Жанр: Любовные романы
Скоро тридцать
... бывала в Аннаполисе, — призналась я. — Мои
подруги ездили туда на День труда, но я отправилась домой, на свадьбу к
бывшей однокласснице.
— Неужели ты действительно там не была? — воскликнул Тед. —
Потрясающий город. Я давно мечтал купить там дом, хотя до работы добираться
далековато.
— А как далеко он расположен?
— Примерно в сорока пяти минутах езды от ОК. Нам с тобой надо побывать
там как-нибудь в выходные, тем более что листья уже пожелтели и пейзажи
просто великолепны, — заметил Тед.
Мое сердце вновь забилось быстрее. Тед предложил совершить совместную
поездку, причем дважды! Он ни за что бы не сделал этого, если бы относился
ко мне только как к своей протеже. Никаких сомнений — это стопроцентное
свидание.
— С удовольствием, — ответила я.
Когда нам принесли еду, мы перевели беседу на обычные темы, по очереди
рассказывая, кто чем занимался в последнее время, и слушая друг друга. В
этой игре тягаться с Тедом мне было не с руки — его работа в сто раз
интереснее, важнее и увлекательнее моей. Ужасно не хотелось надоедать ему
невыносимо скучными подробностями судебного делопроизводства, но вопреки
моим просьбам поведать очередную захватывающую историю о восстании в какой-
нибудь стране третьего мира или о том, какие чувства он испытывал, делая
репортаж о падении Берлинской стены, Тед заставил меня выложить ему все про
групповой иск и даже ухитрился придать лицу заинтересованное выражение.
— Ты спрашивал у своего знакомого из
Пост
, не нужны ли им карикатуристы? — вспомнила я.
— Нет, не было возможности, но я позвоню ему первым делом завтра с
утра, — пообещал Тед. — И кроме
Пост
есть еще много газет и
журналов, которым ты можешь предложить свои услуги. Особенно после того, как
твои рисунки появятся на веб-сайте
Голд ньюс
. Это отличное начало, после
которого другие издания воспримут твои работы всерьез.
Принесли счет, и, когда Тед взял его, я слабо запротестовала. Проверенный
женский фокус — мы всегда настаиваем, что сегодня наша очередь угощать,
прекрасно зная — если мужчина совершит бестактность и вручит счет нам, это
станет погребальным звоном по только что зародившимся отношениям. К счастью,
большинство мужчин хорошо осведомлены об этом пустячном женском грешке, и
Тед просто вложил свою платиновую карточку
Америкэн экспресс
в кожаный
блокнот со счетом.
Когда счет был оплачен и мы собрались уходить, Тед улыбнулся своей
сексуальной, чуть кривоватой улыбкой. Вечер близился к концу, и великий
момент
поцелует-или-нет
был уже не за горами. Чтобы успокоиться, я
попробовала отвлечь себя мыслями о Майкле Дугласе и Кэтрин Зета-Джонс. Тед
легко положил руку мне на спину, жестом давая понять, что пропускает меня
вперед, и не отнимал руки до самого выхода из ресторана.
На улице он подозвал такси. Именно на этом этапе свидания, как правило,
становятся понятны намерения муж чины и женщины. Если вы хотите отделаться
друг от друга, то уезжаете порознь; если возможность заняться любовью не
исключена, вы находите предлог сесть в одну машину. В нашем случае,
поскольку я и Тед жили по соседству, мы, разумеется, поехали на одном такси.
Тед расплатился с водителем и вышел из машины вместе со мной. Сердце мое
застучало со скоростью отбойного молотка. Собирается ли Тед подняться ко
мне? Я быстренько окинула мысленным взором свою квартиру — не хотелось,
чтобы Тед наткнулся на недавно выстиранное белье, развешенное по стульям в
кухне, или на тюбик отбеливателя для усов на раковине в ванной.
Мы постояли немного в прохладной октябрьской ночи, глядя друг на друга. Тед
смотрел на меня так, будто хотел что-то сказать, а потом слегка нахмурился,
словно вел с собой внутренний спор. Может, он раздумывает, целовать меня или
нет, предположила я и испугалась, как бы он не заметил, что мои щеки
приобрели цвет июльских помидоров. Тед, однако, так и продолжал стоять на
месте с непроницаемым лицом. В ушах у меня зазвучал голос Нины:
Какого
черта, Элли! Чего ты ждешь? Давай, действуй!
Я глубоко вздохнула, запрокинула голову и прижалась губами к губам Теда,
запечатлев на них отнюдь не скромный, целомудренный чмок в знак
благодарности за вечер, а настоящий, исполненный страсти поцелуй. К счастью,
Тед не оторвал меня от своей груди, сообщив, что я неправильно его
поняла, — тогда я пережила бы самый унизительный миг в жизни. Вместо
этого он ответил на мой поцелуй. Мы стояли у крыльца моего дома, обнявшись,
и целовались, осторожно касаясь языками. Тед положил одну руку мне на
затылок, а другой нежно взял за талию. Мгновение я колебалась, но потом
(очевидно, я все еще была настроена на волну Нины) мои руки скользнули под
распахнутое пальто Теда к его бедрам, чуть ниже тонкого кожаного ремня,
опоясывающего талию, а затем я позволила правой руке опуститься еще ниже и
немного назад, так что упругие, округлые ягодицы Теда оказались под моими
пальцами. Из горла Теда вырвался звук — что-то среднее между стоном и
вздохом, — и он притянул меня к себе, так что мягкая шерсть его пальто
терлась о мою щеку. Я прильнула к нему и почувствовала, как внизу живота у
меня растекается горячая волна.
Мимо нас прошли двое подростков, по виду старшеклассники, в бейсболках с
козырьками назад, вытертых джинсах и трикотажных рубашках с эмблемой школы.
Они загоготали, и один из них, расхрабрившись от выпитого пива, крикнул:
Эй, старичье, подыщите уголок потемнее!
— а его дружок захихикал и
издевательски присвистнул.
Грубое вмешательство заставило нас смутиться и оборвать поцелуй, однако мы
не отстранились друг от друга. Тед все еще прижимал меня к себе, а я
обнимала его за талию. Я посмотрела ему в глаза, но его лицо, находившее я
всего в паре дюймов от моего, по-прежнему оставалось непроницаемым.
— Хочешь подняться ко мне? — прошептала я, уже не заботясь о белье
и осветлителе волос, разбросанных по квартире.
— Да, — глухо ответил Тед, — только...
Я поцеловала его в шею. Сама не знаю, откуда у меня взялась эта неожиданная
смелость; мне хотелось ласкать и ласкать его без остановки. Меня нельзя
назвать излишне целомудренной или стыдливой, но раньше я всегда отдавала
инициативу в руки мужчины, ждала, пока он обнаружит свои намерения, а теперь
стояла у подъезда, мечтая затащить Теда к себе домой и посмотреть, к чему
приведут поцелуи.
— Что
только
? — с улыбкой спросила я.
— Думаю, это не очень удачная мысль, — промолвил Тед и отступил
назад, высвобождаясь из моих объятий.
Нас обдало порывом холодного ветра, который я, лишившись тепла мужского
тела, ощутила особенно остро. Я изумленно смотрела на Теда, не находя слов.
Неужели я ошиблась и не поняла его? Да нет... Он отвечал на мои поцелуи, да
еще как. И я точно помню его руку на моей правой груди. Меня медленно начал
охватывать ужас. Я впервые в жизни сделала шаг навстречу мужчине и тут же
получила отлуп. Я была готова провалиться сквозь землю.
— Не очень удачная мысль, — тупо повторила я. — Почему?
— Потому что я на двадцать с лишним лет старше тебя, и разумных причин
для наших романтических отношений не вижу.
Вопреки себе я почувствовала прилив раздражения. Разумных причин. Зарождение
новой любви, первый поцелуй... о каких разумных причинах он говорит? Вообще-
то в таких вещах главное — чувства и романтика.
— Почему возраст имеет для тебя такое значение? — Я уже чуть не
плакала от злости.
Тед помолчал, глядя на меня сверху вниз, очевидно, обдумывая, как объяснить
причины так, чтобы я поняла.
— Вся моя карьера телевизионщика строится на зрительском доверии. Для
моей аудитории — и для меня само го — очень важно, чтобы я оставался
порядочным человеком с чувством собственного достоинства. Заслуживающим
доверия.
— А молоденькая подружка делает тебя не заслуживающим доверия и лишает
достоинства?
— Она делает из меня Ларри Кинга, — сказал Тед, и мы грустно
улыбнулись этой несмешной шутке, просто чтобы разрядить обстановку.
— Но ведь мне не двадцать, и я не танцовщица из группы
поддержки, — тихо сказала я, опустив глаза на грязный тротуар.
— Я знаю. И тем не менее мы должны серьезно подумать, чем станет для
нас этот щаг... готовы ли мы вообще сделать его. Я просто хочу иметь ясную
голову, когда соберусь принять решение... когда мы соберемся принять
решение, а сейчас, — Тед откинул прядь волос с моего лица, — я не
очень хорошо соображаю.
— А-а... — протянула я и глубоко вздохнула.
— Я позвоню, — пообещал Тед и снова поцеловал меня, одну руку
положив на поясницу, а другой взяв за плечо. Поцелуй был коротким, почти
бесстрастным, но губы Теда все же задержались на моих, прежде чем он
отпустил меня.
— Спокойной ночи, — проговорил он.
— Спокойной ночи, — опять вздохнула я.
Тед подождал, глядя мне вслед, пока я поднималась по лестнице и трясущейся
рукой совала ключ в замок. Открыв дверь, я помахала ему рукой. Улыбнувшись,
Тед развернулся и быстро пошел прочь. Скорость, с которой он удалялся,
довершила мое унижение — Тед словно удирал от меня, радуясь, что избежал
страшной участи попасть в сети и подвергнуться сексуальным нападкам.
Попрощайся с ним навсегда
, — сказала я себе.
Глава 12
После моей неудавшейся попытки соблазнить Теда прошло пять дней. Он так и не
позвонил. Я начинала подозревать худшее. Через удаленный доступ из офиса я
постоянно проверяла новые сообщения, а едва зайдя домой, бросалась к
автоответчику. Мне никто не звонил — ни мать, ни даже Хармони или Нина.
Наконец на пятый вечер на автоответчике замигала красная лампочка.
Элли, это Чарли. В субботу я буду в городе и надеюсь, что ты позволишь мне
пригласить тебя на обед. Пожалуйста, перезвони мне...
. — Чарли оставил
свой рабочий и домашний номер телефона.
Черт. Черт-черт-черт. Ну почему бывшие приятели продолжают ломиться в мою
жизнь, тогда как единственный мужчина, чьего звонка я действительно жду,
которому я практически бросилась на шею, словно пропал без вести? С досады я
пнула журнальный столик, при этом жутко ушибла палец на ноге и скакала по
квартире, ругаясь, как мат рос, сошедший на берег в увольнительную.
— Привет, ребятки! — воскликнула Нина, открывая дверь мне и Чарли.
Она обняла меня и смачно поцеловала Чарли — с которым прежде не была знакома
— прямо в губы. Когда Чарли узрел Нину, одетую лишь в юбочку-саронг,
сотворенную из куцего шелкового платка, и ярко-poзовый бюстгальтер
вандербра
, я сразу вспомнила персонажа старого мультика, кролика Багза,
когда глаза у него в прямом смысле вылезали из орбит и несколько секунд
находились в воздухе, дергаясь взад-вперед, как на резиночках.
— Чарли, это Нина, — представила я свою подругу.
— Привет, Чарли, — сказала Нина, — приятно познакомиться.
Чарли не нашел в себе сил что-либо ответить и только сглотнул, не отрывая
взора от едва прикрытых, дерзко торчащих грудей Нины. Видя, с каким
вожделением он уста вился на подругу, я испытала облегчение — теперь можно
не беспокоиться, что Чарли воспримет нашу с ним встречу как романтическое
свидание (начиная с определенного возраста, мужчины по большей части уже
умеют держать себя в руках во время свидания и не пялиться на грудь других
женщин). Когда Чарли позвонил и предложил встретиться, я надеялась, что у
него на уме нет романтических мыслей, и поэтому, придерживаясь
платонического курса, я пригласила его в гости к Нине. Лично я не считаю
поход на дружескую вечеринку свиданием, и Чарли, к моей радости, похоже,
разделял подобное мнение.
Среди друзей Нина славилась как устроительница тематических вечеринок.
Сегодня она выбрала
Арабские ночи
, чем и объяснялась скудость ее костюма,
который не слишком-то соответствовал теме как с исторической, так и с
культурной точки зрения и в который, как я подозревала, она нарядилась с
единственной целью продемонстрировать свой плоский живот. Ее маленькая
квартирка была завалена шелковыми подушками, повсюду стояли тарелки с
кебабом, и я даже обнаружила подсвечник в форме лампы Аладдина. В это тесное
пространство набилась целая толпа народу — кто в феске, кто в вуали, хотя
большинство гостей, включая нас с Чарли, были одеты вполне обычно.
— Спасибо за приглашение, — наконец выдавил Чарли. Нина —
роскошная женщина, привыкшая к восхищенным взглядам мужчин, — только
расхохоталась.
— Ну, где твой новый парень? Мне не терпится с ним
познакомиться, — сказала я.
— Вон он, — кивнула Нина. Я проследила за ее взглядом и решила,
что она, наверное, шутит. Парень, на которого Нина указала, был симпатичный,
и даже чересчур — этакий красавчик из
мыльной оперы
, — но на нем был
черно-белый кожаный пиджак в стиле евро-трэш, весь на
молниях
, а его
длинные волосы были собраны в конский хвост, Если честно, он выглядел
пижоном и совсем не походил на тип мужчин, который привлекал мою подругу.
— Джосайя... подойди сюда, я хочу тебя кое с кем познакомить, —
позвала его Нина.
Джосайя прервал беседу с хорошенькой блондинкой и коротко кивнул Нине,
подняв вверх указательный палец, что, вероятно, означало через минуту.
— Ладно, представишь нас попозже, — сказала я, слегка
раздосадованная тем, что ухажер Нины даже не соизволил отвлечься, чтобы
познакомиться с нами.
Нина сверкнула счастливой улыбкой и уплыла, крикнув через плечо:
— Выпивку найдете на кухне, а в спальне куча еды. Веселитесь,
цыплятки. — Она подошла к Джосайе со спины, обвила руками его талию, и,
когда он обернулся, страстно поцеловала в губы, а ее ладони скользнули к его
ягодицам. Джосайя мгновенно потерял интерес к блондинке, а Нина, я уверена,
только этого и добивалась.
— Это ее парень? — глухо проговорил Чарли.
— Кажется, да, но я с ним не знакома, — со смехом сказала я.
Чарли все еще пялился на Нину с таким видом, будто его легким грозило
перенасыщение кислородом и все пуговицы на его рубашке от
Брукс бразерс
вот-вот отлетят.
— Пойдем выпьем чего-нибудь. — Я потянула Чарли за рукав, чтобы
привлечь его внимание.
На кухне царил разгром. Горы бутылок из-под вина, джина и водки высились на
разделочном столе, несколько бутылок валялись на боку, и их содержимое
вытекало на белую кафельную плитку, оставляя липкие лужи, отчего в кухне
воняло, как в грязной студенческой общаге. Повсюду были разбросаны смятые
бумажные салфетки и стояли переполненные окурками пепельницы. Кто-то забыл
закрыть кран, и в раковине журчала вода. Я протиснулась сквозь шумную
компанию тощих, словно палки, девиц, потягивающих текилу, и завернула кран,
Опоздай я на пару секунд, и вода бы начала переливаться через край на пол.
— Это пунш? Рискнем? — предложил Чарли, кивнув на огромную
крюшонницу, наполненную какой-то темной вонючей жидкостью.
Я принюхалась и сморщила нос.
— Нет уж, сегодня я пью только вино, — решительно сказала я и
потянулась за откупоренной бутылкой шардоне.
Чарли достал из холодильника банку пива.
— Как дела на работе? — спросила я его, пока мы пробирались через
битком набитую гостиную. Кто-то из гостей зарядил в плейер диск
Дюран-
Дюран
, и мой голос утонул в грохоте песни
Голодный как волк
, что,
вероятно, было и к лучшему: с каких это пор я превратилась в зануду, которая
на вечеринке заводит разговоры о работе?
— Что? — проорал Чарли, наклонившись ко мне и приложив ладонь к
уху.
Я кивком показала на балкон, который по размерам был едва больше, чем
площадка пожарной лестницы.
— Давай выйдем! — крикнула я Чарли на ухо.
Я открыла балконную дверь и высунула голову. Двое подростков неряшливого
вида, одетые в одинаковые черные вязаные шапочки, мешковатые джинсы и
футболки с похабными надписями, натянутые поверх фуфаек с длинным рукавом,
по очереди курили сигарету с марихуаной. Вздрогнув от неожиданности, они
уставились на меня.
— Чего надо? — ухмыльнулся один из них.
Я понятия не имела, где Нина откопала этих типов. Кроме самой Нины и Чарли,
я не увидела на вечеринке ни одного знакомого лица. Хармони, разумеется,
тоже получила приглашение, но когда я спросила, придет ли она, Хармони
ответила весьма невнятно, ничего не пообещав. Поэтому я решила, что она
предпочла поработать. У нас с Ниной имелись и другие общие друзья, однако их
здесь не было. У меня создалось впечатление, что Нина просто распахнула
входную дверь и наприглашала случайных прохожих.
Я втянула голову обратно и пожала плечами, глядя на Чарли. Нам снова
пришлось пробираться через всю квартиру, в которую набилось еще больше
народу. Компания стала совсем уж разношерстной — многие выглядели так, будто
пришли на студенческую тусовку с пивом, другие оделись, словно для поездки в
дорогой загородный клуб, и по крайней мере один из гостей был в широких
брюках, в каких пляшут кадриль. Тем не менее все они свободно общались,
смеялись и танцевали, сталкиваясь раз горяченными, потными телами, шумно
поглощая невесть откуда появлявшиеся порции желе. С Чарли на буксире, я
двинулась прямиком к спальне, но там тоже было не протолкнуться.
— Сумасшедший дом! — крикнул Чарли мне на ухо. Я кивнула и жестом
показала на дверь. Чарли кивнул в ответ. В этот момент я увидела Нину,
сидевшую на кровати рядом со своим
хвостатым
приятелем. У него были темные
волосы и крупные, выразительные черты лица. Он вроде бы из-за чего-то дулся.
Нина сидела, перебросив ноги ему на колени, а его рука лежала на ее бедре.
Нина что-то тихо говорила ему, и, хотя слов я разобрать не могла, было
похоже, что она уговаривает его, как маленького ребенка.
— Нина, мы с Чарли уходим, — окликнула я ее, и когда она
обернулась, тип с конским хвостом скорчил недовольную мину, раздосадованный
тем, что их отвлекли. — Для нас тут шумновато.
— Погодите, я познакомлю вас с Джосайей. Мой парень, — застенчиво
прибавила Нина, погладив его по коленке и прильнув к нему всем телом.
Я изумленно уставилась на нее. Никогда не видела Нину такой — томной и
вздыхающей. Все указывало на то, что она влюбилась, хотя для Нины это
совершенно несвойственно. У нее бывали увлечения, она приятно проводила
время с мужчинами, но потерять голову всерьез — это что-то новенькое. Да еще
из-за кого — из-за хамоватого типа с патлами, как у Майкла Болтона, и
сросшимися бровями.
— Джосайя, это моя подруга Элли.
— А, привет, — вяло бросил Джосайя без всякого намека на
воодушевление.
И что она в нем нашла, ломала голову я, с неудовольствием наблюдая, как Нина
гладит его по голове и что-то ласково мурлычет ему на ушко. Джосайя был
абсолютно непривлекателен и вел себя как дурно воспитанный мальчишка. Я
улыбнулась и суховато произнесла:
— Приятно наконец познакомиться.
— Ага, и мне тоже, — сказал Джосайя с угрюмым видом, не разнимая скрещенных на груди рук.
— Ну пока, птичка, — попрощалась со мной Нина.
Я наклонилась, чтобы чмокнуть ее в щеку, и заметила, что Джосайя притянул ее
ближе к себе. Это был типичный жест собственника, ничего общего не имеющий с
любовью или нежностью. Я вышла, неодобрительно качая головой, и решила
поговорить об этом наглом Джосайе с Хармони. Может, она лучше меня
разберется, что происходит с нашей Ниной.
На улице Чарли подозвал такси.
— Устала? — спросил он.
Я не устала. И уж точно не имела желания возвращаться домой к автоответчику,
на котором не мигает сигнал записанных сообщений, или, еще того хуже,
нажимать кнопку в глупой надежде, что аппарат каким-то образом забыл о по
ступивших звонках, и услышать в ответ противный компьютерный голос:
У вас.
Нет. Новых. Сообщений. Целая неделя прошла с того вечера, как я неуклюже
попыталась очаровать Теда, а он до сих пор не позвонил. И, как я пони мала,
теперь уже не позвонит.
Мы с Чарли решили выпить по чашечке капуччино. Наше поколение не пьет
простой кофе — мы пьем латте, или капуччино, или зеленый чай с соевым
молоком. Такси притормозило перед моим домом, мы вышли из машины и
отправились пешком в расположенный по соседству
Старбакс
. Чарли заказал
кофе: мне — кофе с обезжиренным молоком в высоком стаканчике и большую чашку
мокко для себя, а я тем временем заняла два мягких кресла с лиловой обивкой.
Усевшись, мы принялись болтать, как старые школьные друзья, обсуждая, кто
женился, у кого родились дети, как странно вообще, что наши ровесники
обзаводятся семьями и какими старыми при этом чувствуем себя мы. Хмель еще
не совсем выветрился из моей головы, а от выпитого кофе появилось приятное
ощущение тепла и уюта. Чарли много шутил и был таким же очаровательным, как
на свадьбе Бет, хотя то и дело переводил разговор на то, как высоко его
ценят на работе. Я как раз хотела спросить, по чему он до сих пор не
женился, ведь для этого у него были все предпосылки: приятная внешность
выпускника частного учебного заведения, солидный доход и жизнерадостный
характер (мною двигало простое любопытство, личных мотивов не было и в
помине), — как вдруг Чарли взял меня за руку, сплетя свои пальцы с
моими, а другой рукой принялся поглаживать мою ладонь. Я знала, он находит
эту ласку эротичной, да только у меня от нее очень скоро и очень сильно
зачесалась рука.
Думаю, мне следовало ожидать чего-то подобного. В конце концов, после
свадьбы Бет мы с Чарли вместе провели ночь — я затруднялась дать точное
определение тому, чем мы занимались. Обжимались? Нежничали? Это не было
сексом, так как наши гениталии не соприкасались. Мы не ласкали тела друг
друга ртом, только целовались и пару раз легонько погладили друг друга ниже
пояса. Англичане при думали для этого отвратное словечко
тискаться
, и хотя
оно всегда ассоциировалось у меня с тошнотой, подкатывающей к горлу, когда
ты объешься шоколадом, смысл действий термин передавал верно. В общем,
принимая во внимание, что нашу последнюю встречу мы с Чарли провели,
занимаясь кое-чем — называйте это как хотите — на перед нем сиденье его
камри
, нетрудно было догадаться, что ожидания Чарли в этот вечер несколько
отличались от моих. Вдобавок он находился далеко от дома и проводил выходной
день с бывшей подружкой. Мужики просто обожают секс в командировках, когда
они могут по-быстренькому получить удовольствие и укатить домой, не утруждая
себя необходимостью звонить даме на следующий день или приглашать ее в
ресторан.
С другой стороны, я твердо намеревалась сохранить наши отношения с Чарли
чисто платоническими и считать возню в машине всего лишь данью ностальгии,
такой же, как покупка диска
Золотые хиты восьмидесятых
.
— Чарли... — начала я, стараясь высвободить руку.
— Ничего не говори, — ласково промолвил он. — Я знаю, о чем
ты мечтаешь.
— Нет, не дум... — возразила я, прилагая уже больше усилий, чтобы
освободиться. Поскольку Чарли не выпускал мою руку, его потянуло вперед, и
как раз когда мои губы сложились в трубочку для слога
ду
, Чарли меня
поцеловал.
В эту самую секунду в
Старбакс
вошел Тед. Оттолкнув Чарли, я подняла глаза
и увидела, что Тед пристально смотрит на нас. Сердце у меня упало, а в
животе начала подниматься тошнотворная волна, словно я переела слад кого.
Тед взглянул на меня, на Чарли и на его руку, все еще переплетенную с моей.
Я ясно прочла, как радость узнавания сменилась на лице Теда удивлением, а
потом... Чем? Чем? Злостью? Ревностью? Безразличием?
Тед отвернулся и направился к стойке, чтобы сделать заказ. Наверное, он
подумал, что у меня свидание. Я мучилась мыслью, захочет ли Тед увидеться со
мной еще раз, а теперь, прежде чем я смогла это выяснить и убедить его, что
отношения между нами вовсе не нелепость — хорошо, не такая уж
нелепость, — он решил, что я завела парн
...Закладка в соц.сетях
