Жанр: Любовные романы
Мрачный и опасный
... на его груди, будто в раздумье —
оттолкнуть его или, скользнув по плечам, обнять за шею.
А он все плотнее придвигался к ней, руки его гладили теперь ее плечи и
спину. Кэтрин настолько забылась, что у нее появилось желание прижаться к
нему еще теснее. И все же что-то заставило ее оч—нуться, она тотчас издала
какой-то непонятный стон, порожденный то ли желанием, то ли ужасом того, что
с ней происходит.
Услышав этот то ли вздох, то ли стон, Джейк тоже вдруг будто очнулся, хотя,
возможно, не столько от самого стона, сколько от прикоснове—ния ее пальцев к
его лицу. Желание его все возра—стало, но мгновенное осознание, что это не
про—сто женщина, а Кэтрин, вдруг отрезвило его. Кэт—рин! Его рука вновь
вернулась на ее бедро, на его шелковистую поверхность, и никак не хотела
покидать этого округлого сгустка жизни и плотского жара.
Нет, это ни на что не похоже! Раньше, когда он хотел женщину, он хотел ее с
самого начала, с того момента, когда впервые положил на нее глаз. Но по
отношению к Кэтрин у него такого плотского наме—рения просто не было. Не
было вообще, как ни стран—но. А теперь сердце его учащенно билось, тело
про—низывал жар, возрастающий с каждой минутой. Не было сил оторваться от
нее, а губы, казалось, при—кипели к ее губам. Он ласкал ее нежное тело и
чув—ствовал, что она льнет к нему, пылко отзываясь на его прикосновения.
Видно, и ее сжигал тот же огонь. Но нет, все это просто безумие... Он нашел
в себе силы отстраниться, приподнял ее и поставил на пол, не говоря ни слова
и стараясь не замечать вопроси—тельного взгляда широко распахнутых глаз.
Боже, как они прекрасны, ее глаза! Огромные, блистающие, как яркие изумруды.
Явственно ощущая желание потонуть в них, как в озерах, он охватил ее лицо
ладонями, но и это сразу же запретил себе, и руки его упали.
— Идите спать, Кэтрин, — жестко сказал он.
Она продолжала удивленно смотреть на него, пы—таясь понять, что случилось, и
он почувствовал себя чуть не преступником.
— Я покажу вам, где болеутоляющее, — нетвер—дым голосом
проговорила она.
Джейк хотел было сказать ей, чтобы она не бес—покоилась, но, видя ее
смятение, решил, что луч—ше ей что-то делать, тогда она скорее выйдет из
зат—руднительного положения, в котором оказалась. Он поставил ее в
дьявольски неловкую ситуацию. С лю—бой другой женщиной он бы не отступил и
довел дело до конца, но только не с этой.
Кэтрин осторожно обошла разбитую чашку, взглянув на нее так, будто впервые
видит.
— Ох, мне надо заняться этим, — сказала она все тем же нетвердым
голосом.
— Нет, я сам этим займусь. Возможно, удастся ее склеить. Думаю, в
Лондоне удастся найти мастера, искусного в таких делах.
— Хорошо бы, — проговорила Кэтрин, рассе—янно выдвигая один из
ящиков кухонного буфета... — Надо поскорее вымыть осколки, иначе кофе
впи—тается в сколы и тогда места склейки будут замет—ны.
Она замолчала, поняв, что бормочет все это чисто нервно, и Джейк тоже
промолчал. Он на—блюдал за ней, глядя на эти великолепные воло—сы и эти
прекрасные глаза. Интересно, осознает ли она, что ночная рубашка едва
прикрывает ее. Когда она поднялась на цыпочки, разыскивая что-то в буфете,
он увидел ее длинные стройные ноги. Хромоты при ходьбе теперь совсем не
заметно. Но даже если бы она и прихрамывала по-прежнему, при ее красоте и
необычности это особого значе—ния не имело бы.
Джейк сцепил руки. Пальцы все еще помнили шелковую гладкость ее кожи,
нежность ее тела. Он резко отвернулся. Так хотелось стащить с нее и
от—бросить подальше эту рубашонку. Потом целовать ее всю. Но этого нельзя.
Он столько раз твердил себе, что не хочет Кэтрин, а просто интересуется ею,
да и привычки у нее странные, так что она нуждается в заботливом
присмотре... Господи, что за чушь ле—зет в голову!
— Ах, вот они.
Кэтрин нашла наконец таблетки и повернулась к нему. Взгляд ее оставался все
таким же растерянным — отчасти смущенным, отчасти испуганным, отчасти
возбужденным. Румянец с ее щек исчез. А главное, он никак не мог понять, о
чем она думает...
— Спасибо, — сказал Джейк. — И прошу вас, Кэт—рин, простите
меня.
Она непонятно покачала головой и затем, осто—рожно обойдя осколки, покинула
кухню. Он слы—шал, как она поднимается по лестнице, и вдруг подумал, что
сильно напугал ее, и теперь она вряд ли заснет. Эта мысль весьма обеспокоила
его.
— Кэтрин, — окликнул он ее, выйдя из кухни и остановившись у
нижних ступеней. — Вы в полной безопасности. Я не... Ну, я хочу
сказать, что вы мо—жете спать спокойно, я вас не потревожу.
— Я знаю, — спокойно ответила она, задержав—шись на верхней
площадке лестницы и глядя на него через плечо. — Если бы я думала
иначе, то не пред—ложила бы вам остаться на ночь. Просто я... немного
растерялась, когда... когда чуть не набросилась на вас с этим злосчастным
зонтиком.
Она ушла прежде, чем до него дошло, что всю вину за его действия на кухне
она взяла на себя. Он чуть было не бросился за ней следом, чтобы разубе—дить
ее и еще раз извиниться, но тотчас замер, осоз—нав, что идея эта не очень
удачна. Все в нем бурлило и клокотало. Но это была Кэтрин, особое существо,
с которой нельзя как со всеми...
Джейк вернулся на кухню и занялся разбитой чашкой. Он собрал осколки и вымыл
их, пока кофе не успело впитаться в сколы, то есть, выполнил ее пожелание.
Делал это он тщательно и методично, что помогло ему отвлечься и успокоиться.
Заснуть ему сейчас вряд ли удастся, легче, казалось, на Луну улететь.
А Кэтрин сжалась в своей постели в комочек. Ей хотелось как можно глубже
вдавиться в матрац, ук—рыться, закутаться, чтобы ни одно чувство не
про—билось к ней внутрь, в этот постельный кокон. Нео—жиданные действия
Джейка привели ее в замеша—тельство, и даже сейчас при воспоминании об этом
ее немного трясло. Никогда прежде никто не цело—вал ее так. Коллин всегда
целовался как-то механи—стично, ничто не пробуждалось в ней от его
поцелу—ев, ничто не вспыхивало.
Она никогда не задавалась вопросом, был ли Кол—лин опытен в любовных делах,
чувственен и возбу—дим. Он был просто Коллин. И целовал ее, как и положено
при ухаживании. Теперь она поняла, что существует и нечто иное. На Коллина
она просто не реагировала, могла запросто потрепать его по воло—сам и, как
ребенку, сказать:
Ну будет, будет, до—вольно
.
С Джейком все обстояло иначе. Стоило ему один-единственный раз поцеловать
ее, как внутри что-то пылко отозвалось, и он, как только почувствовал это,
тотчас прервал поцелуй. Она помнила: было страшно жалко, когда он
отстранился от нее, — ей хотелось продолжения. Возбуждение, которое она
обычно испытывала, глядя на него, на этот раз ра—зыгралось с ней не на
шутку. Кэтрин перепугалась. Но не Джейка страшилась она, а себя, своих бурно
возрастающих эмоций, собственной чувственности. Ей хотелось, чтобы их
объятия длились и длились, хотя она не зеленая дурочка и прекрасно понимала,
куда это могло завести.
Он прервал их объятия, потому что почувство—вал ее желание, ее влечение к
нему. Кэтрин зары—лась головой в подушки и тихо застонала от разоча—рования
и стыда. Что Джейк теперь должен о ней думать? К тому же она выскочила в
ночной рубаш—ке! Неудивительно, что он решил, будто она свих—нулась. Утром
она столкнется с ним лицом к лицу, и это будет непросто, особенно если
поднявшаяся в ней буря чувств к утру не уляжется.
ГЛАВА 10
Наутро, проснувшись, Кэтрин осмотрелась и дале—ко не сразу сообразила,
почему спит в тетушкиной постели, а когда вспомнила события минувшей ночи,
то подумала: не лучше ли затаиться и вообще не выходить отсюда? Странно еще,
что удалось заснуть. Усталость, как видно, оказалась сильнее всего
остального. А теперь вот ей придется встретиться с Джейком.
До слуха доносились какие-то звуки из кухни, и Кэтрин подумала, что он уже
встал и готов поки—нуть ее дом. Вряд ли он захочет задержаться здесь после
ночных событий. Если бы внизу не было Джей—ка, она, конечно, могла весь день
торчать в спальне. А так... Нет, и без того уже она наделала достаточно
глупостей, хватит валять дурака. Кэтрин быстро оде—лась и спустилась вниз.
Рано или поздно они все равно встретятся, так какой смысл тянуть?
Когда она вошла в кухню, Джейк стоял у окна с чашкой горячего чая и
обернулся далеко не сразу. Он смотрел в окно. Кэтрин увидела, что пол чист,
а вымытые осколки разбитой чашки аккуратно сло—жены на крыле раковины. То,
что ему пришлось за—ниматься уборкой, заставило ее устыдиться. Когда он
повернулся к ней, она собралась с духом и по—смотрела прямо ему в глаза.
— Простите меня за то, что я устроила ночью, — сказала она
спокойно.
— Ну, кроме чашки, ничего вроде не пострада—ло, — проворчал Джейк.
— Я другое имею в виду. Ну, это мое нападение и вообще... Понимаю, что
немало, должно быть, уди—вила вас своим поведением. Но все это случилось из-
за того, что мне показалось, будто в дом кто-то забрался, ну я спросонья
вскочила и...
Джейк поставил чашку на стол и неторопливо подошел к ней. Первым ее желанием
было убежать, но она сдержалась и спокойно стояла до тех пор, пока он не
оказался совсем рядом.
— Вы что, всегда берете на себя ответственность за безрассудные
поступки других? — спросил он тихо.
— Это моя вина...
— Вы, должно быть, и в поведении этого вашего Коллина вините одну себя?
Кэтрин покачала головой и слегка улыбнулась.
— Да нет... И вообще, я не думаю, что наши от—ношения затянулись бы
надолго. Уж слишком мно—го глупостей он делал.
— Как и я, — твердо сказал Джейк. — Одна из них то, что я
поцеловал вас прошлой ночью. Я не дол—жен был так поступать. Надеюсь, вы
простите меня... Отнесем это за счет моего недосыпания и того, что я здорово
стукнулся головой.
Она выглядела растерянной. Он налил чаю и по—ставил чашку на стол, так что
ей было теперь чем заняться. Сам он уселся напротив и серьезно загово—рил:
— Кэтрин, я намерен увезти вас в Лондон. Хочу, чтобы вы вернулись в
свою квартиру или как вы там ее называете? В студию. Я сюда за тем и
приехал, чтобы забрать вас, и хочу, чтобы вы согласились со мной ехать.
Поймите, сейчас это необходимо.
— Нет, я не могу. Тетя Клэр в больнице, да и...
— Здесь вам оставаться небезопасно. Вы стали теперь мишенью. Точнее, мы
оба. Я считаю, что лучше переоценить опасность и перестраховаться, чем
беззаботно махнуть на все рукой и попасть в беду.
— Вряд ли я их интересую, — возразила Кэт—рин, — с какой
стати...
Взгляд его темных глаз устремился на нее с та—кой силой, в нем была столь
напряженная озабо—ченность, что она не договорила.
— Джиллиан исчезла, — напомнил он ей. — Вы должны понять, что
с вами может произойти то же самое. А я не хочу этого. Поэтому прошу вас,
согла—ситесь вернуться со мной в Лондон.
— Тетя оставила меня присмотреть за хозяйством. Если я уеду, коттедж
опустеет. Приятно ли ей будет возвращаться в пустой дом? Думаю, не очень.
Ко—нечно, она не на операцию легла, но все же...
— Да вы сами подумайте, Кэтрин, ведь если бы вы не приехали, она все
равно легла бы на обследо—вание, — стоял на своем Джейк. — И
потом, разве у нее нет подруг?
— Есть, конечно. Они с миссис Пенгелли очень дружны. Но других ее подруг и знакомых я не знаю.
— Поймите, — тихо сказал он, — знакомство со мной опасно для
вас, а если вы останетесь здесь, опасность будет грозить и вашей тетушке. Мы
долж—ны уехать. Соберемся, отвезем ключи миссис Пен—гелли и сразу же
направимся в Лондон. А когда до—беремся туда, вы напишете своей тете. Правду
пи—сать, думаю, не стоит, чтобы не пугать и не рас—страивать ее понапрасну.
Ну, вы, конечно, найдете, как и чем объяснить ей свой неожиданный отъезд.
— Надеюсь, найду, — задумчиво проговорила Кэтрин и вдруг густо
покраснела.
Воспоминания о прошлой ночи, временно от—тесненные на задний план
заверениями Джейка, что она должна вернуться с ним в Лондон, вновь и с еще
большей силой нахлынули на нее.
— Кэтрин! — Джейк прикрыл ладонями ее руки, лежавшие на
столе. — Перестаньте казнить себя за прошлую ночь. Я один виноват, мне
не следовало так поступать.
— Ох, ведь спровоцировала это я, — прямодушно созналась
она. — Вы не можете не видеть, что всему виной то, что я примчалась на
кухню с этим иди—отским зонтиком. Да еще в таком виде. Мне было бы легче,
если бы виноват был кто-то другой, но это не так. Ведь вам и в голову не
пришло бы по—целовать меня, не ворвись я, как дикая кошка, почти раздетая...
— С чего вы взяли, что я не хотел вас поцело—вать? — резко спросил
Джейк, разозленный тем, что она продолжает во всем винить только
себя. — Вы такая красивая, талантливая, храбрая...
— Вы... вы хотите сказать, что действительно хо—тели... меня
поцеловать?
Она смотрела на него своими огромными зеле—ными глазами, и Джейк в гневе
отвернулся, по—чувствовав плотское возбуждение, чего сейчас хо—тел меньше
всего. Его будто жаром окатило, а злость, досада были именно тем, что могло
осту—дить этот жар.
— Нет, — сказал он жестко. — Я не хотел вас целовать. Просто
так получилось. Давайте считать это последствием несчастного случая, который
со мной произошел накануне, и перестаньте во всем винить себя.
Он услышал за спиной ее вздох, ему показалось, несколько разочарованный.
— Хорошо, — пробормотала Кэтрин, — пола—гаю, это не имеет
большого значения. Забудем, и точка.
Джейк повернулся и с грустью посмотрел на девушку. На самом деле это имело
большое значение. Но сейчас, в настоящее время и при сложившихся
обстоятельствах, в его жизни нет места сложностям. Его дела и так достаточно
непросты, недопустимо усложнять их еще больше. Кэтрин непредсказуема и часто
почти безрассудна. Он уже не раз мог убедить—ся, что она, без долгих
размышлений, способна ввя—заться в любую авантюру. Последняя ночь была тому
убедительным подтверждением.
За завтраком он оставался спокойным и твердым, а Кэтрин задумалась над
возникшими трудностями. Впрочем, она не видела, какие у нее могут быть
трудности и проблемы. Нападения на квартиру Джей—ка и на офис его друга Боба
Картера ни в какой мере не затрагивают ее. Разве что это странное ощу—щение,
будто за ней наблюдают, возникшее у нее позавчера и обратившее ее в бегство
из Пенгаррона. И вчера она испугалась, но на этот раз причиной испуга был
Джейк.
И все же ей не хотелось оставаться здесь в одино—честве, раз Джейк собрался
уезжать, а после вче—рашней ночи он здесь не останется. Все это, должно
быть, ему крайне неприятно.
Хорошо, ехать так ехать!
Надо бы подняться наверх и сменить постельное белье, но она подумала, что
Джейк вряд ли захочет ждать, пока она наведет в доме порядок. Можно,
конечно, попросить об этом миссис Пенгелли, но тогда потребуется множество
объяснений, а это весь—ма затруднительно и неловко.
Все затруднительно и все неловко, но что же де—лать...
Джейк принес ее вещи вниз, поместил их в ба—гажник машины, и они поехали в
сторону коттед—жа, где жила подруга тетушки. Ехать пришлось не очень далеко,
и Кэтрин по дороге старалась выду—мать подходящие объяснения.
Нет, ничего хорошего это не сулило.
Объяснять, однако, ничего не пришлось. Сразу же, как она попала в поле
зрения Джин Пенгелли, Кэтрин поняла, что той и не требуются объясне—ния, она
и так все хорошо видит.
— Конечно, детка, не беспокойся, я присмотрю за домом и сделаю все, что
требуется, — любезно и радушно проворковала она. — Мы с Клэр,
правда, думали, что ты здесь задержишься, но поскольку за тобой приехал твой
дружок...
— Он мне не дружок, — быстро проговорила Кэтрин.
В этот момент Джейк вылез из машины, хотя было бы в сто раз лучше, если бы
он этого не делал.
— О, да это, я смотрю, Джейк Трелони! — Глаза Джин Пенгелли широко
распахнулись. — А я и по—нятия не имела, что вы с ним так хорошо
знакомы.
Ох, с каким удовольствием Кэтрин заверила бы приятельницу тетушки, что она
вообще не знает, кто такой Джейк Трелони, но тот уже обошел вок—руг
автомобиля и, одарив миссис Пенгелли холод—ной улыбкой, сказал:
— Решил вот увезти ее в Лондон, поскольку не вижу ничего хорошего в
том, что она останется в
Джесмин-коттедже
одна. Считаю, что ей гораздо
лучше вернуться домой, к своим друзьям. Надеюсь, вы не откажетесь помочь
мисс Клэр Холден, если в том возникнет необходимость?
— Конечно, молодой человек, можете не сомне—ваться, — ответила
миссис Пенгелли, не поверив—шая, очевидно, ни слову из того, что он сказал.
Кэтрин понимала, какой благодатный, материал для обсуждения предоставили они
этой старой сплет—нице. Джин Пенгелли наверняка уже не терпится поделиться с
подругой столь потрясающими извес—тиями. Можно не сомневаться, что она
сегодня же навестит Клэр в больнице, до завтра ей никак не утерпеть.
— Было бы лучше, Джейк, если бы вы не выле—зали из машины, —
недовольно проворчала Кэтрин, когда они отъехали от дома миссис
Пенгелли. — Те—перь о нас с вами вволю посудачат, а ведь тете Клэр
здесь жить.
— Но ведь эта ваша идея заехать к ней и попро—сить присмотреть за
домом.
— Совсем не обязательно ей было знать все. Я как раз намеревалась увести ее подальше от правды.
— От какой такой правды? — холодно спросил Джейк. — Что этот
отъявленный злодей Джейк Тре—лони ваш последний дружок?
— Я и не собиралась называть ей ваше имя, — покраснев, отрезала
Кэтрин, раздосадованная тем, что он слышал эту часть разговора. —
Дружок не дружок, о вас речи не было, пока вы не выскочили из машины, как
черт из коробочки. Хотя, ко—нечно, вы вовсе не такой уж отъявленный зло—дей,
но ей...
— Я буду считаться отъявленным злодеем до тех пор, пока не найдется
Джиллиан, — раздраженно перебил ее Джейк. — И только в том случае,
конеч—но, если она найдется живая.
— Они косятся на вас из-за ее пропажи?
— Откуда мне знать, — буркнул он.
Но она понимала, что именно так Джейк все и воспринимает. Пока его жена не
найдется, он все—гда будет чувствовать на себе подозрительные взгля—ды. А
если Джиллиан найдут мертвой, все станет еще хуже.
— А что думают ваши друзья? — решилась она спросить.
— Друзья? Если верить расхожему мнению, что друзья — это те люди,
которые делят с тобой не только радости, но и невзгоды, которые никогда не
сомневаются в тебе, то у меня, кажется, совсем нет друзей.
— А Боб Картер?
— Он, скорее, деловой партнер. До того, как на его офис напали, мы
никогда не говорили с ним ни о чем, кроме работы. Да и теперь, собственно,
все наши разговоры крутятся вокруг нашей работы и связанного с ней риска.
Фактически я о нем ничего не знаю. Даже не знаю, женат ли он.
Кэтрин промолчала. Все это так грустно. Когда она болела, рядом был только
Ральф и ее тетя. У Джейка, похоже, и того нет. А у нее еще эти люди из
магазина, и она полагала, что вполне может на—звать их друзьями, да и Рози
очень хорошо к ней относится. Не хотелось бы ей оказаться в таком же
холодном, лишенном друзей мире, в каком живет Джейк.
На повороте дороги Джейк решил притормозить, но ему это не удалось, и Кэтрин
услышала, как он резко втянул в себя воздух.
— Что случилось? — быстро спросила она.
— Тормоза, — сказал он, вглядываясь вперед и сконцентрировав все
внимание на дороге. — Я их почти не чувствую. Если придется съезжать с
холма, то мы скатимся оттуда, как снежный ком в адское пекло.
Внутри у Кэтрин все оледенело. Нечто похожее она уже однажды пережила. С
тормозами у Коллина, правда, было все в порядке, но зато там был лед, а
потому ощущения те же самые. Неужели все может повториться? Рот ее мгновенно
пересох, а руки вце—пились в край сиденья. Точно так же, как тогда...
Но сейчас дорога была замечательно ровная, и Джейк перешел на ручной тормоз.
Сразу замедлить ход машины не удавалось, и Кэтрин краешком гла—за видела,
как напряженно он дергает ручку тормо—за. Все же скорость, хоть и медленно,
но убавля—лась, а когда насыпь вдоль дороги стала выше, Джейк прижал к ней
автомобиль, как в каком-то безумном фильме.
Это помогло еще немного снизить скорость, и, когда они съехали с насыпи, она
увидела неболь—шой, усыпанный гравием тупичок, место для не—предвиденной
остановки в пути. Машина въехала в него, покинув дорогу, и Джейк выключил
мотор, и какое-то расстояние они катили по инерции, пока не остановились
совсем.
Кэтрин выскочила из машины и стояла, опершись спиной о дверцу, дыхание ее
никак не хотело восстанавливаться. Джейк мельком взглянул на ее бледное лицо
и поднял капот машины. Она прикрыла глаза и слышала только, как он что-то
сердито бор—мочет себе под нос.
— Тормозная жидкость, — сказал он, когда она, пошатываясь, подошла
к нему. — Здесь ее осталось с чайную ложку. Это многое объясняет.
Задержись мы подольше у коттеджа вашей тетушки, выехали бы и вообще без
тормозов.
По мобильному телефону Джейк вызвал ближайшую техпомощь. Затем обернулся к
Кэтрин.
— Вы держались просто великолепно, Кэтрин, — тихо сказал
он. — Мужественный человечек, ничего не скажешь.
— Ну, не совсем... Ноги у меня до сих пор дрожат. Я думала, что история
повторяется, хотя, полагаю, вы не сбежали бы и не бросили меня одну.
— А именно это с вами случилось в той ава—рии? — спокойно спросил
Джейк, хотя внутри у него все перевернулось.
Он приподнял за подбородок ее поникшее лицо, и все, что она могла в этот
момент сделать, это ис—пуганно покачать головой. Он прижал девушку к себе и
держал так, пока не унялась ее дрожь. А когда она с тревогой подняла глаза,
то увидела, что его лицо, как обычно, выражает ледяное спокойствие.
— Так этот Коллин сбежал с места аварии, бро—сив вас без помощи?
Одна кивнула, однако очень сдержанно.
— Это неудивительно, ведь он пережил... испы—тал сильное
потрясение, — пыталась оправдать она Коллина.
— А я думаю, что ничего он не переживал и не испытывал, — сказал
Джейк с таким выражением, чго Кэтрин оставалось лишь порадоваться, что он
никогда не встретит Коллина.
Джейк прижал ее к себе, нежно гладя по голове, и это было так удивительно
приятно, что она закрыла глаза и впала в невероятно сладостную дрему. Но он
внезапно отстранил ее и начал в нетерпении проха—живаться вдоль машины.
Кэтрин поняла почему: вспом—нил прошлую ночь и события, о которых потом ему
пришлось сожалеть. Чувство вины и некоторой уни—женности захлестнуло ее с
прежней силой.
К тому же она до сих пор переживала, что ей пришлось покинуть тетушку. Не то
чтобы Клэр осо—бо нуждалась в ней, нет, она в жизни не встречала более
самостоятельной особы. Но все же ей было грустно думать о том, что тетя
вернется в пустой дом. А сама она, Кэтрин, и не подумала дождаться и
приветливо встретить ее. Убежала — и с кем? С Джейком Трелони!
— Нет, все же мне надо было дождаться тетю Клэр, — огорченно
сказала она, когда Джейк в оче—редной раз проходил мимо нее. — Я
понимаю, она легла лишь для обследования, но все же это боль—ница, а я,
вместо того чтобы встретить ее дома, сбе—жала с вами. Приятно ли ей будет
это узнать?
— Вы не сбежали со мной, — сердито поправил ее Джейк. — Вы
бежали от грозящей вам опасно
...Закладка в соц.сетях
