меняется качественно, и
столь же неизбежно изменяется уровень, на котором она находится.
"Эту изменяемость ее мы называем тропией. Но тенденция
происходящих изменений может, говоря чисто логически, быть
двоякая: энергия может изменяться, усиливая свою способность к
проявлению действия ? такое свойство ее мы назвали бы эктропией;
она может, затем, изменяться, уменьшая свою способность к
проявлению действия ? тогда мы будем иметь энтропию" [15; 28 -
29].
Если теперь спросить, каков же тот механизм, который
противостоит обесценению энергии, увеличивает ее ценность, то
на это, читая Ауэрбаха, мы получим такой ответ: "Жизнь ? это та
организация, которую мир создал для борьбы против обесценения
энергии" [15; 48]. Поскольку механизм, увеличивающий ценность
энергии, имеет столь же глобальный, вселенский масштаб, сколь
и механизм ее хаотизации, постольку и жизнь, в широком смысле
этого слова, является разлитой по всем просторам Вселенной.
Вопрос, сформулированный Ауэрбахом в наиболее лаконичной
форме, звучит так: "Откуда жизнь берет свою способность
действовать эктропически и притом не случайно и произвольно, а
систематически и первично? Вряд ли есть возможность откладывать
ответ на этот вопрос; во всяком случае, он где-нибудь должен быть дан,
если мы не хотим скользить по поверхности, а желаем по возможности
глубже вникнуть в исследуемый вопрос" [15; 68 - 69].
Итак, с точки зрения Ауэрбаха, жизнь с сопровождающими ее
эктропическими процессами вовсе не изолируется в отдельных
бергсоновских жизненных островках, она не есть нечто просто
аномальное, нечто исключительное на фоне непреклонных законов
физики. Жизнь имеет космологические масштабы. К такому выводу
пришел несколько позже и французский философ и
естествоиспытатель Тейяр де Шарден, рассматривая жизнь в плане
такого ее проявления, как сознание. Открыть в том, что кажется
исключительным, всеобщее ? так формулирует все ту же задачу Т. де
Шарден.
"Мы слишком часто, ? пишет он, ? испытывали это на опыте в
последнее время, чтобы еще сомневаться: природная аномалия ? это
всего лишь преувеличение до ощутимости какого-либо свойства, всюду
распространенного в неосязаемом виде. Какой-либо феномен, точно
установленный хотя бы в одном месте, в силу фундаментального
единства мира необходимо имеет повсеместные корни и всеобщее
значение". Куда ведет это правило, спрашивает он, если применить его
к случаю "самопознания" человека? [19; 55].
Вот два типа возможных суждений по поводу
поставленного автором вопроса:
1) Сознание с полной очевидностью проявляется лишь у
человека, следовательно, это единичный случай, не интересный
для науки;
2) Сознание проявляется с очевидностью у человека,
следовательно, обнаруживаемое в этой единичной вспышке, оно
имеет космическое распространение и как таковое окружено
ореолом, продлевающим его в пространстве и времени
беспредельно.
По поводу второго суждения Т. де Шарден говорит, что не
представляет себе, как можно было бы устраниться от такого
вывода, сохраняя в то же время хорошую аналогию со всей
остальной наукой. "В глубине нас самих, бесспорно,
обнаруживается внутреннее, открываясь как бы через разрыв в
центре существ. Этого достаточно, чтобы в той или иной степени
это "внутреннее" существовало везде и всегда в природе. Раз в
одной точке самой себя ткань универсума имеет внутреннюю
сторону, то она неизбежно двусторонняя по самой своей
структуре, т.е. в любой области пространства и времени, так же,
как она, например, по структуре зерниста. Таким образом, у
вещей имеется не только внешнее, но и сопряженное ему, нечто
внутреннее" [19;55].
Двойственность универсума, которая характеризуется здесь в
терминах "внешнее" и "внутреннее", может рассматриваться как с
точки зрения двойственности пространства-времени, так и с точки
зрения энергии. Первый аспект двойственности будет
проанализирован в нашем исследовании несколько позже, а здесь
скажем несколько слов о втором аспекте. Глава копенгагенской
школы в физике Н.Бор пытался использовать гносеологические
уроки квантовой механики для того, чтобы проникнуть в сущность
человеческого мышления и сознания. О каких уроках здесь идет
речь? Прежде всего имеются в виду эффекты необратимости,
которыми сопровождается всякое наблюдение в квантовой механике,
всякая регистрация атомного объекта.
"Информация об атомных объектах, ? указывал Н.Бор, ?
получается только в форме следов, которые они оставляют на
"..." измерительных приборах; таким следом является, например,
пятно удара электрона о фотографическую пластинку,
помещенную в экспериментальной установке. То обстоятельство,
что такие следы происходят от необратимых усилительных
эффектов, придает явлениям своеобразный законченный
характер, прямо указывающий на принципиальную
необратимость самого понятия наблюдения" [20; 135].
Никто не станет оспаривать того факта, что
функционирование человеческого сознания отчасти основывается на
чувственном восприятии событий и явлений внешнего мира. Но
исчерпывается ли весь процесс познания и сознания лишь этой его
внешней стороной? Касаясь этого вопроса, Н.Бор, в частности, писал:
"С биологической точки зрения мы можем толковать признаки
психических явлений, только считая, что всякий сознательный опыт
соответствует остаточному следу в организме, сводящемуся к
остающейся в нервной системе необратимой (курсив наш - В.Ш.)
записи исхода процесса "...". Рассуждая с телеологической точки
зрения, мы могли бы подчеркнуть не только полезность остаточных
следов, сказывающуюся в их влиянии на наши реакции на
последующие раздражители, но и важность того, что позднейшие
поколения уже не обременены частными переживаниями отдельных
индивидуумов; для этих поколений существенно только
воспроизведение тех свойств организмов, которые оказались
полезными для накопления и использования знаний" [20; 108 - 109].
Говоря о необратимой записи следов внешних наблюдений
в церебральной и генетической памяти человека, Н.Бор скорее
всего имел в виду необратимость того же рода, что имеет место
при образовании пятна на фотографической пластинке в том
месте, куда попадает на нее регистрируемый электрон. Однако
если подходить к понятию необратимости более строго, то нельзя
будет не заметить, что и это понятие имеет двойственный
характер. "Необратимый" ? антитеза "обратимому". Обратимым
процессом в термодинамике называется такой процесс ? это
может быть, например, когерентный волновой процесс в
квантовой механике, ? при котором энтропия в рассматриваемой
системе остается неизменной. Но отклонение от обратимого
процесса может быть двояким: как в сторону увеличения
энтропии, так и в сторону ее уменьшения.
Во втором случае мы тоже имеем необратимый процесс, но
процесс не энтропийный, а антиэнтропийный. Впервые на твердо
установленный факт существования необратимых процессов во
втором смысле, на математически-строгую проверку этого факта
было указано при анализе известных теорем К.Геделя о неполноте
формализованной арифметики в работе [21; 208]. (Геделева
формула непосредственно указывает на антиэнтропийный
характер структуры, которая записывается в человеческой памяти
благодаря тому интуитивному озарению, которому соответствует
геделева истина). Так что внутренний аспект сознания
характеризуется, с энергетической точки зрения, его
антиэнтропийной эффективностью.
Перейдем теперь к вопросу о функциональных границах
системной организации. Мы интересуемся сложными
развивающимися системами; ставим задачу выяснения природы
тех механизмов, которые позволяют относить их к разряду систем
антиэнтропийных. Если мы согласимся признать истинной
гипотезу Ф.Ауэрбаха, согласно которой эктропийный порядок во
вселенной обеспечивается жизнью, жизненными процессами,
тогда следует приготовиться к ответу на следующее возражение:
при особых обстоятельствах эктропийный порядок может
возникать и без помощи живых существ, без участия в нем каких
бы то ни было жизненных процессов.
Разве не об этом свидетельствуют кристаллы снежинок,
образующиеся из достаточно беспорядочного состояния воды? То
же самое можно сказать и о всевозможных минеральных
кристаллах, образующихся из жидких веществ в глубинах земных
недр.
На это возражение следует ответить так. Есть
существенная разница между тем порядком, который реализуется
в живых системах, и тем, который образуется в кристаллах.
Можно и этот последний порядок назвать системной
организацией, присовокупив к ней эпитет "кристаллическая".
Кристаллическая организация вещества прямо противоположна
тепловой хаотизации. Дело в том, как скажет любой человек,
знакомый с курсом вузовской физики, что атомы и молекулы
имеют тенденцию не только перемешиваться и хаотически
двигаться, но и занимать, при снижении температурного режима
их движения, такое положение, при котором их совокупная
энергия оказывается наименьшей.
Для большого количества веществ самый низкий уровень
энергии достигается как раз в кристаллическом состоянии. Если,
читаем мы, например, в книге Б.Хобринка "Эволюция", отнять у
воды энергию, остужая ее, образуются кристаллы снега или льда.
Если забрать энергию у жидких веществ, содержащихся в земной
коре, возникнут прекрасные кристаллы драгоценных камней. Для
того, чтобы разрушить эти упорядоченные структуры, необходима
дополнительная энергия [22; 60]. "Что касается молекул живых
существ, ? пишет автор, ? то здесь существует обратный закон. У
этих молекул высокий уровень энергии. При их разрушении энергия
высвобождается. Именно поэтому вы можете согреться у костра из
горящих дров, угля или нефти, представляющих собой остатки
живых организмов. По той же причине и пища, которую мы
потребляем, дает нам энергию для нашей работы, спортивных
занятий и выполнения других жизненных функций" [22; 61].
Всякий кристалл можно рассматривать как одну большую
? кристаллическую ? молекулу. Такие кристаллические молекулы
могут образовываться спонтанно, потому что для такой
организации не требуется извне поступающая к ним энергия.
Напротив, при кристаллизации энергия высвобождается.
Молекулы же живых существ не могут возникнуть спонтанно.
Для их образования требуется добавочная энергия. Но этого еще
мало. Надо еще, чтобы поступающая к ним при их организации
энергия была особым образом управляемой, способной
накапливаться, а не служить средством дополнительной
хаотизации. Такую энергию и принято называть свободной
энергией, и живые упорядоченные системы отличаются от
неживых кристаллов наличием у них этой свободной энергии.
Но это не единственное различие двух типов организации.
Выше уже говорилось о том, что Э.Шредингер называл живые
молекулы апереодическими кристаллами. В этом смысле
организации живых сис
...Поділитися у соцмережах
