Жанр: Электронное издание

Nastya12

сторінка №23

- И не
сердитесь на меня. Я вообще не очень-то разговорчива, а тогда, во время
нашей первой встречи, просто корчила из себя болтушку. Так что не относите
мою молчаливость на свой счет. Скажу вам откровенно, мне было бы
куда легче, если бы вы снизошли до хотя бы каких-нибудь объяснений. Кто
эти люди, которые крутились возле нас в Самаре и которых вы видели сегодня?
Я не верю в то, что вы их не знаете. Почему они появились возле
нас? Что им нужно? Я уверена, вы прекрасно знаете ответы на мои вопросы,
но вы молчите, и меня это настораживает.
Настя сделала ровно полшага - именно столько она отмерила себе для
этой фразы. Следующие полшага она сделает мысленно. Не может человек,
имеющий такой опыт работы в качестве агента-профессионала, вести себя
так, как повел себя сегодня Павел Сауляк. Он не должен был просто убегать,
не сделав ни малейшей попытки выяснить, кто такие его преследователи.
Любой опытный человек постарался бы придумать хоть какую-нибудь
комбинацию, которая заставила бы преследователей раскрыться. Но Павел
этого не сделал. Стало быть, для него в этой ситуации секретов нет, а
есть только необходимость избежать контакта. Это первое, и это и были те
полшага, которые Настя Каменская сделала, что называется, "вслух". А вот
второе нравилось Насте куда меньше. Павел не просто знает, кто такие эти
люди и откуда они взялись. И Павел совсем не дурачок, неопытный и импульсивный,
который, увидев подозрительных личностей, хватает ноги в руки
и изо всех сил кидается удирать. Кроме того, он целых три дня провел
в обществе Анастасии по пути из Самары в Москву, он встречался с ней
после загадочной гибели Риты, он сам обратился к ней за помощью, иными
словами, он знает о Насте вполне достаточно, чтобы сообразить, что она
никогда не будет сломя голову удирать от неясной ситуации, она сунет голову
в пекло и начнет с любопытством оглядываться по сторонам, при этом
стараясь сделать так, чтобы само пекло работало в режиме рефрижератора.
Ведь все три дня пути она вела себя именно так, то и дело провоцируя
преследователей и с интересом глядя, как они отреагируют, чтобы по этой
реакции делать какие-то выводы. И когда Павлу нужно было выйти там, в
баре, она не стала придумывать ничего хитроумного, а просто подошла к
двоим преследователям и нагло завела с ними разговор, да не о чемнибудь,
а именно о том, что они тащатся за Павлом от самой колонии. И то, как
Павел повел себя сегодня, буквально запихнув Настю в машину и увозя ее
от Николая и его молодого напарника, говорило само за себя весьма и
весьма красноречиво: он не только прекрасно знал, кто такие эти люди, он
не хотел, чтобы это узнала Настя. Он не хотел, чтобы она проделывала все
те действия, которые потом так детально описала ему, когда упрекала его
в том, что он недальновиден и не дал ей решить свою стратегическую задачу.
Настя поняла это еще тогда, в машине, когда с досадой говорила Павлу
о том, что он поступил поспешно и необдуманно. Говорила и внимательно
наблюдала за его реакцией. Не такой Павел Сауляк человек, чтобы молча
проглотить упреки со стороны женщины, если это упреки не по поводу невымытой
посуды, а связаны с его профессией.
И тот факт, что он молча выслушал ее и ничего не возразил, не привел
никаких аргументов в пользу своего образа действий, более того - извинился,
говорит только об одном: он готов все стерпеть, только бы Настя
никогда не узнала, кто эти люди, их преследователи. Он готов делать вид,
что оберегает ее, Настю Каменскую, от контакта с ними. На самом же деле,
и теперь Настя была в этом абсолютно убеждена, он оберегает их, Николая
и Сергея, от контакта с ней.
И теперь она ждала, как же Сауляк отреагирует на ее высказывание. В
том, что он не станет рассказывать правду, она и не сомневалась, но ей
было интересно, как он будет выкручиваться. Ведь в конце концов, она
оказывает ему услугу, позволяя остаться в своей квартире до утра, и не
может он в ответ на это проявить грубость и сказать что-нибудь типа "не
ваше дело". То, что в ответ она услышит уклончивую ложь, было понятно
заранее, зато по содержанию этой лжи можно будет составить некоторое
представление о личности самого Павла. Ведь она сама говорила ему: не
старайся понять, правду ли тебе сказали, попытайся понять, почему этот
человек в этой ситуации счел необходимым и правильным сказать тебе именно
эти слова, и тогда ты узнаешь правду.
- Видите ли, мне не хотелось бы вдаваться в подробности моей деятельности
под руководством Булатникова, - ответил Павел, по-прежнему не
глядя на Настю. - Вы не можете не понимать, что генераллейтенант, руководитель
управления в таком могущественном ведомстве, имел дело с очень
деликатными и щепетильными ситуациями, и даже сейчас, когда после его
смерти прошло больше двух лет, я не считаю себя вправе разглашать то,
что знаю. Это чужие секреты, чужие тайны, и я полагаю, что вы меня поймете
правильно.
"Так, - мысленно прокомментировала Настя, - уклончивость уже имеем.
Теперь будем ждать, когда появится ложь".
- Разумеется, - кивнула она, - я и не посягаю на все ваши профессиональные
секреты. Но меня интересуют только эти двое, которые с завидным
упорством ищут встречи с вами. И знаете, что меня особенно интересует?

То, что от наших преследователей осталась ровно половина. Волчья шапка
от вас отстала, мой поклонник тоже. Им вы больше не нужны. А вот эта парочка
проявляет достойную похвалы настойчивость. И я не верю, что у вас
нет объяснения этому. Если же объяснение у вас есть, но вы не хотите
сказать об этом мне, то я вынуждена констатировать, что вы пытаетесь меня
обмануть, вы неискренни со мной. Вы обратились ко мне, когда вам нужна
была помощь, когда вы разыскивали свою девушку, и потом, когда нужно
было как-то доказать ваше алиби, не разгласив при этом пикантные детали
вашего сотрудничества с генералом Минаевым. Я была вам нужна, я и сейчас
вам нужна, и вы просто пользуетесь мной, как вещью, которой не нужно ничего
объяснять, потому что вещь - она и есть вещь, она должна исправно
функционировать, а не задавать вопросы.
- Я полагаю, что это чистая случайность, - ответил Павел. - В Екатеринбурге
все четверо нас потеряли, а найти нас в Москве удалось только
этим двоим. Дело, как мне кажется, совсем не в том, что у двоих надобность
во мне отпала, а у Николая и его приятеля Сережи интерес к моей
скромной особе оказался более стойким. Интерес есть у всех, просто этим
двоим повезло больше. Я ведь уже говорил, я достаточно успешно скрывался,
именно потому и уехал из Москвы. Если бы я не вернулся сейчас из-за
Риты, они бы не нашли меня.
- Вы забыли, - мягко напомнила ему Настя, - что они нашли не вас, а
меня. А только потом - вас. Сам факт того, что им известен мой адрес,
говорит о том, что они выследили меня раньше, чем мы с вами сегодня
встретились. И мне очень хотелось бы знать, как развивались бы события,
если бы вас не было в Москве сейчас.
В его лице что-то дрогнуло, и Настя поняла, что подобралась к неприятной
для Павла истине слишком близко. "Хватит на первый раз, - решила
она. - Отступим чуть-чуть назад, пусть передохнет. Настасья, тебя ничто
и никогда не исправит. Полчаса назад ты готова была визжать от раздражения
и отдать все ценное, что у тебя есть, только бы Сауляк убрался из
твоей квартиры. А сейчас ты затеяла игру, ты начала работать, и раздражения
как не бывало. Твоя любовь к решению задачек до добра тебя не доведет".

- Впрочем, справедливо говорят, что история не знает сослагательного
наклонения. Поэтому нет смысла рассуждать о том, что было бы, если бы...
Хотите еще чаю?
- Нет, благодарю вас. Я хотел сказать...
- Да?
- Вам не обязательно развлекать меня разговорами. Занимайтесь тем,
чем занимались бы, не будь меня здесь. Не обращайте на меня внимания.
"Ах ты Боже мой, какие мы деликатные, - ответила Настя мысленно. - Не
хочешь со мной разговаривать, стало быть. Боишься, что ли? Не понравилось
тебе, Павел Дмитриевич, куда наш разговор зашел? Ладно, помолчим".
Она быстро вымыла посуду и ушла в комнату, оставив Павла на кухне.
Наконец-то она осталась одна, и можно вскрыть конверт, оставленный для
нее генералом Коноваловым. В конверте оказалось всего несколько листов -
ксерокопии документов, из которых весьма недвусмысленно следовало, что
таинственный "палач" привел в исполнение приговор еще одному преступнику,
убившему в конце 1992 года всю семью депутата, известного своими демократическими
взглядами. Жертв было пять - сам депутат, его жена, двое
детишек трех и восьми лет и пожилая мать депутата, приехавшая погостить
в семье сына. Все жертвы были застрелены из пистолета, а сам пистолет
лежал на груди у депутата, и конец ствола касался подбородка убитого
мужчины. "Палач", расправившийся со своей очередной жертвой, позаботился
о том, чтобы пистолет был положен на тело убитого в точном соответствии
с тем, что сделала сама жертва три с лишним года назад.
Произошло это совсем не в тех областях, где имели место два предыдущих
случая, стало быть, необходимо запрашивать документы по кадровым перестановкам
еще и оттуда. Теперь Насте выдвинутая ею же версия казалась
не очень-то правдоподобной. Можно было допустить, что нашелся сотрудник
милиции, который в период расследования кровавых преступлений в двух регионах
успел поработать и там и там. Но в трех? Это уже слишком. Скорее
всего, идет утечка оперативной информации из органов внутренних дел всех
трех регионов, и утекает эта информация к одному человеку, который решил
взять на себя функции правосудия. Может быть, УВД этих регионов работают
друзья "палача". А может быть, он просто покупает нужную ему информацию.
Сегодня для того, чтобы купить милиционера, много ума не надо. Проведенный
недавно в Москве эксперимент показал, что из семи патрульных групп
только одна какое-то время своего дежурства занималась предписанным ей
делом, а остальные шесть сразу же отправились к местам частной торговли
собирать дань и свозили вещи на квартиру, которую специально для этих
целей и держали.
Настя сидела на диване, поджав под себя ноги и разложив вокруг бумаги,
и погрузилась в такую глубокую задумчивость, что забыла о времени. В
квартире было тихо, так тихо, словно она находилась здесь одна, ничто не
мешало ей думать, и, когда она спохватилась, шел уже первый час ночи.

Быстро сложив бумаги в конверт, она соскочила с дивана и вышла на кухню.
Павел сидел в своей любимой позе - откинувшись назад и прислонившись к
стене, скрестив руки на груди и закрыв глаза. Лицо его было неподвижно,
глазные яблоки под тонкой кожей век не двигались, и Насте показалось,
что он спит.
- Я могу постелить вам на полу, - шепотом сказала она.
Сауляк тут же открыл глаза.
- Не надо, я уже говорил, что могу спать сидя.
- Вам нравится демонстративно приносить жертвы? - насмешливо спросила
Настя. - Или вы продолжаете корчить из себя супермена, который может не
есть, не пить и не спать? Тоже мне, киборг.
- Делайте, как вам удобнее, - спокойно ответил Павел. - Если вам лучше
и удобнее, чтобы я лежал на полу рядом с вашим диваном, - пожалуйста.
Если вас нервирует мое присутствие - я посижу на кухне. Поймите же, я
ценю вашу помощь и хотел бы причинить вам минимум неудобств.
"Ишь ты, - подумала Настя, - ну как после такой тирады оставить тебя
на кухне! Ведь это означало бы признание, что твое присутствие меня действительно
нервирует. Черт с тобой, придется терпеть тебя рядом с диваном,
но это и лучше, во всяком случае, я в любой момент смогу видеть тебя,
а не прислушиваться к звукам на кухне и не гадать судорожно, чем ты
там занимаешься и не точишь ли огромный острый нож с нехорошим намерением
воткнуть его мне в глотку".
Она вытащила с антресолей матрас, бросила его на пол посреди комнаты,
достала из шкафа подушку, шерстяное одеяло и комплект постельного белья
и отправилась в душ. Когда она вернулась в комнату, Павел лежал на матрасе,
укрывшись одеялом. На подушке была надета наволочка, однако простыня
и пододеяльник лежали аккуратно сложенными на кресле. Настя заметила,
что там же, на кресле, лежал джемпер Павла, но никакой другой одежды
она не увидела и поняла, что он лег не раздеваясь, точно так же, как ложилась
под одеяло она сама, когда ночевала вместе с ним в гостиницах.
Настя погасила свет и забралась в постель. О том, чтобы уснуть, не
могло быть и речи, и она, свернувшись в уютный клубочек, продолжала размышлять
то о "палаче" и о том, как его вычислить, то о Павле и двоих
преследователях. Сауляк лежал очень тихо, но она никак не могла забыть о
его присутствии. Иногда ей удавалось ненадолго задремать, но сон был
неглубоким и тревожным, и она вскоре просыпалась, вздрагивая и чувствуя
себя все хуже и хуже. В конце концов она оставила бесплодные попытки отдохнуть
и стала просто ждать, когда в половине седьмого зазвенит будильник.

Как только электронный звоночек бибикнул в первый раз, Настя тут же
прихлопнула кнопку ладонью, встала и ушла в ванную. Когда через пятнадцать
минут она вышла оттуда, Павла в квартире уже не было. Настя подошла
к окну и посмотрела вниз. Ни черного "сааба" Сауляка, ни серебристой
"ауди" на улице не видно. Она недоуменно пожала плечами и стала варить
кофе. После бессонной ночи голова была чумная и вялая, и мысли в ней шевелились
медленно и неохотно.
Она допивала вторую чашку кофе, когда звякнул дверной звонок. Настя
вздрогнула и, прежде чем идти открывать, выглянула в окно. "Сааб" Павла
стоял прямо под окнами.
- Прошу извинить, - холодно сказал Павел, входя в квартиру, - мне
нужно было кое-что проверить. Я хотел убедиться, что мне не подсунули
ничего взрывающегося в машину. Заодно и увел их подальше от вашего дома,
чтобы вы могли спокойно отправляться на работу.
- А зачем же вы вернулись? - удивилась Настя.
- Хотел попрощаться. Завтра я снова уеду, а может быть, и сегодня.
Вряд ли мы с вами увидимся в ближайшее время, если, конечно, опять
что-нибудь не случится. Вы оказали мне гостеприимство, и я не хочу быть
невежливым. Кроме того, я обещал, что утром отвезу вас на работу.
"Ну, хитрец! Ты же вскочил ни свет ни заря с одной-единственной целью
- увести эту парочку подальше от меня. Почему же ты так не хочешь, чтобы
я с ними пообщалась, а? Почему ты так боишься, что я узнаю, кто они такие?"

- Это не обязательно, - улыбнулась она. - Я прекрасно доеду до работы
на метро. Позавтракаете со мной?
Он отрицательно покачал головой.
- Если вы не хотите, чтобы я вас отвез, тогда я пойду.
- Идите, - кивнула она, зябко кутаясь в халат: в прихожей было намного
холоднее, чем в кухне, где уже почти час были включены конфорки.
- До свидания.
- Всего доброго, Павел.
- Берегите себя.
- Постараюсь. И вы тоже.
- Будьте осторожны.
- И вы тоже, - усмехнулась Настя, отметив про себя, что он снова не
называет ее по имени. Странные все-таки манеры у этого господина Павла
Сауляка!

Закрыв за ним дверь, она подошла к окну и стояла там до тех пор, пока
не увидела, как Павел сел в машину и уехал. И только после этого она
почти физически ощутила, как напряжение, вызванное его присутствием,
стало отпускать ее.

Часть четвертая
ЧЕРНАЯ КОШКА В ТЕМНОЙ КОМНАТЕ

Глава 15


Настя вплотную занялась деятельностью таинственного "палача" и тут же
начала делать маленькие открытия. Во-первых, убийство депутата хотя и
находилось на контроле в министерстве, но не входило в число тех преступлений,
для раскрытия которых была создана группа, ибо не относилось к
категории серийных. Во-вторых, количество приказов по личному составу в
некоторых областях было на порядок выше, чем в других, где тоже имели
место серийные убийства. И в-третьих, все три жертвы "палача" были казнены
как раз в тех регионах, где наблюдалось чрезмерно большое количество
приказов по кадрам.
Работа была невероятно трудоемкая, требовавшая внимания, тщательности,
скрупулезности и хорошей памяти. Все вечера, не говоря уж о выходных
днях, Настя проводила за компьютером, составляя списки, схемы, таблицы и
программы обработки данных. В конце концов ей стало казаться, что она
знает наизусть поименно весь личный состав органов внутренних дел в десятке
областей России. Она постоянно требовала у Коновалова все новые и
новые данные и получала от него толстые папки и длинные рулоны распечаток.
Прошло почти две недели, пока она не сделала свое четвертое маленькое
открытие, которое оказалось самым важным.
Настя пришла в министерство к Коновалову, неся в сумке дискету: она
помнила, что в кабинете у генерала стоит компьютер, правда, ни разу не
видела, чтобы Александр Семенович им пользовался. На этот раз долго
ждать ей не пришлось, генерал принял ее почти сразу.
- Вот смотрите, - говорила Настя, включив компьютер и вставляя в него
принесенную с собой дискету, - это карта России. Синими кружочками обозначены
области, в которых есть нераскрытые серийные преступления. Красными
кружочками - области, в которых в 1993 году шла интенсивная смена
кадров органов внутренних дел.
- А черными кружочками что обозначено? - поинтересовался Александр
Семенович.
- Подождите, до них я еще дойду. Давайте все по порядку. В той папке,
с которой, собственно, все и началось, лежали материалы по двенадцати
сериям убийств, верно?
- Верно, - подтвердил начальник главка.
- Вот они, двенадцать синих кружочков. Из эти двенадцати синих кружочков
пять имеют рядом с собой кружочки красного цвета. Вам это ничего
не напоминает?
- Пока нет. А что должно напоминать?
- Всемирную историю, - пошутила Настя. - Поджог рейхстага, например,
или отдельные эпизоды борьбы против зарождающегося христианства.
- Нельзя ли попроще? - поморщился Коновалов.
- Можно и попроще, - покладисто согласилась она. - В пяти регионах
происходит серия жестоких убийств, после чего начинаются интенсивные
кадровые перестановки в системе органов внутренних дел. Еще в семи регионах,
где происходят такие же жестокие убийства, бурных кадровых перемен
нет. Вы как руководитель можете дать этому объяснение?
- Тут не нужны никакие объяснения, - пожал плечами Коновалов. - Одно
с другим не связано.
- Да ну? Прямо так и не связано? Вы уже забыли, как ровно год тому
назад в связи с убийством известного тележурналиста в Москве ни с того
ни с сего сменили начальника ГУВД и прокурора, а нашему министру даже
недоверие высказали в парламенте? Забыли?
- Ну хорошо, допустим, одно с другим связано. Я хочу выслушать ваши
объяснения и предположения.
- Пожалуйста, только наберитесь терпения, Александр Семенович. Значит,
мы с вами установили, что в пяти регионах, где имели место преступления,
совершенные маньяками, поменяли руководство УВД, а следом за этим
примерно семьдесят процентов личного состава. Далее, обратите внимание
на красные кружочки. Из десяти регионов, где шла интенсивная смена кадров,
в пяти, как мы только что установили, были совершены серийные
убийства. А еще в пяти? Там-то что такое произошло, из-за чего милицейские
кадры поменялись? И выяснилось, что из оставшихся пяти регионов в
двух тоже есть нераскрытые преступления, которые в серии не попали, но
которые вызвали в свое время большой общественный резонанс. И только в
трех регионах в период, предшествовавший смене кадров, ничего эдакого не
происходило. Вот эти регионы и обозначены черными кружочками. Теперь
смотрите, что получается. Есть два различных фактора: смена милицейских
кадров и наличие тяжких нераскрытых преступлений, о которых известно
всему населению области. И есть семь регионов страны, где наличествуют
оба фактора. В пяти областях - серийные убийства, в двух - не серийные,
но тоже очень громкие, и во всех семи - почти полная смена кадров на
ключевых постах в нашей системе. Я понятно рассказываю?

- Вполне, - усмехнулся Коновалов.
- Пойдем дальше. В трех из этих семи регионов уже отметился некто,
кого мы условно называем "палач". И вопрос состоит в том, чтобы понять:
связана ли деятельность "палача" с теми двумя факторами, о которых я
только что вам сказала. Если связана, то следующие жертвы будут в оставшихся
четырех регионах, стало быть, искать и отлавливать "палача" надо
именно там. Понимаете? В следующий раз он должен появиться не в любом из
регионов, где есть нераскрытое тяжкое преступление, а только в одном из
вот этих четырех. - Настя несколько раз дотронулась концом карандаша до
экрана компьютера. - И если мы сумеем поднять все оперативные материалы
и взять под наблюдение всех, кто так или иначе подозревался в этих преступлениях,
но чья вина не нашла подтверждения, то мы таким нехитрым образом
обязательно найдем "палача", потому что он, следуя своей логике,
должен объявиться возле хотя бы одного из этих людей.
- Разумно, - согласился Коновалов. - А по персоналиям у вас есть соображения?
Удалось вам очертить круг людей из числа наших сотрудников,
кто мог бы оказаться этим "палачом"?
- Кое-что удалось сделать, - сказала Настя, нажимая кнопки на клавиатуре
компьютера, - но очень приблизительно. Вот список номер один, здесь

перечень сотрудников, работавших начиная с 1992 года и по настоящее время
во всех трех регионах, где уже объявлялся "палач". Перечень, как видите,
очень маленький, всего три человека, но это и понятно. За четыре
года можно сменить пять-шесть-мест работы, это случается, но чтобы при
этом переезжать из области в область? Для этого нужен совсем особый характер
и совсем особые обстоятельства. Далее, список номер два. Сотрудники
по каждому из трех регионов, уволенные в интересующий нас период за
различные нарушения законности, в основном за рукоприкладство в отношении
задержанных и арестованных, за заведомо незаконный арест и так далее.
Эти списки очень большие, но вы должны иметь в виду, что по таким
основаниям очень часто увольняют в период массовых чисток, что,
собственно, и имело место во время интенсивных кадровых перестановок.
Поэтому я сделала два дополнительных списка уже с соблюдением хронологии.
Список номер три - это те, кто был уволен в период после совершения
первого из серийных преступлений и до назначения нового начальника УВД.
Список номер четыре - уволенные после назначения нового руководства, то
есть уже непосредственно в период чистки.
- И какому из списков следует уделить больше внимания? - спросил
Александр Семенович.
- Если твердо следовать нашей с вами логике, то первому и третьему.
Но я ни в чем не уверена, Александр Семенович. Это же я сидя здесь, в
вашем теплом кабинете, придумала, что "палач" - наш сотрудник, бывший
или действующий, располагающий оперативной информацией по этим преступлениям.
Ему, дескать, дали по рукам, когда он уже почти схватил маньяка.
И он, видя беспомощность официальной правоохранительной системы, решил
расправиться с убийцами. Откуда он черпает информацию по другим преступлениям?
От своих друзей, которые работают в милиции в других областях
России. Может, он раньше учился с ними вместе или работал. Но поймите,
Александр Семенович, это только одна версия. Есть и вторая, но она по
сути близка к первой. "Палач" не является нашим сотрудником, ни бывшим,
ни действующим, но тем не менее друзья в милиции у него есть, и их много.
Во всех трех регионах. Так может быть, если они вместе где-то учились,
заканчивали один и тот же вуз. Вот вам список номер пять, где сотрудники
всех регионов сгруппированы в зависимости от вуза, который они
заканчивали. Но толку от этого списка не очень много, я его на всякий
случай сделала. И вот, наконец, список номер шесть. Это перечень сотрудников,
имеющих одновременно несколько из интересующих нас признаков.
Например, уволен еще до наступления кадровых чисток и имеет однокашников
в других УВД. Или до сих пор работает, имеет товарищей по институту в
других УВД и непосредственно занимается интересующими нас преступлениями.
И так далее. Список не крошечный, но вполне доступный для отработки.
- Итак, подведем итог, - кивнул Коновалов. - Вы предлагаете взять под
наблюдение две группы людей: всех фигурантов, проходивших по делам о нераскрытых
тяжких преступлениях, и всех лиц из вашего шестого списка. Я
правильно вас понял?
- Правильно. Поняли вы меня правильно.
- А почему так уныло? - удивился генерал. - Устали?
- Нет, не в этом дело. Поняли вы меня правильно, только я не уверена,
что придумала все правильно.
- Не волнуйтесь, ваша версия не единственная, мы и другие отрабатываем.

- Тогда нужно сделать еще одну вещь: посмотреть, попадали ли жертвы
"палача" в сферу внимания сотрудников милиции, занимавшихся раскрытием
этих преступлений. У меня нет этих данных, а без них невозможно понять,
в правильном ли направлении я двигаюсь.

- Хорошо, я дам указание, завтра вам сообщат.
Из министерства Настя поехала домой. В метро она попыталась почитать
книгу, но в голове непрерывно крутились фамилии, фамилии, фамилии... Как
навязчивая песенка. Она старалась выбросить их из головы и думать о других
делах, но ничего не получалось. Вместо этого то и дело возникали все
новые, идеи о том, что еще нужно проверить, что сопоставить, что выяснить.
Она никак не могла отключиться от деятельности таинственного "палача",
очень уж необычной была ситуация.
Дома ее ждал Алексей, и это вселяло надежду на то, что отвлечься
все-таки удастся.
- Что-то ты рано сегодня, - удивился Леша. - На дворе еще не ночь, а
ты уже дома. Забастовку объявила? Работать отказываешься?
Она с удовольствием съела приготовленный им ужин и даже не стала возникать
по поводу включенного в комнате телевизора - Алексей любил слушать
новости, нахо

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.