страница №1

Операция "Антитеррор"
Сергей Самаров
Их объявили в розыск, как отпетых убийц. В итоге двое бывших спецназовцев
оказываются у чеченских боевиков, в банде Марии - русской женщины, фанатично
преданной идеям ислама. Банда Марии - неуловимой и безжалостной террористки по
кличке Гаврош - готовит крупную диверсию в одном из городов России. А обоим
спецназовцам предназначена в этой акции ключевая роль. Что ж, пора задуматься,
кто они - покорные ягнята или парни из российской боевой элиты?..

Сергей Самаров
ОПЕРАЦИЯ "АНТИТЕРРОР"

ГЛАВА 1

Трамвай затормозил так резко, что пассажиры посунулись, попадали друг на друга.
Послышался скрежет рвущегося тонкого металла и звон разбитых стекол. И крепкий
мат пассажиров - это рабочие электрометаллургического комбината ехали на смену.
Металлурги за словом в карман никогда не полезут, общение с горячей сталью
делает их самих людьми взрывоопасными, а лексикон ограниченным - потому как в
горячем цехе разговаривать трудно. Но разговор этот обычно бывает чрезвычайно
колоритным и, как правило, односторонним - как иначе можно разговаривать с
упавшей за шиворот каплей жидкого металла!

Раздались стоны и реплики сильно ударившихся о сиденья, о стойки или же просто
друг о друга, а все это перекрыл жуткий женский вопль. Как оказалось, вопль этот
принадлежит водителю - молодой краснощекой татарке. Едва взглянув на нее, даже
пьяный и буйный понимал, что с такой женщиной связываться рискованно - всегда
даст отпор, но сейчас она упиралась ногами в переднюю стенку и изо всей силы
вдавливала себя в спинку сиденья. И вопила, сколько хватало дыхания. Прерывалась
на короткий миг и начинала вопить вновь.

Те, кто стоял ближе к дверце водителя, пытались сквозь толстое стекло
рассмотреть, что же с ней случилось. Сдвинуть вбок саму дверцу не удавалось, она
открывалась изнутри. Наконец пожилой металлург не пожалел свою новую кожаную
куртку и с силой ударил в стекло локтем. Полетели стекла, порезали рукав куртки.
Мужчина просунул руку и открыл дверцу.

- Что с тобой, голубушка? - пробасил он, но ответа не дождался.

Переднее стекло трамвая осыпалось мелкими осколками вперед, но на женщине даже
царапины заметно не было. Дядька-металлург, должно быть, слышал, что такое
нервный шок, потому шагнул за порог, схватил женщину за плечо и с силой
встряхнул, пытаясь выбить из нее испуг, привести в чувство или хотя бы
остановить рвущиеся из нутра дикие истеричные крики. И только тут увидел
остекленевшие, точно неживые глаза с почти невозможно - от ресницы до ресницы -
расширенным зрачком. И глаза эти смотрели вперед. Вернее, отталкивались от того,
что было впереди, пытались отодвинуться, но мешало сиденье и задняя стенка
водительской кабины, мешал весь трамвай, что был у нее за спиной.

Дядька-металлург видел впереди только помятую крышу белого автомобиля с разбитым
верхним люком. И понимал, что не эта крыша так напугала водителя. Он положил
свое пузо на переднюю панель трамвая и с трудом, кряхтя, наклонился.

Он увидел такое, от чего его чуть не вырвало. Он резким движением живота надавил
на тумблеры, удлиненные ручками из наборного цветного органического стекла, и
открылись все двери вагона. Можно было выходить, движение, обычно оживленное в
этой части улицы, из-за аварии стихло. Большинство автомобилей осторожно
объезжало место происшествия, некоторые припарковывались у газона, водители
выглядывали, чтобы или помочь, или скорее всего просто поглазеть.

Металлург вдруг рванулся к двери и пробил брешь в толпе. Его выворотило
наизнанку. Он пошел к газону, не обращая внимания на медленно едущие почти на
него машины, а мутило от одного воспоминания об увиденном.

Но не все оказались такими слабонервными. Некоторые, сразу ринулись вперед -
посмотреть, что там слyчилось. Большинство из них, бросив только взгляд, все же
отходило сразу в сторону, не вынеся зрелища, кое-кто останавливался.

-Классный "Лексус"...

-Был классным. Сейчас это металлолом вперемешку с человеческим фаршем.

-Как вам не стыдно, молодые люди! Здесь же трагедия произошла...

Наконец кто-то сообразил и бросился к правой дверце автомобиля, рывком, с
помощью других рук, тут же пришедших на помощь, открыл ее. Пассажир справа,
худенькая женщина лет двадцати двух - двадцати пяти, бледная, испуганная, одной
рукой придерживала другую, должно быть, ушибленную или сломанную, больной рукой
прижимала к себе сумочку. Но все же она вышла, прихрамывая, сама. Коротко
стриженные волосы были растрепаны, и из-под челки смотрели, ничего не понимая,
испуганные глаза.

Женщина была хорошенькая, и сразу нашлось немало желающих поддержать ее под руки
и отвести в сторону, к газону, где можно было если не сесть - мокрый снег покрыл
траву, - то хотя бы прислониться плечом к стволу молоденькой липы. Она оперлась
на подставленные руки. Ярко наманикюренные, острые ногти вцепились в рукава
помощников, словно она боялась не удержаться и упасть.

Остановилась случайно проезжавшая мимо "Скорая помощь". Врачи подошли сначала к
раздавленному "Лексусу". Даже не стали пульс прощупывать и прикасаться к
водителю машины. С ним было уже все и так ясно. Занялись водителем трамвая. И
только когда ее усадили на сиденье, кто-то показал врачам на щуплую женщину,
стоящую на газоне в прежней неестественной позе. О ней как-то забыли в суматохе.

Подъехала милицейская машина из райотдела и другая "Скорая помощь", которую
вызвали.

- Он как специально... Он как специально... - закричала вдруг водитель трамвая,
выпрыгнула из "Скорой помощи" и бросилась бежать по дороге, неловко переставляя
ноги в сапогах на высоких и уродливо широких, модных ныне, каблуках.

- Куд-да... - раздался окрик.

Милицейская машина через десять метров нагнала ее, выскочили два сержанта и
схватили женщину под руки, а потом затолкали в свою машину через заднюю дверь.
За решетку.

- Он как специально свернул... - продолжала кричать женщина в истерике, повернув
лицо неизвестно к кому, то ли объясняя, то ли оправдываясь. Но люди, словно
стесняясь, отворачивались от полубезумного взгляда.

Подошел врач с машины "Скорой помощи", высокий и широкоплечий парень с
сосредоточенным лицом.

-Откройте заднюю дверь, - сказал он резко и категорично. - Мы ее с собой
забираем. Вы что, не видите, в каком она состоянии...

-После допроса, может, и заберешь... - невозмутимо ковыряя в редких зубах спичкой,
ответил кругломордый очкастый старший лейтенант с переднего сиденья. Он только
что пообедал и раздражался оттого, что пришлось здесь остановиться. Он -
райотделовский. По сути дела, это происшествие его совсем не касается. Приедет
машина ГИБДД, пусть сами разбираются, кого в больницу отпускать, кого
допрашивать.

-Мне нужно хотя бы осмотреть ее... - Врач настаивал на своем.

-После допроса и осмотришь... - Мент демонстративно отвернулся, с удовольствием,
как любой мелочный человечек, показывая свое "право силы".

Врач упрямо нагнул голову, и на шее у него вздулись синие вены - видно,
упрямства и характера ему было не занимать. Он посмотрел на невозмутимого
старшего лейтенанта так, что того отчего-то передернуло. И сказал угрожающе,
хотя и спокойно:

-Короче, если мне сейчас же не позволят выполнять мою непосредственную работу, я
немедленно еду в прокуратуру и пишу заявление.

-Напугал... - усмехнулся старший лейтенант и оглянулся - не слышат ли посторонние
их разговор. - Егоров, - громко сказал он в толпу. - Выпусти эту истеричку.
Пусть ее там осмотрят.

Водителя трамвая выпустили, и врач, взяв женщину под руку, тут же увел ее в
"уазик" "Скорой помощи", где уже сидела женщина с короткой стрижкой. Резко
хлопнула дверца. "Скорая помощь" взвыла сиреной, развернулась и поехала по
встречной полосе движения через трамвайные пути. Мигалка ехидно показывала
ментовскому лейтенанту, что он остался без участников происшествия.

-Ну, попадется он мне где-нибудь... - Лицо врача старший лейтенант хорошо
запомнил. Мент не любил лица людей, имеющих свое мнение. Да кто он вообще такой?
Врачишка несчастный...

-Ну, попадется мне этот старлей на операцию... - тем временем сказал врач водителю
"Скорой помощи". - Я ему аппендикс с яйцами спутаю...

2

В последнее время я вынужден был часто посещать городское управление. Как-то так
получалось, что многие мои дела пересекались или шли параллельно с ментовскими.

И потому меня здесь уже хорошо знали и даже пропуск не спрашивали. И в этот раз
дежурный оказался знакомым. Я приветственно кивнул ему.

- Привет. Я к Лоскуткову.

- Привет, частный сыщик. А у тебя шнурок развязался... - сказал капитан и, не
дожидаясь, пока я посмотрю на свои сапоги на замке-"молнии", расхохотался.

Ментовский юмор не знает границ!

Я поднялся по лестнице, прошел в середину коридоpa, стукнул два раза а дверь
кабинета майора Лоскуткова и вошел, не дожидаясь приглашения.

- Привет, майор...

Он сегодня, как всегда, суров.

- Здравствуй, майор. Долго же пришлось тебя ждать.

Я посмотрел на него, беззаботный, как утреннее солнышко, хотя погода на улице
стояла прескверная - то ли дождь со снегом, то ли излишне мокрый снег, то ли
осень кончается, то ли зима начинается - и о беззаботном солнце пора забыть.

- Надо было выписать мне официальную повестку. Тогда бы я явился минута в минуту
в соответствии со своей природной пунктуальностью. А во всех других случаях я
появляюсь только в свободную минуту. Разницу, господин мент, в этом видишь?

Будь у меня нервы послабее, я обязательно отбил бы себе седалище, упав под
рысьим взглядом Лоскуткова на пол.

- Чего надо? - спросил я. - Да еще так срочно... У меня своих забот - в карманы не
влазят...

Майор, надо сказать, позвонил мне совсем не вовремя. Я осваивал недавно
приобретенный компьютер, учился двумя пальцами набирать текст как можно быстрее
и провел за этим занятием несколько часов. Пальцы сильно устали, и тогда я на
пару часов занялся другим - принялся раскладывать на экране монитора сложный
компьютерный пасьянс. От этого важного дела Лоскутков меня и отвлек. А я,
признаться, не люблю, когда меня отвлекают от важных дел.

-Я тебя пригласил как бывшего спецназовца. Консультация требуется.

-У вас что, своего спецназа не хватает?

-У нас нет спецназа ГРУ.

А он льстец. Знает, чем купить отставного бравого вояку, которому весьма даже
свойственно чувство гордости за свою предыдущую службу.

- Ну-ну... - Я сел на жесткий стул у стены, сбоку от стола майора. Не люблю
садиться напротив, где обычно сажают допрашиваемых. - Чем тебе не понравился
спецназ ГРУ?

-Где-то я читал об одном фирменном ударе, которому у вас обучали...

-Ты еще иногда что-то читаешь?

Лоскутков ехидства в моем невинном вопросе не уловил. Он считал нормальным, что
у него хронически не хватает времени на то, чтобы хотя бы перелистывать
художественную литературу. Обычно, заглянув ко мне домой, он читает только
названия книг на корешках.

-Если бы тебе пришлось читать столько бумаг, сколько мне... - Майор вздохнул
непритворно.

-Так где ты читал про фирменный удар спецназа ГРУ? Рассказывай... - Я всегда
болезненно отношусь к любому обвинению своих войск.

-Проходило в каких-то ориентировках Уже запамятовал когда, но сам факт в голове
застрял.

-Компьютером надо пользоваться, - съехидничал я опять.

Компьютер в кабинете Лоскуткова поставили совсем недавно - через пару дней после
того, как этой техникой обзавелся я, но он использует его исключительно как
печатную машинку. Другого просто не умеет.

-Я уже спрашивал наших компьютерщиков. У них нет таких программ, которые могут
проводить подобную выборку. Там только строгий перечень классификации
преступлений и поименный архив.

-Не надо, значит, сажать талантливых программистов на длительные, сроки. И
вообще, относись к таким вещам проще. Пообещай год скостить, и они тебе, уверен,
горы свернут...

Пару недель назад мы совместно с Лоскутковым, но по разным побудительным мотивам
- я через заказ и предварительную оплату клиента, он через открытие уголовного
дела - расследовали одно и то же преступление. В итоге сейчас под следствием
сидит женщина - суперталантливый программист. Если бы ее использовать вовремя,
можно было бы создать эксклюзивные оригинальные программы, которые могли бы
существенно помочь ментам и прочим следакам в их деле.

-Ладно, я не о том.

-Давай "о том"... Что за удар?

-Вот, - Лоскутков всегда держал стол предельно чистым. Ни одной лишней бумажки.
И сейчас достал из ящика, который открыл ключом, пачку фотографий. Бросил на
стол.

Я посмотрел. Трупы анфас и в профиль меня интересовали мало - лицезрение
следственных фотографий дело вообще малоприятное, и я выбрал только крупные
планы. На фотографиях двое мужчин. У обоих одно и то же ранение - с левой
стороны в районе сонной артерии пробито горло.

-Как их так угораздило?

-В течение недели. Два компаньона. И того и другого в машине. В одном и том же
месте, около офиса. Ребята криминальные, из очень крутых. Не каждый решится на
них насесть. Но кто-то решился. Ну что, знаешь такой удар?

-Удар такой знаю. Это довольно простая вещь. Наносится, как правило, одним или
двумя пальцами. Но это удар вырубающий, не смертельный. Из моих знакомых только
несколько человек умели пробить горло - чтобы сразу наповал.

-Кто? - встрепенулся Лоскутков.

-Двоих уже нет. В Афгане погибли. Один сейчас, на сколько я знаю, принял
сербское гражданство и в России не появляется - сильно его командование обидело.
Есть один человек и в нашем городе...

Лоскутков встал, напряженный, как тяжелоатлет перед рывком штанги...

- Вольно, садитесь, товарищ майор, - сказал я спокойно. - Он не подходит на роль
подозреваемого по одной-единственной, но решающей причине...

- Ну?

-Удар этот наносится правой рукой, потому что сонная артерия пробивается только
слева. Справа ты можешь ее прощупать только как пульс. Я понимаю, что сидящего в
машине человека со стороны улицы можно ударить и левой рукой. Так даже
сподручнее, если подходишь к машине сзади. Но чтобы сделать этот удар
смертельным, нужно тренироваться много лет. А тренируются, как правило, не
предполагая, что жертва будет сидеть в машине. Короче, тренируют только правую
руку, потому что левая в этом плане обычно бывает бесполезна.

-Дальше, дальше... - Майор только сейчас сел, раздраженный моей медлительностью.
Ему, кажется, просто не терпелось вызвать группу захвата и ехать арестовывать,
хватать, ломать, обыскивать и допрашивать.

-А дальше все просто. Тот человек, о котором я тебе говорил, прослужил в армии
дольше меня. Умудрился не попасть под сокращение, когда вся эта демократическая
катавасия началась. В Чечне у него взорвалась в руках граната. Запал был
неисправен. Правую руку ампутировали по локоть.

-Чем он сейчас занимается?

-Пьет "горькую".

-Кто он такой?

-Подполковник Проханов. Леня Проханов, хороший был командир роты в Афгане.

-Ты с ним вместе воевал?

-Нет, он был в другом батальоне. У Лени в роте потерь не было. Представляешь?

-Не болтай... На войне не бывает без потерь. Тем более в спецназе.

-Глуп ты, Лоскутков, - разозлился я не на шутку. - Все вы, гражданские,
ментовские и даже большинство военных - глупы, вы всегда думаете, что спецназ
готовится специально для рукопашной. А спецназ в первую очередь обучают
выживанию и умению убивать, оставаясь невредимым. Вот почему у нас почти у
каждого офицера было по два высших образования. Чтобы мог лучше головой работать
в боевой обстановке.

-И у тебя? - спросил он ехидно.

-И у меня. - Кажется, я его этим удивил. Могу и еще больше удивить. - Кроме
того, офицер должен знать несколько иностранных языков.

-И ты?

-И я. Обучение одного офицера спецназа обходится государству в такую же сумму,
как обучение целого горотдела ментов. Поэтому спецназовец должен себя беречь.
Вот этому нас здорово учили.

-Только потом выбросили на помойку...

-Да... - горько согласился я.

-Так что ты скажешь про своего Леню?

-Скажу, что он не мог совершить это убийство по причине своей инвалидности.

Майор вздохнул.

-А разные доморощенные каратисты и прочие?

-На то они и доморощенные. Их слишком плохо учат. На татами боевых навыков не
обретешь.

-Но кто-то же это сделал? - Мент с силой хлопнул ладонью по пачке фотографий.

-Вероятно, и среди спортсменов бывают особо талантливые...

Зазвонил телефон.

- Майор Лоскутков. Слушаю. Да. Привет, Лева. Да как сказать... Твоими молитвами...
Здесь он. Сейчас.

И протянул трубку мне:

- Твое начальство разыскивает знаменитого сыщика.

Я ответил ему кривой усмешкой и пододвинулся вместе со стулом к телефонному
аппарату.

- Серега. - Лева Иванов, шеф нашего частного детективного агентства "Аргус",
похоже, захлебывался от восторга. Такое с ним иногда случается, когда
предвидятся обстоятельства, позволяющие подправить обычно шаткое финансовое
положение агентства. - Ты стал опять нарасхват. Тут ши-икарная дама пожаловала.
С заказом. Желает иметь дело только с тобой. Кто-то, видимо, порекомендовал.
Приехала сама за рулем джипа, представляешь... Оплачивать готова любые расходы.

- Еду, - согласился я без уговоров. Без работы я тоже иногда скучаю, особенно
без такой, которая обещает приличные заработки. А мне сейчас очень требуются
хорошие заработки. Моя машина почти отказывается передвигаться. Кое-что удалось
скопить с предыдущего дела, но по моим запросам этого мало.

Я положил трубку.

-Вот так, господин мент. Поэтому я попрошу оставить Леню Проханова в покое. Он
человек больной и нервный, а если ты еще начнешь его доставать, то со всем
запьет. По-черному. Ему лишь бы причина была, а желание всегда найдется. Не
надо, прошу тебя...

-Съезди сам к нему. Поговори на всякий случай. Может, слышал он еще про кого-то...

-Съезжу, - пообещал я. Не столько из дружеских чувств к майору Лоскуткову,
сколько из сочувствия Лене Проханову, которому психологически трудно будет
мутным с похмелья взглядом встретиться с рысьими ментовскими глазами.

3

Не люблю я такую зиму. Если уж зима, то чтобы настоящая, со снегом и румяным
морозцем. А все последние годы даже в декабре - слякоть, мокрый асфальт. По
такой дороге бы ехать еле-еле, а мне пришлось торопиться. Но - напрасно.
Многообещающая дама, которая, по словам Левы Иванова, никак не могла дождаться
встречи со мной, проявила нетерпение и уехала, так и не показав мне свой
замечательный джип.

- Клялась, что через часик вернется, - сказал шеф, разводя руки. - Богатые
клиенты ждать не любят.

Я характер выдержал.

- Если ей очень нужно, то приедет. А если какой-нибудь пустяк, то найдем других...

Кто бы слышал, как вздохнул Лева! Это был не просто вздох, это было страдание по
несостоявшемуся. Это было желание Левы хоть как-то выкрутиться в обстановке
хронического отсутствия заказов. Выкрутиться и получить зарплату самому, и
заплатить ее сотрудникам. Вот она, жизнь руководителя частного детективного
агентства. Не позавидуешь.

Я открывал дверь своего кабинета с твердым намерением разобраться с проклятым
компьютерным пасьянсом, час назад мне это помешал сделать Лоскутков. За дверью
зазвонил телефон. Я стал спешить, но не преуспел: замок, как назло, заело, а
звонки прекратились.

Я сел за стол и включил компьютер. Но начать игру не успел. Снова позвонили.
Хотелось надеяться, что это та самая клиентка.

Оказалось, что это даже не клиент.

- Привет, майор.

Мужской голос не оставил никаких надежд на скорое обогащение.

- Рад поприветствовать в вашем лице славных представителей российских чекистов,
- отчеканил я, как на плацу перед строем.

Майор Асафьев из областного управления ФСБ. Мы с ним иногда контактируем по
некоторым делам. Первый контакт закончился для майора плачевно - я оставил ему
на лбу глубокий шрам, а его товарищу и сослуживцу капитану Соколову сломал
нечаянно челюсть. Но потом недоразумение исчерпалось совместной работой и мы
почти подружились.

-Чем обязан?

-Ты не в курсе новостей по поводу того киллера, которому тебя "заказывали"?

Пару недель назад, когда мы с Лоскутковым заканчивали расследовать дела о
серийном убийце и об убийстве хакера, один из моих богатых клиентов посчитал,
что я слишком много знаю, и заказал меня киллеру-женщине по кличке Гаврош.
Заказчика мы взяли под, утро, а киллер пропала. Для выполнения заказа, как мне
сказали, она должна была прийти в "Аргус" рано утром и дождаться там моего
появления. Она не пришла. Данных на нее почти не было, если не считать показаний
раненного ею же домушника Паши Гальцева. И вообще о таком киллере, как ни трясли
менты и фээсбэшники всех своих стукачей, в нашем городе никто не слышал.
Пришлось запрашивать федеральный центр.

-Нет.

-Нам пришла шифротелеграмма с ориентировкой на нее. Эта чертова девка,
оказывается, давно уже в розыске. Она проходила первоначальную подготовку в
лагере "Лакромия" на территории Турции. Этот лагерь специально создавался для
людей Хаттаба. Потом дополнительную подготовку со специализацией по городскому
террору в лагере ИРА. Ирландцы по этому делу большие мастера. Хаттаб сам
оплачивал ее учебу как особо одаренного курсанта. В прошлой чеченской войне
Гаврош принимала участие от первого до последнего дня. У нее была собственная
диверсионная группа. Ты представляешь, чтобы чеченцами командовала девка?.. Это
вопреки законам Востока. И тем не менее это так. Много чего она наворотила, по
телефону и говорить тебе не буду. Но сейчас почему-то в Чечню не спешит, хотя
известно, что Хаттаб прислал ей вызов. О вызове известно по агентурным
сведениям, но Москва не знала, что Гаврош скрывается в Челябинске.

- Ждет момента свести счеты со мною... - отмахнулся я. Трудно всерьез воспринимать
такого противника, пусть даже он и прошел подготовку в "Лакромии" и в Ирландии,
пусть даже и повоевал слегка против неподготовленных солдат-первогодков. Я
двадцать с лишним лет служил в армии и повоевал побольше. И подготовку проходил
многократно, и тоже в прекрасных лагерях под руководством наставников
экстравысокого класса. Однако меня почему-то по всей России не разыскивают. И
даже из армии за ненадобностью выпнули.

- Ты, майор, слишком несерьезно к ней относишься. У нее на счету...

Я перебил фээсбэшника, продолжая собственную мысль.

-А потом, когда меня зароют и тщательно помянут крепкой водкой и добрым словом
боевые друзья из ментовки и ФСБ, она двинет туда, в Чечню, чтобы убивать
беспомощных спецназовцев уже там.

-Не шути с этим. Очень, уверяю тебя, скверная баба. Особенно опасна при
задержании - так предупреждают, но это, ты сам знаешь, обычная форма. Кроме
того, имеются сведения, что она принимала участием покушении на генерала
Романова. Следовательно, брать ее рекомендовано живьем. Можно вытянуть ценные
сведения и свидетельские показания.

Я присвистнул. Это уже серьезнее. Романова взрывали вполне профессионально. По
крайней мере, организовано все было очень четко, и разведка чеченских
диверсантов сработала тогда на "пять с плюсом", тогда как российская
контрразведка и охрана командующего достойны увольнения без пенсии.

- Кроме того, за ней числится выполнение нескольких "заказов" в последние годы
здесь, в России. Гаврош считается киллером высокой квалификации.

Здесь я уже позволил себе возразить:

- Киллер высокой квалификации не занимается ни взрывами, ни стрельбой из оружия
с оптическим прицелом. Это совершенно разные вещи - запомни раз и навсегда. Помоему,
вы вешаете на бедную девку все, что не можете раскрыть. - Я потянулся и
поставил на край стола стакан, залил в него воду из кипятильника и в ту же
розетку, куда у меня включен компьютер, воткнул вилку кипятильника. -
Квалификация киллера определяется его умением работать на коротком расстоянии:
при наличии охраны, при всех принятых мерах предосторожности со стороны жертвы.
Стрелки же и минеры - это киллеры второго сорта. Естественно, и спецы меньшей
оплаты. А ты мне расписываешь классного специалиста.

Тогда или Романова списывайте на другого человека, или Гаврошу понижайте
квалификацию как киллеру.

- Я же не говорю, что она была там одна. Гаврош входила в состав группы, которая
готовила покушение. Вот и все. А уже в России она показала то, чему ее учили в
лагерях. Только вычислить ее пока не удается. Мы подключили всех своих стукачей,
но никто ее в глаза не видел, кроме двух-трех человек, через которых и проходили
для нее заказы. Они молчат.

Я вздохнул, не совсем понимая, чего хочет от меня Асафьев, зачем он приводит мне
все эти данные. Только ли по той причине, что меня Гаврошу "заказали"?

- ФСБ хочет нанять меня как частного сыщика, чтобы я принял участие в поисках
киллера? Я согласен. Условия ты знаешь.

Однажды я уже заставил их временно принять меня на майорскую ставку. Более того,
я умудрился даже вытрясти из них деньги за свою работу.

- Дурак. Она же за тобой охотится.

- Это пока голословное утверждение. Я, конечно, верю человеку, который мне это
сказал. Но, очевидно, она не любит работать бесплатно. А Хозяинова мы взяли той
же ночью. Он и сейчас еще в СИЗО, суда дожидается. Кто Гаврошу заплатит? Она и
не спешит. Да и надобность в убийстве уже отпала. Заказчик все равно за
решеткой, свидетельские показания оформлены.

- Мое дело тебя предупредить, чтобы был - мать твою! - осторожен. А дальше сам
решай, как себя вести.

- Спасибо, - сказал я. - Извини, но ко мне, кажется, пришел клиент. Пока.

ГЛАВА 2

1

Верткий двухместный джип "Тойота RAV" свернул круто направо и остановился прямо
у пешеходного перехода. Вышел водитель. Высокий смуглый человек с узкой талией и
широкими плечами. Типичный кавказец. Он осмотрелся по сторонам, окинув взглядом
весь тротуар до следующего перекрестка. И только после этого сам перешел к
другой дверце и уважительно распахнул ее.

Из машины сначала высунулся костыль и уперся в мокрый после недавнего снега
асфальт. Затем неторопливо и тяжело, со старческим кряхтеньем выбрался человек
на одной ноге. Огляделся. Взгляд цепкий и суровый.

-Может, вас все-таки подвезти ближе? - наклонив горду...

Список страниц

• #
• 1
• 2
• 3
• 4
• 5
• 6
• 7
• 8
• ...
• 20
• 21
• 22

Закладка в соц.сетях