Жанр: Любовные романы
Ей снилась смерть
...й
все это дерьмо. В общем, однажды она видела, как он разговаривал с каким-то
рыжим, а потом сооб—щил ей, как ему пришло в голову обставить их первую
встречу: явиться к ней с подарками, нарядившись Санта-Клаусом.
Ева медленно подняла голову — в ее взгляде сквози—ло неподдельное внимание.
— Продолжай.
— Я тоже полагаю, что стоит. — С выражением яв—ного самодовольства
он расправил плечи. — Она рас—сказала, что не в восторге от этой идеи,
и попыталась его отговорить. Но около десяти вечера в дверь позво—нили, и,
глянув в глазок, она увидела Санта-Клауса с большой серебряной коробкой.
Должен сказать, что при этих словах у меня чуть удар не случился. Но она
продолжала веселиться, поведав, что лишила этого нахального негодяя
удовольствия, не открыв ему дверь. Ей не нужен был его дурацкий подарок.
— Она не пустила его... — пробормотала Ева.
— И полагаю, только поэтому она смогла поболтать со мной сегодня.
— Ты случайно не знаешь, на что она живет?
— Она танцовщица. Балет.
— Да, это подходит. Мне нужны ее имя и адрес. Пи—боди?
— Готово. Черил Запатта, Запад, Двадцать восьмая улица. Это все, что у
меня есть.
— Мы найдем ее!
Чарльз замялся.
— Послушайте, может быть, я неправильно сделал, но я ей все рассказал.
К этому времени вы уже встрети—лись один на один с Надин Ферст, и я полагал,
что все уже вышло наружу. Я попросил ее продолжать знако—миться через фирму,
сказал, что прикрою ее... — Он вздохнул. — В общем, она запаниковала.
Долго причи—тала, а потом заявила, что срочно уезжает. Я не уверен, что
теперь вы сможете ее найти.
— Если она пустилась в бега, считай, мы получили ордер на обыск в фирме
К вашим услугам
. Ты все правильно сделал, Чарльз, — сказала Ева после
некото—рого размышления. — Если бы эта женщина не узнала всего, она
могла бы передумать и открыть дверь в сле—дующий раз. Ты — молодец.
— Всегда к вашим услугам, лейтенант. — Чарльз поднялся. — Вы
не скажете мне, что делать дальше?
— Занимайся своим списком.
— Ммм... А вы не могли бы мне помочь выбраться из затруднительного
положения? — Он бросил убийст—венный взгляд на Пибоди. — У меня
просто голова кругом идет.
— Ты в этом уверен? Давай, давай, ступай себе!
Ева помахала ему рукой и углубилась в доклад док—тора Миры. Полностью
захваченная чтением докумен—та, она не заметила, что ее помощнице
понадобилось двадцать минут, чтобы помочь Чарльзу выбрать между лестницей и
лифтом.
Когда Пибоди вошла в комнату, Ева сидела, поло—жив голову на руки.
— Она все выяснила про этого сукина сына. Мне нечего на него повесить!
— Вы имеете в виду Руди?
— Его персональные индексы не совпадают с теми, которые записаны в его
документах. Потенциал физи—ческого насилия — ниже нормы. Он хитрый, умный,
увлекающийся, хладнокровный и сексуально недораз—витый. Но, по мнению
доктора, он нам не подходит. Черт! У его адвоката уже есть копия этого
документа. Мне не позволят и приблизиться к нему!
— Но ведь он же сам признался...
— Мы не знаем, что побудило его это сказать. — Ева постаралась
взять себя в руки и сосредоточиться. — Мы вернемся назад и начнем все
сначала. Мы повторим все допросы, начиная с гибели первой жертвы.
В восемь сорок пять Ева приплелась домой. Она и так была достаточно
взвинчена, а тут еще Соммерсет поприветствовал ее в холле со своей самой
отвратитель—ной ухмылкой и сообщил, что у нее есть не более пят—надцати
минут, чтобы привести себя в порядок, прежде чем начнут прибывать гости. Это
отнюдь не заставило ее бежать сломя голову в спальню, но там она увидела
Рорка, одетого и благоухающего после душа, и ей стало совестно.
— Я быстренько, — сказала Ева и начала сбрасывать с себя одежду по
дороге в ванную комнату.
— Дорогая, это вечеринка, а не судебное заседа—ние. — Он с явным
удовольствием наблюдал, как она раздевается. — Не торопись, занимайся
собой, сколько тебе надо.
— Ну да! Дать этому толстомордому еще одну воз—можность нажаловаться на
меня? О, черт, душ просто ледяной!
— Дорогая, ты свободна и совершенно не нужда—ешься в одобрении
Соммерсета. — Рорк не удержался и заглянул в открытую дверь ванной
комнаты. Ева мы—лась так же, как делала все остальное: быстро и эффек—тивно,
не теряя времени и не делая лишних движений. — Обычно люди всегда
опаздывают на подобные мероприятия.
— Я опаздываю не только на вечеринки. — Ева взвизгнула, потому что
шампунь попал ей в глаза. — Я по—теряла своего главного подозреваемого
и теперь должна начинать все сначала. — Она протянула руку к лосьону
для волос и замерла. — Дьявол, эту штуку надо нано—сить на сухие или на
мокрые волосы?
Рорку пришла отличная идея, до которой она бы не додумалась: он взял лосьон и налил себе на ладонь.
— Позволь мне.
Ей захотелось замурлыкать, когда он начал нежно втирать жидкость ей в
голову. Но она подозрительно посмотрела на него.
— Не дури мне голову, парень! У меня на тебя нет времени.
— У меня и в мыслях не было того, что ты подума—ла. — При этом он
с улыбочкой взял лосьон для тела и вылил себе на ладонь. — Я просто
хочу тебе помочь со—браться. — Ласкающими движениями он втирал
жид—кость ей в плечи и грудь. — Я же вижу, как ты измотана.
— Послушай... — Ева глубоко вздохнула, когда он начал массировать ей
живот, опускаясь все ниже и ниже. — Мне кажется, ты забрел куда-то не
туда.
— Радость моя, а ты не хотела бы немного опоздать к гостям?
Он поцеловал ее в шею и слегка укусил.
— Может, и хотела бы, но не собираюсь этого де—лать, — заявила она
и выскользнула из его рук.
— Жаль, что ты не пришла на двадцать минут раньше.
Решив, что созерцание ее обнаженного тела отнюдь не успокаивает его кровь,
Рорк вышел из ванной ком—наты.
— Я быстро — только немного приведу лицо в поря—док. — Ева встала
перед зеркалом, не позаботившись о том, чтобы набросить халат. — Как я
должна одеться к подобному мероприятию?
— Я все приготовил.
На мгновение она прекратила неумело накладывать румяна и воскликнула:
— Я должна надеть твой костюм?
— Ева, умоляю тебя!
Она усмехнулась.
— Хорошо, у меня все равно нет времени придумать что-нибудь другое.
Размышляя над прической, она вошла в спальню и увидела Рорка,
разглядывающего то, что некоторые могли бы назвать платьем.
— Иди к черту! Я этого не надену!
— Мевис принесла его еще утром. Леонардо сшил это платье специально для
тебя. Оно будет очень хоро—шо смотреться на тебе, вот увидишь.
Ева уставилась на серебряный шедевр с солидным вырезом спереди и еще большим
сзади.
— Почему бы мне не выйти вообще голой и сэконо—мить время?
— Только примерь — и посмотрим.
— А что мне надеть под него?
Он провел кончиком языка по губам.
— Все необходимое уже на тебе.
— Господи Иисусе! — Поморщившись, словно от зубной боли, она
втиснулась в платье. Материя нежно облегала тело, ниспадая вниз водопадом
складок, лас—кающих кожу, как любовник. Платье откровенно де—монстрировало
ее смуглую кожу и подчеркивало соблазнительные изгибы тела.
— Дорогая Ева, — торжественно произнес Рорк и, взяв ее за руку,
заставил повернуться вокруг себя. — Иногда ты просто сводишь меня с
ума. Сейчас именно тот случай.
— Так это принадлежит мне или как?
Он улыбнулся.
— Оно твое минимум на несколько месяцев. Но до Рождества приемов больше
не предвидится.
Ева решила отнестись к этому философски и надела протянутые Рорком туфли.
— Да, но здесь нет кармана, куда я могу положить мобильный телефон. Мне
могут позвонить.
— Пожалуйста! — Он держал в руке до смешного маленькую вечернюю
сумочку, по цвету и фактуре под—ходящую к туфлям.
— Что-нибудь еще?
— Ты великолепна, — улыбнулся он. В этот момент на улице раздался
автомобильный гудок, сообщивший, что первые гости уже прибыли. — И
пунктуальна. Пой—дем вниз, я хочу всем показать мою жену.
— Я не пудель! — пробормотала она, заставив его вновь рассмеяться.
Через час дом был наполнен людьми, музыкой и светом. Осматривая зал, Ева
мысленно благодарила Рорка за то, что ему даже в голову не пришло ожидать от
нее участия в подготовке ко всему этому.
Вдоль стен стояли столы, ломившиеся от серебря—ных блюд с различной снедью:
копченая ветчина из Виржинии, фаршированные утки из Франции, кровавая
говядина из Монтаны, омары, семга, устрицы, горы свежих овощей, собранных
только сегодня утром и кра—сочно уложенных в красивые пирамиды. Различные
виды десерта, который мог бы заставить даже политического узника прекратить
голодовку протеста, располагались вокруг искусственного дерева, украшенного
пирожны—ми и орнаментом из марципанов.
Ева поразилась, что муж все еще может удивлять ее своими новыми
способностями.
Парящая в воздухе елка была украшена тысячами белых фонариков и серебряных
звездочек, огромные окна показывали не дождь со снегом, которые засыпа—ли
грязные улицы города, а голограммы сказочной кра—соты. Идиллические
рождественские пейзажи радовали глаз — по замерзшим прудам катались на
коньках па—рочки, дети весело скатывались на санках со снежных горок,
освещенных лучами яркого зимнего солнца.
Все эти детали очень в характере Рорка
, — поду—мала она.
— Эй, красотка, скучаешь в одиночестве?
Ева весьма удивилась, почувствовав чью-то руку на своем заду, и,
обернувшись, увидела Макнаба.
Он моментально стал красным, потом белым, затем вновь красным.
— Боже, лейтенант!
— Твоя рука лежит на моей заднице, Макнаб. Мне не кажется, что ты
хочешь, чтобы она там оставалась.
Он отдернул руку, как будто обжегся.
— Боже! Черт! Прошу прощения! Я не узнал вас. Я хотел... Я не знал, что
это вы. Я думал... Вы выгляди—те... — Больше слов у него не было.
— Полагаю, что детектив Макнаб пытается сделать тебе комплимент,
Ева. — Рорк стоял рядом с ними и жестко смотрел в полные ужаса глаза
Макнаба. — Не правда ли, Ян?
— Да. Это...
— А теперь, когда, мне кажется, он осознал, что именно твой зад он
гладил, я должен убить его. Прямо здесь. — Рорк взял Макнаба за его
красный галстук. — Прямо сейчас.
— Я уже сама позаботилась о себе, — сказала Ева сухо. — Вы,
кажется, слегка перепили, детектив?
— Да, кажется.
— Рорк, почему бы тебе не позаботиться о нем? Мира уже пришла. Мне надо
поговорить с ней.
— Чудненько! — Рорк обнял Макнаба за плечи и сжал чуть сильнее, чем требовала вежливость.
Еве понадобилось много больше времени, чем она предполагала, чтобы
пробраться через весь зал. Ее всегда удивляло, как много люди разговаривают
на приемах. И в основном ни о чем. Она торопилась к Мире, но вне—запно ее
взгляд упал на Пибоди, которая выглядела со—вершенно не как Пибоди. Она была
в широких вечерних брюках темно-золотого цвета и в узком жакете без рукавов.
Под обнаженный локоть ее нежно поддержи—вал Чарльз Монро.
Мира может подождать
, — подумала Ева и устави—лась на Монро отнюдь не
доброжелательным взглядом.
— Великолепный дом у вас, лейтенант! — осклабил—ся он.
— Я не помню вашего имени в списке приглашен—ных.
Пибоди покраснела и сникла.
— В приглашении говорилось, что можно привести друга.
— И это он — друг?
Пибоди пожала плечами, а Чарльз, наклонившись к Еве, понизил голос до
интимного шепота:
— У меня свободное время, Даллас, которое я волен проводить по своему
усмотрению, в частности, с пре—красной девушкой, которая мне нравится. Если
вы хо—тите, чтобы я ушел, скажите. В конце концов, это ваш дом.
— Ну почему же? Она уже большая девочка.
— Да, она уже большая, — пробормотала Пибо—ди. — Минуточку,
Чарльз, — добавила она и, схватив Еву за руку, оттащила в сторону.
— Эй!..
— Никаких
эй
! — Голос Пибоди дрожал от гнева, когда она волокла
Еву в угол. — Я не обязана согласо—вывать свое свободное время или
друзей с вами, и у вас нет ни малейшего права ставить меня в дурацкое
поло—жение.
— Подождите, подождите...
— Не собираюсь! — Потом Пибоди вспомнит выра—жение шока на лице
Евы, но в этот момент она была слишком возбуждена, чтобы замечать что-либо
вокруг и реагировать на это. — То, что я делаю в нерабочее время, не
имеет ничего общего с моими профессиональными обязанностями. Если мне
захочется танце—вать на столе, это мое личное дело. Если мне захочется
купить дюжину мужиков, чтобы они имели меня с завязанными глазами по
воскресеньям, это мое личное де—ло. А если мне захочется культурно
встретиться с инте—ресным и привлекательным мужчиной, который поче—му-то
захотел встретиться со мной, это тоже мое личное дело!
— Я только...
— Меня это не интересует, — произнесла Пибоди сквозь зубы. —
На работе вы можете мне приказывать! Но на этом ваши полномочия и
заканчиваются. Если вы не хотите, чтобы мы с Чарльзом находились
здесь, — мы уйдем.
Пибоди повернулась на каблуках, но Ева успела поймать ее за локоть.
— Я не хочу, чтобы вы уходили. Я извиняюсь за то, что вторглась в вашу
личную жизнь. Надеюсь, это не испортит вам вечера. Простите меня.
И все-таки она никак не могла успокоиться и все еще сотрясалась от
непонятной обиды, когда наткну—лась на Миру.
— Я не хочу уводить вас с вечеринки, но прошу не—сколько минут, в
частном порядке.
— Конечно. — Озабоченная ее официальным тоном и бледностью, Мира
отошла с ней. — Что случилось, Ева?
— Это действительно частный вопрос. — Ева при—казала себе
отбросить все личные чувства. — Мы мо—жем поговорить в библиотеке.
— О! — воскликнула Мира, всплеснув руками, ког—да они вошли в
библиотеку. — Какая прекрасная ком—ната! Это же настоящее сокровище!
Увы, теперь не мно—гие люди ценят ощущение и запах настоящих книг. А ведь
какое удовольствие — сесть в кресло с теплой книгой в руках, вместо того
чтобы сидеть за холодным, бездушным компьютером.
— Рорк влюблен в книги, — бросила Ева, закрывая дверь. — Я
хотела поговорить с вами по поводу теста Руди. Могу я задать несколько
вопросов?
— Полагаю, что да. — Мира несколько удивилась, не сразу отойдя от
восхищения библиотекой, и уселась в кресло, обитое мягкой кожей, тщательно
расправив юбку своего розового коктейльного платья. — Он не ваш убийца,
Ева. Более того, он вовсе не чудовище, каким вы его представляете.
— Это не имеет ни малейшего отношения к тому, что я хотела бы узнать.
— А по-моему, имеет. Его отношения с сестрой ра—нят вас на глубоком
личном уровне. Ева, она не такая сильная, как вы, но все-таки не беззащитный
ребенок. Насколько я понимаю, у него есть способы контроли—ровать ее, но он
ее не принуждает.
— Он ее использует!
— Да, а она — его. Это взаимно. Я согласна, что он слишком увлечен
всем, что касается Пайпер. Он сексу—ально недоразвит. И главная причина,
которая исклю—чает его из вашего списка, Ева, это то, что он — импо—тент со
всеми, кроме своей сестры.
— Его шантажировали — и шантажист мертв. Кли—ент ухаживал за его
сестрой — и этот клиент тоже мертв.
— Да, признаю, и именно поэтому я была готова найти в нем способность
совершить эти убийства. Но я ее не нашла. У него есть некоторый потенциал
физи—ческого насилия — когда он возбужден, когда в опас—ности. Но это лишь
вспышки, мгновения. Не в его на—туре планировать и тщательно организовывать
преступ—ления, подобные которым вы сейчас расследуете.
— Итак, мы с ним ошиблись. Что же теперь? Отпус—тить его?
— Кровосмесительство противоречит закону, но его еще надо доказать. Это
будет трудно. Я понимаю, вам очень хочется наказать Руди и освободить сестру
от его объятий, но поверьте...
— Дело не во мне!
— Именно в вас. — Ей тяжело было смотреть, как мучается Ева, и
Мира взяла ее за руку, остановив бес—порядочное метание по комнате. — Я
же знаю, вам все время кажется, что она — это вы.
— Да, наверное, вы правы. — В отчаянии она села рядом с
Мирой. — Я слишком сосредоточилась на нем из-за этого и могла упустить
что-то, какие-то детали, которые могли привести к убийце.
— Вы действовали очень логично, шли очень выве—ренными шагами. Чтобы
исключить Руди из списка по—дозреваемых, надо было очень внимательно его
изу—чить. А это можно было сделать, только предварительно заподозрив в
преступлении.
— Но мне потребовалось на это слишком много вре—мени. Чутье мне все
время подсказывало, что он не тот человек, но я игнорировала это. Потому что
я постоянно смотрела в себя. А должна была внимательнее посмот—реть на нее,
и тогда, я думаю, я бы вернулась назад.
Я могла бы быть на ее месте, — постоянно твердил какой-то голос в
сознании Евы. — Если бы я не убила су—кина сына, я была бы на ее
месте
.
Она опустила голову на руки, затем резко подняла.
— Боже, я совсем запуталась!
Мира нежно погладила Еву по голове.
— Что вы имеете в виду?
— Я даже не могу нормально провести обычные праздники! При мысли о том,
что их надо как-то орга—низовывать, что-то покупать, как-то
проводить, — у меня начинает болеть живот.
— Ах, Ева! — Рассмеявшись, Мира покачала голо—вой. —
Рождество всех сводит с ума, это абсолютно нормально.
— Только не меня. Я раньше никогда не волновалась из-за этого. Вокруг
меня никогда в жизни не было столько людей.
— А теперь есть. — Мира вновь провела рукой по ее волосам. —
Как вы собираетесь справляться с этим?
— Не знаю. Я чуть не вышвырнула Пибоди с этой вечеринки! — От
возмущения Ева ударила себя по ко—лену. — Вы знаете, с кем она пришла
сюда? С мужчи—ной-проституткой! Нет, вообще с ним все нормально, но он
настоящий жиголо — великолепно выглядящий, стройный, интересный жиголо.
— Это возмущает вас, потому что он вам нравится, но вы презираете его
за то, чем он добывает средства на жизнь?
— Речь не обо мне, а о Пибоди. Он говорит, что хо—чет нормальных
отношений, у нее начинают сверкать глаза при взгляде на него. И она не
желает со мной раз—говаривать, потому что я позволила себе высказаться о нем
нелицеприятно.
— Жизнь — это хаос, Ева. Я боюсь, что вы отодви—нули себя от обычной
жизни из-за конфликтов и про—блем, которые ранят ваши чувства до сих пор.
Если Пи—боди и разозлилась на вас, то только потому, что сейчас у нее нет
никого, кем бы она восхищалась больше и кого бы уважала больше, чем вас.
— О боже!
— Быть любимым — большая ответственность. Вам надо открыть ей душу,
потому что вы для нее много значите.
— Меня окружают чертовы толпы подобных людей.
Свет из зала вдруг загородила чья-то тень, и в при—открытой двери появилась
голова Соммерсета.
— Лейтенант, ваши гости спрашивают о вас.
— Пошел к черту! — Она смущенно улыбнулась, увидев, как Мира с
трудом подавила смех. — Вот, на—пример, человек, с которым мне никак не
удается нала—дить отношения. Впрочем, я и не слишком стараюсь... Но я не
должна портить вам вечер.
— Мне доставляет удовольствие разговаривать с вами.
— Спасибо... — Ева попыталась сунуть руки в кар—маны, забыв, что их нет
на этом платье, и вздохнула. — Не могли бы вы подождать меня здесь еще
минуту? Я хо—тела бы кое-что принести из кабинета.
— Хорошо. Могу я посмотреть книги?
— Конечно, распоряжайтесь по своему усмотрению.
Не желая тратить время на беготню по лестницам, Ева прыгнула в лифт. Она
вернулась менее чем через три минуты, но Мира уже сидела в кресле,
погруженная в чтение.
—
Джен Эйр
. — Она вздохнула и отложила кни—гу. — Я не
перечитывала ее со времен девичества. Она такая трогательная, такая
романтичная.
— Вы можете взять ее почитать, если хотите. Рорк не будет возражать.
— Она у меня есть. Просто никогда не хватает вре—мени, чтобы почитать.
Но все равно спасибо.
— Я хотела бы преподнести вам вот это. Конечно, еще рановато, но... Я
могу и не увидеть вас до Рождества.
Чувствуя себя до смешного смущенной, Ева протя—нула ей элегантно завернутую
коробочку.
— Как это мило с вашей стороны! — Мира с явным удовольствием взяла
коробочку в руки. — Я могу от—крыть ее прямо сейчас?
— Конечно, она ведь ваша.
Ева переступала с ноги на ногу, во все глаза с удив—лением глядя, как Мира
аккуратно развязывает ленточ—ки и раскрывает оберточную бумагу.
— Моих родных это тоже приводило в бешенст—во, — сказала она,
рассмеявшись. — Я никогда не могла разорвать обертку и ленточки от
подарков. Я собирала их и тщательно хранила. У меня был даже секретный
ящичек, набитый этими бумажками, о которых я тут же забывала. — Она
открыла коробочку и достала ароматный флакон с духами. — Как это мило,
Ева! На нем даже написано мое имя.
— Это специально подобранный для вас букет аро—матов. В одном салоне
можно назвать физические дан—ные и черты характера человека, и для него
специально создадут духи, которых больше ни у кого нет.
— Шарлотта... — пробормотала Мира. — Я не пред—полагала, что вы
знаете мое имя.
— Кажется, я слышала его где-то.
Глаза Миры засверкали от внезапно нахлынувших слез.
— Вы так заботливы... — Она положила флакон в коробочку и обняла
Еву. — Спасибо.
Ева постаралась скрыть смущение.
— Я рада, что вам понравилось, я весьма неопытна в этих вещах.
— Вы все сделали прекрасно. — Она подошла и взяла лицо Евы в свои
руки. — Я так люблю вас. А те—перь мне надо пойти и попудриться, потому
что другая моя рождественская традиция — немного поплакать над подарками. Я
знаю, где туалетная комната, — доба—вила она, нежно погладив Еву по
щеке. — А вам надо идти танцевать с вашим мужем и выпить шампанского
чуть больше нормы. Внешний мир никуда до завтра не денется.
— Я должна остановить его!
— И вы сделаете это. Но сегодня вечером вы долж—ны жить вашей
собственной жизнью. Идите и найдите Рорка.
ГЛАВА 17
Ева послушалась совета доктора, и оказалось, что бездумно танцевать в
объятиях Рорка под романтичес—кую мелодию в зале, наполненном музыкой,
светом и цветами, не так уж и неприятно.
— Я могу жить в этом, — пробормотала она.
— Ммм...
Ева улыбнулась, когда его губы коснулись ее уха.
— Я могу жить в этом, — повторила она, откидыва—ясь назад, чтобы
видеть его лицо. — Ты собрал здесь весь свой мир, Рорк?
И жену
, — подумал он, и его глаза засверкали от счастья.
— Ну и что же в этом плохого? С ним полезно по—знакомиться
...Поділитися у соцмережах
