Жанр: Философия
Философия истории: Учебное пособие.
...ализировать себя, склонность приписывать вину не себе, а другим, готовность к
суровому наказанию провинившихся, видение мира по преимуществу в черно-белых
красках и т.п. Догматизм - черта парадигмального мышления, т.е. мышления,
некритически принявшего какую-то общую доктрину и озабоченного лишь тем, чтобы
осмыслить окружающий мир в ее терминах. Средний класс догматичен, поскольку он
некритически воспринимает капиталистическое общественное устройство и более
убежден в его правомерности и справедливости, чем любой иной слой
капиталистического общества.
Психологию мелкого буржуа, являющегося типичным представителем среднего класса,
хорошо описывает Р. Барт. "Мелкий буржуа - это такой человек, который не в
состоянии вообразить себе Другого. Если перед ним возникает другой, буржуа
словно слепнет, не замечает или отрицает его или же уподобляет его себе" [1]. В
мелкобуржуазном мышлении все другое объявляется тем же самым, поскольку другой -
это скандал, угрожающий устоявшимся и жестким представлениям о мире. "В сознании
любого мелкого буржуа есть миниатюрные копии хулигана, отцеубийцы,
гомосексуалиста и т.д.; судьи периодически извлекают их из своей головы, сажают
на скамью подсудимых, делают им внушение и осуждают. Судят всегда только себе
подобных, но сбившихся с пути; весь вопрос заключается в том, какой путь человек
выбирает, а не в том, какова его природа, ибо так уж устроен человек" [2]. Когда
другого не удается подвести ни под какую аналогию, на помощь приходит ссылка на
экзотичность. Другой становится при этом всего лишь вещью, зрелищем, его
отодвигают на периферию человечества, чтобы он не мешал. "...Мелкий буржуа не в
состоянии вжиться в Другого, но может по крайней мере отвести ему какое-то место
в этом мире. Это и называется либерализмом, который есть не что иное, как
своеобразное интеллектуальное хозяйство, где каждой вещи отведено свое место.
1 Барт Р. Избранные работы. Семиотека. Поэтика. С. 121.
2 Там же. С. 122.
230
Мелкая буржуазия не либеральна... она лишь с опозданием следует по тому пути, по
которому идет крупная буржуазия" [1].
Похвалы в адрес среднего класса как гаранта социальной стабильности обычно
обходят стороной все те негативные последствия, которые имеет для развития
капиталистического общества возникновение и укрепление этого своеобразного его
слоя.
Недостатки капитализма лучше видятся со стороны, а именно, со стороны
коллективистического общества и со стороны теорий, отстаивающих такое общество.
Человеку капиталистического общества эти недостатки представляются естественным
продолжением достоинств своего общества и прежде всего предоставляемой и
гарантируемой им индивидуальной свободы. Он не согласен променять ее - во всяком
случае в нынешних условиях - на защищенность и безопасность своего
существования, на коллективистическую открытость, простоту и теплоту
человеческих отношений. Если этот человек и возражает против устоявшихся норм и
традиций буржуазного общества, то критика идет, как правило, с позиции ценностей
самого этого общества, а не с точки зрения иных, коллективистических ценностей.
Зачастую критика капитализма изнутри является по своей сути попыткой еще более
решительно утвердиться в его основных ценностях [2].
1 Барт Р. Указ. соч. С. 122.
2 Аналогичным образом обстоит дело и с критикой коммунистического общества
изнутри, о чем говорится далее. Эта критика - вплоть до периода явного
разложения коммунизма - звучит как поверка коммунистической веры сдержанным
неверием, позволяющим крепче утвердиться в вере.
Один пример на этот счет. В 1996 г. на американских экранах - ко Дню
независимости, главному празднику США - появился фильм "День независимости".
Этот фильм побил многие рекорды, собрав за пять месяцев почти семьсот миллионов
долларов, стал третьим но сборам фильмом за всю историю кинематографа. В фильме
идет речь о вооруженном нападении инопланетян на Соединенные Штаты. Как замечает
один из рецензентов фильма, картина разрушения Белого дома и Капитолия не может
не радовать любого нормального человека; окончательная же победа над пришельцами
двух простых американских парней - негра и еврея - вселяет уверенность в скорой
победе истинных идеалов свободы и интернационализма. Успех фильма можно
истолковать как неверие ради веры, сомнение в идеалах капиталистического
общества с намерением еще раз удостовериться, что эти идеалы тверды и нерушимы.
Критика капитализма, ведущаяся с позиции коллективистического (в первую очередь
коммунистического) общества, обычно концентрируется на следующих моментах:
- вопиющее, унижающее человеческое достоинство неравенство людей в
капиталистическом обществе, и прежде всего их имущественное неравенство: одни
владеют собственностью, и в частности, средствами производства, другие нет; одни
предоставляют работу и эксплуатируют своих работников, другие продают свою
рабочую силу и подвергаются эксплуатации;
- неравенство стартовых возможностей людей из разных слоев общества: богатым
открыты все пути для образования и процветания, у бедных же нет никаких
перспектив, кроме тяжелого труда;
- буржуазные свободы формальны, поскольку они не направлены ни на какие
социально значимые цели; нельзя сделать человека свободным ради самой его
свободы; имущественное неравенство делает одни и те же свободы разными для
разных слоев общества, и почти что пустыми для тех, кто не владеет никакой
собственностью;
- отсутствует должная социальная защищенность, в особенности для людей
промышленного труда, в первую очередь страдающих от кризисов и безработицы;
- общество, основанное на имущественном неравенстве и эксплуатации подавляющего
большинства ничтожным меньшинством, несправедливо.
Двумя главными, тесно связанными друг с другом линиями оппозиции
коммунистической и буржуазной идеологий являются: равенство против свободы и
защищенность против неустойчивости ириска. Эти линии представляют собой
одновременно два основных направления противостояния коллективистической и
индивидуалистической идеологий вообще. Коллективизм обещает своим индивидам в
первую очередь равенство и социальную защищенность. В отношении индивидуальной
свободы он ограничивается туманными заверениями насчет "новой свободы", которая
якобы едва ли не автоматически последует за проведенным последовательно и до
конца равенством. Свобода не является приоритетной ценностью коллективизма. Он
добивается не свободы, а освобождения, и в первую очередь освобождения от
эксплуатации, связанной с имущественным неравенством. Что касается
нестабильности положения индивидов и риска, дающего каждому из них возможность
испытать свою судьбу, то коллективизм явно предпочитает неустойчивости и риску
минимальную, но твердо гарантированную защищенность.
Защищенность, обещаемая современным коллективизмом, и, в частности, коммунизмом,
и защищенность, обеспечиваемая современным капитализмом, исходят из разных
принципов. Ф.А. Хайек пишет об этом: "...Надо с самого начала различать два рода
защищенности: ограниченную, которая достижима для всех и потому является не
привилегией, а законным требованием каждого члена общества, и абсолютную
защищенность, которая в свободном обществе не может быть предоставлена всем и
должна выступать в качестве привилегии... Таким образом, речь идет, во-первых, о
защищенности от тяжелых физических лишений, о гарантированном минимуме для всех,
и,
во-вторых, о защищенности, определяемой неким стандартом, уровнем жизни, о
гарантированном относительном благополучии какого-то лица или категории лиц.
Иными словами, есть всеобщий минимальный уровень дохода и есть уровень дохода,
который считается "заслуженным" или "положенным" для определенного человека или
группы... В обществе, которое достигло такого уровня благополучия, как наше,
ничто не мешает гарантировать всем защищенность первого рода, не ставя под
угрозу свободу" [1]. Защищенность второго рода требует централизованного
планирования и является опасной для свободы [2].
1 Хайек Ф.А. Дорога к рабству // Вопросы философии. 1990. № 11 С 148-149.
2 См.: Там же. С. 150.
Даже поверхностное сопоставление жизни в коммунистическом и капиталистическом
обществах позволяет индивидам коммунистического общества составить себе в целом
отрицательное представление о жизни при капитализме. Им кажется, что эта жизнь,
помимо того чрезвычайно важного обстоятельства, что она не посвящена служению
высоким целям, имеет очень существенные изъяны. В их число входят по меньшей
мере следующие:
- в жизни капиталистического общества слишком мало яркости и остроты, мало
энтузиазма, причем не энтузиазма одиночек, а массового энтузиазма, объединяющего
и сплачивающего людей;
- излишне много рассудочности и мало непосредственного чувства, особенно в сфере
труда - основной области человеческой жизни;
- нет той легкости, открытости и простоты человеческих отношений, какие возможны
только между равными людьми, работающими во имя единой большой цели;
- хваленая индивидуальная свобода имеет и обратную сторону - ту ответственность
за принимаемые на свой страх и риск решения, которую далеко не каждому хочется
взваливать на свои плечи;
- чрезмерно узкой является сфера общественной жизни и слишком широка сфера
частной жизни; досуг радикально отделяется от труда и становится областью,
живущей по своим собственным, весьма своеобразным законам;
- люди чрезмерно изолированы друг от друга, в их жизни не хватает коллективизма,
поэтому их коллективистические устремления нередко принимают извращенные формы:
люди объединяются в тоталитарные секты, в отряды, построенные по армейскому
образцу, и т.п., чтобы затем изо всех сил противостоять усилиям общества
превратить их в обычных граждан;
- почти не уделяется внимания человеку труда, в центре общественного интереса
оказываются не скромные, самоотверженные труженики, а те, что рисковал и
случайно добился успеха;
- нет единой и простой системы ценностей, из-за чего всякий конкретный случай
нужно рассматривать в его собственных координатах; каждому индивиду приходится
заново решать применительно к себе вопросы о смысле жизни, предназначении
человека, целях общества и перспективах его развития и т.д.;
- люди являются очень разными, часто они непредсказуемы, что резко контрастирует
с однообразием и предсказуемостью людей коммунистического общества;
- постоянно возникает необходимость выбора, и значит, размышления и решения,
недостает формализма и определения жизни и деятельности человека простыми и
универсальными правилами;
- у обычного человека явно недостает идеализма, т.е. уверенности в том, что он,
как правило, принимает лучшие из возможных решения;
- отсутствует твердая уверенность в завтрашнем дне, обеспечивающая ровное и
размеренное течение жизни;
- нет защищенности и теплоты, обеспечиваемых каждому трудящемуся его
коллективом;
- жизнь чрезмерно серьезна, в ней мало элементов игры и театральности, всегда
присутствующих в жизни коллективистического общества, где нет рампы и каждый
является одновременно и актером, и зрителем, и где достаточно усердных суфлеров,
готовых в любой момент поправить ошибающегося актера-зрителя.
Перечисление тех недостатков, которые видит человек коммунистического общества,
в жизни людей капиталистического общества, можно продолжать долго. Но уже
приведенный перечень показывает, что коммунистический человек относится к
обычному человеку, живущему при капитализме, с явным сочувствием, хотя и считает
его трудности временными - за капитализмом идет социализм.
Подводя итог критике капиталистического общества, можно попробовать
охарактеризовать в общих терминах основные линии развития капитализма в XX в. и
попытаться продолжить эти линии в будущее. Разумеется, при разговоре о будущем
капитализма имеется в виду его развитие под воздействием прежде всего внутренних
его стимулов, не омрачаемое внешними неблагоприятными условиями и тем более
неожиданными катастрофами.
Главное направление тех внутренних трансформаций, которые претерпел капитализм в
уходящем веке, - это внедрение в его жизнь таких начал, которые с наибольшей
резкостью и выразительностью проявляются в жизни коллективистического общества и
иногда доводятся им до крайности. Постепенное преобразование капитализма можно
назвать его умеренной коллективизацией, а ее будущий результат - индустриальным
умеренно индивидуалистическим обществом [1].
Общество слагается не из автономных и суверенных индивидов, как полагал
классический либерализм, и не из первичных, элементарных коллективов, как
считает коммунизм. Оно состоит из индивидов, связанных между собою в
определенные коллективы. Проблема устойчивости всякого общества и его
динамичного развития - это во многом проблема сочетания индивидуальных и
коллективных начал в социальной жизни. Коллективизация, т.е. усиление в жизни
общества коллективных начал, и индивидуализация - усиление в социальной жизни
индивидуальных начал никогда не бывают абсолютными. Даже в тоталитарном обществе
индивид не закрепощен безраздельно теми коллективами, к которым он принадлежит,
и пользуется известной личной свободой (выбор профессии и места работы, отчасти
местожительства и т.д.). В современном индивидуалистическом обществе
индивидуальная свобода не является беспредельной, она ограничена не только
аналогичной свободой других индивидов, но и правами государства и других
многообразных коллективов.
Решительное преобладание в некоем обществе коллективных начал над
индивидуальными позволяет охарактеризовать это общество как тяготеющее к
коллективистическому полюсу в своей организации [2]. Явный приоритет в обществе
индивидуальных начал означает, что оно тяготеет к индивидуалистическому полюсу.
Ранее выделялись крайний и умеренный коллективизм. Тоталитарные общества
иллюстрируют крайний коллективизм, средневековое европейское общество - уме1
Термин "коллективизация" прочно закрепился у нас за процессом принудительного
объединения крестьян в колхозы, раскулачивания зажиточных крестьян и их высылки
вместе с семьями и т.д. В исходном своем значении этот термин является, однако,
более широким. Коллективизация - это внедрение в жизнь общества определенных
коллективистических начал, ограничивающих индивидуальные произвол и свободу в
пользу некоего коллектива, и в частности общества в целом.
2 А.А. Зиновьев в своем анализе коммунизма опирается на понятие
"коммунальность", близкое по смыслу понятию "коллективные начала". "Положение и
поведение человека во внутреннем аспекте жизни коллектива, - пишет Зиновьев, -
детерминируется определенными правилами (законами), без соблюдения которых
человек не может нормально существовать в своей социальной среде и добиваться
успеха. Совокупность этих правил и совершаемых в соответствии с ними поступков и
образует коммунальность как таковую... Нельзя сказать, что коммунизм как тип
общества вырастает непосредственно из экономики (из товарно-денежных отношений).
Для возникновения капитализма потребовалось еще появление на рынке такого
товара, как свободный рабочий и ряд других условий. Имеются такого рода условия
и в случае возникновения коммунизма. Лишь при наличии этих условий коммунальные
отношения людей получили широкое распространение во всех сферах жизни общества и
стали господствующими. Коммунизм вырастает из коммунальности и этих условий"
(Зиновьев А.Л. Коммунизм как реальность. Кризис коммунизма. М., 1994. С. 60-61).
Зиновьев полагает, что суть коммунальности довольно точно выражается формулой
"Человек человеку - волк".
ренный коллективизм. Аналогичное различие может быть проведено также между
крайним и умеренным индивидуализмом. Дикий, мало чем ограниченный капитализм
XVII-XVIII вв. представляет собой пример крайнего индивидуализма. Современный
развитый капитализм, или посткапитализм, находится, можно полагать, на пути к
умеренному индивидуализму. Процессы, происходящие в посткапиталистическом
обществе и ведущие от крайнего индивидуализма к умеренному, включают, в
частности: усиление роли государства в регулировании экономической жизни;
постепенное, хотя и весьма умеренное ограничение права собственности;
последовательное и жесткое ограничение монополий; появление элементов плюрализма
форм собственности; введение мер по социальной защищенности тех, кто нуждается в
ней; усиление внимания к здоровью населения, к проблемам страхования, к жилищным
условиям; растущая забота о сохранении окружающей среды; повышение уровня
социальной защищенности наименее обеспеченных слоев населения; удержание в
определенных пределах разницы между доходами наиболее обеспеченных и наименее
обеспеченных слоев; выравнивание стартовых возможностей представителей разных
групп населения; активизация взаимосвязей государства и гражданского общества;
постепенное ослабление роли политических партий с одновременным ростом влияния
бюрократии; появление государственных средств массовой информации, прежде всего
государственных каналов телевидения; растущее сближение развитых
капиталистических государств, образование своеобразного "капиталистического
интернационала" и др. [1]
1 В 50-е гг. начала складываться модель "мягкого капитализма" с сильными
социальными аспектами. Она просуществовала недолго, и уже в 80-е гг. ее начала
вытеснять англо-саксонская модель "крутого капитализма", приведшая
Великобританию и Соединенные Штаты к заметному успеху в области создания новых
рабочих мест и общей экономической стабилизации. Эти формы капитализма
представляют собой только колебания в рамках общей тенденции медленной
коллективизации капитализма.
Капитализм является очень разным в разных странах. Существенные различия между
капиталистическими странами во многом определяются той почвой, на которой
зародился и начал свой рост капитализм. В западноевропейских странах бурному
развитию капитализма предшествовали эпоха Возрождения и Реформация,
подготовившие коллективистического средневекового человека к продуктивной
деятельности в рамках индивидуалистического капиталистического общества. В
России же XIX и начала XX в. капитализм с большим трудом пробивался через заторы
господствовавших в обществе коллективистической идеологии и коллективистической
психологии. В Японии формирование капиталистического общества было удачно
дополнено элементами ста236
рого коллективизма, оказавшимися особенно плодотворными в период второй
промышленной революции. Различия между капиталистическими странами определяются
не только их прошлым, но и их настоящим, а именно тем, насколько успешно идет в
них тот процесс коллективизации, или "умерёния", капитализма, который стал
заметным с 30-х гг. XX в.
Многообразие капиталистических стран можно попытаться представить, учитывая две
оппозиции: "невмешательство государства в руководство экономикой и другими
сферами социальной жизни - всестороннее государственное руководство экономикой и
социальной жизнью" и "полная индивидуальная свобода - полная несвобода индивида
из-за вовлеченности его в разнообразные формы традиционной коллективной жизни".
Схема, или "карта", капитализма в этих координатах такова:
Можно предполагать, что различия между капиталистическими странами, отраженные
на этой схеме, будут постепенно сглаживаться. Происходить это будет в первую
очередь благодаря процессу постепенной и достаточно сдержанной коллективизации
капитализма в разных странах, ведущему в конечном счете к умеренному
капитализму.
"Умерёние" капитализма означает снижение остроты борьбы за существование в
капиталистическом обществе, уменьшение доли тяжелого и монотонного труда,
постепенное сближение сферы труда и сферы досуга, живущих пока что по разным
законам, определенное потускнение идеалов общества потребления, большую свободу
от нужды, большее внимание к проблемам экологии и здоровья населения, заметный
рост общих, коллективных верований и ценностей и т.д. [1]
"Умерение" капитализма кое в чем напоминает то умиротворение капитализма, о
котором говорит Г. Маркузе. Вместе с тем между этими двумя идеями есть
принципиальная разница. "Умерение" не меняет основ капиталистического устройства
общества и представляет собой процесс постепенного его совершенствования.
Умиротворение же требует решительного преобразования капитализма, замещения его
некоторым вариантом современного коллективистического общества, предполагает
социальную революцию.
Ж. Бодрийар подчеркивает глубину тех перемен, которые претерпел капитализм в
последние десятилетия, и с тревогой описывает его нынешнее состояние как
глобальное отчуждение: "Если попытаться дать определение существующему положению
вещей, то я бы назвал его состоянием после оргии. Оргия - это любой взрывной
элемент современности, момент освобождения во всех областях. Политическое
освобождение, сексуальное освобождение, освобождение производительных сил,
освобождение разрушительных сил, освобождение женщины, ребенка, бессознательных
импульсов, освобождение искусства. Вознесение всех моделей репрезентации и всех
моделей антирепрезентаций. Это была всеобщая оргия - реального, рационального,
сексуального, критики и аитикритики, экономического роста и его кризиса. Мы
пошли по пути виртуального производства и сверхпроизводства объектов, знаков,
содержаний, идеологий, удовольствий. Сегодня все - свободно, ставки уже сделаны,
и мы все вместе оказались перед роковым вопросом: что делать после оргии?" [2].
Интересен ответ, даваемый Бодрийаром на этот вопрос. Существующее
капиталистическое общество далеко от идеального, его индивиды, прошедшие оргию
всестороннего освобождения, чувствуют себя на перепутье. Бессмысленно, однако,
бороться против тотального отчуждения, в котором пребывает человек нашего
времени. Все, что ему остается - это осознать свое несоответствие новому,
неожиданному для него состоянию общества и попытаться стать другим. Бодрийар
советует, таким образом, обращаться не к действию, направленному на
преобразование такого общества, которое не отвечает более "человеческой
природе", а к рефлексии над этой "природой", чтобы привести последнюю в
приемлемое соответствие с новым состоянием общества. Такого рода совет
показывает, что современный капитализм - при всей радикальности и резкости
происходящих в нем перемен - далек от внутреннего кризиса, способного привести -
по мере его углубления - к некоей "революционной ситуации". Сто лет назад
обстановка в ведущих европейских странах была совершенно иной. В частности,
сторонникам разных форм социализма казалось, что только один путь разрешения
противоречий капитализма - замена его социализмом как более совершенным
социальным строем.
1 С идеей "умерёния" или постепенной коллективизации капитализма перекликается
тезис о возникновении к концу XX в. постмодерного индивидуализма, больше
озабоченного качеством жизни, стремлением не столько преуспеть в карьере или в
бизнесе, сколько отстоять ценности частной жизни и межчеловеческих отношений.
"Постмодерное царство индивида, - пишет, например, Ж. Липовецкий, - не
исчерпывается стремлением выявить уровень конкурентоспособности одних по
отношению к другим, "героизм" победителя и своего собственного созидания, оно
неотделимо от возросшего требования к качеству жизни, включая теперь и условия
труда. Гипериндивидуализм приводит не столько к обострению стремления превзойти
других, сколько к увеличению нетерпимости по отношению ко всем формам
индивидуального презрения и социального унижения. Быть самим собой и победить
свою индивидуальность - это значит не только выбрать свои собственные модели
поведения, но и предъявлять к межчеловеческим отношениям требование этического
идеала равенства прав личности" (Lipovetsky G. Le crepuscule du devoir L'ethique
indolore des nouveaux temps democratiques. Paris, 1992. P. 290).
2 Baudrillard J. La transparence du mal. Paris, 1990. P. 11.
Процесс коллективизации современного капитализма можно проиллюстрировать на
примерах трансформации национализма, собственности и семьи.
А. Тойнби отмечает, что индустриализм и национализм - более, чем индустриализм и
демократия - были в прошлом веке (приблизительно до 1875 г.) теми двумя силами,
которые фактически господствовали в западном обществе. "Промышленная революция и
нынешняя форма национализма действовали тогда сообща, создавая "великие
империи", каждая из которых претендовала на универсальный охват, становясь как
бы космосом сама в себе" [1]. До сих пор некоторые историки, очарованные этим
временем, придерживаются националистической точки зрения и описывают
человеческую историю преимущественно как борьбу национальных государств за
утверждение своего могущества.
1 Тойнби А. Постижение истории. М., 1996. С. 16.
Рецидивами национализма и имперских тенденций явились Первая мировая война и
германский нацизм. После Второй мировой войны пробивает себе дорогу новая
тенденция в отношениях между развитыми капиталистическими странами -
международная солидарность, или интернационализм. Создаются многообразные
региональные объединения капиталистических стран, имеющие преимущественно не
военную, а экономическую и гуманитарную направленность. Особенно активно идет
процесс консолидации в Западной Европе, обещающей в недалеком будущем стать
таким тесным объединением большого числа государств, какого раньше не знала
история.
Международная солидарность всегда была характерна для коллективистических
обществ. Совпадение той глобальной цели, которую каждое из них ставило перед
собой, сходство их идеологии, стиля мышления и способа жизни не просто облегчали
их сближение, но даже делали его необходимым. В средние века настойчиво
пробивала себе дорогу солидарность христианских стран. В индустриальную эпоху
это была уже солидарность социалистических стран, охватывавшая вместе с "лагерем
социализма" и "странами социалистической ориентации" треть человеч
...Закладка в соц.сетях
