Жанр: Электронное издание
Bersen02
... был рассчитан на тот
контингент, от которого Леру тошнило. Она
поняла это уже по тому, как оформлен фасад двухэтажного дома, к которому,
свернув с шоссе, они подъехали по узкой,
обсаженной кустами дороге: с какими-то псевдокоринфскими колоннами, готическими
башенками и пошлыми фонарями у
входа.
Машины парковались за рестораном, у глухой высокой стены. Встав на
свободное место рядом с шестисотым
"Мерседесом", Саня расстегнул куртку, пиджак и снял из-под него кобуру с
пистолетом.
- Зачем ты снимаешь? - удивилась Лера.
- Да мне показалось, тебе это неприятно, - пояснил он.
- Вот глупости какие! - возразила было Лера, но Саня уже забросил пистолет
в "бардачок". - Как это ты в машине
оставляешь такие вещи?
- Думаешь, в моей машине кто-то решится пошуровать? - усмехнулся он. -
Надежнее, чем в аптеке, можешь
пальто тоже здесь оставить.
Они обогнули здание и подошли к центральному входу с фонарями. У крыльца
стоял высокий молодец в длинном
кафтане и меховой шапке а-ля Мономах. Мартовским вечером было довольно тепло, и
из-под шапки по лбу швейцара
катились капли пота.
- Здесь вообще-то не только ресторан, - рассказывал Саня. - Казино есть,
сауна - все что хочешь.
- Все, что нужно для счастья, - усмехнулась Лера.
- Может, и не для счастья, а чтоб человеком себя чувствовать - это точно.
Мономах распахнул перед ними дверь, и они оказались в просторном холле,
украшенном множеством разноцветных
лампочек. Народу было довольно много, посетители курили, сплевывая в блестящие,
словно из золота сделанные,
плевательницы.
С некоторых пор Лере были совершенно безразличны рестораны, поэтому она не
особенно обращала внимание на
показную роскошь здешних интерьеров - все это массивное дерево, золото отделки,
огромные корзины с искусственными
цветами.
Она вдруг вспомнила, как они с Митей ели с жаровни кефаль на Галатском
мосту в Стамбуле, - и ей стало так
грустно, хоть совсем беги отсюда.
Официант ожидал заказа, и Саня сказал:
- Тут такое блюдо есть - закачаешься! Рябчики в можжевеловом соусе,
хочешь? Мне прошлый раз официант
рассказывал, что это ещё французский король Людовик придумал. Он рябчика на
охоте подстрелил, и тут же другой рядом
упал - оказывается, первый рябчик была его подруга, вот он тоже и умер. Поэтому
рябчиков теперь к столу только парой
подают.
- Ох, Саня, - улыбнулась Лера, - после такой истории всякий аппетит
пропадет!
- А по-моему, интересно, - погрустнел он.
- Лучше я вот это попробую, - сказала Лера, чтобы сгладить неловкость от
своего замечания. - Ребра ягненка под
коньячным соусом, тоже очень экзотично.
- А пить что будешь? Коньяк?
- Ты, видно, теперь думаешь, что я только коньяк пью, и обязательно до
положения риз, - улыбнулась Лера. - Я
бордо выпью, ладно?
- Ладно, - согласился Саня. - Я тогда тоже бордо.
- А ты пей сколько хочешь, - предложила Лера. - У меня права с собой, я
тебя могу домой отвезти.
- Да уж сам доберусь как-нибудь, - усмехнулся он. - И с чего ты взяла, что
мне "сколько хочешь" - это чтоб на
ногах не держаться? Я, может, сегодня вообще без выпивки обойдусь.
- Почему это? - удивилась Лера. - Ну, как знаешь.
Музыка здесь была попсовая, Лера такую терпеть не могла. Она и вообще
никогда не поехала бы в такой ресторан -
нуворишеский, в котором хороша была только кухня, - но ей совсем не хотелось,
чтобы Саня об этом догадался.
По всему залу был слышен писк мобильных телефонов. "Мухой чтоб летел на
таможню!" - доносилось из-за
соседнего столика.
Официант разлил вино по бокалам, и Саня сказал:
- Что ж, за тебя! Чтоб была ты счастливая, чтоб никогда ты не грустила...
- Спасибо, Санечка, - улыбнулась Лера, но улыбка у неё получилась
невеселая. - А я "аллаверды" за тебя выпью -
хороший ты человек!
Она отпила несколько глотков вина, пожевала листик салата. Саня тоже ел не
много.
- Что же ты не расспрашиваешь, что я в Африке делал? - спросил он,
поставив свой бокал.
- Саня, - укоризненно произнесла Лера, - ещё бы я стала выспрашивать о
твоих делах!
- Почему - выспрашивать? Мне же хочется хоть что-нибудь интересное тебе
рассказать, - возразил он, и в голосе
его мелькнули непонятные нотки.
- Ну, расскажи, - кивнула Лера. - С бедуинами ездил на верблюде? Или с
девочками красивыми развлекался?
- Да ну их! - махнул рукой Саня. - И девочек ихних, и верблюдов! Одна
зараза, потому и дешево.
Лера не выдержала и рассмеялась непосредственности этого заявления. Она
вообще любовалась Саней. Лицо у него
сильно загорело на африканском солнце, волосы выгорели до цвета речного песка, а
синие глаза, устремленные на Леру,
сияли на смуглом лице просто как василечки во ржи. Теперь он выглядел ещё
моложе, чем прежде, - совсем мальчишкой.
- Так расскажи, - повторила она. - Что же ты там делал?
- А друга навещал. Он уже год там отирается, бедняга. Теперь вот решил,
пока суд да дело, пару заводиков открыть у
братьев наших меньших. Деньги были нужны и вообще - поддержка, вот и пришлось
смотаться. Сам-то он сюда приехать
не может...
- Почему? - спросила Лера.
Вообще-то ей было не слишком интересно, почему не может приехать в Россию
Санин друг, но она видела, что он
хочет рассказать, вот и спросила.
- Долги остались, - усмехнулся Саня. - Он тут пирамиду организовал в свое
время.
- Мавроди, что ли? - поинтересовалась Лера.
- Почему обязательно Мавроди? Их же, пирамид этих, в Москве больше было,
чем в Египте. Ну, и он руку приложил.
Голова у него нормально работает, а тогда и думать особенно было не нужно, знай
деньги собирай. Одна была проблема,
поскорее на баксы обменять. Мы с ним, помню, приехали в один офис - менять. Там
как раз народ толпится в коридоре -
ждет, когда самолет из Польши сядет с долларами. Все сидят, между ног чемоданы
держат - как все равно стеклотару
пришли сдавать, - усмехнулся Саня. - Вдруг у всех разом мобильники зазвонили -
сел самолет! Наконец тащат баксы по
коридору. Ни тебе охраны, ничего: идут три мужика, у каждого на плече по мешку
здоровенному - полосатые такие, как
челноки барахло возят, знаешь?
- Знаю, - кивнула Лера, едва сдерживая улыбку. - И что, поменяли?
- Поменяли, конечно, зря, что ли, приходили? Я к тому говорю, что все
тогда было просто, только руку протянуть.
- Ну, это смотря для кого, - пожала плечами Лера, вспоминив, как сама она
жила в те годы. - И кому же остался
должен твой приятель - вкладчикам?
- Еще чего! Вкладчики перетопчутся как-нибудь. Другим людям, покруче... И
очень он с ними хочет помириться, вот
я и мотаюсь туда-сюда.
- А помирится - вернется?
- Навряд ли. Им же ещё и власти интересуются, а с теми уж я не договорюсь.
Я ему так и сказал: сидеть тебе, Витек,
в этой Африке, пока обратно в обезьяну не произойдешь!
- Или пока его там не арестуют, - заметила Лера.
- Ну, насчет этого он не беспокоится, - махнул рукой Саня. - Кому его там
арестовывать? Местным дела нет, а
отсюда людей посылать - ты прикинь! Один билет туда-сюда - две тысячи баксов, да
если слать, то не ниже полковника, а
с ним обязательно двух генералов - куда без них! Неделю они там будут питьгулять
в пятизвездочном отеле - с понтом
ищут - это в какую ж копеечку влетит государству! И все равно не найдут: он пока
что за пальмой отсидится, потом обратно
вылезет. С тем они и вернутся, руками только разведут перед начальством.
- Государственный у тебя ум, Санечка! - рассмеялась Лера.
- А ты думала! - Он улыбнулся в ответ. - Ну что, развеселилась?
- Развеселилась, - кивнула она. - Удивительное дело, Саня: что бы ты ни
говорил - мне весело!
- А что я такого говорю? - удивился он. - Обычные дела рассказываю.
- Неужели обычные? Все-таки столько людей обманул твой друг...
- Брось ты - обманул, - поморщился Саня. - Да их грех не обмануть, таких!
Это ж лохи, они для того и
предназначены, чтобы их кидать, иначе их от халявы никогда не отучишь. Ну вот ты
- пойдешь ты, например, на вокзале к
каталам каким-нибудь, которые тебе миллион обещают за пять минут?
- Не пойду, - покачала головой Лера. - Но...
- И ни один нормальный человек не пойдет. А кто пойдет - за тех ты и не
переживай.
- Да я за них не переживаю, Сань, я за тебя переживаю.
- За меня? - Он посмотрел на неё долгим и внимательным взглядом. - За
меня... Что тебе до меня!
Весь его веселый пыл вдруг угас, он быстро выпил вина и, не поднимая на
Леру глаз, принялся за принесенные
официантом ребра ягненка.
Лера тоже не знала, что сказать. Она чувствовала себя то ли растерянной,
то ли расстроенной от этой мгновенно
промелькнувшей между ними неловкости. Сразу вспомнилось, с каким настроением она
ехала сюда сегодня, с каким
настроением вообще жила в последнее время...
Наверное, лицо её совершенно переменилось, потому что Саня грустно
произнес, наконец взглянув на нее:
- Скучно тебе со мной...
- Ну что ты, Санечка, - попыталась возразить Лера. - Как мне может быть с
тобой скучно?
- Да очень просто. А как еще? Говорить тебе со мной не о чем. Я за свою
жизнь полторы книжки прочитал, ничего
интересного тебе рассказать не могу.
- При чем здесь книжки... - медленно произнесла Лера. - Не в этом дело,
Сань. А говоришь ты очень свободно,
правда! Я бы и не заметила, читаешь ты или нет...
- Просто я переимчивый, - объяснил он. - Быстро соображаю, а с людьми
общаюсь не с самыми глупыми, вот и
вся причина. Лера, давай потанцуем, а? - вдруг предложил он. - Или ты не поела
еще?
- Поела, - ответила Лера, кладя на стол салфетку. - С удовольствием
потанцую с тобой!
"Одно, чем такая музыка хороша, - подумала она, выходя с Саней на танцпол,
- что танцевать не мешает: не
заслушаешься".
Сначала они танцевали что-то быстрое в общем кругу, а потом ритм сменился
и Саня положил руку Лере на талию.
- Как с тобой... - сказал он дрогнувшим голосом. - Как по речке плывешь...
И вдруг она почувствовала, что он хочет обнять её, прижать к себе. У него
руки вздрагивали от силы этого желания, и
Лера не понимала только, почему он сдерживает себя.
Но ей так не хотелось, чтобы он не сдержался и обнял ее! Совсем не
хотелось промелька неловкости, после которого
надо было бы что-то говорить, объяснять...
Идя танцевать, Саня снял пиджак. Ладонью, лежащей у него на плече, Лера
чувствовала, как напряглись его мускулы
под тонкой рубашкой. Она осторожно провела пальцами по его плечу, словно пытаясь
успокоить. Но покоя не было в нем...
- Я не буду, Лер... - вдруг сказал он - так тихо, что она едва расслышала
его слова сквозь грохот музыки; Санины
глаза синели совсем рядом с её лицом. - Ты не думай плохого...
Она хотела сказать, что не думает о нем ничего плохого, что о нем вообще
невозможно думать плохо, - и не стала
ничего говорить.
Они молча дотанцевали и вернулись за столик.
- Я сейчас приду, - сказал Саня. - Подожди минутку, ладно?
Лера кивнула и, ожидая его, закурила, обводя зал равнодушным взглядом.
Ничего неожиданного она не обнаружила -
впрочем, и не искала. Обычная ресторанная публика эпохи первоначального
накопления. Ну, может быть, гораздо более
непритязательная, чем в каком-нибудь стильном клубе, который любит посещать
бомонд.
- Что, девушка, бросил вас кавалер? - вдруг услышала Лера у себя за спиной
и обернулась. - Так чего ж вам танец
пропускать - может, продолжим вечер вместе?
Перед нею стоял молодой человек в таком малиновом пиджаке с блестящими
пуговицами, что Лера едва не
рассмеялась. Носить подобные вещи было до того неприлично, что это наконец дошло
даже до самой незамысловатой
братвы.
"Да здесь прямо заповедник! - подумала она. - Ох, Саня!"
- Вы приглашаете меня потанцевать? - усмехаясь сквозь клубы дыма,
поинтересовалась она. - А не слишком ли
высокого вы о себе мнения?
- Почему я? Босс вас приглашает! - не обращая внимания на её иронию,
ответил неожиданный собеседник.
- А что, он у вас глухонемой? Или параличный? Почему вас посылает?
Теперь она уже просто смеялась, едва ли не вслух. Неизвестно, что ответил
бы малиновый товарищ, но в этот момент
к столику вернулся Саня. Его светлые вихры чуть потемнели от воды.
- Это твой знакомый? - спросил он, смерив взглядом Лериного собеседника.
- Да нет, спички подошел попросить.
- Что-о? - Саня так взглянул на этого типа, что он мгновенно исчез. - У
него что, не все дома? Какие ещё спички?
- Да ладно, Сань, черт с ним, - махнула рукой Лера. - Знаешь, я немного
устала сегодня. Может быть, мы начнем
уже собираться?
- Как скажешь, - согласился он. - Десерт попробуешь? Тут дыня с голубикой,
приятно же весной, правда?
- Конечно! - согласилась Лера. - Закажи десерт.
Она боялась, что сейчас Саня снова пригласит её танцевать, и снова она
почувствует, как струной напрягается его
тело, и снова ей станет неловко. Но Саня молчал, хотя музыка по-прежнему зазывно
гремела.
Глава 7
На улицу они вышли в полной темноте, хотя было ещё не поздно, часов
восемь. Лера держала в руке бутылку
шампанского: решила, что все-таки напомнит Розе и Аленке о дне своего рождения и
они отпразднуют втроем.
Шестисотый "Мерседес" уже покинул стоянку. Санина машина осталась в ряду
одна, остальные были припаркованы
напротив.
"Беспечный он все-таки, - подумала Лера. - Так уж уверен, что никто не
решится дверцу открыть".
Они уже стояли рядом с машиной, Саня достал из кармана ключи, когда за их
спиной вдруг вспыхнул яркий свет.
Обернувшись, Лера прикрыла глаза рукой, мгновенно ослепнув от мощных фар,
направленных на нее. Все-таки ей удалось
разглядеть, что сзади, в нескольких шагах от них, остановилась машина и из неё
вышел человек.
В ту же секунду Лера почувствовала, как Саня взял её под руку и быстро
открыл дверцу своего джипа.
- Садись, - сказал он. - Сейчас поедем.
Лера села впереди, и он тут же захлопнул дверцу, а сам обошел машину,
чтобы сесть на водительское место. Но дверь
с его стороны так и не открылась. Обернувшись, Лера увидела в заднее стекло, что
Саня разговаривает с кем-то, стоя в
слепящем свете так и не выключенных чужих фар.
Она тут же открыла дверь и, почему-то не выпуская из рук бутылку
шампанского, спрыгнула на землю с высокой
подножки.
- Что-нибудь случилось? - громко спросила она.
- Ничего, уже едем, - ответил Саня.
В его голосе не чувствовалось ни капли беспокойства, но Лера все-таки
встревожилась.
"Не хватало мне только попасть на их разборку!" - подумала она.
Но тут же ей стало стыдно, что она так трусливо думает о себе, а не о том,
что может случиться с Саней.
- ... девушкой интересуется... - услышала она обрывок фразы, произнесенной
Саниным собеседником, и тут же
поняла, в чем дело.
Может быть, это был тот тип, который приглашал её на танец для босса, а
может быть, и не он. Лера даже не
запомнила его, настолько маловыразительна была его внешность. Разве что
малиновый пиджак бросался в глаза, но сейчас
он был в светлой куртке, которая отчетливо выделялась в темноте.
Она шагнула в сторону из светового пятна и подошла к Сане, слыша, как
постукивают каблучки о мокрый весенний
асфальт; всегда в такие минуты запоминаются мелочи.
- Девушка твоя им понравилась? - насмешливо спросила Лера; полузабытые
нотки дворовой, хулиганской
непреклонности зазвучали в её голосе. - Езжайте, ребята, куда ехали, вас никто
не задерживает.
- А ну заткнись, ты, блядь! - неожиданно гаркнул Санин собеседник.
Одновременно с хамским возгласом он вырвал бутылку из Лериных рук и
замахнулся. И в ту же секунду Саня ударил
его в лицо коротким и резким ударом, от которого тот пошатнулся, взмахнул руками
и грохнулся на асфальт. Шампанское
разбилось с громким, как взрыв, звуком.
- Саня, пойдем, прошу тебя! - воскликнула Лера, хватая его за рукав. -
Хватит, пойдем!
- Нет уж... - процедил он. - Теперь не хватит, раз по-человечески не
понимают. Теперь им мало не покажется...
Лера сразу узнала этот тон - она сто раз слышала его с самого детства во
время всех дворовых драк! - и, несмотря
на напряженность ситуации, вдруг весело подумала: "Какой же он ещё молоденький!"
Саня пнул ногой в живот пытавшегося подняться человека, и, охнув, он тут
же снова осел на асфальт. А сам сделал
несколько шагов к машине со включенными фарами и широко распахнул заднюю дверцу.
Саня что-то сказал, заглядывая в
кабину, - что именно, Лера не расслышала - и тот, кто сидел на заднем сидении,
стал вылезать из машины.
"Конца этому не будет! - подумала она. - Теперь с этим начнет драться!"
Но Саня не стал дожидаться, пока пассажир выберется на улицу. Едва его
нога ступила на асфальт, Саня резко
захлопнул массивную дверцу. Раздался дикий крик, переходящий в вой. Не
оборачиваясь, Саня вернулся к Лере.
- Все, достаточно, - сказала она, беря его под руку. - Что это за вестерн
такой ты передо мной разыгрываешь?
- Да я ж не хотел, Лера! - оправдывающимся тоном ответил он. - Я же им
сразу сказал, кто я и что к чему. Но это
ж отморозки какие-то, слов человеческих не понимают! Ну, пусть ножки лечат. Что
я, спускать им такое должен?
Они пошли к машине вдвоем. Лере не терпелось поскорее покинуть это славное
местечко. И вдруг Саня словно
споткнулся и едва не упал от резкого толчка сзади. Стремительно обернувшись,
Лера увидела, что тот, первый тип, поднялся
все-таки на ноги и стоит теперь перед Саней в угрожающей позе, размахивая рукой
с зажатой в ней бутылочной "розочкой".
"Розочка" - это было уже серьезнее, ею и убить можно, очень просто! И
нечего удивляться, если они ещё и при
оружии окажутся...
Саня, конечно, тоже это знал. Он оттолкнул Леру к себе за спину и крикнул:
- Лера, садись в машину и не выходи!
Как она могла сесть теперь в машину, когда дело принимало такой оборот! Но
и мешать ему, путаясь под ногами, тоже
было нельзя - и Лера замерла в мгновенной растерянности.
Саня и "отморозок" стояли друг против друга; огромные тени замерли на
глухой стене.
Все вообще происходило мгновенно. Лера глазом не успела моргнуть -
сверкнула "розочка", Саня вскрикнул, как
выдохнул, и снова ударил противника. На этот раз тот устоял на ногах, только
качнулся назад - и сразу же снова
угрожающе пошел на Саню, выставив перед собой острое бутылочное горлышко.
И тут Лера почувствовала, как вся она собирается в пружину. Шутки
кончились, и на вестерн все это было больше не
похоже. Тем более что машина со включенными фарами вдруг взревела, готовая
сорваться с места, и из неё донесся злобный
крик:
- Колян, отзынь в сторону, я его, суку, щас по стенке размажу!
Лера в секунду поняла, что сейчас произойдет, и одновременно с этим
решила, что надо делать. Даже и не решила -
какое уж тут решение! - а просто подбежала к машине, открыла "бардачок" и,
мгновенно расстегнув кобуру, достала
пистолет.
Мимолетно она почувствовала, как ловко и удобно лежит у неё в ладони
рукоятка "Вальтера". И, не думая больше ни о
чем, бросилась туда, где уже сорвался с места чужой автомобиль, отпрыгнул в
сторону Колян, и Саня стоял спиной к стене,
почему-то не пытаясь даже увернуться от мчащейся на него машины; правая рука у
него висела как неживая.
У Леры в глазах потемнело, когда она увидела все это. Она подняла пистолет
двумя руками и, пытаясь прицелиться в
окно водителя, нажала на спусковой крючок. Она никогда не стреляла из пистолета
и боялась, что промажет даже с двух
шагов, а времени выстрелить ещё раз уже не будет.
Но выстрел не прозвучал.
Лера не могла понять, почему это произошло, почему пистолет молчит в её
руках, да уже и некогда было разбираться.
И сделать ничего было нельзя: машина неслась на Саню, за спиной у него высилась
глухая стена, и уйти ему было некуда.
Лера вскрикнула, но даже зажмуриться не могла от невыносимого чувства
собственного бессилия! Машина врезалась
в стену...
Лера ожидала, что удар будет глухой, мягкий и страшный. Но раздался,
наоборот, жуткий грохот и звон. Мотор заглох,
разбитые фары погасли. В тусклом свете стояночных фонарей Лера увидела, как,
пружинисто подпрыгнув, Саня упал на
капот, потом вскочил и, балансируя как акробат, умудрился ещё ударить ногой по
лобовому стеклу.
Потом он спрыгнул с капота, в одну секунду оказался рядом с Лерой, схватил
её за руку и потащил к своему джипу.
- Все! - крикнул он на бегу. - Сядь за руль, а?
Она не сразу сообразила, почему он не сядет за руль сам, но думать было
некогда. Упав на водительское сидение, с
колотящимся сердцем Лера завела мотор.
- О-ох... - выдохнул Саня, когда, во мгновение ока миновав узкую дорогу,
они вылетели на шоссе. - Ну они и
уебыши! Ой, извини... - тут же смутился он, и Лера рассмеялась.
Саня тоже рассмеялся в ответ. Не меньше километра они хохотали, как
ненормальные. Потом Саня взял пистолет с
Лериных колен.
- Вот не ожидал! - сказал он, глядя на неё восхищенными глазами. - Что ж
ты оружию хватаешь без спросу-то, а?
- Да напугалася я, - в тон ему ответила Лера.
- Когда пугаются - кричат и глаза закрывают, а ты из пушки палишь, -
улыбнулся Саня. - Да ещё из чужой -
мало ли какой! Разве можно из чужого оружия стрелять? Кто его знает, что на нем
висит!..
- Да ведь я и не выстрелила, - с легким смущением в голосе ответила Лера.
- Я же его с предохранителя не сняла,
только сейчас догадалась.
- Ну и слава Богу, - заключил Саня. - Но больше ты так не рискуй, ладно?
Конечно, гада такого пристрелить -
только польза, но ведь тебе потом сколько неприятностей!..
- Что значит "больше"? - поинтересовалась Лера. - Ожидается продолжение?
Они снова рассмеялись, но теперь Лера заметила, что Саня слегка побледнел.
- А с рукой у тебя что? - вспомнила она.
- Да ничего страшного, - нехотя ответил он. - "Розочкой" чуть-чуть задел,
я даже не почувствовал почти. Но чтото
крови много.
- Да он же мог вену какую-нибудь задеть! - испуганно воскликнула Лера. -
Что же ты молчишь, Саня!
- Да, перебинтовать бы... - согласился он.
Они уже подъехали к церкви на Волоколамском шоссе и встали на повороте у
светофора.
- Ты же говорил, что живешь где-то поблизости, - вспомнила Лера. - Тогда,
наверное, больницу какую-нибудь
знаешь или травмпункт?
- Откуда! - улыбнулся Саня. - Думаешь, я только и делаю, что на улице
дерусь? Я уже вышел из этого возраста.
Он произнес это таким взрослым тоном, что Лера едва не рассмеялась.
- Тут детская только поблизости есть, - вспомнил Саня. - Большая такая,
туда ещё однажды принцесса Диана
приезжала.
- Поехали в детскую, - решила Лера. - Показывай только, куда.
Конечно, их вполне могли и отправить из детской больницы, но Лера решила
про себя, что не уедет ни за что.
К счастью, народу почти не было в предбаннике приемного отделения, только
ожидали кого-то две заплаканные
женщины. Лера проскользнула за дверь и тут же увидела молодого коренастого врача
в зеленой хирургической рубашке.
- Вы больного не посмотрите? - нерешительно поинтересовалась она.
- Ваш ребенок? - спросил врач. - Что случилось, сколько лет?
- Мой, - кивнула она. - Новорожденный, можно сказать. Руку порезал
стеклом.
Она ожидала, что врач разозлится, увидев пациента, но тот только
усмехнулся.
- Хороший младенец! Крепенький, - заметил он. - Что ж, пошли, парень. А
маменька здесь подождет, -
подмигнул он Лере.
Ждать пришлось с полчаса. Потом дверь открылась и показался Саня в
накинутом на плечи пиджаке. Рука его была
забинтована и висела на перевязи.
- Вы приглядывали бы за ребеночком, - сказал врач, выходя вслед за Саней в
предбанник. - Скажите спасибо, что
у нас сегодня ночь спокойная, нашлось время руку ему зашивать. Подрался, что ли?
- Подрался, - подтвердила Лера. - Такой непоседа, сладу с ним нет. Спасибо
вам, доктор!
Она хотела предложить врачу деньги и потянулась к своей сумочке, но Саня
незаметно придержал её руку.
- Я заплатил уже, не волнуйся, - сказал он, когда они вышли на улицу. -
Хороший мужик. Еще и новокаин вколол,
а мог бы ведь и не беспокоиться - заштопать по живому...
- Ну, куда тебя везти? - спросила Лера, когда они выехали за ворота
детской больницы. - Домчу с ветерком!
- Домой забросишь? - смущенно спросил Саня. - Пригласил я тебя,
называется, в кабак!
Саня жил в похожем на шоколадку доме-"свечке" совсем рядом с Тушинской
детской больницей. Лера с трудом
пристроила его джип на единственный свободный пятачок рядом с мусорным
контейнером.
- Как ты место во дворе находишь для этого танка? - сказала она, выходя из
машины.
- Да все же на таких ездят. Ты, может быть... поднимешься ко мне на
полчасика, а, Лер? - спросил Саня, глядя на
неё ожидающим, чуть исподлобья, взглядом.
- Нет, Саня, - покачала она головой. - Поздно уже, мне пора.
Лере совершенно не хотелось подниматься к нему, снова пробуждать
неловкость. Ей была так приятна легкость,
которую она чувствовала с ним!
- Я тебя просто так прошу, - вдруг сказал Саня. - Правда, просто так!
Жалко сразу расставаться... Посидим совсем
немножко еще, выпьем по рюмке за благополучный исход, и я тебя на такси посажу,
а?
Невозможно было отказать, когда он так просил и так смотрел исподлобья
синими своими глазами, - и Лера кивнула,
соглашаясь.
- Черт, и цепочку ещё порвали, - сказал Саня уже в лифте. - Чуть ладанку
не потерял.
- Какую ладанку? - заинтересовалась Лера.
- Да вот эту. Мода пошла в прошлом году, почти все носят.
Он снял с оборванной цепочки и показал Лере небольшую золотую коробочку с
эмалевой иконой Нечаянныя Радости
на крышке. Икона была обрамлена бриллиантами.
- И что же все носят в ладанках? - улыбаясь, спросила Лера.
- Ну... Кто что. Кому что дорого!
Лифт остановился на десятом этаже, Саня отпер дверь.
Уже в прихожей Лера поняла, что квартиру он снимает и что живет здесь
один: неуютом веяло от этого жилья. Да и
мебели почти не было, а та, что была, - была дорогая и новая: огромный кожаный
диван и кресло, телевизор "домашний
кинотеатр", журнальный столик с наборной мраморной столешницей. На окнах висели
голубые жалюзи, но без штор окна
казались какими-то беспомощными - как изумленные глаза.
- Просторно как, - сказала Лера, оглядываясь. - Две комнаты здесь?
- Ага, - кивнул Саня. - А я люблю, чтоб просторно. Я в хрущобе вырос, с
тех пор тесноту ненавижу. И чтоб
потолки высокие.
- Что
...Закладка в соц.сетях
