Жанр: Любовные романы
Ей снилась смерть
...ми деньгами и собравшая целую коллекцию визит—ных карточек различных
мужчин. Целеустремленно прокладывала дорогу на избранном для себя поприще.
Жила очень скромно, экономила на любой мелочи и каждый вечер подсчитывала
полученные чаевые. Ни увлечений, ни друзей, ни родственников.
А еще Донни Рэй — парень, который любил свою маму и играл на саксофоне. Жил,
правда, в свинарнике, но зато с неизменной ангельской улыбкой на лице.
За—пашок от него шел еще тот, но он не упускал возмож—ности пошутить.
И вдруг, глядя на лица троих этих людей, которые никогда друг с другом не
встречались, Ева нащупала ту самую ниточку, которую так долго и безуспешно
искала.
Театр!
Метнувшись к компьютеру, Ева затребовала инфор—мацию по Марианне Хоули,
Сарабет Гринбэлм и Донни Рэю Майклу: род занятий и увлечения.
Компьютер ответил на удивление быстро:
Хоули, Марианна, секретарь
управляющего компании Фостер и Бринк
. Хобби и увлечения: театр. Участие в
самодеятельном театре общины Вест-Сайд...
Стоп! Следующий...
— ввела Ева новую команду.
Гринбэлм, Сарабет, танцовщица...
Стоп!
И Донни Рэй, саксофонист. С минуту Ева молчала, позволяя своей идее
приобрести более или менее за—конченные очертания. Затем дала компьютеру еще
одну команду:
Выявить потенциальную жертву преступни—ка с учетом увлечения
театром, музыкой или имеющую отношение к индустрии развлечений
.
Обрабатываю информацию... С учетом новой ин—формации вероятность выявления
потенциальной жер—твы составляет девяносто три и две десятых процента
.
— Хорошо! Чертовски хорошо! — выдохнула Ева и поднесла к уху
запищавший телефон. — Да, Даллас слу—шает.
— Говорит центральная диспетчерская. Лейтенант Даллас, вам необходимо
встретиться с супружеской че—той по адресу: Восемнадцатая Западная улица,
341, квар—тира 3. Попытка нападения. Возможно, связана с тремя убийствами,
по которым вы ведете расследование.
Ева уже застегивала пиджак.
— Все поняла. Еду.
-Это было так необычно! — Женщина была мини—атюрной и хрупкой, как
одна из трех маленьких фей, что танцевали на рождественской елочке из белого
стекла, стоявшей на подоконнике. — Впрочем, ничего особенного,
собственно, и не было. А Джако... Он всег—да делает из мухи слона.
— Не делаю я никаких слонов! Я говорю о том, что вижу. А тот парень был
психом, Сисси, — пробурчал Джако, сердито насупившись, и крепче прижал
к себе женщину, обняв ее за плечо.
Он был раза в четыре больше ее — под метр девя—носто ростом и весом
килограммов за сто. Глядя на его атлетическое сложение, можно было решить,
что он зарабатывает на жизнь, жонглируя гирями на арене цир—ка. Возле его
нижней челюсти и над правой бровью кра—совались внушительные шрамы.
Сисси казалась бледной, как лунный свет, а Джа—ко — темным, словно полночь.
Когда он взял жену за руку, ее ладонь исчезла в его ладони — огромной, как
лопата.
В квартире было три комнаты. Войдя сюда, Ева за—глянула в спальню и
обнаружила там кровать, огром—ную, как аэродром, на ней можно было бы
разложить человек двадцать. Впрочем, Джако один был за троих. Все, что Ева
видела вокруг, свидетельствовало о достат—ке, утонченном женском вкусе и
мужской привычке к комфорту.
— Так расскажите мне, что произошло.
— Мы уже обо всем рассказали вчера полицейско—му. — Сисси
улыбнулась, но в глазах ее читалось плохо скрытое раздражение. — Джако
настоял на том, чтобы вызвать полицию. Но уверяю вас, это, очевидно, был не
более чем глупый розыгрыш.
— Черта с два! — пробасил Джако, подавшись впе—ред. Его редкие
волосы воинственно топорщились. — Представьте себе, звонит в дверь какой-
то хмырь, оде—тый Санта-Клаусом и с большущей коробкой в руках. Хихикает,
несет всякую рождественскую ахинею.
Ева почувствовала, как в груди у нее начала подни—маться густая тошнотворная
чернота. Однако она взяла себя в руки и ровным голосом спросила:
— Кто открыл дверь?
— Я. — Сисси пожала плечами. — Видите ли, мой отец живет в
Висконсине. И если мне не удается навес—тить его на Рождество, он обычно
присылает мне по—дарки по почте. В этом году я как раз не сумела вы—рваться
к нему, вот и подумала, что он прислал мне по—дарок и заказал Санта-Клауса.
Фирмы, занимающиеся доставкой, предоставляют такую услугу. Я и до сих пор
думаю, что...
— Что этот хмырь прибыл от твоего папочки! — прорычал
Джако. — Представьте себе, она впускает его в дом. Я в этот момент
нахожусь на кухне. Я слышу, как она смеется, слышу голос этого засранца...
— Не обращайте внимания, — перебила мужа хруп—кая женщина. —
Джако просто болезненно ревнив. Эта его черта уже неоднократно становилась
причиной наших размолвок.
— Черта с два, Сисси! Это ты у нас доверчива, как овечка. Не поймешь,
что мужчина за тобой ухлестывает до тех пор, пока он не полезет тебе под
юбку. — Джако рассерженно сплюнул. — Представляете, я вхожу в
ком—нату и вижу, как он наступает на нее!
Сисси махнула на мужа рукой, а Ева переспросила:
— Что значит
наступает
?
— То и значит! Идет на нее как бык. На морде — улыбка, таращит глаза и
подмигивает.
— Господи, Джако, но Санта-Клаусу положено под—мигивать!
— Ах, положено? Но стоило ему увидеть меня, как он перестал
подмигивать, сволочь такая! Застыл как статуя, онемел и вылупил на меня
глаза. Наверное, пол—ные штаны навалил, скажу я вам. А потом рванул к двери
и принялся улепетывать не хуже зайца.
— Еще бы! После того, как ты на него наорал...
— Я заорал на него уже после того, как он пустился наутек. — Джако
с возмущением воздел к потолку свои огромные руки. — Да, черт побери, я
заорал на него и кинулся следом за ним. И я надрал бы ему задницу, если бы
мне не помешала Сисси. Когда я стряхнул ее с себя и выскочил на улицу, этого
гада уже и след про—стыл.
— Вы не знаете, полицейский, который явился к вам по вызову, забрал
записи системы видеонаблюде—ния?
— Да, он заявил, что этого требуют правила.
— Он прав, так и есть. Какой голос был у... гм... ва—шего гостя?
— Голос? — растерянно моргнула Сисси. — Весе—лый.
— Господи, Сисси, скажи, в каком университете те—бя обучили искусству
глупости! У него был неестест—венный голос, — обратился Джако к Еве, а
Сисси, явно обидевшись, поднялась с дивана и продефилировала на
кухню. — Знаете, эдакий деланный смех. Басовитый, про—тивный и
неестественный. И говорил он примерно так:
Ты была хорошей девочкой в этом
году? Тогда у меня для тебя кое-что есть. Только для тебя
. И тут вошел я.
Видели бы вы его морду! Он словно проглотил живого скорпиона.
— Вы не узнали этого человека? — спросила Ева, обращаясь к
Сисси. — Я понимаю, он был в гриме, в костюме, и все-таки... Вам ничего
не показалось знако—мым? Может быть, его повадки, голос? Хоть что-ни—будь!
— Нет. — Сисси вернулась в комнату, не глядя на Джако. В руке ее
был стакан с минеральной водой. — Но ведь я и видела его всего минуты
две, не больше.
— Я хочу, чтобы вы просмотрели видеозаписи ох—ранной системы. Мы
сделаем с них фотографии, увели—чим их, и вы еще раз посмотрите на это лицо.
Если вы увидите что-то знакомое, сообщите мне.
— Стоит ли какое-то глупое происшествие таких хлопот?
— Я думаю, стоит. Кстати, как долго вы живете вместе?
— Примерно два года — с небольшими перерывами.
— Последнее время в основном с перерывами, — пробурчал Джако.
— Если бы ты не был таким собственником, если бы не лез в драку с любым
мужчиной, с которым я разгова—риваю... — обвиняющим тоном заговорила хрупкая
женщина.
— Подождите, Сисси! — подняла руку Ева: у нее сейчас не было
времени наслаждаться семейными сце—нами незнакомых людей. — Расскажите
мне, пожалуй—ста, чем вы оба зарабатываете на жизнь.
Сисси пожала плечами.
— Чем зарабатываем? Я — актриса, а когда у меня нет ролей, преподаю
актерское мастерство.
Вот оно, подумала Ева.
— Она потрясающая актриса! — с наивной гордос—тью воскликнул
Джако, улыбнувшись Сисси. — Сейчас она как раз репетирует главную роль.
Не на Бродвее, конечно, но...
— Да уж, совсем не на Бродвее, — улыбнулась Сис—си. Смягчившись,
она снова подсела к Джако и прижа—лась к его плечу.
— Это будет настоящий шедевр. — Мужчина га—лантно поднес к губам
крошечную ручку своей спутни—цы жизни и прикоснулся к ней губами. —
Сисси выбрали на эту роль из двадцати других претенденток. Это от—крывает
перед ней поистине грандиозные возможности.
— Непременно приду на премьеру, — пообещала Ева. — Скажите,
Сисси, вы когда-нибудь пользовались услугами службы знакомств под названием
Только для вас
?
— Гм... — Женщина смущенно кашлянула и отвела глаза. — Нет.
— Сисси! — В голосе Евы зазвучали стальные нот—ки, глаза стали
жесткими. Она подалась вперед. — Вам известно об ответственности за
дачу ложных показаний в ходе официального допроса?
— Послушайте, ради всего святого, вам-то до этого какое дело?! —
всплеснула руками маленькая женщина.
— А что это за
Только для вас
такое? — вмешался в разговор
Джако.
— Компьютерная служба знакомств.
— О господи, Сисси, ты совсем рехнулась! — взре—вел великан,
ударом огромного кулака сбросил на пол диванную подушку, а затем вскочил и
стал метаться по комнате, которая сразу стала казаться очень
малень—кой. — Ты обращалась к этим профессиональным свод—никам?!
— Да, обращалась, чтобы проучить тебя, дубину этакую! — В это было
трудно поверить, но маленькой, хрупкой фее удалось перекричать
разбушевавшегося гиганта. — Я была страшно зла на тебя! Мы тогда в
оче—редной раз поругались, мне казалось, что я тебя нена—вижу! Вот я и
решила, что, когда мы не живем вместе, я имею полное право встречаться с кем
угодно!
Мужчина подошел к дивану и тучей навис над Сис—си, мрачно сверкая глазами.
— Подумай дважды, прежде чем произносить вслух такие глупости.
— Вот видите? Видите? — жалобно проговорила та, призывая Еву в
свидетели. Все очарование маленькой феи бесследно улетучилось, теперь глаза
ее сверкали от ярости. — Вот с кем мне приходится жить!
— Успокойтесь вы, оба. И сядьте! — приказала Ева. — Когда вы
обращались в агентство, Сисси?
— Примерно полтора месяца назад, — внезапно пробормотала
та. — С двумя мужчинами я даже встре—тилась.
— С какими еще мужчинами? — угрожающе проры—чал Джако.
— С двумя мужчинами, — твердо повторила Сис—си. — А потом
Джако вернулся. Пришел с цветами, с анютиными глазками... И я растаяла. Но
теперь мне ка—жется, что напрасно!
— Возможно, то, что вы
растаяли
, спасло вам жизнь, — заметила
Ева.
— Что вы имеете в виду? — Джако уже снова сидел рядом с Сисси. Она
инстинктивно прильнула к нему, и он обнял ее своей рукой-оглоблей.
— То, что случилось вчера в вашем доме, укладыва—ется в картину серии
убийств, произошедших за пос—ледние дни. Правда, остальные жертвы жили
одни. — Ева выразительно посмотрела на Сисси. — Вы — нет, и в этом
ваше счастье.
— О боже! Но... Джако!
— Не волнуйся, детка, не волнуйся, я с тобой. — Он обнял Сисси,
продолжая во все глаза смотреть на Еву. — Значит, я был прав, не зря
этот парень показался мне скотиной! Так объясните же нам, что происходит.
— Я сообщу вам только то, что считаю нужным, а затем мы все втроем
поедем в полицейской управление. Просмотрим видеозапись, запишем ваши
показания, и вы еще раз расскажете мне все, что тут произошло, при—помнив
все детали, вплоть до самых, казалось бы, пус—тяковых. А вы, Сисси,
постарайтесь подробнейшим об—разом вспомнить все, что связано с вашим
визитом в службу знакомств
Только для вас
.
-Свидетели оказывают нам всяческое содейст—вие. — Ева стояла в
кабинете майора Уитни и отчиты—валась в том, что сделано в ходе
расследования. Она была слишком взволнована, чтобы сидеть на одном месте, и
с трудом удерживалась от того, чтобы не начать мерить комнату шагами. —
Женщина, конечно, потря—сена, и поэтому многого от нее сейчас ожидать не
при—ходится. Мужчина поддерживает ее, как может. К сожа—лению, ничто в
облике приходившего не вызвало у нее никаких ассоциаций, не показалось
знакомым. Я до—просила обоих мужчин, с которыми Сисси Петерман встречалась
через службу знакомств. У каждого из них есть алиби — хотя бы на одно из
убийств. Я думаю, они не имеют к этому отношения.
Сложив губы трубочкой, Уитни кивнул. Слушая Еву, он одновременно смотрел на
экран компьютера, на ко—торый был выведен ее рапорт.
— Джако Гонсалес? — вдруг подскочил он. — Ее приятеля зовут
Джако Гонсалес? Это же двадцать шес—той номер у
Забияк
!
— Да, сэр, он профессиональный футболист.
— Ну и ну! — На лице Уитни появилась редкая для него кривая
улыбка. — Футболист... Да он самый насто—ящий убийца! В прошлой игре он
заработал три штраф—ных очка и дважды проламывал защитные стенки!
Заметив удивление, написанное на лице Евы, он смущенно откашлялся.
— Мой внук — заядлый болельщик и горячий по—клонник этого самого
Гонсалеса.
— Понятно, сэр.
— Очень жаль, что Гонсалес не поднял руку на того парня. Он бы не ушел
от него, уверяю вас.
— Согласна с вами, майор.
— А миссис Петерман повезло. Судя по всему, она удачливая женщина.
— Да, сэр. И нам другого такого случая может не представиться. Сегодня
вечером преступник наверняка снова выйдет на охоту — это заключение сделала
док—тор Мира. По ее мнению, он сейчас зол и растерян, а значит, может
проявить неосторожность. Макнаб и Пибоди сегодня вечером встречаются с
претендентами из списков в баре
Нова
. Там все готово, у меня их
ра—порты... — Поколебавшись, она решила высказать свое мнение: — Шеф, то,
что мы наметили на сегодняшний вечер, — это необходимые меры. Но он
может не прий—ти туда, пока мы будем вести слежку. Не исключено, что он уже
наметил очередную жертву и может отпра—виться прямо к ней.
— Разумеется, не исключено. И что же вы предла—гаете?
— Я составила список возможных жертв, который насчитывает почти двести
имен. Но мне кажется, я нашла еще одну зацепку — театр, и это может
значи—тельно сократить наш список. Надеюсь, что с новыми данными Фини
значительно сузит круг возможных жертв. Потенциальные жертвы надо защитить.
— Как? — развел руками Уитни. — Вы не хуже меня знаете, что
управление не может выделить на это дело слишком много людей.
— Но если он сократит список...
— Даже если он сократит его вчетверо, я не смогу выделить достаточное
количество сотрудников, — от—резал Уитни.
— Один из этих людей сегодня вечером может по—гибнуть. — Она
сделала шаг вперед. — Их надо предуп—редить. Если мы предостережем
людей через средства массовой информации, потенциальная жертва просто не
откроет убийце дверь.
Уитни холодно посмотрел на нее.
— Если мы обратимся к прессе, возникнет паника. И сколько Санта-
Клаусов, которые позвонят в этот вечер в квартиры, получат как минимум по
морде? Или будут застрелены. Не стоит торговаться, Даллас. Кроме
того, — добавил он, прежде чем она успела вставить хоть слово, —
если мы обратимся к прессе, мы рискуем спугнуть его. Он заляжет на дно, и мы
никогда его не найдем. Три человека погибли, и они заслуживают луч—шего
отношения.
Он был прав, но от этого Еве не становилось легче.
— Если Фини сократит список до разумного коли—чества, мы сможем
связаться с каждым. Я организую команду для подобных звонков.
— Все равно возникнет утечка информации, лейте—нант, и мы опять получим
панику.
— Но мы не можем их бросить! Следующий труп будет на нашей
совести. —
На моей совести
, — уточни—ла она про себя, но
предпочла не говорить этого вслух. — Если мы ничего не сделаем, чтобы
предупредить жер—тву, это повиснет на нас. Он знает, что мы вычислили его
почерк. Он знает, что у нас есть список возможных жертв. Он знает, что нам
ничего не остается, как жон—глировать именами и ждать его нового нападения.
И ему нравится это! Он устроил настоящее представление перед телекамерой
наблюдения у Петерман. Стоял и позировал. У нас уже четверо за неделю, и это
слишком много, черт подери!
Уитни слушал ее со спокойной грустью.
— Между прочим, намного легче занимать такую позицию, как ваша,
лейтенант. Хоть вы и думаете ина—че, но это намного проще. Только у вас
ничего не вый—дет. Я не могу позволить вам закрывать собой каждую жертву и
принимать на себя удар, как вы это сделали несколько недель назад, прикрыв
человека Рорка.
— Здесь нет ничего общего! — Сдерживая подсту—пившую злость, Ева
стиснула зубы. — То дело закрыто, майор, а нынешнее расследование горит
у нас в руках. Информация уже просочилась в прессу. Еще одна смерть — и на
наши головы выльют ушат дерьма.
Его взгляд погас.
— Сколько времени понадобится Ферст?
— Совсем немного — она дышит нам в спину. И надо сказать, Надин Ферст
не единственный репортер с хо—рошим нюхом, а из них далеко не все так же
честны.
— Ну, хорошо. Я доложу обо всем шефу — это един—ственное, что я могу
сделать. Дайте мне список Фини, и я попрошу разрешения на индивидуальный
контакт с каждым. Но я не могу выделять деньги на подобные дела, Даллас. Это
вне моей компетенции. — Он отки—нулся в кресле, изучая ее
взглядом. — Постарайтесь преуспеть сегодня с этой слежкой, лейтенант.
Можете идти.
Ева нашла Фини в своем собственном кабинете — он сидел за столом, уставившись в монитор компьютера.
— Я слышал, ты зацепила самого Джако Гонсалеса? — Он бросил
короткий взгляд через плечо. — Пола—гаешь, он на крючке, а?
— Я сделала кое-что получше: с божьей помощью добыла для тебя его
портрет убийцы.
— Да? Прекрасно.
— Но сначала я прошу тебя пробежаться по этим именам и данным. —
Ева положила на стол дискету. — Мне необходимо максимально сократить
список воз—можных жертв. — Она выдернула ящик своего пись—менного
стола, стараясь не обращать внимания на го—ловную боль. — Максимум до
пятидесяти, ладно? Я мо—гу заставить Уитни выйти на контакт самое большее с
полусотней. И помоги, господи, остальным. Где, черт побери, мои конфеты?
— Я не брал их, — Фини потряс пакетиком с засахаренными
орешками. — Макнаб заходил. Он известный сладкоежка.
— Сукин сын! — Ева с раздражением схватила ореш—ки Фини и отсыпала
себе горсть. — Так вот, у меня есть портрет преступника с записи камеры
наблюдения у Петерман — увеличенный и четкий. Конечно, он в кос—тюме и
гриме, но мне кажется, ты сможешь многого до—биться, если сопоставишь этот
портрет с его другими фотографиями. — Она отпила кофе, надеясь, что он
смоет неприятный привкус орешков во рту. — У меня есть множество его
изображений. Ты на своем специ—альном сканере должен проанализировать каждую
мор—щинку на его лице, каждую складку, тени под глазами. Даже учитывая
возможные ошибки, что-то должно проявиться! Обрати особое внимание на его
рот.
Фини пожал плечами:
— Если у нас есть достаточно хорошие снимки, мы действительно сможем
добиться многого.
— К сожалению, нам вряд ли удастся воссоздать его телосложение, но рост
мы должны определить. Судя по записи, он не носит высоких каблуков, это
может нам помочь. — Ева допила кофе и прикрыла глаза. — Уши...
Вряд ли он озаботился изменением формы ушей. Я знаю, что уши многое могут
сказать. — Она села к компьютеру и принялась вызывать все новые
файлы. — Дерьмо, ничего, ничего, ничего. Есть! — На экране
высветился портрет в профиль. — Вот это то, что нужно, это имен—но то,
что нужно. Ты сможешь обработать это?
Фини смотрел на экран, задумавшись.
— Да-а... Возможно. Правда, шляпа прикрывает верхнюю часть уха, но,
может быть, что-нибудь удастся сделать. Неплохо, Даллас. Постараюсь не
упустить ни—чего. Мы исследуем каждую черточку и посмотрим, что из этого
нарисуется. Но это довольно сложно и потре—бует много времени. На
исследования уйдут дни, может быть, недели.
— Мне нужно лицо этого ублюдка! — Ева прикрыла глаза, стараясь
сосредоточиться. — Мы вернемся назад, опять переработаем весь материал,
вплоть до космети—ки и татуировок на руках. Может быть, что-нибудь вы—трясем
из этого.
— Даллас, две трети салонов и клубов в городе поль—зуются услугами
свободных художников.
— И, может быть, один из них узнает этот рису—нок. — Она
вздохнула. — У нас есть два часа до встречи в
Нова
. Давай постараемся
сделать, что можем.
ГЛАВА 11
Пибоди всегда раздражал Макнаб. Ей не нравилось работать с ним из-за его
нелепой одежды, вечной ду—рацкой ухмылки и невыносимого зазнайства. Она до
сих пор не могла прийти в себя, узнав, что Ева считает его хорошим
полицейским. Во всей их команде не было никого, кого бы она уважала так же,
как Еву Даллас, но она понимала, что даже самый лучший полицейский не
застрахован от ошибок. Ошибкой Евы, по мнению Пи—боди, был Макнаб.
Сидя в симпатичном маленьком баре, она с раздра—жением наблюдала, как Макнаб
заигрывает с блондин—кой ростом под метр восемьдесят. Все, что он делал,
считала Пибоди, делалось специально, чтобы позлить ее. Если бы его не было
там, она бы с удовольствием на—слаждалась спокойной и элегантной атмосферой
этого заведения. В баре стояли симпатичные столики с ме—таллическими
крышками, светло-желтые стены были увешаны очаровательными акварелями с
изображения—ми сценок на нью-йоркских улицах.
Классно
, — подумала она и искоса взглянула на свое отражение в
сверкающих зеркальных стенках бара. Даже трудно было себе представить, что
подобное милое заведение могло принадлежать Рорку. Мягкое крес—ло, в котором
она сидела, было восхитительно удобно, напитки — великолепны.
Неожиданно на другом конце зала раздался оглуши—тельный хохот Макнаба, тупой
бритвой резанувший по нервам Пибоди. Она посмотрела в его сторону и
увиде—ла, как он незаметно подмигнул ей. В ответ ей захоте—лось сделать какой-
нибудь возбуждающий жест: сексу—ально провести кончиком языка по губам,
например.
— Как вы, Пибоди? — услышала она в наушнике голос Евы, но ответить
не успела: наушник буквально взорвался в ее ухе: — Дьявольщина!
Пибоди вздрогнула.
— Лейтенант? — пробормотала она ошарашенно.
— Что он здесь делает, черт подери?!
Рука Пибоди машинально скользнула по левому боку, нащупав оружие. Она
внимательно осмотрела зал и с изумл
...Закладка в соц.сетях
