Жанр: Любовные романы
Бездыханная
...dash; Было немного.
— Значит, он алкоголик, как и его отец?
— Черт побери! — взорвался Чак. — Никакой он не алкоголик.
Просто вообще не пьет.
— Боится стать алкоголиком? Разумно. Недавние исследования показали,
что....
— Да плевать мне на ваши исследования. Синджун любит, чтобы голова у
него была ясная.
— Он помешан на тотальном контроле за всем и вся.
— Знаете, если вам так хочется, я скажу ему, что вы решили ехать на
такси.
— Вы знали Ди-Ди Калер?
Ее вопрос подействовал на Чака, словно удар хлыстом. Он слегка побледнел и
поправил безупречный узел галстука.
— Раз мы с Сином дружим с самого детства, то я знал и Ди-Ди.
— Какой она была? Что вы подумали, когда они решили пожениться?
— Ничего. Они поженились и все.
— Потому что Ди-Ди по неосторожности забеременела?
— Не пытайтесь рассорить меня с Сином. Он всегда рассказывает мне обо
всех разговорах с вами, и я тоже обязательно расскажу ему о нашем
сегодняшнем разговоре. Понятно?
— Да, сэр.
— Вот и хорошо.
— Вы были там, когда умерла Ди-Ди?
— Проклятие!
— Да или нет?
— Нет.
— Ее избили?
— Нет!
— Вы слишком раздражительны, Чак.
— А вы слишком назойливы.
— Синджун разрешил мне задавать любые вопросы, чтобы книга получилась
достоверной.
— До сих пор не могу понять, зачем он вообще согласился на авантюрную
затею с биографией.
— Миссис Калер говорила, что ее внучка была жестоко избита, поэтому
случился выкидыш.
— Идите в свою библиотеку, — процедил сквозь зубы Чак. — И
составьте полный список вопросов, которые вам хотелось бы мне задать.
— Чтобы вы показали его Синджуну и договорились, как на них отвечать?
— У нас давно одна жизнь, так что осторожнее на поворотах, детка. По-
моему, он поддался на уговоры насчет книги только по единственной причине.
Они подействовали на ту часть его тела, которая имеет свои предпочтения, не
всегда совпадающие с мнением разума. Не пропустите возможность, поскольку
это продлится недолго.
Анжелика покраснела.
— Красивый румянец. Держу пари, вы красивая везде.
— Я иду в библиотеку.
— А Син хорош. По крайней мере так о нем говорят.
— Хорош в чем?
— Сами знаете. И он вас хочет. Почему бы вам не забыть всю эту чушь с
биографией? Соглашайтесь и получайте удовольствие. Я вижу, как вы на него
смотрите. Вы тоже хотите его.
— До свидания.
— Увлечения Сина длятся недолго, зато когда они в разгаре, он не жалеет
себя. Будет ублажать вас при каждом удобном случае, пока ему не надоест.
Тогда он поищет что-нибудь свеженькое. Но вы не останетесь внакладе.
— Заткнись, — прошипела Анжелика.
— Син не из тех, кто стремится завести семью, — ухмыльнулся
Чак. — Многие женщины пытались женить его на себе, но увы!
— Меня еще никто не смел так оскорблять, как ты! Я журналистка, а не
проститутка!
— А разве есть разница?
Несколько раз глубоко вздохнув, чтобы успокоиться, Анжелика тихо сказала:
— Хорошо. Ты сделал все, чтобы меня напугать, однако тебе это не
удалось. Я не интересуюсь Синджуном Брейкером как мужчиной, у нас
исключительно деловые отношения. И если ты еще раз осмелишься говорить со
мной в подобном тоне, я пойду к Синджуну и пожалуюсь на твое поведение.
— Желаю удачи!
Развернувшись, она направилась в сторону библиотеки, и Чак бросил ей вслед:
— Ты прошла испытание.
— Что?
— Ты прошла испытание, хотя я давил на тебя изо всех сил. Да, забыл
отдать тебе вот это. — Он протянул ей ксерокопию газетного
листа. — Прочти. Может, это заставит тебя передумать.
Заголовок статьи гласил:
Внезапная смерть девяностолетней Сары Мей Калер.
Родственников нет
. Когда Анжелика прочла заметку и подняла глаза, Чака уже
не было.
Всего месяц назад миссис Калер выглядела абсолютно здоровой. Несмотря на
летнюю жару, девушка почувствовала озноб.
Глава 19
Сиэтл любил и ненавидел Синджуна Брейкера.
Сидя в переполненном читальном зале, Анжелика быстро просматривала
Сиэтл
тайме
четырехлетней давности.
О любовных похождениях человека, коллекционирующего женщин, как экзотических
бабочек, писали на удивление мало. Зато все авторы в один голос утверждали,
что Синджун Брейкер — завидный жених, хотя никогда не расстанется с
холостяцким образом жизни. Даже если какой-нибудь женщине удастся его
окольцевать, брак продлится недолго.
И почему-то ни в одной статье его не называли вдовцом. По-видимому, женитьба
на Ди-Ди Калер была настолько короткой и давней, что о ней уже никто не
помнил. Или не знал? Если бы Анжелика случайно не встретилась с миссис
Калер, она бы тоже ничего не знала.
А теперь миссис Калер внезапно умерла. Конечно, смерть в таком возрасте
кажется естественной, даже если старушке помогли умереть.
О Брейкере-бизнесмене писали более подробно, он пользовался репутацией на
редкость удачливого финансиста. Однако ничего противозаконного или хотя бы
подозрительного Анжелика не обнаружила. То, что ей удалось найти на
микрофильмах, не совсем удовлетворило ее. За окном уже спешили домой толпы
отработавших служащих. Вскоре и ей придется уходить.
Гарт считал, что Мэри Баррет работает на него. Синджун был уверен в
обратном.
Марлен тоже безоговорочно верила в то, о чем писала в своем письме. Но это
вовсе не означало, что написанное соответствовало действительности. Злодеем
мог быть и не Синджун — он не производил впечатление человека, задумавшего
погубить Либера. А вот разговор Гарта с Мэри во время перерыва убедил
Анжелику в том, что она помогала Гарту в чем-то таком, чего не должен был
знать ее шеф.
Анжелика потерла уставшие глаза. Что ей, собственно, известно о Гарте? Ее
знания основаны на детских воспоминаниях да рассказах матери. Настало время
самой познакомиться с человеком, которого Марлен долгие годы считала другом.
— Вы уверены? — спросила Анжелика служащего из департамента
регистрации актов гражданского состояния, куда позвонила из автомата.
— Разумеется, если вы дали мне точную предварительную информацию.
— Спасибо.
В архиве нет данных о том, что Гарт Либер был когда-либо
женат
— таков ответ из департамента.
Значит, мама всю жизнь верила этой лжи!
Анжелика вышла на улицу, ей захотелось поскорее увидеть Синджуна. Желание
было таким сильным, что она забыла про страх. Возможно, она не имеет права
любить его, но чувство, которое она испытывала, когда думала о нем,
определенно не было ненавистью. Анжелика не заметила, как добежала до
Третьей авеню.
Нажав кнопку лифта, который поднимался на двадцать седьмой этаж, она
взглянула на часы и не поверила своим глазам. Половина восьмого, Синджун
наверняка уехал домой.
Прошло несколько минут. Табло показывало, что кабина стоит наверху. Анжелика
ринулась к другому лифту, вышла на двадцать втором этаже и стала подниматься
пешком.
Добравшись до цели и закрыв за собой дверь на лестничной площадке, девушка
очутилась в немой тишине коридора. Она не знала, куда идти дальше. Где
кабинет Синджуна? Зачем она вообще явилась сюда? Ведь теперь ясно, что Гарту
не требуется ее помощь. Неужели для того, чтобы сделать то, о чем просила ее
мать? Или потому, что она уже не в состоянии уехать и никогда больше не
видеть Синджуна?
— Анжелика?
Она вздрогнула от неожиданности и резко обернулась.
— Чак сказал, ты пошла в библиотеку. Миссис Фалон обещала позвонить
мне, когда ты вернешься.
Он был раздражен ее появлением.
— Извини, я... я не собиралась возвращаться сюда, но подумала... я
хотела...
А чего, собственно, она хотела?
— Ну? — спросил он, потом вдруг помрачнел и, одним прыжком
очутившись рядом, схватил ее за плечи: — Что случилось? Говори же!
— Ничего. Правда ничего.
— Ну хорошо, тогда пойдем.
Он ввел ее в просторную комнату, похожую на кабинет лишь тем, что в ней
стоял огромный письменный стол, заваленный бумагами.
— Садись. — Он указал на мягкий диван и уселся рядом. —
Отдышись и расскажи, в чем дело.
Значит, Синджун решил, что кто-то пытался ее обидеть, поэтому от испуга она
прибежала к нему. Он волновался за нее!
— Это не то, о чем ты подумал.
— Ты дрожишь, — ответил он, беря ее за руки. — Не пытайся
ничего скрывать, Энджел.
Ей очень хотелось рассказать ему правду, но она все-таки боялась довериться
ему.
— Просто шок. Сейчас пройдет.
— Это случилось на улице? Они были в машине?
— Нет, Син, это случилось в библиотеке. Просто я обнаружила кое-какие
факты, которые привели меня и такое состояние.
— Но ты же вернулась сюда, а не поехала домой. Почему?
— Потому что мне некуда больше идти, — сказала Анжелика, сразу
пожалев об этом.
Синджун чуть заметно улыбнулся. В элегантных брюках и рубашке, загорелый, с
черными волосами до плеч, он казался ей романтическим героем прошлых времен.
— Я рад, что ты пришла именно ко мне. Не хочу показаться назойливым,
но, может, ты все-таки расскажешь, что так потрясло тебя?
— Я выяснила, что друг предал человека, которого я очень любила.
Вернее, он считался другом... Я думала, что хорошо знаю этого друга. И
ошиблась.
— Продолжай.
— Нет. — Она высвободила наконец свои руки. — Дальше
неинтересно. Это касается только меня. И уже не имеет значения.
— Нет, имеет. Когда я увидел тебя на лестнице, то сразу почуял
неладное. Ты не знаешь, как быть дальше?
— Трудно смириться с предательством... Особенно когда предал человек,
которого ты считаешь настоящим другом.
— Кто тебя предал? Ты говорила, что совсем одна.
— Речь не обо мне, — осторожно произнесла Анжелика. — Предан
дорогой мне человек. И предан тем, кого она любила больше всего на свете.
— Ты имеешь в виду Бренду?
— Нет, — улыбнулась она. — С Брендой такого случиться не
может.
Анжелика до сих пор не пришла в себя от того, что ее мать оказалась слишком
наивной и доверчивой.
— История, наверное, банальная: мягкая, любящая женщина полностью
доверилась мужчине, которого долгие годы считала честным и порядочным
человеком, не ожидая от него удара в спину.
Синджун глубоко вздохнул:
— Честь, порядочность... Такие качества все реже встречаются в людях.
— Да... К несчастью, и я поверила тому человеку, смотрела на него ее
глазами. Либо мы оказались дурочками, либо он превосходно играл свою роль.
— И что же он сделал? Или ты не хочешь говорить об этом?
— Он... погубил ее. Он был ее любовником... много лет. Она верила, что
он не может жениться на ней, поскольку женат на очень больной женщине,
которую никогда не любил, но не мог оставить.
— А-а, — протянул Синджун, — дальнейшее ясно.
Анжелике всегда казалось, что их с матерью трагедия была чем-то
исключительным, а выходит, подобные истории далеко не редкость.
— Как выяснилось, он никогда не был женат. Она всячески оправдывала
его, а он лишь посмеялся над ней. Он всю жизнь манипулировал ею, а она
считала его идеальным. — Анжелика сжала переносицу, чтобы не
заплакать. — Он вообще не собирался жениться.
— И твоя подруга не могла забыть предательство?
— Конечно, она забыла.
— Очень хорошо, — задумчиво произнес Синджун. — Нам всем
нужно иногда забывать плохое. Тебе не мешало бы последовать ее примеру.
— Она покончила с собой.
— Господи!
— Все давно прошло. — Анжелика встала. — Наверное, будет
лучше, если я соберу вещи и перееду в гостиницу.
— Нет.
— Почему?
— У нас же с тобой деловое соглашение. Разве что-то изменилось?
Анжелика уже не знала, чего она хочет.
— Ничего не изменилось, хотя не вижу причины, чтобы жить в твоем доме.
— А я вижу. Когда ты сказала про шок, я решил, что кто-то пытался тебя обидеть. Ты мне веришь?
— Я... да.
— У меня нет оснований думать, что покушений больше не будет, и я
всерьез опасаюсь за тебя.
— Не надо.
— Пожалуйста, останься там, где я смогу обеспечить твою безопасность.
— Ну хорошо, я согласна немного пожить у тебя, — кивнула она.
— Отлично! — Улыбка делала его совсем юным. — На меня сейчас
навалилось столько дел сразу. Когда все уладится, я, видимо, смогу тебе
помочь, если ты еще не передумала написать мою биографию.
— Спасибо.
Он взял с письменного стола ключи.
— Может, прогуляемся и съедим по порции жареной рыбы с картошкой?
— С удовольствием, — ответила Анжелика, хотя и не чувствовала
голода.
— Потом вернемся в гараж и поедем домой на машине.
— Мне тоже надо бы съездить и переодеться.
— Я никуда не ездил. Все необходимое тут, в моем кабинете. Когда я
работаю допоздна, то ночую здесь. — Он кивнул на большой кожаный диван
в углу. — А зачем тебе переодеваться? Ты отлично выглядишь.
Незатейливый комплимент и улыбка неожиданно согрели ей душу.
— Спасибо, и ты превосходно выглядишь.
Продолжая улыбаться, Синджун подошел к лифту и нажал кнопку вызова.
— С вами не соскучишься, Анжелика Дин.
Двери лифта бесшумно раскрылись, Синджун протянул ей руку и шагнул назад.
Анжелика закричала.
Там, где должна была находиться кабина лифта, зияла пустота.
— Синджун!
Он слышал, как она кричала, почувствовал, как схватила его за руку, увидел,
как она упала и заскользила к шахте лифта.
На миг Синджун ощутил, что его тело зависло над пропастью.
— Нет! Нет! Нет! — кричала Анжелика. Упершись ногами в стену, она
дрожала от страшного напряжения, однако не выпускала его руку.
Когда он уже готов был сорваться вниз, она сумела рывком поставить его
локоть на край лифтовой шахты. Нащупав свободной рукой опору, Синджун бросил
свое тело вперед, тут же отполз подальше от зиявшей пустоты и упал на
лежавшую Анжелику. В следующий момент он уже обхватил ее обеими руками,
инстинктивно откатившись с ней в противоположную сторону.
— О Боже! — всхлипывала она, прижимаясь к Синджуну, словно хотела
защитить его своим хрупким телом. — Там не было кабины. Там не было
ничего.
Он лежал, закрыв глаза. Постепенно сердце успокоилось, но мускулы и нервы
оставались в страшном напряжении.
Анжелика Дин, которую он подозревал в злом умысле, сумела, несмотря на свое
хрупкое телосложение и маленький вес, спасти ему жизнь.
Открыв глаза, Синджун взглянул сначала на потолок, затем на светлые волосы
девушки.
Анжелика не только попыталась спасти его, она это сделала! Иначе лежать бы
ему сейчас на крыше кабины, стоявшей где-то внизу, бог знает на каком этаже.
Когда руки начали его слушаться, он крепко обнял ее.
— Господи... Просто невероятно. Я уже прощался с жизнью. Ты спасла
меня.
— Нет, ты сам. Я думала, ты упадешь...
— То, что случилось, просто невозможно, — сказал он, гладя ее
плечи дрожащими руками. — Дверь лифта не может открыться, если за ней
нет кабины.
— Но открылась! И кабины там не было.
— Черт побери, наверное, я сделал тебе больно, когда навалился всей
тяжестью.
Синджун встал на колени, потом на ноги, помог встать Анжелике.
Откинув назад волосы, она улыбнулась ему:
— Меня не так просто раздавить. Я крепкая. Но не мог бы ты обнять меня,
а то я опять упаду.
— Я бы взял тебя на руки, только не уверен, что удержу.
Когда они без сил рухнули на диван в кабинете Синджуна, тот сразу нажал
кнопку внутренней связи с вестибюлем.
— Колин? Ты слышишь меня? — Ответа не последовало. —
Анжелика, ты никого не видела внизу?
— Нет. Я пыталась вызвать твой лифт, но постоянно горела цифра двадцать
семь. Я решила, что так бывает всегда, когда ты остаешься наверху один,
поднялась на другом лифте до двадцать второго этажа и пошла пешком.
Внезапно в динамике послышались возбужденные голоса и крики.
— Это из вестибюля. Колин? Ты меня слышишь?
— Это мистер Брейкер, — объявил чей-то испуганный голос. —
Мистер Гилл, все в порядке. С мистером Брейкером ничего не случилось.
— Благодари Бога, проклятый идиот.
— Чак! — произнес Синджун. — Немедленно поднимайся ко мне да
захвати с собой Колина. — И, не дожидаясь ответа, выключил связь.
Анжелика взяла его за подбородок, повернула лицом к себе и поморщилась.
— Ты поранил щеку. Рана слишком кровоточит, но надо промыть.
— Промоем. Только не сейчас. Думаю, и у тебя немало синяков на теле, ты
должна лечь в кровать. Потерпи, я разберусь в причинах и сразу отвезу тебя
домой. А пока мне нужно поговорить с Чаком и Колином.
Она не стала возражать.
Синджун вышел в вестибюль, поскольку не мог себя заставить приблизиться к
лифту.
Наконец дверь, ведущая на лестницу, открылась, и в коридоре появился Колин,
высокий тощий ночной дежурный.
— Все в порядке, мистер Брейкер? Честно говоря, я не думал, что такое
может случиться. Неужели кто-то хотел убить вас?
— С чего ты взял, что хотели убить меня?
— Мистер Гилл пришел из гаража и чуть голову мне не оторвал. Он
спросил, какого... почему меня нет в вестибюле. Я ответил, что мне позвонили
и сказали, что кто-то пытается ограбить припаркованные машины. Я пошел
взглянуть.
Почувствовав за спиной какое-то движение, Синджун резко обернулся и успел
заметить, как двери лифта закрылись. На табло загорелась цифра
26
, потом
25
.
— Чак сказал, я не должен был ни в коем случае покидать свой пост, ибо
вы, мистер Брейкер, в своем кабинете и кто-нибудь может попытаться что-то
вам сделать. Это правда?
— Возможно.
Если бы Анжелика не стала его свидетельницей, остальные могли бы
предположить, что ему все померещилось.
— А где Чак?
— Он вернулся в гараж, чтобы хорошенько там проверить, и велел мне не
оставлять вас одного, пока он не придет. По-моему, он злится на себя не
меньше, чем на меня.
— Син! — ворвался в дверь Чак. — Я потерял десять лет жизни!
Кто-то вызвал Колина к припаркованным машинам под предлогом несуществующих
грабителей. Я уж думал, тебя нет в живых.
— Именно так и должно было случиться. Кабины за дверью лифта почему-то
не оказалось, и я чуть не улетел в шахту.
Чак побледнел и, вытащив из кармана что-то темное, протянул другу.
— Зря я не поверил тебе после взрыва вертолета. Этот шарф валялся в
гараже.
Синджун машинально взял протянутый ему кусок шелковой материи.
— Единственный способ, которым можно заставить двери раскрыться без
кабины, это отключить систему. Я прав?
— Да, — ответил Чак, взглянув сначала на закрытые двери лифта,
затем на панель. — Но такое не под силу маленькой журналистке. Или мисс
Дин не просто журналистка?
— Идем со мной. — Синджун ввел друга в кабинет, где сидела
Анжелика. — Сегодня вечером эта слабая, миниатюрная женщина спасла мне
жизнь.
Запах жареной рыбы и картошки, умеренно сдобренной ароматным уксусом,
смешивался с запахом морской соли и йода. Анжелика с удовольствием вдыхала
эти запахи, смотрела на бухту Эллиот, слушала плеск воды за причалом. Когда
Чак ушел, она сумела убедить Синджуна, что прогулка и ужин ей нужны больше,
чем сон. Впрочем, его не пришлось долго уговаривать.
— К твоему сведению, я вешу больше девяноста фунтов, — сказала
она, кладя в рот очередной кусочек аппетитной рыбы.
— Неужели девяносто один? — усмехнулся Синджун.
— Во всяком случае, моего веса хватило, чтобы помочь крупному мужчине
не упасть в шахту.
— Меня чуть не хватил удар.
— Нас обоих.
Эксперты компании по обслуживанию лифтов прибыли в здание
Кертц — Брейкер
через полчаса и быстро определили, что когда Синджун шагнул в несуществующую
кабину, та стояла на двадцать пятом этаже. Правда, они не обнаружили следов
постороннего вмешательства, но это еще не значило, что панель никто не
открывал.
Следом за экспертами явились полицейские. Видимо, излюбленным словом у тех и
других было в тот вечер
если
. Если двери лифта действительно раскрылись в
пустоту... если вы... если... Теперь они уже закрылись, а исправность
системы не вызывала никаких сомнений.
— Кажется, полицейские сочли меня чудаком с довольно странными
причудами. Я слышал, как один сказал:
Что он выдумает в следующий раз?
Оба замолчали.
— Вообще-то я не хотела спрашивать... Но что имел в виду Чак, говоря
обо мне, когда вы с ним стояли в коридоре?
— Ты слышала?
— Кажется, я не просто журналистка?
— Давай оставим эту тему.
— Нет.
— Да, у нас и без того хватает проблем.
— У нас?
— Чак решил, что я имею какое-то отношение к случившемуся с
лифтом? — Синджун молча смотрел на бухту. — Он подозревает меня и
в причастности к взрыву, а я даже не знаю почему.
— Накануне взрыва ты звонила на Кауаи.
— Да, звонила, — нахмурилась Анжелика. — Я просила доставить
мои вещи на Хелл.
— Вещи?
— Ну да, всю одежду, которую я оставила на Кауаи. Мне назвали стоимость
пересылки, я отказалась от их услуг.
— Понятно.
— Значит, и ты думал, что взрыв устроила я?
— Я не думал, что это случайность. Насчет тебя я ошибся.
— Но сначала подозревал меня? — Сердце у нее упало.
— Кто-то действительно покушается на мою жизнь.
— И ты решил, что это я?
— Да.
— Великолепно. А сегодня тоже я? — Анжелика швырнула недоеденную
рыбу и картошку в ближайший мусорный контейнер. — Я журналистка.
Хорошая журналистка. Правда, у меня есть один минус. Хотя я пользуюсь
компьютером, но когда вижу на экране нечто угрожающее, вроде предупреждения
диск заполнен
, то впадаю в прострацию. Откуда мне знать, как взрывают
вертолеты? Может, расскажешь? Вдруг я когда-нибудь захочу это сделать?
— Повторяю, я ошибался. Извини, Анжелика. — Он крепко обнял ее,
прижал к своей груди. — Да, я идиот. Сегодня ты была со мной. Помнишь?
И спасла мне жизнь.
Анжелика вздрогнула, представив себе ужасающую картину.
— Успокойся. — Синджун погладил ее шею. — Мы оба пережили
шок. Но теперь все в порядке.
— Нет, не в порядке. Я боюсь.
— Не бойся, — прошептал он ей на ухо. — Я позабочусь о твоей
безопасности.
— Я боюсь за тебя, а не за себя.
Это было чистой правдой, хотя ей не следовало бы говорить ему.
— Почему ты боишься за меня?
— Потому что я не хочу, чтобы тебя убили.
— Почему?
О нет! Она не может сказать ему всю правду.
— Потому... потому что ты мне нужен для будущей книги. Теперь ты знаешь
правду.
— Правду? — с сомнением в голосе переспросил он. — Я очень
устал, а ты? — Анжелика кивнула. — Давай заберем из гаража машину,
и я отвезу тебя домой.
Вдоль берега еще гуляли люди: поодиночке, парами, с детьми.
— Ты должен относиться к этому серьезно, — тихо сказала Анжелика,
когда они выходили из ресторана. — Пока не выяснится, кто хочет твоей
смерти, ты должен уехать в безопасное место.
— Я уже пробовал, — ответил Синджун, бросая монету в раскрытый
футляр у ног довольно хорошо игравшего скрипача. — Потому и уехал на
Хелл.
— Тебе следует вернуться туда. Немедленно.
— Разве ты забыла, что и на острове меня пытались взорвать? А погибла
Фрэн...
— Предположим, это был несчастный случай. Возвращайся на Хелл и не
позволяй никому туда приезжать.
— Так не может продолжаться вечно.
— Но
...Закладка в соц.сетях
