Жанр: Электронное издание
Dasha22
...том цокнула языком:
- Теперь понятно.
- Что? - насторожилась я.
- Меня зовут Анна Львовна.
- Очень приятно, Таня.
- Входи, - приказала Анна Львовна, - не на лестнице же болтать.
Глава 25
- Вы хорошо знаете Ариадну Николаевну? - спросила я, войдя в маленькую кухню.
Анна Львовна кивнула:
- Всю жизнь вместе прожили в коммуналке. А потом нас один богатей расселил, купил
квартиры отдельные, очень ему наши апартаменты приглянулись. Центр, но тихо, вот он и
польстился.
Но богатые люди не зря много денег имеют, расчетливый нувориш живо смекнул, что
если приобрести нищете из коммуналок отдельную жилплощадь в новом доме, в одном
подъезде, то риелторская фирма сделает большую скидку. Именно по этой причине Анна
Львовна и Ариадна Николаевна очутились вновь в соседях, правда, квартиры у них
оказались разные. Анна Львовна живет вместе с взрослым сыном и невесткой, поэтому ей
обломилась большая двушка, превратившаяся после ремонта в трешку, а Ариадна
Николаевна сама по себе, вот и кукует сейчас в однокомнатной.
- Как же так вышло, - забормотала я, - куда же Настя подевалась? Кстати, гляньте, это
она?
Анна Львовна вытянула подальше руку с правами и протянула:
- Ну, вроде похожа, хотя сказать сложно. Я ее помню короткостриженой, более полной.
Губы такие же и нос, а там кто знает. Похожа и не похожа! Потом, здесь день выдачи
пропуска стоит, - продолжала Анна Львовна, не понявшая, что сжимает в руке права
автолюбителя, - Настя-то, по словам Ариадны, умерла раньше...
- Вы точно знаете?
Анна Львовна поджала губы:
- Да уж! Сколько она мне горя принесла, даже говорить трудно.
Я схватила ее за теплую, мягкую ладонь.
- Ну, пожалуйста, умоляю.
- С какой стати мне перед вами откровенничать? - удивилась старушка. - И вообще,
кто вы такая?
Я сгорбилась на табуретке.
- Меня зовут Таня, а ищу я Настю вот по какой причине...
Анна Львовна оказалась замечательной слушательницей, она ни разу не прервала меня,
а когда я замолчала, бабуся вдруг встала и вышла. Не понимая, как реагировать на ее
поведение, я осталась сидеть на месте, надеясь, что меня все-таки не вышвырнут опять на
лестницу.
- Вот смотрите, - сказала Анна Львовна, вернувшись. - Это фото было сделано пять
лет назад. Слева мой старший сын Миша, справа младший, Леня.
- Симпатичные юноши, - кивнула я, не понимая, с какой стати старушка
демонстрирует снимок.
- Миша высоко взлетел, - комментировала Анна Львовна, - ну, по нашим меркам,
конечно. Открыл свой автосервис, маленький. Клиенты к нему пошли. Мишенька банкам не
доверял, накопленные деньги хранил в укромном месте, хотел дело расширять, планировал
нам квартиру купить. Он уж очень Леню любил, Леонид у нас кандидат наук, талант. Вот
Мишенька всегда и говорил: "Выбьюсь наверх и Леньку вытащу, пусть о средствах не
думает, книжки свои строчит". Только вот беда... - Анна Львовна перевернула фото
оборотной стороной. - Умер Миша.
- Ужасно, - прошептала я, - как же так, вроде молодой.
- Он покончил с собой, - коротко ответила Анна Львовна, - а причиной была Настя, я
постараюсь вам помочь ее отыскать. Так я и думала, что Ариадна врет. Ну с какой стати
Анастасии на тот свет отправляться? Такие дряни не умирают быстро.
- Может, она тоже счеты с жизнью свела...
- Анастасия? - мрачно улыбнулась Анна Львовна. - У нее ни совести, ни чести,
несмотря на благородное происхождение. Впрочем, случается и в дворянских семьях
генетический мусор. Ладно, давайте все по порядку расскажу.
Ариадна Николаевна никогда не скрывала своего происхождения. Высокая, худая, с
идеально прямой спиной, она выделялась в любой толпе холодно-равнодушным выражением
глаз. Незнакомые люди, столкнувшись с дамой, робели, продавщицы в магазинах цепенели.
Муж у Ариадны был ей под стать - скрипач, пиликал в каком-то оркестре, называл
жену на "вы" и вел себя тихо-тихо. Правда, он рано умер, так же тихо и незаметно, как жил.
Ариадна одна воспитывала дочку Настю. Девочке она с ранних лет давала уроки
благородного поведения. Если крошечная Настя начинала бегать с Мишей по коридорам,
Ариадна молча уводила дочь. Один раз Анна Львовна, находясь в туалете, услышала, как
соседка, стоя в ванной, ругает девочку:
- Ты опять играла с Михаилом! Он нам не ровня, имей в виду, не со всеми дружить
можно. Мы люди благородного происхождения, нас осталось мало, всех истребили. Ты
обязана помнить, что имеешь голубую кровь, тебе все позволено, а Михаил смерд, его удел
прислуживать, только со слугами не дружат, им отдают распоряжения.
Анна Львовна страшно возмутилась и сказала потом старшему сыну:
- Не смей приближаться к Насте.
В общем, почти Монтекки и Капулетти. Но особой дружбы между детьми, к обоюдной
радости матерей, не было, Настю отдали в какую-то престижную школу, Ариадна возила ее
через весь город, а Миша ходил в самую затрапезную, общеобразовательную, находившуюся
в двух шагах от дома.
Училась Настя великолепно, на одни пятерки, знала два иностранных языка, бегала в
музыкальную школу, играла на рояле, пела в хоре. У нее был маленький голосок, но
хороший слух. Никаких скандалов между соседями никогда не возникало. Ариадна считала
ниже своего достоинства выяснять отношения с плебеями, Настя тоже ходила, гордо задрав
голову. Она не была красавицей, но в глазах у нее сверкал иногда такой огонек, мелькало в
них что-то нехорошее. Жили, в общем, тихо. Но потом начались скандалы.
Первый приключился, когда Настя, закончив школу с золотой медалью, решила пойти
учиться... на эстрадную певицу. Вот тут Ариадна Николаевна орала так, что Анна Львовна
даже приготовилась вызывать "Скорую". Чопорную дворянку мог разбить инсульт.
- Через мой труп, - летело по коридору, - в лицедейки, в вертихвостки, в кривляки!
Нет, нет и нет! Да твои предки в склепах перевернутся! Звягинцева на сцене, полуголая!
Скачет! Поет! Позор!!!
Пришлось Насте уступить, она подалась в МГУ на филологический. Мама считала, что
изучение литературы - наиболее подходящее занятие для благородной девицы.
Следующий скандал случился через год. Теперь уже бушевала Настя.
- Купи мне одежду, - вопила она, - перед студентами стыдно.
- Красота девушки в ее чистоте, - ответила мать.
И тут началось! Ариадна и Настя визжали до полуночи, до тех пор, пока Анна Львовна
не набралась храбрости и не постучала к ним в дверь со словами:
- На часы взгляньте, не одни живете. После этой бури жизнь в коммуналке резко
изменилась. Теперь разборки у Звягинцевых случались часто. Настя перестала ночевать
дома, могла отсутствовать по пять-семь дней, у нее появились деньги, девушка стала
шикарно одеваться. Теперь она щеголяла в шубке, в ушах покачивались золотые сережки, на
пальцах сверкали колечки. Ариадна делалась все мрачней.
Однажды Анна Львовна в неурочный час, около двух ночи, вышла на кухню, ей
захотелось попить. Она щелкнула выключателем и воскликнула: - Ой!
В углу за столом сидела Ариадна, было понятно, что соседка ждет дочь.
Анне Львовне стало жаль гордячку. Вот как поворачивается иногда судьба. Ее сыновья
выросли хорошими юношами. Миша отслужил в армии, потом пошел учиться, а Леня сразу
попал в институт. А ведь бегали в обычную школу и ни одного иностранного языка не
выучили.
- Вы не расстраивайтесь, - сказала Анна Львовна, - с детьми вечные проблемы.
Внезапно Ариадна расплакалась, а потом, стыдясь своего поведения, убежала в
комнату. Анна Львовна только покачала головой. Да уж, не зря говорят: маленькие дети
спать не дают, от больших сам не уснешь!
На следующий день Анна Львовна столкнулась с Настей в коридоре и не выдержала.
- Как тебе не стыдно, - воскликнула она, - мать ночей не спит, плачет!
Настя вытаращила умело подкрашенные глаза.
- Вы не имеете никакого права делать мне замечания, знайте свое место.
- Ты как со мной разговариваешь? - оторопела Анна Львовна.
- Как вы заслужили, - отрезала Настя.
- В твоем возрасте другие девушки...
- Другие - может быть, - перебила Анну Львовну Настя, - простому человеку и впрямь
следует идти по жизни сгорбившись. Я же не такая, как все. Мне все позволено!
Анна Львовна заморгала. Да уж, посеянные Ариадной семена дали диковинные всходы,
вздорная девица поверила в собственную безнаказанность и исключительность. Ей-богу,
стоит пожалеть Ариадну, хоть она сама виновата, не надо слишком задирать нос.
Ну а затем мать и дочь поругались окончательно, и Настя исчезла незнамо куда.
Ариадна старательно держала лицо, ходила с абсолютно равнодушным видом, но глаза ее
совершенно потухли, они напоминали две кучки золы, и еще она теперь всегда первой
кидалась к телефону или ко входной двери, если в квартире звенел звонок. Анна Львовна
пару раз попыталась поговорить с гордячкой, но та разговор не поддержала, жила одна,
подруг не имела и не собиралась никому открывать душу.
Анна Львовна уже начала забывать Настю, когда та неожиданно объявилась дома,
причем в самом роскошном виде. Наткнувшись в кухне на беглянку, Анна удивилась
безмерно, и было чему. Во-первых, Настя внешне выглядела так, словно прошедших лет не
было, более того, она похудела и смотрелась моложе, чем раньше. Во-вторых, увидев
пожилую соседку, Настя обняла ее, поцеловала и очень ласково воскликнула:
- Ой, тетя Аня, как хорошо вернуться домой! Анна Львовна изумилась настолько, что
ляпнула:
- Что с тобой приключилось? Отчего такая вежливая стала?
Настя улыбнулась:
- Да уж! Была я выдающейся хамкой, хорошо, жизнь меня научила! Теперь я совсем
другая.
- Добро, кабы так, - недоверчиво пробормотала Анна Львовна.
Прошло около трех месяцев. Настя исправно ходила на службу. Правда, Анна Львовна
не знала, где работает соседка. Скандалов больше не было, но Ариадна становилась все
мрачнее и мрачнее, просто почернела вся. А затем Настя опять пропала.
Через две недели после ее исчезновения Миша, старший сын Анны Львовны, покончил
с собой. На столе он оставил короткую записку: "В моей смерти прошу никого не винить".
Но когда ослепшая от слез Анна Львовна отрыдала девять дней, по почте ей пришло письмо
от Миши.
"Мама, - писал он, - если ты читаешь эти строки, значит, меня нет в живых. Не надо
плакать, ей-богу, в могиле будет лучше, потому что жизнь моя все равно закончилась..."
Глаза Анны Львовны бежали по строчкам, и ей делалось все хуже и хуже. Оказывается,
Миша давно любил Настю, предлагал ей стать его женой, но девушка категорически
отказывалась, говоря:
- Наши мамы ненавидят друг друга, ничего хорошего у нас не получится. Жить-то нам
всем в одной квартире.
Миша пообещал приобрести собственную жилплощадь, но Настя не стала ждать, пока
парень разбогатеет, и ушла из дома.
- Только из-за тебя покидаю родные пенаты, - сообщила она ухажеру, - нам лучше
друг друга не видеть.
Хлопнула дверь, и Настя как в воду канула. Встретились они случайно, спустя много
времени. Миша заскочил в кафе перекусить и увидел там Настю. Его чувства вспыхнули с
новой силой, Настя тоже была рада встрече. Поговорив друг с другом, они решили
пожениться. Именно поэтому Настя вернулась домой, хотела, чтобы свадьба состоялась
по-людски, вместе с мамами. Пара собиралась подать заявление в загс, а потом рассказать о
своих планах Анне и Ариадне. У Миши не было секретов от любимой, он в конце концов
рассказал ей, где лежат накопленные деньги. Сумма была большой, чуть-чуть не хватало для
покупки трехкомнатной квартиры. Счастье казалось парню безоблачным, но за пару дней до
похода в загс Настя ушла из дома, оставив Мише обрывок бумажки с одной фразой:
"Полюбила другого, ищи себе новую невесту". Михаил сначала подумал, что Настя глупо
пошутила, потом он решил положить в заначку очередную порцию денег, открыл тайник и
обнаружил, что тот пуст.
Владельцу автосервиса сразу стало понятно, кто ограбил его. Только Настя знала, в
каком месте спрятаны доллары.
Анна Львовна снова перевернула фотографию лицом вверх.
- Вот этого удара Миша пережить не смог. Поймите, ему не было жаль накопленного.
Попроси Настя денег, сын отдал бы ей их с радостью. Он даже мог бы понять, что Настя
влюбилась в другого человека... Но когда сообразил, что она и не думала о создании семьи с
ним, когда понял, что негодяйка просто хотела разведать, где спрятаны тысячи долларов,
чтобы украсть их... Когда до Мишеньки дошло, какую мерзавку он обожал, вот тут его
нервы не выдержали...
- И как вы поступили, узнав правду? - пролепетала я.
Анна Львовна тяжело вздохнула:
- Пошла к Ариадне и положила перед ней письмо. Та прочитала...
- Ну и?
- Она ничего мне не сказала.
- Как?!
- Так. Молча отдала бумажку назад и ледяным тоном заявила: "Более никогда не
входите на мою половину без приглашения".
- А вы?
- Что я?
- Просто так и ушли?
- Странный вопрос.
- Вовсе нет, я бы побежала в милицию. Анна Львовна кивнула:
- Леня, младший сын, именно так и поступил. Но что толку? Ему там живо объяснили,
что дела заводить не станут. Миша в письме негодяйку по имени не называл, указал лишь
одну первую букву Н, да и деньги ведь не задекларированы в налоговой были... Так и
продолжали жить вместе, молчком. Невестка моя, жена Лени, правда, все порывалась
гадость Ариадне сделать, сунула ей один раз кусок мыла в суп, но я узнала об этом и
запретила безобразничать. Мы последние годы не разговаривали - ни здрасте, ни до
свидания. Она делала вид, что нас не замечает, а мы ее стороной обходили. Один лишь раз
она в молчанку играть перестала.
Дело было зимой, прямо в Рождество. Анна Львовна вышла на кухню, увидела, что
Ариадна стоит около плиты, и, развернувшись, хотела уйти, но тут услышала:
- Погодите!
Вне себя от изумления Анна воскликнула:
- Вы мне?!
- Да, - последовал сухой ответ, - я хочу сообщить, что моя дочь умерла.
- Настя? - шарахнулась Анна. - Отчего же? Она болела?
- Какая вам разница, - равнодушно сказала Ариадна, - ее господь за грехи наказал.
Радуйтесь.
- Хоть ваша дочь и принесла нашей семье огромное горе, - тихо ответила Анна
Львовна, - сейчас, узнав о ее кончине, я прощаю Настю. Человек, попавший в царствие
божье, неподвластен суду людей.
Ариадна ничего не ответила, молча взяла кастрюльку с кашей и ушла в свою комнату.
Больше она не перемолвилась с Анной ни словом, ни разу, до самого переезда на новую
квартиру.
- Только я последнее время стала подозревать, что она мне соврала, - завершила
рассказ Анна Львовна. - Да еще Ася, невестка моя... Она девушка горячая, конечно,
нехорошо поступила...
- А что она сделала?
- Налетела как-то перед разъездом на Ариадну в ванной и заорала: "Ага, ходите тут,
улыбаетесь, а Миша лежит в могиле, дочь ваша, воровка, на награбленные денежки хорошо
пожила. Ладно, милиция ничего делать не стала, вроде все забыли, дело давнее, но я не
пожалею долларов и киллера найму. Пусть пристрелит Настьку, тогда и посмотрим, как выть
станете. Думаете, я ничего не помню? Сейчас уедем, и все? Ну уж нет! До смерти вам не
прощу".
Ариадна выслушала Асю и ушла, а спустя несколько дней сделала заявление о кончине
дочери.
- Она великолепно знает, где Настя, поэтому и придумала про ее смерть, моей глупой
Аськи побоялась, - вздыхала Анна Львовна, - теперь мне ясно стало.
Выйдя от старушки, я, полная злости, снова позвонила в дверь к Ариадне Николаевне.
Опять мне открыли без каких-либо вопросов. Прямая жердь замаячила на пороге, я быстро
сунула ногу в щель между косяком и дверью.
- Советую впустить меня.
- С какой стати? - холодно обронила Ариадна.
- Вы всю жизнь изображали из себя герцогиню, - заорала я, - чванились, нос задирали!
А какое право на это имели? Вы что, лично титул заслужили? Он вам от предков достался?
Имейте в виду, я всем расскажу, какая ваша Настя дрянь и что она в тюрьме сидела! Пусть
вас стыд съест! Да не за то, что дочь осудили, а за то, что вы ее умершей объявили. А еще
верующим человеком считаетесь. Знаете, какой страшный грех живого хоронить!
- А ну иди сюда, - прошипела Ариадна и втянула меня в прихожую. - Ты кто такая?
- Таня.
- Вижу, что не Ваня, - огрызнулась хозяйка. - Зачем сюда явилась?
Я прислонилась к стене и начала выплескивать на Ариадну все, что мне известно. Глаза
ее ввалились, а смуглые щеки стали бледно-серыми.
- Так я и знала, - прошептала она, опускаясь на маленький пуфик около
ботиночницы, - все думала, думала, но...
По щекам женщины потоком хлынули слезы. Я молчала. Ариадна прижала кулаки к
груди.
- За что? За что? - монотонно повторяла она. - За что? Я была не самой плохой
матерью. Почему? Дефектный набор генов? Или Насте достался характер моей бабки, та
такое творила! Любовников меняла, каждого разоряла, никакого удержу не знала... О
господи!
- Может, вам воды принести? - участливо спросила я.
- Воды, воды, воды, - забубнила Ариадна, - верная идея! Утопилась бы, да грех, ой
грех! А жить еще грешнее.
Я занервничала, похоже, у дамы непорядок с головой.
- У вас есть валерьянка?
- Валерьянка, валерьянка, валерьянка...
- Сейчас сбегаю, куплю.
- Куплю, куплю, куплю...
Испугавшись еще больше, я шагнула было к двери.
- Нет! - закричала Ариадна. - Постойте, послушайте, сядьте... я... да... виновата,
очень, но... я...
Она заговорила бессвязно, лоб ее вспотел, цепочка мелких капелек заблестела и над
верхней губой, неровные красные пятна поползли от шеи на щеки. Руки Ариадны,
по-прежнему сжатые в кулаки и притиснутые к груди, тряслись, ноги дрожали, все тело,
нервно вытянутое в струнку, покачивалось из стороны в сторону, в глазах металось безумие.
Поняв, что оставить ее одну в таком состоянии нельзя, я села на пол около пуфика и
стала слушать малосвязную речь. Через некоторое время фразы стали более понятными, я
начала вникать в суть.
Все неприятности у Ариадны с Настей начались, когда мать запретила дочери стать
певицей. Дочь вроде подчинилась, поступила на филфак, но потом Ариадна заметила, что
Настя слишком поздно приходит домой. Мать попыталась узнать, где пропадает дочь... В
общем, не стану тут вдаваться в подробности, оказалось, что Анастасия стала участницей
студенческой самодеятельности, примкнула к какому-то ансамблю и поет в группе. Ничего
плохого, скажете вы? Многие учащиеся играют в любительских спектаклях и выступают с
песнями. Да, но только они при этом еще и посещают лекции. А Настя перестала ходить на
занятия, таскалась с джаз-бандом по ресторанам, развлекала пьяную публику.
Поняв, что дочурка перехитрила ее, вроде подчинилась, а на самом деле поступила
по-своему, Ариадна рассвирепела и заорала:
- Вон из моего дома! Ты опозорила нашу фамилию.
- Пожалуйста, - фыркнула Настя и ушла. Через час Ариадна пожалела о своей
несдержанности, но особенно не волновалась. Насте было некуда деваться, пообижается и
явится назад с повинной. Но дочь не собиралась возвращаться. Она словно в воду канула -
не звонила, не приезжала. Перепуганная Ариадна съездила в МГУ и узнала, что Настя давно
там не показывается. С большим трудом мать отыскала руководителя ансамбля и услышала
от длинноволосого парня раздраженное:
- Ваша Настя - воровка, стырила все деньги, на которые мы собрались новые
инструменты купить, и смылась. Я о ней больше слышать не хочу.
Ариадна вернулась домой и призадумалась. Только сейчас до нее дошло, что она
ничего не знает о дочери: ни имен ее подруг, ни того, к кому могла отправиться. Пойти в
милицию и заявить о пропаже дочери Ариадна побоялась, она вообще предпочитала не
иметь дела с представителями закона. Целый год мать ничего не знала о дочери. Но потом
завеса тайны приподнялась.
В канун Нового года, когда весь народ собрался резать салат "Оливье", в дверь к
Ариадне постучала женщина интеллигентного вида.
- Анастасия Звягинцева тут прописана? - спросила она.
- Да, - осторожно ответила Ариадна и, не желая, чтобы соседи услышали дальнейший
разговор, быстро предупредила: - У нас квартира коммунальная, проходите в комнату.
Незваная гостья села на стул и тихо сказала:
- Я мать Коли.
- Кого? - удивилась Ариадна.
- Вашего зятя, разрешите представиться, Людмила, свекровь Насти.
Ничего не понимающая Ариадна воскликнула:
- Свекровь?!
- Ну да, - кивнула Людмила, - я догадываюсь, конечно, что вам про меня
рассказывали: дескать, выгнала молодых из дома, но они сами виноваты. Вот приехала
мириться, Новый год все же.
- Откуда вы адрес узнали? - Ариадна от неожиданности задала идиотский вопрос.
- Паспорт у Насти тайком посмотрела, когда она у нас поселилась, - призналась
Людмила, - думала, она обманывает, москвичкой прикидывается, а на самом деле из
провинции, хочет Колю окрутить. Некрасиво, конечно, но вы меня, думается, понимаете.
Приходит сын, приводит неизвестно кого и заявляет: "Это моя невеста, она с нами жить
станет". Вот я и отреагировала неадекватно. Тащу парня одна, мужа нет, лишних денег тоже,
а теперь еще один рот прибавляется. Да такая хитрая девушка, на все вопросы
невразумительно блеет.
Людмила поинтересовалась:
- Ты откуда?
- Из Москвы.
- Учишься? - В МГУ.
- Папа, мама кто?
- Они умерли.
- А квартира есть?
- Нету.
- Почему? Последовало молчание.
- Где же ты живешь?
- Снимаю комнату.
- А на какие средства?
- Стипендию получаю.
- И никаких родственников?
- Нет.
- Ты совсем одна?
- Да.
Тут Коля налетел на маму:
- Оставь Настю в покое.
Людмила примолкла, потом улучила момент, пошарила в сумке у девчонки и,
обнаружив паспорт с московской пропиской, слегка успокоилась. Значит, оборванка про это
не наврала.
Стали жить вместе. Людмила - учительница в школе, поэтому привыкла постоянно
всем делать замечания. Настю она пилила безостановочно, попрекала неумением готовить,
стирать и гладить, постоянно твердила Николаю:
- Твоя жена - что, считает себя царевной? Ничего по дому не делает, денег не
приносит, а ест хорошо. Откуда у нее новое пальто взялось, а? На стипендию купила?
- Да, - буркал Коля.
- Здорово выходит, - не успокаивалась Людмила, - я, значит, должна
репетиторствовать, а она...
В общем, очень знакомые во многих семьях разговоры. К сожалению, есть люди,
постоянно живущие в фазе скандала. Только Коля и Настя не захотели существовать
подобным образом.
Как-то раз, вернувшись с работы, Людмила нашла на столе записку от сына:
"Ты нас достала, прощай. Не ищи, не найдешь".
Людмила промаялась некоторое время от неизвестности, потом наступило тридцать
первое декабря, и учительница решила, что в этот день лучше всего помириться с сыном и
противной невесткой.
- Сделайте одолжение, позовите их, - попросила она Ариадну. - Вы, кстати, Насте кто?
- Мать, - ответила Звягинцева.
- Да ну, - всплеснула руками Людмила, - вот это новость! Так где же наши?
- Кто? - спросила Ариадна.
- Николаша и Настя.
- Отчего вы решили, будто они тут?
- Куда же им идти? Только по месту прописки Анастасии, - наивно ответила Людмила.
- Их тут не было, - пояснила Ариадна.
Вот так она узнала, что дочь стала замужней женщиной, но местонахождение Насти
осталось неизвестно.
Полетели годы, Ариадна поняла, что Настя не собирается возвращаться в родной дом,
она вычеркнула мать из своей жизни, мстит ей непонятно за что. Представьте теперь
удивление пожилой дамы, когда однажды в комнату вошла беглянка собственной персоной и
как ни в чем не бывало заявила:
- Я приехала.
Ариадна кинулась, рыдая, к дочери. Потом, уняв поток слез, принялась задавать
вопросы:
- Где ты живешь? Как муж? Есть ли дети? Кем работаешь?
Настя отвечала коротко:
- С супругом развелась, детей господь мне не дал, служу в школе преподавателем
литературы. - Потом она помолчала и добавила: - Правда, сейчас мне жить негде, не могу
делить с мужем его жилплощадь, совесть не позволяет. Можно, пока тут перекантуюсь?
Естественно, Ариадна с радостью приняла Настю. Но через пару недель, когда острота
счастья от встречи со вновь обретенной дочерью слегка притупилась, мать стала замечать
некоторые странности.
Настя спала до полудня, потом часа два-три слонялась по квартире, затем быстро
приводила себя в порядок и убегала. Странный распорядок жизни для учительницы, не так
ли?
- Ты в вечерней школе работаешь? - сообразила Ариадна.
- Да, - ответила дочь, - в экстернате.
И еще, Настя не нуждалась. У нее была красивая, модная одежда, изящные
драгоценности, хорошая косметика, французские духи...
Исчезла Настя так же внезапно, как и появилась. Один раз Ариадна ушла в
консерваторию, она очень любила симфоническую музыку и старалась раз в неделю ходить
на концерт. Так вот, вернувшись домой, мать не нашла дочери, исчезли и все ее вещи, Настя
прихватила еще и серебряную сахарницу, доставшуюся семье от прабабки, и небольшую
сумму денег, собранную Ариадной "на смерть". Ну а потом Миша покончил с собой, и
Ариадна окончательно растерялась. Она старательно держала перед Анной Львовной лицо,
не реагировала на соседку, но в душе у нее бушевал ураган. Господи, что с Настей? Неужели
она и впрямь утащила чужие деньги? Женщина, в чьих жилах течет благородная кровь
Звягинцевых, элементарная воровка?
Отказываясь этому верить, Ариадна снова стала жить одна, но, как говорится, пришла
беда, вынимай паспорта.
Утром шестого июня, число Ариадна запомнила на всю жизнь, ей позвонили из
районного отделения милиции.
- Следователь Епифанцев, - представился незнакомый мужчина, - жду вас сегодня у
себя.
- С какой стати? - возмутилась Ариадна. - Я порядочный человек с московской
пропиской и непросроченным паспортом!
- Речь идет о вашей дочери Анастасии, - пояснил Епифанцев.
Ариадна понеслась на зов, забыв переобуть домашние тапки.
- Дочь убили?! - закричала она с порога.
- Анастасия жива, - успокоил ее Епифанцев.
- Слава богу, - прошептала мать, обваливаясь на стул.
Следователь налил из графина в стакан воды, пододвинул его к посетительнице и без
всякой улыбки сказал:
- Уж не знаю, как вам понравится мое сообщение.
- Говорите, - махнула она рукой, - главное, Настя цела и невредима.
- Да? - усмехнулся Епифанцев. - Тут у меня вчера дама была, у нее тоже дочь
посадили, так та кричала: "Лучше бы она умерла, чем мне позор терпеть".
- Т
...Закладка в соц.сетях
