Жанр: Электронное издание
SAmarov7
...м "старушки". -
Нам и так придется сейчас дважды под носом у охраны проскочить. Ни к чему
показывать, что мы отсюда появились. Проехали по дороге - никто внимания не
обратит, хоть целый день, как челнок, туда-сюда курсируй. А по берегу - заметят
сразу. Лучше не светиться...
-Время... - сурово оправдала свое намерение наша командирша.
- И жизнь... И исход операции... - не менее сурово ответил ей подполковник.
На это она возразить не смогла. И я поехал через поселок, по следам недавно
прибывшего "КамАЗа", придавившего вчерашний обильный снег, и по следам
собственной машины. И было несколько странно отыскивать путь так - машина моя
его знала, а я - нет.
-Знаешь дорогу? - Голос Марии умышленно равнодушен, но в этом равнодушии
чувствуется напряжение. Откуда мне знать дорогу, если я прибыл сюда на
троллейбусе, а потом шел пешком через лес.
-Я в этом городе вырос. И в детстве все эти места на велосипеде объездил. Я
школьником с велосипеда не слазил. У нас весь двор был такой - на колесах...
Мой ответ ее, кажется, удовлетворил; и меня тоже, потому что неприятно было бы в
самом начале операции получить удар в горло, от которого трудно будет оклематься
- если это вообще возможно. Просто обидно было бы получить такой удар. Хотя я и
жду постоянно от нее какой-то гадости, тем не менее руки мои заняты управлением,
внимание поглощено дорогой, и трудно будет поставить правильный защитный блок. А
ее умение бить требует от противника постоянного напряжения и сосредоточенности.
Сориентировался я, впрочем, без особых проблем. Выехал в поселок, свернул
налево, из поселка на улицу Блюхера. Там сильно гнать не стал - скользкая
дорога.
Впереди замаячили менты. ОМОН и ГИБДД останавливают машины.
-Оружия, надеюсь, никто с собой не взял? - поинтересовался я.
-У меня пистолет, - тихо сказала Гаврош.
-Где держишь? - на всякий случай поинтересовался я. Мне, возможно, такая
информация тоже сгодится.
-Под брюками на голени.
-Если остановят, сиди тихо. Женщину обыскивать, думаю, не будут. По крайней
мере, обычно такого не бывает. Леня, ты на всякий случай будь готов, подстрахуй
меня сзади. Чтобы "ствол" в спину не уткнули...
-Я сегодня уже спокойно проезжала... - Она нервничает. Понимает, что если я
захочу, то запросто смогу сдать ее, и тогда все пропало. Потому, вероятно, и
хотела она ехать берегом водохранилища.
-Ты-то проезжала. Но ты же не в свежем розыске, хотя, думаю, вполне можешь быть
и в розыске Интерпола...
Она глянула на меня зло и быстро, но я в ответ только улыбнулся, показывая, что
пошутил.
- Не волнуйся, сотрудники Интерпола в такой мороз не стоят на наших улицах.
Нас все-таки остановили. Теперь оставалось надеяться только на то, что ищут
омоновцы не меня конкретно, а шмонают всех людей кавказского типа. Ни один из
моих пассажиров на таковых не походил. Я притормозил, взял вправо, прижался к
бордюру так, что чуть в сугроб не въехал. И вышел навстречу омоновцам.
- Добрый день, - вяло и устало козырнул мне майор Лоскутков.
Рысьи глаза сейчас не стреляли. Вяловато он выглядит и вообще смотрится скверно,
словно с тяжелого похмелья на службу вышел. А какого труда стоило мне "не
узнать" его... Быстро же мента из майоров произвели в старшие лейтенанты.
- Здрасте. - Я протянул заранее подготовленные документы, свои и на машину.
-Оружие, наркотики есть? - Он спросил громко, достаточно громко, чтобы и
пассажирам было слышно, и передал документы за левое плечо сержанту ГИБДД.
-Откуда, командир... Не балуемся...
-Ну-ну... Багажник откройте.
Начался досмотр машины. Я изо всех сил старался угодить Лоскуткову, только что
не извивался перед ним. Он же известный мастер обысков. Точно таким образом мы с
ним, кстати, и познакомились - его бригада приехала по доносу стукача искать у
меня дома склад с оружием. Найти ничего не нашли, но сквозную дыру в стене
сделали - металлоискатель показывал наличие металла. Долбили-долбили и додолбили
до почтового ящика, что висел на улице. И долго потом дыру заделывали.
- Пассажирам покинуть машину...
Так они впервые и встретились с Марией и с Прохановым. Долго Лоскутков жаждал
этой встречи. А проходила она довольно буднично. Мария вела себя на удивление
спокойно, улыбалась проверяющим и бросала Лене какие-то шуточки, поддерживая его
за локоть здоровой руки. Подполковник же был умышленно мрачен и на ментов
посматривал классическим взглядом могильщика буржуазии.
Когда сержант ГИБДД вернул мне документы, Проханов дыхнул на него перегаром и
прикрикнул:
-Долго еще? Мы торопимся.
-Не торопись на тот свет, там девочек нет, - выдал Лоскутков рифму и откровенно
по-хамски хохотнул. Ему, похоже, не слишком трудно изображать типичного, даже
образцово-показательного мента. - Что пил?
-Что наливают. - Леня майора не знает, но что-то почувствовал, это я по его
поведению понял.
-А водителю что наливали? - спросил сержант солидным басом, кoтopый было трудно
заподозрить в сравнительно тщедушном теле.
- Ни-ни... - Я усердно и подобострастно заулыбался. - За рулем не потребляю...
- Проверь водителя на алкоголь! - приказал Лоскутков. И добавил, обращаясь к
Проханову и Марии: - А вы - садитесь. Осмотр закончен.
Меня повели к ментовской машине. Устроили на заднее сиденье. Сержант сел на
переднее и протянул мне пакет с трубочкой, а Лоскутков склонился над открытой
дверцей - наблюдал.
Я старательно дунул в трубочку.
-Алкоголик... - сказал майор. - Конченый...
-Приборы, братцы, у вас испорченные.
-Так-так... - изрек сержант, который был, очевидно, не совсем в курсе дела. Бас
его ломался от чувства своей значимости. В другое время сержант содрал бы с меня
стольник, но при Лоскуткове привычно наглеть не решался. - Это мне уже нравится...
-Через час-полтора... - сказал я, совсем не обращая внимания на прибор. -
Шершневский шлюз. Брать будем мы с Леней. Через окна на втором этаже. Попытаемся
запрыгнуть с тента грузовика сквозь стекло.
-Там уже усиленный наряд. Мы сами вычислили объект и подготовились. Через
стекла, конечно, можно туда проникнуть, но можешь сразу под очередь угодить.
-Надо людей снять.
-Почему?
-Чечены на конечной остановке автобуса захватят заложников. И еще где-то
готовятся, возможно, к захвату вертолета. По крайней мере, Мария спрашивала меня
об умении с вертолетом справиться. Могут пострадать люди. Мы с Леней, думаю,
сладим с ними сами. Класс у них не тот. Сама Манька о себе сильно мнит. На этом
ее, надеюсь, можно и поймать. По крайней мере, у Проханова рука единственная
сильно чешется. Предупреди только охрану, чтобы сильно в нас не стреляли. Так,
для острастки по потолкам. Чтобы звук был...
Сержант смотрел на меня, разинув глаза, как зевающий разевает рот. Он так и не
понял, что за разговор мы ведем с Лоскутковым. Ему и не положено это знать.
-Рискуете, заразы...
-А ты хочешь, чтобы они перебили заложников?
-Ладно. Обмозгуем. Что еще?
-Оставьте там сотовик. Мне нужна будет связь.
-Там уже есть сотовик. У старлея. Я прикажу, он отдаст. Сколько человек там
оставить?
-Троих. Можно еще рабочих заменить на омоновцев.
-Сделаем.
-Пусть спрячут оружие в комнатке, где их можно будет закрыть. Сами пусть мне
комнатку покажут. Дальше слушай... Взрывчатка будет в грузовике. Детонаторы
доставят отдельно. Скорее всего в моей машине. Ее спрячут в лесу неподалеку.
Попробуйте захватить, только машину не взорвите. Все. Мне пора. А это тебе... - Я
достал из кармана сотню баксов и протянул Лоскуткову. - Когда вернусь, отдашь.
Майор с погонами старшего лейтенанта посторонился и выпустил меня из машины. И,
никого не стесняясь, посмотрел банкноту на просвет. Должно быть, чтобы Мария это
действо могла увидеть и адекватно отреагировать. Я вернулся к "тройке" почти
бегом.
- Что так долго? О чем говорили?
У Марии начался приступ подозрительности.
-Ты не могла бы зарплату выдавать купюрами помельче? Хотя бы двадцатками... -
сказал я, садясь за руль.
-Что такое?
- Пришлось сто баксов им выложить...
-За что?
-За подполковника. И за себя. Прибор показал у меня наличие алкоголя. Остаточные
явления после вчерашнего вечера.
-Пить надо меньше... - буркнула она, - Поехали, времени почти не осталось.
Время в самом деле поджимало. Я не стал рисовать колесами круги по асфальту и
срезал путь, проскочив через маленькую улочку с частными домами - с кочки на
кочку, из выбоины в выбоину. Марий терпела, Леня, думаю, мысленно матерился, не
решаясь материться при женщине вслух. Время я тоже ценю. И потому задержка на
передвижном посту почти не сказалась на нашем графике. Дальше путь лежал уже по
бетонке через сосновый бор. Здесь дорога почти прямая, можно и скорость врубить.
А вот и сам шлюз. На остановке передним как раз замер с открытыми дверьми
автобус.
-Его Исмаил дожидается?
Она ответила неохотно:
-Его...
-А следующий когда будет?
-Через полчаса.
-Нам надо спешить...
И тем не менее я не стал сразу давить на акселератор. Мимо здания мы проехали не
спеша, равнодушными взглядами рассмотрели и дверь, которая по нынешней
обстановке в стране просто не имела права быть обычной - в этом я и не
сомневался, и окна, которые, на наше счастье, оказались довольно высокими, и
никому в голову не пришло ставить на них решетки. Иначе штурм мог бы затянуться
и привести к нежелательным последствиям.
-Как, господин подполковник? - не оборачиваясь, поинтересовался я у напарника.
-Я, даже не глядя, просчитал правильно единственный вариант. А ты хочешь, чтобы
я сейчас сменил его?
-Достанете ли? - засомневалась Гаврош.
-Главное, чтобы площадка под тентом была достаточно прочной. Чтобы было от чего
оттолкнуться. А уж допрыгнуть мы сумеем.
Площадку в кузове машины уже должны были начать делать. К нашему приезду будет
готово.
Я доехал до конечной остановки автобуса, развернулся на кольце и остановился.
- Что? - спросила Гаврош.
Ей ответила только хлопнувшая дверь. Я вышел из машины и осмотрелся, пытаясь
предположить, откуда будет стрелять Исмаил. Ни его самого, ни подходящей и
достаточно скрытой позиции поблизости не увидел. Куда же запропастился будущий
французский легионер? Будет стрелять издалека? Но ему, насколько я понимаю,
необходимо к следующему автобусу успеть на остановку. Чтобы при общем дефиците
людей помочь с захватом заложников. Значит, слишком далеко не уйдет.
Мария тоже вышла. Стала осматриваться, как и я. И покосилась в сторону
ближайшего березняка. Дистанция метров двести. Для "винтореза" вполне допустимая
дальность. Но я отлично знаю, что там не лес. Там, среди берез, - дачный
поселок. Присмотришься - и крыши строений видно. Если только стрелять со второго
этажа какого-то из домов? Плохой обзор. И кто знает, как встанет автобус. А
стрелять надо в двигатель так, чтобы вывести его из строя. И кроме того, в
дачном поселке есть охрана. Исмаил не стал бы рисковать делом, которое может
сорваться из-за пустяка, из-за дурного настроения какой-нибудь служебной собаки,
которая бегает между садовых участков. Не тот он человек.
- Понял, где он? - спросила Мария.
Она умышленно показывала мне глазами на березы. Нет, там не может быть снайпера.
Я посмотрел вокруг. Конечно!
-Ну, а рыбы-то он хоть принесет?
-Поехали... - сказала она разочарованно.
Значит, я просчитал правильно. Самая ближняя от берега палатка рыбака. Вон она...
Вход в палатку расположен с подветренной стороны. Не будет рыбак так
устанавливать палатку. Так ее установит только тот, кто будет из-под полога
стрелять по автобусу.
Я угадал и этим командира расстроил - она же мнит себя гением. Мы поехали. На
прощание я бросил взгляд на остановку. Человек десять ждут автобуса. Значит, еще
столько же наберется и на следующий. Двадцать заложников. Вон та бабка с
большими сумками - наверняка перепугается так, что ей будет плохо.
От таких мыслей злость взяла на Гавроша и на всех этих чеченов. Нашелся бы
добрый человек, захватил бы их мам и жен вместе с детьми...
- Теперь ты поняла, Машенька, что такое опыт? - чтобы хоть так ее позлить,
говорю с ехидцей. - И опыт, и подготовка... Это тебе не ваши доморощенные боевики...
Она поморщилась. Мой тон задел ее. И обращение - Машенька - ей не нравится.
Значит, так и буду звать постоянно.
-Ты знаешь, что он должен быть рядом. И выбрал позицию для себя. Там он и
оказался. Все естественно, и удивляться тут нечему... - пытается мой успех
принизить.
-Не совсем так. В палатке полог с подветренной стороны. Специально для скрытого
выстрела. Ребята из моего батальона времен афганской войны, если бы им
понадобилось ловить здесь снайпера, уже прошили бы Исмаила несколькими
очередями. Рыбак в этой палатке давно бы замерз даже с включенным примусом.
Именно примусами, насколько я знаю, рыбаки палатки и отапливают. Читал недавно в
газете, что были уже в этом году случаи ожогов - ткань палаток загоралась от
неосторожного обращения с бензином. Все-таки примусы приспособлены для работы на
керосине, а керосина сейчас в продаже нет. Говорят, его делают только в Чечне и
продают как настоящий бензин.
Перед плотиной я тормознул и пересел на место Марии, чтобы окна, в которые нам
предстояло прыгать, опять оказались в поле моего зрения. Подполковник тоже
пододвинулся к правой дверце. Мария ехала чуть быстрее, чем перед этим я.
- Не разгоняйся, дай пейзажем полюбоваться...
Я любовался. Только не пейзажем, а "Волгой", которая подъехала к нужному нам
зданию.
- Это еще кто? - В голосе Марии откровенная угроза.
Из машины вышел человек, разговаривающий на ходу по сотовому телефону, и сильно
стукнул кулаком в дверь. При этом даже не посмотрел, что рядом с дверью есть
звонок. Так стучит только руководитель, которого подчиненные не догадались
встретить.
- Какой-то начальник пожаловал... Ничего. Пусть его чайком угостят, пусть
анекдотами покормят, пусть нас дождется... Одним заложником будет больше...
Я даже хохотнул, представив, как беру в заложники майора Асафьева.
ГЛАВА 17
Асафьев сразу увидел машину Толстова. И понял, что женщина за рулем - это и есть
страшная Гаврош, которая, как рассказывал вчера единственный из четверых недурно
подготовленных физически мужчин, оставленных в засаде в квартире Сабировой,
убивает незаметно одним прикосновением. То же рассказывала и Марина Николаевна
Сабирова. Но она вообще не увидела, как Мария убивает. Она видела только кровь,
много крови, видела, что рука у Марии была в крови. Сейчас Асафьеву почему-то
стало страшновато за Толстова и Проханова. Но и самого в то же время невыносимо
тянуло как следует рассмотреть Марию Тропынину. Удержался майор с трудом. Только
бросил рассеянный взгляд. Но и этого хватило. А издали и сквозь автомобильное
стекло она даже привлекательна. Сам Сергей Иванович сидел справа, а сзади
пристроился подполковник.
Асафьев старательно не подал виду, что его заинтересовала проезжающая машина -
мало ли их здесь проезжает... И чтобы показать свое безразличие, он достал трубку
сотового телефона и нажал повтор последнего номера. А последнему он звонил
Лоскуткову, который только что сменил форму старшего лейтенанта ОМОНа на
привычную гражданскую одежду ментовского майора.
- Вижу Серегу... Все в той же компании, что ты и описывал. Похоже, проводят
рекогносцировку. Смотрят на меня. Ничего страшного... Мария меня в лицо не знает.
Сколько у нас времени в запасе? Хорошо. Успею провести инструктаж и уехать.
Только очень уж большое желание самому здесь засесть и их дождаться...
"Тройка" проехала мимо. И сразу ускорила движение. Асафьев ее прямым взглядом не
провожал. Только слегка косил глазами. Но тут загрохотала открываемая дверь.
-Что, товарищ майор? - спросил омоновец. - Скоро они пожалуют?
-Только что мимо проехали. Разведка. Теперь будем ждать грузовик... Знаете, как
это будет?
-Майор Лоскутков звонил уже. Вкратце объяснил.
-Собирай людей, речь буду толкать...
Собирать никого не надо было. Они и так собрались здесь. Десять человек в
бронежилетах и с автоматами. Только речь толкать Асафьеву не довелось. Он больше
сам спрашивал.
-Стоп-стоп... Лоскутков же говорил, что останутся трое? Tак просил Толстов.
-Трое останутся внизу, и еще двое в гражданской одежде. Самые возрастные у нас
под работяг канают. - Командир омоновцев успокоил майора. - Остальные
поднимаются на чердак. Здесь не чердак даже, а так - щель с разводкой труб.
Семьдесят сантиметров от пола до потолка. Только и места, что залечь за трубами.
Асафьев недоверчиво покачал головой.
-А если они туда сунутся?
-Наши внизу Толстова предупредят. Пусть сам осмотрит помещение. Да здесь и
осматривать трудно. Только трубы видно. Они горячие. Никто не захочет между ними
ползать. Задницу обжечь можно.
-Все равно - слишком рискованно.
-А если чечены заложников пригонят? Как тогда будет? Штурмовать нельзя. Они
сразу половину людей уложат. Идти на поводу? Соглашаться на требования?
-Толстов сказал, что они с Прохановым обойдутся своими силами. Он знает, что
делает.
-Подполковник Проханов однорукий. Что он сможет?
- Вдвоем они уложат вас всех десятерых.
Омоновец недоверчиво засмеялся.
-Ты слышал, как группа захвата пыталась взять Толстова? Пятеро не хилых парней.
-Ну и?
-Штабелем уложил.
-Все равно. Я уже со своим командованием согласовал. Сумел убедить.
Асафьев вздохнул. Вот так всегда при проведении совместных операций. Один в одну
сторону тянет, другой в другую. И приказать нельзя, потому что непонятно, кто
всей операцией командует. ОМОН не подчиняется ФСБ. А здесь должны быть именно
омоновцы.
-Ладно, что еще приготовили?
-На всех трех нижних парнях пробитые бронежилеты. И пакеты с кровью. Они кровью
обольются. И будут корчиться, якобы Толстов с Прохановым их подстрелили. Ранение
в живот, в спину и в грудь. Такие бронежилеты....
-Когда эти бронежилеты привезли?
-Пятнадцать минут назад.
-Рискованно здесь суетиться. У них же разведка.
-На гражданской машина доставляли. Работяги ящики сгрузили.
-Хорошо. Дальше...
-Дальше - ждем, что будет. И когда...
-Подъедет грузовик. С него Толстов и Проханов запрыгнут в окна. И начнут
поливать вас пулями. Не подставьтесь. Пятеро заранее наверх, остальные пусть
будут на первом этаже. Чтобы эффект неожиданности соблюсти. Куда прятаться
будут?
-Бытовая комната. Там шкафчики с рабочей одеждой и душ. Оружие спрятали под
решетку от слива под душем. Достать - меньше минуты. Один ключ будет у Толстова,
второй у нашего парня. Там же сотовый телефон. И у меня наверху. Для координации
действий. В нужный момент будем атаковать с двух сторон.
-Заложников не заденьте. Кто даст команду к атаке?
-Толстов. Его трубка заблокирована на последний звонок. Раскрыть ее, и мы
атакуем.
-Хорошо, - одобрил майор. - Очень мне хочется с вами остаться...
-Нет уж, спасибо... С нас заложников хватит вполне...
Командир омоновцев даже засмеялся. Он знал привычку начальства влезать куда не
следует. И знал, что в бою от этого начальства толку никакого не будет. Только
защищать придется, вместо того чтобы самому драться. Такое уже случалось не раз.
-Тогда я поехал. Надо успеть проверить группу в лесу.
-А там что?
- Там должна пройти легковая машина. Подвезут детонаторы. Ее готовятся
встретить.
- Наши?
-Ваши. Другой взвод.
-Не повезло ребятам. - Командир омоновцев непритворно вздохнул. - С людьми все
равно работать легче, чем со взрывчаткой. Она, дура, как грохнет, пиши пропало...
Меня четыре года назад в Чечне контузило, так до сих пор башка побаливает.
-Можно сказать, что в рубашке родился. Подполковник Проханов там руку оставил.
-Значит, он наш? Отлично! За своих мы всегда горой. Выручим...
-Кто кого, - усмехнулся Асафьев самонадеянности молодого парня. - Все. Я поехал.
Только еще одна просьба. Гавроша - женщину эту - постарайтесь живьем взять...
-Попробуем. Слышал уже про нее.
-Удачи...
Леня проверил настил под тентом. Забрался с одной рукой без лестницы - обезьяна,
а не человек - более ловко, чем "лопухи" это делали с двумя руками. Попрыгал на
досках, пытаясь выбить их ногами. Что-то сказал одному из "лопухов". Второй тут
же полез в кузов и застучал молотком. Исправляли и укрепляли. Должно быть. Лене
не хватало жесткости в начале и упругости в конце.
Мы с Марией наблюдали картину со стороны.
- Дотошный подполковник... - оценила она.
-Будешь дотошным, если от этого зависит твоя жизнь. В данном случае настил - это
все равно что подготовка парашюта.
-При чем здесь парашют, - бросила раздраженно. Нервничает из-за задержки
времени.
А нам надо время потянуть, чтобы дать возможность ребятам там, на шлюзе,
основательно подготовиться и получить инструкции. А то случится какая-то
накладка со связью, запрыгнем мы в окна и нарвемся прямо на очереди омоновцев. А
жить почему-то мне еще хочется.
- При том, что ни один десантник или спецназовец не будет прыгать с парашютом,
который свернул другой человек. Ты прыгаешь - ты отвечаешь за свою жизнь.
Разница только в том, что с парашютом прыгаешь вниз, а здесь прыгать придется
вверх. Это сложнее.
Она все равно злится.
-Времени совсем не осталось...
-Тебе надо было раньше думать, раз ты командир, и проинструктировать нас. Долгие
сомнения - это не признак умения руководить, Машенька. Тебе бы еще лет двадцать
повоевать, тогда начнешь соображать правильно...
Я по-прежнему насмешлив. Почти нежен в своей насмешке. И здорово ее этим достаю,
выбиваю из привычной уверенности в себе. А мне именно это и требуется. Будет
сомневаться - будет метаться мыслями, не сможет правильно сообразить, когда
придет время. И одноногий Муса мне в этом помогает, он тоже считает, что более
способен к руководству операцией, нежели она. И хотя моя кандидатура, точно так
же, как и кандидатура подполковника, на роль главных ударных сил его сильно
раздражает, все равно Муса льет воду на мою мельницу. Леня легко, как пацан,
спрыгнул на кабину "КамАЗа", оттуда, несмотря на высоту, сразу, без сомнений и
задержки, на землю. И приземлился классически. "Лопух", который "сдавал объект"
подполковнику наверху, решил, что сможет сделать то же, что легко делает
инвалид. Последовал его примеру, но уже на кабине надолго засомневался - не
привык к таким прыжкам.
- Пусть грузят взрывчатку, - сказал я. - Пойдем пока посмотрим инструменты.
Мария пошла за мной к металлической будке, где хранились строительные
инструменты.
-Что ты хочешь? - поинтересовалась Мария.
-Я видел на территории остатки вулканитовых кругов.
Она не поняла.
- Если есть круги, значит, есть и "болгарка". Если есть "болгарка", значит,
инженер по технике безопасности обязательно выдал в комплекте шлем с защитным
щитком из органического стекла.
- Зачем тебе этот шлем?
Святая наивность!
- А ты хочешь, чтобы мы, как ворона Клара, влетели сквозь стекло лицом вперед, а
потом с залившей глаза кровью подставили себя под пули, потому что сами ни чего
видеть не будем? Так? Спасибо за заботу. Только и о себе позаботься, потому что
после этого и ты, и твои люди сразу попадут под те же самые очереди автоматов
охраны. А кроме того, я еще надеюсь, что сохранил некоторую мужскую
привлекательность, - кто бы видел, как мило я ей улыбнулся! - и надеюсь когданибудь
понравиться какой-то женщине... Берегу фейс...
Она улыбнулась ответно.
Щитки нашлись. И шлемы нам тоже кстати. Осколки стекла запросто могут снять с
человека скальп. Это только в американских фильмах главный герой вылетает сквозь
стекло и ничего серьезного с ним не случается. На самом же деле каскадеры,
которые в этом фильме снимаются, тщательно соблюдают все возможные меры
предосторожности, потому что стекло не просто наносит порезы, оно наносит и
существенные раны.
-Теперь мне надо куртку. - Я капризничал и тянул время изо всех сил. - Лене
тоже, потому что в бушлате прыгать несподручно.
-Камуфляжку?
-Не обязательно. - Тут я присмотрел в углу будки вешалку и на ней брезентовую
толстенную сварочную робу. - Вот это самое то, что нужно... Давай займемся
вооружением.
-Тебе мало твоего пистолета?
-Мало. "ПМ" - это игрушка, которой менты пугают малолетних правонарушителей. Я в
армии привык к пистолету Стечкина. К тому же патронов там побольше, чем в
"Макарове". Еще учти, что охрана там серьезная. Наверняка они в бронежилетах.
-В бронежилетах, - согласилась она. - Мы наблюдали смену охранников.
-Тогда точно - с "Макаровым" там делать нечего. Или же нужен "стечкин" для
точной стрельбы. Или же "ТТ", чтобы пробивать бронежилеты. Последние у вас есть,
я видел...
-Они закреплены за конкретными людьми.
-Я понимаю. Тогда и посылай туда конкретных людей.
-Хорошо. Будут вам пистолеты. Автоматы берете?
-Лучше бы что-то покомпактнее.
-"Винторез" в разобранном виде... - она еще и издевается.
-И пропеллер к "дипломату" с "винторезом"...
-Зови Проханова, пошли за оружием.
Через десять минут мы были готовы, подтянули потуже ремни, проверили все
крепления.
-Запасные рожки не берете? - поинтересовалась Мария. Правильно, командиру
положено проверять экипировку команды.
-Мы там неделю сидеть не собираемся. А прыгать с лишним весом сама попробуй.
Теперь осталось последнее.
В тенте "КамАЗа" уже вырезали по заказу подполковника широкие окна. Нам надо
было потренироваться с пяток раз, чтобы на месте не вышло задержки. Отбрасываешь
брезент, делаешь захват за верх тента, еще два движения - и все в порядке. Я
быстро освоил технологию. Лене с одной рукой было труднее. Пришлось переставить
в кузове ящики со взрывчаткой так, чтобы он выбирался с них. Теперь получилось
лучше.
Все мои знакомые, кроме двух чеченов, прибывших последними в машине с
московскими номерами, и Исмаила, который уже позицию занял и только ждал
команды, вышли во двор посмотреть за отправкой. Они тоже уже экипировались и
вооружились. Капитан Шпинько вообще натянул на себя тяжелый армейский
бронежилет, сразу превративший его из танкиста в натуральный танк. Интересно,
как этот танк прыгал бы в окно? С удовольствием посмотрел бы.
Боевики начали строиться в одну шеренгу. Мы пере
...Закладка в соц.сетях
