Жанр: Журнал
Фантастика
...ром. Единственная попытка завязать
разговор (Крутиков-Базанов) кончается выводом, продиктованным эгрегором
Дионы: "...Базанова надо вернуть на Землю без права работать на внеземных
станциях" ("Хроники..." Т.1).
"Победу добра" на Дионе не назовешь закономерной. Случайно попадает
на "Тахмасиб" и затем на станцию Юра Бородин. Случайно он оказывается более
восприимчивым к слезам девушки, чем к шварцшильдовскому информационному
полю Обсерватории. И то, что - стараниями Жилина - Быков и Юрковский
все-таки выслушивают восемнадцатилетнего стажера, - тоже не более, чем
случайность.
Вряд ли, лицо у Юрковского было "старое и жалкое". Скорее -
испуганное. Юрковский с опозданием понял цену кажущемуся благополучию на
Станциях Внеземелья. И, может быть, Диона заставила его в последние дни
жизни многое переоценить или поставить под сомнение. Тот же Марс. Ту же
Эйномию. Или Кольцо-1.
Сейчас мы знаем, что процессы аналогичного типа шли во всех
внеземных поселениях [38].
" - Хорошо живут у тебя на базах, генеральный инспектор. Дружно
живут."
"Как это оказалось просто - вернуть вас в первобытное состояние,
поставить вас на четвереньки - три года, один чистолюбивый маньяк и один
провинциальный интриган." ("Хроники..." Т.1)
А возвращались люди из этих бесчисленных социальных
"Кара-Багаз-Голов" на землю, уродуя в меру сил и возможностей ее ноосферу.
История с Дионой имела продолжение.
Узнав о том, что Юрковский погиб, не успев встретиться с
директором системы Сатурна Зайцевым, Шершень возвращает себе власть на
станции. По-видимому, он не предполагал, что Генеральный Инспектор станет
обсуждать события на Дионе по радио.
Дальнейшее развитие событий не могло не привести к столкновению с
человеческими жертвами.
Насколько удалось установить по сохранившимся материалам, погибли
все без исключения сотрудники Обсерватории.
- 4 -
Жилин участвовал в расследовании. Он был одним из тех, кто
высадился на внезапно замолчавшую Диону. Возможно, именно он, наплевав
на "Закон о свободе информации", убедил Быкова не только уничтожить
сделанные там видеозаписи, но и сжечь фотонным выхлопом саму станцию.
До конца своих дней Жилин пытался понять, откуда берутся люди,
подобные Шершню. Теория исторических последовательностей не объяснила
ему, что в определенных условиях (услужливо воспроизводящихся то на одной,
то на другой дальней станции) "Шершнем" мог стать любой человек, в том
числе и сам Жилин.
После 2011 г. фокус исторических событий вновь смещается из
Внеземелья на Землю. Распад "Атлантического пакта" для многих миллионов
американцев обозначил конец света. Вообще, диссипативные процессы
благополучия в мир, как правило, не привносят...
Смена социальной структуры чревата тем, что определенный процент
людей выбрасывается из общества. Они перестают быть нужны. Экономически
развитое государство будет их содержать, даже обеспечит приемлимый
"среднестатистический" уровень жизни, но это будет лишь
благотворительностью.
Десятилетием-двумя раньше эти люди или, по крайней мере, наиболее
пассионарная их часть, могли влиться в очередную волну космической
экспансии. Но ирония судьбы в том и заключалась, что распад
капиталистической системы пришелся на период, когда Космос перестал быть
фронтиром, и Мир в известной степени снова стал замкнутым.
Полилась кровь.
Первая четверть XXI столетия - время путчей: "...Уголовники,
озверелое от безделья офицерье, всякая сволочь из бывших разведок и
контразведок..." Время гангстерских войн: "города захватывались бандами
хулиганов, музеи горели как свечи..." ("Хроники...", Т.2). Время, когда
появился и встал во весь рост призрак Окраины.
На этом не слишком благополучном фоне развертывается действие
"Хищных вещей века", четвертой повести "Хроник..." 2019 г. Испания.
В конце XX столетия рядом западных социологов была выдвинута
концепция "постиндустриального общества" [39]: интересная попытка отыскать
"третий путь" в вековом конфликте.
"Навязанное нам противоречие между "обществом познания" и
"обществом потребления" существует только в воображении кабинетных
теоретиков. В коммунистической Европе люди, отнюдь, не собираются умирать
от голода, ради космических рекордов. С другой стороны, тихий буржуазный
Стрэнфорд строит третий ускоритель заряженных частиц вовсе не с целью
извлечь из вакуума очередную пригорошню долларов, и не ради набора
мифических "очков" в сомнительной гонке за открытиями, заменившей военное
противостояние.
Все мы - по обе стороны Атлантики - граждане индустриального мира.
Мы носим одну и ту же стереосинтетику, живем в похожих квартирах,
приобретаем одинаковые телевизоры, ужасаемся и восхищаемся одним и тем же
новостям. Прежде всего, мы - люди, а уже потом - капиталисты, коммунисты,
фашисты.
Мы должны, наконец, понять, что общество познания и есть общество
потребления. Или, точнее, говоря, общество познания создает общество
потребления. (Две трети изготавливаемого в мире мезовещества применяется
сейчас в бытовой технике. Мезопокрытие наносится на внутреннюю поверхность
термосов, используется в кастрюлях-скороварках, при изготовлении
кинескопов, проеционных цветомузыкальных систем, модной одежды, значков.
Приходится согласиться с тем, что без фотонной ракеты и созданных ради нее
технологий миры потребления были бы существенно беднее.)
То, что верно для индустриального общества, вдвойне верно для
постиндустриального, когда развитие науки и технологии окончательно снимет
противоречие между потебностями и возможностями, и важнейшей задачей
познания станет изобретение все новых и новых потребностей." [40]
Ко времени действия "Хищных вещей века" постиндустриализм
выродился в "философию неооптимизма", с одним из создателей которой
доктором Опиром Жилин имел удовольствие беседовать ("Хроники..." Т.2)
Вечно нейтральная Испания продвинулась на пути создания общества
потребления значительно дальше, чем постоянно озабоченные борьбой за
лидерство Соединенные Штаты. После мятежа Зуна Паданы и принудительного
разоружения уровень жизни в Испании (и раньше достаточно высокий) возрос
в несколько раз. По сути, эта страна - первая и единственная - вступила в
конце десятых годов в постиндустриальную стадию.
В этот период Испания устойчиво держит первое место в мире по
развитию "индустрии развлечений". [41] В повести описано лишь малая
толика законных, полузаконных и совсем незаконных удовольствий, которые
предоставляла отдыхающим курортная Барселона на рубеже десятых - двадцатых
годов.
Жилин, скорее инстинктивно, воспринимает этот благополучный и
мирный город, как угрозу коммунистической Ойкумене. Угрозу эту он пытается
найти в "рыбарях", "меценатах", наконец, в психоволновой технике. Дрожка,
позднее слег - выдающееся достижение человечества на пути создания
"альтернативной реальности".
(Термин этот появляется в конце XX столетия в фантастическом
романе Мела Гибсона . Описывается будущее, в котором удалось создать
дешевые вычислительные системы с большим быстродействием. Появившись в
"обществе потребления", такие системы совершили переворот не в науке или
технике, а прежде всего - в индустрии игр. ЭВМ становится важнейшим
элементом досуга. Игры усложняются, информация о событиях передается уже
не на телеэкран, а непосредственно в глаза, затем - прямо в зрительный
центр. Постепенно добавляются запахи, тактильные ощущения... играющий
оказывается полностью изолированным от реальности: он живет в
искусственном "альтернативном" или "виртуальном" мире. [42])
Легко понять, что слег, собственно, и представлял собой
Гибсоновский "генератор вторичной реальности", правда , биохимический, а
не электронный.
Жилин никогда не рассказывал, что именно он пережил под действием
слега. Вообще описаний "погружения" удивительно мало, и все они производят
впечатление выдуманных [43].
Строго говоря, слег не нарушал никах законов. Скорее, он был
полезен, предлагая изгоям, новую "внутреннюю" эмиграцию. (Все - лучше,
нежели путчи или окраинные войны.)
Что-то очень испугало Ивана Жилина в его индивидуальной
"альтернативной реальности". Испугало настолько, что он сумел добиться
полного прекращения всех исследований по волновым психотехникам. Как
оказалось, навсегда.
Между 2019 и 2022 г. человечество сделало выбор.
Эксансия вовне, вместо внутренней экспансии.
Это был окончательный приговор "обществу потребления".
Принимаются долгосрочные программы ООН. Образовательная (она же
"Австралийская") - 2021 г. "Конкретно я предлагаю программу воспитания
человеческого мировоззрения в этой стране", - говорит Жилин. И
Объединительная - 2022 г. Тремя годами позже ООН преобразовыватся в
Мировой Совет, что можно считать подведением окончательных итогов векового
конфликта.
За этими глобальными событиями почти незамеченной прошла оккупация
Испании международными полицейскими силами (2023 г.).
С уничтожением "Барселонского гнойника" существенных изменений к
лучшему в мире не произошло. В последующие десятилетия росла статистика
самоубийств и немотивированных преступлений, резко участились психические
заболевания [44]. Географически, указанные "негативные явления" тяготели
в Америке, больше - к Южной, однако, наблюдались они и в Москве. Во
Внеземелье до опасных значений возросла текучесть кадров [45]. Все
искусство того времени пронизано ощущением скрытого неблагополучия.
Две катастрофы в Пространстве ("Ибис", 2014 г., "Таймыр", 2017)
существенно затормозили осуществление звездной программы. (Краюхин уже
умер к этому времени, а его преемники не обладали его убежденностью или
фанатизмом).
В 2028 г. была опубликована интересная статья молодого
ленинградского психолога Н.Ильина, в которой впервые был поставлен вопрос
о значении фактора риска в коммунистическом строительстве [46]. Статья
прозрачно намекала на то, что оккупация Испании и разрушение ее
постиндустриальной гедонистической культуры привела к созданию замкнутой
моноцивилизации. об опасности которой предупреждал еще И.Ефремов [47].
Ставилась проблема "сужения пространства выбора" и вызванного этим
упрощения внутреннего мира жителя коммунистической Ойкументы.
Статья Н.Ильина вызвала весьма негативную реакцию практически во
всех кругах, имеющих хоть какое-то отношение к власти. Это, однако, не
помешало автору стать членом Мирового Совета и оставаться им рекордно
долгий для XXI столетия срок [48].
Социальная "температура" продолжала увеличиваться. С середины
двадцатых годов это стало проявляться в учащении локальных вооруженнных
столкновений на переферии цивилизованного мира. (Кувейт, 2024 г.,
Афганистан, 2027 г., Иран, 2028 г., Таиланд, 2028 г., Нигерия, 2029...). В
печати открыто заговорили о новом вековом конфликте - между Окраиной и
Ойкуменой.
В условиях разоружения пропасть между индустриальными
возможностями космической сверхцивилизации (по энергопотреблению Ойкумена
уже превзошла "критерий Шкловского" [49]) и отсталых полуфеодальных
государственных образований почти не ощущалась. Окраина кипела войнами.
Все чаще вооруженное насилие перехлестывало зыбкие границы, устаналивая в
городах коммунистического мира кровавый хаос.
Для полноты картины именно в эти годы "загрязнение окружающей
Среды", о котором предупреждали еще в эпоху атомно-импульсных ракет, стало
грозной реальностью. Рак, десятки форм иммунодефицитов, всевозможные
аллергии... Более всего это походило на трагедию Надежды (См. пятый том
"Хроник..."). Там нарастание кризиса заняло 65 лет, после чего вспыхнула
пандемия, завершившаяся вмешательством Странников. Теория исторических
последовательностей, равно как и вероятностная модель, рассматривают такой
исход, как допустимый [50].
Именно здесь таится, пожалуй, главная загадка земной истории.
Авторы "Хроник..." слегка касаются ее в рассказе "Шесть спичек", в
котором речь идет о Центральном институте мозга. Этот институт был
создан в двадцатые годы (прежде всего, в связи с эпидемиологическом
характером распространение шизофрении в то время). В 2074 г. Институт
ликвидируют, использовав в качестве повода несчастный случай, описанный в
рассказе. После этого года найти какие-либо упоминания о Комлеве, Лемане,
Гордиевском не удается, хотя вплоть до середины следующего века под
разными фамилиями публикуются научные работы с их характерными
семантическими спектрами [51]. Любопытно, что ни одна из этих статей не
касается психодинамического поля мозга.
Попытки объяснить благополучный выход Земли из кризиса двадцатых
годов с помощью гипноизлучателей, установленных на Луне всемогущими
Странниками "еще в мезозойскую эру" предпринимались давно и, на мой
взгляд, не представляют интереса. Мы достаточно давно занимаемся
прогрессорской деятельностью, чтобы не чувствовать, по крайней мере
интуитивно, "предел вмешательства". Опыт Саракша, Гиганды, Авроры
показывает, сколь большой инертностью обладает всякая цивилизация. Так
что, своими достижения мы все-таки обязаны себе...
Институт мозга работал с 2022 по 2074 г.
Сеть самодвижущихся дорог (решившая среди прочих и экологическую
проблему) создавалась с 2034 по 2073 г.
Проект этот от начала и до конца курировали - в мировом Совете
Н.Ильин, от Международной безопасности - И.Жилин. Одним из научных
консультантов строительства был Андрей Андреевич Комлев из Центрального
Института мозга. Никто из перечисленных лиц не оставил воспоминаний.
График, показывающий изменение "социальной температуры", находится
в противофазе с графиком, характеризующим развитие сети самодвижущихся
дорог, что, разумеется, ничего не доказывает.
Никакой "загадки Комлева", равно как и "Нейтринной акупунктуры" в
природе не существует и никогда не существовало. Это может подтвердить
любой, имеющий хотя бы минимальное представление о реальных работах по
психодинамическому полю мозга, выполненных на Саракше.
И последнее: экипаж "Таймыра", вернувшийся на Землю через сто два
года после старта, не испытал футурошока.
"Хроники..." лишь слегка касаются "периода реконструкции"(2052 -
2103 гг.). Странное, ни на что не похожее время! Когда в обществе
лавинообразно пошли запрещенные классической социодинамикой процессы с
уменьшением энтропии. Когда сеть самодвижущихся дорог связала в единую
систему Ойкумену и Окраину, и само понятие Окраины исчезло сначала из
практической политики, а затем и из языка. Когда спокойно и ненавязчиво
свершился переход от плановой к гомеостатической модели экономики [52],
в результате чего призрак голода навсегда оставил Планету.
Постепенно были решены экологические проблемы. Снова начала
расти средняя продолжительность жизни. Если первая половина XXI столетия
наполнена ощущением приближающейся катастрофы, то искусство второй
половины века пронизано, скорее, предчувствием рассвета.
Как будто тяжело больной, многие месяцы проведший в постели
человек, встал, открыл окно, полной грудью вдохнул прозрачный ноябрьский
воздух и понял, что он выздоровел.
Несмотря на теоретическое обоснование Д-принципа, человечество
конца XXI века оставалась цивилизацией, существующей в рамках одной
планетной системы. Немногочисленные звездные экспедиции "периода
реконструкции" использовали исключительно фотонный привод. В это время
небольшой серией были построены исполинские релятивистские "прямоточники"
типа "Луч". Удивительно красивые, невероятно дорогие и, как оказалось,
совершенно бесполезные корабли. Солнечная система была для них мала, а
межзвездные полеты отнимали годы и десятилетия.
В "Хрониках..." упоминается три более или менее осмысленные
попытки использовать прямоточники для исследования ближайших к Солнцу
звездных систем (А.Быков, Л.Горбовский, В.Петров).
Это были мучительные полеты. Условия обитаемости и уровень риска
на фотонных прямоточниках приблизительно соответствовали германским
подводным лодкам Второй Мировой Войны.
На "Муромце" в полете погибла половина команды, да и вернувшиеся
прожили недолго. "Луч", головной корабль серии, исчез в Пространстве
вместе с экипажем из восьми человек. (Очень не хочется верить в его
гибель, тем более, что история "Таймыра" приучила нас к чудесам. "Безумцам
сопутствует удача..." Может быть, на одной из Внешних станций наблюдателям
еще предстоит увидеть характерный гиперболический силуэт релятивистского
прямоточника "Луч". Завтра. Или через сто лет. Или через пятьсот.)
От теоретического открытия Д-принципа до первого Д-звездолета
прошло почти полвека. Проблемой была сверхсветовая навигация. (Это ведь
просто счастливый случай - то, что Кондратьеву удалось пройти через
"эфирные мосты" и вернуть "Таймыр" на Землю.) Среднеквадратичная ошибка
при прыжке оценивалась в восьмидесятые годы в один с четвертью парсека.
Это считалось приемлимым. На практике из беспилотных кораблей не удалось
отыскать ни одного. Пилотируемые, обычно, возвращались. Делая по десятку
прыжков, каждый из которых был игрой в рулетку со смертью.
Ситуация резко изменилась на рубеже веков, когда Л.Кохида из
Барселоны опубликовал короткую, всего на пять страниц, работу, содержащую
основы "обобщенной логики" [53]. Буквально через неделю молодой
свердловский математик К.Тенин подробно рассмотрел "имеющий прикладное
значение частный случай обобшенной логики, который мы назовем Д-логикой"
[54]. А уже в следующем году штурманские факультеты школ Космогации
перешли на преподавание Д-математики, а в производство была запущена
первая крупная серия сигма-Д-кораблей. Период реконструкции закончился.
Человечество вступило в новую фазу - галактическую.
Это выглядело, как прорыв фронта. "В бой с мелкими гарнизонами не
вступать, как можно быстрее двигаться вперед!" Лавина открытий. Почти
мгновенный переход от вынужденной полувековой замкнутости к новой волне
экспансии. Апофеозом стало создание в 2114 г. Группы Свободного Поиска.
ГСП подарило звезды всем. И "никто не ушел обиженным".
Историю XXII столетия я подразделяю на следующие этапы:
1.Экспансия - 100 - 134 гг.
Время расцвета. Осуществление глобальных проектов.
Терроформирование Венеры. "Большая шахта". "Великий КРИ". "Великое
кодирование." Контакты с Тагорой, Леонидой, рядом иных миров. Зарождение
галактической дипломатии.
Реальная власть принадлежит Мировому Совету.
Цивилизационный приоритет - в надежных руках КОМКОНа-1.
На роль "самого характерного представителя" эпохи (если подобное
словосочетание имеет право на существование) лучше всех подходит Горбовский.
В "Хрониках..." это время названо "XXII век. Полдень." Как когда-то
над Викторианской Англией, над Галактической Империей человечества не
заходило Солнце.
2.Военная тревога - 135 - 142 гг.
Первый кризис столетия, по сути - первый серьезный кризис с
легендарного уже времени войн с Окраиной.
Все началось с эксперимента "Зеркало". Несмотря на Закон и вполне
сформировавшуюся традицию "открытого общества", все материалы по "Зеркалу"
были засекречены.
"Зеркало" было кодовым названием маневров по отражению возможной
инопланетной агрессии. (В "Хрониках..." говорится о Странниках, но речь
шла, разумеется не об абсурдной борьбе со сверхцивилизацией.
Предполагалось, что экономические и технические возможности условного
противника соответствуют земным.)
Материалы по стратегическому развертыванию "Зеркало" закрыты до
сих пор. Насколько мне удалось установить, маневры вскрыли полную
небоеспособность Земли. Организационную, военную и, прежде всего -
психологическую. Из тех, кто прошел "полное погружение", только Евгений
Славин с "Таймыра" и Камилл не покончили с собой. Камилл с "Радуги".
Ответом Совета на катастрофический провал "Зеркала" было создание
Комиссии по Контролю - КомКона-2. Вновь созданная организация не имела
четко заданных полномочий и нормально функционирующей структуры, когда
началась "история с подкидышами" (См. предисловие к пятому тому
"Хроник..."). История эта и сама по себе довольно неприятная - поскольку
мифические Странники внезапно обрели плоть и кровь: плоть и кровь
тринадцати человек - привела к серьезным проблемам в отношении с Тагорой и
к дипломатической изоляции коммунистической Земли. В довершение ко всем
неприятностям ГСПшники Вадим Дубровин и Антон Саенко открывают в 141 г.
Саулу, цивилизация которой развивается в условиях постоянного
макроскопического воздействия со стороны Странников.
Во всяком случае, работы КОМКОНу-2 хватило. Сейчас трудно понять,
то ли витающее в облаках предчувствие Иных (как материализации стандартного
социального страха) "Сконструировало" КОМКОН, а следом за ним - и
Странников: по принципу "чего боишься, то и случится", то ли реальный
идиотизм галактической дипломатии создал организацию для обуздания самое
себя. Во всяком случае, демоны обрели Имена.
3.Ремиссия - 142 - 155 гг.
"Военная тревога" вошла в историю, как период безвластия и утраты
строгих цивилизационных ориентиров. Тем не менее, инерции, накопленной в
предшествующие годы, оказалось достаточно, чтобы кризис был, по крайней
мере внешне, преодолен.
В эпоху ремиссии складывается институт прогрессорства. Разумеется,
тогда никто не знал этого слова. В Совете только-только начала
развертываться дискуссия о принципах взаимоотношения Земли "с
цивилизациями, находящимися на докоммунистических ветвях исторической
последовательности" [55]. Еще действовал (едва ли не законодательно)
"принцип абсолютного невмешательства".
Но люди Земли уже активно работали на феодальных и
раннекапиталистических планетах. Самим фактом своего существования там
они вносили возмущения в местную инфосферу и модифицировали вероятности
исторических событий [56].
Что бы ни говорилось в правилах и наставлениях, человек Земли,
столкнувшись с коллективным бессознательным отсталых миров, был обречен
на прогрессорскую деятельность. Совету пришлось с этим согласиться, тем
более, что создание института прогрессорства позволяло решать вполне
земныхе проблемы.
Прежде всего, прогрессорство давало человечеству неоценимую
(и, к сожелению, так толком и не использованную) информацию о себе самом.
Прогрессорство было формой реализации одного из главных
психологических комплексов человечества. Ласковая коммунистическая Земля
несла каинову печать собственной кровавой истории. На чужие планеты
прогрессоров-землян привел едва ли не закон кармы. Мы хотели помочь другим
прежде всего потому, что не сумели когда-то помочь себе.
Далее, прогрессорство сублимировало невостребованную на Земле
энергию тех, для кого и ГСП казалась "слишком пресной". Социально
негативные статистические показатели в период ремиссии снова падают, хотя
и остаются на более высоких значениях, чем в эпоху экспансии.
Наконец, прогрессоры были бойцами. Они умели убивать врагов. Они
могли защитить Землю.
4.Кризис. 156 - 162 гг.
Ремиссию я назвал бы временем мнимого благополучия. Никаких
принципиальных изменений в структуру общества, в механизмы управления им
внесено не было. Противоречия между галактическим бытием человечества и
политическими институтами, созданными еще в эпоху фотонных ракет,
продолжали нарастать. К середине века Мировой Совет уже не функционировал
в реальном времени: принимаемые им решения запаздывали почти всегда.
156 год ознаменован двумя катастрофами.
Вышел из под контроля очередной физический эксперимент на
"Радуге", планете нуль-физиков. Несколько сотен человек были вынуждены
принимать решения перед лицом внезапной и неотвратимой смерти.
"Далекая Радуга" спокойно, даже чуть суховато, излагает подробности.
"Игры кончились, мальчики и девочки, перед вами жизнь, какой
она бывает иногда, к счастью, редко", - говорит Л.Горбовский
школьникам-старшеклассникам, которые обречены спастись ценой жизни
родителей, воспитателей, старших друзей. ("Хроники..." Т.3)
Глобальная катастрофа была отменена, притом неправдоподобно
отменена, в последний момент. В конечном итоге на "Радуге" погибло
только 46 человек. Из них двадцать пять детей в аэробусе, попавшем под
Волну. Еще восемнадцать человек с "Радуги" по разным причинам покончили с
собой уже после событий. [57]
Живущие на "Радуге" выдержали испытание.
Но человечество в целом не выдержало его. С конца пятидесятых
годов в общественном сознании диагностируется "синдром Радуги".
Как и положено при структурных кризисах, неблагоприятные события
в этот период сгущаются. В том же 156 г. резня в Арканарском королевстве
ставит под сомнение концепцию прогрессорства и приводят к появлению в
обществе "Р-фобии". Годом позже Максим Каммерер из ГСП разрушает систему
излучателей в Стране Отцов и тем сдвигает политическое равновесие на
Саракше. Ресурсы КОМКОНА-2 и Совета Галактической Безопасности, далеко не
безграничные, почти целиком поглощаются в этот период Саракшем.
Параллельно идет операция "Ковчег" - первое (и последнее)
глобальное вмешательство землян в дела других цивилизаций. Проект этот с
первого и до последнего дня преследовали неудачи, вроде бы, случайные.
Довести его до сравнительно благополучного конца удалось напряжением едва
ли не всех сил и возможностей Земли.
В 161 г. человечество вновь столкнулось с деятельностью
Странников. (Смотри предисловие к 4 тому "Хроник..."). Контакт на
Ковчеге - едва ли не самое многообещающее событие десятилетия, может
быть, последний шанс переломить тенденцию к отступлению - их усилиями
кончается провалом.
Неустойчивое равновесие нарушается. В 162 г. запрещен Свободный
Поиск. (Формально под этим названием до 195 г. функционировало одно из
подразделений первого КОМКОНа, но ничего общего с ГСП первой половины
века эта структура не имела.) Реальная власть на Земле и Переферии
переходит к Совету Галактической Безопасности и КОМКОНу-2. Парадигма
неограниченного познания заменятся требованиями безопасности. Теперь уже
не Леонид Горбовский, а Рудольф Сикорски характеризует менталитет
человечества.
5. Безвременье. 162 - 177 гг.
По инерции еще продолжаются исследования галактики. Но даже такие
многообещающие события, как конта
...Закладка в соц.сетях
