Жанр: Электронное издание
Tyrin-05
...е-то где?
Ираида обернулась, весело посмотрела на него и лишь тихо хихикнула. И ушла, ничего не
ответив.
Кирилл наконец сбросил одеяло и соскочил на пол. Он тут же застыл, прислушиваясь.
Потом для пробы ударил голой пяткой по полу.
Пол явно был железным. Сверху его покрывал пластик или, может, линолеум, но дальше
шло гулкое железо.
Он внимательнее оглядел комнату - ничего особенного. Голубые стены и потолок, две
кровати, две тумбочки, в стене - створки встроенных шкафов. Окон только нет.
Стоять посреди комнаты в розовой распашонке больше не было смысла, и Кирилл
отправился за своей одеждой. Он оказался в душевой комнате, и она тоже на первый взгляд
показалась ему обыкновенной. Душ, правда, был своеобразного вида: несколько дырок в
потолке и столько же в полу. И блестящий кран между ними.
Вообще-то здесь все было блестящим, сияющим и пугающе чистым. Даже унитаз сверкал
в своем углу, как хрустальная ваза.
Джинсы и майка висели на стене на металлической перекладинке. Кирилл взял одежду в
руки - она тоже оказалась какой-то чересчур чистой. И пахло от нее по-особому - шампунем
или духами.
Удивительно, но даже протертые носки были стерильными и мягкими, как салфетки. Кто,
интересно, их тут стирал? Не эта ли Ира-Ида?
Кириллу пришлось изрядно повозиться, чтобы добыть воду. Кран здесь стоял неизвестной
конструкции, хотя на самом деле все оказалось очень просто. Не надо ничего крутить-вертеть,
достаточно нажать снизу, как в обыкновенном умывальнике. Явно, здесь берегли воду.
А вот с мылом и зубной пастой Кирилл решил даже не связываться. На стеклянной
полочке он обнаружил несколько цветных комочков, похожих на кондитерский крем. Он даже
тщательно обнюхал их, но так и не выяснил, где мыло, где паста. Тем более что и щетки здесь
не нашлось.
Помня трудности с краном, Кирилл решился попользоваться унитазом только после того,
как разобрался с включением слива. А то не сможешь смыть - и что делать? Звать эту
пигалицу на помощь?
Рядом с унитазом на стенке Кирилла ожидало небольшое открытие. На голубой
пластиковой плитке зияла свежевыцарапанная надпись "Гимназия - сила". Стало быть. Хрящ
тут уже был.
Хотя утренний туалет и стоил Кириллу нервов, из Душевой он вышел посвежевшим и с
хорошим настроением, а главное - в своей привычной одежде, а не в позорной рубашонке
пупсика.
- Я думала, ты там опять уснул, - хихикнула Ираида. - Садись, нам завтрак принесли.
Хочешь есть?
- Наверно, - пробормотал Кирилл, с осторожностыо взглянув на угощение. На
тумбочке его ждал аккуратненький синий чемоданчик, уже приветливо раскрытый. Внутри -
разноцветные шарики, колбаски, лепешечки и прочие непонятные вещи. Смахивало на набор
детского конструктора.
- Это - для еды? - на всякий случай спросил Кирилл, присаживаясь.
- Это - еда! - засмеялась Ираида. И тут вдруг за спиной Кирилла раздался мягкий
мелодичный звон, после чего мужской голос проговорил:
- Уже встали?
Кирилл обернулся и в следующий миг вскочил, едва не перевернув чемоданчик с
пестрыми кушаниями. Прямо со стены на него смотрело лицо, причем знакомое.
- Да, папочка, - сказала девчонка. - Все встали.
- Хорошо, я скоро буду, - лицо исчезло, осталась голая стена.
И тут Кирилл вспомнил. Последний и единственный раз он видел этого человека в глухом
шлеме, поэтому не сразу смог узнать. Это был командир десантников, освободивших универмаг
от "исламцев". Тот самый дядя Спартак, о котором Машка ему все уши прожужжала.
- Это твой отец? - спросил Кирилл.
- Временно, - беспечно кивнула девчонка.
- Не понял. Как временно?
- Мой папа пропал без вести на задании. Он остался там, у вас. Ну ты сам знаешь. Пока
его ищут, Спартак - мой папа. Мне еще нельзя жить без родителей.
- Постой, я что-то не понял. Как это твой папа пропал? Где у нас?
- После аварии капсулы. Разве ты не знаешь?
- Знаю, - зачем-то соврал Кирилл. Впрочем, не совсем соврал. - И теперь дядя
Спартак - твой отец?
- Вы так смешно говорите. И Маша тоже. Почему дядя? Он просто Спартак. Может, ты и
меня станешь называть тетей?
-Да нет...
- А почему ты не кушаешь? Давай помогу.
Девчонка взяла оранжевую колбаску, вставила в нее ярко-красную спицу и передала
Кириллу. Колбаска зашипела и начала прямо в руках нагреваться.
- Кусай. А то остынет и будет невкусная.
Кирилл попробовал.
- Нормально, - сказал он. - На сосиску похоже.
Кирилл начал пробовать все эти цветные штучки и скоро вошел во вкус. Ираида тем
временем взяла прозрачный зеленый шарик, проткнула его соломинкой и начала пить.
Кирилл украдкой посматривал на нее. Он никогда не видел таких красивых девчонок.
Машка, конечно, тоже очень даже ничего, но она - своя, домашняя, привычная. А эта - как с
картинки.
- А мы где? - спросил Кирилл. - Далеко хоть от дома?
- Не-а.
Есть уже не хотелось. Кирилл привычно хлопнул себя по карманам, однако сигарет там не
было.
- Хрящ скоро придет?
- Сейчас должен подойти. А почему ты больше не кушаешь? Спартак сказал, чтобы я
тебя хорошо покормила.
- Спасибо, я уже.
Воцарилось молчание. Кирилл не знал, о чем теперь говорить с маленькой красавицей.
Отвечать на насущные вопросы она, похоже, и не собиралась. От нечего делать он взял из
чемоданчика розовую палочку, похожую на мелок, и надкусил ее. В горле тут же запершило, на
глазах выступили слезы. Кирилл едва удержался, чтоб не сплюнуть.
- На, запей! - девчонка протянула ему прозрачный шарик. - Это же не едят, этим
мажут.
"Себе бы помазала, - со злостью подумал Кирилл. - Предупреждать надо".
Тут наконец появился Хрящ. Дверь отъехала в сторону, впустив его, после чего бесшумно
замкнулась.
- О! - воскликнул Кирилл. - Явился, не запылился! Ты где пропадаешь?
Хрящ вошел молча. Он был какой-то напряженный, скованный. Переступал ногами
острожно и все время бросал на Кирилла многозначительные взгляды.
- Сережа, садись завтракать, - пригласила Ираида.
- Мне нельзя, - выдавил Хрящ и непроизвольно коснулся живота. - Нельзя целый час
ничего есть.
Он сел на кровать - медленно, осторожно, держа спину прямой. Снова потрогал живот,
потом нервозно сцепил руки. Кирилл уже начал тревожиться.
- Ну... я пойду, - сказала девчонка. Видимо, поняла, что она здесь лишняя. - Сейчас
Спартак придет.
- Ну, пока...
Хрящ проводил ее немигающим взглядом, затем перевел его на Кирилла.
- Понял? - спросил он.
- Ничего я не понял. Где ты ходишь?
- Где я хожу? - Хрящ испытывающе поглядел на товарища. Он словно решал, стоит ли
доверять ему ответ на такой вопрос. - Ладно, скажу. В медпункте я был. Глистов выводил,
ясно?
- Что? Зачем?
- Не знаю, зачем. Сказали, тут с глистами нельзя.
- А у тебя глисты были?
- Тише ты! - рассердился Хрящ. - Сказали, что были. Только не говори никому,
ладно?
- Ага.
- И ей тоже, - Хрящ кивнул вслед Ираиде. - Классная телка, да?
- Ничего. А Машку не видел?
- Машку-то? - Хрящ явно был не в себе. Его словно распирали какие-то догадки,
подозрения, и он то и дело уходил в них.
- Ты чего? - встревожился Кирилл.
- Что?
- Чумной какой-то. Тебе по ошибке мозги не удалили вместо глистов?
- Шуточки, да? А хочешь еще шуточку?
- Да кончай ты дергаться! Говори толком.
- Толком? Сейчас будет тебе толком...
Хрящ встал, прислушался, затем на цыпочках подошел к одному из встроенных шкафов.
- От-тана! - прошипел он и раздвинул створки. - Гляди!
Это был не шкаф, а окно. Кирилл приподнялся с кровати, посмотрел... и едва не упал
обратно.
- Как... как... - растерянно забормотал он. Потом вскочил и бросился к окну.
За толстым холодным стеклом был черный-черный космос. Горели непривычно яркие
кружочки звезд. Внизу виднелся кусочек Земли - какой-то зыбкий, нежно-голубой,
слабенький.
И еще в поле зрения висело несколько космических аппаратов. На них топорщились
какие-то штыри, антенны, возможно, даже пушки. Казалось, рой хищных колючих насекомых
завис над беззащитной голубой планетой.
- Вот тебе мои глисты, - мстительно проговорил Хрящ.
- Это получается, мы в космосе, - ошарашенно проговорил Кирилл.
- А ты думал - на подводной лодке?
- Но где же тогда... эта... невесомость?
- А оно тебе надо? Давно не блевал поутру?
Кирилл без сил опустился на кровать. Иллюминатор с пугающе-черным космосом так и
притягивал взгляд. Он попытался сообразить, что же на самом деле с ними произошло. Как
могло случиться, что из зарыбинского дворика они переместились на орбиту?
Получалась какая-то глупость. Мысли сходились к тому, что на городок напали
космические пришельцы. Вот они - висят на орбите, десяток кораблей, полных бессловесных
убийц, киборгов-бионетиков. С дядей Спартаком во главе.
- Хрящ, чего делать будем? - голос Кирилла дрогнул.
- Вещаться. Только поскорей, а то невесомость включат.
- А может, это телевизор?
- Где?
- Ну вот это окошко. Может, нас пугают, всякую хреновню показывают? Гляди, как-то
нерезко видно.
- Нерезко, потому что стекло толстое. Какой дурак будет включать телевизор и прятать
его за дверками?!
- Не знаю... А ну открой другую дверку.
- Да зачем?
- Открой. Может, там другой телевизор. Хрящ пожал плечами, но пошел открывать. Он
принялся дергать створку то на себя, то в стороны - та не поддавалась. Хрящ разочарованно
развел руками, но тут что-то тихонько просвистело - и створка отъехала сама.
Хрящ испуганно ойкнул. За створкой стоял человек в военной форме. Наконец Кирилл
видел перед собой легендарного дядю Спартака.
- Здрасьте, - невольно вырвалось у него. Спартак улыбнулся и вошел в комнату. Он
был высокий, плечистый, молодцеватый. Форма на нем смотрелась просто умопомрачительно
- вся в блестящих пуговках и бляшках.
- Наблюдаете? - спросил он, взглянув на открытые створки иллюминатора.
- Да вот... - сказал Кирилл и от нехватки слов ожесточенно зачесал затылок.
- А вы чего, - подал голос Хрящ, - вы так и сидели там?
- Где?
- Ну... в шкафу.
- Зачем мне сидеть в шкафу? - Спартак удивленно обернулся. - Это просто лифт.
Он подошел к иллюминатору и картинно застыл, широко расставив ноги и сложив руки на
груди.
- И что вы об этом думаете? - последовал вопрос.
- Мы? - пискнул Хрящ. - Да мы так... просто смотрим.
- Кажется, сейчас... - Спартак взглянул на часы. - Да, я успел вовремя. Сейчас
увидите начало суточного полупериода.
Хрящ и Кирилл переглянулись в замешательстве и подошли.
- Вот это все, - рука Спартака описала полукруг, - исследовательские и
контролирующие станции. А это, как вы догадались, ваша Земля. Смотрите внимательно, что
сейчас будет.
"Ваша земля..." Кирилл грешным делом подумал, что сейчас станции испепелят
нежно-голубую планету из каких-нибудь лазерных пушек. Но время шло минута за минутой, а
ничего не менялось.
- Сейчас, сейчас... - пообещал Спартак. Вдруг он подался вперед, едва не стукнувшись
лбом о стекло. - Вот! Вот!
Все сразу заметили - краешек Земли начал как бы мерцать, становясь с каждым разом
все бледнее. Потом как-то незаметно планета словно переместилась немного выше. Теперь она
выглядела иначе, наверно, повернулась другим боком.
- Вот и все, - Спартак одернул китель и весело посмотрел на ребят. - Это уже не ваша
Земля.
- А чья? - настороженно спросил Кирилл.
- Наша. Подобное происходит до четырех раз в сутки.
Хрящ и Кирилл заторможенно моргали. Слова Спартака могли означать все, что угодно.
Он, кажется, понял, что нужны разъяснения.
- Сначала вы видели свою Землю, - сказал он, присаживаясь на кровать. - Затем
произошло смещение, и перед нами появилась наша Земля. А разница между ними - около
трехсот лет. Вы меня понимаете?
- Нет, - с готовностью ответил Хрящ.
- Это естественно. Мне придется изложить вам все от начала до конца. С вашего
позволения... - он вжикнул застежкой, распахивая китель, и сел чуть свободнее. - Мы ведь
уже встречались с вами?
- Да, было, - подтвердил Кирилл.
- Конечно, я даже помню ваши лица.
- И мы вас помним, - сказал Хрящ.
- Вы вполне осознаете, где находитесь?
- Ну... в космосе, - Хрящ пожал плечами.
- О да, конечно. Но... по-вашему, какое сейчас время?
- Утро, наверно.
- Хм, да... - Спартак спрятал улыбку. - В каком-то смысле утро. Утро две тысячи
триста седьмого года.
Хрящ и Кирилл смотрели на него и ждали, когда этот взрослый человек перестанет
молоть чушь, хмыкать и загадочно улыбаться. Ну неужели трудно взять и все толково
объяснить?
Спартак, видимо, ждал бури эмоций. Он выжидательно молчал. Но эмоций не было -
приятели еще не вполне осознали смысл сказанного.
- Ребята, - с нажимом произнес он. - Сейчас две тысячи триста седьмой год. Вы не
понимаете?
- Кира! - выдавил Хрящ. - Кира, они нас заморозили на триста лет. А теперь
разогрели.
- Нет-нет! - Спартак даже чуть испугался. - Вас не замораживали, все не так!
- Что вы с нами сделали? - произнес Хрящ замогильным голосом. - Нас мамки дома
ждут.
- Успокойтесь, прошу вас. Вы готовы слушать?
- Всегда готовы, - мрачно кивнул Кирилл. Он пока не собирался верить в странные
фразы, которыми сыпал их новый знакомый.
- Итак, представьте себе ситуацию... - Спартак ненадолго задумался. - Представьте:
происходил учебный полетный марш по линии Марс-Земля. Три десятка посадочных капсул
выстреливаются через гиперполярный канал... это особый метод транспортировки. Поле
сильной напряженности как бы сжимает пространство, и расстояние сокращается в десятки раз.
Я понятно объясняю?
- Ага, - кивнул Хрящ, надеясь понять все по ходу рассказа.
- Итак, учебный полетный марш. Несколько десятков капсул. В каждой - по восемь
андроидов-бионетиков и человек-оператор. Командир, иначе говоря. Капсулы попарно выходят
из канала и приземляются в заданных точках. В последней паре - я и еще один наш офицер.
Мы выходим из канала и вдруг оба понимаем, что падаем неизвестно куда. Под нами Земля -
те же материки и океаны - но... не та Земля. Нет радиокартины, нет сетки привода, нет
направляющих полей. Мы просто падаем, вслепую скользим в атмосфере.
- И в конце концов падаете прямо на нас, - закончил Хрящ.
- Если бы мы просто падали... Мы не ожидали нападения, это же был учебный бросок.
Разумеется, противорадарная защита не работала. Нас засекли ваши наземные службы и,
очевидно, запустили ракету. Моему экипажу удалось спастись, мы уклонились. Но лишь после
того, как вторая капсула уже была сбита. Командир-оператор, судя по всему, получил тяжелые
ранения и не смог управлять своими бионетиками. Они же восприняли ракетный удар как акт
агрессии и сразу после посадки начали самостоятельно выполнять соответствующую
программу.
- Магазин нам разгромили, - понимающе кивнул Кирилл.
- Они всего лишь заняли позицию и постарались ее удержать. Пассивная оборона -
простейший тактический алгоритм для бионетических шасси. Их вообще не стоило трогать, они
спокойно сидели бы там и ждали помощи.
- А человек-командир погиб? - спросил Кирилл, уже догадавшись, что речь идет о
настоящем отце Ираиды.
- Мы не можем точно этого знать, - тихо ответил Спартак. - Мы не нашли вторую
капсулу. Возможно, он до сих пор там - живой.
- Живой, - с сомнением хмыкнул Хрящ. - Столько времени прошло... Да он бы с
голоду давно помер.
- Это зависит от того, насколько серьезно разрушена капсула. Оператор находится в
отдельном герметическом отсеке. Его состояние всегда под контролем автоматики. Как только
она фиксирует опасное снижение биологической активности, принимаются меры. В случае
травмы, ранения, серьезной аварии человеку вводятся препараты, замедляющие все жизненные
процессы, затем включается мягкая заморозка. В этом состоянии оператор может находиться
многие месяцы, пока не получит помощь.
- От-тана! - подивился Хрящ. - Выходит, где-то у нас так и лежит замороженный
десантник? Весь законсервированный, но еще живой, да?
- Мы надеемся, что живой, - сдержанно ответил Спартак.
- Почему же вы не забрали вторую капсулу? - спросил Кирилл.
- Вы же видели сами, что было дальше. Мы нашли вторую группу уже в вашем городе и
попытались ее обезвредить.
- Вы залили все какой-то пеной, - вспомнил Хрящ.
- Повторяю, мы возвращались с учебной операции. У нас не было ни мощного оружия,
ни подобающего оборудования. В других условиях мы бы нейтрализовали оборонительный
алгоритм аппаратными методами. А тут пришлось повозиться. И кроме того, двое
андроидов-инженеров смогли уйти через подземные сооружения.
- Мы в курсе, - заметил Кирилл. - Теперь только и бегаем от этих инженеров.
- Это тоже случайность. В боевых условиях сеть защищена от посторонних. В учебном
же варианте управление оказалось доступно первому попавшемуся.
- Ну а с капсулой-то что получилось? - напомнил Хрящ.
- Получилась чудовищная ошибка. Мы эвакуировали не капсулу, а какой-то другой
механизм. Вернее, его остатки. Второпях я даже не смог этого понять - там был сплошной
сплавленный металл.
- Так ведь... - Хрящ вдруг страшно возбудился. - Выходит, вы забрали пожарную
машину. Кира! Помнишь, у Самохи-пожарника машина сгорела, а потом пропала?
- Помню, - кивнул Кирилл. - Нашлась, значит, машина. Вот радости-то ему будет... А
как вы вернулись обратно?
- Вернулись... - Спартак пожал плечами. - Восстановили связь, после этого нас
нашли по радиоприводу и в спешном порядке вытащили сюда, на орбитальную базу. Только
здесь мы обнаружили, что капсула осталась внизу.
- Ничего не понимаю... - пробормотал Хрящ. - Теперь все могут вот так летать - в
прошлое, в будущее?..
- Мы и сами этого не понимаем, - тихо ответил Спартак. - Пока точно определено
лишь одно: два или четыре раза в сутки в тридцати тысячах километрах от Земли образуется
некая пространственная зона, общая для двух временных отметок. Из одной точки доступна то
ваша, то наша Земля. Можно сказать, что это провал во времени, и скорее всего он как-то
связан с неизученными свойствами гиперполярного канала.
Спартак встал и подошел к иллюминатору.
- Здесь работают полтора десятка научных баз. Ученые пытаются разгадать, что
происходит, но все тщетно. Теперь вы понимаете, почему нам нежелательно появляться у вас?
- Вообще-то, не очень, - качнул головой Кирилл. - Чего проще - спустились,
быстренько сделали дела, забрали своих киборгов...
- Быстренько уже не получится, да и не в этом дело. Мы не принадлежим вашей эпохе,
мы не знаем, какие последствия вызовет наше вмешательство. Нам этого и не разрешат.
Военные формирования находятся под очень строгим контролем.
- Но мы ведь тоже не из вашей эпохи, - удивился Кирилл. - А вы нас притащили...
- Вас вывели в нейтральную зону. Нашей эпохи вы даже не коснулись. Но и это стоило
нам огромного труда.
- А вы вообще кто? - спросил Хрящ. - Космические войска какие-нибудь?
- Почему "космические"? Обычные войска, только частные. Можем действовать и на
Земле, и на орбитальных станциях, и на планетарных колониях. Везде, где заказчик предъявит
лицензию на военные операции. Естественно, на вашей территории никакие лицензии
выдаваться не могут.
- Поэтому вы заслали туда Машку, - с нечаянным укором проговорил Кирилл. -
Одну-единственную Машку против двух бешеных киборгов.
- По закону мы имеем право только вербовать агентов на нелицензированных
территориях.
- И вы завербовали Машку? Не могли найти кого посерьезнее?
- Поймите, изначально мы даже помыслить не могли, что с андроидами-инженерами
будут настолько серьезные осложнения. Маша должна была всего лишь наблюдать. И при
возможности найти следы капсулы. Кроме того, все вышло случайно. Мы увидели, что
фактически из-за нас девочка лишилась родителей. Мы взяли ее с собой, мы помогли ей
пережить стрессовое состояние - у нас есть специальные службы... И заодно договорились о
сотрудничестве.
"Зачем он так обстоятельно все рассказывает? - подумал вдруг Кирилл. - Чего он
распинается - кто мы ему такие?" Не успело в его голове родиться логичное подозрение, как
оно тут же подтвердилось.
- Вы, надеюсь, поняли, в какую непростую ситуацию мы попали, - негромко и с
чувством проговорил Спартак. - И теперь мне остается только одно - предложить
официальное сотрудничество и вам.
Хрящ и Кирилл одновременно вскинули на него глаза, затем переглянулись. Ни один,
впрочем, особого удивления не испытал.
- Чего там... - пробормотал восьмиклассник. - Машка нас и без вашей вербовки уже
того... припахала.
- За это "уже того" Маша, должен сказать, получила от меня взыскание. Она не имела
права вовлекать никого в операцию. Тем более так грубо и непрофессионально. Но обратного
хода уже нет. Вы и Маша - единственные, кому мы можем довериться там.
- А вы знаете, что против нас в городе уже стоит целая дивизия? - произнес Кирилл,
искоса взглянув на Спартака.
- Мне известны все обстоятельства, Маша сделала подробный доклад. Поэтому наша
главная задача - максимально упростить и обезопасить вашу миссию. Мы снабдим вас самой
подробной информацией, проведем инструктажи, обеспечим самой лучшей техникой.
Мы пойдем на все, лишь бы вы отыскали и вывели на связь капсулу.
- Капсулу... - хмыкнул Хрящ. - От нее, небось, одна лепешка осталась. Или в болоте
утонула. Где ее теперь искать?
- У нас есть все основания считать, что капсула уцелела, - уверенно проговорил
Спартак. - Во-первых, мы регулярно ловим обрывки ее сигналов. Во-вторых, посадочная
капсула служит координатором и ретранслятором для бионетиков. Если они активны - значит,
действует и капсула. Скажу больше. Капсула - саморегулирующееся устройство. Она
способна даже самостоятельно исправлять некоторые свои повреждения. Не исключено, что
она уже почти готова к самоэвакуации, и вам придется сделать совсем немного.
- Что именно? - предусмотрительно спросил Кирилл.
- Мы это выясним. И я думаю, вы согласитесь на сотрудничество. Потому что наши
интересы кое-где совпадают. Нам необходимо спасти коллегу, а вам - остановить бионетиков.
- И Паклю, - добавил Хрящ.
-Что?
- Нет, я так. А нам оружие дадут?
- Оружие? - Спартак почему-то удивился. - Думаете, оно понадобится?
- А кто его знает?
- Я считаю, что совершенная техника гораздо лучше оружия, но... Хорошо, мы дадим
все, что поможет выполнить задачу, после того, как вы положительно ответите на мое
предложение. Подумайте.
Он встал, застегнул китель и вышел из комнаты.
Кирилл завалился на свою кровать прямо в ботинках и несколько минут лежал молча.
- Во попали, да? - послышался голос Хряща.
- Козлы, - глухо проговорил Кирилл.
- Кто? Ты чего?
- Ничего. Настроение плохое. Все козлы.
- А чего?
- А ничего. Проблемы у них... У всех проблемы. У меня их вообще куча. Ты еще не
въехал, Хрящ, что нас там ждет.
- Где?
- Дома, дебил! Во-первых, Пакля со своими уродами, во-вторых, эти спецназовцы
бешеные. Я думал, нам тут помогут. Думал, скажут - спасибо, пацаны, остальное мы сами. А
он: выручайте, Христа ради, ребятки, мы сами ничего не можем.
- Но ведь, правда, не могут.
- Ну да, конечно... Они со своими космолетами и киборгами не могут. А ты,
метр-десять, можешь?
- Не знаю... Да ладно тебе!
- Тебе все ладно. Зато с автоматами поигрался и на ракете полетал. Нам, дурачкам,
много не надо.
Хрящ вдруг вжал голову в плечи.
- А нас тут не подслушивают? - зашипел он.
- А пускай! - беспечно ответил Кирилл. И громко, отчетливо произнес: - Козлы!
- Тише ты! Я читал, в космических кораблях везде микрофоны и камеры. Чтоб, если где
авария, сразу узнать. Даже в туалете. Прикинь, сидишь на толчке, а тебя кто-то по телевизору
смотрит.
- Ну сходи в туалет, покажи им... - Кирилл вдруг сел на кровати. - Слушай, Хрящ. А
ведь, если мы агенты, нам платить должны.
- Да? - растерянно переспросил восьмиклассник. - Точно? А сколько?
- А вот надо было спросить сколько. Мне, между прочим, деньги, хоть удавись, достать
надо. Мне еще с родителями расплачиваться. Из-за Поршня, урода этого...
- Думаешь, должны платить? - продолжал колебаться Хрящ. - А, интересно, чем? У
них и деньги небось какие-нибудь электронные. На хрен они нам?
- Ну, это надо договариваться. Натурой пусть дают. Жратвой этой пластмассовой, -
Кирилл небрежно хлопнул рукой по чемоданчику.
- И куда ее? Кошку кормить? Нет, надо просить что-то получше... - Хрящ
задумался. - О, знаю! У них в будущем, наверно, есть какие-нибудь способы, чтоб немецкий
быстро выучить. Может, во сне или таблетки специальные...
- Да пошел ты... Сейчас окажется, что тут вообще деньги отменили. И все работают за
интерес.
- Классно бы... - ухмыльнулся Хрящ. - Я б по такому будущему погулял бы денек.
Взял бы рюкзак - и по магазинам.
- Тебя не пустят с глистами, осядь.
Кирилл подошел к иллюминатору и принялся смотреть на видимый краешек Земли.
- Хрящ, - похвал он через минуту. - А ведь это- Земля через триста лет.
- Я знаю, - безучастно отозвался восьмиклассник.
- Что ты знаешь? Ты подумай: там наш Зарыбинск через триста лет!
- Да? - Хрящ тоже подошел и начал очень пристально изучать голубоватый край
планеты, словно хотел разглядеть родные дворы и помойки.
- Там, может, уже наши дети ходят, - робко предположил он.
- Да, нет... дети уже не ходят, - покачал головой Кирилл. - Даже внуки уже не ходят.
И тут на его лицо набежала какая-то тень. Он, сам того не ожидая, на мгновение осознал
глубину пропасти в три сотни лет. Он попытался представить, что его уже нет на этой планете,
совсем нет. А есть только, может быть, ржавый памятник на каком-нибудь кладбище.
От этого открытия мысли Кирилла вдруг погрузились на какое-то черное холодное дно,
где все было таинственным и жутким. Он даже зажмурился и потряс головой, разгоняя страх
перед бездной времени и непостижимыми законами космоса.
- Посмотреть бы, - вздохнул Хрящ. - Может, попросимся на денек?
- Говорили же, нам туда нельзя.
- А мы скажем, что без этого вербоваться не согласны.
- Нет, Хрящ. Если что и дадут, то я деньгами возьму.
- Да ладно тебе...
- Это тебе ладно. Мать узнает, что денег в шкафу нет - с ума сойдет. Целый год копила
отцу на праздник.
- А чего ты эти деньги обратно с Поршня не снимешь?
- Хе... думаешь, они еще есть?
- А это его проблемы, - Хрящ недобро прищурился. - Промзавод от него отказался,
так что можн
...Поділитися у соцмережах
