Жанр: Электронное издание
Dasha22
...вин переборщил, и бросилась к прислуге, восклицая:
- Господи! Это же так больно! Он случайно!
- Да, - сдерживая слезы, кивнула Наташа, - можно я отойду, обработаю ожог?
- Конечно, конечно, - закивала Звягинцева, - ложись отдыхай, Танька уберет.
- Время лишь семь часов, - напомнила Наташа.
- Все, - засуетилась Настя, - твой рабочий день окончен.
Наташа взяла в аптечке мазь, наложила толстым слоем на красную кожу, надела носки
и легла. Неожиданно ее свалил сон.
Проснулась она около одиннадцати вечера, нога болела нестерпимо, очевидно, мазь не
помогла. Вспомнив, что в кладовке, где хранятся продукты, есть запас лекарств, Наташа,
хромая, доползла до кухни, открыла дверь и вошла в чулан. Впрочем, чулан не совсем верное
слово, это была большая комната, в которой на стеллажах хранилась уйма вещей. Тут стояли
банки с компотами, соленьями и вареньем, консервы из овощей, пакеты с крупами. Еще
здесь имелся шкаф для вина, морозильник и всякая ерунда типа аптечки, тут же хранились
рулоны туалетной бумаги, салфетки, электролампочки и прочая чепуха, столь нужная в
быту.
Наташа стала рыться в ящичке в поисках какого-нибудь средства, чтобы унять боль в
обожженной ноге.
Внезапно на кухне послышался шум.
- Скот, - произнес Лавсанов.
- Серега, ты что? - забубнил Свин.
- Положи на место, - рявкнул хозяин, - верни по-хорошему!
- Я ваще ничего не пойму! - воскликнул Свин.
- Где орел? - спросил Сергей.
- В сейфе, - вклинился в разговор голос Насти, - где ж ему быть?
- Вот что, голубки, - жестко заявил Лавсанов, - верните орла по-хорошему, и
разбежимся без проблем. Я, памятуя о прежних отношениях, шум поднимать не стану. Орел
не мой, он принадлежит Роману Кнутову. Я тебе, Настя, об этом говорил, лучше его верните.
- Сережа! Ты... - завела было Звягинцева.
- Не начинай, - оборвал ее любовник.
- Ваще, - заныл Свин, - какой, блин, орел? О чем речь? Никак не врублюсь!
- Пошел вон, сукин сын, - ответил Лавсанов, - прикидываешься одуванчиком? Хочешь
объяснений! Ну, получи!
Наташа, трясясь от страха, стояла, прижав к себе коробку. Потом она подошла к двери
кладовки, чуть-чуть приоткрыла ее и одним глазом стала наблюдать за происходящим.
Лавсанов облокотился о мойку и, с презрением глядя на Свина и Настю, заговорил.
Наташа с трудом понимала, что происходит. Но когда суть дела стала ей ясна, домработница
чуть не завизжала от радости, похоже, сладкую парочку выгонят сейчас вон.
У Лавсанова имелся друг, некий Роман Кнутов. Наташа никогда не видела этого парня
и впервые слышала его имя. Но сейчас Сергей говорил о Кнутове, как о лучшем приятеле.
Так вот, Роман отдал Сергею на хранение очень ценную вещь, которую Лавсанов называл
орлом. Отчего Кнутов не положил сокровище в банк, по какой причине не захотел хранить
его у себя дома, Лавсанов не объяснил. Естественно, орел лежал в сейфе. Сергей изредка
проверял его наличие. Сегодня, решив в очередной раз удостовериться, что ценность на
месте, Лавсанов не нашел раритет. И теперь он требовал:
- Верните орла и, возблагодарив меня за доброту, убирайтесь вон!
- Сбрендил! - закричала Настя. - Мне-то он зачем?!
- Верни его!
- Я тут ни при чем. Если Свин спер, то какой с меня спрос?
- Я даже не ходил наверх, - замахал руками продюсер, - и ваще, я не в курсах, что ты
где хранишь. Ну сам подумай, я Настю раскручиваю, мне охота ее звездой сделать, ты бабки
даешь, ну кто станет рубить сук, на котором сидит?
- Ты, - спокойно прервал его Сергей, - и она! Вы оба! Если сейчас не отдадите, конец
вам. Я точно знаю, что его вы взяли.
- Да? Откуда же? - прищурилась Настя. Наташа, вспомнив про видеосъемку, замерла в
радостном предвкушении. Вот сейчас Лавсанов скажет про камеры и выгонит наглецов вон.
Но Сергей лишь улыбнулся:
- Знаю, и все.
- Глупости, - топнула ногой Настя, - ты слишком много вина выпил, вот и несешь
чушь.
Орел на месте.
Лавсанов покраснел:
- Можем вместе подняться в кабинет и посмотреть, сейф пуст.
- Прислуга сперла, - быстро сказал Свин, - больше некому.
- Нет. Они вне подозрений. Это ты подсмотрела код, я часто при тебе в сейф лазил.
- Ага, меня-то обвиняешь, а свою сучку Наташку... - завела было Настя.
Тут Сергей отвесил любовнице пощечину. Настя взвизгнула и вцепилась ему ногтями в
лицо, началась драка. Наташа зажмурилась, больше всего ей хотелось испариться из чулана,
но она боялась выйти и теперь стояла с закрытыми глазами. Некоторое время на кухне
раздавался визг Звягинцевой и мат дерущихся мужчин. Потом вдруг стало тихо, так
пронзительно, что Наташа открыла глаза и сквозь всю ту же щель увидела жуткую картину.
Глава 17
Лавсанов лежал на полу, чуть поодаль валялся длинный нож, испачканный чем-то
темно-красным. По светло-серой рубашке Сергея медленно расплывалось бордовое пятно,
Свин и Настя, тяжело дыша, жались к буфету.
- Что делать? - еле слышно спросила Звягинцева.
Свин качнулся из стороны в сторону.
- Бежать быстро, через заднюю калитку. - Куда?
- Ну... ко мне.
- Идиот! Нас же сразу найдут!
- И что? - возразил Свин. - Скажем, что уехали из поселка рано утром и не
возвращались.
- Ничего не выйдет, - парировала Настя, очевидно, она сохранила более трезвую
голову, чем деморализованный продюсер, - включи соображение! Да охрана видела, как мы
приехали. И потом, через заднюю калитку лишь пешком уйти можно. Нет, следует что-то
другое придумать!
- Господи, - задергался Свин, - вот ужас-то! Кошмар! Тюрьма!
- Заткнись! - рявкнула Настя.
Наташа стояла в чулане ни жива ни мертва. Только сейчас до нее дошло, что Свин и
Настя убили Сергея. Первым желанием домработницы было вылететь и заорать: "Я все
видела! Сейчас вызову милицию!" - но, поняв, что за ними наблюдал ненужный свидетель,
Настя и Свин попросту придушат Наташу, им терять теперь нечего.
Пока несчастная домработница соображала, как поступить, Настя воскликнула:
- Знаю! Ты побудь тут.
- Что придумала, говори, - прохрипел Свин.
- Нас никто не видел, - напомнила Настя, - в доме никого нет.
- А поломойки?
- Наташка дрыхнет, - пожала плечами Настя, - ты же ей ногу обварил, а Танька...
Ладно, погоди тут!
Свин остался у трупа. Некоторое время он стоял молча, потом подошел к Сергею,
аккуратно засунул руку ему в карман брюк, вытащил портмоне, выудил оттуда деньги и
сунул кошелек на место.
Бедной Наташе деваться было некуда, пришлось ждать, как станут разворачиваться
события дальше.
Наконец Настя вернулась, вместе с ней шла Таня.
- Ой, - воскликнула прислуга, - господи!
- Значит, помнишь, да? - спокойно сказала ей Настя. - Ты сейчас берешь этот ножик и
бежишь по дороге к домику охраны с криком: "Кто-нибудь, помогите!"
- Вообще-то, мне страшно, - поежилась Таня. Настя схватила домработницу за плечи и
встряхнула.
- Очнись! Я же расписала тебе, что будет! Найму лучшего адвоката, в тюрьму ты не
попадешь, полежишь некоторое время в клинике, и все. Это просто больница, врачи,
медсестры, таблетки. А за такую ерунду получишь квартиру и кучу денег.
- Страшно мне, жутко! - тряслась Таня.
- Чушь, - фыркнула Настя, - на вот еще.
Быстрым движением Звягинцева сняла с пальца кольцо с крупным бриллиантом, потом,
поколебавшись секундочку, вынула из ушей сверкающие сережки и протянула
драгоценности Тане:
- Бери.
Девушка машинально сунула бриллианты в карман.
- Вдруг я не справлюсь, - протянула она, - спросят меня в милиции чего, а я не отвечу.
- Ерунда, - решительно заявила Настя, - тверди одно: хозяин начал приставать,
домогаться меня, я стала сопротивляться и нечаянно его ножиком ткнула. Все, стой на своем:
ничего не помню, в глазах было темно. И все время знай, у тебя будут временные
неприятности, совсем чуть-чуть, зато потом ты получишь квартиру и деньги.
- Я тебя звездой сделаю, - ожил Свин, - ей-богу, затмишь Пугачеву, знаешь, сколько
она бабок имеет!
Обработка Тани продолжалась довольно долго, наконец она согласилась.
- Мы пойдем в комнаты, - быстро сказала Настя, - сделаем вид, что спим, пусть нас
охрана разбудит. Я потом скажу, что Свин приехал в гости и заночевал. А ты выжди тут пару
минут и беги. Давай бери ножик-то, бери.
Таня подобрала кухонный нож. Свин и Настя мигом испарились. Наташа выскользнула
из чулана.
- Не смей! Немедленно положи орудие убийства на место и иди к охране. Расскажи,
как тебя подкупали.
Таня вздрогнула:
- Нет, я поступлю по-ихнему.
- С ума сошла!
- Мне квартира нужна и деньги. А еще Семен обещал звездой меня сделать!
- Ты дура! Ладно, я сама на пост смотаюсь. Таня схватила Наташу левой рукой за
плечо, продолжая сжимать в правой нож, она зашептала:
- Натуся, не лишай меня счастья. Сейчас менты придут, дом опечатают, и куда я потом
пойду! Домой? К отцу, который снова бить меня начнет? А так через пару месяцев я получу
все, о чем мечтала. Ну какое тебе дело, а?
- Настя тебя обманет!
- Нет, она меня из грязи вытащила, хозяйка не такая, это у тебя с ней нестыковка
вышла.
- В тюрьму сядешь!
- Что ты! Настя обещала меня в клинику устроить.
В глазах Тани была такая надежда, что Наташа пробормотала:
- В конце концов, это твое дело.
- Спасибо, - кивнула Таня, - ты ступай к себе и сделай вид, что спишь.
Наташа замолчала и включила чайник.
- Знаешь, чем дело кончилось?
- Догадываюсь, - ответила я, - ничем хорошим!
- Вот-вот, - кивнула домработница. - Таню запихнули в дурку, она там по сию пору
парится. Настя быстренько смылась, где теперь она живет, чем занимается, я понятия не
имею. А Свин на коне, похоже, с деньгами, причем огромными. Сейф в кабинете после
смерти Сергея оказался пустым, ничего ценного в нем не нашли. Хотя у Лавсанова много
чего имелось: одних запонок с камнями и зажимов для галстуков было штук двадцать. Но
ничего не обнаружили, вот так.
- И ты не сказала милиции про кражу? Наташа вздохнула:
- Нет.
- Но почему? Домработница насупилась:
- Ну... не хотела Таньке малину портить. Вдруг я ошиблась и ей в самом деле бы куча
всего обломилась? Маловероятно, конечно, но могло так случиться. А потом... Наташа
замолчала.
- Продолжай, пожалуйста, - поторопила я ее.
- Я испугалась, - нехотя произнесла Наташа. - Что я в жизни умею? Только на людей
работать. И кто меня к себе в дом возьмет, если в деле об убийстве замешана буду?
- Так ведь ты лишь свидетель!
- Это самое плохое для нанимателя.
- Но почему же?
- Значит, я не умею язык за зубами держать, - объяснила Наташа, - хорошая горничная
вообще ничего не видит и не слышит, кроме указаний хозяина. Что в семье происходит, не ее
дело, она должна помалкивать. Вот я и отвечала на все вопросы ментов: "Извините, обожгла
ногу и свалилась в кровать. Когда засыпала, все нормально было".
- Ты спасала Свина и Настю...
- Нет! О себе в первую очередь подумала, - горько сказала Наташа, - на хорошее место
потом пристроилась, сюда, в Алискино. Только меня совесть мучить начала. Прикинь,
Танька пару раз приснилась. А все из-за фильма.
- Какого?
- Да вон, - Наташа ткнула пальцем в яркие коробочки, лежавшие на подоконнике, -
хозяева понакупят роликов, сами поглядят, потом нам отдают. Ну и попалась мне лента про
то, как люди в дурке живут! Вот где кошмар-то! И начала мне Таняха сниться. То ее к
кровати привязывают, то насилуют, то бьют...
Уставившись в окно, Наташа стала изливать душу. Муки совести терзали ее и перед
Новым годом стали просто невыносимыми. Желая избавиться от кошмаров, Наташа
попросила своего нового хозяина, бизнесмена:
- Не могли бы вы мне помочь?
- Давай, воркуй проблему, - ухмыльнулся тот и полез за кошельком.
- Нет, нет, - остановила его порыв Наташа, - дело в другом. У меня подруга оказалась
в спецклинике, родственников она не имеет, адресок бы узнать...
- "Дачку" притащить хочешь? - догадался бизнесмен.
- Да, и поговорить нам надо.
- Говно вопрос, - усмехнулся работодатель, - это как два пальца об асфальт.
Через три дня Наташа очутилась в Малине.
- Где? - перебила я домработницу. - Малино?
- Ну да, - кивнула рассказчица, - Таню туда определили. А что?
- Да нет, ничего, - пробормотала я, вспоминая, что Ира называла другой адрес, -
просто мне смешным показалось слово - "Малино".
- На мой взгляд, ничего веселого, - с тяжким вздохом констатировала Наташа, -
страшное место. Вроде чисто кругом, ремонт сделан, а давит, просто ложится на мозги
камнем тамошняя обстановка.
- Вы поговорили с Таней?
- Нет.
- А почему?
Наташа включила чайник.
- Она ко мне не вышла, отказалась от свидания. Передачу взяла, велела сказать спасибо
и что живет нормально, записочку написала, да... написала...
- И что в ней было? - заинтересовалась я. Наташа молча налила нам кофе.
- Что было... Три фразы: "Спасибо за вкусное. Обо мне не беспокойся, все хорошо,
жить везде можно. Так мне и надо". Я вообще спать перестала, ворочаюсь, ворочаюсь...
Поговорить не с кем.
Она замолчала. Из гостиной доносились разухабистые звуки музыки, топот, гиканье.
Очевидно, блондиночки все же не дали своим несчастным мужьям тихо подремать после
обильных возлияний и заставили бедных толстяков пуститься в пляс. Но в кухне, даже
несмотря на то, что голос Риты проникал сюда, было очень тихо, словно в крематории в тот
момент, когда смолкает похоронная мелодия и гроб с легким шуршанием уезжает в никуда.
- Я больше не могу так, - призналась Наташа, - просто съела себя! Сделай одолжение,
съезди к Тане, за мой счет, конечно, оплачу тебе услуги и дорогу. Может, она с незнакомой
женщиной поговорит!
- Навряд ли.
- Ну тогда соври, что тебя Настя послала! Тогда она точно клюнет.
- Но зачем мне ехать в Малино? Если хочешь искупить вину, ступай в милицию и
расскажи правду, хотя... Кто ж тебе поверит? Этак всякий может бог знает что натрепать.
Наташа переменилась в лице.
- Доказательство есть! Помнишь, я говорила тебе про пленку, ну, про запись, которую
в доме Лавсанова вела камера? Настя и Свин понятия не имели, что их действия
фиксируются.
- И что, милиция не изъяла это вещественное доказательство?
- Я их опередила, - помотала головой Наташа, - когда Таня побежала к охранникам, я
проникла в кабинет хозяина и быстро вытащила пленку. Он же мне все показывал, я тебе
говорила уже. Сергей потом просматривал материал на мониторе, информация сохранялась
на жестком диске. Я ее переписала на кассету и с собой взяла. А на диске все стерла. Да,
по-моему, менты ничего не смотрели особо, Таня ведь призналась в убийстве.
- Ты умеешь пользоваться компьютером? - я с уважением посмотрела на собеседницу..
Та, слегка порозовев, ответила:
- Дело нехитрое, у меня ноутбук есть, самый недорогой купила, люблю по ночам в
Интернете бродить, здесь в доме выделенная линия есть, хозяин разрешил подключиться.
- А почему Настя и Свин не заметили камеры? - спросила я.
- Так это была крошечная аппаратура - шпионское оборудование, очень хорошо
замаскированное. Хозяин не хотел, чтобы кто-то об этом знал, - объяснила Наташа.
- Так в чем дело! - подскочила я. - Отнеси эту пленку в соответствующие органы,
Таню освободят, а у тебя совесть успокоится.
Наташа взяла со стола зубочистку, разломала ее на мелкие кусочки и сказала:
- Боюсь хуже Таняхе сделать. Я ведь не знаю, как дело обстоит. Конечно, это
маловероятно, но вдруг Настя слово сдержала и квартиру ей купила?
- Так Рыкова же в клинике, - напомнила я.
- Ну и что! Выйдет когда-нибудь и поселится. И вдруг Звягинцева в клинику ездит, а?
Мне надо точно знать, что Таняша ничего не получила, пойдя на аферу. И еще...
- Что?
- Боюсь информацию открывать, говорила ведь уже, что потом на работу не устроюсь.
Представляешь, какой лакомый кусочек для газет? Завоют, завизжат, начнут мое имя
полоскать. Музыка стихла.
- Похоже, твои отпелись, - мрачно сказала Наташа.
- Послушай, - быстро сказала я, - давай сделаем так. Ты организуешь мою поездку в
Малино, ну, скажешь, к кому мне там подойти, чтобы дали с Таней поговорить. Если ее
обманули, тогда ты отдашь мне запись, а я уж сама опубликую эту историю в прессе. Твоя
фамилия даже не будет упоминаться. Просто я сообщу: получила материал от источника,
который пожелал сохранить инкогнито. Убьем двух зайцев: освободим Таню и отомстим
Свину.
- Давай номер своего телефона, - велела домработница.
Я улыбнулась:
- У меня нет мобильного.
Наташа быстро нацарапала на листке строчку и протянула его мне.
- На, держи мой номер, теперь скажи, как тебе домой звонить.
Я взяла салфетку, начала писать, и тут в кухню заглянула Рита. Старательно изображая
капризницу, она прогундосила:
- Танька, чего расселась? Живо шмотки собирай! Нам еще на день рождения ехать!
- Куда? - изумилась я.
- На тусню, - рявкнула Рита, - хорош базлать, мы работаем, а она тут кофием
наливается, макака немазаная!
Наташа фыркнула и отвернулась к окну. Я быстро выскочила в коридор и прошептала:
- Ну про макаку это уж слишком!
Рита хихикнула:
- Извини, стараюсь изо всех сил. Давай собираться, я смертельно устала, а еще
предстоит на этот кретинский сейшн рулить.
- Да, - улыбнулась я, - ты устала? А мне показалось, что тебе собачка здорово помогла.
- Ой, прикол! - взвизгнула Рита. - Голос-то какой! Кое-кто из наших позавидовать
может.
Быстро собрав сумки, мы уселись в машину.
- Ну чего, едем? - спросил, зевая, Митька.
- Свина ждем, - протянула Рита, - и куда он пропал!
Тут на дорожке показался продюсер, его лицо по цвету напоминало сырой говяжий
фарш. Извините, конечно, но приводить тут слова, которые он произнес, я сейчас не стану.
- Что, Свинушка, - хихикнул куривший около автобуса Ванька, - похоже, хозяева не
захотели поговорить с тобой на равных?
- Сволочь, - рявкнул Семен, влезая в "мере", - корчат из себя дворян, два пальца
протягивают, губы кривят! А то я не знаю, откуда ихнее богатство взялось. Прямо-таки сами
заработали!
- Их, - вдруг тихо сказала Рита. Свин удивленно посмотрел на певицу.
- Ты о чем?
- Не "ихнее" богатство, а "их", - продолжала она, - ты неграмотно говоришь! Их
богатство. Слова "ихнее" в русском языке нет!
Я тяжело вздохнула. Ну сейчас начнется! Зря Рита полезла на рожон! Еще секунда, и
Свин завопит. Но продюсер поступил нестандартно. Абсолютно спокойно он вышел из
автомобиля, открыл заднюю дверь, выволок наружу Риту, швырнул ей под ноги сумку и
велел:
- Езжай на автобусе со всеми, коли такая умная, а я уж, малограмотный неуч, на своем
честно заработанном "мерине" отправлюсь. Танька, вылазь и шмотки этой, образованной,
прихвати, нефиг в лимузинах раскатывать!
Поняв, что стала жертвой чужого скандала, я ящерицей вынырнула из салона, не забыв
взять портплед и ящик с косметикой.
- Чао бамбино, синьорита, - ухмыльнулся Свин, устроился возле Митьки и, очень
ласково сказав: - Глафира, дуй на тусовку, Кудрявенький ждет, - приказал шоферу: -
Вперед, да не тряси! "Мерс" исчез, оставив после себя легкий запах бензина.
- Да, - хохотнул Ванька, вывешиваясь из окошка микроавтобуса, - тяжела и
неприкаянна жизнь эстрадного артиста, ты-то чем его так обозлила?
Рита поправила волосы.
- Идиот! Разговаривать не умеет! "Ихняя", "ложит", просто стыдно!
- Ну ты даешь, - из автобуса подал голос Костя, - забыла, кто кому платит? На штаф
посадит, ничего за концерт не получишь!
- Сволочь он! - резюмировала Рита.
- Ты в другой раз-то свой ум не демонстрируй, - посоветовал Ванька, - может, у Свина
в Фиговске, откуда он родом, так говорят. Ну вроде как в Питере: у нас подъезд - у них
парадное, в Москве люди батон хлеба просят, а в северной столице булку белого. Мы тут
балакаем "их деньги", а на свиновской родине "ихние тугрики" бормочут, понимать надо!
- Свин не москвич? - поинтересовалась я, втискивая вещи в минивэн.
- Нет, - мотнул головой Костя.
- Откуда он? - спросила я.
- Хрен его знает, - пожал плечами Ванька, - появился незнамо откуда, нам сие
неинтересно. Главное, он деньги зарабатывать умеет.
Микроавтобус поплюхал по шоссе.
- Вот беда, - зевнула Рита, - чтоб он сгорел!
- Кто? - спросила я.
- Кудрявенький со своей тусовкой, - ответила певица, - спать хочу немыслимо!
- Давай поедем домой, - предложила я.
- Нельзя, - грустно ответила Рита, - просто невозможно! Софка никогда не простит!
- Ты о ком? - недоуменно поинтересовалась я.
- У Кудрявенького есть секретарша, - Рита принялась вводить меня в курс дела, -
имечко ей Софья Константиновна, но все кличут даму Софа. Жутко стервозная особа.
Кудрявенький-то обидчив, но отходчив, а эта грымза памятлива, словно медведь-гризли. Она
обид не прощает. Так вот, у Софки в руках список гостей, и она в нем галочки ставит. Ну,
допустим: Митя из "Баблз" приехал одним из первых, в подарок привез вазу дорогую, сидел
до утра. А вот Арабелла прикандыбала под самый конец тусни, приволокла в качестве
презента свой диск, повертелась десять минут, и ау!
- Ну и что? - пожала я плечами. Рита постучала кулаком по лбу.
- Тумба ты! Пройдет неделя, заявится Арабеллин продюсер к Кудрявенькому и запоет:
"Что-то мы давно у вас не звучали". И тут Софа своему начальнику и надует в уши:
"Арабелла вас не уважает, на день рождения плохо поздравила, всего секунду посидела и
уехала, денег на подарок пожалела. Вот Митя из "Баблз" другой". И что получится?
Я, моргая, смотрела на Риту.
- Из всех громкоговорильников Митечка орать станет, а Арабелла исчезнет, -
закончила моя новая хозяйка, - а у нас знаешь как: либо ты у людей постоянно в ушах
звучишь, либо умер. Три месяца в эфире нет, народ тебя забыл. Ты в курсе, кто такой
Кудрявенький?
- Нет, - потрясла я головой.
Ванька вытащил из кармана плоскую фляжку, сделал пару шумных глотков и,
закручивая пробку, пояснил:
- Кудрявенький - владелец сети радиостанций, с ним ссориться ну никак невозможно!
Захочет, мигом кислород перекроет. Никакие им организованные сейшны пропускать нельзя.
Во-первых, на них всегда полно журналюг, и обязательно попадешь в какую-нибудь газету...
- Например, в журнал "Свиноводство", - хихикнул Костя, с интересом слушающий
наш разговор.
- Ну и что? - не сдался Ванька. - Его тоже люди читают, пусть про Глафиру узнают.
Лично мне все равно, кто где денежки заработал, чтобы за концерт платить! А во-вторых,
насчет Софки - это чистая правда!
- Прямо вот так в эфир не выпустит? - Я пыталась разобраться в ситуации. - А если
песня хорошая и люди ее любят?
Рита засмеялась:
- Эх ты, наивняк, никто по этому поводу не парится.
- Знаешь, как Кудрявенький говорит, - встрял в наш разговор Костик. - "Если я
каждый день стану в жесткой ротации твердить стишок "Уронили мишку на пол, оторвали
мишке лапу", пипл сначала возмущаться станет, а потом привыкнет, затем распевать
начнет, и вскоре эта "песня" все первые места в рейтингах займет. Главное, чтобы музыка
постоянно у народа в ушах звенела, а имя исполнителя по газетам полоскалось, и готово -
звезда! Суперстар!
- Хорош трепаться, - отчаянно зевая, сказала Рита, - лучше вон там притормозите, у
магазина.
- С какой стати? - возмутился Ванька.
- А подарок?
- Во черт!
- Что бы вы без меня делали, дураки? - снисходительно заметила Рита. - Пошли,
Таньк, пусть эти "битлз" в машине сидят, только мешать нам будут.
Оказавшись в огромном торговом зале, Рита стала рассуждать вслух:
- Ну что можно подарить козлу, у которого имеется золотой прииск? Не тащить же ему
сотую зажигалку? Да, вот задача!
- Купи туалетную воду. - Фу!
- Ручку, дорогую.
- У него их до фига.
- Рубашку, галстук, кашне, часы, брючный ремень...
- Еще трусы присоветуй, - скривилась Рита.
- Тогда не знаю, - сдалась я.
- Вот и я тоже, - начала было певица, потом, не договорив, рванула в отдел игрушек. -
Смотри, какой прикол!
Тоненький пальчик хозяйки с длинным острым ноготком ткнул вниз, я опустила
голову. На полу в углу сидело нечто огромное из фиолетово-розового бархата. Голова
чудища была украшена круглыми очками, шеи у него не наблюдалось. Квадратный
подбородок лежал на широкой груди, плавно перетекающей в живот. Из туловища торчали
коротенькие обрубочки, четыре штуки. Верхняя пара, очевидно, являлась руками, нижняя
ногами. На поясе у чудища висела круглая коробочка с изображением ноты "ля".
- Bay! - взвизгнула Рита и дернула продавщицу за плечо. - Эй, скажи, это кто?
- Брамбес, - ответила девушка.
- Кто? - переспросила я.
- Брамбес, главный герой мультика "Путешествие во времени", не смотрели? -
оживилась продавщица. - Очень стебный! Он еще и разговаривает, нажмите сюда!
Рита ткнула кулачком в коробочку. Брамбес заморгал маленькими глазками, открыл
большой рот и изрек:
- Хр... бр... пр... кха-кха-кха... аи бонт... кронт...
- О чем он толкует? - напряглась Рита. Продавщица заморгала, мне стало понятно, что
девушка, как и я, совершенно не знает английского языка и не может перевести монолог
монстра.
- Слышь, Кать, - крикнула Рита, - чего Брамбес бубнит?!
- "Добрый день, поздравляю, сейчас спою песенку", - донеслось из глубины зала. -
Ткните его еще раз, он мелодию заведет, здоровскую такую, веселую.
- Не надо, - предостерегла Рита продавшицу, - без музыки обойдемся, сами, если надо,
запоем. Берем! Абсолютно бесполезная вещь, большая, просто то, что надо.
- Мы его сейчас оденем, - засуетилась продавщица, - к Брамбесу костюмчик есть, вот
смотрите: белая рубашка, пиджак, брюки, галстук и даже зажим для "гаврилки" имеется, под
золото, с буквой Б. Классно, а?
- Супер, - согласилась Рита, расплачиваясь. - Вы урода пока обряжайте, а мы за
цветочками смотаемся.
Брамбес оказался очень тяжелым, я еле-еле доволокла его до автобуса. Рита при всем
желании никак не могла мне помочь, ее руки были заняты огромным колким веником из
пятидесяти одной кроваво-красной розы.
- Вы бы, девки, еще домашние тапочки купили! - возмутился Ваня.
- Белые, - хихикнул Костя.
Я, еле дыша от напряжения, впихивала неподатливое тело Брамбеса в автобусик.
Монстр сопротивлялся изо всех сил, цепляясь руками и ногами за все выступающие части.
- В другой раз сами идите, - обозлилась Рита, - легче всего других критиковать.
Знаешь, объяснить человеку, что он неправильно пост
...Закладка в соц.сетях
