Жанр: Юмор
Рассказы
...жец". А разницу перечислил в фонд помощи
армянскому народу.
Что бы там не говорили, а среди спекулянтов есть хорошие люди!
Тем более, что у Хачика была вторая "Волга".
Шутка
Вася, гордый как павлин, сидел на табуретке обмотанный
пятиметровой лентой презервативов, как революционный матрос
пулеметными лентами.
- Зачем тебе столько?
- Как! Неужели не понятно? Буду наливать водой и кидать с
четырнадцатого этажа на прохожих! Отличная шутка!
Экспериментатор
Физик-экспериментатор Иосиф Кацман, намазывая на бутерброд
черную икру, убедился, что бутерброд падает вниз не только маслом,
но и черной икрой.
Павел Асс
Арнольд Шварценеггер
Из серии "Жизнь современных героев"
Шел как-то Шварценеггер по лесу. Глядь, перед ним избушка на
курьих ножках. А на крылечке Баба-Яга сидит.
- Здравствуй, Арнольдушка! - ласково так говорит Баба-Яга.
- Здравствуй, бабушка. А откуда ты меня знаешь? - удивился
Шварценеггер.
- Ну, кто ж тебя не знает! - добродушно осклабилась
старушенция, демонстрируя единственный, зато большой желтый зуб. -
Чай не из последних добрых молодцев будешь. Много народишку
поубивал!
- Да это... - смутился Шварценеггер. - Это ж в кино... Я
обычно - положительный герой.
- Знаю, знаю, вам, героям, всегда на все положить!
- Да не в том смысле... - совсем застеснялся Арнольд.
- Слушай, Шварценеггер, - заговорщицки шепчет Баба-Яга. - У нас
тут на днях Кащей Бессмертный помер. Как бы ты отнесся к
предложению занять его место? Бессмертным будешь...
- Как же он помер, если он бессмертный? - рассудительно молвил
Шварценеггер.
- Со скуки помер, сердешный, царствие ему небесное, -
перекрестилась бабка. - Злодей ведь он был, а злодейства совершать
боялся.
- Почему боялся? Кого ему, бессмертному, бояться?
- Так тебя, сынок, тебя! Сделаешь чего вредное, а тут вдруг ты
приедешь... Раньше как, - старуха пошамкала беззубым ртом, -
приедет Иван-царевич или Иван-дурак, найдет яйцо, сломает иглу - и
доволен! Кащей хитрый, сам распустил эту байку про иглу в яйце,
яйцо в ларце и так далее. Разбивают Иванушки-идиоты яйцо да и
уезжают, справедливо полагая, что самого Кащея-бессмертного
истребили, а Кащей-то живехонек!
- Ну, а я тут при чем?
- Тебе тоже советую яйцо завести, - доброжелательно
порекомендовала бабка. - Очень полезно, чтоб козлы разные не
доставали.
- Нет, я имею ввиду, почему Кащей меня боялся?
- Гы! - хохотнула старушенция. - Те молодцы приезжали с мечами
да копьями, а ты небось автоматов-пулеметов понатащишь, ракетную
установку, как в "Коммандо". Да после того, как ты Хищника умочил,
тебя все в нашем лесу опасаются. Змей Горыныч - и тот трясется.
Запил старик, благо, что на троих удобно соображать... Становись
Кащеем, Арнольдушка, не пожалеешь!
- Ну тебя, бабка, - отмахнулся Арнольд. - У вас тут в лесу даже
спортзала нет. Ваш Кащей вон какой тощий был, а я! - Шварценеггер
напряг каменный мускул. - Где я тут культуризмом заниматься буду?
- Туристов у нас много, - кивнула старуха. - На твой век
хватит, пока всех поубиваешь. Загадили, поганцы, весь лес,
мухоморов на зиму запасти не могу!
- Э! Да ты, бабка, еще и глухая! - сообразил Шварценеггер.
- Иногда, - согласилась Баба-Яга.
- Некогда мне тут с тобой разговоры разговаривать, - Арнольд
махнул рукой. - Избушка, избушка, повернись к лесу передом, ко
мне - задом!
Заскрипев несмазанными суставами, избушка переступила с ноги на
ногу и отвернулась.
- Прощай, бабуля! - крикнул Шварценеггер и пошел дальше по
своим делам.
- До свидания, Арнольдушка! - послышался грустный голос
Бабы-Яги.
Сидит теперь Баба-Яга на крылечке и Сильвестра Сталлоне ждет...
Павел Асс
Сильвестр Сталлоне
Из серии "Жизнь современных героев"
Шел как-то Сталлоне по пустыне. Жарко, песок под ногами шуршит,
пить хочется, а до ближайшего оазиса еще километра два. Вдруг,
откуда ни возьмись, Сфинкс! Тело львиное, лапы огромные, морда
самодовольная. И воняет, заметим, псиной.
- Здравствуй, Сильвеструшка, - вкрадчиво говорит Сфинкс.
- Здравствуй, животное, - отвечает Сильвестр.
- Сам ты животное! - Сфинкс обиженно оттопырил губы. - Наш род,
поди, подревнее людского будет, а загадок мы вообще знаем раз в
сто больше!
- Ну, а мне какое дело? - поинтересовался Сталлоне.
- Самое прямое! - пустынный житель мерзко ухмылнулся. - Будем
друг другу загадки загадывать. Если ты не отгадаешь, я тебя сожру.
- А если ты, то я тебя?
- Нет, - рассудительно протянул Сфинкс. - Люди сфинксов не
едят!
- Тогда какой мне смысл с тобой в такие дурацкие игры играть?
- Тебе, ясное дело, смысла нет, - хохотнул Сфинкс. - Да вот
только игра тут идет по моим правилам.
- Твои правила - неправильные, - презрительно молвил Сильвестр.
Развернулся, и как даст зверю в глаз ногой!
Очухался Сфинкс, а Сталлоне уже и след простыл.
- Ох, и неинтеллигентный этот Сталлоне! - возмутился Сфинкс,
ощупывая лапой синяк под глазом. - Совсем шуток не понимает! Тоже
мне Рэмбо долбанный! Макаронник! Вот, скажем, Жан-Поль Бельмондо -
гораздо лучше, хотя и все мои загадки отгадал. И актер более
талантливый, и разговаривал уважительно, и бутылочку "Шабли"
распить предложил, и бегает хорошо. А какую он мне загадку задал!
Кто есть кто? Блин! До сих пор отгадать не могу!
Павел Асс
Жан-Поль Бельмондо
Из серии "Жизнь современных героев"
Сидит как-то Жан-Поль Бельмондо на берегу моря и рыбку ловит.
Солнышко греет, море спокойное, на горизонте - парус. Вдруг
поплавок дернулся и резко ушел под воду. Опытной рукой заядлого
рыболова-спортсмена Бельмонда подсек и вытащил из глубины Золотую
Рыбку. А та ему и говорит человеческим голосом:
- Отпусти меня, Жан-Поль, я тебе пригожусь!
- Говорящая! - удивился Бельмондо, с любопытством разглядывая
блестящую добычу.
- Отпусти меня, добрый молодец, - продолжает канючить Рыбка. -
Я для тебя три желания исполню!
- Да мне не нужно ничего, - отвечает Бельмондо. - У меня все
есть, а чего нет - куплю. Я миллионер.
- Зачем же тогда рыбу ловишь? В магазине, как мне кажется,
проще купить...
- А от не фиг делать, - поясняет Бельмондо. - Вид спорта такой.
Важен не результат, а процесс. Природа, свежий воздух!
- Ну, раз тебе от меня ничего не надо, просто так отпусти, -
просит Золотая Рыбка. - От не фиг делать...
- Конечно, отпущу, - говорит добрый Бельмондо. Такое чудо
золотое да говорящее как не отпустить? Да и какой прок от тебя,
такой маленькой?
- Не скажи, - возражает обиженно Рыбка. - Тут на днях Клинт
Иствуд рыбу ловил, подружку мою подцепил. Та ему тоже, мол,
отпусти меня, добрый молодец, я тебе пригожусь! А он ей: "Ясное
дело, пригодишься! Люблю воблу с пивом!" - засолил, засушил и
съел.
- Я пиво не пью, - гордо сказал Бельмондо. - Мы, французы,
больше вино предпочитаем.
- Слава Богу! - Золотая Рыбка помахала плавником, как бы
перекрестилась. - К вину-то рыба вроде не нужна...
- Разве что рыба-штопор, - пошутил Жан-Поль и, белозубо
улыбаясь, отпустил Рыбку на волю. - Плыви себе, Золотая Рыбка. Я
не чудовище какое-нибудь, я - профессионал!
Павел Асс
Мистик
Затрезвонил телефон. Отложив бритву и наскоро стерев пену с
лица, я бросился поднимать трубку, отстранив от аппарата
полупрозрачно фосфоресцирующего Федора Михайловича.
- Алле!
- Товарищ Феофанов? - трубка говорила твердым голосом с
привкусом металла. - Вас беспокоят из Комитета Государственной
Безопасности.
"Розыгрыш, - огорчился я. - Лучше б побрился по-нормальному!
Интересно, какая свинья так веселится? Сидоров или Петухов? Оба -
те еще придурки!"
И сказал:
- Пошли вы в задницу со своим комитетом! Мне на работу пора.
При слове "задница" сидящий в кресле призрак Александра
Сергеевича захихикал и забубнил под нос подходящие по его мнению к
моменту стихи. Великий поэт весьма любил неприличности.
- Минуточку! - булькнула трубка, напомнив давно забывшийся
командный голос прапорщика Козлищева из учебки, где я отбывал
воинскую повинность. - Попрошу трубочку не бросать. Вам это может
грозить серьезными неприятностями.
- Да ну! - удивился я. - Петух, кончай из себя кретина корчить!
- С вами говорит майор КГБ Тараканов. Мне хотелось бы с вами
встретиться.
- Извините, товарищ майор, но я встречаюсь обычно только с
женщинами. И, к тому же, мне на работу надо собираться. Так что...
- С работой мы договорились.
- Ну да! - ухмыльнулся я. - Это с Семенычем-то?
- Вы ему позвоните, - предложил майор Тараканов, - и проверьте,
раз вы такой недоверчивый. А я через пять минут перезвоню.
- Ну, конечно! - сказал я коротким гудкам в трубке и
представляя, как отреагирует наш Семеныч, если я у него спрошу,
договаривался ли с ним майор КГБ. - Ищи дурака в другом ауле! Нет,
господа, вы мне скажите: ну, разве бывают майоры КГБ с фамилией
Тараканов?
Поэты и писатели тут же отрицательно завертели головами. А
Гоголь, всю ночь посвятивший прочтению "Золотого теленка",
оглушительно заржал.
Кстати, о себе. Работаю я, конечно же, инженером. Вполне
обычный советский инженер. Но вот только с детства проявилась у
меня способность вызывать различных духов. Все, чем занимаются так
называемые медиумы или спиритисты - полная фигня и жульничество.
Гадания по тарелочке, или там Пушкин всех посылает! И есть же
люди, которые в это верят! Мне Александр Сергеевич сам говорил,
что никто их там не беспокоит, скучно им. А вот я могу вызывать их
с того света! Правда, на людей они похожи только ночью, а к утру
понемногу растворяются и делаются невидимыми. Вначале я пугался
этой своей способности. Подумаешь о прадедушке, а он тут как тут!
Привет, говорит, правнучек! Но потом я освоился. С Ломоносовым к
урокам по геометрии готовился, бил морду Павлику Морозову, Петра
Первого в карты обыгрывал.
Больше всего любил я собирать литературные вечера. Давно
помершие поэты и писатели читали свои произведения - из тех, что
при жизни не успели написать. С литераторами двадцатого века я не
сошелся. Маяковский оказался полным козлом, Блок слегка шизанутый,
Есенин - гопник, все ему водку подавай! Более поздние, советские
поэты и писатели, жертвы ленинского принципа партийности - совсем
уже законченные ублюдки. А вот старички - Пушкин, Лермонтов и
другие - свои в доску! Пушкин вот на днях предлагал под моим
именем несколько поэмок издать, да я отказался - не люблю
плагиата.
Вот и эту ночь мы провели в литературных чтениях. Раздавили два
пузырька "Кавказа", а потом Барков Иван Семенович свою новую поэму
читал. Мы чуть не померли от смеха, даже те, кто уже умер!
Добрившись до синевы, я умылся, причесался и пошел на кухню
варить кофе. В комнате трезвонил телефон, майор Тараканов попался
очень настырный.
После ночного мрака стало совсем светло, призраки помаленьку
растворились. Только спрятавшийся в полумраке туалета Лев
Николаевич поманил меня пальцем и, почесывая роскошную бороду,
наставительно произнес:
- Ты это, с жандармами-то, того!
- Ясное дело, ваше сиятельство! - заверил я господина графа, и
тот благополучно испарился.
Я выпил кофейку, затем натянул курточку и пошел на нелюбимую
работу, где гнусный начальник Семеныч тщательно следил за каждой
минутой опоздания сотрудников. Пришел вовремя, ушел вовремя - это
главное. А так - можешь и не работать, никому дела нет!
Я спустился по лестнице, вышел из подъезда, и тут два
здоровенных парня скрутили мне руки и затолкали в черную "Волгу".
- Что ж это ты, Феофанов, трубочку не берешь? - полуобернувшись
ко мне с переднего сидения, произнес знакомым голосом голубоглазый
блондин с квадратной челюстью и перебитым носом.
- Э! - я не нашелся, чего ответить и на всякий случай соврал, -
В сортире сидел, понос у меня начался после вашего звонка. Не мог
к телефону подойти.
- Запомни, Феофанов, если майор госбезопасности говорит, что
надо встретиться, значит ты, засранец, должен тут же отменить все
свои вонючие дела!
- Позвольте! - подражая Пушкину, воскликнул я. - По какому
праву, милостивый государь, вы со мною на "ты"? Или я с вами
выпивал?
- Ах ты козел! - вскипел Тараканов. - Да я из тебя...
люля-кебаб сделаю!
Тут запищала рация. Майор отвернулся и поднял трубочку.
- А? Да! Взяли! Так точно! Есть! Есть!
Положив трубку, Тараканов задумчиво погладил подбородок, видимо
размышляя, делать из меня люля-кебаб или подождать. Наконец, он
пришел к какому-то выводу и, зыркнув на меня круглым глазом,
сказал шоферу:
- Поехали!
Два бугая по бокам всю дорогу сплющивали меня в лепешку, и,
когда мы приехали и меня вытащили из машины, я долго не мог
свободно вздохнуть. Отдышавшись, я осмотрелся. "Волга" привезла
нас к красивому двухэтажному особнячку где-то за городом. За
деревьями виднелся покрашенный в приятный светло-зеленый цвет
забор с колючей проволокой.
К машине подошел еще один баскетбольного роста детина.
- Это он?
- Он, товарищ полковник, - отдал честь Тараканов.
- Генерал ждет.
"Во как! - подумалось мне. - Сейчас генерала увижу!"
Не то, чтоб я не видел генералов, я в свое время даже с
Суворовым обсуждал битву на Курской дуге, но с генералами КГБ, да
еще и живыми, я пока не общался.
Меня опять весьма невежливо подхватили и внесли в большую
светлую комнату, где за столом, уставленным всяческими
деликатесами, сидел полностью лысый мужик неопределенного
возраста. Генерал мазал на хлеб с маслом черную икру и
внимательными крабьими глазками осматривал меня с ног до головы.
- Присаживайтесь, товарищ Феофанов, - неожиданно высоким
голоском произнес он. Я присел. Два бугая встали у меня за спиной,
в любой момент готовые свернуть мне шею.
- Товарищ генерал, - сказал я. - Этот майор Тараканов оскорблял
меня неприличными словами.
- Он понесет суровое наказание, - ласково молвил генерал.
- Понизьте его до капитана! - посоветовал я.
- Очень приятно, что мы так весело шутим, - захихикал генерал.
- Но приступим к делу. Нам стало известно, товарищ Феофанов, что
вы, с позволения сказать, умеете вызывать и общаться с духами, так
сказать, наших предков...
- Вам сеанс спиритизма что ли нужен? Так я этим не занимаюсь!
- Вы очень торопитесь, товарищ Феофанов, - генерал домазал
поверх черной икры слой икры красной, положил шпротину и, откусив
пол бутерброда, начал смачно жевать. Предложить чего-нибудь
пожевать мне он не догадывался.
- Так вот, - продолжал генерал. - Как бы мне это сказать, вы
ведь у нас советский гражданин, военнообязанный, не так ли!
Я кивнул, не сочтя нужным возражать, что другого гражданства,
кроме советского, мне никто не предлагал, а в Советской Армии я
был всего месяц на сборах после пятого курса института.
- И, надо бы вам сказать, вы нужны нашей Родине!
Произнеся эти высокие, как Останкинская башня, слова, генерал
умолк и уставился на меня, ожидая подтверждения.
"Служу Советскому Союзу!" - вертелось у меня на языке, но я
только промычал что-то невразумительное.
- Итак, - заключил генерал. - Вы согласны с нами работать?
- Я не понимаю, - сказал я. - Судя по всему, вы меня вербуете,
но чем я могу быть полезен КГБ?
- Во-первых, должен сказать, мы вас не вербуем. Вербуют
иностранных агентов, а вы - наш, советский. Во-вторых, я вам уже
сказал, нам известно, что вы - мистик, заклинатель духов или как
там это называется, и нам нужны ваши услуги по связи с загробным
миром.
"Интересно, - подумал я. - Откуда они узнали, что я могу
вызывать привидения? Об этом же знали только мои самые близкие
друзья..."
- Вам надо кого-то с того света достать? Так я сомневаюсь, что
мертвые захотят с вами общаться. С вами и мне-то не сильно приятно
беседовать.
Генерал запихнул в рот остаток бутерброда и медленно поднялся.
- Молчать!!! - вдруг заверещал он, и в комнату ворвался майор
Тараканов.
Генерал обошел вокруг стола и возвысился надо мной.
- Я попрошу не острить! Не забывайте, где вы находитесь!
- Ты понял, козел? - заорал Тараканов и дал мне кулаком в лицо.
Я повалился вместе со стулом. Охранники подняли меня, держа
подмышки. Майор подошел ближе и, размахнувшись, ударил еще раз. Я
отклонил голову, и он попал по стене.
- У, козел! - завыл он от боли. - Убью!
- Успокойтесь, майор, - сказал генерал. - Товарищ Феофанов
осознал.
- Что я осознал? - закричал я. - Какое вы имеете право меня
бить, я не совершил никакого преступления!
- Молчать!!! - опять взвизнул генерал. - Нам нужны призраки для
промышленного шпионажа в странах Запада. Они невидимы, плюс, могут
проникнуть в любой сейф и сфотографировать любые документы! С их
помощью наша страна быстро догонит проклятых загнивающих
капиталистов, а потом и перегонит! И в этом преимущества
социалистической системы!
- Бред! - я не сдержался и расхохотался до слез. - Бред!
Призраки-шпионы, привидения-агенты, духи-разведчики! Неужели вы
думаете, у духов нет других развлечений?
По выражению генеральского лица я понял, что так он и думает, и
потому привел еще аргумент:
- И потом, у меня на призраков нет никакого влияния. Я не могу
им приказывать! У нас чисто дружеские отношения.
- Вот, вот! - подхватил генерал. - Чисто по дружбе, пусть
какой-нибудь ваш приятель добудет из сейфов НАСА чертежи "Шаттла".
- Я не могу.
- Сейчас ты не сможешь... - угрожающе начал майор Тараканов, но
генерал вдруг засмеялся.
- А куда ты денешься? - спросил он, тоже переходя на "ты". - Из
страны не убежишь, а тут ты у нас под колпаком. Не согласишься - в
тюрьму посадим.
- Без суда? - усмехнулся я, хотя стало не до смеха. - Без
преступления?
- Ты отказываешься помогать своей Родине строить светлое
будущее! А это преступление. И суда для такого преступления не
надо!
- Кроме того, - заявил надвигающийся на меня Тараканов, - если
ты не будешь работать на нас, тебя в конце концов завербует ихняя
разведка, и ты будешь работать на них!
- А этого, как ты понимаешь, мы допустить не можем! - дожал
меня лысый генерал, весь вспотевший за время нашего разговора.
Тут опять зазвонил телефон. Генерал отскочил от меня и бросился
к шкафчику, где оказался замаскирован телефонный аппарат.
- Да! Слушаю! Нет. Еще нет. Обязательно! Так точно! Есть! Есть!
Я осознал, что над генералом есть еще какой-нибудь маршал, так
что меня пока не убьют. И решил пойти ва-банк.
- Это весело, - сказал я, когда генерал положил трубку. - А вы
не боитесь?
- Чего нам бояться? - удивился генерал. - Мы у себя дома.
- Да призраков! Среди них попадаются весьма неприятные
личности! А ну как я вызову сюда прямо сейчас какого-нибудь
первобытного вождя с десятком питекантропов? Они вас тут покрошат
голыми руками на винегрет!
Судя по всему, кэгэбэшники не располагали информацией, что духи
появляются только по ночам или в темноте, и заметно струхнули.
Майор Тараканов сунул руку за пазуху, где у него, наверно,
находился пистолет. Генерал смущенно прокашлялся.
- Ну, надо сказать, у нас есть и другие методы воздействия.
- Вот как! - обнаглел я и, подойдя к столу, под оторопевшими
взглядами чекистов намазал себе такой же бутерброд, как у
генерала, налил из пузатой бутылки коньяк "Камю", выпил и
закусил. - Пошли вы все в задницу со своими методами, гестаповцы
вшивые!
Тараканов закусил губу и взвел предохранитель пистолета. У
генерала отвисла челюсть и выкатились глаза, отчего он
окончательно стал похож на креветку. Приняв мой блеф за чистую
монету, он явно думал, что раз я наглею, значит чувствую за собой
силу.
- Везите меня домой! - скомандовал я, пока они не опомнились. -
А то хуже будет! Вызову тень Александра Македонского с мечом, из
своих пистолетиков вы его не убьете, а я его успокоить не смогу:
он по-русски не понимает, а я по-древнегречески ни бум-бум!
- Пожалеете, - прошелестел генерал, снова переходя на "вы".
- Сам пожалеешь, - добил его я. - И Таракан твой пожалеет!
Везите домой, а то сейчас вампиров призову и вурдалаков парочку!
"Вия" читали? Николай Васильевич все правильно описал!
- Э-э... - вымолвил, наконец, генерал. - Ну, ладно. Вас отвезут
домой, но вы подумайте над нашим предложением. Мы вам еще
позвоним.
Мы вышли к машине. Тараканов проводил меня до самой дверцы и,
наклонившись, сказал:
- Ты только не подумай, козел, что мы испугались твоих вонючих
призраков! Если бы не приказ, я б из тебя отбивную бы сделал! И
запомни, козел! Если ты не согласишься, тебя убьют!
- Запомню, - пообещал я и добавил, - козел!
Тараканов скрежетнул зубами и захлопнул за мной дверцу...
Каждый день в течение недели меня доставало КГБ. Звонили домой,
звонили на работу. Звонил генерал, ласково уговаривал, обещал
всяческие блага и звание капитана. Звонил Тараканов и угрожал
весьма неприличными словами. Возле подъезда крутились
подозрительные личности, стоило мне куда-то выйти, за мной
пристраивался хвост - двое, а иногда и трое в штатском.
В воскресенье я возвращался из булочной. Привычно оглянувшись,
обнаружил, что хвоста нет. "Отвязались, слава Аллаху!" - подумал
я, и тут же был ослеплен огнями несущегося навстречу автомобиля.
Из-за поворота выскочила черная "Волга". За ее рулем я успел
заметить оскаленную ухмылку майора Тараканова... И это было
последнее, что я видел на этом свете...
Эх, майор Тараканов, майор Тараканов! Рано радовался, ублюдок!
Я ж к тебе теперь по ночам буду являться! И генерала этого в
могилу сведу! И до маршала доберусь!
А уж на том свете мы с ними поговорим! Я уже договорился с моим
древнегреческим приятелем Гераклом...
Павел Асс
Чудовище
Картошкин впопыхах оглянулся, сдернул с плеча автомат и
выпустил по кустам очередь. Кусты немедленно затрещали, и оттуда
вывалилось нечто огромное, серое, напоминающее помесь бегемота с
осьминогом, только ног было гораздо больше - штук сто! Этакий
многоног! Картошкин выпустил еще одну очередь, пули с хлюпом
входили в студенистое тело, но на многонога это не производило
особого впечатления. Своими восемью глазами он уставился на
Картошкина, левый глаз в верхнем ряду подмигнул, раскрылась
огромная смрадная пасть, полная черных треугольных зубов.
- У-у!!! - издало звук чудовище.
- Ну, сволочь! - закричал Картошкин, отбрасывая автомат с
опустевшим магазином. - Врешь, не возьмешь!
И, отцепив от пояса гранату, он метнул ее в зубастую пасть, а
сам ловким прыжком нырнул в кусты и прижался к сырой земле.
Граната рванула, по веткам прошелестели смертоносные осколки, и
Картошкин, приподняв голову, выглянул из кустов.
Чудовище исчезло. Лишь дымящиеся тут и там куски студня быстро
испарялись на солнце.
- Получил! - злорадно закричал Картошкин. - Будешь знать, как
нападать на советского солдата в карауле!
К месту происшествия уже спешила поднятая по тревоге рота...
Никто не поверил рядовому Картошкину, что на него напало этакое
чудище. Картошкина долго допрашивали, как он посмел расстрелять
весь магазин автомата и испортить гранату, и в конце концов
посадили "на губу".
Я бы тоже не поверил.
Павел Асс
Нестор Бегемотов
К 2000-му году литератор Нестор Онуфриевич Бегемотов стал
широко известным, маститым писателем. Его книги пользовались
огромной популярностью как в стране, так и за рубежом. Он стал
настолько знаменит, что не обязательно стало называть его по
имени, достаточно просто сказать "НБ" - и всем понятно, о ком идет
речь! Со дня на день ожидалось награждение Нестора Бегемотова
Нобелевской премией. Всерьез поговаривали о том, чтобы
переименовать город Пушкино, где жил и творил великий Нестор в
честь знаменитого писателя. Вот только вокруг названия никак не
утихали споры: Бегемотово, Бегемотовск или Бегемотовград?
В своем родном городе Пушкино (пока еще Пушкино!) Нестор
Бегемотов был главным редактором толстого литературного альманаха
"Пан Бэ", который с удовольствием читал весь цивилизованный мир.
Однажды Павел Николаевич Асс, тоже литератор, но не сильно
известный, ибо у него литература не стала основной профессией, и
он работал программистом, зашел к своему другу Нестору Бегемотову
в кабинет. Тот, вальяжно развалясь в мягком кресле за большим
полированным столом, покуривал гаванскую сигару и распекал
какого-то мелкого литератора.
- Нет-с, молодой человек! Этот ваш рассказ никуда не годится!
Это, с позволения сказать, не рассказ. Так, рассказик! Или даже
рассказюлечка! И, знаете, очень, очень слабый! Идите, работайте...
Бледный молодой человек вышел из кабинета главного редактора и,
стеная, выскочил на улицу.
- Застрелится, - предположил Павел Николаевич. - И чего ты его
зарезал? У него ж неплохой рассказ. Мы сами лет десять назад
писали такие же!
- Он из города Пушкино, - сказал Нестор, нажимая на кнопку два
раза, что у него означало приказ для красивой, длинноногой
секретарши принести два кофе.
- И что?
- Как что! Станет лет через десять знаменитым, а потом в его
честь переименуют мой город Бегемотово!
Павел Асс
...Поділитися у соцмережах
