Жанр: Любовные романы
Мрачный и опасный
...вилась в одну из лондонских галерей, где
открывалась выставка картин Ральфа. По вечерам она навещала Джейка, а
потому, пораньше уйдя с вернисажа, забежала до—мой, чтобы перекусить,
переодеться, прежде чем идти в больницу. Но увидела, что Джейк уже здесь и
ожидает ее. Он сидел на полу площадки перед ее дверью, и Кэтрин была
потрясена таким скорым его возвращением. Удивило ее и то, что он просто
сидит на полу, прислонившись спиной к стене, посколь—ку это совсем не в его
стиле.
— Что случилось? — тревожно спросила она, едва выйдя из лифта.
Джейк поднялся на ноги и улыбнулся, глядя на нее сверху вниз.
— Я сбежал из больницы. Сколько там можно ва—ляться? И дел у меня, ты
же знаешь, невпроворот.
— Проходи, — тревожно сказала Кэтрин, отпе—рев дверь. — Но
мне кажется, что ты поторопился.
— Я прекрасно себя чувствую, — заверил он ее и осмотрелся. —
Да у тебя тут все как прежде.
— Да, осталось только картины повесить.
Кэтрин прошла на кухню и занялась чайником.
Джейк явно что-то надумал, она чувствовала это всем своим существом,
поэтому, когда он вошел в кух—ню, она, страшась взглянуть на него, даже не
обер—нулась.
— Ты готова со всем этим расстаться?
— С чем?
— С квартирой.
— Нет, — ответила она спокойно. — Это моя
собственность. Почему я должна с ней расставаться?
— Но ты же обещала поехать со мной в Пенгаррон! Ты забыла, о чем я
просил?
Голос Джейка дрогнул. Кэтрин обернулась и уви—дела в нем что-то от больного
зверя. Не вполне при—рученный тигр ранен и готов защищать себя.
— Нет, не забыла, Джейк. Ты просил меня жить с тобой, бродить по твоему
лесу, постоянно попа—даться тебе на глаза и спать с тобой в одной
посте—ли, — мягким голосом напомнила она ему. — Я и сама хочу
всего этого, а пока жду тебя. Не ехать же мне туда одной. Но скажи, при чем
здесь моя квар—тира? Может, лучше тебе освободиться от своей?
— Нет! — возразил Джейк. — Надо же мне иметь пристанище в
Лондоне.
— Ну а здесь мое лондонское пристанище, — твер—до ответила
Кэтрин. — И разница в том, что у меня собственная квартира, а ты свою
снимаешь. Это пу—стая трата денег. Полагаю, нам и одной квартиры хватит.
Этой. И потом, ведь большую часть времени мы будем проводить в Пенгарроне.
— Кэтрин! — Он бурно обнял ее, прижал к себе и зарылся лицом в ее
волосы. — Я боялся, что ты пе—редумаешь насчет Пенгаррона. Думал, ты
опять ис—чезнешь, покинешь меня.
— Как же я могу тебя покинуть? — Она обвила его руками и
улыбнулась. — Мне же предстоит из—редка бродить по лесу и постоянно
заниматься по—лировкой старой мебели.
— Где ты спала, пока я лежал в больнице? — спро—сил Джейк,
выпустив ее наконец из своих объятий.
— Ох, грубо говоря, спала с Ральфом. На его ди—ване. Но сегодня должны
привезти кровать, так что ночевать, увы, придется дома.
Взглянув на Джейка, она увидела, что он ус—мехается, и поняла: ей удалось
успокоить его. Оче—видно, этим ей придется заниматься долгие годы. И все
потому, что Джейк никак не может пове—рить, что жизнь бывает счастливой. Она
и сама с трудом научилась этому верить, но теперь поста—рается убедить в
этом и его. Для начала заставит старый Пенгаррон зажить новой, молодой
жиз—нью, уничтожив в нем все следы прошлого. Да, она все там переменит и
сделает так, что он по—любит родной дом.
Кэтрин старалась завершить восстановление квартиры до того, как они
отправятся в Корнуолл. Джейк, вернувшийся к работе над рукописью, не торопил
ее. В ее присутствии ему работалось лучше, помогало само знание, что она
здесь, рядом. А Кэтрин убеди—тельно доказала ему, что и она способна быть
тира—ном, особенно когда требовалось настоять на том, чтобы он в нужное
время поел и каждый день обя—зательно бывал на свежем воздухе.
Это напоминало брак, но браком не было, ибо на заднем плане счастливой
картины постоянно маячил призрак Джиллиан. И хотя ни Кэтрин, ни Джейк
никогда не заговаривали о ней, тень этой женщины явственно присутствовала
здесь, безглас—ная и угрожающая прекраснолицая тень.
Авторы газетных публикаций, последовавших за статьей Джимми Уоррендера, явно
порылись в ар—хивах в поисках разгадки темного прошлого
некое—го известного
человека
. Наиболее храбрые высту—пали со статьями, излагающими их
собственные домыслы и озаглавленными примерно так:
КТО ЭТОТ ЗАГАДОЧНЫЙ
ЧЕЛОВЕК?
или
У КОГО ИЗ БУДУЩИХ ЧЛЕНОВ ПАРЛАМЕНТА ТЕМНОЕ ПРОШЛОЕ?
. Кэтрин
это забавляло, но Джейк все больше мрачнел.
— Если так и дальше пойдет, — проворчал он в один из дней,
просматривая газеты, — то мои ново—сти устареют до того, как я их
выпущу в свет. Сегод—няшняя сенсация назавтра уже никому не нужна. Черт бы
побрал всех в мире газетчиков!
— А не попытается ли опять Ренфрей завладеть рукописью?
— Нет! — разъяренно выкрикнул Джейк. — Толь—ко через мой
труп!
А два дня спустя к ним пожаловал сам Джайлз Ренфрей.
Он заявился вечером, когда Джейк еще работал, а Кэтрин сидела в другой
комнате, подправляя кое-какие из своих рисунков.
У Джейка, казалось, сработало шестое чувство: когда она собралась пойти
открыть дверь, он пулей вылетел из кабинета и приказал ей скрыться.
— Я не хочу, чтобы тебя видели, — смягчил он свой приказ
объяснением. — Не очень-то мне по нраву визитеры, которые являются без
приглаше—ния и не предупреждают о своем приходе хотя бы по телефону. Не
выходи, пока я не выясню, кто это.
— А если это один из них? — с тревогой прошеп—тала Кэтрин.
— Кэтрин! — рявкнул он, строго взглянул на нее и указал на дверь
гостиной.
Она не только не посмела ослушаться, но и про—стила ему этот сердитый окрик,
хотя не в ее нату—ре было подчиняться чужим приказам. Всякое жи—вотное,
подумалось ей, вправе защищать свое ло—говище. Уйдя в гостиную, она оставила
дверь слегка приоткрытой, чтобы быть в курсе происходящего.
ГЛАВА 15
— Могу я войти?
При том, что Кэтрин знала об этом человеке, ее удивил его бархатистый
вальяжный голос. Ко—нечно, он из армейских офицеров, но годы по—святил тому,
чтобы приобрести вес в обществе, и время отполировало его, удачливого и
богатого бизнесмена. И все же его грязные делишки в про—шлом — да и в
настоящем тоже, — его связь с пре—ступным миром оставили на нем
неизгладимый отпечаток, которого не могли вытравить ни внеш—ний лоск, ни
солидность.
— Тот самый случай, когда гора пришла к Маго—мету? — внешне
спокойно спросил Джейк. — Надее—тесь покорить меня одним-единственным
добродуш—ным рукопожатием?
— Нам нужно поговорить.
— Я уже все сказал, — с ледяным сарказмом от—ветил Джейк. —
Остальное — в газетах. Можете, ко—нечно, пройти, но сразу должен
предупредить вас, что единственное слово, которое я хочу от вас ус—лышать,
это
прощайте
.
Ренфрей вошел в квартиру и, когда Джейк зак—рыл дверь, с интересом
осмотрелся.
— Туда? — спросил он, показывая в сторону гос—тиной, где
скрывалась Кэтрин.
— Почему бы и нет? — проскрипел Джейк, проходя вперед и открывая
дверь. — Наверное, мне стоит расположиться поудобнее, чтобы выслушать
ваши предложения.
Кэтрин все же уловила, что какую-то долю се—кунды Джейк находился в
затруднении. Не разгова—ривать же, стоя в прихожей — крошечном помеще—нии,
где и присесть негде. Вести Ренфрея в свой ка—бинет он тоже не мог, ведь там
находилась рукопись. Спальня и кухня не подходят для приема визите—ров, так
что, кроме гостиной, вести незваного гос—тя было некуда. Она быстро
устроилась в кресле и погрузилась в изучение первого попавшего под руку
журнала.
Джейк вошел, ободряюще взглянул на Кэтрин и пригласил войти непрошеного
гостя.
— Добрый вечер, мисс Холден, — приятным го—лосом с бархатными
обертонами проговорил Ренфрей.
Джейка это дико взбесило.
— Не смейте даже в сторону ее смотреть, иначе я выкину вас отсюда в два
счета! — свирепо прикрик—нул он. — Война идет между мной и вами.
Никого это больше не касается. Я позволил вам войти в свой дом, чтобы дать
возможность поведать мне о ваших дальнейших планах.
— Имею намерение предложить вам три миллиона фунтов за рукопись вашей
будущей книги. Я не хочу, чтобы она была издана. Это все.
Прямота Ренфрея крайне удивила Кэтрин, да и сама суть его заявления не могла
не ошарашить. Она знала, что Джейк зарабатывает много, не исключе—но, что он
и сам теперь миллионер, но прозвучав—шая сумма заставила ее, что называется,
разинуть рот.
— Деньги даются мне не просто, мистер Ренфрей, они даются тяжелым
трудом, но я зарабаты—ваю их честно, — отрезал Джейк. — И нет
таких денег, за которые я продал бы свою честь. Я хочу, чтобы вы покинули
страну и, заодно, мою жизнь. Также я хочу знать, что случилось с моей женой.
— Ничего с ней не случилось, живет у меня. Причем сама пришла, я и не
думал за ней охотиться. Но женщина, прямо скажем, просто
великолепная. — Он взглянул на Кэтрин. — У вас, я вижу, особое
чутье на подбор прекрасных созданий.
— Отвечайте, что вы намерены предпринять. О прекрасном у меня и без вас
найдется с кем пого—ворить.
— Но разве вы не хотите, чтобы ваша жена вер—нулась к вам?
— Можете оставить ее себе, — холодно сказал Джейк. — Можете
даже захватить ее с собой, когда будете уезжать. Единственное, в чем я хочу
быть уве—рен, что она в безопасности.
Кэтрин внутренне поникла. Последние слова Джейка задели ее больнее, чем она
могла ожидать. Но понятно же, что он беспокоится о безопасности Джиллиан.
Кроме того, он не был мстительным и, несмотря на все неприятности, что
доставила ему бывшая жена, зла ей не желал.
Ренфрей выждал с минуту, изучающе погляды—вая то на хозяина, то на его
гостью, затем спокойно проговорил:
— Вы, я смотрю, имеете здесь все, что хотите, — и он кивнул в
сторону Кэтрин. — Я слышал, как вы были разъярены, когда вам
показалось, что этой девушке угрожает опасность. Осведомлен я и о том, как
храбро бросилась она защищать вас от полицей—ского, который что-то не так
сказал.
— Выходит, у вас и в полиции свои люди? — спро—сил Джейк.
— Деньги, мой милый, деньги. Они, как изве—стно, делают все, —
ответил Ренфрей с легкой улыбкой. — Так что берите свои три миллиона, и
покончим дело миром. К взаимному, как говорит—ся, удовольствию. Я придумаю,
как половчее об—ставить появление Джиллиан, и этой истории бу—дет положен
конец. Если хотите, я могу даже пе—редать вам ее с рук на руки, чтобы вы
могли раз—вестись с ней и жить с той, кто вам приятнее. Джиллиан как-то
рассказывала мне, что вы в жизни человек несчастный. Так насладитесь же
счасть—ем хотя бы теперь.
— С вашей помощью? — презрительно спросил Джейк. — Нет, мы не
нуждаемся ни в ваших грязных деньгах, ни в ваших благих пожеланиях.
Ренфрей пожал плечами и вновь одарил Джейка легкой улыбкой.
— Хорошо. Последний вопрос. Из чистого спортив—ного интереса. Где вы
держите свою рукопись? Я был уверен, что где угодно, но только не здесь. Мне
ка—залось, что это было бы верхом идиотизма.
— Да уж. Вы вообразили себе, что я способен под—вергнуть мисс Холден
опасности, храня рукопись у нее?
— Сознаюсь, я допускал такую мысль. Мои люди, правда, несколько
переусердствовали, так что я про—шу у вас прощения, мисс Холден. — Он
взглянул на Джейка, который все еще стоял, возвышаясь над ним как темная
скала, угрожающая рухнуть. — И все же, мистер Трелони, если не секрет,
где же вы дер—жите эту чертову рукопись?
— На дискетах. Одна в банке, другая — у моего адвоката, а третья — у
издателя, — ответил Джейк, мрачно усмехнувшись. — И все они знают,
что в том случае, если одна из копий будет повреждена или украдена,
оставшиеся должны быть немедленно пе—реданы в прессу.
— Ясно...
— Современная технология, что вы хотите. Та—кие, как вы, кого угодно
научат осторожности. Ну а теперь — к делу. Я хочу, чтобы вы покинули
Анг—лию, и чем скорее, тем лучше. Джиллиан можете забирать с собой, но
настаиваю, чтобы вы сделали это открыто. Полиция должна знать, что она
здоро—ва и счастлива.
— Что здорова — это я гарантирую. А счастье по—нятие относительное, — пробормотал Ренфрей.
— Ну, с этим у вас проблем не будет. Осыпьте ее бриллиантами, укутайте
в дорогие меха, и она бу—дет вполне с вами счастлива.
— Если я покину эту страну, — проворчал Ренфрей.
— Ох, да конечно же вы покинете ее, — заверил Джейк. — Вам
ничего другого просто не остается. Я даже несколько дней подожду, мистер
Ренфрей, мне спешить некуда. Кстати, наш разговор записан на пленку. Он
записывался с того момента, как вы пе—реступили порог моей квартиры. Для
надежности я запустил целых три диктофона. Современная техно—логия, что вы
хотите, — довольно ехидно повторил Джейк. — Я ведь вам не полиция,
у меня было время подумать и все предусмотреть. Так что поищите-ка себе
другое место жительства.
— Ол райт. — Лицо Ренфрея впервые явило при—знаки
раздражения. — На свете и действительно есть другие страны.
— Вам особенно повезет там, где живут глухие и слепые, — сухо
заметил Джейк. — Мои книги, как правило, переводятся на многие языки
мира и хо—рошо повсюду раскупаются. Так что, если вы наме—рены опять развить
бурную общественную и поли—тическую деятельность, вам придется поискать для
этого страну, где книг вообще не переводят. А вот если вы вздумаете остаться
здесь, притаиться и за—жить тихой и мирной жизнью, то я напишу еще одну
книгу. Но на этот раз не роман, а документальную повесть с указанием имен и
прочих деталей. Рискну, как говорится. Пусть потом ваши адвокаты
доказы—вают, что я вас оклеветал.
— Послушайте, какого черта вы так на меня взъе—лись? — сердито
спросил Ренфрей. — Я вас знать никогда не знал. Не сделал вам ничего
плохого. К чему все это?
— Я бы на вас не взъелся, если бы вы с вашим темным прошлым не полезли
наверх. И кстати, не собирался в своей книге упоминать ваше имя, хо—тел
только использовать кое-какие подробности ва—шей деятельности, о которых
узнал будучи еще журналистом. Для придания, как говорится, колорита. Никто
бы и не подумал на вас...
— Но Джиллиан сказала...
— Ах, Джиллиан сказала... Ну так благодарите Джиллиан, она нагнала на
вас такого страху, что вы задергались, начали непростительно суетить—ся,
громить и поджигать неприятеля и все такое прочее. Она положила на вас глаз,
а как ей было взять вас за душу? У нее собственные методы до—стижения
желаемого. Я сразу почувствовал, что с ее исчезновением что-то не так. Так
вот, знайте, всего о моей работе Джиллиан не знала и знать не могла.
Повторяю, я не собирался разоблачать вас, пока вы сами не вторглись в мою
жизнь. — Он взглянул на Кэтрин. — А главная ваша ошибка в том, что
вы вторглись и в ее жизнь. Так что теперь поздно вам спорить со мной и
уговаривать меня.
Наконец Ренфрей ушел. Джейк, заперев за ним дверь, вернулся в гостиную, где
его с нетерпением ожидала Кэтрин.
— И что он теперь станет делать? — спросила она.
— Одно из двух — или уедет, или уйдет в подпо—лье в ожидании лучших
времен.
— А если он не уедет, что будешь делать ты?
Джейк некоторое время молча ходил по ком—нате.
— Точно не знаю. Теперь, когда мы вместе, мне хотелось бы зажить
нормальной жизнью. Просто про—сыпаться утром рядом с тобой. Иметь свой дом,
пол—ностью очищенный от прошлого, и видеть, как ты сидишь где-нибудь в лесу,
у ручья, и рисуешь ка—кой-нибудь глупый цветок или что-нибудь в этом роде.
— А ты уверен, что он не выкинет еще какой-нибудь номер?
— Ну, у него не слишком много возможностей нам напакостить, —
серьезно заверил ее Джейк. — Он уже попал в поле зрения прессы. А когда
выйдет моя книга, интерес к нему возобновится. Кто-ни—будь из купивших книгу
наверняка заинтересуется им, начнет рыться в архивах, выискивать старые
газетные публикации, из которых все станет ясно. Думаю, что телевизионщики
тоже не откажутся по—гоняться за этим деятелем со своими камерами. Сей—час,
когда он понял, что рукопись ему не достать и не имеет смысла доставать,
поскольку я хорошо под—страховался, да еще сообщил ему, что наш разго—вор
записан на пленку, Ренфрею остается только одно — побыстрей слинять из
страны, пока это мож—но сделать незаметно.
И все-таки Джейка явно терзали тревожные мыс—ли. Кэтрин понимала, что не все
так просто, как в его объяснениях, но посвящать ее во все тонкости этого
дела он, как видно, сейчас не намерен. Что-то беспокоит его. Рано или поздно
она узнает, что имен—но, а пока должна просто терпеть и ждать.
— А что насчет твоей жены? — спросила она как бы невзначай.
Джейк резко обернулся на звук ее голоса, и она подумала, что он, вероятно,
знает ее лучше, чем она думает.
— Называй ее по имени, — сказал он тихо, — тебе-то она
никакого зла не причинила. Теперь, когда она всплыла на поверхность, ты
можешь и вообще о ней не думать. — Джейк подошел к ней, взял за руку и
заглянул в глаза. — И помни: если я потеряю тебя, то не знаю, что буду
делать.
— Ты не потеряешь меня, Джейк, — заверила его Кэтрин. — Я
человек постоянный. И потом, — продолжила она с лукавой улыбкой, —
как же я смогу прибрать к рукам Пенгаррон, если оставлю тебя?
Кэтрин с гордостью осмотрелась. Высокие стек—лянные двери распахнуты
навстречу солнечному свету, и от сумрака, обычно наполнявшего старый дом
поместья Пенгаррон, не осталось и следа. Уб—ранство дома почти завершено,
благо в части ново—введений Кэтрин не встретила со стороны Джейка никаких
возражений.
Он с головой погрузился в завершение рукописи, и не было для него сейчас
дела важнее, а то, что на заднем плане слышались признаки присут—ствия
Кэтрин — ее распоряжения рабочим, шум переставляемой мебели и прочие
звуки, — только помогало ему. Так шли дни за днями, неспешно и
деловито.
Джейк, впрочем, никогда не упускал случая об—нять ее, когда она оказывалась
рядом, и каждый раз, когда она смотрела на него, отвечал ей нежным взглядом.
Словом, он был счастлив. А Кэтрин? Была ли она счастлива?
Сегодня, например, только что закончив наво—дить глянец на большой стол,
стоявший посреди гостиной, она вышла в сад, срезала цветы, а потом вернулась
в дом и занялась расстановкой их по ва—зам и кувшинам. Особенно красивый,
серебряный с чеканкой кувшин, поставив в него самые пышные и красивые цветы,
она расположила в центре толь—ко что отполированного стола и теперь
удовлетво—ренно осматривала плоды своих трудов. Видя ее в этот момент,
всякий сказал бы, что да, эта женщи—на счастлива.
— Ну вот, почти все и закончено, — с улыбкой сказала она тете
Клэр. — Без тебя и твоих подруг я вряд ли управилась бы.
— Ох, детка, для нас это было одно удоволь—ствие! — с энтузиазмом
воскликнула Клэр. — Уви—деть дом вновь ожившим, а Джейка таким
счастли—вым — просто чудесно! — Она сняла фартук и пере—дала его
Кэтрин. — Да, детка, забыла тебе сказать, я договорилась с двумя
уборщицами, они будут при—ходить рано утром. Обе они хорошие и аккуратные
девочки, я их знаю еще со своих школьных времен. Распорядишься, что и как им
делать. И не забудь, что вы с Джейком должны прийти вечером ко мне на ужин.
Тетушка распрощалась с ней до вечера, и Кэт—рин стояла в дверях, с улыбкой
провожая ее взгля—дом. Интересно, сколько времени прошло со школьных времен
Клэр Холден и сколько лет ее
девочкам
? Должно быть, это почтенные толстые
матроны.
Она счастливо вздохнула и вернулась в холл на—вести последний глянец на
стоящий там столик. Теперь она сможет возобновить свою работу над книгой,
поскольку лес вот он — рядом, и ей пред—писано бродить по нему, рисовать что
угодно и время от времени попадаться на глаза. Нет, она счастлива,
счастлива. Любить Джейка, жить в этом доме, бродить по лесу, дивясь каждому
цветку и букашке, — все это наполняло ее дни радостью. А по ночам, в
его объятиях, она постигала иные миры, и прежняя жизнь казалась ей чем-то
дале—ким, как сновидение.
Здесь к тому же ее семья. Тетя Клэр взяла Джейка под свое крылышко, тот
мужественно переносил эту опеку, изредка кривовато усмехаясь в сторону. Но
Кэтрин знала, что ему по душе хлопотливое и дея—тельное участие тетушки,
поскольку в детстве он этого был напрочь лишен.
Опасность, подстерегавшая их раньше, теперь, казалось, была в прошлом.
Ренфрея они даже не вспоминали.
И вдруг, когда Кэтрин хотела пойти переодеть—ся, чтобы отправиться на поиски
Джейка, на фоне солнечного света в дверном проеме появился тем—ный силуэт.
Ощущение было такое же, как в тот раз, когда она впервые проникла в этот
дом, тогда еще чужой, а на пороге появился мрачный и опасный хозяин
поместья. Но сейчас очертания фигуры со—всем иные. В дверях возник женский
силуэт — строй—ный и прекрасный.
Женщина вошла уверенно и непринужденно, как к себе домой. Еще до того, как
глаза Кэтрин справи—лись с сиянием солнечного света, ей стало понят—но, кто
это.
В Пенгаррон вернулась Джиллиан.
Кэтрин охватил страх. Жена Джейка была здесь, и ее собственные отношения с
возлюбленным вдруг показались ей чем-то незначительным, несущественным и
даже постыдным. Он женат на этой женщи—не, она вернулась, чтобы предъявить
на него свои права, законные права. Она и в дом вошла, как хо—зяйка.
— Прекрасно, просто прекрасно, — прозвучал ле—дяной голос. —
Такие перемены. Когда я была здесь последний раз, все здесь было в таком
запустении... Вы от какой фирмы работаете, голубушка?
— Ни от какой фирмы я не работаю, — возму—щенно сказала Кэтрин.
Джиллиан кивнула, прекрасно, судя по всему, зная, кто перед ней. Фраза,
скорее всего, была шпилькой, призванной унизить соперницу.
— Ах да, вы, наверное, та девушка, что живет с моим мужем. Это просто
невероятно, вы каже—тесь такой юной... и согласились жить с ним в
гре—хе. — Холодные голубые глаза насквозь пронзали Кэтрин. —
Впрочем, что ж удивительного, он та—кой красивый. Девушки и раньше бегали за
ним табунами.
Смущение прошло, уступив место раздражению, вызванному последними словами
Джиллиан. Но все же Кэтрин не сразу собралась с духом, сначала ей пришлось
напомнить себе, что Джейк любит ее и доказывает свою любовь каждый день, в
то время как эта женщина причинила ему в прошлом немало горя.
— Чего вы хотите? — гневно спросила она.
— Не чего, а кого. Своего мужа, конечно!
— И что ты станешь делать с ним, когда полу—чишь? — прозвучал
сдержанный голос.
Кэтрин обернулась и увидела Джейка, стоявше—го в дверях холла, около
лестницы, ведущей на вто—рой этаж. Он появился бесшумно и просто с
...Закладка в соц.сетях
