Жанр: Электронное издание
Fororden4
...ветовались, экспериментальное меню разработали, если потребуется, воздушный мост
быстренько наладим.
- Ну вот, я же говорил. Специалисты у нас на любой случай найдутся. В том числе и по
загробной кулинарии и диетологии...
Розенцвейг вежливо усмехнулся.
На протяжении всего разговора господин Адлер не принимал в нем участия, сидел с таким
видом, будто происходящее его совсем не касается или он вообще не знает русского. Но хотя
выходило у него это весьма убедительно, Ляхов позволил себе в это не поверить. Станет
Григорий Львович с собой такого недоумка возить.
Тут же он и проверил, не поворачивая головы, спросил ровным голосом, без всякого
нажима:
- А у вас в нашей экспедиции какая функция, Сол? Должен же я представлять, чего
ожидать от нового напарника...
- Пока никакой специальной, - так же ровно, без малейшего акцента ответил Адлер. -
Попросил вот Григорий составить компанию, я согласился. Знаю и умею все, что полагается в
моем возрасте и чине. Чин - майор. Начинал службу в армейском спецназе, потом все больше
на канцелярской работе. Вы удовлетворены, господин полковник?
- Вадим, только Вадим. Ответом удовлетворен, дальше, как говорится, бой покажет. Так
что, будем собираться? Можно сначала пообедать чем бог пошлет, а можно и до ужина
дотерпеть. Тут часа три лететь?
- Приблизительно, - ответил Розенцвейг. - Я думаю, дотерпим. И я бы посоветовал
сразу в Тель-Авив, там аэропорт большой, сесть легче. И живу я неподалеку.
В этих вопросах полностью на вас полагаюсь. Значит пошли. Если летуны не готовы, мы
их поторопим.
С солдатами познакомиться надо, задачу им поставить. Настоящий боец всегда должен
быть чем-либо озабочен, тогда служба сама собой идет.
Бойцы, прибывшие на самолете и приехавшие с Ляховым, так и сидели на скамейках по
обе стороны диспетчерского поста. Штурмгвардейцы во главе с младшим унтер-офицером -
слева, сложив рядом свои ранцы, плащ-палатки, автоматы и прочую амуницию. Курили, не
пытаясь заговаривать с десантниками поручика Колосова. Возможно, имели соответствующие
инструкции, а скорее, окружающая обстановка давила необычностью и непонятностью, и на
посторонние эмоции просто сил не хватало.
А солдаты Колосова (самого в прошлом штурмгвардейца), пройдя с ним и с Ляховым "от
Москвы до Бреста", напротив, считали себя ветеранами, которым приличествует важность.
Мало ли, что штурмгвардия! Мы вас еще в деле не видели, а береты и нашивки на кого
хочешь нацепить можно. И поглядывали на новичков с плохо скрываемой насмешкой и даже
некоторым злорадством. Вот, братва, повидаетесь с покойничками и покойницами на узкой
дорожке, тогда и узнаете, почем фунт колбасных обрезков!
Ляхов наметанным взглядом оценил обстановку и настроение вверенного ему личного
состава.
- Так, орлы, - сообщил он вскочившим при его появлении солдатам, - служить до
особого распоряжения будете вместе, и никакой чтобы кастовой розни. Поручик Колосов вам
всем теперь командир. Вы, унтер-офицер...
- Младший унтер-офицер девятого отдельного батальона штурмгвардии Иван Кочубей,
господин полковник!
- ...будете у господина поручика помкомвзвода. Стать в общий строй. Господин
поручик, познакомьтесь личным составом, произведите боевой расчет, выдайте обед сухим
пайком и винную порцию. Всем вольно.
Подумал, что слова его прозвучали слишком жестко, интеллигент все-таки, привыкший
относиться к подчиненным не только как к функциональным единицам, попытался бы
разрядить обстановку, достаточно для молодых парней напряженную.
Усмехнулся, прошел перед строем, заложив за спину руки.
- А вас, ребята, я научу, как не бояться и делать что надо. И когда придет наш последний
час, розовый, кровавый туман застелет нам взоры, просто нужно припомнить всю жестокую,
милую жизнь, всю родную, странную землю и, представ пред ликом Бога с простыми и,
мудрыми словами, ждать спокойно Его суда...
Неожиданно для Ляхова шаг вперед из строя сделал штурмгвардейский ефрейтор с
нашивкой за ранение на правом клапане куртки.
- Извините, ваше высокоблагородие, но цитировать великого поэта следует точно. Вы
позволите?
Ляхов обрадовался от всей души.
Плевал он на нарушение субординации, но увидеть в составе своего отряда знатока и
ценителя поэзии - здорово.
- Фамилия?
Тон его был угрожающим. Другой полковник устроил бы сейчас разборку не только с
ефрейтором, но и со всеми его командирами по восходящей.
- Ефрейтор Короткевич! Мой прадед служил вместе с Гумилевым в полку, а отец
написал книгу о его творчестве. Не могу выносить искажения канонических текстов. Хотя и
уважаю ваше знание...
- Молодец, ефрейтор! Только так и держись в последующей жизни. От меня как
командира за честность, за храбрость наградной червонец. Как от любителя поэзии позволяю
прочитать товарищам после ужина подлинный текст стихотворения "Мои читатели", а также
остальные на ваше усмотрение. Разойтись!
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
Сидя в "Руссо-Балте", мчавшем его в Троице-Сергиевскую лавру, на встречу с
Патриархом, князь думал что есть в дне сегодняшнем некоторая историческая параллель. С
отстоящим на шестьсот двадцать пять ровно когда состоялась судьбоносная встреча тогдашних
властителей Руси, духовного и светского.
Правда, параллель параллелью, а суть полностью инвертирована. Тогда Дмитрий
Иванович Московский (еще не Донской) был полноправным Великим князем, Сергий же
Радонежский - всего лишь игуменом одного из монастырей, теперь - наоборот. В прошлый
раз монах вдохновлял и подталкивал Дмитрия, а сейчас власть светская собирается напомнить
духовной одну из заповедей Христа: "Не мир я вам принес, но меч!" И подвигнуть ее на
занятие активной жизненной позиции.
Вообще-то подготовительная работа велась давно, и достаточное количество "князей
церкви" полностью разделяли позицию ближнего окружения Местоблюстителя. В случае
необходимости Поместный Собор проголосует так, как надо, и на пост Патриарха имеются
вполне подходящие кандидатуры, вроде митрополита Агафангела, например, но не хотелось,
чтобы административный и церковный перевороты совпали по времени.
Исключительно с точки зрения легитимности. Лучше - симфония духовной и светской
власти. Агафангел же, при всей его приемлемости и управляемости, гораздо лучше будет
смотреться в роли Великого магистра ордена, как там его ни назовут по действующим
канонам.
И в ближайшее время необходимо провести аналогичные консультации с Председателем
Духовного управления российских мусульман, с Главным раввином и этим, как его... Князь
поморщился, не сумев с ходу вспомнить титулование предводителя всех буддистов. Ну не
далай-лама же? Тот, как известно, в Тибете дислоцируется. А наш - в Нижнеудинске.
К чьему-то сожалению, к чьему-то счастью, но история даже в самых своих коротких
проявлениях, в квантах, если угодно, способна подкидывать вариации, в корне отметающие ее
же долговременные разработки.
Это, конечно, справедливо только при условии, что история и судьба - одно и то же.
Но если история - только более-менее грамотная запись уже совершенных судьбой
деяний, судьба же - неведомый нам субъект, реализующий давным-давно продуманную и
собственным алгоритмом просчитанную программу реализации жестко сцепленных между
собой событий, тогда предыдущий постулат не имеет смысла.
Как, впрочем, и противоположная посылка - будто история есть свободное
взаимодействие миллионов случайностей и миллионов разнонаправленных воль.
На самом деле здесь все, как в физике. Если свет - одновременно и волна, и частица, то и
история - то же самое. Как там философы выражаются - сущность является, явление
существенно. Никто никогда не разберется, случайность - непознанная закономерность или
закономерность становится таковой, когда произойдут все предусмотренные случайности.
А пока что Великий князь едет на автомобиле по лесной дороге, и нет при нем кортежа с
охраной. Не принято было такое, потому что в Московии Олег Константинович чувствовал
себя так же уверенно и спокойно, как любой частный человек на собственном дачном участке.
Имелся у него при себе девятизарядный пистолет в кожаной кобуре, и адъютант на заднем
сиденье был вооружен примерно так же, но это - как шпаги и шашки у дворян двадцатого
века, символ статуса, не больше совсем не то, что у "д'Артаньянов" тремястами годами раньше.
Олег Константинович последний раз использовал свой пистолет по прямому назначению
двенадцать кажется, лет назад, а с тех пор только в тире из него стрелял да на даче по пустым
бутылкам и особо нахальным воронам.
Проехали уже больше полпути, в объезд миновали Софрино и приближались к Хотькову.
Мелкий дождик пробиваясь сквозь туман, шелестел по крыше машины успокоительно, не
слишком заливая лобовое стекло, встречных автомобилей не попадалось уже давно, дорога
была малопроезжая.
Князь курил, придерживая массивный руль одной рукой, думал о своем, в том числе и о
той даме, что привлекла его высочайшее внимание. Однако, когда стоявшая на повороте
кривоватая раскидистая сосна вдруг начала медленно, ни с того ни с сего, ложиться поперек
булыжной дороги, Олег Константинович среагировал мгновенно.
Сказалась привычка, накрепко усвоенная с совсем уже далеких лет. Когда он верхами
странствовал в приграничных дебрях Уссурийского края, полагаясь только на собственные
чутье и глазомер, винтовку взведенную поперек передней луки, два маузера в седельных
кобурах и аносовского булата шашку, пристроенную по-японски, без ножен, за правым плечом.
Попадались там чуть не на каждом шагу лихие людишки, и без умения ответить
выстрелом на выстрел, а еще лучше - спустить курок хоть на секунду раньше врага, в тайгу не
стоит и соваться.
Еще хороший прием для тех, кто умеет, - рубить маху и с потягом, когда выскакивают
из-за кустов и хватают лошадь под уздцы и всадника за стременные путилища. По рукам, по
головам, как придется. Но то - русский фронтир , а здесь самое что ни на есть сердце страны,
места, от века спокойные, да вдобавок вотчина, каждый подданный знает владетеля в лицо и
помыслить не смеет, чтобы на него руку поднять. В этих благоговенных краях не только о
политическом терроризме, а об обыкновенных уголовных безобразиях давно не слышали.
Воруют, конечно, убийства по пьяному делу, на почве личной неприязни или из ревности
случаются, но и только.
Если законопослушные граждане чуть не поголовно вооружены, умеют и любят своим
оружием пользоваться, а да вдобавок эффективно и благоразумно действуют полиция,
жандармерия, прокуратура и суды, организованная преступность шансов не имеет. И смысла
тоже. А сейчас что же? Нашлись, получается, злоумышленники, затеявшие покушение на
самого Местоблюстителя?
Что происходит именно покушение, Олег Константинович ни на секунду не усомнился.
Вековые деревья в нехоженом лесу в безветренную погоду сами собой не падают, да еще так
четко и аккуратно. В нужном месте и в рассчитанное время.
Место действительно было выбрано с умом и знанием дела. Слева - глухой овраг,
беспорядочно и густо заросший, справа - крутой, почти отвесный песчаный откос, поверху лес
подступает к самому краю.
Засадный полк может спрятаться, и никого не увидишь, пока сами не объявятся. А
машине одним виражом ни за что не развернуться, да еще такой длинной и тяжелой. Если очень
аккуратно, раза три-четыре нужно взад-вперед подавать, выкручивая руль до упора то в одну то
в другую сторону.
Если только задним ходом...
"Руссо-Балт" уже стоял. Князь передернул рычаг переключения передач, резко прибавил
газ. Пошла машина, пошла, набирая скорость.
Адъютант, есаул лейб-казачьего полка Миллер, несмотря на свою фамилию, числился
забайкальским казаком в пятом поколении. Так уж вышло. Прапрадед обрусевших немцев,
после Пажеского корпуса, оконченного последним по успеваемости, выпустился в Нерчинский
казачий полк сотником, чтобы сразу получить лишнюю звездочку. В других полках три года
корнетом трубить. Ну и пошла династия. Очень достойная, между прочим.
Есаул, выхватив пистолет, приоткрыл дверцу, высунулся по пояс, упираясь ногой в
широкую подножку. Сторожко оглядывался, поводя стволом, не шелохнутся ли где кусты, не
выскочит ли кто на дорогу.
Только и нападавшие были не просты. Да простаки на такие дела и не ходят.
Ломая подлесок, с откоса по широкой водомоине скатились сразу несколько здоровенных,
в обхват толщиной чурбаков, очевидно, пристроенных там заранее, легко подпертых кольями,
выдернуть которые ничего не стоило рывком веревки. Подпрыгивая, многопудовые колоды
раскатились по дороге, и на этот раз ни остановиться, ни увернуться князь не успел.
От удара в заднее колесо машина дернулась, ее развернуло почти на девяносто градусов и
потащило к обрыву. Была бы скорость чуть больше, тут и конец. А так князь сумел удержать
"Руссо-Балт" на дороге, хотя и кинуло Олега Константиновича грудью на рулевое колесо,
потом плечом на дверцу. Но ребра уцелели, а главное - голова. Зато адъютант не удержался на
подножке, вылетел из машины, Успев кое-как сгруппироваться, приземлился коленями в песок,
и тут же начал стрелять наугад, в неудобной позиции снизу вверх.
Средневековье какое-то, а не двадцать первый век. Сейчас вот появятся из леса дюжие
зверовидные мужики, с растрепанными бородами, щербатым оскалом, с кистенями и топорами
в руках.
- Павел, не трать патроны! Броском - ко мне. - Крикнул князь, распластавшись за
передним колесом. Выдернул из кобуры свой пистолет.
Патроны действительно стоило экономить. Всего тридцать шесть на двоих, даже меньше
теперь, есаул успел, три или четыре спалить без толку,
Что убивать его не собираются, князь сообразил сразу. Хотели бы - весь этот цирк с
бревнами не затевали. Снайперский выстрел через лобовое стекло или фугас в полсотни
килограммов, чтобы только клочья раскидало по деревьям. И больше никаких проблем!
Закончилась бы на этом новая русская история.
Значит, кому-то он нужен живым, а это не в пример хуже. Мало, что срам на весь мир -
Великого князя похитили, так ведь не для выкупа он нужен, тут игра покрупнее намечается.
При возможностях современной химии и психиатрии из любого человека за пару дней
настоящего зомби сделать можно, который что хочешь подпишет и с любым заявлением
выступит. Князь себя суперменом не считал и выход на крайний случай видел единственный.
Только перед тем как стреляться, хорошо бы понять, кто именно все это затеял.
Каверзнев - вряд ли. Ничего он не выиграет, да и при его возможностях все куда
изящней оформить Можно. Свои - тем более абсурд. Нет на примете никого в ближнем и
дальнем окружении, кому силовой захват князя принес бы ощутимую пользу. Прямого
наследника у него нет, а процедура выборов нового Местоблюстителя столь сложна и
формализована, что с Достаточной долей достоверности рассчитывать на успех могут до
десятка Романовых, а значит, шансы каждого не более тех же десяти процентов. При таком
распаде затевать династические игры просто глупо. Значит, ниточки тянутся за границу.
Слишком многим князь успел поломать тщательно разработанные и щедро проплаченные
планы.
Все эти умозаключения промелькнули в голове князя столь мгновенно, что еще и
пороховой дымок не успел рассеяться над головой есаула.
"А вот его сейчас убьют, - подумал князь, - Он то живым никому не нужен", -
одновременно стараясь не увидеть, а сообразить, догадаться, откуда может прозвучать роковой
выстрел. Застрелят адъютанта, потом ультиматумы станут предъявлять.
Невзирая на возраст и долгое отсутствие практики князь по-прежнему умел в критические
моменты разгонять скорость восприятия и обработки информации в десятки раз. Как встарь,
когда это неоднократно спасало ему жизнь в походах и на войне
Водя мушкой мощного пистолета по кромке леса, он, кажется, засек нужное место, самое,
как ему казалось, подходящее. Сам бы он, случись, посадил снайпера именно там.
Чтобы уж наверняка, пан или пропал, князь выпустил подряд пять драгоценных патронов,
каждый раз на сантиметр сдвигая точку прицеливания справа налево. И попал, потому что
разобрал сквозь грохот своих и чужих выстрелов сдавленный вскрик.
В любом случае он дал есаулу время выкатиться из-под огня и залечь за колодой, в
которую вмялся задний бампер и крыло машины. Вдогонку ему от переднего изгиба дороги
загремела новая серия частых, но неорганизованных и мало прицельных выстрелов.
Не автоматных или пулеметных, из самозарядных карабинов и штуцеров всего лишь. Нет,
господа, в таком деле - это даже не дилетантство. Это - хуже!
Несколько пуль ушли рикошетом от брусчатки, штуки три вонзились в борт машины и
завязли в карбоновой прокладке между металлом и внутренней обшивкой из горного каштана,
который и сам по себе легко держит винтовочную пулю. Ружейную - тем более. Кусок коры
полетели и от чурбаков, надежно прикрывавший князя с адъютантом с правого фланга.
Да, на беду террористам, расположились они удачно. Место нападения было выбрано,
конечно, неплохо, с расчетом на мгновенный успех. А раз не вышло, топографический, да и
временной факторы начали работать против налетчиков.
Распадок за спиной глубокий, вершины деревьев не поднимаются над его краем, значит,
снизу в спину никто не выстрелит, а карабкаться по склону станут - шума будет много.
Справа россыпь почти метровой толщины колод, мертвое пространство за ними такое, что
из леса, не поднимаясь в рост - не достать, а встать, - себе дороже выйдет. Князь показал, как
стрелять умеет.
А спереди бруствер бронированного автомобиля.
И вряд ли в засаде больше десятка человек, причем рассеянных на отдаленных позициях и
без надежной связи. Иначе под прикрытием шквального огня рванули <5ы сейчас с трех сторон
сразу, взяли бы их живьем с минимальными потерями.
По крайней мере, имея в распоряжении один лишь взвод, Олег Константинович поступил
бы именно так.
А если врагов всего отделение, то за вычетом командующего акцией, да того, в кого князь
наверняка попал, на штурм бросаться особо и некому.
Один-единственный просчет допустили организаторы засады, и теперь им либо атаковать,
не считаясь собственными потерями, вдобавок рискуя получить вместо пленника труп, либо
начинать переговоры. Причем бандитам надо еще учитывать фактор времени. В любой Момент
с той или другой стороны дороги может покаяться случайная, а то и не случайная машина.
Ситуация вроде как с тем мужиком, что медведя поймал.
И еще вдруг вспомнились офицеры, Ляхов и Тарханов, которых князь первый раз
награждал на сирийской границе. Не так там все было, конечно, но аналогия пробривается
поразительная.
- Олег Константинович, - окликнул адъютант
Непрерывно обшаривающий глазами окрестности, - прикройте меня... - он подтолкнул
к князю по мокрому булыжнику тяжелый длинноствольный "Воеводин" - пять зарядов
осталось, и вот еще, - вслед за пистолетом бросил запасную обойму.
- А ты ж чего? - не понял замысла князь. Никакой тактической логики. От чего и для
чего прикрывать оставшегося безоружным есаула?
- Да я же поохотиться завтра собирался. В багажнике мой "Зубр". Если достану, мы им
устроим...
С той стороны хлопнуло еще несколько выстрелов, и опять пули рикошетом от
булыжника прошли поверх голов. Потом захрипел, будто прокашливаясь, мегафон, из-за кустов
донесся искаженный плохим динамиком голос:
- Эй, Ваше Высочество! Предлагаю бросить оружие и выходить с поднятыми руками.
Безопасность гарантируем! Иначе через три минуты открываем огонь на поражение из
гранатометов!
- Ну, Олег Константинович!
Князь привстал на колено и из обоих стволов замолотил на звук обычным в таких случаях
приемом - две пули прямо, на уровне пояса стоящего человека, по две левее и правее и
остальные с рассеиванием чуть выше уровня земли. И, как надеялся, опять в кого-то попал. По
крайней мере, мегафон заткнулся, булькнув напоследок неразборчиво.
"Воеводин" и "Вальтер Р-38" разом смолкли с откинутыми на задержку затворами. Но
есаулу времени как раз хватило.
Секунда - рывок к багажнику, вторая - откинуть крышку (слава тебе, Господи, замок не
заело!), третья - Миллер повалился на спину, сжимая в одной руке автоматический дробомет
двенадцатого калибра, в другой - восхитительно тяжелые патронташи. Не совсем уместно
хохотнул, глядя вверх.
Князь глянул туда же. В поднятой крышке багажника светились три кучных пробоины.
- Хорошо стреляют, гады, но мимо... Сейчас мы им даем! Я начну, и вы сразу в овраг. И
бегом, не останавливаясь, сколько сил хватит. Я прикрою, подержу их чуток, потом за вами. Вы
меня не ждите, километров через пять, не раньше, выходите на дорогу и с ближайшего
телефона вызывайте десант, пусть весь район блокируют. Не надеясь уйти живым, есаул
торопился исполнить свой последний долг, выручить сюзерена из ловушки, дать ему шанс на
спасение. Олег Константинович не стал играть в ненужное благородство, мол, оба спасемся или
оба погибнем с оружием в руках. У каждого своя функция в этом мире. Гвардия потому и
"погибает, но не сдается", что для того предназначена. Это уж если совсем нет выхода,
император или князь выезжают на поле боя в окружении последних уцелевших витязей.
Он молча кивнул головой, загоняя в рукоятки пистолетов полные обоймы, передернул
затворы.
- Ну, с Богом!
- Дайте вашу фуражку...
Фуражка у князя приметная, корниловская, с черным бархатным околышем и красным
верхом, глядишь, в первую секунду издалека не разберутся.
Миллер надвинул козырек пониже на глаза, освободил предохранитель. В подствольном
магазине пять снабженных волчьей картечью патронов, в подсумках еще полсотни таких же. На
мелкую дичь есаул не охотился.
- Эй, там, я сдаюсь! - прокричал он и встал, опираясь на незаметное за крылом машины
ружье, взмахнул рукой.
Что-то в зарослях шевельнулось, чье-то лицо забелело между еловыми лапами. Из-за
ствола соседнего дерева выглянул еще один и еще. Чисто машинально. А чего, мол?
Ему сдаться предложили, князь подумал и решился. Второй, наверное, убит. Прицел был
верный, он упал патроны, верняком, кончились. Больше одной запасной обоймы мало кто с
собой носит. А выстрелы считали.
Теперь опасней было, что застрелится князь из гордости, а не продолжит бой.
- Выходи на дорогу, пистолет брось вперед, рук над головой...
Отпрыгнув в сторону, адъютант будто перечеркнул цель взмахом громыхающего,
плюющего огнем, рвущегося из рук ружья. Тридцать метров, дистанция самая подходящая,
картечь идет кучно, но уже достаточно широким снопом. В полсилуэта большого зверя.
Пять зарядов, выпущенных почти в автоматном темпе, просекли в подлеске широкую
брешь, и пока еще не успели упасть на землю срубленные ветки, куски коры, люди, есаул уже
ссыпался по скользкой и мокрой траве вслед за князем, чуть не до середины склона.
Прижавшись спиной к косо торчащей вбок осине, торопливо, но четко, недрогнувшей рукой
затолкал в магазин следующую порцию патронов.
Живой пока вроде. Теперь минут десять покараулим, а там и отступать можно. Если
противник умный, он должен сейчас бежать отсюда сломя голову к своим машинам, вертолету,
а то и к припрятанным в чаще коням.
Идея насчет коней есаулу понравилась. Это было бы умно и нетривиально.
На самом деле, далеко ли уедешь на машине после такой акции? Не повезет, так до
первого поста дородной полиции, особенно если князь успел сообщить о нападении. Не могли
же они наверняка знать, что не было "Руссо-Балте" радиостанции или иного устройства
экстренной связи.
А что не было, так это прямая его, адъютантская вина. Ну, не взял с собой Олег
Константинович охрану, его воля, а вот добиться, чтобы поставили в машину радиотелефон,
есаул обязан был. На самом деле, конечно, не обязан, потому что Миллер по штатной
должности к Собственному Его Императорского Высочества конвою не принадлежал, а
числился по протокольному ведомству, и в его функции всего-то входило лишь надлежащим
образом оформить с секретарем Патриарха результаты переговоров. Только и всего.
Так вот, что касается коней - если заговорщики приехали верхами, по лесным тропинкам
и просекам, и, захватив князя, таким же образом, незамеченные, могли спокойно уйти в любую
сторону, а уже километров через тридцать пересесть на более современный транспорт.
Или, наоборот, затаиться в схроне или бункере где-нибудь в буреломной чаще, здраво
рассчитав, что, стереотипно, искать их будут как можно дальше от места похищения, а не в
двух шагах.
Но, с другой стороны, в данном конкретном случае кони - серьезная потеря темпа.
Это все могло показаться праздными мыслями человека, переводящего дух перед
решающей схваткой. Было и такое, конечно, однако, прежде всего отдышавшись я утихомирив
колотящееся сердце, Миллер здраво прочитывал собственные шансы и выстраивал тактику
предстоящего боя.
Есаул не захотел ограничиться ролью уцелевшего арьергарда, хотя ничего большего от
него долг не требовал - Князь уже далеко, для врага практически недосягаем. Сейчас самое
время начать двигаться в том же направлении, в готовности парировать любую
непредвиденную случайность. И только.
Но как же не воспользоваться столь благоприятными возможностями позиции и момента?
После картечного залпа террористы, похоже, впали в ступор, и вслед ему не прозвучало ни
одного выстрела.
Миллер не надеялся, что пятью выстрелами убил всех, хотя подобные случаи известны, но
это скорее из разряда курьезов, однако двух-трех вывел из строя наверняка. А если еще
прикинуть, что и восемнадцать пистолетных пуль тоже кого-нибудь задели, так вполне могли
летчики сбежать.
Это было бы вполне разумно. Ловить хорошо вооруженных людей в густом лесу - затея
почти безнадежная. Впрочем, еще неизвестно. Если в случае неудачи им угрожает смерть -
так будут гнаться до последнего.
И тогда следует подстраховаться. Причем - активно. Не бежать вдогонку князю, тот и
сам как-нибудь выберется, а обойти противника с тыла и посмотреть, что там и как. Вдруг
следы интересные обнаружатся, улики, а то и взять кого-нибудь удастся, хоть живым, хоть
мертвым.
Охотиться есаул любил, на кабанов, на медведей, на тигра х
...Закладка в соц.сетях
