Жанр: Электронное издание

Nastya12

сторінка №18

ло
по нескольку убийств одновременно, и в каждом деле у Насти был свой
кусочек, который она должна была отработать. Один отпечаток с посмертной
фотографии неизвестного мужчины она дала Мише Доценко, чтобы показывать
его участникам нефтяной презентации, и тоже с нетерпением ждала, а вдруг
кто-нибудь что-нибудь вспомнит. Дисциплинированный Михаил звонил ей каждые
два часа, но сообщения его были неутешительными. Этого мужчину никто
из опрошенных не видел. Правда, опрошены были пока еще далеко не все.
Стасов позвонил в начале одиннадцатого.
- Настасья Павловна, раскрой секрет, - весело закричал он в трубку, -
как тебе удается по таким вялым приметам безошибочно находить людей? Да
еще в такие сроки.
- Убийце скажи спасибо, не мне. А что, Влад? Неужели получилось?
- А как же. У тебя, Настюха, всегда все получается. Жена Мхитарова
опознала его с первого взгляда. Даже не сомневалась ни секунды. Выбрала
его из восьми предъявленных для опознания снимков. Моя Танюшка шлет тебе
привет и поздравления. А юный Веселков ей сказал, что ты превосходная
спортсменка. Он в окно видел, как ты наперегонки с поездом бежала. Ты
произвела на несчастного ребенка неизгладимое впечатление. Танюшка после
его восторженных рассказов думает, что ты эдакая милицейская суперменша,
и страшно комплексует.
- Ты ей объясни, что я трех метров не могу пробежать из-за одышки. А
за поездом бежала исключительно от ужаса: такой свидетель нашелся - и
прямо на глазах исчезает. Тут и черепаха рысью побежит. Так что пусть
твоя красавица не комплексует. И потом, она следователь, ей вообще эти
глупости не нужны. Честно признаться, они и мне не нужны. Десять лет в
розыске работаю, а бегала вчера в первый раз. До этого как-то сидя
справлялась.
- Ладно, я понял, что ты терпеливая и малоподвижная. У меня такое
ощущение, что придется сегодня опять везти тебя домой. Время-то - половина
одиннадцатого. Поздновато для одинокой женщины. А я чувствую себя
виноватым, ты же из-за меня домой не уходила, звонка ждала. Ты прости,
Настюша, я правда не мог раньше позвонить.
- Ничего, - великодушно сказала она. - Отвезешь домой - прощу.
Прошло еще несколько дней, пока не объявилась проводница Вера. За это
время дело с места почти не сдвинулось. Ни с кем из команды Малькова,
правда теперь уже бывшей, никаких несчастий больше не случалось. Личность
мужчины, убитого в Крылатском, тоже установить не удалось.
Вера приехала к Насте на Петровку, хотя сама Настя на этом совершенно
не настаивала. Она готова была встречаться с проводницей где угодно,
хоть у черта на куличках, лишь бы подробно ее обо всем выспросить и все
записать. Но Вера, запинаясь и путаясь в словах, объяснила, что сама
очень хочет побывать в легендарном МУРе. Настя не возражала, ей самой
так было даже лучше. Она договорилась с ребятами, что после беседы с Верой
они попробуют сделать композиционный портрет второго попутчика, как
выразилась сама проводница - маленького армянина.
- Кстати, Верочка, а почему вы так уверены, что он был именно армянином,
а не грузином, например, или не азербайджанцем?
- Да что вы, - удивилась Вера, - они же все разные. Как их можно спутать?

Настя вытащила из сейфа пачку фотографий, выбрала полтора десятка
снимков, на которых были сняты лица кавказского происхождения, и предложила
Вере попытаться определить национальность каждого. Вера выполнила
задание легко и допустила только одну ошибку, но вполне простительную,
определив как азербайджанца мужчину, который считался армянином, но имел
бабку - уроженку Баку. Внук был очень на нее похож.
- Где вы этому научились? - с восхищением спросила Настя.
- А нигде, - обезоруживающе улыбнулась проводница. - Само собой получилось.
У проводников на такие вещи глаз наметанный.
Настя взглянула на часы - половина пятого, она беседует с Верой уже
битых два часа.
- У меня к вам просьба, - сказала она. - Давайте мы сейчас с вами
чайку выпьем, мы же обе без обеда сегодня, а потом пройдем в лабораторию
и попробуем сделать что-то типа фоторобота этого армянина.
Вера тут же полезла в свою огромную сумку.
- А у меня хлеб есть и баночки с паштетом. Может, покушаем? - робко
предложила она.
Они с аппетитом съели по два толстых ломтя свежего черного хлеба,
щедро намазанных финским паштетом, запили чаем и уже собрались идти в
лабораторию, когда в комнату буквально ворвался Коротков.
- Вот! - сказал он, кладя перед Настей на стол какую-то фотографию. -
Извольте полюбоваться.
На фотографии был запечатлен мертвый мужчина с ярко выраженным кавказским
типом лица.
- Кто это? - спросила она, недоуменно поднимая глаза на Юру. - Тоже
без документов?

- Нет, этот как раз при полном параде. И паспорт, и визитные карточки,
и записная книжка. Но ты на всякий случай покажи своей гостье.
- Посмотрите, Вера. - Настя протянула проводнице снимок.
Та взяла фотографию и сразу же кивнула.
- Он это. Господи, его что, тоже?.. Как же это?
- Сами не знаем, - зло откликнулся Коротков. - Эх вы, дамочки, сами
едите, а голодного мужика покормить?
- Юра, имей совесть, - с упреком сказала Настя.
- Ой, что вы, что вы, - захлопотала Вера, снова открывая свою бездонную
сумку и доставая из нее хлеб и новую баночку с паштетом. - Кушайте,
пожалуйста, у меня много этих банок.
- Спасибо, Вера Михайловна, - подмигнул ей Коротков. - Покажите Анастасии
Павловне пример добросердечия и бескорыстия, а то я у нее иной раз
чашки кофе допроситься не могу. Жадная она - спасу нет. Прямо Гобсек в
юбке.
Вера сообразила, что он шутит, и рассмеялась одновременно смущенно и
озорно.
Коротков ловко вскрыл банку, потянув за колечко, отрезал кусок хлеба
и принялся есть паштет ложкой прямо из банки.
- Какой же вы голодный, - покачала головой проводница, глядя на Юру с
сочувствием и жалостью и в то же время с какой-то почти материнской нежностью.
Так матери порой смотрят на своих взрослых сыновей, вернувшихся
после тяжелой работы и с жадностью поедающих заботливо приготовленный
обед. Настя сделала ему кофе.
- Пей, вымогатель, - улыбнулась она. - Позоришь меня перед свидетелем.

- Вера Михайловна - не свидетель, - пробормотал он с набитым ртом. -
Она - добровольный помощник, стало быть - одна из нас. А какие счеты могут
быть между своими?
"Ах, хитрец! - подумала Настя. - Умеет с людьми ладить, этого у него
не отнимешь. Сейчас с просьбами приставать начнет".
И как в воду глядела.
- Вера Михайловна, раз уж нам так повезло, что мы вас нашли и вы нам
помогаете... - начал он.
- ...то, может быть, вы поспрашиваете у проводников с других составов,
не видел ли кто этих людей на обратном пути? - подхватила Настя. -
Они, скорее всего, возвращались в Москву тоже "Стрелой" и тоже в СВ.
- Спрошу, - охотно согласилась Вера. - А вы мне карточки их дадите,
чтобы показывать?
- Нет, Верочка, карточки показывать не нужно. Не все же такие смелые,
как вы, - польстил Коротков. - Увидят трупы и испугаются. Вы никому не
говорите, что их убили, а описывайте на словах. Ладно? И если кто-то их
видел и запомнил, пусть обязательно нам позвонят. Или Анастасии, или
мне. Я вам свой телефон тоже оставлю.
Вера ушла, и Коротков тут же уселся на ее место перед Настиным столом.

- Значит, так, Ася. Покойник наш - Асатурян Гарри Робертович, купи-продай
мелкого пошиба, но высокой интенсивности. Холост. Проживал на
улице Подбельского. Труп обнаружен сегодня в районе Химок. Время наступления
смерти ориентировочно - вчера поздно вечером.
- Причина смерти?
- Ну догадайся. Ты же у нас самая догадливая.
Настя задумалась. Проще всего было бы сказать - огнестрельная рана.
Если два убийства между собой не связаны, то, скорее всего, так и было.
Но если тут поработала одна рука, и рука квалифицированная, то способ
убийства должен быть другим, чтобы никаким ушлым ментам не пришло в голову
их связывать. Холодное оружие? Возможно, но что-то слабо верится.
Профессионалы этого не любят: на одежде и руках остается кровь, а ведь с
места убийства надо уйти, и тебя обязательно кто-нибудь увидит в этой
окровавленной одежде. Чем-нибудь тяжелым по черепу? Может быть, вполне
может быть. Но тоже на профессионала не похоже.
- У Асатуряна есть машина? - спросила она внезапно.
- Ну ты даешь!
У Короткова чуть челюсть не отвисла от изумления.
- Как ты догадалась?
- О чем?
- Насчет машины.
- Я пока не догадалась, а только спросила. Так где его машина?
- Там, рядом с трупом.
- Ясно. Сколько раз его переехали?
- Похоже, два. Туда и обратно. Нет, правда, Аська, как ты догадалась?
- Не знаю. - Она пожала плечами. - Случайно, наверное. Интересно, как
же это Асатурян дал себя задавить своей же собственной машиной? В беспамятстве
был, что ли?
- Вскрытие покажет, - хмыкнул Юра. - Хорошо, что я вовремя подсуетился,
вместе с трупом судебным медикам бутылку привез, чтобы без очереди
пропустили. Они, бедные, совсем зашиваются, ничего не успевают. Ты подумай,
как времена меняются! Раньше живые в очереди за финскими сапогами и
сырокопченой колбасой стояли, а теперь мертвые ждут в очереди на вскрытие.

Аська, тебе никогда страшно не бывает? Мне порой кажется, что наша
действительность как-то плавно переходит в непрерывный кошмар. И вроде
переход такой мягкий, незаметный, что успеваешь адаптироваться и уже ничего
странного в происходящем не замечаешь. А потом вдруг вспомнишь, как
жил совсем еще недавно, всего несколько лет назад, - и оторопь берет. Во
что мы свою жизнь превратили? Ты же статистикой все время занимаешься,
тебе должно быть заметно.
- Заметно, - кивнула Настя. - В те времена, о которых ты говоришь, в
Москве совершалось в среднем три-четыре убийства в неделю. А сейчас -
четыре-пять в день, а то и семь-восемь. Я вообще не понимаю, как мы успеваем
хоть что-то раскрывать. По-моему, это просто чудо. Но если мы с
тобой будем сидеть и охать, чудес больше не будет.
- Конечно, - проворчал Коротков, - так я и знал. Никогда не дашь пофилософствовать,
о жизни поговорить. Небось опять бежать куда-нибудь
заставишь?
- Обязательно. Во-первых, нужно пообщаться со следователем. Ты, кстати,
Гордееву доложил про этого Асатуряна?
- Не волнуйся, сам сообразил. Дело Ольшанский заберет.
- Во-вторых, открываем записную книжку Гарри Робертовича и планомерно
начинаем опрашивать всех его знакомых.
- Которые, как ты надеешься, знают его убийцу? - скептически подхватил
Юра.
- Которые, как я надеюсь, могут знать другого убитого, чья личность
до сих пор не установлена. Вера, между прочим, сказала, что они вели себя
как добрые старые знакомые. Якобы часто вместе ездят по делам. И Асатурян
даже изволил пошутить, что, дескать, все его женщины рано или
поздно отдают предпочтение высокому представительному седому мужчине.
Конечно, это мог быть дурацкий треп, но насчет малознакомых людей и случайных
попутчиков так обычно не шутят. Ты согласен?
- Не во всем.
- Тогда поправь меня.
- Так действительно обычно не шутят. Но во всей этой истории вообще
нет ничего обычного. Ладно, я пошел сливаться в экстазе с записной книжкой
Асатуряна.
Они вместе вышли Из кабинета. Насте нужно было добежать до фотолаборатории,
чтобы сделать еще один отпечаток с фотографии Асатуряна. Пусть
Миша Доценко попробует показать его тем, кто находился в банкетном зале
гостиницы "Россия", когда там отравился Олег Иванович Юрцев.

Глава 12


Посещение Института судебной психиатрии всегда оставляло у Насти неприятный
осадок. Жалость к несчастным больным людям, невиноватым в своей
болезни, боролась с ужасом при мысли о том, какие жестокие и кровавые
преступления они совершили. Конечно, это относилось далеко не ко всем
обитателям института. Многие вообще не были серьезно больны, а только
находились здесь на экспертизе. Некоторые симулировали, "косили". Часть
действительно тяжелых больных не совершила ничего жуткого и злодейского,
а попалась на дурацкой краже или хулиганстве. Но как бы Настя ни убеждала
себя, какие бы резоны ни приводила, все равно каждый раз, пройдя проходную
и оказавшись во внутреннем дворе, она начинала чувствовать, как
сердце ее разрывается от противоположных, разнонаправленных чувств - жалости
и отвращения.
Кирилл Базанов, расстрелявший работника Генпрокуратуры и задержанный
на месте преступления, находился здесь. Тщательная проверка его показаний
в части, касающейся приобретения оружия, ничего толкового не дала.
Сосед у этого Базанова действительно работал в милиции и имел табельное
оружие, но оно находилось на месте и никуда не пропадало. У соседа был

еще один ствол, официально зарегистрированный, и его тоже никто не крал.
Конечно, всегда следовало помнить о том, что у милицейского соседа оружия
могло быть сколько угодно, и если на нем официально числится два
ствола, то это вовсе не означает, что их действительно только два. Их
могло быть и пять и десять. Но дело все в том, что сколько бы этих стволов
ни было у соседа на самом деле, украсть пистолет Базанов у него вряд
ли смог бы. Сосед-милиционер был человеком опытным и предусмотрительным,
растил двух пацанов и твердо знал, как нужно хранить огнестрельное оружие,
особенно если в доме есть дети. Во встроенном стенном шкафу был
спрятан высокий оружейный сейф, где сосед хранил не только разрешенный
ему пистолет, но и охотничьи ружья и боеприпасы. И даже охотничьи ножи
он от греха подальше прятал здесь же. Сейф имел номерной замок и хитрый
ключ, так что украсть из него что-нибудь без взлома и автогена было
просто невозможно.
Врач встретила Настю приветливо, они были хорошо знакомы и общались
не один раз.
- От диагноза пока воздержусь, но могу сказать почти с полной уверенностью:
о так называемой большой психиатрии здесь речи нет. Базанов прекрасно
ориентируется в происходящих событиях, он вполне адекватен. Судя
по медицинским документам из его поликлиники, имеет место олигофрения в
степени легкой дебильности. Я не понимаю, что с ним могло произойти в
тот день, - сказала она, листая карту Базанова.

- А сам он что говорит?
- Говорит, слышал голос, и голос ему приказал. Вот, записано с его
слов: "Голос мне сказал, что я должен пойти и убить его".
Врач протянула Насте запись.
"Вопрос: Кого - его? Голос вам назвал фамилию и сказал адрес?
Ответ: Он сказал, что я должен убить того человека.
Вопрос: Какого - того? Почему вы были уверены, что голос приказал вам
выстрелить именно в того, в кого вы выстрелили, а не в кого-то другого?
Ответ: Накануне я проходил по этой улице и увидел, как подъехала машина
и из нее вышел человек. Мужчина. И голос мне сказал: "Это очень
плохой человек, он хочет причинить вред сначала тебе, потом твоим близким,
а потом всему человечеству. Его нужно остановить. Смотри, у него
волосы черные, а на виске родинка - это знак греха, знак сатаны. Ты
возьмешь пистолет и застрелишь его, как только представится возможность.
Ты должен сделать это ради себя, ради своих близких и ради всего человечества".
Поэтому я его выследил.
Вопрос: Вам было известно его имя?
Ответ: Нет.
Вопрос: Вы знали, где этот человек работает, чем занимается?
Ответ: Нет, тогда не знал. Это мне потом уже в милиции сказали.
Вопрос: До этого случая вы когда-нибудь слышали голоса, которые вам
приказывали бы что-то сделать?
Ответ: Нет... Я такого не помню. Не было.
Вопрос: А после этого случая? Голос ничего вам не говорил?
Ответ: Нет.
Вопрос: Как вы сами считаете, что же такое с вами произошло? Вы можете
как-то объяснить случившееся?
Ответ: Нет, не могу. Я не понимаю, как это случилось. Я не понимаю
почему. Наверное, я сошел с ума. У меня помутился рассудок".
- Вот видишь, - сказала врач, забирая у Насти записи и вкладывая их в
папку. - У него нет логичного объяснения событий, он не считает их обычными
и нормальными. Более того, и это самое главное, он готов допустить,
что психически нездоров. А это один из первых признаков здоровья.
По-настоящему больной человек не считает себя больным, как раз от этого
все проблемы. Если бы нашему больному можно было сказать: "Ты, дружочек,
нездоров, тебе чудятся голоса, поэтому когда в следующий раз услышишь,
как голос тебе велит зарезать доктора, знай, что это проявление болезни,
ложись в постель, накрывайся одеялом и не подчиняйся этому плохому голосу",
так у мировой психиатрии проблем бы не было. В том и беда, что они
уверены в своей полноценности и считают, что с ними все в порядке. Потому
они и опасны. Мало ли чего им голоса прикажут, это ведь не спрогнозируешь.

- Значит, ты считаешь, что Базанов - не такой?
- Абсолютно, - уверенно ответила врач. - Я сама не понимаю, что с ним
могло случиться. То есть на самом деле я допускаю, что он просто врет,
симулирует бредовое состояние. Его наняли для убийства и посоветовали
ему выдать легенду про голос, если попадется. Одно дело убийство, совершенное
сумасшедшим, и совсем другое - киллерство. Но я, Настя; в это не
верю. Дураков теперь нет. За заказное убийство у него все-таки есть шанс
остаться живым. Сколько бы ни дали, но когда-нибудь он выйдет на свободу.
Учитывая то, что у него олигофрения, вышку ему не дадут. За убийство
в состоянии психотического бреда он автоматически попадает в спецбольницу,
и это уже навсегда. Оттуда не выходят, и это всем прекрасно известно.
А если и выходят, то с отшибленными мозгами и атрофированными мышцами.
Я не знаю человека, который пошел бы на это добровольно. Пусть в зоне
страшно и тяжело, но это - жизнь. А в тех больницах, где держат невменяемых
преступников, жизни нет. Один сплошной ужас, боль и страдание.
А потом, когда лекарства свое дело сделают, - полное безразличие и растительное
существование.
Кирилл Базанов, двадцати четырех лет от роду, был разнорабочим на
обувной фабрике. Закончил в свое время спецшколу для детей с дефектами
умственного развития. Ни о каком институте, разумеется, и речи быть не
могло, а вот в армию его с большим удовольствием взяли, хотя и не полагалось
бы. Добродушный, покладистый, дисциплинированный - ну как такого
упустить. И военком не упустил. Правда, внезапные вспышки неконтролируемой
ярости... Но зато отходчив, успокаивался так же быстро, как и вспыхивал.
Чрезвычайно податлив и внушаем, как почти все страдающие олигофренией.
После армии устроился на фабрику разнорабочим, ни к чему более
серьезному способностей у Базанова не хватало. Разумеется, ни о каком
киллерстве и речи быть не могло. Наемный убийца - олигофрен, пусть и в
степени легкой дебильности? Конечно, наша страна славится своим умением
быть во всем первой и не похожей на других. Космос, балет, идея разбавлять
бензин, рукоприкладство в парламенте - во многом мы неповторимы и
оригинальны. Но не до такой же степени...
Из Института судебной психиатрии Настя Каменская уходила в полном
смятении. Гибель работника Генеральной прокуратуры Лученкова с каждой
минутой выглядела все более и более случайной. Но принцип, как твердо
считала Настя, должен быть единым. Если списать убийство Лученкова на
несчастный случай, то точно так же следует поступить с убийством Малькова,
которого ни с того ни с сего застрелила его собственная дочь-наркоманка.

Но тогда что же получается? Юрцев и Мхитаров покончили с собой,
депутат Изотов попытался убить жену, бизнесмен Семенов погиб в автокатастрофе,
грубейшим образом нарушив правила дорожного движения. И не получается
ничего. Ровным счетом ничего. Никакой связи, каждый сам по себе,
у каждого свой грех и своя беда, у каждого своя судьба и своя кончина.

Правда, тут есть и другое. Двое мужчин, приходившие в дом, где живет
Мхитаров. К кому они приходили, пока точно установить не удалось, но
вполне возможно, что и к Глебу Арменаковичу. Мхитаров покончил с собой,
а через некоторое, причем весьма короткое, время убиты эти мужчины. И
пусть тот, кто считает, что и здесь нет никакой связи, бросит в нее,
Анастасию Каменскую, увесистый булыжник.
Рита снова осталась одна, но на этот раз ей не было так страшно и
тоскливо, как раньше. На этот раз все было по-другому.
Павел сказал, что какое-то время они не будут видеться. Но, во-первых,
эта разлука уже не будет такой долгой, как та, двухлетняя. Он обещал
появиться примерно через месяц. А во-вторых, он вернется к ней. Он
не может не вернуться, потому что они любят друг друга.
- Ты снова уезжаешь? - грустно спросила Рита.
- Нет, детка, я буду здесь, поблизости... Просто нам нельзя будет
встречаться. Я должен сделать одно важное дело, и, пока я не закончу
его, я не приду. Зато потом мы с тобой больше не будем расставаться. Договорились?

Павел весело улыбался, но Рита чувствовала, как он напряжен и собран.
Она всегда очень точно его чувствовала, любую перемену настроения угадывала
моментально. То ли оттого, что любила сильно, то ли от природы была
наделена этим умением.
Прошло четыре дня, и Рита снова окунулась в привычное будничное существование.
Работа в Сбербанке была сменная, день с утра - день с обеда,
раз в две недели рабочая суббота. Ей почему-то казалось, что Павел
вернется непременно во второй половине дня, поэтому в те дни, когда ее
смена была с обеда, она места себе не находила, представляя, как в ее
пустой квартире надрывается телефон, а в дни, когда работала с утра, Рита
в два часа пулей выскакивала на улицу и мчалась домой ждать. Она была
похожа на преданную собаку, брошенную хозяином на вокзале и терпеливо
встречающую каждый поезд на протяжении долгих недель и месяцев.
В этот день она как раз работала с утра. По дороге с работы заскочила
в магазин за продуктами, быстренько схватила первое, что под руку попалось,
и почти бегом направилась к дому. Она постоянно думала о Павле,
она просто не могла о нем не думать, поэтому перестала на многое обращать
внимание, чтобы не отвлекаться от воспоминаний о том, как нежно и
пылко они любили друг друга целые две недели. Вот и сейчас она не обратила
внимания на то, что ключ в дверном замке провернулся не с первого
раза, а когда все-таки провернулся, то издал какой-то противный болезненный
скрежет. Для человека опытного и осторожного это было бы явным

признаком того, что дверь открывали "неродным" ключом или отмычкой и повредили
замок. Но Рита, хотя и знала об этом теоретически, была не в том
душевном состоянии, чтобы обратить на это внимание и принять меры предосторожности.
Она распахнула дверь и вошла в свою квартиру. Тут же откуда-то
сбоку мотнулась тень, что-то впилось ей в шею, стало трудно дышать.
Рита разжала пальцы, сумки с продуктами упали на пол, послышался
влажный глуховатый хлопок - разбились три десятка яиц в полиэтиленовом
пакете. Лишенный кислорода мозг отключился быстро.
Мужчина аккуратно положил замершее тело молодой женщины на пол, открыл
ее сумочку, достал маленький флакон духов и, зажав его в руке, обтянутой
перчаткой, осторожно приоткрыл дверь на лестницу. Время было удачное,
все, кто работает, еще на работе, а те, кто не работает, уже сходили
в магазины и теперь стоят у плиты, с обедом возятся. Он повернулся,
встав на пороге, снял крышку с флакончика и резкими движениями стал выплескивать
содержимое на пол в прихожей, туда, где только неравно стоял.
Ему, к счастью, удалось преодолеть вполне естественное любопытство и не
заходить ни в комнату, ни в кухню. Нигде, кроме прихожей, нет его следов
и запаха. А теперь и там не будет.
Опустошив флакон, он запер дверь, стараясь не щелкнуть замком, спустился
по лестнице вниз и исчез.
Настя и Юра Коротков с ног сбились, разыскивая знакомых Гарри Робертовича
Асатуряна и расспрашивая их о высоком седом мужчине лет примерно
пятидесяти пяти с яркими черными глазами. Никто никогда этого мужчину не
видел и не помнит, чтобы Гарик о нем рассказывал. Разумеется, среди тех,
чьи координаты были указаны в записной книжке Асатуряна, его тоже не
оказалось.
- Чудеса какие-то! - разводил руками Коротков. - Проводница Верочка
уверяет нас, что из беседы этих деятелей можно было сделать вывод, будто
они систематически и уже много лет ездят вместе в деловые поездки. Как
же может быть, чтобы никто из окружения Асатуряна его не знал?


- Да врали они, - вяло отмахивалась Настя. - Проводнице зубы заговаривали.

- Но зачем? - удивлялся Коротков. - Я логики не вижу, Ася. Когда хорошо
знакомые люди скрывают близкое знакомство - это я могу понять. Это
часто встречается в нашей с тобой практике. Но наоборот? Такого никогда
не было. Раз незнакомы, раз нет близких отношений, то и подозрений никаких
нет, потому что нет сговора. Ведь ты вспомни, сколько преступлений
мы раскрыли, когда оказывалось, что какие-то фигуранты скрывают от нас
факт своего знакомства друг с другом, чужими прикидываются.
- А тут все с точностью до наоборот, - терпеливо объясняла Настя. -
Они разыгрывают из себя давних приятелей, к тому же вместе работающих,
потому что если их по этим признакам будут искать, то никогда не найдут.
На самом же деле они, может быть, вообще друг друга в первый раз в этом
вагоне увидели. Или во второй.
Юра хотел было что-то возразить, но не успел. Они с Настей шли по
длинному коридору в здании на Петровке, 38, возвращаясь после очередного
безрезультатного захода по знакомым Асатуряна, когда прямо на них налетел
Коля Селуянов.
- О, вот и вы, а я уж с ног сбился вас по всем закоулкам отыскивать.
Давайте в темпе к Колобку, они сильно гневаются. Велели вас срочно разыскать.

Коля собрался уже было промчаться мимо, но Юра крепко ухватил его за
рукав.
- Их светлость одни изволят быть? Или там высокие гости?
- Какие гости! Мишаня там, несчастный, за вас отдувается.
Юра и Настя прибавили шагу и через несколько секунд уже стояли перед
своим начальником, сверк

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.