Жанр: Любовные романы
Бездыханная
...лушаю, — поморщившись, коротко бросил он и через несколько
секунд прервал говорившую: — Не твоего ума дело.
Анжелика похолодела от дурных предчувствий.
— Чаку не следовало говорить тебе, где я нахожусь. А миссис Фалон не
должна была говорить ему. — Он хотел вернуть трубку Анжелике, но тут
глаза у него сузились, губы превратились в одну жесткую линию. —
Объясни.
Анжелика повернулась, чтобы уйти, однако Синджун отрицательно покачал
головой.
— Почему ты не можешь сказать мне по телефону? Нет. Нет. Если Чак
подтвердит, что верит твоим словам, я приеду. Анжелика приедет со мной.
Он повесил трубку.
— Что случилось?
— Если верить этой женщине, она знает, кто пытается меня убить.
Глава 22
Бренда Баттерс просто уродина. Слишком высокая, слишком крупная,
слишком самоуверенная
. Остановившись возле стола, Лорейн наливала себе вина и делала вид, что
совершенно не интересуется разговором Бренды с Эндерсом.
— По-моему, Синджуну не надо возвращаться на Хелл, — задумчиво
сказал Эндерс, откладывая в сторону толстый блокнот.
— Почему? — удивилась Бренда. — Я думала, вы будете рады его
увидеть.
— Что бы там ни говорила полиция, но вертолет взорвался не случайно.
— Даже если кто-то пытался убить Синджуна, думаю, здесь ему намного
безопаснее, чем в Сиэтле, — возразила Бренда.
Презрительно хмыкнув, Лорейн поставила на стол бутылку и наполовину осушила
стакан. Последние дни на острове все только и делали, что говорили о взрыве
и Фрэн. Фрэн то да Фрэн это. Даже проклятая собака не перестает скулить.
А у нее есть дела поважнее. Благодаря письму, найденному в коттедже, она
могла теперь либо выиграть, либо окончательно проиграть.
— Лорейн, ты рада, что сегодня прилетит Чак? — повернулась к ней
Бренда, и солнце позолотило ее огненно-рыжие волосы. — Без него ты
ходишь словно потерянная.
— Я всегда в порядке. — Лорейн окинула ее неприязненным взглядом и
одним глотком допила вино.
Интересно, где сегодня утром был Уиллис? Кажется, встречи с Брендой стали у
него ежедневным ритуалом. Лорейн прямо заболела от ревности. Она снова
посмотрела на Бренду, гадая, что особенного нашел в ней Уиллис. Наверное,
уже трахнул ее, а Лорейн дал понять, чтобы она больше не подходила к нему.
Черт бы его побрал. Черт бы побрал их всех.
Бренда потянулась всем телом, словно большая рыжая кошка в белом купальнике
с прозрачными вставками на соблазнительных местах. Видны и темные соски, и
темные волосы на лобке. Она улыбается. Чувствует свое превосходство. Думает,
она сексуальнее Лорейн, потому что ее, а не Лорейн выбрал Уиллис.
Интересно, Уиллис рассказывал Бренде о ней? Сказал, что больше ее не хочет?
Лорейн кипела от ярости. Пора браться за дело, только крайне осмотрительно.
В кухню вошла миссис Миджли, неся свежевыстиранное белье.
— Доброе утро, миссис Миджли, — улыбнулась Бренда. — Сегодня
отличная погода, не правда ли?
— Да, отличная, — улыбнулась та в ответ.
— Почему бы вам не надеть купальник и не порезвиться в море? —
предложила Бренда.
— Мне нравятся ваши шутки, мисс Бренда, — засмеялась миссис
Миджли. — Я тут работаю. А не плаваю.
— Но могли бы, если б захотели, — сказал Эндерс. — Мистер
Брейкер никому не запрещает проводить свободное время в свое удовольствие.
Бренда взглянула на часы:
— Мне пора бежать. Еще увидимся. Ты бы лучше пила сок, дорогая, —
повернулась она к Лорейн. — От алкоголя портится кожа.
Бренда исчезла, а Лорейн налила себе вина.
— Почему бы вам не последовать совету мисс Баттерс? — произнес
Эндерс и вернулся к своим записям в блокноте.
Прихватив бутылку, Лорейн молча прошла мимо него на террасу позади дома. Она
успела заметить, как возле Бренды появился Уиллис, и оба трусцой побежали в
сторону моря.
На разработку плана у нее оставалось не так уж много времени. Днем приедут
Синджун с Анжеликой. Когда она позвонила ему в Сиэтл, умоляя бросить там
проклятую журналистку, он ее не послушал, чем весьма осложнил ей задачу.
Анжелика и Бренда должны исчезнуть навсегда. Уиллис теперь не помощник, а
вот Кэмпбелл... Сегодня она постарается сделать так, чтобы парень был готов
на все для нее, завтра Синджун будет принадлежать только ей.
Держа бутылку за узкое горлышко, она направилась к домику миссис Миджли.
Пока матушка работает, сын предается медитации.
Лорейн усмехнулась. Сейчас она поможет ему впасть в транс.
Дойдя до того места, откуда видно берег, она заметила Уиллиса и Бренду,
которые шли, держась за руки, и о чем-то разговаривали.
Ладно, Кэмпбелл никуда не денется, а вот парочка сейчас исчезнет за скалой.
Лорейн начала торопливо спускаться к берегу, представляя, как подчинит себе
Кэмпбелла, затем с его помощью обретет власть над Чаком, а потом и над
вожделенным Синджуном.
Жаль, что она не могла унести из тайника письмо и сразу показать его
Синджуну.
Когда Лорейн обнаружила розовый конверт в нижнем ящике комода, ее радости не
было предела. Правда, она быстро сообразила, что, хотя старая дура и не
назвала ее имени, Синджун поймет, кто ввел Марлен Голден в роковое
заблуждение насчет Гарта Либера и тем самым подтолкнул к самоубийству.
Лорейн вспомнила, с каким удовольствием мучила наивную идеалистку Марлен.
Она уже знала, что бросит Гарта ради Синджуна Брейкера, но ее забавляли
чрезмерные, по ее мнению, переживания старой любовницы.
Теперь она жалела, что не оставила Марлен Голден в покое.
Если бы она это сделала, то ни Анжелика Дин, ни Бренда Баттерс никогда бы не
приехали на остров. Но кто мог предположить, что Марлен Голден напишет про
Гарта в своем залитом слезами письме!
Добравшись до густого кустарника, Лорейн пошла вдоль него, ища какой-нибудь
просвет, чтобы увидеть берег. Время от времени она делала пару глотков из
бутылки.
Анжелика думает, что очень умная, раз выследила Сина и даже приступила к
осуществлению своего плана. Но судя по всему, она не догадывается, что
именно Лорейн заняла место ее матери, и решила наказать злодея Брейкера, о
чем просила мамочка в своем письме.
Ветер донес до нее голоса Уиллиса и Бренды.
Обнаружив наконец просвет в кустарнике, Лорейн попыталась что-нибудь
разглядеть, но сначала безуспешно. Она собиралась уже поменять место и тут
вдруг увидела сидевшую на громадном валуне Бренду, которая смотрела на
Уиллиса, полоскавшего что-то в воде.
В следующий момент он выпрямился и махнул рукой.
Лорейн отпрянула от кустов, однако тут же поняла, что жест относится к
Бренде, а не к ней, поскольку Уиллис подошел к рыжеволосой фурии и протянул
ей большой коралл.
— Правда очень красивый? — спросил он.
— И такой красный, — по-детски удивилась Бренда.
— Рядом с рифом много интересного, — оживился гигант. (Лорейн
никогда не видела его таким радостно возбужденным и разговорчивым.) —
Во время отлива можно отправиться туда на лодке.
Бренда с интересом разглядывала коралл, а Уиллис разглядывал ее, словно она
была редкостным произведением искусства, а он экспертом в этой области.
— Он тебе нравится?
— Очень, — искренне ответила Бренда. Уиллис притянул ее к себе,
погладил по волосам и поцеловал.
Лорейн чуть не вскрикнула от удивления и негодования.
Потом он встал перед ней на колени и подал руку, чтобы помочь ей сойти с
валуна. Оба уселись на песок и, держась за руки, стали смотреть на океан.
Уиллис никогда не целовал Лорейн с нежностью. Впрочем, она сама этого не
хотела. И уж тем более они никогда не сидели на песке, взявшись за руки,
словно младшие школьники.
Видимо, по какой-то причине Уиллис затеял игру с рыжеволосой амазонкой.
Обойдя вокруг домика семьи и не увидев нигде Кэмпбелла, она быстро вошла
через заднюю дверь на кухню.
Откуда-то доносились странные звуки, похожие на восточную мелодию.
Лорейн поставила бутылку на кухонный стол и пошла на звук. В полутемной
комнате на полу сидел Кэмпбелл, уставившись на крошечное пламя свечи,
горевшей в высоком темно-зеленом сосуде.
— Кэмпбелл? Ты здесь? Это я, Лорейн. Ты дома, Кэмпбелл? — Она
заглянула в приоткрытую дверь и с притворным облегчением сказала: — А, вот
ты где. Сиди-сиди. Я зашла поговорить с тобой и хочу, чтобы ты чувствовал
себя комфортно.
— Что-нибудь случилось?
— В общем, да. Сначала я испугалась, но потом вспомнила, что у меня
есть ты. Ведь ты поможешь, Кэмпбелл?
— Если это в моих силах.
— Мне необходимо на время остаться в твоем доме. Нужно спрятаться,
понимаешь?
Кэмпбелл молчал. Черт побери, он оказался не таким уж дурачком.
— Я побуду здесь, пока не вернутся Чак с Синджуном.
— Зачем тебе прятаться?
Лорейн внимательно разглядывала его обнаженный торс. Конечно, парню далеко
до Уиллиса, но все основные детали на месте.
— Зачем тебе прятаться? — упрямо повторил он.
— Хорошо, объясню. Мне нужно поговорить с Чаком до того, как я увижу
Синджуна. Поэтому я спрячусь здесь, а ты приведешь ко мне Чака.
— Не получится. Чак меня не любит.
— Он просто очень скрытный и суровый человек, — успокоила его
Лорейн. — Я скажу, что ты должен ему передать, чтобы он пришел сюда
один и тайком от остальных.
— Вряд ли мне удастся, — покачал головой Кэмпбелл.
Распахнув длинную зеленую юбку, она уселась на пол рядом с ним.
— Ладно, забудь. Это не имеет значения. — Ничего, сейчас он
забудет обо всем, кроме того, что она собирается ему дать.
— Но что случилось? Почему ты просишь меня об этом?
— Уже не прошу, — небрежно отмахнулась Лорейн и переставила свечку
на низкий столик.
— Ты хочешь пить? Могу принести тебе чего-нибудь.
— Не хочу. Но ты можешь сделать еще лучше. Помнишь, как ты натирал меня
лосьоном у бассейна?
— Помню, — ответил Кэмпбелл и смущенно отвернулся.
— Можешь сделать это еще раз?
Он промолчал. Тогда Лорейн придвинулась к нему, осторожно провела рукой по
его голой ноге.
— Если тебе не хочется, не буду настаивать.
— Кажется, у нас нет лосьона.
— Обойдемся и без него. Ты поможешь мне расслабиться и успокоиться.
Могу сначала помассировать тебя. Хочешь?
— Чаку не понравится.
— Почему? Не вижу ничего плохого, если два человека помогают друг другу
расслабиться.
— В этом нет ничего плохого, но все-таки.
— А это что? — Лорейн показала на флакон с бледно-золотистой
жидкостью, который стоял рядом с магнитофоном.
— Ароматическое масло. Нагреваешь его над свечой, и оно хорошо пахнет. Действует умиротворяюще.
К черту умиротворение
, — подумала Лорейн.
Довольно улыбнувшись, она взяла флакон, открыла пробку, налила масла на
ладонь. Жидкость издавала сильный пряный аромат мускуса, ванили и чего-то
терпкого.
— М-м-м... чудесный запах. Давай согреем его, тогда будет еще лучше
пахнуть. — Она принялась растирать Кэмпбеллу плечи и грудь. —
Неужели тебе не нравится?
— Нравится, — пробормотал он.
Когда ее пальцы начали описывать круги вокруг его сосков, юноша вздрогнул и
удивленно взглянул на ее руки.
— Разве ты не знал, что от прикосновений к этим точкам бывает очень
приятно? О, Кэмпбелл, держу пари, тебе незнакомы миллионы других
восхитительных ощущений. Прошу тебя, не уходи. Не оставляй меня одну. Ты мне
так нужен, Кэмпбелл!
— Почему тебе необходимо прятаться? Я всегда готов помочь, но должен
знать, что происходит..
— Просто ты мне нужен, вот и все. С тобой мне хорошо, спокойно, а
теперь я хочу именно этого. — Приложив совсем немного усилий, Лорейн
заставила себя заплакать.
— Ну хорошо, только не плачь. Ложись на кушетку, на полу слишком
жестко.
Слишком жестко? Для нее не существовало такого понятия.
— Нет, лучше помассируй меня так, как это делала я.
Наступила томительная пауза. Затем Кэмпбелл налил в ладонь немного масла,
растер и неуверенно прикоснулся к ее плечам, шее, рукам. Не открывая глаз,
Лорейн медленно стянула вниз лиф платья, хорошо представляя себе зрелище,
которое открылось жадному взору Кэмпбелла.
— Может, ты ляжешь на живот? — хрипло предложил он. — Тогда я
мог бы растереть тебе спину.
Вместо ответа Лорейн расстегнула юбку, и она упала на пол.
— Нет, Лорейн, не надо.
По его изменившемуся голосу она поняла, что он готов продолжить.
— Почему? Любовь бывает разная. Наша с тобой отличается от любви между
Чаком и мной.
Кэмпбелл оказался способным учеником, повторяя все ласки, которыми одаривала
его наставница.
— Мы с тобой очень похожи, — прошептала она. — Мы добры,
мягкосердечны, нас так легко обидеть. Но когда мы вместе, то можем
поддержать друг друга.
— Лорейн, я хочу...
— Я знаю, чего ты хочешь. — Ловким движением она спустила с него
шорты. — О! Да ты совсем уже большой!
Без всяких прелюдий обхватив руками его крепкие ягодицы, Лорейн открыла рот,
и через десять секунд Кэмпбелл стал фанатичным поклонником ее мастерства.
После этого ей даже не пришлось уговаривать его лечь. Когда она села на
него, он снова был в полной боевой готовности.
— Мы должны часто проводить время таким образом. Да, Кэмпбелл? —
спросила она, с удовольствием слушая его стоны.
— Все время, — хрипло сказал он. — Не бойся, Лорейн. Мы с
ними справимся.
— Я знала, что ты мне поможешь, — кивнула она, приступая к делу.
— Видишь тот грозовой фронт? — спросил Чак, наклоняясь к другу.
— Да, зрелище не из приятных.
— А я думала, на островах не бывает гроз, — впервые подала голос
Анжелика после долгих часов молчания.
— Бывают, только не часто, — ответил Синджун. Несмотря на
возражение Чака, он сам управлял вертолетом. Ему хотелось держать ситуацию
под контролем, даже если это было всего лишь иллюзией.
— Вертолеты не слишком надежны в плохую погоду, — покачала головой
Анжелика. — Ты ведь сам говорил...
— Мы опередим грозу, — улыбнулся Синджун. — А после
тропического ливня остров выглядит сказочно красивым. Настоящий земной
рай...
— Вон он, твой земной рай, — показал рукой Чак.
— Нет ничего красивее, чем Хелл, правда, Син?
— Честно говоря, я видел кое-что получше, — сказал тот, лукаво
улыбнувшись Анжелике, и она мгновенно покраснела.
В желтой рубашке с закатанными рукавами и волосами, перевязанными шелковым
шарфом, она выглядела такой мягкой, чистой, спокойной. Но вечером он сорвет
с нее весь этот хлопок и шелк, чтобы насладиться ее мягкостью и чистотой,
тогда они оба забудут, что такое спокойствие.
— Син, ты намерен садиться на Хелле? — поинтересовался Чак. —
Или мы летим в Токио?
Лишь теперь Синджун увидел, что посадочная площадка оказалась позади.
— Гляди-ка! — хохотнул Чак. — Похоже, все население острова
вышло нас встречать.
— Прилетели. — Синджун улыбнулся Анжелике. — Боишься?
— Просто волнуюсь. Хочется поскорее оказаться на острове.
Ему тоже хотелось поскорее оказаться на земле, но вот объясняться с Лорейн у
него не было никакого желания. Он не поверил ей, когда она заявила, что
якобы узнала, кто так настойчиво преследует его, чтобы лишить жизни.
Наверняка это очередная попытка неутоленной нимфоманки затащить его в
постель. Чак тоже не мог сказать ему ничего определенного.
Синджун посадил вертолет.
— Неплохо для любителя, — похвалил друга Чак, стараясь перекричать
шум винта.
Отстегнув ремни, Анжелика нежно поцеловала его в щеку.
— У тебя здорово получается. Я имею в виду управление вертолетом.
— Просто ты рада, что мы не разбились при посадке. А что еще у меня
здорово получается?
Чак уже спрыгнул на землю, и Синджун, воспользовавшись кратким уединением,
страстно поцеловал ее. Накануне вечером Анжелика вела себя отстранение,
давая понять, что хочет покоя и уединения.
— Сегодня мы будем спать вместе? — спросил он, несколько
обеспокоенный ее вчерашним настроением. Она промолчала. — Ты придешь ко
мне?
— Давай немного обождем и... приведем мысли в порядок, —
неопределенно ответила Анжелика. — Я боюсь, Синджун.
— Не волнуйся, я не позволю, чтобы с тобой случилось что-то плохое.
— Ты всегда думаешь, что я боюсь за себя. — Она закрыла ему рот
ладонью. — У нас есть о чем поговорить. Ты даже не подозреваешь, как
много я должна тебе рассказать. Идем. По-моему, все уже недоумевают, почему
мы с тобой не выходим.
— Хорошо, дорогая. Чем скорее я разберусь с Лорейн, тем лучше.
Первой выбралась Анжелика, и ее тут же отвела в сторону встревоженная
Бренда.
Вздохнув, Синджун тоже спрыгнул на землю. Неужели с ним случилось то, во что
он уже не верил? Неожиданно для себя он влюбился. Отчаянно, без памяти.
Когда Синджун подходил к группе оживленно разговаривавших людей, он услышал
слова Чака:
— Что значит вы не знаете?
— Привет! — нарочито весело произнес он, едва успевая отбиваться
от радостных наскоков Свифта. — Очень мило, что вы нас встретили.
— Мы весьма обеспокоены, мистер Брейкер, — серьезно ответила
кухарка.
— Чем, миссис Миджли?
— У нас проблема, мистер Брейкер, — объяснил Эндерс.
— Что тут без меня случилось?
— Ничего, — пожал плечами Эндерс.
— Черт побери, Син! — воскликнул Чак, бросая на землю
сумку. — Разве ты ничего не заметил?
— Заметил. Нам почему-то не рады.
— Мистер Брейкер... — укоризненно начал Эндерс.
— Лорейн! — выпалил Чак. — Она исчезла. Ее не видели с самого
утра.
Прислонившись к стене, она посмотрела в щелку между закрытыми жалюзи. Небо
заметно потемнело, дул сильный ветер, относя в сторону дождевые струи.
Кэмпбелл ушел почти час назад. Когда они заметили вертолет, Лорейн
спряталась в шкафу, поскольку знала, что первым делом Чак и Синджун будут
искать ее в коттедже, а уж потом явятся в дом Миджли.
Так и получилось. Дождавшись, пока озабоченные мужчины удалились на
приличное расстояние, Кэмпбелл пошел догонять Чака.
Но до сих пор ни того ни другого не было.
Наконец хлопнула входная дверь.
Шаги.
Чак непременно бы окликнул ее по имени. Единственным местом, где можно
спрятаться, оставался все тот же стенной шкаф, однако юркнуть туда Лорейн не
успела.
— Что за дурацкую игру ты затеяла?! — рявкнул вошедший Чак.
Мокрые рубашка и брюки прилипли к его телу, с волос стекала вода.
— Слава Богу, ты все-таки пришел! Ожидая тебя, я пережила кошмарный
час.
— Хватит, Лорейн, ты же знаешь, я не люблю притворства. На этот раз ты
хватила через край. Синджун вне себя от ярости.
— Выслушай меня, Чак. Я знаю, кто пытался его убить.
— Да? И как же ты узнала? С помощью хрустального шара, или преступник
сознался? Зачем ты все это придумала? Чтобы заставить меня вернуться,
поскольку тебя круглые сутки терзает желание трахаться до бесконечности?
— Ах так!
Лорейн хотела пройти мимо, но Чак схватил ее.
— Ладно, готов тебя выслушать, только говори покороче. В твоем
распоряжении две минуты.
— Анжелика Дин убьет Синджуна, если мы ее не остановим.
— Ты и впрямь спятила от воздержания.
— Собираешься ты меня выслушать или пусть эта сучка приступает к своему
грязному делу?
— Говори, — приказал Чак.
— Я всегда подозревала, что идиотская выдумка про биографию — обман. И
оказалась права. Только не перебивай. Анжелика собирается убить Синджуна. В
ее коттедже я нашла одно любопытное письмо.
Чак внимательно слушал, не сводя с нее глаз.
— Я не пришла встречать, потому что боялась, как бы она чего не
выкинула.
— Например?
— Не знаю. Пальнет из пистолета. Она страшная женщина. Анжелика Дин
работает на Гарта Либера.
— Бред, — недоверчиво произнес Чак.
— Судя по письму, а оно наверняка от Гарта, она не должна больше
допускать ошибок.
— Но ведь ты сказала, что нашла письмо, когда она улетела в Сиэтл. Ты
сплоховала, детка. Если тот вертолет был действительно взорван, если кто-то
намеренно испортил лифт, чтобы Синджун упал в шахту, тогда письмо сильно
опоздало.
— Упал в шахту? Кто-то пытался его столкнуть?
— Вот именно. А посему твоя история выглядит не слишком убедительной.
Покажи мне письмо.
— Я знала, что ты это скажешь, взять письмо из тайника не решилась.
Если бы мне не удалось предупредить тебя заранее, она могла бы обнаружить
пропажу.
— Значит, по-твоему, Анжелика Дин наемный убийца? И ее нанял Гарт
Либер, чтобы устранить Синджуна?
— Да. Он велел ей действовать похитрее. Эндерс сказал, что еще до того,
как Синджун уехал на остров, его несколько раз пытались убить. Это правда?
— Да.
— О, тогда иди к Сину и заставь его как можно скорее избавиться от этой
страшной женщины.
— А какую выгоду получит Гарт Либер?
Об этом Лорейн не успела подумать.
— Гарт злится, что потерял меня, и теперь хочет, чтобы и я потеряла
Синджуна.
— Понятно, — мрачно протянул Чак. Господи, она сказала не то.
— Гарт хочет досадить тебе, потому что я бросила его ради тебя. А
поскольку вы с Сином друзья, он решил поквитаться со мной, убив его, —
объяснила Лорейн, понимая, что Чак ей не верит.
— Не слишком ли это сложно? — язвительно спросил он. — Ладно,
пойду к нему и скажу, что мы нашли убийцу.
— Иди скажи ему, что Анжелика опасна. Расскажи, как я нашла письмо.
Пусть он отправит ее куда-нибудь подальше вместе с Брендой Баттерс. Она тоже
причастна к этому.
— Да, ты уже все продумала.
— Разумеется, Син будет мне страшно благодарен.
— Очень хочется, чтобы он был тебе благодарен? Ну-ка, иди сюда!
— Нет, Чак, не сейчас. Нужно предупредить Сина об опасности, а уж потом
мы...
— Иди ко мне, — вдруг мягко, почти умоляюще сказал он. — Ты
скучала без меня?
— Да, — неуверенно ответила Лорейн, не понимая причины столь резкой смены его настроения.
— Я тоже буду скучать без тебя.
— Как мило... что ты имеешь в виду? Что с тобой? Ты меня пугаешь.
Вместо ответа Чак схватил ее за волосы и резко дернул вниз.
— Мне больно! — У нее хлынули слезы.
— Признайся, что спала с Синджуном, и я отпущу тебя.
— Нет!
— Признайся! Ты хочешь избавиться от Анжелики, потому что ревнуешь к
ней, сука!
— Нет, Чак. Нет!
— Ревнуешь, — процедил он сквозь зубы. — Добиваешься, чтобы
она улетела, потому что Синджун хочет ее, а не тебя.
— Неправда! — испуганно выкрикнула Лорейн. — Я хочу лишь
тебя, Чак! Одного тебя!
— Пойдем к Синджуну вместе.
— Нет, мы не должны ходить к нему.
— Почему? Боишься, что он скажет мне правду? — Держа Лорейн за
волосы, он вывел ее из дома.
— Отпусти меня! — взмолилась она. Боль становилась просто
невыносимой.
Не обращая внимания на вопли, Чак шел вперед. Но, улучив момент, Лорейн
вцепилась ногтями ему в лицо. Чак перехватил ее руку, завернул за спину и
неожиданно ударил кулаком в живот. Она закричала, согнулась от боли, ее
начало тошнить.
— Тебе нравится? — спросил Чак. Кулаком он разбил ей нос и губы.
Лорейн больше не издала ни звука.
Чак торопился к коттеджу у лагуны. По его предположениям, Анжелика Дин
сейчас должна быть с Сином.
Он частично поверил Лорейн, поскольку она не слишком умна, чтобы выдумать
историю от начала до конца. Наверняка компрометирующее Анжелику письмо
существовало,
...Закладка в соц.сетях
