Жанр: Юмор
Рассказы
...л цитаты из полного собрания
сочинений Владимира Ильича Ленина, исписал шесть общих тетрадей, а
затем уехал защищать диссертацию на тему "Феномен репок Рязанской
области, как еще одно доказательство преимуществ советского образа
жизни".
Проводив взглядом уехавшую "Волгу", дед Пахом плюнул на науку,
достал топор и вырубил из репки кусок весом пуда в четыре. Отвезя
кусок на рынок, дед Пахом продал его и был задержан органами
милиции за спекуляцию.
Вернувшись домой, обиженный на весь мир дед Пахом в очередной
раз плюнул на репку, выпил стакан самогону, передернулся и сказал:
- А нехай сгниет, зараза!
И репка сгнила.
Дед Пахом сейчас работает конюхом в колхозной конюшне.
Павел Асс
Волшебник
Расскажу сказку.
Жил-был в некотором зарубежном государстве царь. Впрочем, пошли
вы все, сами знаете куда, со своими царствами и государствами, о
царях я рассказывать не буду - это пережиток феодального
прошлого - поэтому начнем, пожалуй, так: не в некотором
государстве, а в родном Советском Союзе жил простой советский
гражданин - Иван... Или лучше Николай... В общем, Василий Иванович
Николаев. Фамилия тут особой роли не играет, с таким же успехом он
мог быть и Иваном Васильевичем Николаевым, или Николаем Ивановичем
Васильевым. Работал он на родном заводе за родным станком,
выполнял родной план, после работы выпивал пива у родного ларька
возле проходной и по-своему был доволен жизнью и счастлив. Был он
мужик холостой и добрый, любил животных, ходил в кино, ездил
иногда на рыбалку. Все было бы нормально, если бы не... Но об этом
дальше.
Подходили праздники - то ли Октябрьской революции, то ли Первое
мая. Весь советский народ встречал это событие новыми трудовыми
успехами. Работы было много: побегать по магазинам в поисках
закуски для праздничного стола, отстоять в длинной-длинной очереди
за портвейном, обсудить, кого приглашать в гости, а кого не стоит.
Василий был из тех, кого не стоит. Он это знал и ни к кому не
напрашивался. Купив в винном магазине бутылку портвейна, Василий
решил отпраздновать событие сам с собой.
В праздничный день он побывал на демонстрации, погулял по
парку, глядя, как местные хулиганы распивали водку и горлопанили
неприличные песни, и пошел домой. Включив телевизор, где диктор
замирающим от счастья голосом докладывал о наших успехах в области
тяжелого машиностроения, Василий вынул из холодильника заветную
бутылочку, наделал бутербродов и сел к телеэкрану.
Его рука потянулась к штопору, и он открыл бутылку. И тут
произошло.
Из бутылки простого 33-го портвейна повалил дым, и в воздухе
медленно сформировался человек восточного вида, типа тех, которых
можно видеть на любом базаре, в засаленном халате, грязной
тюбетейке и в туфлях с загнутыми носами.
"Хатабыч," - подумал Василий удивленно - в сказки он не верил -
и сказал:
- Добрый вечер.
Человек не отвечал.
- Салям алейкум, - на всякий случай добавил Василий.
- В алейкум эс-салям, - оживился незнакомец, - ва рахмет Аллах
ва барак ату!
"Татарин, - решил Вася, - ни фига по-русски не понимает."
По-татарски Вася тоже кроме "Нихт ферштейн" больше ничего не
знал. Человек из бутылки склонился перед ним и что-то забубнил
по-своему, часто поминая Аллаха и пророка Мухамеда, с которыми
Василий не был знаком, затем протянул Васе какое-то кольцо и,
сказав напоследок "Аллах ишини раст гетирсин!", растворился в
окружающей среде.
"Лечиться надо, - тоскливо подумал Вася. - Призраки всякие
чудятся."
И вдруг он обнаружил, что держит в руке кольцо. Кольцо было
тяжелое, видимо золотое, слегка позеленевшее от старости. Вася
автоматически надел его на палец и вспомнил о бутылке. Бутылка
валялалсь на полу, закрытая пробкой, и в ней был портвейн!
- Фу! - облегченно вздохнул Вася. - Хоть тут повезло.
Выпив стакан портвейна, он повеселел и решил обдумать
случившееся событие. В процессе раздумий Вася выпил еще стакан,
потом еще, и решил больше не пить, тем более, что бутылка
опустела.
Он глянул в телевизор. Шел какой-то огонек, симпатичная девушка
пела симпатичную песенку, и Васе стало хорошо и тепло.
- Эх, такую бы сюда, - подумал Вася, - я бы с ней познакомился.
Надо сказать, что с девушками Васе не везло. Не желали девушки
знакомиться с таким скромным, тихим и не очень красивым парнем. Да
и сам он был не слишком решительный, так что...
Раздался легкий щелчок, как будто бы выскочила пробка из
бутылки шампанского, и девушка, поющая в телевизоре, оказалась
перед Васей.
- Вы кто?! - изумленно и испуганно крикнула она.
- Вася, - широко раскрыв глаза, пробормотал он.
- Где я? Почему я здесь?
"Откуда я знаю?" - тоскливо подумал Вася и вежливо сказал,
указывая на кресло:
- Садитесь, пожалуйста. Да не волнуйтесь так!
Внезапно девушка успокоилась и села.
- А я и не волнуюсь.
- Извините, - засмущался вдруг Василий. - Вы так неожиданно
появились, а у меня тут не убрано...
- Это я пою, - сказала девушка, указывая на телевизор.
- Знаю, - вздохнул Вася.
- А меня Лена зовут.
- Это хорошо.
Они помолчали. Вася не знал, о чем говорят с девушками, которые
поют в телевизоре.
"Татарин, сволочь, наколдовал, теперь сиди тут, - думал он. - А
кольцо-то, наверно, волшебное!"
Эта мысль его так поразила, что он разинул рот.
- Что вы сидите, разинув рот? - спросила Лена. - Расскажите
что-нибудь.
- Что? - глупо спросил Вася.
- Что-нибудь, - настаивала девушка.
"Что-нибудь, - мысленно передразнил он, - чтоб тебя черти
взяли!"
Позвонили в дверь.
Вася встал, вышел в коридор и открыл дверь. Вошли три черта.
- Где она? - деловито спросил главный черт в кепке и кирзовых
сапогах.
- Кто?
- Баба, кто же еще!
- А...
Пораженный Вася медленно сходил с ума. Черти прошли в комнату.
Послышался визг Лены, запахло серой, и черти ушли, унося
трепыхающийся мешок.
- Расписочку пожалуйста, - попросил главный.
Вася машинально поставил закорючку на какой-то бумажке, и черт
исчез.
Когда Василий очухался, в квартире было тихо, как на кладбище.
"Я волшебник," - подумал Вася и заказал:
- Пива!
В его руке оказалась кружка пива, и он ее с удовольствием
выпил.
- Я волшебник, - произнес Вася вслух, смакуя это красивое
слово, - волшебник.
Так Василий Иванович Николаев, простой советский гражданин,
стал волшебником.
Вот.
Рассказываю дальше.
Да, Василий Иванович Николаев стал самым настоящим волшебником.
Да еще каким! Я знаю много волшебников, как у нас в стране, так и
за рубежом. Некоторые умеют, например, купить в пустом магазине
черную икру, произнеся магическое заклинание "Я от Семен Семеныча"
или не менее магическое "Я от Иван Иваныча". Некоторые - поступить
в институт международных отношений, не сдавая экзаменов. Совсем не
многие могут получить все, о чем пожелают вслух (у нас в стране
это были, в основном, члены Политбюро ЦК КПСС, а ныне господин
Президент и его команда). И, пожалуй, никто не может получить все,
о чем подумает.
Кроме Василия Ивановича Николаева.
За десять минут Василий заново обставил свою крохотную
квартирку, назаказывал себе массу супермодной одежды, новый
японский телевизор с видеомагнитофоном и много-много всего.
Квартира стала похожа на склад. Вася удовлетворенно осмотрелся и
сказал:
- Хорошо! Разрази меня гром!
Последнее, что он видел, была молния, влетевшая в окно. Грома
он уже не слышал.
Прогремел гром, и Василий упал на пол. Одним волшебником стало
меньше.
Появившийся неизвестно откуда татарин снял с его руки кольцо,
положил в карман и сказал на чистейшем русском языке:
- Се ля ви.
И, прихватив бутылку из-под портвейна, опять исчез.
Вот и вся сказка. Грустная, да что поделаешь? Такова жизнь.
Мораль? Мораль сей сказки очень проста.
Надо бороться с пьянством и никаких 33-х портвейнов!
Павел Асс
Знакомство
Еще одна правдивая версия знакомства
П.Асса и Н.Бегемотова
Нестор Бегемотов бродил по четвертому этажу общежития и
размышлял о том, где бы ему пообедать. Денег, на которые можно
было бы купить еды, у Нестора не было, девушки, которая могла бы
накормить, - тоже, и голодный Нестор, бурча животом, заглядывал то
в одну комнату, то в другую. Заглянул он и на кухню и от
неожиданности чуть не упал. У плиты стоял жизнерадостный Паша Асс
и, насвистывая незатейливую мелодию, варил вермишелевый суп из
пакетика. Запах, витающий по кухне, сообщил Нестору, что суп будет
очень вкусным.
- Павел Николаевич, - поинтересовался голодный Бегемотов, - как
насчет угостить супчиком?
- О чем разговор! - согласился Асс. - Заходи через десять минут
к нам в комнату.
Ровно через десять минут, тщателько помыв руки и причесавшись,
надев новый с иголочки фрак, пунктуальный Нестор вошел в комнату,
где жили Паша Асс и его друг Витя Москалев.
- Нестор! - воскликнул Витя. - Садись, дорогой!
Паша налил Бегемотову полную тарелку. Нестор присел, ухватился
за ложку и, попробовав, застыл с раскрытым ртом.
- Как вы это едите? Это же не суп, а огонь! Вы что, туда
килограмм перцу вбухали?
- Да ты что? - удивился Паша. - Перец еле чувствуется!
- Совсем не чувствуется, - подтвердил Витя. - У меня отец живет
на Кавказе, вот там у них перец, действительно, чувствуется! Ты
ешь, Нестор.
- Нет уж, - сказал Нестор. - Ешьте сами.
- Как хочешь, - Витя налил добавки, а Паша подвинул к себе
тарелку Нестора. - Больше нам достанется!
С тех пор Нестор Бегемотов не пытался напрашиваться угощение к
Паше Ассу. И к тому же начал всем рассказывать, что Асс варит
такой перченый суп, чтобы никто, кроме них с Москалевым, есть его
не мог.
Зато после этого супчика Нестор Бегемотов подружился с Пашей
Ассом и Витей Москалевым и даже переселился к ним в комнату. А еще
через некоторое время и к перчику приучился. И говорил очередному
гостю, наливая полную тарелку супа:
- Да ты что? Перца тут почти нет!
Павел Асс
Басня
Однажды большая щука поймала маленького карася. Приплыла домой
и приготовилась поужинать.
- Эй, щука! - пропищал вдруг карась. - Что же это, на ужине
только мы вдвоем будем присутствовать? Это нехорошо! Что соседи-то
подумают? Да и скучновато нам будет без веселой компании! Сходила,
пригласила бы кого-нибудь...
- Кого? - заинтересовалась щука.
- Да хоть рыбака. Я видел, он на берегу сидит, скучный такой.
Наверняка, не откажется от ужина!
- Хорошая мысль! - одобрила щука и уплыла за рыбаком. Больше
она не вернулась.
Никто не возвращается...
Павел Асс
Все началось
Все началось с того, что Семен Иванович решил сходить на
рыбалку. "Наловлю рыбки, ушицы сварю," - думал он, копая червей.
Семен Иванович выбрал место на высоком бережку, возле леса,
сел, плюнул на червяка, нацепленного на крючок, и закинул его в
воду. Червяк нехотя опустился на дно и притворился мертвым. Мимо
проплывал карп. "Склюет," - подумал червяк. "Склюю," - подумал
карп. И склевал. Семен Иванович ловко подсек и вытащил рыбу на
берег. "Попался," - затосковал карп. "Попался!" - порадовался
Семен Иванович и кинул карпа в котел с водой. Уха закипела. Запах
был такой, что слюни текли даже у комаров. На запах из леса вышел
медведь. Семен Иванович выронил миску с ухой и подумал: "Сожрет!".
"Сожру," - согласился медведь. Съев незадачливого рыболова,
медведь выплюнул три медных пуговицы и побрел в лес. В лесу его
поджидал охотник. "Убьет," - понял медведь. "Убью!" - потер руки
охотник, поднял ружье и выстрелил. В медведя он не попал. Ломая
кусты, зверь бросился в чащу и там умер от страха. Пуля, пролетев
мимо медведя, пригвоздила к дереву ни в чем не повинную муху.
Промазавший охотник прилег под кустом и умер с горя.
А все началось с того, что Семен Иванович решил сходить на
рыбалку...
Павел Асс
Граната для мэра
Воскресное утро выдалось радостным и солнечным. Семья
Мормышкиных сидела за столом, завтракала. Папа Мормышкин во главе
стола важно чистил яйцо вкрутую, мама мазала маслом бутерброд, а
маленький Славик не желал кушать манную кашу.
Внезапно в дверь позвонили. Славик, взвизнув, бросил
ненавистную кашу и кинулся открывать.
- Славик! Вернись к каше! - грозно рявкнула мама, и мальчик
удрученно вернулся к столу.
Дверь пошел открывать папа.
За дверью стоял симпатичный молодой человек в круглых, как у
Джона Леннона, очках. В его руках была большая жестяная банка с
прорезью в крышке.
- Добрый день! - вежливо поздоровался молодой человек.
- Здравствуйте, - вымолвил Мормышкин.
- Не желаете присоединиться добровольными пожертвованиями к
доброму делу?
- Нет, - честно ответил Мормышкин. - А какое дело?
Из кухни вышла мама, вытирая руки о передник.
- Народ собирает деньги, чтобы купить гранату для мэра.
- Для какого мэра? - спросила мама.
- Для нашего, московского!
- А зачем мэру граната? - поинтересовался папа.
- Кто вам сказал, что она ему нужна? - удивился молодой
человек. - Наоборот! Это нам она нужна! Соберем денег, купим у
мафии гранату и кинем в мэра. Ведь этот гад до чего довел Москву?
Весь центр продан иностранцам, все кругом загажено, исторические
памятники разрушаются, в магазинах - хоть шаром покати! Да что вы,
сами не знаете?
- Да, - оценил Мормышкин. - Это, действительно, доброе дело!
Дай ему десять рублей, Маша!
- Спасибо, - поблагодарил молодой человек и пошел звонить в
следующую квартиру.
Мормышкины вернулись к столу очень довольные собой. Еще бы!
Всего за десять рублей поучаствовать в добром деле!
Славик тоже был счастлив. Пока родители стояли в коридоре, он
успел выплеснуть манную кашу в окно.
А за окном весело сияло летнее солнышко...
Павел Асс
Борец за справедливость
Семен Иванович Дроздов был очень хозяйственный мужчина. За это
его и любила жена. Семену Ивановичу нравилось ходить по магазинам,
покупать продукты, готовить обед, пылесосить квартиру, выбивать
ковры и даже стирать. К тому же он не пил и не курил. "Повезло ей
с мужем", - завистливо говорили подруги жены.
Вот и сегодня Семен Иванович вышел из дома и отправился за
продуктами. В овощном магазине купил капусты на борщ. В
хозяйственном - баллончик дихлофоса против тараканов, которые
время от времени делали набеги на его малогабаритную квартиру. В
коммерческом ларьке - жевательную резинку для дочки, которая
обожала чавкать и надувать пузыри и собирала вкладыши.
Пересчитав оставшиеся деньги, Семен Иванович обнаружил, что еще
хватит на полкило сосисек.
- Ну, класс! - порадовался он и зашел в тридцать седьмой
магазин.
Очередь в гастрономический отдел была небольшой, но двигалась
страшно медленно, поскольку продавщица отдела - тощая, похожая на
крысу тетка с большими, выпирающими вперед верхними зубами - явно
никуда не спешила. "Солдат спит, служба идет", - вспомнил Семен
Иванович армейскую пословицу.
- Ну, чего копаешься! - заорала продавщица на старенькую
бабушку. Семен Иванович покачал головой. Сама продавщица полчаса
взвешивала бабке кусочек колбасы, затем обсчитала ее, а теперь,
когда бабулька трясущимися руками достает скомканные деньги, орет!
- Деньги надо заранее готовить!
- Прости, дочка, старая я стала, - оправдывалась бабулька.
- Тамбовская волчица тебе дочка! - порадовала продавщица,
отбирая у старушки деньги. - Тебе чего?
Интеллигентный мужчина в очках указал на колбасу.
- Мне батончик колбасы.
Продавщица вытащила с витрины половину батона с заветрившимся
краем и кинула на весы.
- Извините, - молвил мужчина, - я просил батон колбасы.
Продавщица достала вторую половину и добавила к первой.
- Извините, но я просил целый батон.
- Мужик, на тебя не угодишь! Половина плюс половина - вот тебе
и целый!
- Извините, но мне не нужен разрезанный батон колбасы. У этих
половин уже засохли края.
- Ну и что? Кто-то же должен их есть! - резонно возразила
продавщица.
- Извините, но дайте мне лучше целый батон. У вас же вон целый
ящик лежит.
- Не нравится - не бери! - обиделась продавщица и кинула
колбасу назад на витрину.
Мужчина пожал плечами и отошел.
- Совсем оборзели, - процедила работница торговли, - то то не
так, то это не этак!
- Мне, пожалуйста, грамм триста масла, - попросила женщина,
похожая на учительницу, стоящая перед Семеном Ивановичем.
Продавщица ловко кинула на весы кусок масла и, не дав весам
остановиться, объявила:
- Полторы тысячи!
- У вас весы даже останоовиться не успели, - сказала
учительница. - Там явно на пятьдесят грамм меньше.
Бросив злобный взгляд на настырную покупательницу, продавщица
перевесила и, резво постучав костяшками счетов, заявила:
- Тясяча двести.
- Вы ошиблись, - возразила женщина. - Посчитайте еще раз.
Должно получиться тысяча двадцать.
- Грамотные стали! - проворчала продавщица. - С тебя двадцать
рублей! У нас мелочи нет! Следующий!
- Мне полкило сосисек, - заказал Семен Иванович.
- Побольше будет, - заявила продавщица, подцепив из ящика и
кинув на весы гирлянду сосисек. - Семьсот грамм.
- На семьсот грамм у меня не хватит денег, - сказал Семен
Иванович. - Я же просил полкило.
- В магазин надо ходить с деньгами! - научила умная продавщица
необразованного Семена Ивановича и кинула сосиски назад в ящик. -
Следующий!
- Позвольте! - воскликнул Семен Иванович. - На полкило мне
денег хватает, я и заказал полкило! Будьте добры, свешайте мне
полкило!
- Я тебе сейчас по ушам свешаю! Еще и хамит тут! - обратилась
продавщица к очереди. Очередь смущенно молчала.
- Во-первых, почему это вы мне "ты" говорите? - возмутился
Семен Иванович. - Я с вами на брудершафт не пил. А во-вторых,
позовите заведующую.
- Я сама заведующая! - окрысилась тетка. - Вали отсюда, козел!
Семен Иванович непроизвольно сунул руку в карман и вдруг
нащупал баллончик с дихлофосом. Соблазнительная мысль пришла к
нему в голову и он улыбнулся.
- Ладно, раз я козел, то получите!
И, достав баллончик из кармана, пустил струю дихлофоса
продавщице в нос.
- А!!! - закричала та и повалилась.
Очередь зааплодировала.
- Круто! - восхитился стоявший за Семеном Ивановичем мужичок. -
Где купил?
- В хозяйственном, - сообщил Семен Иванович. - Там еще много.
Друзья, нам, покупателям, надо бороться за справедливость. А то
развелось хамов-продавцов, как клопов и тараканов! Хватит терпеть!
Он хамит, а мы его дихлофосом! И если каждый продавец будет
опасаться, что за хамство его польют дихлофосом, он станет
вежливым, как в Америке!
- Правильно! - зашумела очередь. - Молодец, мужик!
Тут подбежали два здоровяка из мясного отдела.
- Что тут творится? - заорал один из них и уставился на Семена
Ивановича. - Ты чего тут развыступался?
- Не "ты", а "вы", с вашего позволения, - произнес Семен
Иванович и брызнул дихлофосом в глаза сначала одному, потом
другому мяснику. Те охнули и, схватившись за глаза, завыли.
- Круто! - застонала очередь.
- Обязательно схожу в хозяйственный и куплю себе такой же! -
заявил мужичок, стоящий за Семеном Ивановичем.
Семен Иванович сунул баллончик в карман и с гордым видом вышел
из магазина. Сосисек он, правда, не купил, но зато чувствовал себя
победителем в борьбе за справедливость!
Павел Асс
Броневик
Броневик валялся на свалке. Весь ржавый, без колес, он лежал на
боку, загаженный нахальными голубями. В некогда грозные амбразуры
давно уже не глядели дула пулеметов, внутри давно уже никто не
сидел, да и сидений не осталось. Даже мотор уперли еще году в
тридцать седьмом...
А когда-то с этого броневика выступал сам Ленин! Обидно было
броневику. Попользовались, попользовались, и забыли!
За соседней горой мусора, в которой активно ковырялся рыжий с
проплешинами кобель без хвоста, валялся памятник Ленину с отбитой
рукой, которая так любила указывать путь в светлое будущее. Обидно
было памятнику великого Ленина.
Странно. Ему-то на кого обижаться?
Павел Асс
Ресторан Бронсона
Из серии "Русские в Америке"
Ресторан Бронсона светился неоновой рекламой.
Изящно одетый господин при фраке и в цилиндре вышел из такси и
с достоинством вошел в ресторан. Услужливый швейцар принял у
дорогого гостя цилиндр, подскочивший официант тут же усадил его за
столик, накрытый белоснежной скатертью, господин надменно сделал
заказ.
Через минуту стол был уставлен закусками, изящный господин
кушал мясо и запивал его дорогим вином.
Вдруг из подсобки выскочил грязный посудомойщик с бутылкой
томатного соуса в одной руке и кремовым тортом в другой. За
посудомойщиком бежал повар, выкрикивая:
- Отдай торт, гад!
Посудомойщик дал повару ногой по колену и устремился к изящному
господину.
- Ага! Буржуйское отродье! - заорал он и, с хлюпом влепив торт
в холеное лицо, начал поливать господина томатным соусом,
приговаривая:
- Я там на кухне вкалываю, а эта свинья тут жрет!
Завизжали дамы. В ужасе прибежал директор ресторана господин
Бронсон.
- Вы уволены! - закричал он посудомойщику.
- Я и сам не буду работать в ресторане, где жрут такие задницы!
И, кинув на пол мокрый фартук, посудомойщик гордо удалился.
- О, Господи! - стонал директор, пытаясь счищать с господина
торт. - Прошу вас, извините...
- Э... - привстал замазанный господин. - Испортили фрак... От
Диора фрак-то...
- Не извольте беспокоиться! Пройдемте ко мне в кабинет, через
полчаса фрак будет как новый, а вы умоетесь...
- Э... Моральный ущерб... Полицию... надо бы...
- Не извольте беспокоиться! Мы возместим! Сто долларов вас
устроит?
- Э...
- Понимаю-с! Двести долларов и бесплатное питание в течение
целого года! Умоляю, только не надо беспокоить полицию, иначе
репутации ресторана будет нанесен неоценимый ущерб! Триста
долларов!
Через час-полтора изящный господин, умытый и почищенный, вышел
из ресторана и пошел по улице.
Прислонившись к фонарному столбу, его ждал бывший посудомойщик.
- Привет, Петрович! - обрадовался он. - Как дела?
- Триста долларов, - ответил сияющий Петрович. - И я еще
бутылочку бренди прихватил.
- Это грамотно!
- Завтра твоя очередь быть приличным господином. На этот раз в
ресторане Джеккинса. А я утречком устроюсь туда посудомойщиком.
- Отлично! Только не поливай меня томатным соусом, я его
терпеть не могу!
И друзья отправились пить честно заработанный бренди.
Павел Асс
Автобус N 385
Двери со скрипом распахнулись, и измаявшиеся граждане и
гражданки со звериными лицами бросились на абордаж. Организовалась
свалка. Здоровые мужчины повисли на дверях, стараясь, оттолкнув
всех остальных, проникнуть в желанные автобусные внутренности.
Подбежала дохлая старушка с сумочкой в руке и с криком "Я
ветеранка и инвалидка Отечественной войны!" начала бить сумочкой
по головам. Мужчины отваливались, как спелые груши, и падали под
колеса автобуса. Наверно, у бабки в сумке лежали гантели.
Ветеранка, расчистив дорогу, забралась в салон, и оттуда
послышался ее крик: "Молодой человек! Уступите место!"
А у дверей уже снова толпились. Двое мужичков чего-то не
поделили и, проорав друг другу несколько раз "Пойдем выйдем!", так
и не заходя в автобус, отошли в кусты, и оттуда послышались сочные
удары.
"Галошу потерял!" - заорал седенький дедок, только что чудом
пропихнувшийся в автобус, и полез против течения. Его затоптали,
потом подняли, вытерли сопли, дали в руки галошу и уступили место.
Последним удалось втиснуться мне. Двери повторили свой
немузыкальный скрип и закрылись. Слава КПСС! Поехали!
Кто-то завизжал, что ему отдавили ногу, кто-то посочувствовал,
что, мол, так тебе и надо.
"Молодой человек! Уступите место!" - по-прежнему была чем-то
недовольна старушка. Молодой человек мастерски изображал, что
спит.
"Передавайте за проезд!" - надрывался в микрофон водитель.
Народ толкался, давился, возмущался. И ехал. Кто на работу, кто
в Москву.
А я стоял, прислонившись к дверям, полуобняв прижатую ко мне
незнакомую девушку, и делал вид, что это так случайно получилось.
Впрочем, девушка не возражала. И мне было на все наплевать.
Павел Асс
Шахматист
Мормышкин задумчиво потеребил свой крупный нос, почесал в
затылке, взвесил все "за" и "против" и передвинул слона на E-6.
Компьютер поскрипел дисководом и через секунду отозвался: Мат!
- Вот скотина! - в сердцах воскликнул Мормышкин. - Постоянно
меня обувает!
Да, сколько Мормышкин не играл с компьютером в шахматы, умная
машина всегда его обыгрывала. Обыграть компьютер стало у
Мормышкина навязчивой идеей. Он записался в три шахматные секции,
всюду - на работе, в электричке, дома - играл сам с собой в
маленькие магнитные шахматы или разбирал задачи из шахматных
журналов. Через год, основательно натренировавшись, поднабравшись
теории и на практике обыграв всех пенсионеров во дворе, Мормышкин
снова сел к компьютеру. Ловко разыграв испанскую партию, он провел
пешку в ферзи и через два хода смачно влепил глупой машине
красивый мат!
- Наконец-то я его обул!
Счастью Мормышкина не было границ. Он бегал по лаборатории,
возбужденно подпрыгивал и весело
...Поділитися у соцмережах
