Жанр: Электронное издание
skir2
... час, отмытый, с перевязанной ногой, прихлёбывая терпкий, чуть
солоноватый травяной отвар, Телли уже рассказывал Жуге обо всём, что произошло
после его исчезновения. Травник слушал молча, то кивая, то хмурясь, и лишь один
раз вскинул голову, когда речь зашла о бродячих артистах:
- Нора? - переспросил он. - Ты сказал - Нора?
- Да.
- И она мечет дротики?
- Да...
- Интересно, - пробормотал он. Взъерошил волосы рукой. - Очень
интересно... Продолжай.
Тил продолжил свой рассказ, украдкой разглядывая травника. Жуга изменился
за время, прожитое здесь. Он сильно загорел, скулы его заострились, волосы
отросли, на лице пробилась рыжая курчавая бородка, и лишь глаза были прежние -
ярко-голубые, со знакомым хитроватым пристальным прищуром. Тил поймал себя на
мысли, что при свете он узнал бы травника не сразу. Ночь оказалась в этом
смысле правдивее дня.
Дрова горели в очаге почти без дыма, ровным сильным жаром, хижина быстро
согрелась. Снаружи поднимался ветер, Телли слышал, как над головой, по туго
натянутым бычьим шкурам шелестит песок. Мальчишку постепенно потянуло ко сну.
Жуга вскоре это заметил и сделал ему знак остановиться.
- Но я ещё не всё рассказал... - запротестовал тот.
- Завтра дорасскажешь.
Одеяло из какой-то мягкой рыжеватой шерсти было тонким, но грело отменно,
а набросанные друг на дружку шкуры оказались гораздо удобнее колючего
соломенного тюфяка. Тил послушно попытался уснуть, но любопытство оказалось
сильнее усталости.
- Жуга, - позвал он, развернувшись лицом к очагу, - а, Жуга...
- Что?
- Что это за место, где мы оказались?
Травник помолчал. Подбросил дров в огонь, посмотрел на стену. Там, где
снаружи привалился Рик, натянутые шкуры вдавились внутрь на добрый локоть и
теперь мерно вздымались и опадали в такт дыханию дракончика.
Жуга перевёл взгляд на мальчика.
- Сначала я хотел бы знать, как ты здесь очутился, - сказал он, - но
думаю, об этом ты расскажешь завтра.
- Меня Рик привёз. На спине.
- На спине? - Жуга поднял бровь. - Постой, постой... Это как?
- Ну, я залез и мы нырнули в озеро, а после... Вот.
- В какое озеро?
- Ну в этот... в ключ. В Драконов ключ за городом. Я не дорассказал - мы в
башне ход нашли, он нас туда вывел. А Рик... Ой, слушай! - Телли сел, не на
шутку встревоженный. - Ведь если так, то можно и обратно! Там же Нора и
Арнольд, они нас ждать не будут, надо спешить!
Он вскочил и принялся натягивать рубашку.
Жуга, не вставая, положил ладонь ему на плечо и мягко толкнул назад на
шкуры. Тил повалился на спину и непонимающе воззрился на него, моргая из-под
скомканной рубахи.
- Ты чего?
Травник не ответил. Потёр ладонью шрам на виске, встал и подошёл к одной
из угловых распорок.
- Послушай, Тил, - глухо сказал он, откашлялся, и после паузы продолжил: -
Ты ранен и устал. Кто знает, чем может кончится вся эта езда на драконе? Тебе
надо отдохнуть, а мне... - Жуга поколебался и закончил: - Мне надо всё
обдумать.
- Но время же идёт!
- Время, - пальцы травника погладили длинный ряд зарубок на столбе. -
Да... Там, в городе всё ещё осень?
- Да уж зима почти... А почему ты спрашиваешь?
Жуга всё медлил с ответом, затем вдруг стукнул по подпорке кулаком,
заставив всё сооруженье вздрогнуть, и обернулся.
- Ты говоришь, что ждал целый месяц, - медленно, словно прислушиваясь к
собственным словам, проговорил Жуга. - Так вот, Тил... Я ждал полгода, даже
больше. Это слишком долго - ждать полгода. Полторы сотни закатов и восходов, и
каждый день такой же длинный, как и там. Не знаю, почему. Я ждал, надеясь, что
когда-нибудь вернусь, и теперь не хочу сломя голову кидаться в эту лужу, что бы
ты ни говорил. Ничего хорошего из этого не выйдет.
Телли в замешательстве таращился на травника. Всё сказанное не
укладывалось в голове.
- Но Рик знает путь! Он же привёз меня сюда...
- Рик - такой же мальчишка, как и ты. Он больше забавляется, играет, чем
на деле что-то знает; он ещё только учится быть настоящим драконом. Нам нужно
всё обдумать и вспомнить, иначе мы можем вынырнуть где угодно, а можем и вовсе
не вынырнуть. Время здесь как будто спит, а там мчится вскачь. Нам некуда
спешить.
- Я всё равно не усну, - Тил помотал головой и приподнялся на локте, - я и
так продрых весь день... Лучше расскажи, что было с тобой.
- Завтра. И так полночи прошагали.
- Я не устал.
- А я устал, - усмехнулся Жуга. - Так что - спи.
Змея ползла, свивая кольца в три петли одна внутри другой, чешуи громко
тёрлись друг о друга. По песку за ней тянулся след, как будто здесь прокатилось
толстое большое колесо. Наткнулась на палку. Остановилась. Подняла голову и
посмотрела на мальчишку.
- На твоём месте я не стал бы это делать.
Телли вздрогнул и обернулся. Позади стоял Жуга.
- Она... ядовитая?
- Не то слово, - травник поправил на плече мех с водой. - Если укусит, я
ничем не смогу помочь. Местные жители её боятся как огня и называют "Молчаливая
смерть".
- Молчаливая? - тупо переспросил Телли, потихоньку отступая назад и пряча
палку за спину.
- Ну, да. У неё и голоса-то нет, одни чешуйки шелестят... Пойдём отсюда.
Скоро жарко станет, да и Рик заждался.
И оба направились прочь. Змея несколько мгновений смотрела им вслед, затем
поползла своей дорогой.
- Почему ты живешь так далеко от воды? - спросил Телли, нагоняя травника.
- Здесь опасно, - неохотно пояснил Жуга. - Ночью на водопой приходят
звери. Гиены, львы...
- А в пустыне их нет?
- Нет.
И Жуга прибавил шагу. Некоторое время Тил старался идти вровень с ним,
потом - просто не отставать, и ему стало не до разговоров. Цепочка островков
зелёной растительности растянулась по пустыне с севера на юг. Всего их было
пять или шесть - травник не знал, сколько именно. В одном из них было то самое
солёное озерцо, в другом нашёл себе приют Жуга, а в третьем он брал пресную
воду - оттуда вытекал ручей, который после терялся в песках. Телли отполоскал
рубашку и штаны от соли, но купаться в нём поостерёгся, хотя ему очень
хотелось; он ещё слишком хорошо помнил, как выбравшись из озера, отдирал от ног
пиявок. Ранки потом долго кровоточили.
Красно-жёлтые увалы дюн, слегка подсвеченные солнцем, тянулись на восток
до самого горизонта. Воздух постепенно согревался. Мех с водой негромко булькал
в такт шагам. Травник шёл быстро, словно бы скользя по плотному песку, Телли же
то и дело спотыкался, зарываясь чуть ли не по щиколотку. Рана на ноге тихонько
ныла. Тил задумался. Гиены... Ему вспомнились эти ночные пятнистые твари,
похожие на собак, и он невольно содрогнулся.
- Жуга, а почему - гиены?
- Я не знаю, - рассеянно ответил травник. - Это я их так, для себя
обозвал. Из-за этого... Шнеллера. Хохочут уж больно похоже.
- А-а... А львы настоящие?
- Настоящее не бывает.
- Те, про которых в книжках пишут?
- Да. Но смотреть не советую, особенно ночью. Устал?
- Немного. Нога болит.
- Сейчас придём.
Рика в хижине не оказалось. Не было его и возле, лишь на камнях, где ему
полюбилось сидеть, желтели пятна высохшего драконьего помёта. Телли с
беспокойством огляделся, но следов не обнаружил. На здешней жаре дракончик
сделался необычайно деятельным.
- Опять удрал, паршивец, - вслух посетовал Тил. - Этак занесёт его
куда-нибудь, вообще потом не выберемся... или задрыхнет дня на три.
- Охотится, - пожал плечами травник, отбрасывая шкуру ото входа. -
Радуйся, что хоть кормить его не надо. Он ведь теперь, поди-ка, много жрёт?
- Порядочно, - признал Телли. - Как ты узнал, что это Рик?
- Скорей уж, он узнал, что это - я, - усмехнулся Жуга. Раздул огонь, налил
воды в котелок и только после этого продолжил: - Он появился тут позавчера,
пошатался в окрестностях и исчез. Драконы здесь не водятся, и я сразу подумал
про твоего Рика, тем более, что морда была какая-то знакомая. Но Рик ведь так -
мелочь, ящерица, а этот... А вчера он прибежал под вечер, под руку лезет,
хвостом крутит. Чуть весь дом не снёс. И за рубашку меня так и тянет. Я
собрался и - за ним.
- Он полинял, - сказал Тил. - Недели с две тому назад, и сразу стал такой.
Перепугал всех до одури. Бликса, так тот вообще умом тронулся... Ой, совсем
забыл! - он встрепенулся. - Его же к нам те пятеро послали, чтобы за тобой
следил...
- Бликса? - хмыкнул травник. - Занятно... А впрочем, дело прошлое.
Скажи-ка лучше, Томас поправился?
- Кабатчик? Вроде, жив-здоров. Деньги недавно принёс.
Закипела вода. Жуга занялся котелком и разговор угас сам собой. Тил
побоялся лезть под руку и вновь принялся разглядывать жилище травника.
- Чьи это шкуры? - спросил он.
- Мои, - рассеянно ответил тот, помешивая варево.
- Откуда столько?
Жуга не ответил, вместо этого уселся, подобрал ноги под себя и некоторое
время молчал, глядя в никуда. Телли сделалось слегка не по себе от этой его
молчаливости - травник и раньше был немногословен, а теперь и вовсе каждое
слово из него приходилось чуть ли не вытаскивать клещами. Хотелось расспросить
его о том, о сём, но все вопросы вязли на зубах и застревали в горле. Мальчишка
поразмыслил и решил пока не торопить события, тем более, что от котелка
потянуло аппетитным парком, и Тил только теперь почувствовал, как он
проголодался.
- Миска у меня одна, - сказал Жуга, - я не ждал гостей. Ешь. Я потом.
Обжигаясь, Телли торопливо опустошил и вылизал миску. Посмотрел на
травника. Тот понял без слов:
- Ещё?
- Угу, - кивнул он. Поколебавшись, протянул руку к горке сморщенных
коричневых ягод и покосился на травника: - Можно?
- Ешь, ешь, - подбодрил тот. - Это финики.
Ягоды оказались сухими и слишком сладкими, у Тила сразу запершило в горле.
Он глотнул воды и поморщился - вода была тёплой, солоноватой и отдавала
мертвечиной. Жуга перехватил его взгляд и сочувственно кивнул:
- Это от бурдюка. Дубов здесь нет, а на солнце шкуры сохнут плохо. Я тоже
поначалу не мог привыкнуть, - он положил в подставленную миску ещё каши и
откинулся на шкуры. - Я хотел кувшин слепить, да глины не нашёл. Местные жители
тыквы сушат, или корзинки плетут для воды.
- Корзинки?! - Телли не поверил своим ушам. - Для воды?
- Да. Из травы. Они у них не протекают, - Жуга взял из горки финик и
рассеянно повертел его в пальцах. Поднял взгляд.
- Почему ты решил, что Рик привезёт тебя ко мне? - спросил вдруг он.
- Да это... - Телли прожевался, с трудом проглотил то, что было во рту и
продолжил. - Он монетку приволок. Такую, как тогда, но только золотую. Ну, я и
подумал... - Он порылся в кармане, нашарил там кусочек нагретого металла и
протянул его Жуге: - Вот.
Тот взял её, подбросил на ладони. Присмотрелся. Сжал кулак. На скулах его
заходили желваки.
- Про монеты тебе Рудольф сказал?
- Нет. Понимаешь, я не сказал тебе вчера, но я всё видел тогда в корчме. Я
на крыше был. И как ты монеты у менялы выкупал, я тоже видел. Когда Рик её
принёс, я сразу вспомнил про собак...
Он осекся и умолк, поражённый новой мыслью. Посмотрел на травника. Тот не
ответил, подобрал пустую миску и положил себе каши. Съел её всё так же молча,
запил водой, встал и снял с гвоздя свой меч.
- Пойдём.
- Куда? - не понял тот. - К собакам? Они... здесь?
- Это лучше увидеть, чем слушать рассказ.
На сей раз путь их длился долго, Тил успел по-настоящему устать. Дорога
шла то по песку, то по траве, а иногда вдруг под ногой угадывался выщербленный
камень мостовой. Откуда она могла здесь взяться, Тил решительно не представлял,
и лишь когда из зарослей странного вида деревьев проглянули остатки
циклопических сооружений, понял, что они стоят посреди развалин какого-то
города.
Когда-то здесь был замок или храм. Сложенные из массивных каменных блоков
стены давно рухнули, в щели между ними проросла трава. Растрескавшийся
желтоватый камень ещё хранил остатки резного орнамента. Неподалёку, окружённый
невысоким бортиком, находился пруд или бассейн с водой, тоже почти скрывшийся
под плотным зелёным занавесом. То, что Телли принял издалека за кустарник,
оказалось на поверку настоящим лесом, влажным, полным шорохов и птичьих криков.
Как среди пустыни и засушливых равнин могли сохраниться такие дебри, оставалось
загадкой. Тил поразмыслил и решил, что без магии тут не обошлось.
Жуга прошёл под остатками арки, свернул вдоль стены раз, другой и наконец
поднялся вверх по узкой и спиральной лестнице. Под ногами его зияла дыра.
Помедлив, травник жестом подозвал Телли и указал вниз. Солнце стояло высоко, и
было видно, как в глубине полуразрушенного здания мерцает плотный золотой ковёр
рассыпанных монет, чеканные кувшины с длинным горлом, украшенные драгоценными
камнями чаши, ножи, кинжалы и мечи, клинки которых время превратило в пыль и
только ножны и рукояти по-прежнему отблёскивали золотом. Вдоль стен и в углах
громоздились сундуки, сквозь их прогнившие стенки и струился весь этот
застывший золотой поток.
Сделав Телли знак молчать, Жуга достал монетку, которую принёс дракон,
повертел её в пальцах и бросил вниз. С коротким приглушённым звоном та упала и
затерялась среди других таких же.
Тил ошарашено посмотрел на Жугу.
- Зачем?
- Тихо. Смотри внимательно.
Тил послушался и всмотрелся в темноту.
Вначале ничего не происходило, затем полумрак внизу зашевелился.
Четвероногая тень шагнула в световой круг и замерла, как будто бы принюхиваясь.
С замирающим сердцем Телли понял, что перед ним одна из трёх собак, тех самых,
что приходили в город. Тварь подняла голову и глухо зарычала, солнце отразилось
в её огромных зеленоватых глазах. Казалось, яркий свет причиняет собаке
нестерпимую боль. Наконец, никого не найдя, собака развернулась и снова
растворилась в темноте.
- Я долго не мог понять, - проговорил Жуга, когда они спускались вниз, -
почему они приходят в город только ночью. Потом я увидел сокровищницу и понял,
что они просто не выносят дневного света.
- Ты не боишься, что они к тебе ночью придут?
- Зачем? - пожал плечами тот. - Они преследуют только грабителей. Я ничего
у них не брал, наоборот, вернул украденное. Хорошо, что ты отдал мне ту
монетку. Интересно, как Рик вообще сумел её достать...
- Чьи это сокровища?
- Никто не знает, - Жуга остановился у бассейна. Мутноватая зелёная вода
отразила две физиономии. По нагретому камню парапета полз скорпион. - Раньше
здесь наверное, был город, но потом вода ушла. Пустыня стала наступать.
- А здешние жители?
- Здешние жители... - Жуга помрачнел. - Здешние жители одеваются в траву и
в шкуры и даже не умеют обрабатывать железо. Кожа и волосы у них чёрные, как
уголь. Когда я впервые их встретил, они приняли меня за демона и попытались
убить. Пришлось сражаться, я убил троих и нескольких ранил. Потом самому же
пришлось их лечить. Тогда они решили мне поклоняться, построили для меня ту
хижину и привели десяток женщин... - он помедлил. - Женщин я отвёл обратно, и
тогда эти ублюдки начали их убивать. Прямо у меня на глазах.
Телли ошарашено стоял и слушал, глядя на своё отражение и не решаясь
поднять глаза на травника.
- Не помню, что было дальше, - говорил Жуга. - Я попытался их остановить.
Меча со мной не было, я вырвал у кого-то из них копьё... В общем, не помню.
Очнулся - стою посреди деревни, копьё сломано, руки в крови... И никого вокруг.
- И ты что... всех?..
- Чёрт их знает. Нет, наверное. Тел я не нашёл, разве что они их с собой
унесли. Они потом собрали пожитки и откочевали куда-то на юг. Больше я их не
видел - после этого они оставили меня в покое.
- Немудрено... - пробормотал Тил.
- Там, - травник указал куда-то в сторону песков, - живёт другой народ. У
них нет поселений, они постоянно кочуют по пустыне. У них там такие лошади
мохнатые, на спине с двумя горбами, на них они поклажу перевозят. Я их и
видел-то всего несколько раз. А тех, кто жил когда-то в этом городе, уже никто
не помнит, даже легенд не осталось. Вот разве только - собаки.
- А что - собаки? Ну живут здесь, ну сторожат...
- Они не пьют и не едят, их только три и всегда было три. Местные жители
зовут их "проклятыми" и считают, что они вышли из песка. Может, это души
владельцев золота вернулись после смерти, чтобы сторожить своё сокровище, а
может, неудачники-грабители. - Травник повернулся к мальчишке. - Теперь
понятно, почему я ничего об этом золоте не хочу знать?
- Понятно.
- Ну что ж... Тогда пошли отсюда.
Телли не двинулся с места.
- Жуга, - позвал он.
- Что? - остановился тот.
- Почему ты не хочешь возвращаться?
Травник замер. Медленно обернулся. Налетавший ветерок трепал его отросшие,
связанные в конский хвост волосы.
- Я прав? Ведь ты не хочешь?
Жуга несколько мгновений стоял молча... и вдруг взорвался криком.
- К чёрту! - рявкнул он так неожиданно и громко, что Тил отшатнулся и с
размаху сел на камень прямо там, где стоял. - Чего ты привязался ко мне со
своими расспросами?! Думаешь, мне легко было, когда я попал сюда?!
Он выхватил меч, и прежде чем Тил успел испугаться, вогнал его по рукоятку
в камень парапета и бессильно опустился рядом, обхватив голову руками.
- Вытащи! - коротко потребовал он, глядя в упор на мальчишку.
- Что? - оторопело переспросил тот.
- Ну вытащи, вытащи! - повторил тот с кривой невесёлой усмешкой. Ладони
его взмокли от пота и нервно подрагивали. - Вот просто - встань и вытащи!
- Зачем?
- Вытащишь - пойду с тобой.
- А если нет, то - что?
Жуга не ответил, а Тил побоялся повторить свой вопрос, и некоторое время
оба они молчали.
- Послушай, Тил, - сказал наконец Жуга. - Всё это слишком запутано и
гораздо серьёзней, чем ты думаешь. Пойми, я уже чувствовал такое... однажды.
Как будто я кукла, и кто-то дёргает за ниточки. Если бы ты только знал, до чего
мне это всё надоело! Первые месяцы здесь я думал, что схожу с ума. Потом мне
казалось, что я уже сошёл. Потом - что я нормальный, а с ума сошли все
остальные. И тогда я решил не копаться в себе, а просто - жить.
Я перестал думать и тревожиться, просто смотрел, как день сменяет ночь, -
продолжал он уже спокойнее. - Следил, чтоб в хижину не заползали скорпионы и
змеи, ходил за водой, охотился. Случалось, правда, что и на меня охотились.
Изучал местные травы... на себе, между прочим. Выменивал на них у пустынников
финики, крупу и кофе. Я оставлял свой меч и отправлялся ночью безоружным
бродить по пескам. Волк, живущий под скалой, пригласил меня отведать своей
прохладной воды. Не купаться и плескаться, а покинуть свет солнца и познать
мёртвую ночь пустыни и холодных людей, играющих там... И постепенно боль ушла,
остался только мир вокруг и я. И никого между нами.
- Ты боишься, - мягко сказал Тил.
- Боюсь, - признался тот. Встал и обошёл вокруг бассейна. Пользуясь тем,
что травник отвернулся, Тил украдкой придвинулся к мечу и подёргал за рукоять -
тот даже не шелохнулся, и мальчишка поспешил сесть обратно.
- Боюсь, - послышалось из-за бассейна, а через мгновенье показался и сам
Жуга, - что если я вернусь, то снова придётся плясать под чужую дудку. Полгода
- ничего, и вдруг твой дракон. А потом и ты сам... Я жил своей жизнью,
понимаешь, своей, а не той, которую мне уготовили другие! А теперь приходишь ты
и говоришь, что я опять кому-то что-то должен.
- Я ничего не говорил. Я просто хотел, чтоб ты вернулся.
- Какая разница! - отмахнулся тот и вдруг осекся, глядя на камни. Телли
проследил за его взглядом и похолодел, увидев подле себя раздавленного
скорпиона.
- Ну-ка, встань! - ледяным голосом потребовал Жуга.
Тил повиновался.
- Повернись! - он схватил мальчишку за плечо и резко развернул. - О
чёрт... Ты сел на него! Снимай штаны!
- Да не укусил он меня, я б заметил... - запротестовал тот.
- Снимай, кому сказал!!
Теперь Тил и сам увидел бурое пятно у себя на штанине. К горлу его
подкатил ком. Непослушными пальцами распустив узел, он спустил штаны и
ошарашено уставился на крошечную ранку на бедре.
- Ой-ёй...
- Как ты? - с беспокойством спросил Жуга. - Тебе больно?
- Н-не знаю... Они ядовитые?
- Голова не кружится? В глазах не темнеет?
- Я...
- Дышать можешь?
Телли набрал полную грудь воздуха и прислушался к своим ощущениям. Сердце
бешено колотилось, ранка на бедре слегка зудела, но в остальном всё было в
порядке - ни темноты в глазах, ни боли, ни удушья. Голова тоже была на месте, и
постепенно происходящее начало его злить.
- Да ну тебя! - огрызнулся он и принялся натягивать штаны. - Напугал
только, дурак. Подумаешь, укусили.
Жуга отстранился и с сомнением поскрёб в бороде.
- Послушай, Тил, - сказал он. - Это фиолетовый скорпион. Я видел троих
людей, которые отправились на тот свет меньше чем через десять минут после его
укуса.
- Ну и что ж теперь, сидеть и ждать, пока я не загнусь?! - вскинулся
Телли. - Может, он старый был, этот твой фиолетовый, может, у него яд кончился!
- Не ори ты так!
- Сам не ори!
- Нет, всё-таки, с тобой и в самом деле всё в порядке?
- Лучше не бывает, - мрачно буркнул Тил. - Сейчас вот прямо лягу и
помру... Слушай, зачем ты эту дурацкую бороду отрастил?
- Воду жалко на такую ерунду переводить. Здесь даже чашки песком мыть
приходится, - он неожиданно нахмурился. - Вот что, Тил... Напомни-ка мне, что
ты говорил, когда дракончик у тебя огнём плевался?
- Что? Не помню. Белиберду какую-то.
- И всё-таки.
- Ну... - он задумался, припоминая. - Что-то вроде: "Айвэтур энг Ихэл
Айвэнгилэ"
- Что-что?
- Айло айвэтур энг Ихэл Айвэнгилэ... И что-то там ещё. Надо же - помню! -
удивился он. - А чего ты спрашиваешь?
Жуга сидел, непривычно задумчивый, шевеля губами, затем встряхнулся.
- Нет, - сказал он. - Нет в них магии, хоть тресни... Откуда ты их взял?
- А я знаю? Выдумал, наверно, чтоб звучало пострашней.
- Да не похоже на выдумку, раз не забылось.
- Так ты вернёшься или нет? И вообще, долго мы ещё будем тут сидеть?
Жуга помолчал. Поднял взгляд.
- Скажи мне ещё одну вещь, - он запнулся, затем огляделся вокруг и отломил
ветку с куста. Распустил свои волосы и заново собрал их в узел на затылке. - Та
девушка... Ну, акробатка...
- Нора?
- Да, Нора... Она, случайно, не носит волосы... вот так? - он воткнул
палочку себе в волосы и повернулся в профиль.
- Носит. Только у неё обычно дротик вместо палки.
- Дротик... - пробормотал Жуга. - Понятно.
Он встал, со звоном выдернул из камня меч и сунул его в ножны. Усмехнулся.
- Ладно. Раз уж умирать ты не собираешься, пошли искать твоего дракона.
- Ещё чего! - хмыкнул Тил, потирая укушенный зад. - Носись за ним по
солнцепёку... Сам найдётся.
- Где он, как ты думаешь?
- Да леший знает... Спит, наверное, где-нибудь.
Кусты перед ними зашевелились. Жуга выхватил было меч, но тут же опустил
его, когда навстречу, с топотом и треском вывалился Рик. Дракончик радостно
присвистнул, подскочил к мальчишке и вдруг толкнул его носом с такой силой, что
Телли не устоял на ногах и свалился в бассейн.
- Ты что, с ума сошёл?! - Тил забарахтался и встал, отплёвываясь и
отряхиваясь. Вода в бассейне едва доходила ему до пояса. - Перегрелся на жаре?
- Ну, вот и нашёлся, - удовлетворённо сказал Жуга. Покосился на солнце и
повернулся к мальчишке. - Пошли за вещами.
Шурша сухими листьями, Арнольд вышел на поляну, сбросил с плеч вязанку
хвороста и вытер руки о штаны.
- Нет смысла больше ждать, - сказал он, садясь и протягивая руки к огню. -
Я обыскал всё вокруг. Его нигде нет.
Нора ничего не ответила.
День близился к вечеру. Костёр почти погас, остывающий дым белёсым
покрывалом колыхался среди голых ветвей. Было тихо и безветренно. Арнольд
поворошил горящие головни, подбросил в огонь пару сучьев и перевернул над
угольями надетые на палочки грибы. Покосился на девушку, на лежащего рядом
Вильяма. Лютнист, закинув руки за голову, глядел в темнеющее небо.
- Нам надо уходить, - он тронул Нору за рукав. - Вы слышите?
- Слышу, - ответила та, бездумно глядя на огонь. Поправила на плечах
одеяло. - Не кричи.
- Нам нельзя здесь оставаться, нас могут найти в любой момент.
- Мне всё равно, - безразлично сказал Вильям.
- Брось, Вилли! - рявкнул силач, закипая. - Не хочешь же ты в самом
деле...
- Ничего я не хочу, - бард повернулся на живот, запустил в костёр сухой
еловой шишкой. - Я с тобой дальше не пойду. С меня довольно Олле.
Арнольд нахмурился.
- Вот, значит, как... Ну и что же ты намерен делать?
- Не знаю, - тот пожал плечами. - Пойду на север, в Остенде или Цурбааген.
Наймусь на судно до Британии, а там... Там видно будет.
- Арнольд... - Нора подняла голову. Помедлила. - Скажи, зачем ты начал...
это всё?
- Что "всё"? - не понял тот.
- Ну этот парень и дракон. Зачем они тебе понадобились?
Силач слегка растерялся.
- Ты же сама намекала, что мальчишка нам бы пригодился, - сказал он, -
хотела его обучить. Да и дракон - штука полезная.
- Но не настолько, чтобы ради этого пожертвовать повозкой, лошадью и даже
Олле!
- Олле я не трогал, ты сама прекрасно знаешь.
Девушка потупилась. Кивнула:
- Я знаю, да. Но сейчас мне кажется, что наши желания тут не при чём. Мы
все как будто потеряли голову, не думали ни о чём, кроме как вытащить его...
Их, - поправилась она. - Мальчишку и дракона.
- Нора, перестань, - Арнольд поморщился.
- Что на тебя тогда нашло? Ты дрался за него, как за брата, чего ради? -
она вздрогнула и потрясла головой, как будто и в самом деле отгоняя наваждение.
-
...Поділитися у соцмережах
