Жанр: Любовные романы
Один-ноль в пользу женщин
...а.
— Ты знала, что он нарисовал тебя? — спрашивает меня Грейс.
— Это Лекси на картине? — удивляется Эстер. — У меня нет с
собой очков.
— Ты был любовником моей дочери? — обращается к Джеку отец.
— Когда это произошло? — спрашивает меня мама.
— А он еврей? — интересуется Рут.
Схватив Джека за руку, я тяну его за собой через весь дом в сад. У оркестра
перерыв, так что на освещенном лампочками дворе никого нет, кроме нас.
Захлопнув за собой дверь, я поворачиваюсь к Джеку. И мы одновременно
начинаем говорить.
— Она мне не подружка, — говорит он.
— Я хотела попробовать еще раз, — говорю я.
И мы улыбаемся друг другу.
— Если ты дашь мне еще один шанс, то я сделаю то же самое, —
говорит он.
— Мы должны просто начать сначала.
— И как?
— Подожди, — говорю я, — постой здесь.
Джек подчиняется мне, и я быстро перехожу на другую сторону двора. А потом,
словно неторопливо прогуливаясь, подхожу и делаю вокруг него большой круг.
Он стоит, положив руки в карманы, и смотрит на меня так, словно я сошла с
ума. А потом, будто случайно заметив Джека я оглядываю его, смущенно
улыбаюсь и направлюсь в его сторону. Протянув руку, я говорю:
— Привет, меня зовут Лекси Джеймс.
Подняв левую бровь, он тоже протягивает мне руку.
— Я Джек Маккей.
Конец. Часть вторая
— Какой романтичный день, — бормочет Грейс, пытаясь прожевать
кусок торта.
Праздник закончился. Жан-Франсуа провожает родственников в отель. Доктор
Майкл уехал на ночной обход — последний, потому что завтра они с Грейс
отправляются в свадебное путешествие. Адвокат Майкл отвозит совет старших
подружек в пансион. Поскольку посадка и высадка старушек из машины могут
занять некоторое время, семья Роуз решила дождаться его возвращения у меня.
Совет подружек собрался в моей спальне — единственной чистой комнате,
оставшейся в доме. Дэвид и малыш Сай, раздетые до трусиков, крепко спят на
горе пушистых полотенец. Мы переоделись в те вещи, которые я уже успела
распаковать: футболки, брюки для занятий йогой и пижамные штаны. Взяв одну
из моих футболок, Лола обнаружила, что она когда-то принадлежала ей. Я очень
рада, что она сегодня с нами. Не знаю, станет ли это началом новых отношений
или нет. Я буду жить сегодняшним днем.
Свадебное платье висит на двери в ванную, а платья подружек невесты
развешаны по всей спальне. Они смотрят на нас со стен как зрители; наблюдают
за нами настоящими, какими мы были когда-то или какими можем быть. Я, Элли,
Грейс, Миа и Лола сидим на моей кровати, в центре — остатки свадебного
торта, в который мы с удовольствием втыкаем вилки. Пластиковые вилки. А мои
старые? Они так долго простояли в посудомойке, что заржавели и я их
выбросила. С большим удовольствием.
— Да, — вздыхаю я, — по крайней мере один вечер все были
счастливы. Даже я.
— Меня сейчас стошнит, — сообщает Элли.
— Не нужно критиковать Лекси, когда она впадает в сентиментальное
настроение, — недовольно замечает Миа.
— Нет, я серьезно. — Элли вскакивает с кровати и бежит в ванную.
— Мы должны помочь ей? — спрашиваю я подруг.
— Ей нужна помощь? — удивляется Лола. — Грейс, ты у нас
медсестра. Иди туда.
— Я в порядке. — Элли возвращается в комнату. — Уже
прошло. — Она ложится на кровать и смотрит в потолок — Это самый
большой минус беременности.
— Хочешь немного сладкого? — спрашиваю я, размахивая у нее перед
носом вилкой с куском торта с шоколадной крошкой и белой шоколадной
глазурью. Ну и что, что ее тошнит, разве можно отказаться от вкусного
тортика? Элли открывает рот, и кусок исчезает в нем. Облизнувшись, она
говорит:
— Не знаю, как мне удастся перенести полет. Мы с Жаном-Франсуа летим в
Париж через три дня.
— А я на следующей неделе еду в рекламный тур с книгой, — говорит
Лола. — В понедельник. По двенадцати городам. Меня не будет почти целый
месяц. — Лола тычет вилкой в сторону Грейс. — А вы с Майклом где
проводите медовый месяц?
— На острове Сент-Томас, — бормочет Грейс и, проглотив торт,
улыбается: — Две недели в раю. Не могу дождаться. — И, повернувшись ко
мне, спрашивает: — А что ждет тебя с Джеком?
Я улыбаюсь подругам:
— Точно не знаю. Мы решили начать все заново, и не спешить. Обдумаем,
поработаем. Время есть. Торопиться некуда.
— Как тебе удалось его уговорить? — спрашивает Элли.
— Я спросила, хочет ли он серьезных отношений.
Мои подруги хихикают.
— У меня есть новости, — вставляет Миа.
— Сейчас угадаю, — откликаюсь я. — Тебе нужно в туалет. Из-за
вас с Элли мне придется вызывать слесаря.
Миа швыряет мне в голову кусок торта, и он падает на подушку.
— Нет-нет, — кричу я, — это же дорогие простыни. Плотность
ткани триста пятьдесят, разве вы не знали?
— Миа, выкладывай свои новости, — требует Грейс.
— Мы с Майклом узнали пол нашего малыша, — говорит Миа.
— И кто же? — хором кричим мы.
— Девочка, — шепотом сообщает она.
Грейс и Лола обнимают и целуют Мию. Элли кладет руки ей на живот. А я? Я
вытираю слезы, понимая, что скоро она будет с нами. Первая из нового
поколения совета подружек.
Вас ждет сюрприз от издательства Эйвон
! Вас ждет первое, второе и десерт от Мелиссы Джейкобс! Конференция лидеров женских студенческих сообществ. Университет
штата Пенсильвания, сентябрь 2003 года Я поняла, что вся наша жизнь — это постоянный выбор. И я не раз его делала.
В вашей жизни все еще впереди. Нужно будет решать, где работать, где жить,
кого любить, когда заводить детей и заводить ли их вообще. Когда-то вы
сделаете правильный выбор, когда-то ошибетесь. Но вы свободные, независимые
и самостоятельные и можете делать то, что считаете правильным для себя.
Многие поколения до вас и до меня боролись за то, чтобы мы могли
распоряжаться собственной жизнью. Это привилегия, которой лишены женщины
многих стран мира.
Я хочу сказать, что у вас есть право выбора. Вы можете решить, что делать, а
от чего отказаться. И то, что мы способны на все, еще не значит, что нам
стоит за все это браться.
Приняв решение, следуйте ему до конца. Перед вами открыто много дорог.
Выбирайте свою
.
Когда-то я работала консультантом по связям с общественностью. И довольно
успешно. Но если вы в чем-то преуспели, это не значит, что рождены именно
для этого. Нельзя сказать, что я чувствовала себя несчастной — скорее не
полностью реализованной.
Кем вы хотели быть, когда вырастете? Сколько себя помню, я мечтала о том,
чтобы стать писателем. В детстве я рассказывала выдуманные истории
родителям, брату и бабушке с дедушкой. У каждой моей куклы была своя жизнь,
а неодушевленные предметы обладали индивидуальностью.
Сначала я завела дневник. Он был в твердой обложке с нарисованной розой на
длинном стебле. Когда из жизни ушел мой отец, мама подарила мне блокнот,
чтобы я могла писать о своих чувствах. Мне тогда было восемь.
Блокнот с розой стал моим проводником в мир творчества и к моему отцу.
Теперь я знаю, что он тоже когда-то мечтал стать писателем. А тогда я
верила, что он может читать мой дневник, и описывала свою жизнь во всех
подробностях. Цвета, предметы, вкусы, запахи. Я не понимала тогда, что это
были первые шаги к любимому мною теперь литературному приему — повествованию
от первого лица.
Прошло двадцать лет. Как консультант по связям с общественностью, я жила
очень неплохо, можно даже сказать — на широкую ногу. Однажды утром после
неудачного первого свидания я написала о нем своей подруге Лее. Она смеялась
и плакала, читая мое электронное письмо, а потом опубликовала его в своем
журнале
Квизин
. Грег, Марта и Боб дали мне возможность писать для
Инсайд
и
Джуиш экспонент
. Мори поручал мне статьи для журнала
Эс-джей
.
Первые четыре месяца 2001 года я жила, как доктор Джекилл и мисс Хайд. В
течение дня занималась связями с общественностью, а ночью писала,
экспериментируя с ритмом, подходами и героями.
12 сентября я решила уйти с работы и посвятить все свое время
сочинительству. Ведь жизнь коротка, а мечта — очень серьезна.
Конечно, это было не так просто. Я была связана контрактами, договорами и
обязательствами, и на переустройство жизни ушел почти целый год. К июню 2002-
го я смогла заниматься только своим творчеством. В сентябре у меня кончились
деньги, и я оказалась перед выбором: возвращаться на службу, чтобы по-
прежнему жить на широкую ногу, или продолжить писать и влачить жалкое
существование.
Если бы не мама, мне пришлось бы вернуться. И если отец вдохновил меня на
то, чтобы стать писателем, мама помогла осуществить эту мечту.
Она разрешила мне переехать в подвал ее дома. Вела себя так, словно не было
ничего странного в том, что ее незамужняя дочь тридцати с лишним лет живет и
работает в темном холодном подвале. Именно там появился на свет совет
подружек. Пока я писала, мама помогала мне не сойти с ума — в переносном
смысле этого слова.
Закончив книгу, я начала предлагать ее литературным агентам и познакомилась
с моим гуру — Бетси Эмстер. Она научила меня писать лучше, а потом
превратила в автора. В декабре 2003 года мисс Бетси заключила договор с
Эйвон букс
.
Как вы думаете, кто первый узнал об этом? Моя мамочка.
В феврале 2004 года я отправилась в нью-йоркскую штаб-квартиру компании
Харпер-
Коллинз
, подразделением которой является
Эйвон букс
. Был холодный
ветреный день. Я торопливо шла по Пятьдесят третьей улице на встречу с
дамами из
Эйвон
: своим редактором —
принцессой
Селиной, исполнительным
директором и поклонницей вещей марки
Босс
Люсией и веселой и умной Пэм —
агентом по связям с общественностью. Я опаздывала и очень волновалась,
пытаясь найти нужный мне дом. А потом я ее увидела. Большую красную вывеску
Харпер-Коллинз паблишерс
. И расхохоталась.
Видите? Мечты действительно сбываются.
Л.: Ты опоздала.
М.: Прости, всего лишь на двенадцать минут. Есть еще целых три минуты в
запасе, чтобы ты не обиделась.
Л: Я не обижаюсь. Просто считаю, что пунктуальность — очень полезное качество.
М.: Ты права.
Л.: Ну что ж, давай начнем. Я пригласила тебя к себе домой, чтобы обсудить
твой роман и то, как ты его писала.
М.: Мне нравится, как ты здесь устроилась. Вижу, купила еще один ковер
леопардовой расцветки. И диван превосходный.
Л.: Мама помогла мне и с тем, и с другим. Она большой специалист по
распродажам.
М.: Как и моя, но это единственное сходство между ними.
Л.: Давай именно со сходства и начнем. Читатели могут подумать, что мы с
тобой — один и тот же человек.
М.: Это не так.
Л.: Нет, я гораздо лучше одеваюсь.
М.: О, ради Бога! Ты одеваешься не лучше меня, просто у нас разные стили.
Л.: Верно. А как бы ты назвала свой стиль? Шикарная девушка из Джерси?
М.: Послушай, я целыми днями сижу за компьютером и разговариваю сама с
собой. Но если нужно, могу выглядеть очень презентабельно. Кроме того, ты
выше. И можешь больше себя позволить.
Л.: Да, ты низенькая.
М.: Миниатюрная.
Л.: Отлично, миниатюрная. Значит, я — это ты, только выше, стройнее и
стильнее.
М.: Да, но я умнее, чем ты.
Л.: А я моложе.
М.: Я веселее.
Л.: А я богаче.
М.: Ненадолго.
Л.: Хорошо, что тебе удалось опубликовать книгу. Наверное, последние центы
считала?
М.: Точно. Когда пришел аванс, у меня на счету был сто тридцать один доллар
семьдесят один цент.
Л.: Когда ты ушла с работы и переехала к маме, твои друзья, наверное,
решили, что ты спятила?
М.: Я подняла это понятие на новый уровень. Но мои друзья знают, что я часто
рискую.
Л.: А я нет.
М.: Я знаю. Тебе следовало давным-давно уйти из
Голд груп
.
Л.: Теперь я понимаю.
М.: Отлично. И видишь, каким успехом обернулся твой риск.
Л.: Как и твой. Но ты не могла быть уверена, что найдешь агента, не говоря
уже о договоре на публикацию.
М.: Все могло закончиться очень плохо.
Л.: Что бы ты сделала, если бы мисс Бетси не взяла тебя под свое крыло?
М.: Не знаю. Плана Б у меня не было.
Л.: Пойдем дальше. Каково это, из гламурной красотки превратиться в голодающую творческую личность?
М.: Когда это я была гламурной красоткой?
Л.: Просто расскажи мне.
М.: Хорошо. Сначала было сложно. Я привыкла к тому, что у меня есть
свободные средства. Бывали времена, когда я, не задумываясь, отдавала
четырнадцать долларов за фунтовый пакет молодой рукколы или сорок пять
долларов за унцию какой-то липкой гадости для волос. Отсутствие денег
заставило меня задуматься, что мне на самом деле нужно, а что нет. Моя жизнь
стала очень простой, и в этом есть своя прелесть.
Л.: Очень напоминает дзэн-буддизм.
М.: Ничего смешного. Для меня это мечта, ставшая явью.
Л.: Безденежье — мечта, ставшая явью?
М.: Нет, глупенькая. Опубликованный роман — вот моя мечта. Но невозможно
добиться успеха без жертв, правильно?
Л.: Расскажи о том, какие жертвы тебе пришлось принести обувной богине.
М.: Это трагическая история. Пока я писала, весь подвал в мамином доме зарос
плесенью. И все мои туфли — тридцать восемь пар — пришли в негодность. У
меня остались лишь пара кроссовок и черные шлепанцы. Обувная богиня забрала
все, что осталось от моей прошлой жизни. Мне больше нечем было гордиться.
Л.: Мне очень жаль твои туфли.
М.: Их гибель была ужасной. Но нужны ли мне все тридцать восемь пар?
Л.: Да.
М.: Нет. И сразу после этого мисс Бетси согласилась стать моим агентом. Это
было кармическим событием. Я отдала немного инь и получила ян.
Л.: Несмотря на твою обувную жертву, я рада, что ты рискнула написать роман.
Иначе мы никогда бы не познакомились с советом подружек.
М.: Как там девушки?
Л.: Замечательно. Передают привет. Давай поговорим о них. Мои подруги похожи
на твоих?
М.: Нет. Я неплохо разбираюсь в латиноамериканской кухне, поэтому Лола —
хозяйка ресторана. Еще у нее мое честолюбие, мой цинизм и необъяснимая
любовь к мужчинам определенного типа.
Л.: Я не хочу обсуждать Адриана.
М.: Я тоже. А как Джек?
Л.: Замечательно.
М.: Ты должна благодарить меня за то, что я вас познакомила.
Л.: Я твоя вечная должница. А в твоей жизни есть такой Джек?
М.: Я никогда не встречала такого мужчину, но мне бы очень хотелось.
Л.: Мне кажется, ты не сможешь быть счастлива с таким человеком.
М.: Почему?
Л.: Ты очень на него похожа. А тебе нужен кто-то рассудительный, чтобы ты
твердо стояла на ногах. Ведь вы, артистические натуры, все такие мечтатели.
М.: Спасибо.
Л.: Это был не комплимент.
М.:А-а...
Л.: Давай вернемся к совету подружек. В твоей жизни есть такой отчаянный
романтик, как Грейси?
М.: Когда-то я была похожа на нее.
Л.: А Мамма Миа?
М.: У всех есть подруги, которые живут в пригороде с мужьями и детьми. Если
бы я повернула на съезде
Муж и дети
, то во многом походила бы на нее.
Л.: А неподражаемая Элли Арчер?
М.: Сложись моя жизнь по-другому, я могла бы в итоге стать такой, как Элли.
Л.: То есть, ты хочешь сказать, что все они — частички тебя самой.
М.: Мне кажется, каждая женщина размышляет, как сложилась бы ее жизнь, если
бы она поступила так, а не иначе, вышла замуж за кого-то другого или не
отказалась от предложенной работы.
Л.: Опять все сводится к выбору.
М.: Согласна.
Привозите своих подруг в Филадельфию! Почему действие моей книги происходит
именно в этом городе? Потому что Филадельфия является персонажем уже сама по
себе, настроение которого распространяется на все вокруг. Это город с
историей, модный, красивый, крутой и открытый. А как же разговоры о том, что
он грубый, толстый и неуклюжий? Это описание подошло бы многим городам, не
говоря уже о парнях, с которыми я встречалась.
Но я ушла от темы. Чем вы с вашим советом подружек можете заняться в
Филадельфии? История. Магазины. Музеи. Спорт. Театр. Рестораны. У
Филадельфии есть, что предложить каждому из нас. Поверьте мне, этот город
ответит вам любовью!
Давайте начнем с того места, где зародились Соединенные Штаты, — со
Старого города. Этот район полностью соответствует своему названию. Колокол
Свободы, Национальный конституционный центр, дом Бетси Росс — все эти
достопримечательности расположены здесь. Совсем не обязательно быть
помешанными на истории, как я, чтобы оценить все историческое значение
Старого города. Вы будете гордиться тем, что родились в Америке, и
радоваться, что живете сейчас, а не в те времена. Ведь тогда выбор туфель
был очень ограниченным.
Моя любимая историческая фигура, связанная с Филадельфией? Бен Франклин. В
нашем городе его изображение и имя встречаются на каждом шагу. Он был
писателем, философом, изобретателем и очень остроумным человеком. В моей альма-
матер — Пенсильванском университете — о нем говорят круглосуточно, семь дней
в неделю. О его роли как
отца-основателя
и так далее... Выразите свое
уважение к Бену, бросьте пенни на его надгробие на пересечении Четвертой и
Арч-стрит. Почему пенни? Знаете, как он говорил:
Пенни сберечь — все равно
что пенни заработать
.
Если вы не знакомы с биографией большого Бена, то можете прочитать версию
его жизни, предложенную
Клифф ноутс
, на ограждении надгробия.
Урок истории окончен. Теперь давайте развлекаться. Мы с моими подругами
Кэмми и Моникой решили, что ночная жизнь Старого города — для тех, кому еще
нет тридцати. Здесь много клубов, где можно потанцевать. Или пройдитесь по
барам. Я не так много о них знаю, потому что в свое время провалила тест на
узость брюк и меня туда не пускали.
Если вы хотите потанцевать прямо на набережной, выходите на Делавэр-авеню,
которую также называют бульваром Христофора Колумба. И, отправляясь туда,
захватите с собой чувство юмора. Прошлым летом мы с Кэмми зашли ненадолго в
один клуб, и нам показалось, что там снимали очередную программу для
Энимал
планет
.
Понаблюдайте за брачными ритуалами современного американского
самца...
Прежде чем вы с подругами пойдете на Делавэр-авеню или еще куда-
нибудь, вспомните ваш секретный язык. Вы понимаете — это кодовые слова, с
помощью которых вы можете сигнализировать подругам, что вас нужно немедленно
спасать, или дать еще пять минут на раздумья, или оставить наедине. Мы с
Моникой и Кэмми дружим уже так давно, что нам не нужны кодовые слова.
Достаточно одного движения брови. К сожалению, обычно оно означает
На
помощь!
. Вернемся к нашему путешествию. На запад и на юг от Старого города
расположен Сосайти-Хилл. Это старый район, застроенный трехэтажными
кирпичными домами, которые называют
тринити
. Откуда это название? Давным-
давно трех этажей было достаточно, чтобы вместить Отца, Сына и Святой дух.
Не знаю уж, как там умещались евреи.
Вдоль кирпичных тротуаров здесь расположены заботливо украшенные дома, двери
и ставни которых выкрашены в колониальные цвета, а ящики под окнами
заполнены цветами и зеленью. В частных домах в глубь садов убегают дорожки,
вымощенные булыжником. Таблички желтого или голубого цвета сообщают нам об
исторической ценности зданий.
В центре Сосайти-Хилл находится площадь Вашингтон-Уэст. Это более спокойное
место по сравнению с Риттенхаус-сквер — парком, о котором так много
говорилось в этой книге. Вокруг расположены особняки с роскошными
апартаментами, кафе, бутики и театры. Еще это очень удобное место для
расставаний: тихое и доступное для всех. А спокойный пейзаж парка лечит
разбитое сердце. Поверьте мне. Я это знаю.
Далее на запад, в доме номер 1100 по Уолнат-стрит, расположен мой любимый
французский ресторан —
Карибу кафе
. В соседнем здании находится
Аи
—
японский ресторан, где можно съесть сколько угодно суши за девятнадцать
долларов девяносто пять центов. Если вы располагаете большими средствами,
загляните в
Эль вец
— забавный мексиканский ресторан на углу улиц
Тринадцатой и Сэнсем. А за углом вы обнаружите
Капогиро
— традиционное кафе-
мороженое. Мы с подругой Моникой съели много мороженого в Италии и одобряем
Капогиро
.
Если вы с подругами ищете место, где можно недорого поесть в приятной
атмосфере, отправляйтесь на север, в китайский квартал. Одно из моих любимых
мест — это
Санг-ке
, именно поэтому Лекси ходит туда за своим супом
за
пять долларов
.
Вьетнам
— тоже очень хороший ресторан, особенно его
верхний зал. И подходящее место для свиданий. Здесь можно посидеть подольше
или уйти, если вам что-то наскучило.
Вернемся на Брод-стрит. На самом деле это Четырнадцатая улица. Почему мы
называем ее Брод? Потому что она широкая? Или именно здесь прогуливались
проститутки в колониальные времена? Я не знаю.
Словно по волшебству на пересечений улиц Брод и Честнат вырастает
потрясающий отель
Ритц-Карлтон Филадельфия
. Да, именно здесь происходит
действие в начале книги. Мы с Моникой любим посидеть в лобби отеля и выпить
по коктейлю после напряженного шопинга. Что еще? Здесь шикарные туалеты. Брод-
стрит известна не только как Четырнадцатая улица, но и как Авеню Искусств.
Театры, танцы, музыка. Любительницы культурного отдыха найдут здесь для себя
много интересного. И даже те артистические натуры, чей бюджет ограничен,
смогут приобрести здесь билеты по вполне приемлемым ценам.
На другом конце Брод-стрит расположен большой стадион. Думаю, после моих
рассказов Филадельфия кажется вам утонченным городом. А как же широко
известные безобразия спортивных фанатов? У них приблизительно такая же
репутация, как у английских футбольных болельщиков.
Мой брат Дейв любит и зимние, и летние виды спорта. И сам страдает из-за
этого. Тем не менее он болеет за
Игле
,
Фдайерс
,
Филлис
и
Сиксерс
.
Пока спортсмены бьются изо всех сил, проливая кровь, пот и слезы, жители
Филадельфии поддерживают их — и не важно, есть ли у них шансы на победу.
Думаю, это синдром Бальбоа. Мы любим неудачников, а не героев.
Наблюдая за тем, как мой брат погибает и возрождается с началом каждого
спортивного сезона, я поверила, что быть спортивным фанатом в Филадельфии —
то же самое, что ходить на свидания вслепую.
Ты думаешь:
Я буду вести себя, как обычно. Не стану слишком переживать и
ставить большую сумму на победителя
. Но все равно делаешь это. Красишь губы
и надеваешь чистое белье. Просто на всякий случай. Потому что знаешь:
Ты
должен верить!
Хватит о спорте. Теперь отправимся за покупками. К западу от Брод-стрит
находится район Риттенхаус. Добро пожаловать ко мне в гости! Да, сейчас я
временно живу в подвале маминого дома. Но из десяти лет в Филадельфии
большую часть времени я провела здесь. Моя первая квартира — крохотная, но
очень светлая — находилась недалеко от пересечения улиц Шестнадцатой и
Локаст. Вторая моя квартира была на четвертом этаже в доме без лифта в двух
кварталах от первой, на пересечении Шестнадцатой улицы и Пайн-стрит. Та
квартира помнит обо мне многое. Тогда я только начала работать консультантом
по связям с общественностью, влюбилась, разлюбила, впервые распрямила
волосы, встретилась с грабителями и много времени провела на крыше,
рассматривая город и размышляя, что ждет меня в жизни.
Шопинг. Я обещала шопинг. В районе над Брод-стрит расположились независимые
бутики и модные торговые дома. Здесь есть все — от
Антрополога
до
Зегна
.
На Уолнат-стрит вы найдете три больших
Б
:
Барберри
,
Брукс бразерс
и
Банана репаблик
.
На мой взгляд, жители Филадельфии одеваются достаточно консервативно, хотя и
модно. Кто-то предложил мне одеть сексуального художника Джека Маккея в
кожаные штаны. Но я не видела здесь ни одного гетеросексуала в кожаных
брюках. И не рекомендую им начинать носить их.
Собираетесь замуж? Посетите
Мария Ромиа
— салон свадебных платьев, где
Грейс нашла платье своей мечты. Если не собираетесь, но все равно хотите
почувствовать себя принцессой, получите удовольствие в одном из близлежащих
спа-салонов. Мы с моей подругой Айлин провели много часов, охая и ахая в
магазине
Закладка в соц.сетях
