Жанр: Любовные романы
Лучший день в жизни
...ою с Коко. Коко
растерялась, но Хлоя вела себя с ней как с давней знакомой.
— Моя мама — бродвейская актриса, — сообщила она, пока они ждали Лесли. —
Она хорошо играет, а пьеса очень грустная. В ней все умирают. Мюзиклы мне
больше нравятся, но мама в таких не играет, только в грустных. В конце ее
убивают. Я была на премьере.
Лесли совершенно точно описал дочь: очаровательный ребенок и в то же время
не по годам взрослый.
— Ты тоже актриса? — вежливо спросила Хлоя.
— Нет. Я выгуливаю собак. — Коко вдруг почувствовала себя глупо, как
объяснить ребенку, в чем заключается ее работа? — Я гуляю с чужими собаками,
пока их хозяева на работе. Это здорово.
Лесли скоро вернулся. Он с удовольствием отметил, что Хлоя чувствует себя
рядом с Коко совершенно непринужденно. Лесли перенес вещи поближе к машине,
помог Хлое пристегнуться на заднем сиденье, погрузил чемоданы, и через
минуту они двинулись в путь.
— А что мы будем делать? — спросила Хлоя, когда они подъезжали к городу. —
Здесь есть зоопарк?
Ей ответила Коко, которая лучше знала город:
— Есть, конечно. А еще — канатная дорога и Чайнатаун. Если хочешь, можем
съездить к берегу океана.
— У Коко на самом берегу есть чудесный коттедж — тебе там наверняка
понравится, — вставил Лесли. У Коко вдруг возникло ощущение, что они играют
в
дочки-матери
. Прожив вместе два с половиной месяца, они превратились в
семью. Точнее, семьей были Лесли и Хлоя, а она, Коко, случайно пристроилась
к ним. Такова истинная жизнь Лесли. Им обоим предстоит узнать вкус
реальности. Коко было и страшновато, и радостно.
Когда они подъехали к дому, Лесли сам открыл дверь, отключил сигнализацию и
повернулся к дочери с сияющей улыбкой:
— Вот твой дом на ближайшие две недели! Добро пожаловать!
Он провел Хлою в кухню и предложил мороженого. Девочка по-прежнему прижимала
к себе мишку. Еще в аэропорту она сообщила Коко, что ее любимца зовут
Александр — внушительное имя для потрепанной игрушки. Втроем они уселись за
кухонный стол, Коко достала мороженое. К ее ужасу, Лесли принялся
рассказывать дочери о сцене с кленовым сиропом, с которой началось их
знакомство. Хлоя покатывалась со смеху, оба они — и ребенок, и взрослый —
перепачкались мороженым. Коко умилялась, наблюдая за ними. Хлоя вела себя
так, словно жила с отцом постоянно, и Лесли без труда справлялся с
отцовскими обязанностями.
Наконец все трое прикончили мороженое, и Коко познакомила Хлою с собаками.
Она заставила Джека дать лапу, которую Хлоя со смехом пожала обеими руками.
Огромного пса девочка ничуть не боялась. Салли носилась вокруг них кругами,
и Коко объяснила, что такие собаки, как она, в Австралии пасут овец. Затем
вся компания отправилась наверх. Эту ночь Хлое предстояло провести вместе с
отцом в спальне для гостей. Лесли подмигнул Коко поверх головы дочери, и она
поняла: когда Хлоя уснет, он заглянет в большую спальню.
Коко помогла маленькой гостье распаковать вещи, Лесли проследил, как Хлоя
чистит зубы. Умытой и переодевшейся в пижаму девочке Коко помогла расплести
волосы — длинные, светлые, волнистые от тугих кос. Затем малышка улеглась в
постель, Коко пожелала ей спокойной ночи, поцеловала и ушла к себе, а Лесли
сидел с дочерью, пока она не уснула.
Через двадцать минут он появился в хозяйской спальне и со счастливой улыбкой
рухнул на постель.
— Она прелесть! — просияла Коко. Лесли приподнялся и потянулся к ней, чтобы
поцеловать. — Вся в тебя, только волосы светлые.
— Я же говорил! — гордо напомнил Лесли. — А Хлоя считает, что ты очень
симпатичная и добрая. Она спрашивала, люблю ли я тебя, и я ответил
да
. Я
никогда не обманываю ее. Хлоя сказала, что я могу спать здесь, если захочу.
Я оставил дверь открытой и включил в ванной свет. Если ты не против, можем
приоткрыть и нашу дверь.
— Прямо как взрослые! — засмеялась Коко, похожая в эту минуту на ребенка, и
он заулыбался.
— А как же иначе? Я повзрослел, как только стал отцом. Хлоя сделала меня
ответственным человеком. Жаль, что мы так редко видимся, — задумчиво добавил
он. — У меня замечательная дочь.
— Верно, — согласилась Коко, пока он забирался под одеяло. — А ты уверен,
что тебе можно остаться здесь?
— Хлоя сама сказала, — напомнил Лесли. — Она хоть и совсем малышка, но все
понимает.
Ему было приятно видеть, что дочь сразу подружилась с Коко, а Коко со
свойственной ей добротой и мягкостью сумела найти к девочке подход, как и к
собакам, и к нему самому. Теперь, увидев Коко рядом с дочерью, Лесли ощутил,
как велика его любовь. Как ему повезло объединить двух самых близких людей!
Предстоящие две недели будут похожи на праздник. Лесли привлек к себе Коко,
некоторое время они шептались, хотя и знали, что Хлоя не услышит их из
соседней комнаты.
Спустя полчаса Лесли и Коко тоже уснули. Собаки остались в кухне — так
решила Коко, боясь, как бы они не напугали Хлою, по привычке забравшись на
ее кровать.
Всю ночь в доме было тихо, а на следующее утро, повернувшись, чтобы
выключить сработавший будильник, и сонно приоткрыв один глаз, Коко
обнаружила, что смотрит на улыбающуюся Хлою. Девочка прибежала к ним в
спальню, как только проснулась. Лесли еще спал, Коко при виде незваной
гостьи засмеялась.
— Есть хочешь? — шепотом спросила она, и Хлоя с улыбкой кивнула. — Пойдем вниз, съедим чего-нибудь.
Из комнаты они вышли на цыпочках, чтобы не разбудить Л если. Коко выпустила
собак в сад, а Хлоя уселась за кухонный стол так, будто с рождения жила
здесь.
— Что ты любишь есть на завтрак? — спросила ее Коко.
— Хлопья, бананы, тосты и молоко.
— Сейчас соорудим тебе завтрак. — Коко принялась вынимать припасы из
холодильника, потом включила чайник. — Хорошо тебе спалось?
Хлоя радостно закивала, потом задумалась, пристально глядя на Коко.
— Папа говорит, что он тебя любит. А ты его тоже? — с серьезным личиком
спросила она.
— Да, — ответила Коко, ставя перед девочкой тарелку с завтраком. — Очень. Но
тебя он любит больше всех, — добавила она, надеясь убедить собеседницу.
— А мама разрешает мне смотреть папины фильмы, когда я захочу, — объявила
Хлоя, запивая хлопья соком.
— Я тоже их люблю, — призналась Коко, усаживаясь напротив. — В нашей комнате
есть большущий экран, мы можем смотреть на нем папины фильмы или другие,
какие захочешь. Знаешь, как это здорово — смотреть кино на большом экране?
— Папа свои фильмы не любит, — напомнила Хлоя.
Коко кивнула:
— Знаю. Вместе с ним мы будем смотреть что-нибудь другое.
— Что это вы тут затеваете?
Обе от неожиданности вздрогнули: за разговором они и не заметили, как в
кухню вошел Лесли, неслышно ступая босиком.
— Решили посмотреть твои фильмы на большом экране, — объяснила Коко, а Хлоя
попыталась что-то добавить, но запихнула в рот слишком большой кусок банана
и потому не могла внятно выговорить ни слова. Надувая щеки, Лесли
передразнил ее, и все дружно рассмеялись, потом из сада примчались собаки и
снова убежали на свежий воздух. Точно так, как должно быть в семье.
— Может, сегодня, когда закончишь работу, свозим Хлою на берег? — спросил
Лесли. День был субботний, предложение понравилось всем троим.
— А купаться можно? — заволновалась Хлоя, но Лесли объяснил, что вода в
океане слишком холодная. Про акул он умолчал, зато пообещал дочери, что
разрешит ей поплавать дома, в бассейне.
Пока Хлоя с отцом ходили смотреть бассейн, Коко навела порядок на кухне и
поднялась в спальню, чтобы одеться. Прежде чем уехать на работу, Коко
предложила заплести косы Хлое. Заботиться о ребенке Лесли было приятно, как
и быть рядом с отцом и дочерью. Перед уходом Коко налила для Хлои ванну и
пообещала скоро вернуться. Хлоя махала ей в окно, пока машина не скрылась из
виду. Уезжая, Коко думала о том, как приятно будет вернуться в дом, где есть
близкие люди. Последние два года она жила в Болинасе совсем иначе. Ее
увлекла игра в дочки-матери с Лесли и его дочерью.
Коко вернулась как раз вовремя, чтобы пообедать с ними, а затем все
отправились на берег океана. Хлоя с любопытством смотрела по сторонам,
сыпала вопросами, рассказывала отцу, чем занималась летом в Хэмптонсе. У
мамы новый друг, а у друга — яхта, и мама сначала встретится с ним в Монте-
Карло, а потом они вместе поплывут в Сен-Тропез. Слушая, Коко сдерживала
улыбку. Значит, Хлоя все замечает и запоминает и наверняка надоест матери
рассказами о Коко, когда вернется домой.
— Он такой смешной! — говорила малышка о новом друге своей матери. — У него
огромный живот, а на голове ни волоска, но он очень хороший. И яхта у него
огромная.
Моника никогда не пренебрегала материальными возможностями мужчин, с
которыми встречалась, думал Лесли, слушая дочь. Но если ей так хочется,
почему бы и нет? Лесли видел, что Коко с трудом удерживается от смеха.
— А еще он старый, — заключила Хлоя.
Девочка взяла с собой любимого медвежонка, то и дело поднимала его,
показывая море вдалеке, между утесов. Когда за руль сел Лесли, Хлоя стала
расспрашивать Коко:
— Почему у тебя нет мужа и детей? — Утром девочка снова сказала отцу, что
Коко хорошая.
— Потому что раньше не находился мужчина, за которого мне хотелось бы выйти
замуж, — не стала уклоняться от ответа Коко. — Кстати, моя мама постоянно
спрашивает меня о том же.
— А братья и сестры у тебя есть? — Хлоя хотела знать о новой знакомой все.
— Есть сестра, ее зовут Джейн. Она на одиннадцать лет старше меня.
— О, много! — с сочувствием отозвалась девочка. Машина уже спускалась с
холма к Стинсон-Бич. Над океаном висел туман, но небо было голубым, погода
еще не испортилась. В августе всегда начиналось похолодание, поднимался
ветер. Местные жители привыкли к этому, туристы нередко бывали разочарованы,
но малышку капризы погоды не смущали: рядом с отцом и Коко она была
безмятежно счастлива. По-видимому, она ничуть не сердилась, что отец уделяет
внимание не только ей, но и чужой женщине. За свою жизнь Хлоя успела
перезнакомиться со множеством подруг Лесли. За завтраком она сообщила об
этом Коко, и та лишь кивнула.
— Твоя сестра замужем? У нее есть дети? — с надеждой спросила девочка. Она
любила играть с детьми, но так же свободно чувствовала себя в обществе
взрослых, как и говорил Лесли. Казалось, девочке легко живется не только в
своем, но даже в чужом мире. Для своих шести лет она многое повидала и
неплохо ориентировалась в жизни.
— Нет, она тоже не замужем, — с сожалением ответила Коко, — и детей у нее
нет. Они живут вместе с подругой — ну, как соседки. Ее подругу зовут Лиз.
— Так она лесбиянка? — вытаращив глаза, уточнила Хлоя, и Коко чуть не
свалилась с сиденья. Опасливо улыбаясь, она обернулась к девочке. Лесли
хмыкнул. К подобным разговорам с дочерью и ее придирчивым допросам он давно
привык. А для Коко они оказались полной неожиданностью.
— А что значит это слово? — осторожно спросила Коко, делая вид, будто не
понимает.
— А ты не знаешь? Лесбиянки — девушки, которые живут с девушками, геи —
парни, которые живут с парнями, иногда они целуются. Но детей у них не
бывает, потому что дети могут быть только когда девушка живет с парнем.
Хочешь, расскажу, от чего бывают дети? Мне мама объяснила, — с важным видом
предложила Хлоя и обняла медвежонка. И вправду она причудливейшее сочетание
ребенка и взрослого — прелестная проказница и маленькая женщина. Такого
ребенка Коко видела впервые и уже успела полюбить. Это вышло само собой. С
малышкой Хлоей не соскучишься.
— Да нет, пожалуй, не надо, — поспешила отказаться Коко. — Мне мама тоже
объяснила. Правда, в то время я была постарше.
Ей тогда только исполнилось четырнадцать, к тому времени всю нехитрую механику она узнала от Джейн.
— Просто ужас, правда? — доверительно продолжала Хлоя. Они проехали через
поселок Стинсон-Бич и приближались к Болинасу. — Когда я вырасту, я никому
не разрешу засовывать в меня пенис. Фу, гадость! — возмущенно добавила она,
но вдруг вытаращила глаза и посмотрела на Коко. — А мой папа так делает с
тобой? — спросила она напрямик, так что Лесли поперхнулся и переглянулся с
Коко, с трудом подыскивающей слова.
— Э-э... м-м... нет, папа — нет, — солгала та, не собираясь признаваться
малышке, как на самом деле обстоит дело. В шесть лет услышать такую правду
нелегко даже самому осведомленному ребенку.
— Так вот почему у вас нет детей! — понимающе воскликнула Хлоя. — Если
захотите ребенка, когда-нибудь все равно придется. Так делали мои мама с
папой. — Судя по тону, малышка считала, что ее родители когда-то сглупили
или попались в ловушку, но давным-давно покончили с глупостями. Она явно не
понимала всего смысла слов, которые произносила, и связанных с ними
действий, хотя суть улавливала верно.
— А я очень рада, что у них появилась ты, — жизнерадостно произнесла Коко,
чтобы перевести разговор. Лесли свернул к Болинасу, по узкой ухабистой
дороге они подъехали к дому. — Вот мы и приехали, — Объявила Коко, спеша
покинуть машину, пока Хлоя не затеяла новый разговор на щекотливую тему. К
подобным беседам Коко была еще не готова.
Втроем они вышли из машины, Коко отперла дверь, а Хлоя неторопливо
пританцовывала на месте. Собаки, которым пришлось всю поездку тесниться за
сиденьями
универсала
Джейн, умчались на пляж.
— Ой, как здесь красиво! — захлопала в ладоши Хлоя, сунув своего медвежонка
под мышку. Она присела на диван и осмотрелась. — Прямо как в домике
Златовласки или Белоснежки!
Коко рассмеялась. Вот так переход — от секса к Белоснежке за каких-нибудь
пять минут! Коко вышла на террасу, где ее уже ждал улыбающийся Лесли.
— Вот такая она, моя девочка, — шепотом подытожил он. — Я же говорил, она
совсем как большая. Мать обращается с ней как с равной. И в то же время Хлоя
еще ребенок. Хорошо, что ты это понимаешь. Обещаю тебе, больше никаких
гадостей, про которые говорила Хлоя, пока мы не захотим ребенка!
На звонкий смех Коко из комнаты прибежала Хлоя.
— Можно мне поиграть на пляже?
— Конечно, для этого мы сюда и приехали. Хочешь построить замок из песка или
просто побегать? — спросила Коко.
— Замок, замок! — Хлоя снова захлопала в ладоши. Коко тут же вынула из шкафа
несколько кастрюлек, мисок и маленькое ведерко, чтобы носить воду. Через
несколько минут все трое босиком уже спешили на берег.
Коко носила воду, башни возводил Лесли. Хлоя украшала замок камушками,
ракушками, вынесенными на берег обломками дерева и окатанными стеклышками,
проявляя бурную фантазию и несомненные творческие способности. Замок
получился впечатляющий, и все трое остались довольны. Близился вечер, когда
они вернулись домой.
После ужина Лесли принялся рассказывать, какой потешной была Хлоя в раннем
детстве. Все эти истории девочка знала наизусть, но слушала снова и снова.
Ее уложили в спальне Коко, сама Коко вызвалась провести ночь на диване,
несмотря на все протесты: она считала, что рядом с ребенком должен
находиться отец. В гостиной работал обогреватель, распространяя уютное
тепло. После того как девочка отправилась спать, в камине развели огонь.
Коко заглянула в спальню, чтобы пожелать Хлое спокойной ночи, и та попросила
поцеловать не только ее, но и мишку.
— Спасибо, сегодня мне было очень весело, — зевая, сказала Хлоя.
— Мне тоже. — Коко улыбнулась. Через минуту малышка уже крепко спала.
— Хлоя — самый милый и забавный ребенок в мире, — шепнула Коко, усаживаясь
рядом с Лесли на диван.
— Знаю, — с гордостью кивнул он, — я даже выразить не могу, как люблю ее. К
счастью для меня, Моника оказалась чудесной матерью, правда, временами
чересчур современной, с моей точки зрения. Напрасно она увлекается половым
воспитанием. Но, по-моему, Хлоя воспитана прекрасно, увы, не мной. Я
избаловал бы ее, даже разрешал бы ради игры пропускать занятия. — Он
счастливо улыбался.
Коко придвинулась ближе.
— Ты замечательный отец.
Он и вправду был терпелив, добр, любил дочь, окружал заботой не только ее,
но и Коко.
— А шикарный замок из песка мы построили, верно? — продолжал он. — Тебе
следовало бы стать архитектором.
— Уж лучше пляжной лентяйкой, — усмехнулась она.
— У тебя получается , все, за что ты берешься. — Лесли поцеловал ее,
просунул ладонь под свитер и коснулся груди.
— Надеюсь, ты не собираешься заниматься со мной теми гадостями, о которых
говорила Хлоя? — поддразнила его Коко, и он, не переставая ласкать ее,
состроил гримасу предельной серьезности.
— Ни за что! Никаких гадостей, особенно когда Хлоя спит в соседней комнате,
но если представится подходящий случай, так и быть, уговорила. Конечно, если
ты хочешь ребенка... — Его голос затих, и Коко загадочно улыбнулась:
— Когда-нибудь.
О ребенке она задумывалась уже несколько раз. Мысль о том, что у нее
появится малышка, похожая на Хлою, казалась ей естественной.
Вдвоем они провалялись на диване до полуночи, болтая обо всем на свете,
затем вышли на террасу полюбоваться ночным пейзажем. На небо высыпали
мириады звезд, над ними висела огромная, завораживающе прекрасная луна. Сидя
в шезлонгах, Лесли и Коко еще час проговорили о разных пустяках, после чего
Лесли наконец нехотя ушел к дочери в спальню, а Коко улеглась в спальном
мешке на диване.
Все трое проснулись бодрыми и свежими очень рано. Лесли приготовил завтрак —
банановые блинчики в виде ушастых голов Микки-Мауса, любимое блюдо Хлои, а
затем ушел к соседу Джеффу. Тот с раннего утра возился с машиной, и у Лесли
прямо-таки чесались руки от желания помочь. Поглядывая на него в окно и
улыбаясь, Коко с помощью Хлои наводила порядок на кухне, а затем предложила
девочке почитать на террасе.
Лесли присоединился к ним через два часа — перепачканный маслом, но
довольный, и объявил, что машина Джеффа опять на ходу. Утро, проведенное под
капотом соседской колымаги, Лесли считал потраченным не зря.
Собравшись, они отправились в Стинсон, где долго гуляли по берегу вместе с
собаками. Домой вернулись к обеду. Лесли и Хлоя затеяли игру в шашки, Коко
наблюдала, а подкрепившись сандвичами и картошкой фри, все вышли на террасу
погреться на солнце. На ужин были хот-доги и поджаренный маршмеллоу, но
прошел он невесело: всем было жаль покидать побережье. На обратном пути Хлоя
уснула в машине. Выходные удались на славу.
Вечером они посмотрели
Мэри Поппинс
на огромном экране в спальне, а потом
Лесли перенес уснувшую Хлою на кровать в спальню для гостей. Коко пообещала
девочке на следующий день свозить ее в Чайнатаун и поужинать вместе с ней
где-нибудь в китайском ресторанчике —
чтобы есть палочками
, по настоянию
Хлои. В планах на ближайшую неделю значились поход в зоопарк и поездка по
канатной дороге.
— Спасибо, что ты так добра к ней, — произнес Лесли, укладываясь в постель
рядом с Коко.
— Мне это совсем не в тягость, — ответила она, радостно улыбаясь. Лесли
снова встал и запер дверь спальни. — Что ты делаешь? — удивилась Коко,
прячась поглубже под одеяло и сдерживая улыбку. Ей нравились и дни,
проведенные втроем, и вечера наедине с Лесли.
— По-моему, нам выпала возможность уединиться. Когда в доме ребенок, такое
случается редко.
Оба понимали, что недавняя свобода избаловала их, но и не думали винить Хлою
за то, что стали реже оставаться вдвоем.
Лесли погасил свет, обнял Коко и с восторгом обнаружил, что она успела
избавиться от пижамы под одеялом, пока он относил в постель Хлою. Он сбросил
боксеры
, и через несколько минут страсть вскружила головы обоим. Приезд
Хлои словно сблизил их еще сильнее, если это возможно. Коко и раньше было не
на что жаловаться, а теперь блаженство переполняло ее.
Глава 10
За две недели, которые Хлоя провела у отца и Коко, они ухитрились выполнить
все данные девочке обещания и даже больше. Они побывали в двух зоопарках — в
Окленде и Сан-Франциско, а вдобавок в Музее восковых фигур на набережной Фишермен-
Уорф. Коко опасалась, что Хлоя может испугаться, но девочка осталась
довольна. Дважды они ездили в Чайнатаун и бродили по Сосалито, посещали
кинотеатры, прокатились в вагоне знаменитой канатной дороги, выходные снова
провели в Болинасе и построили новый замок, еще выше и причудливее прежнего.
Коко предложила заглянуть на фабрику игрушек, где они заказали единственного
в своем роде плюшевого мишку — его должны были сшить по рисунку Хлои. У
Александра появилась подружка — маленькая медведица в розовом платье,
названная в честь польщенной Коко. Хлоя с гордостью показала игрушку отцу. В
последний вечер они все вместе поплавали в бассейне, потом Коко приготовила
ужин. Она даже испекла торт с розовой глазурью и разноцветной сахарной
обсыпкой. Торт вышел кривоватым, но все равно понравился Хлое. Коко выложила
на глазури имя Хлои разноцветными конфетками
Эм-энд-эмс
.
За ужином Хлоя поинтересовалась, намерены ли пожениться ее отец и Коко.
Лесли уклонился от ответа. Этот вопрос они с Коко еще не обсуждали, хотя о
детях заговаривали несколько раз. Лесли надеялся уговорить Коко перебраться
с ним в Лос-Анджелес, но пока так и не добился согласия. К городу своего
детства и к тамошнему образу жизни Коко питала непреодолимое отвращение.
Прежде чем обсуждать брак, следовало обойти ряд препятствий, но Лесли
внутренне готовился к этому. Хлое он не дал вразумительного ответа лишь по
одной причине — чтобы не разочаровать ее на случай, если все разладится.
Девочка успела полюбить Коко и даже привязаться к обеим собакам.
— Наверное, твоя сестра все-таки лесбиянка, — подумав, заявила Коко малышка
однажды днем. — А то она не стала бы держать такую большую собаку. Девочки
заводят пуделей и йорков, совсем маленьких и пушистых, а такие собаки, как
Джек, бывают только у мальчишек.
— Может быть, ты и права, — как ни в чем не бывало откликнулась Коко. — Надо
будет у нее спросить.
Обманывать Хлою ей не хотелось, но и к прямому ответу она была пока не
готова. Не хватало еще, чтобы сразу после возвращения домой девочка объявила
матери, что у Коко есть сестра-лесбиянка. Моника может подумать, что в
присутствии ребенка говорили о вещах, не предназначенных для детских ушей.
Впрочем, для самой Моники не было запретных тем в разговорах с дочерью. Но
поскольку, Хлоя ее ребенок, Моника имеет на это право. Коко предпочла бы
точнее определить границы дозволенного, тем более что и Лесли придерживался
традиционных принципов воспитания. До сих пор их взгляды и убеждения
неизменно совпадали.
Лишь одно маленькое происшествие подпортило пребывание Хлои. В последний
вечер накануне отъезда девочка обожгла палец, жаря вместе с Коко маршмеллоу
над плитой. В спешке Хлоя схватилась за раскаленную докрасна вилку, пытаясь
снять с нее вязкую массу маршмеллоу, взвизгнула и мгновенно разразилась
слезами, как сделала бы на ее месте любая шестилетняя девочка. На пальце
вскочил волдырь. Коко среагировала моментально, подставила палец под струю
холодной воды, и тут на голос дочери примчался встревоженный Лесли.
— Что с ней? — в страхе крикнул он, заметив слезы на щеках девочки. —
Порезалась?
— Обожгла палец, — объяснила Коко, прижимая Хлою к себе и помогая ей держать
пострадавший пальчик над раковиной под струей воды.
— Ты что, разрешила ей одной играть над включенной плитой? — возмутился
Лесли, но тут у Хлои мигом высохли слезы. Малышка повернулась к отцу.
— Она не виновата! — решительно заступилась девочка за Коко, различив упрек
в отцовском голосе. — Коко говорила мне, что нельзя хвататься за вилку, а я
все равно схватилась. — Хлоя умолкла и прижалась к Коко, замерев в кольце ее
надежных рук. — Уже лучше, — храбро добавила она.
Втроем они изучили небольшой побелевший волдырек. Коко помазала его лечебной
мазью и заклеила пластырем.
Лесли виновато наблюдал за ней.
— Прости, я ляпнул глупость. Просто перепугался за нее. Ему было ужасно
неловко от того, что он заподозрил Коко в небрежном и невнимательном
отношении, но когда до него донесся визг Хлои, сердце у Лесли упало. Теперь-
то он понимал, что Коко встревожилась не меньше, но сумела оказать первую
помощь.
— Не волнуйся, — ободряюще произнесла Коко
...Закладка в соц.сетях
