Жанр: Электронное издание
Golvas01
...упил конец твоей самодеятельности, инспектор, - сказал
предводитель группы, приблизившись. - Но убивать мы тебя не будем, просто
нейтрализуем, подсадим гипнотрансор. Будешь слушаться как миленький, и никаких
проблем. Возражения есть?
- Конечно, есть, - сказал Павел и прыгнул к нему, в доли секунды
преодолевая расстояние в десять метров.
"Санитар" действовал быстро, но то ли был спесив изначально, то ли верил в
свое превосходство, поэтому выстрелить в инспектора из суггестора "слон" не
успел. Пробить его костюм Павел не смог, но шейные позвонки сломал.
Приятели "санитара" мгновенно открыли огонь из своих "пушек" - тех же
излучателей "слон", накрыли залпом Жданова, и тот вряд ли смог бы долго устоять
под натиском ломающего волю излучения, но в схватку вмешалась третья сила.
За спиной Павла с гулом возникла громадная черная фигура на "коне",
сверкнули зеленые молнии, взвихрились три столба бледного пламени и дыма.
"Санитары" исчезли. Всадник, глянув на застывшего Павла длинной рубиновой щелью
глаза, подхватил с земли оставшегося "санитара", молча повернул кентавра и
тяжкой рысью удалился к Стволу. Наступила тишина. Потом зашевелилась
находившаяся в столбняке Люция, огляделась. Глаза ее стали изумленными и
большими.
- Паша, ты? ! Как мы здесь оказались? ..
Вышел из ступора и Евгений, но то ли доза гипноизлучения ему досталась
больше, то ли организм реагировал сильнее, - его вырвало.
Поддерживая обоих, Павел усадил их в куттер и ответил дежурному по Центру
на вопрос: что за взрывы наблюдаются возле западного РЭК?
Поднял машину в воздух и услышал на волне интеркома четкий и звучный бас:
- Первый вызывает "Роуд-аскер" Сто семь...
Молчание, вернее, равномерный шум других голосов, и снова:
- Первый вызывает "Роуд-аскер" Сто семь...
Павел спохватился и наклонился к микрофону.
- Сто седьмой слушает Первого.
- Сто седьмой, вас ждут в Центре, срочно ответьте по двадцать второму
каналу.
Павел посмотрел на спутника, с трудом избавляясь от мыслей о Люции.
Разозлился, стряхнул оцепенение.
Высадив Барановых возле их дома, он снова полетел к Стволу и вскоре вошел
в зал Центра, уже полностью владея собой.
* ГЛАВА 6
В бункере Центра его ждали Ромашин, Златков и директор УАСС Ив Костров. До
этого Павел видел директора всего два раза, и то, что руководитель такой мощной
организации, как аварийно-спасательная служба,
"снизошел" до посещения Центра, указывало на серьезность происходящих
событий больше, чем другие факты.
Ив Костров был среднего роста, нетороплив, скуп на слова, широкоскул и
рыжеволос. Твердый рот, пристальный взгляд из-под припухших век, умение
мгновенно оценивать собеседника говорили о недюжинном уме и сильной воле этого
человека. Павел, здороваясь, встретился с ним глазами и понял, что оценен и
взвешен взыскательно и точно - он, инспектор космосектора УАСС, считавший себя
неплохим психологом, непроницаемым для других!
- Дела наши не блестящи, - сказал Ромашин, подчеркивая взглядом, что о
происшедших только что событиях говорить не следует. - Час назад получен анализ
состояния среды вблизи Ствола: изменены все природные параметры, обнаружена
широкая гравитационная депрессия, растущая в глубь Земли. Кроме того, открыты
более чем странные объекты в космосе, расположенные по вектору от Ствола на
расстоянии около ста астрономических единиц от Солнца. Но самое главное, что
дальше нас не пропустили! Путь в космос на этом направлении блокирован.
- Как не пропустили? - вяло удивился Павел. - Кто не пустил?
- Не знаю. Мы направили спейсера погранслужбы дальше в открытый космос по
тому же вектору, но в световом полугоде от Солнца корабли наткнулись на
неизвестное поле, отбросившее их назад.
- Может быть, надо просто обойти эту область?
- Результатов пока нет. - Ромашин посмотрел на директора Управления и
замолчал.
- Вы догадываетесь, зачем вам все это говорится при мне? - спросил тот,
сдерживая в голосе басовитые громыхающие нотки.
Павел кивнул.
- Под угрозой жизнь многих тысяч людей, и надо спешить с расследованием
причин катастрофы.
Натолкнувшись снова на предупреждающий взгляд Ромашина, Павел пришел к
окончательному выводу: существуют два горизонта работы отдела безопасности -
официальный, якобы секретный, но доступный разведке тех же "санитаров", и
горизонт "глубокого залегания", известный лишь немногим доверенным лицам. Этот
разговор с директором УАСС вмещался в рамки официального действия, в меру
стандартного и предсказуемого.
- Под угрозой существование цивилизации - вот как стоит вопрос! Связь
между странными явлениями на Земле и в космосе и экспериментом в лаборатории
времени прямая. Нет смысла объяснять, как дорога каждая минута. Мне сообщили,
что именно вы близки к финалу расследования, хотя с той же проблемой работают
еще несколько инспекторов и экспертов. Руководство Центра готовит экспедицию в
хронолабораторию.
Рискнете пойти туда... после похода Марича?
Павел выдержал еще один быстрый оценивающий взгляд, но за него ответил
Ромашин:
- Справится, я в него верю.
- Необходимо сделать все возможное и невозможное, чтобы предотвратить
грядущие катастрофы. Покажите мне оборудование Центра и его структуру, -
обратился Костров к Ромашину.
Инспектор остался стоять с молчащим Златковым.
- Ну и ну! - пробормотал Павел. - Час от часу не легче!
- Он еще слабо сказал, - тихо произнес Златков. - Под угрозой
существование Вселенной, а не только земной цивилизации!
Я боюсь, как бы хронобур не провалился к самому моменту образования нашего
Мироздания! Кстати, по последним выкладкам расчетной группы, Ствол ушел и в
будущее.
- Ну и о чем это говорит?
- Это открытый хроноклазм, вариант которого никем не просчитан. Ни один
запуск хроноускорителя в будущее до катастрофы не дал положительного результата.
"Вязкость" времени в направлении будущего оказалась такой, что хронобур
выталкивался из времени, как пробка из воды.
Павел помолчал, глядя, как Ромашин что-то рассказывает Кострову.
- Вы как-то сказали, что у вас разработана собственная гипотеза о причине
катастрофы...
- Не отрицаю, говорил... Разве Марич не отбил у вас охоту выслушивать
бредовые идеи?
- Напрасно вы о нем так...
Начальник Центра пожал плечами.
- Не судите пристрастно о наших отношениях. Он меня не любил, это верно,
да и я его не жаловал за несдержанность, излишнюю категоричность, но он
прекрасный специалист... был. Жаль, что он пошел на этот безумный шаг без
подготовки.
- Вы не ответили.
- Извольте. Но прежде я кое-что вам покажу. - Златков, не оглядываясь,
пошел из зала. Павел вынужден был последовать за ним.
Они спустились на этаж ниже, где начиналась епархия инженерно-технического
корпуса, свернули к лаборатории Полуянова.
Инженер в компании своих единомышленников, как всегда, возился у стола с
недвижным телом конкистадора, одетый в серый комби техперсонала.
Увидев Златкова и Жданова, он оторвался от работы и кивнул на один из
стандартных с виду боксов, в которых можно было создавать любые условия для
испытаний технических устройств или управлять процессами дистанционно.
Златков вошел в бокс первым, полусогнувшись - высота двери достигала лишь
полутора метров. За ним последовал Павел и инстинктивно отшатнулся: показалось,
будто он оглох и ослеп одновременно. Но это была только реакция его нервной
системы на сенсорную депривацию: бокс обладал абсолютной защитой от внешних
излучений. Внутри него царила идеальная тишина электромагнитных полей.
Златков остановился посреди тесноватого помещения с верстаком у стены и
комплектом разнообразного оборудования, искоса глянул на замершего в напряженной
позе Павла.
- Проходите, инспектор. Этот уголок Центра организован таким образом, что
о его существовании знают всего четверо, вы будете пятым.
Бокс окружен фазированной вакуум-оболочкой и нейтронным изолирующим слоем.
- Зачем? - Павел наконец отошел от крышки люка и прислонился к стене,
похожей на шкуру слона.
- Чтобы нас никто не мог подслушать.
- В том числе "санитары"?
- Значит, вы знаете? - В бокс вошел комиссар безопасности Ромашин.
Полуянов за его спиной подмигнул Павлу и вышел, аккуратно закрыв за собой
люк.
- Что ж, тогда мы не ошиблись в вас, - продолжал Ромашин.
Он прошел к верстаку, примостился в уголке. - Прежде всего прошу прощения
за те неудобства, которые вы испытали за время своего расследования.
Особые извинения - за инцидент на территории зоны, когда на вас напали. Но
мы не вмешивались до последнего мгновения, веря в ваш профессионализм и...
- Чтобы не выявлять степень своей осведомленности о деятельности
"санитаров", - угрюмо закончил Павел.
- Браво! - кисло сказал Златков.
- В надежде, что наша помощь не понадобится, - невозмутимо продолжал
Ромашин. - И надежды наши оправдались: вас выручили другие... защитники.
- Кто был тот черный всадник?
- А вот на этот вопрос я не отвечу, потому что и сам не знаю ответа.
Черные всадники - мы называем их хронорыцарями - появляются в поле зрения очень
редко. По всей видимости, они свободно уходят в Ствол и выходят из него. Но как
это происходит, наблюдать не удалось. На контакт с нами они не идут. Хотя явно
симпатизируют.
Не то что "санитары". А теперь профессор Златков введет вас в курс
реальных событий, которые имеют место, а я обрисую ваше положение. После этого
вы зададите вопросы, накопившиеся у вас во время следствия... если они еще
останутся.
Златков, равнодушно прислушивающийся к речи комиссара, пристроился рядом,
все еще не глядя на Павла, пожевал губами.
- Начать, мне кажется, следует вот с чего... Шотландский физик Хью Эверетт
Третий в тысяча девятьсот пятьдесят седьмом году от Рождества Христова написал
диссертацию на тему: "Формулировка квантовой механики на основе понятия
"относительного состояния", где изложил метатеорию "Фрактала времен", в которой
Вселенная в каждый микромомент времени ветвится на параллельные микромиры.
Каждый такой мир представляет собой некую комбинацию микрособытий, которая могла
бы реализоваться вследствие вероятностной изменчивости мира.
Другими словами, каждый такой мир - как бы ветвь колоссального Древа
Времен, развивающаяся в момент ответвления уже по своим законам.
Таким образом, эвереттовский "Фрактал времен", или "хронодендрит",
"Древо Времен", "Фрактал Хроноса" - названий много - и есть наша Большая
Вселенная, реализующая все возможные варианты движения материи. Вы следите за
моей мыслью? - поднял Златков меланхоличный взгляд на Павла, и в глубине его
глаз мелькнул ироничный огонек.
- Слежу, - сухо ответил Павел.
- Отлично. Так вот, мы, люди, живем в одной из ветвей Древа Времен,
образующей Метавселенную со звездами, космосом, гравитацией, энтропией и прочими
физическими аксессуарами. Ветви Древа Времен могут и пересекаться, и вливаться
одна в другую, и мешать друг другу, что весьма печально заканчивается для
Метавселенных. Но есть такие контакты ветвей, которые порождают виртуальную
последовательность миров.
- И мы как раз живем в одном из таких... виртуальных?
- Он хорошо схватывает суть дела, - подал голос Ромашин. - Потому-то
"санитары" и взялись за него всерьез.
- Вы правы, - кивнул Златков, проявляя внезапный интерес к разговору. - Мы
живем в одном из виртуальных миров-ветвей.
В той же ветви, которая соприкоснулась с нашей, живут другие существа, их
мы назвали "хронохирургами" за то, что они решили ампутировать нашу ветвь. Это
именно они с помощью своих слуг, тех самых "санитаров", закодированных особым
образом людей, включили хроноквантовый ускоритель и контролируют его провал в
прошлое нашей Метавселенной. - Ученый посмотрел на Ромашина. - Вводная часть
закончена, мой генерал.
Теперь ваша очередь.
- У него, кажется, возникли вопросы, - сказал Ромашин, разглядывая лицо
Павла. Тот кивнул.
- Хочу кое-что уточнить по ходу... Итак, Вселенная есть Древо Времен...
- Я лично предпочитаю называть ее Фракталом времен, но это дело вкуса.
Древо Времен - это по сути пространство осуществления всех возможностей,
заложенных вероятностными законами. - Златков помолчал и добавил: - Ветвь Древа,
таким образом, есть линия осуществления одной возможности из числа всех
заключавшихся в предыдущем узле.
- И сколько это - "всех"?
- Много. Однако число возможностей, реализующихся в каждом мгновении Древа
Времен, не бесконечно, иначе не существовало бы ничего невозможного,
подчиняющегося каким-либо законам структуризации.
- Каким образом "хронохирургам" удалось прорваться в нашу ветвь, чтобы
включить хроноускоритель?
- Точно неизвестно. По-видимому, существуют какие-то иные способы
перемещений из ветви в ветвь или же наша ветвь - Вселенная в данное время -
касается ветви "хронохирургов".
- Каким образом Ствол может помочь "хирургам" отрезать нашу ветвь от
Древа?
Златков и Ромашин переглянулись. Комиссар изменил позу, явно получая
удовольствие от беседы. Они со Златковым, вероятно, по-разному оценили
способности Жданова, когда тот появился в Центре защиты, и оценка комиссара была
точнее.
- По сути Ствол сейчас представляет собой новую мировую линию, -
неуверенно начал Златков. - Иными словами, Ствол... м-м, хроноускоритель... оказался
трактрисой времен, пространственно-подобной линией, соединившей узлы "вечного
теперь" в истории нашей Вселенной... м-м, а также и Земли. Проще я вряд ли смогу...
- Не стоит, - все так же сухо ответил Павел. Он не любил, когда его
держали за глуповатого служаку... каковых, впрочем, в следственной комиссии было
немало. - Теперь давайте перейдем к конкретным вещам, от теории к практике. Что
известно о "хирургах"?
- Почти ничего, - сказал Ромашин, развеселившись было, но тут же погасив
веселый блеск в глазах. - По нашим эф-прогнозам,
"хронохирург" представляет собой разумную систему типа "рой".
- Скорее типа "стая"... что непринципиально, - пробормотал Златков,
разглядывая в свою очередь Павла с некоторым удивлением.
- Они рассчитали вариант вмешательства в наш виртуальный мир, и при
успешной реализации проекта их ветвь из виртуальной станет стопроцентно
реальной. Наш же мир просто исчезнет, как сон Вселенной, усохнет, как отпиленная
от дерева ветка. Если мы этому не помешаем.
А "санитары" как раз и убирают всех, кто потенциально может помешать.
Поэтому приходится прибегать к специальным методам защиты вроде этой. - Комиссар
повел руками вокруг стен бокса.
- Вы уверены, что "санитары"...
- Обыкновенные люди, только запрограммированные соответствующим образом.
Ну, или... не совсем обыкновенные. В основном это профи погранслужбы и службы
безопасности. Так что драться с ними придется жестоко.
- Это я уже понял. Какова моя роль в этом деле?
- Вы до сего момента были запасным игроком, запасным исполнителем варианта
"Спецназ". Теперь - основной.
Павел молча смотрел на Ромашина, и комиссар, помедлив, добавил:
- До того как мы осознали, кто и зачем работает против нас, погибло двести
сорок человек. В том числе две группы инспекторов по особо важным делам. Одна из
групп - не далее как вчера ночью, почти в то же время, когда вы гуляли у Ствола.
Группа должна была прорваться в Ствол.
- Я не знал... - пробормотал Павел. - Моя задача?
- Пройти в Ствол, создать там отряд спецназа и попытаться выключить
хронобур. Естественно, при этом вам будут мешать все слуги "хирургов", а
возможно, и сами "хирурги". Но у вас есть и союзники, как мы выяснили. Мы их
называем - Те, Кто Следит... за молодым и перспективным инспектором службы
безопасности Павлом Ждановым.
Павел порозовел, расценив речь комиссара как издевку, но Ромашин говорил
серьезно, разве что с долей грустной иронии.
- Это не черные всадники случайно?
- Нет, хронорыцари - исполнители более низкого уровня, хотя и очень
мощные.
На верстаке вдруг загорелся крошечный оранжевый зрачок, раздался тихий
голос инка:
- Фиксирую поток внимания. Время непосредственной угрозы обнаружения -
минута тридцать пять.
- Я пошел, - тотчас же встал Златков и первым вылез из бокса.
- Мы еще вернемся к обсуждению ваших доброжелателей. - Ромашин тоже встал.
- Работайте, как и прежде, по старым планам, мы вас подстрахуем. Время открытой
схватки с "санитарами" еще не пришло, пусть сообщают хозяевам о вялотекущем
следствии. Для дальнейшего инструктажа я вас вызову.
- Секунду... извините. Мои друзья, Евгений и его... жена, Люция...
- Они не "санитары", успокойтесь. Кто-то из наблюдателей услышал о вашем
желании встретиться, опередил вас и с помощью суггестора внушил обоим интерес к
Стволу. Они ничего не знают и не догадываются.
- Спасибо.
- Не за что. - Ромашин дружески сжал плечо Павла и вышел.
Жданов медленно вылез из бокса следом, окунаясь, как в воду, в бурю
звуков, света, электрических и магнитных полей, психологического давления на
мозг со стороны всех следящих за инспектором. Он и раньше фиксировал на себе
поток внимания, но относил свои ощущения к общему фону тревоги, сопровождающему
катастрофу. Теперь же он точно знал, что за ним наблюдают - очень
профессионально, классно, с использованием спецаппаратуры - и друзья, и враги.
* ГЛАВА 7
В отдел "Р" Павел прибыл в половине восьмого утра и первым делом прочитал
поступившую информацию. По его просьбе расчетная группа отдела безопасности
смоделировала обстановку в главном зале управления лаборатории во время
эксперимента. Все было, как обычно: мощность хроноимпульса, работа силового
оборудования Ствола, разговоры по интеркому с абонентами. То есть ничто не
предвещало катастрофы, и никто из экспериментаторов не заметил ничего
необычного. Во всяком случае, за полчаса до катастрофы.
Быстро дочитав остальное, Павел отправился в отдел разработки
индивидуальных средств защиты, или "отдел бронемастеров", как его называли в
техническом секторе.
Его встретил сам начальник отдела Тишо Алюш, бронзоволицый, с орлиным
носом и проницательными глазами, не то индус, не то перуанец. Одет он был во все
красное и коричневое, но, как ни странно, гармонирующее с цветом лица и фигурой.
- Проходите. - Алюш сделал приглашающий жест. Голос у него был гортанный,
горловой, и слова он выговаривал очень четко и правильно, как диктор
Интервидения. - Это мой кабинет. - Алюш указал на белую дверь с номером "один".
- Дальше лаборатории: микротехники, внутреннего обеспечения, газо- и водообмена,
утилизации отходов, подгонки, легкой защиты, специальных средств защиты.
Нам сюда.
Они вошли в лабораторию. Небольшой прямоугольный зал был поделен на
отсеки, соединенные лентой транспортера, из дальней стены вырастали выпуклые
щиты с люками и окнами - камеры испытаний. В зале было свежо и тихо, витали
приятные травяные запахи.
Алюш провел Павла в самый конец зала, к последнему отсеку. В огороженной с
трех сторон молочным пластиком комнатке стояли какие-то сложные агрегаты, у
которых возились две девушки и юноша. Четвертый работник сидел перед экраном и
следил за вспыхивающими в окошках пульта зелеными и красными цифрами.
- Третий цикл заканчиваем, - сказал он тонким голосом. - Показатели в
пределах нормы. Приступать к последнему?
- После испытаний. - Алюш повернулся к Павлу, кивнул на экран. -
Испытываем ваш скафандр.
Начальник отдела снял с зажимов одной из машин какой-то черный сверток с
блестящими полосами и развернул в плоское подобие человеческой фигуры.
- Внутренняя оболочка. Она будет служить фильтром и удалять отходы
метаболизма. Управляется биотоками, но есть и звуковое дублирование.
Павел с сомнением потрогал мягкую эластичную пленку.
- А я в нее влезу?
- Не волнуйтесь, она рассчитана на крупногабаритную начинку.
К сожалению, готов только первый скафандр, а он в камере.
- Нельзя ли посмотреть на скафандр в натуре?
- Нет ничего проще. Сеня, включи передачу из камеры.
Низкорослый Семен включил видеосвязь с камерой, одна из стен отсека
исчезла, и на ее месте появился короткий круглый тоннель, заполненный слоистым
голубым дымом. В дыму бродила странная серая фигура с конусом вместо головы. На
спине у нее был круглый горб - генератор защитного поля, на поясе - ряд приборов
и светящихся индикаторов. Семен поколдовал на пульте, дым в камере исчез.
- Что, конец? - раздался с пульта голос испытателя.
- Еще нет, Лори, - ответил Семен. - Пришел инспектор безопасности, хочет
посмотреть, как ты выглядишь в скафандре.
- Ну и как я ему?
- Нормально, как горбатый варан.
Павел покосился на Алюша, смущенного юмором подчиненных, некоторое время
рассматривал скафандр со множеством окошек, штуцеров, рубчатых полос и выпуклых
ромбов, превративший человека в неизвестное науке существо.
- Выглядит довольно необычно, как панцирь мезозойского пресмыкающегося.
Мне приходилось носить все типы скафандров для космических исследований и
разведки, но такого я еще не видел.
Он покинул отдел через полчаса и вскоре был уже под Брянском, в зале
Центра защиты, психологическая атмосфера которого заставляла его с особой
остротой ощущать нависшую над миром грозную непредсказуемую опасность. Знакомого
инженера службы Центра - он же работник службы безопасности, гриф, - Федора
Полуянова, занимавшегося, по официальной версии, засылкой в Ствол конкистадоров,
Павел обнаружил, где и положено, в секторе киберобеспечения.
Помещение отдела напоминало зал "отдела бронемастеров": те же кубы
отсеков, за перегородкой - терминал вычислителя, видеоселектор, в центре -
черный круг с манипуляторами. На круге стоял конкистадор, рядом возился Федор
Полуянов.
- Извините, что отрываю от работы, - сказал Павел. - Я ненадолго.
- Ради Бога, о чем разговор! - развел руками Федор, сероглазый, плотный, с
казачьими усами. - Ваша фирма настолько серьезная, что ее уважают даже
неспециалисты.
- А вы разве не из нашей конторы?
Оба говорили для тех, кто их наверняка слушал, соблюдая законы "легенды",
хотя знали о принадлежности друг друга к "глубокому горизонту" агентуры.
- Нет, я из отделения перспективных исследований Академии наук.
Здесь, в Центре, много наших работников, да и вообще собрались
представители почти всех научных дисциплин. Сами понимаете, случай
беспрецедентный.
Полуянов нашел два свободных кресла, и они сели в уголке, чтобы не мешать
работающим у пульта.
- Что вас привело к нам сегодня?
- Хочу узнать, что удалось выудить у конкистадоров о работе Ствола.
Инженер оценивающе посмотрел на Павла.
- Вы имеете разрешение отдела контроля на получение этих сведений?
Почти вся информация о выходах конкистадоров из Ствола закрыта, даже для
инспекторов. Кстати, вы третий, с кем я имею дело.
- У меня карт-бланш. - Павел показал красно-белую карточку с эмблемой УАСС
и выбитой на другой стороне надписью: "Павел Жданов, отдел безопасности,
неограниченные полномочия". - Из-за чего засекречена информация конкистадоров?
- Тут я пас, могу только предполагать. Мне кажется, ваше руководство
опасается паники глобального масштаба. Изменить ход событий мы пока не в силах,
всей мощи земной техники не хватит на то, чтобы уничтожить Ствол или хотя бы
закапсулировать его от окружающего мира. К тому же есть подозрения, что в
катастрофе замешаны чужие.
- Ну, это я уже слышал от Златкова, он давно предположил о вмешательстве в
эксперимент иного разума.
- Тогда пойдемте, кое-что покажу. - Полуянов встал и подошел к отдельно
стоящему пульту с мыслезадатчиком команд, в два приема вырастил из панели усик
эмкана. - За две недели с момента катастрофы из Ствола вышли одиннадцать
конкистадоров, последнего мы ловили вместе. Блоки памяти у них были разрушены,
однако кое-какие крохи информации о работе систем Ствола изнутри удалось
наскрести.
Инженер включил проектор, вспыхнувший виом раздвинул стены помещения.
Павел увидел часть песчаного пляжа, нависающую над ним циклопическую сизо-синюю
стену, какие-то бурые высохшие растения и россыпь камней. Но не это привлекло
внимание инспектора: на переднем плане виднелись полузасыпанные песком матовочерные
полусферы, из которых торчали длинные красные хлысты, похожие на удочки,
- не то антенны, не то усы, а рядом стояла громадная черная туша, похожая на
уродливого металлического кентавра с таким же уродливым черным всадником на
спине.
- Одна из самых качественных голографий, полученных нами от конкистадоров,
после обработки, разумеется. Видите полусферы с антеннами и это чудище -
кентавра? Это главное доказательство того, что в Стволе находятся чужие разумные
существа. Полусферы и кентавры не входят в оборудование Ствола.
Подождав немного, Федор сменил изображение.
Низкая темная комната, закопченная и грязная, а может быть, сказалось
качество голографии. Посередине круглая колонна с черной дверью, рядом с
колонной люди - мужчина и женщина. Лица немного смазаны, но заметно, что они
устали.
- По одежде - выходцы из двадцатого века. Как они туда попали -
неизвестно.
Снова смена изображения.
Снежная равнина с чахлыми кустиками, а вдали - золотистый купол, похожий
на пухлую шапку светящегося тумана.
- Хроноскважина, - пояснил инженер. - Канал непосредственного
преобразования пространства во время. Остальные снимки, к сожалению,
некачественные, почти ничего не разглядишь. Кроме голографий, мы получили записи
состояния некоторых агрегатов Ствола.
Нет сомнения, хронобур продолжает работать и удерживать Ствол в состоянии
"вибрирующей струны". Состояние это опасно тем, что в любой момент время может
"пойти вразнос" - термины условны - и... никто ничего не успеет понять. Мы просто
исчезнем, а вместе с нами и обозримая часть Вселенной. Перспектива не из
приятных, не правда ли?
- Меня сбивает с толку, что вы так легко рассуждаете об этом.
- Потому что не верю в пессимистические прогнозы. Мы, считавшие себя
владыками пространства и времени, разбудили такие чудовищные силы, что наши
старшие братья по разуму не могли не вмешаться. Полусферы с антеннами и кентавры
с всадниками наверняка являются их аппаратами.
Павел с сомнением покачал головой.
- Что-то вид у них больно непрезентабельный. Вмешательство иного разума я
представляю се
...Закладка в соц.сетях
