Жанр: Любовные романы
Ночь напролет
...оны могло показаться, что Райленд был идеальным сыном. Виктор делал
для него все, что было в его силах, предоставил все, что требовалось для
достижения желанной цели. Благодаря ему Райленд получил самое лучшее, на
уровне мировых стандартов, образование, деньги и связи. Виктор был уверен,
что мечта всей его жизни — создание могущественной династии, которая жила бы
в его потомках, — вот-вот должна осуществиться.
Но при этом он уже понял, что его опасения относительно самого главного
оправдались. Несмотря на все его старания выковать характер сына, стало
ясно: Райленду не хватает силы воли, чтобы справиться со своими внутренними
пороками. Там, где-то глубоко внутри, Райленд оказался слабаком.
Да, он совершил роковую ошибку. У него было двое сыновей. И он ошибся с
выбором того, кому пожелал отдать все.
Глава 28
— Я вчера разговаривал с доктором Ван Дайк. Она сказала, что ты ей ни
разу не перезвонил. — Старик смотрел на Люка с противоположного конца
библиотеки. — Она считает, что ты закрываешь глаза на свои психические
проблемы, не желаешь признавать очевидного.
Остановившись перед камином, Люк положил руку на резную дубовую полку и
обвел взглядом окружавшие его стеллажи, набитые тяжелыми томами и научными
журналами. Каждая монография, каждая статья этого богатого собрания были
посвящены виноделию. Виноградарство и виноделие являлись предметом страсти
всех членов семьи, но только не Люка.
Он тоже пробовал пойти по стопам отца. В различные периоды своей жизни — в
последний раз это было шесть месяцев назад — он предпринимал серьезные
попытки разжечь в себе энтузиазм, подобный тому, каким горели отец с
Гордоном Футом и все остальные. Однако попытки Люка ни к чему не привели. Он
всегда избирал для себя свой собственный путь: сначала наука, потом морская
пехота, а теперь вот проект.
С той самой минуты, когда они с Айрин добрались до раскинувшегося на
обширной территории комплекса
Элена-Крик виньярдз
, где размещались винные
погреба, дегустационные залы и залы для приемов, Люк уже знал, что скоро
отец припрет его к стенке и заговорит о докторе Ван Дайк.
Они с Джейсоном и Хакеттом называли отца стариком, но слово это ни в коем
случае не содержало в себе намека на преклонный возраст — оно было
выражением признания и уважения его статуса самого старшего мужчины в семье.
На самом деле старику не исполнилось еще и семидесяти, и по его суровому
хищному лицу было невозможно определить возраст. А благодаря жесткой
дисциплине, регулярным тренировкам, хорошей наследственности и неустанным
заботам Вики о его питании его телосложению и выносливости позавидовал бы и
гораздо более молодой человек.
Облаченный этим вечером в элегантный смокинг, с бокалом отменного каберне из
Элена-Крик виньярдз
в руке, старик выглядел так, словно с пеленок жил в
роскоши. Однако в действительности им с Гордоном Футом на пути, ведущем
вверх, к успеху, каждую ступеньку приходилось брать с боем.
— Я был занят, — ответил Люк.
Джон хмуро сдвинул тяжелые серебристые брови.
— Чем? Айрин Стенсон?
— И гостиницей тоже, — сказал Люк и после короткой паузы добавил:
— К тому же я время от времени пописываю.
Замечания о гостинице и писательском труде Джон оставил без внимания.
— Айрин — интересная женщина, — заметил он. — По-видимому,
умная. Энергичная. Довольно эффектная.
— Я вижу, ты заметил ее платье, — сказал Люк. — Хорошо она
выглядит, правда? Наверное, это все благодаря комплексу пилатес.
— Какому комплексу?
— Да так, ерунда, не обращай внимания.
Джон тихо фыркнул:
— Джейсон говорит, она репортер и с каким-то тяжелым прошлым.
Взять себе на заметку, — подумал Люк. — При первой же возможности
удушить младшего брата
.
— Джейсон так и выразился — с
тяжелым прошлым
? — переспросил он.
— Нет, — с явной неохотой признался Джон. — Но это
подразумевалось.
— Что конкретно он сказал об Айрин?
— Да ничего особенного. По правде говоря, она, по-моему, произвела на
него впечатление. Но он рассказал, что когда-то, много лет назад, ее отец
застрелил ее мать, после чего покончил с собой и что Айрин выдвинула какое-
то безумное предположение о том, что дочь сенатора Уэбба якобы убита.
— С Памелой Уэбб не все ясно. Обстоятельства ее смерти окружены некими мрачными подробностями.
Джон зорко посмотрел на Люка.
— Газеты пишут, что это была случайная передозировка таблеток в
сочетании с алкоголем.
— Айрин считает, что это не все. И я склоняюсь к ее мнению.
Джон поджал губы.
— Я боялся это от тебя услышать. — Он с тревогой вглядывался в
лицо Люка. — еще Джейсон мне сказал, что, когда Айрин нашла труп Памелы
Уэбб, ты был с ней.
— Да.
— После того, что случилось с твоей матерью, когда ты был маленьким,
обнаружить труп для тебя, наверное, было потрясением.
Люк сделал глоток прекрасного каберне.
— Ты слишком много слушаешь доктора Ван Дайк.
— А я думаю, что и тебе стоит ее послушать.
— Мне сейчас некогда. Я же сказал: я занят.
Явно раздраженный, Джон заволновался:
— А что со сгоревшим дотла сенаторским домом у озера?
Люк невесело улыбнулся:
— Да, Джейсон потрудился на славу, ни о чем не забыл. Надо будет с ним
об этом потолковать.
— Не вини брата. Это я его расспрашивал. А он просто отвечал на мои
вопросы. Послушай, я понимаю: ты не желаешь признавать, что у тебя проблемы
с психикой. Такое вообще никому не хочется признавать, а мужчине, видевшему
войну своими глазами, морскому пехотинцу, тем более. Но доктор Ван Дайк
говорит, что посттравматический стресс — это все равно что рана, застрявшая
в ноге шрапнель. Если рану не вычистить, она может загноиться.
— На чем, интересно знать, доктор Ван Дайк основывает свой диагноз,
если она ни разу даже не поговорила с пациентом?
— Именно поэтому она и считает необходимым встретиться с тобой. Она
хочет подтвердить диагноз. Хоть ты и отказываешься говорить об этом, мы все
знаем, что тебе за последние несколько лет армейской службы порядком
досталось. Такое ни для кого не проходит бесследно.
— А я и не говорил никогда, что это для меня прошло бесследно. Я
сказал, что справлюсь с этим, только и всего.
— Да ни черта ты не справишься! Ты после увольнения даже на нашей
винодельне не смог найти себе места. Не смог найти общего языка с женщиной,
на которой рассчитывал жениться, и потому разорвал с ней помолвку...
— Папа, ей-богу, сейчас не время.
— А потом уехал куда-то в глушь, к черту на рога, купил там себе какой-
то третьесортный мотель и связался с какой-то странной особой, которая
строит теорию заговоров в связи со смертью дочери сенатора США. Чтобы
увидеть в этом ненормальность, научная степень в психологии или психиатрии
не нужна.
Не успел Люк ответить, как дверь распахнулась.
В комнату вошел Гордон Фут. Внимательно посмотрев на мужчин, он мигом оценил
ситуацию и, приподняв брови, обратился к Джону.
— Прошу прощения за вторжение, — проговорил он. — Мне лучше
выйти и снова войти?
— Ничего, — ворчливо отозвался Джон. — Ты член нашей семьи,
тебе не впервой лицезреть, как мы с Люком выясняем отношения.
Что правда, то правда, подумал Люк. Гордон был другом и партнером отца с
незапамятных времен, Люка тогда еще и на свете не было. Мужчины сдружились в
студенческие годы, когда оба увлеченно изучали виноделие в Калифорнийском
университете в Дэвисе. Затем вместе воплощали в жизнь свою мечту.
Виноградники пережили не один экономический спад, не одну кардинальную
перестройку на мировом рынке и несколько землетрясений. Сегодня благодаря
преданности Джона и Гордона своему делу, а также усилиям, которые они
предпринимали, их бизнес процветал.
Более не похожих друг на друга людей трудно себе представить. Гордон был
человеком с легким характером и добряком, одним из тех, кто, попадая в
общество незнакомых ему людей, уже через десять минут называет всех по
имени. Женщины любили с ним танцевать, мужчины с удовольствием проводили
время в его обществе. Хозяйки приемов знали, что самый простой способ
обеспечить вечеринке успех — отправить приглашение Гордону Футу.
Даже бывшая жена Гордона сохранила к нему теплые чувства, хотя несколько лет
назад, во время одного из кризисов на рынке вина, ушла от него: она, как и
многие другие, варившиеся в этом бизнесе, предполагала, что виноградникам
залива Элены грозит банкротство. К тому времени, когда компания воспрянула,
она уже снова вышла замуж.
Гордон же после развода не женился и наслаждался жизнью холостяка, полностью
посвятил себя работе и своей дочери, Кейти. Насколько Люк понимал,
недостатка в женском обществе он не испытывал.
Гордон прошел через всю комнату к столику с бутылкой каберне. Искоса, с
сочувствием, взглянув на Люка, он спросил:
— Ну что? Кто ведет счет?
— Пока ничья. — Люк вяло улыбнулся. — Никто ни пяди не желает
уступить.
— Что еще нового? — Гордон дурашливо поднял бокал. — Не
обращайте на меня внимания, продолжайте. Наблюдать скандалы всегда забавно.
Джон махнул рукой, давая понять, что хочет сменить тему.
— Тебя, как я понимаю, прислали за мной?
— Боюсь, что так. — Гордон широко улыбнулся, качнувшись на
каблуках. — Торжественный вынос праздничного торта начинается через
пятнадцать минут. Тебе сначала придется задуть миллиарды свечей, а потом
пройтись с Вики в ежегодном праздничном вальсе по танцполу.
Джон простонал:
— Ненавижу торжественную часть со свечами.
Гордон издал смешок.
— Традиции нужно чтить. Не переживай, я проследил, чтобы огнетушитель
был под рукой.
Люк, решив воспользоваться случаем, двинулся к выходу.
— Пойду поищу свою девушку.
— Последний раз я видел мисс Стенсон на террасе. Они разговаривали с
Вики, — услужливо подсказал Гордон.
— Именно этого я надеялся избежать, — сказал Люк.
Джон нахмурился.
— Нельзя винить Вики за то, что она проявляет к ней интерес.
— Отец прав, — сказал Гордон. Его радости немного поубавилось,
шутливый настрой почти пропал, и на лице Гордона появилось озабоченное
выражение. — Судя потому, что Джейсон сегодня вечером нам рассказал о
мисс Стенсон, она, мягко говоря, немного странноватая.
— Мне сойдет, — кивнул Люк и, открыв дверь, вышел.
Гордон увидел, как на лице друга отразились и чувство вины, и беспокойство
отца за сына. Большинство не заметило бы, что рука Джона сжимала бокал
сильнее обычного, что в углах его рта побелели складки. Но они с Джоном
слишком давно друг друга знали.
Гордон взял бутылку вина, пересек комнату и наполнил опустевший бокал Джона.
— Не принимай близко к сердцу, — тихо сказал он.
— И как ты, черт побери, это себе представляешь? — Джон сделал
глоток вина и поставил бокал. — Люк в беде. Когда у них с Кейти
сорвалась помолвка, дела были плохи, а теперь вообще связался с женщиной, у
которой с головой, не исключено, еще хуже, чем у него.
— А может, тебе притормозить чуть-чуть, дать ему немного времени и
свободы, а, Джон?
Джон твердо посмотрел на Гордона:
— Если я дам ему время и свободу, я могу его потерять. Ван Дайк
говорит, этот самый посттравматический стресс штука непредсказуемая. Никогда
не знаешь, чем все может обернуться, если его не лечить.
Гордон положил руку другу на плечо.
— Все дело в Саре, да?
— Да, черт возьми, в Саре. — Джон вскочил со своего места и
принялся мерить шагами комнату. — Он же ее сын. Ван Дайк говорит,
склонность к депрессии и поведение, направленное на саморазрушение, могут
передаваться по наследству. А тут еще плюс ко всему психическая травма после
участия в боевых действиях и тот уик-энд с Кейти, одно на другое
накладывается, вот тебе и получается взрывоопасная смесь.
— Он ведь и твой сын тоже, у него есть и твои гены. Он же не
выполненная под копирку копия Сары.
— Да знаю я. — Джон провел руками по волосам. — Но я не могу
рисковать, понадеявшись на то, что авось пронесет, авось он выкарабкается
своими силами. Ван Дайк говорит, что это может оказаться бомбой замедленного
действия.
— Я понимаю, Джон, тебе тяжело. Мне тоже тяжело: я ведь его с пеленок
знаю. Или ты думаешь, я из-за него не переживаю? Но он ведь все-таки не
маленький мальчик, он как-никак взрослый мужик. Ты, конечно, можешь давать
ему советы, но за руку же ты его к врачу не приведешь.
— А что мне прикажешь делать? — Джон остановился перед
камином. — Делать вид, что он сам может справиться со своими
проблемами? Закрыть глаза на тревожные симптомы, как я это делал с его
матерью?
— Ничего ты не закрывал глаза. Сара страдала от клинического случая
депрессии. В ее самоубийстве ты не виноват.
— Возможно. — Джон очень медленно обернулся. — Но если Люк
сотворит с собой нечто подобное, вряд ли я смогу жить.
— Люк всегда следовал своим путем, и порой он бывает ужасным
упрямцем. — Гордон устало улыбнулся. — Как я уже тебе сказал, он
твой сын, Джон.
— Я сегодня днем опять разговаривал с Ван Дайк. — Лицо Джона
застыло в выражении непреклонной решимости. — Я ей сказал, что сегодня
вечером и завтра утром Люк будет у нас. Она ответила, что можно еще кое-что
попробовать предпринять. Но ей требуется помощь всех членов семьи. В том
числе и твоя.
— В чем бы ни заключалась эта затея, я не уверен, что она удачная. Но
ты мой друг. И ты знаешь, что дважды просить меня о помощи не нужно.
Вики Даннер была стильной женщиной, держалась уверенно и с достоинством.
Аристократическое лицо демонстрировало преимущества регулярных процедур у
профессиональных косметологов, позволявших надолго сохранить свежий вид. В
строгом сером облегающем платье, с поблескивающими в ушах и на шее
бриллиантами, она являла собой образец дорогой и изысканной элегантности.
Айрин, наблюдавшая в течение этого вечера за Вики, уже оценила, насколько
очаровательна может быть супруга Джона Даннера. Однако в данный момент режим
очарования был отключен. Ее мучили кое-какие вопросы, и она была твердо
намерена их прояснить.
— Вы участвуете в новом предприятии Люка? — спросила Вики, скупо
улыбаясь.
Айрин помедлила.
— Предприятии?
— Ну, я имею в виду тот нелепый маленький мотель, который он приобрел в
Дансли.
— Ах гостиница! — Обдумывая ответ, чтобы потянуть время, Айрин
сделала глоток белого совиньона. — Если честно, то жизнеспособным
предприятием его бизнес можно назвать лишь с большой натяжкой. По крайней
мере пока им управляет Люк. Но, отвечая на ваш вопрос, скажу: нет, я в этом
предприятии не участвую. Меня и моя работа в
Биконе
вполне устраивает. Там
пончики лучше.
— Что, простите?
— Да так, ничего. Забудьте.
— Как вы познакомились с Люком? — поинтересовалась Вики.
— Можно сказать, я заплатила за это знакомство.
Вики насупилась.
— Я хочу сказать, что я постоялица его гостиницы, — поспешила
объясниться Айрин.
— Значит, это всего лишь случайная связь?
Айрин вспомнился калейдоскоп недавних событий, которые произошли с тех пор,
как она впервые увидела Люка, и достигли кульминационной точки в самом
запоминающемся сексуальном опыте ее жизни.
— Уже нет, — ответила она, и на душе у нее тут же стало спокойно и
радостно.
Это все вино
, — подумала она.
Однако в улыбке Вики она не заметила ни намека на теплоту.
— Когда вы узнали, что отец Люка владеет половиной
Элена-Крик
виньярдз
?
— Об этом обмолвился Джейсон, когда на днях заезжал в Дансли.
— И вот сразу после этого мы узнаем, что Люк приглашает вас с собой на
семейную вечеринку. Интересно...
Айрин посмотрела в окно на сборище богатых гостей, толпившихся вокруг зала
для приемов.
— Ха! Вот уж никогда бы не подумала, что мероприятие с несколькими
сотнями приглашенных квалифицируется как семейная вечеринка. Но все, надо
думать, относительно.
Вики, по-видимому, была несколько растеряна.
— Что?
Айрин откашлялась.
— Я хотела немного поиграть словами. Ну, семейная встреча...
Относительно... Понимаете?
Вики бросила взгляд поверх правого плеча Айрин.
— А вот и Кейти. Вы, я полагаю, уже успели познакомиться.
— Да. — Собравшись с духом, Айрин с улыбкой повернулась лицом к
красивой женщине, плывущей к ним через террасу.
Голубоглазая, грациозная блондинка, Кейти Фут была из тех хрупких созданий,
которые вызывают в мужчинах желание взять в руки сияющий меч и пойти сразить
парочку драконов. Однако через пять секунд общения с ней Айрин про себя
решила, что девушка ей все равно нравится.
На Кейти был наряд из голубого шелка, который прямо-таки вопил (разумеется,
весьма ненавязчиво), что к его созданию приложил руку один из самых лучших
дизайнеров.
Айрин пришло в голову, что в своем строгом маленьком черном платье, которое
ей удалось сегодня откопать в одном из магазинчиков среди уцененных товаров,
она, верно, смотрится, как злая колдунья Гластон-Коув рядом с величественной
королевой и прекрасной сказочной принцессой.
Одежду без причины не уценивают, напомнила она себе. Ее продают по сниженным
ценам потому, что никто не захотел ее купить. Однако залезть в свои,
сделанные тяжким трудом накопления, чтобы потратиться на дорогущее платье,
зная, что скорее всего она его уже никогда больше не наденет, Айрин
позволить себе не могла.
— Привет, Кейти. — Вики радушно улыбнулась. — А мне тут Айрин
как раз рассказывала о том, как они с Люком познакомились. Она, оказывается,
остановилась в его гостинице в Дансли.
— Да, я знаю. — Кейти рассмеялась. — Признаюсь, я Люка в
качестве хозяина гостиницы не представляю. — Она взглянула на
Айрин. — Он, наверное, для своих постояльцев составляет длинные перечни
правил, я угадала?
В этот момент Айрин увидела приближающегося к ней Люка в сопровождении отца,
Джейсона и Хакетта.
— Время освобождения номеров и оплаты услуг в
Восходе над озером
, так
сказать, строго принудительное, — ответила Айрин и повернулась лицом к
мужчинам.
С Хакеттом и Джоном она познакомилась сразу же по приезде. Поздороваться с
Джейсоном у нее тоже была возможность. Но всю мужскую часть семьи Даннеров в
полном составе она видела впервые. Каждый из мужчин выглядел по-своему
эффектно, но когда они собирались все вместе, да еще в смокингах, сшитых на
заказ, ни одна женщина не осталась бы равнодушной.
Всем троим сыновьям Джона Даннера достались отцовские глаза хищной птицы,
однако, собственно, на этом почти все их сходство заканчивалось. Красоту и
аристократизм Хакетт с Джейсоном явно унаследовали от Вики.
Мужчины остановились. Айрин заметила, что глаза Хакетта сразу же обратились
к Кейти. Пара молча обменялась мыслями. Кейти первая отвела взгляд. Айрин
показалось, что по ее хорошенькому личику пробежала тень грусти.
— Просто не верится, что прошел еще один год. — Джон взял Вики за
руку, переплетая ее пальцы со своими, и улыбнулся. — И куда только
уходит время?
— Не обращайте внимания на старика, — сказал Джейсон Айрин. —
Он каждый год это говорит.
— Потому что это бывает каждый год. — Джон ласково поцеловал Вики
в шею. — Правда, эти проклятые дни рождения по крайней мере дают повод
потанцевать с самой красивой женщиной в мире.
Лицо Вики смягчилось.
Она любит его, — подумала Айрин. — А он
любит ее. Мама с папой точно так же смотрели друг на друга
.
— Ты совсем не стареешь, — беззаботно проговорила Вики. —
Просто становишься более солидным.
— Скажешь тоже! — воскликнул Джейсон, приглядываясь к отцу. —
Старик стариком.
— Старый да хитрый всегда бьет молодого да острого на язык, —
предостерег его Джон.
— Ах вот вы где все. — Гордон Фут торопливо прошел к ним через
террасу и взял Кейти под руку. — Торт вот-вот сгорит, а музыканты
готовы играть вальс. Давайте-ка, ребята, начинать.
Джон с Вики двинулись к залу для приемов. Джон на миг остановился и
оглянулся на Люка.
— Кстати, — сказал он. — Я собирался тебе сказать, что
Хакетт, Джейсон, Гордон и я хотим, чтобы ты с нами завтра утром перед
отъездом позавтракал в
Виньярде
, а потому заказали там тебе место. Ты
знаешь этот ресторан, тот, что прямо напротив гостиницы. Для нас
зарезервирован отдельный кабинет.
Айрин напряглась: слишком уж небрежным тоном, как ей показалось, отец Люка
произнес это приглашение. Прозвучавшая в его словах фальшь подействовала ей
на нервы. Она посмотрела на Люка, заинтересованная его реакцией.
— Мы с Айрин рассчитывали уехать рано утром, — ответил тот, явно
не подозревая подвоха.
— Ничего страшного, — заверил его Джон. — Позавтракаем
пораньше.
— По-моему, идея замечательная, — поддержала его Вики с внезапным
энтузиазмом. — А мы с Кейти и Айрин, пока вы будете сидеть в отдельном
кабинете, позавтракаем в главном зале. У вас будет возможность с пользой
провести время в своем сугубо мужском обществе.
— Поесть-то утром в любом случае нужно, — бодро напомнил Люку
Джейсон. — Ты же сам знаешь, что такое для тебя завтрак.
— Так что перед отъездом можешь поесть и с нами, — прибавил
Хакетт.
Люк пожал плечами:
— Айрин, ты не против?
— Не стоит обо мне беспокоиться, — поспешно ответила она. Что бы
там у них не происходило, это их семейное дело. Разумнее всего в него не
вмешиваться.
— Мы о ней позаботимся, — заверила Люка Вики. — Правда,
Кейти?
— Конечно. — Кейти улыбнулась. — Прекрасная идея.
— Спасибо, — поблагодарила Айрин осторожно.
— Стало быть, решено. — Джон снова увлек Вики за собой. —
Дорогая, ты готова?
Вики в ответ крепко сжала его руку.
— Да.
Он повел ее к открытым застекленным створчатым дверям. Гордон, Кейти, Хакетт
и Джейсон живо последовали за ними.
Айрин с Люком остались одни — они стояли и смотрели вслед исчезающей в зале
для приемов маленькой группке.
— Что все это значит? — спросила Айрин.
— Черт меня дери, если я знаю. Думаю, завтра утром все выяснится. Если
будет завтрак, уже не все так плохо.
— Я серьезно, Люк.
— Если серьезно, то у меня такое предчувствие, что за завтраком я
получу еще одно предложение вернуться в семейный бизнес, от которого нельзя
отказаться.
Айрин немного успокоилась.
— Что ж, звучит вполне правдоподобно. Твои родственники искренне за
тебя переживают, Люк.
— Я знаю, но почти ничем не могу им помочь. — Люк взял Айрин за
руку. — Как ты смотришь на то, чтобы съесть кусок торта, выпить еще
вина и потанцевать?
— По-моему, идея неплохая.
Прошло уже достаточно времени, когда Люк вслед за Айрин вошел в двери
гостиничного номера и быстрым оценивающим взглядом окинул помещение.
Сегодня, прежде чем выйти из номера, Айрин зажгла свет везде — в обеих
спальнях, где воткнула в розетки ночники, и даже в ванной. Люк видел, как
она успокоилась, убедившись по возвращении, что номер по-прежнему освещен.
— С учетом имеющихся обстоятельств, по-моему, все прошло хорошо, —
сказала Айрин, опускаясь на край кровати. — Но я хочу тебя кое о чем
спросить.
Айрин наклонилась, чтобы расстегнуть черные босоножки на высоком каблуке,
которые безумно волновали Люка. От ощущения интимности ситуации его обдало
жаром и закружил
...Закладка в соц.сетях
