Жанр: Любовные романы
Ей снилась смерть
...е знаете Руди! Он не способен никого оби—деть. Он не может...
— Вы полностью уверены в нем? Настолько увере—ны, что готовы рискнуть
чьей-то жизнью? Если не се—годня, то — завтра?
— Кто бы ни убил этих людей, это безумный чело—век — порочный, жестокий
и безумный. Если бы я по—верила, что этим человеком мог быть Руди, я не
смогла бы жить. Мы — часть друг друга, так что, если бы это все было в нем,
оно было бы и во мне. Я не смогла бы тогда жить! — Она закрыла лицо
руками. — Я больше не могу этого выдержать. Я не могу больше говорить с
вами. Если вы обвиняете Руди — вы обвиняете меня. И я не хочу больше
разговаривать с вами!
— Вы не половинки одного целого, Пайпер, хоть он вас и убедил в этом.
Если вам понадобится помощь, чтобы освободиться от этого, я знаю человека,
который может вам ее оказать, — сказала Ева, прежде чем уйти.
На своей визитной карточке она написала телефон—ный номер и имя доктора
Миры, хотя и считала это бессмысленным, положила карточку на подлокотник
кресла и вышла.
Оказавшись в машине, Ева немного посидела, пы—таясь успокоиться, а потом
посмотрела на часы.
Не так много времени осталось, — подумала
она, — но до—статочно
. И позвонила Надин.
— Что тебе, Даллас? Я в цейтноте, через час пресс-конференция.
— Давай встретимся в клубе
Д & Д
. Приведи свою команду. Через
пятнадцать минут.
— Я не могу...
— Нет, ты можешь! — Ева бросила трубку и напра—вилась на встречу.
Она выбрала этот клуб потому, что была уверена: в это время там мало народу,
и они смогут спокойно по—говорить. А кроме того, владелец был ее другом, и
Ева не сомневалась, что он сделает все, чтобы им не мешали.
— Что ты здесь делаешь, белая девушка?
Крэк смотрел на нее с высоты своего почти двух—метрового роста. Его черное
лицо излучало доброжела—тельность, а только что выбритая голова сверкала,
как зеркало. Он щеголял в жилетке из павлиньих перьев, кожаных штанах,
которые облегали так плотно, что вызывали опасения за его мужское хозяйство,
и сверкаю—щих, вишневого цвета сапогах.
— У меня здесь встреча, — сообщила Ева и огляде—лась по сторонам.
Зал был почти пуст, на сцене репети—ровали лишь шесть танцовщиц да горстка
сомнитель—ных личностей толпилась у стойки бара. Большинство из них знали,
что Ева полицейский, еще с тех времен, когда она ловила карманников на Таймс-
сквер. Тогда она еще верила, что дюжину карманников и прочую нечисть вскоре
удастся смыть в сточные воды Нью-Йорка...
— Ты пригласила своих копов в мое заведение? — Крэк проводил
взглядом двух кожаных наркоторговцев, направившихся в туалет. — Боюсь,
чей-то бизнес пострадает сегодня вечером.
— Не беспокойся, мне сейчас не до того. У меня скоро пресс-конференция.
У тебя нет кабинета, где мы могли бы спокойно поговорить?
— Придет Надин? Я всегда рад ей. Займите кабинет номер три, красотка. Я
присмотрю, чтобы вам не мешали.
— Благодарю, Крэк. — Через его плечо она увидела, как открылась
дверь, впустив в бар солнечный свет и Надин с телеоператором. — Это
ненадолго.
Ева показала им рукой на кабинет и сама направи—лась туда.
— Ты посещаешь такие интересные места, Дал—лас! — Почесывая нос,
Надин обвела взглядом ободран—ные стены и дряхлую кровать — единственную
мебель в этой комнате.
— Тебе раньше нравились такие места, насколько я помню, — заметила
Ева. — Места, в которых можно раздеться до трусиков и танцевать на
сцене.
— Я была плохо воспитана, — сказала Надин, когда оператор
захихикал. — Заткнись, Майк.
— У тебя пять минут. — Ева села на край кровати. — Ты можешь
задавать мне вопросы — или я сделаю для тебя сухое заявление. Учти, я не
собираюсь сообщать тебе больше того, о чем буду говорить на пресс-
конфе—ренции, но ты получишь эту информацию на добрые двадцать минут раньше
остальных. Я также дам тебе разрешение использовать известные факты.
— Почему?
— Потому что мы друзья, — сказала Ева чуть слышно.
— Выйди на минуту, Майк. — Надин дождалась, пока за ним закрылась
дверь. — Мне не нужны подарки из жалости.
— Я и не собираюсь делать тебе подарки. Каждый из нас занимается своим
делом. Ты ведь придерживаешь информацию, пока я не разрешу тебе ее
опубликовать, значит, я держу кончик веревки в своих руках. Это
про—фессионально. Ты мне нравишься, хотя и раздражаешь меня. Это тоже
профессионально. Итак, ты хочешь по—беседовать со мной с глазу на глаз?
Надин улыбнулась.
— Да, я хочу. Ты нравишься мне, Даллас, хотя по—стоянно раздражаешь
меня.
— Расскажи мне, какое у тебя создалось впечатле—ние о Руди и Пайпер?
— Они очаровательны. Могут часами рассуждать о своей фирме. Но все, что
я ни открою, они норовят сра—зу закрыть. Отлично запрограммированы.
— Кто из них лидер, по-твоему?
— Конечно, он. Без вопросов. Кстати, несколько больше опекает ее, чем
это положено брату, если тебе это интересно. Их манера наряжаться и красить
губы вызывает некоторую гадливость. Но, возможно, у близ—нецов так принято.
— Ты интервьюировала кого-нибудь из их служа—щих?
— Конечно, несколько человек. Они утверждают, что все дела шли очень
гладко.
— А сплетни о хозяевах?
— Ничего, кроме восхваления. Мне не удалось найти на них ни единого
пятнышка. Так ты ищешь именно это?
— Я ищу убийцу, — резко ответила Ева. — Давай займемся делом.
— Отлично. — Надин постучала ногой в дверь, чтобы вызвать
Майка. — Итак, сухое заявление с пос—ледующими вопросами.
— И то и другое? Мы так не договаривались!
— Не заводись. Давай заявление.
Надин подозрительно посмотрела на кровать, пред—ставив себе, сколько
человеческого пота, и не только его, было пролито на ней, и предпочла
слушать стоя.
Час спустя Ева слушала заявление начальника уп—равления полиции и
безопасности Тиббла, которое бы—ло весьма близко к тому, что она сказала
Надин. Только он говорил более выразительно. Она поеживалась от холода, так
как для пресс-конференции было выбрано пространство перед входом в башню —
здание город—ских служб, в котором полиция располагалась под са—мой крышей.
Движение машин перед зданием было заблокировано за полчаса до мероприятия,
так что оно проходило почти в полной тишине, на фоне гула ма—шин на соседних
улицах.
Ева была уверена: Тиббл знает о том, что она уже оз—вучила основные факты.
Он мог стереть ее за это в по—рошок. Но, так как официально ей никто не
запретил беседовать с Надин, формальных последствий для нее быть не могло.
Ева всегда уважала начальника управления, но стала уважать еще больше, когда
он сумел сделать подробное заявление, не упомянув, что основные
доказательства для суда им еще предстояло добыть.
Когда репортеры начали выстреливать свои вопро—сы, Тиббл поднял обе руки
вверх.
— Я переадресую ваши вопросы старшему следова—телю, лейтенанту Еве
Даллас. — Он повернулся к Еве и шепнул ей на ухо: — Пять минут, и не
давай им больше, чем они уже получили. В следующий раз, Даллас, наде—вай
пальто, черт тебя побери!
Ева закуталась поплотнее в свою куртку и вышла вперед.
— У вас есть конкретные подозреваемые?
Ева подавила тяжелый вздох. Она ненавидела обще—ние с журналистами.
— В связи с этими делами допрашиваются несколь—ко человек.
— Жертвы подвергались сексуальному насилию?
— Все эти дела рассматриваются как убийства на сексуальной почве.
— Что их объединяет? Были ли жертвы знакомы друг с другом?
— Я не имею права обсуждать сейчас следственные мероприятия. — Ева
подняла руку, чтобы остановить гул возмущения. — Однако могу сообщить,
что мы рас—сматриваем эти дела как связанные друг с другом. Как уже сказал
шеф Тиббл, расследование указывает, что, во всяком случае, убийца был одним
и тем же.
— По городу гуляет Санта-Клаус! — бросил какой-то весельчак, и вся
толпа дружно засмеялась.
— Ну что ж, веселитесь! — Злость разогнала ее кровь, заставив
забыть о холоде. — Вам легко смеяться — вы ведь не видели, что он
оставляет после себя. Ведь вам не надо сообщать друзьям и родственникам, что
их дети и возлюбленные убиты.
Толпа моментально замолчала.
— Я вижу, что человек, виновный в этих несчастьях, будет в средствах
массовой информации разрисован чуть не как злой гений. Идите и сделайте то,
что он хочет! Превратите убийцу четырех человек в звезду шоу-биз—неса. Но мы
в управлении полиции знаем, что он собой представляет. Он жалок — еще более
жалок, чем вы! Мне нечего больше сказать.
Ева повернулась, игнорируя недовольные выкрики, и наткнулась на Тиббла.
— Зайдем на минуту, — сказала он и, взяв ее под руку, быстро
провел мимо охраны и укрепленных две—рей.
— Хорошо говорила. Но это было сделано для надо—едливых зрителей, мне
сейчас придется разбираться с мэром. Иди и делай свою работу, Даллас, а все
осталь—ное предоставь мне.
— Да, сэр.
— И найди себе какие-нибудь перчатки, бога ради!
Одну руку Ева сунула в карман, чтобы согреться, а другой достала мобильный
телефон. Сначала она попы—талась связаться с доктором Мирой, но ей сказали,
что та проводит тестирование. Тогда она позвонила Пибоди.
— Что-нибудь прояснилось с ожерельем?
— Мы делаем все возможное.
Боблс и Банглс
на Пятой авеню. Их ювелир
придумал и сделал его по за—казу. Кажется, нам повезло: один из клерков
вспомнил, что покупатель лично приходил за заказом. Они сейчас проверяют
записи камер наблюдения.
— Отправляйтесь туда, я еду.
— Лейтенант?
Она обернулась и увидела Джерри Вандорена.
— Джерри, что ты здесь делаешь?
— Я узнал о пресс-конференции. Я хотел... — Он поднял руки, затем
беспомощно уронил их. — Я хотел услышать, что вы скажете. И теперь хочу
поблагодарить вас...
Он повернулся и обреченно поплелся назад, огля—дываясь по сторонам, как
будто оказался на незнако—мой планете.
— Джерри! — Ева догнала его и взяла за руку, уводя подальше, пока
репортеры не почувствовали запах свежего мяса и не набросились на
него. — Тебе надо идти домой.
— Я не могу спать. Я не могу есть. Она снится мне каждую ночь. Марианна
не умерла, пока я мечтаю о ней. — Он весь дрожал. — Затем я
просыпаюсь — и снова вижу ее. Все говорят, что мне нужен хороший психолог,
который бы избавил меня от этого горя. Но я не хочу, чтобы меня избавляли от
моего горя! Я не хочу, чтобы мое чувство к ней прошло.
—
Это не мое дело
, — сказала себе Ева. Но его отчая—ние,
казалось, ждало от нее ответа. И она не могла про—сто отмахнуться от него.
— Марианна не хотела бы, чтобы ты так страдал. Она любила тебя.
— Но когда я перестану страдать, она действительно уйдет. — Джерри
закрыл и вновь открыл глаза. — Я толь—ко хотел... Мне понравилось, что
вы сказали там. Что вы не позволите им превратить это в шутку. Я знаю, вы
остановите его. Ведь вы остановите его?
— Да. Я собираюсь остановить его. Пошли. — Она осторожно повела
его к боковому выходу. — Давай пой—маем тебе такси. Где, ты говорил,
живет твоя мать?
— Моя мать?
— Да. Поезжай к матери, Джерри. Поезжай и пожи—ви у нее какое-то время.
Он загородился от солнечного света, когда они вышли на улицу.
— Уже совсем скоро Рождество.
— Да. И тебе было бы лучше всего встретить Рожде—ство со своей семьей.
Марианна хотела бы этого, Джерри.
Сев за руль, Ева выбросила Джерри Вандорена из головы и сосредоточилась на
своих последующих дей—ствиях. Пробившись через пробки, она с нарушением
правил припарковалась около ювелирного магазина и включила полицейский
проблесковый маячок. Затем она пробралась через толпу пешеходов в магазин.
Это было место, куда, как представляла Ева, Рорк мог заглянуть по дороге и
небрежно купить какую-ни—будь безделушку стоимостью в несколько сот тысяч.
Магазин был весь розовый и золотой, как морская ра—ковина внутри. Негромкая
музыка на фоне жужжания работающих кондиционеров навевала покой. Цветы были
свежими, ковер толстым, а полицейский у входа вооружен до зубов. Он окинул
ее куртку и сапожки презрительным взглядом, за что Ева с удовольствием
пока—зала ему полицейский значок. Он тут же проглотил улыбочку, и это
принесло ей некоторое удовлетворение. Она беззвучно проплыла мимо него —
мягкий ковер съедал стук ее сапожек.
Еве хватило короткого взгляда, чтобы оценить публику. Она увидела женщину в
многотысячной норке, которая, утопая в мягком кресле, обсуждала с продав—цом
бриллианты или рубины; высокого мужчину с се—дыми волосами и перекинутым
через руку пальто, инте—ресующегося золотыми браслетами и кольцами;
хихи—кающую блондинку, которую уговаривал что-нибудь купить мешковатый
мужчина, слишком старый даже для того, чтобы быть ее дедушкой. Было
очевидно, что у него больше денег, чем ума.
Ева отметила камеры наблюдения — маленькие линзы, которые сверкали по
периметру потолка. По—лоска ступеней уходила спиралью вверх в правом конце
зала. Но, если какой-нибудь даме было слишком труд—но подниматься из-за
тяжести золота и бриллиантов на ней, к ее услугам был сверкающий лифт.
Только висящий на груди бриллиант спасал Еву от того, чтобы не усмехаться
над самой собой. Ее смущала мысль, что Рорк все покупает в подобных местах.
Она подошла к прилавку, на котором клерк раскла—дывал и драпировал
сверкающие драгоценными камнями браслеты, и уставилась на него. Его это
нисколько не смутило. Клерк весь сверкал, как бриллианты на браслетах, но
его рот был вытянут в ниточку, в глазах застыла скука, а в голосе, когда он
заговорил, сквозил сарказм:
— Могу я чем-нибудь помочь, мадам?
— Да. Мне нужен управляющий.
Он наклонился так, что огни люстр отразились в его набриолиненной голове.
— Какие-нибудь проблемы?
— Это зависит от того, как быстро вы вызовете уп—равляющего.
Его рот тут же скривился, как будто туда попала муха.
— Один момент. И, пожалуйста, не трогайте стекло витрины. Оно только
что протерто.
Маленький ублюдок!
— подумала Ева. Она успела оставить на стекле полдюжины
отпечатков своих паль—цев, прежде чем клерк вернулся с миниатюрной
брюнеткой.
— Добрый день. Я миссис Кейтс — управляющая. Могу я помочь вам?
— Лейтенант Даллас, нью-йоркская полиция. — Улыбка была теплее и
шире, чем у клерка, и поэтому Ева показала ей свой полицейский значок, не
тыча в глаза. — Моя помощница звонила вам по поводу оже—релья.
— Да, я говорила с ней. Может быть, пройдем в ка—бинет?
— Хорошо.
Ева увидела, как Пибоди и Макнаб входят в мага—зин, махнула им рукой,
предложив следовать за ней.
— Я очень хорошо помню то ожерелье, — начала Кейтс, когда они
вошли в маленький, чисто женский кабинет. Она жестом пригласила Еву сесть на
один из стульев с высокой спинкой, а сама села в кресло за стол. — Мой
муж спроектировал его по заказу. Сейчас с ним, к сожалению, нельзя
связаться, но думаю, что я смогу дать любую информацию, которая вам
понадобится.
— У вас есть бумаги на это ожерелье?
— Да. Я переписала для вас из компьютера всю ин—формацию. Золотое
ожерелье, вес четырнадцать карат, в форме цепи, с четырьмя стилизованными
птичками. Прекрасная вещица.
Оно не выглядело таким прекрасным, когда мерт—вой петлей обвилось вокруг
шеи Голловея
, — подума—ла Ева.
— Николас Клаус, — пробормотала она, читая имя заказчика, и
добавила про себя:
Остроумный, сукин сын!
— Он показывал вам удостоверение личности?
— Да, у нас это обязательное условие. Заказчик пла—тит наличными только
двадцать процентов, остальные — по чеку на депозит. — Кейтс сложила
ладони. — Я по—нимаю вас, лейтенант. Очевидно, это ожерелье являет—ся
частью вещественных доказательств?
— Вы правильно предполагаете. Этот Клаус, он приходил за ожерельем сам?
— Да, три раза, по моим звонкам. Во время первого визита я беседовала с
ним сама. Мы обговаривали при—близительный вес изделия, он хотел, чтобы оно
было крепким, но достаточно изящным. Клаус очень хорошо выглядел. Черные
длинные волосы, серебрящиеся на висках, весьма элегантный, вежливый. Очень
требова—тельный.
— А голос?
— Голос? — Кейтс задумалась. — Спокойный. С лег—ким акцентом.
Возможно, этот человек — европеец. Я всегда сразу узнавала его голос по
телефону.
— Он звонил?
— Один или два раза, кажется, — справлялся, как идет выполнение
заказа.
— Мне необходимы записи ваших телекамер и аудио—записи телефонных
разговоров.
— Я все вам предоставлю. — Она вскочила на ноги. — Но это
займет некоторое время.
— Макнаб, помоги миссис Кейтс.
— Слушаюсь, лейтенант.
— Он не мог не догадываться, что мы будем прове—рять все записи, —
сказала Ева Пибоди, когда они оста—лись одни. — Он оставил ожерелье на
месте преступле—ния, а это единственная вещь, которую он заказал сам. Он
должен был предвидеть, что мы пройдем по ее следу.
— Может быть, он не предполагал, что мы сделаем это так быстро, и что у
миссис Кейтс такая хорошая па—мять?
— Нет. Он наверняка сделал это нарочно. Это как раз то место, где он
хотел, чтобы мы оказались. Тут что-то другое... Он выступал здесь под какой-
то новой ли—чиной и уж точно не выглядел как Санта-Клаус. — Ева начала
расхаживать по комнате, к двери и обратно. — Другой реквизит, другой
костюм, другая сцена — но это тоже его шоу. Он прикрыл свою задницу, Пибоди,
но он не настолько хитер, как ему кажется. Голос на аудиозаписях пригвоздит
его.
ГЛАВА 16
— Боже мой, Даллас, — Фини дернул плечом, над которым она
склонилась, — не дыши мне на шею!
— Извини. Сколько времени понадобится, чтобы запустить твою программу?
— Вдвое меньше, если ты не будешь надо мной ви—сеть.
— Хорошо, хорошо. — Ева подошла к окну и при—слонилась лбом к
стеклу. — Дождь со снегом, — сказала она больше для себя, чем для
Фини. — Жуткие автомобильные пробки.
— В это время года пробок всегда больше. Слишком много этих чертовых
туристов. Вчера вечером мы с женой попробовали съездить в магазин — она
хотела купить свитер. Ты не представляешь: люди как волки перед убитым
оленем! Больше я туда не сунусь.
— Проще делать покупки по Интернету.
— Да, но эти чертовы сайты часто зависают — все пытаются что-нибудь
купить. А я не кладу жене под елку меньше дюжины подарков, собираю их с
самой весны.
— Дюжину?! — Слегка встревоженная, она оберну—лась. — Я
всегда считала, что достаточно одного...
— Я мужчина, Даллас. А ты еще слишком неопытна в браке. Один подарок
ничего не значит. Только не—сколько! Чем больше, тем лучше.
— Ужас, я погибла!
— У тебя есть еще пара дней. Ну, вот и готово.
Проблемы с подарками на время вытеснили из ее головы работу.
— Запускай, — опомнилась она.
— Я уже сделал это. Вот и наш мужичок.
Можно попросить мистера или миссис Кейтс?
— раздался довольно приятный
голос.
— Я убрал все другие голоса, поэтому паузы, — объ—яснил Фини.
Доброе утро, миссис Кейтс. Это Николас Клаус. Хотелось бы узнать, как идет
работа над моим ожере—льем
.
— Я могу прокрутить всю пленку, но для верифика—ции этого достаточно.
— Акцент неясный, — заметила Ева. — Он явно не напирал на
него. Что ж, жаль... Теперь ты поставишь голос Руди?
— Уже. Это с пленки допроса, только его голос.
Мы советуем нашим клиентам встречаться в пуб—личных местах. Если кто-то
соглашается встречаться в приватной обстановке — это его личное дело
.
— Теперь запускаем программу. Эта малышка точно фиксирует буквально
все: частоту, интонации, тональ—ность. Она так же точна, как и сравнительный
анализ отпечатков пальцев.
Фини нажал несколько кнопок, и на экране ком—пьютера появилась надпись
Обработка
. По экрану за—бегали какие-то полосы, начали пересекаться волны
и диаграммы. Менялся цвет различных компонентов.
— Постой-ка, Даллас... Так. У нас проблема. Они не совпадают. Это
другой голос, совершенно другой.
— Черт! — Она запустила пальцы в волосы. — По—дожди, дай
подумать. А что, если он говорил через при—бор, изменяющий голос?
— Это, конечно, возможно, но машина все равно нашла бы какие-нибудь
совпадения. Максимум, что я могу, это попытаться найти электронные
блокировки и убрать их. Но я достаточно много работал с этой про—граммой,
чтобы уверенно сказать: это два совершенно разных парня. — Фини бросил
на нее сочувственный взгляд. — Сожалею, Даллас. Это отбрасывает тебя
на—зад?
— Да. Все равно сделай максимум, Фини. Кстати, а что там с
исследованием видеопленки?
— Работа идет, но медленно.
— Давай заканчивай ее, а я пока свяжусь с Мирой. Может быть, у нее уже
готов его психологический порт—рет.
Ева позвонила, и ей сказали, что доктора нет, но предварительные данные
готовы и посланы ей по элек—тронной почте.
По дороге в свой кабинет она продолжала размыш—лять над голосом человека,
который говорил по телефо—ну с ювелиршей. Голос приятный... А не мог ли Руди
попросить кого-нибудь позвонить миссис Кейтс? В сле—дующий момент она
призналась себе, что это, конечно, возможно, но крайне маловероятно.
Войдя в кабинет, Ева обнаружила там Пибоди, ко—торая очень мило болтала с
Чарльзом Монро.
— Пибоди?
— Да! — Она вскочила и вытянулась по стойке
смир—но
. —
Чарльз... то есть мистер Монро имел... хотел...
— Обуздайте свои гормоны, сержант! Чарльз?
Он улыбнулся, поднимаясь с подлокотника ее кресла.
— Ваша помощница помогала мне скоротать время, пока я вас ждал.
— Считай, что я поверила. Что за дело у тебя ко мне?
— Может, в этом ничего и нет, но... — Он пожал плечами. — Одна из
женщин моего списка знакомств пару часов назад позвонила мне. Похоже, у нее
сорва—лась увеселительная поездка с партнером за город на выходные. Она
полагает, что я вроде как мог бы заме—нить его, хотя раньше мы особо не
общались.
— Это великолепно, Чарльз. — Стремясь как можно скорее приступить
к работе, Ева села к столу. — Но если ты зашел посоветоваться по поводу
твоей личной жизни...
— С этим я могу справиться сам. — В качестве под—тверждения он
подмигнул Пибоди, что заставило ее по—краснеть от удовольствия. — Дело
в том, что я подумал, не включить ли эту дамочку в нашу игру. Но, зная, как
может все повернуться, решил предварительно пооб—щаться с ней, чтобы понять,
что она собой представ—ляет.
— Выяснил что-нибудь интересное?
Он наклонился к Еве.
— Я родился под счастливой звездой, мой прелест—ный лейтенант! —
Оба сделали вид, что не заметили гневного взгляда Пибоди. — Она сразу
раскололась. У нее большая накладка с парнем, и она вывалила пере—до мно
...Закладка в соц.сетях
