Жанр: Юмор
Рассказы
... о чем речь... -
Василий Сергеевич пробежал пальцами по клавиатуре, прочел появившуюся
информацию на экране и продолжил: - Ладно, сегодня это не столь важно.
На первом уроке мы быстро ознакомимся в общих чертах с содержанием
этой трагедии, а на втором... - Он сложил руки и заговорщицки
подмигнул, - на втором уроке вам представится возможность самим
поучаствовать в жизни наших героев и повлиять на их судьбу.
Школьники зашушукались.
- Но об этом - на втором уроке. А теперь приступим к первой части.
Он встал из-за стола и включил "доску". Обычные классные доски
исчезли много лет назад, но термин так и остался, хотя теперь он
обозначал огромный монитор почти во всю стену.
Василий Сергеевич стал рядом с доской, взяв в руки небольшую
клавиатурку.
- Наверное, кто-то из вас слышал, что Вильям Шекспир писал свою
трагедию про Ромео и Джульетту, основываясь на фактах из жизни
реальных героев. Многие годы люди не могли проверить достоверность
этой информации, но с изобретением хроновизоров вся наука шагнула
далеко вперед, историки получили доступ практически к любой древней
информации. Но и литературоведам это изобретение крайне помогло. Так,
например, было установлено, что у Ромео и Джульетты действительно были
реальные прообразы.
Он нажал несколько клавиш, и на доске появился вид какого-то
средневекового города. Солнце еще не было видно за крышами домов, но
уже были слышны утренние трели птиц, Аврора уже вступала в свои права.
Вот по улице проковылял какой-то мужчина в домотканой одежде,
толкающий перед собой небольшую груженую тележку.
- Перед вами тот самый город, где реально произошли все описанные
Шекспиром события. Сейчас вы можете видеть то, что он мог только
представлять себе. И это именно то утро, когда молодой человек,
прозванный позднее Ромео, покинет свою "Джульетту". Смотрите, вот
сейчас он появится.
Глаза всех школьников, даже самых отъявленных хулиганов и
лоботрясов, были прикованы к доске. Такое ведь не каждый день
показывают. В принципе, каждый мог посмотреть на монитор своего
компьютера, куда транслировалось изображение с доски, но на большом
экране смотреть было куда интереснее.
И вот все увидели юношу, появившегося из узенькой темной улочки.
Осмотревшись по сторонам, он накинул плащ и быстрым шагом направился
вниз по улице.
Валька аж обомлел. Ведь он именно таким и представлял себе Ромео! Ну
ладно, внешний вид этого юноши был описан в книге, но кто мог
поручиться, что Шекспир дал верное описание? Да и нельзя даже по
такому описанию настолько точно восстановить все черты человека. А
Валька видел при чтении именно его, именно этого парня!
Василий Сергеевич показал им еще несколько сцен из жизни реальных
"Ромео" и "Джульетты", затем показал отрывки из спектаклей и фильмов
по этой пьесе. А затем прозвенел звонок, и школьники выбежали в
коридор на перемену.
Звонок уже прозвенел, а Василий Сергеевич все не появлялся. Наконец,
спустя пять минут, он вошел в класс:
- Прошу у вас прощения, но были некоторые затруднения, которые все
же удалось решить. - Усевшись за стол, он продолжил:
- Итак, как я и обещал, сейчас вас ожидает сюрприз. И вот в чем он
состоит. Многие годы ученые-литературоведы пытались выяснить, что
случилось бы с Ромео и Джульеттой, останься они живы. Многие считали,
что счастья у них бы не было. В доказательство тому приводилось много
доводов: крайняя молодость влюбленных, обстоятельства их знакомства и
столь поспешный брак. Большинство из исследователей сходилось на том,
что это была всего лишь мимолетная подростковая влюбленность.
Наверное, многим из вас знакомы такие чувства.
Послышались смешки, Василий Сергеевич заметил, что некоторые девочки
быстро переглянулись с кем-то и зарделись, потупив взор. Улыбнувшись,
он продолжил:
- Так вот, не столь давно в руках ученых появился еще один
инструмент, который носит очень уж труднопроизносимое название, а в
народе его прозвали "удилищем". Вы могли слышать о нем - это "удилище"
позволяет выхватывать людей из их повседневной жизни и перемещать их
куда угодно в пространстве и времени.
И с помощью этого "удилища" ученые попытались доказать свою догадку.
И не безуспешно. Прототипы Ромео и Джульетты были вырваны из своего
времени в последние моменты, описанные в трагедии Шекспира. Ученые
поместили их в разные жизненные условия в различных временных эпохах
(должен сказать, что "удилище" настроено таким образом, что
автоматически проверяет, не повлияет ли появление новых людей на
известные исторические факты). А потом взглянули на них же, но
проживших долгую жизнь. И ни в одном из случаев их брак не оказался
счастливым! Профессор Калтонов даже защитил диссертацию на эту тему.
Василий Сергеевич заметил поднявшуюся руку.
- Ты хочешь что-то спросить, Сережа?
Сережа, невысокий веснушчатый парнишка, поднялся и спросил:
- Василий Сергеевич, а вот у меня вопрос возник: как это можно
одного и того же человека несколько раз забирать? Ведь если этого
"Ромео" забирает один человек, то второму уже некого будет
"выуживать", так?
- Так, да не совсем. Все дело в том, что "удилище" реально не
вытягивает человека из одного времени, перемещая его в другое.
Создается как бы новый человек, точная копия. Это как сейчас продукты
создают - из одного куриного яйца - сотню. Фактически получается, что
в истории жило множество Ромео и Джульетт, совершенно идентичных друг
другу до момента "выуживания", но дальше их жизни совершенно
разнятся. Понятно?
Сергей кивнул и сел, но взамен поднялась еще одна рука.
- Да?
- А вот скажите, как же они могли выжить, помещенные в совершенно
чуждое им время? - это уже была Ленка, признанный лидер женской
половины класса.
- Ученые предвидели и эту сложность. В момент копирования им
вводятся знания о том времени, куда они попадают, а прошлые их
воспоминания остаются лишь сном, тенью их новой жизни.
Больше вопросов не возникло.
- Если все ясно, то я продолжу. Сегодня все вы имеете возможность
воспользоваться "удилищем" и убедиться своими собственными глазами в
этом немного неприятном факте.
На доске, а затем и на всех мониторах появилась красивая картинка
программы для работы с "удилищем".
- Программа сама поможет вам начать работу. Одевайте наушники и
творите. - Василий Сергеевич уселся за свой компьютер, с которого он
мог следить за работой каждого ученика. Прошли те времена, когда можно
было спокойно укрыться на задних партах и маяться себе дурью.
Валька тоже надел наушники и ткнул мышкой на кнопку "Начать
обучение". Программа достаточно быстро объяснила все основные
операции. Оказывается, от человека требовалось только выбрать
временной период жизни, страну, положение в обществе и так далее, а
программа доделывала все остальное самостоятельно. Дальше - выбирай
промежуток жизни наблюдаемых героев в будущем и смотри, что с ними
произошло.
В данный момент программа была настроена на конкретных людей -
прообразов отпрысков Монтекки и Капулетти.
Вальке эта идея распоряжаться чужой жизнью как-то не понравилась.
Что-то было в ней нехорошее. Поэтому он долго сидел, не решаясь
сделать выбор. Но тут его отвлекли другие одноклассники, которые не
ждали так долго.
Витька Угоров, имевший недобрую славу на всю округу, управился
раньше других и теперь веселился за своим компьютером, причем так
бурно, что привлек внимание соседей и самого Василия Сергеевича.
Все сразу повскакивали со своих мест, желая увидеть, что же так
веселит Витьку. Валька тоже поднялся, радуясь, что отсрочивает
принятие решения.
Витька додумался поместить героев в последние годы двадцатого
столетия, сделав их "неформальной молодежью". Поначалу все шло в жизни
возлюбленных очень неплохо, но промотав несколько лет, все смогли
убедиться, что радости молодости куда-то улетучились.
Сначала они увидели "Ромео". Он лежал на кровати, зрачки глаз были
расширены до невозможности, а на руке были заметны явные следы
постоянных уколов. Страшная чума двадцатого века - наркотики. Вальку
даже передернуло от этого зрелища. Затем Витька решил переключиться на
"Джульетту". Это зрелище было менее страшным. Она стояла на улице,
одета была очень и очень неплохо. Слишком открыто, пожалуй, но кто ее
знает, моду тех лет. Вот возле нее остановилась машина (наверное, одна
из лучших в те годы, решил про себя Валька), и Джульетта подошла к
ней. Перекинувшись несколькими словами с пассажирами, она открыла
заднюю дверцу, уселась, и машина укатила.
Витька решил перекрутить еще несколько лет, но Вальке не хотелось
смотреть дальше. Ему было совершенно не понятно, что в этих эпизодах
так развеселило Угорова. Некоторые ребята тоже отошли к своим
компьютерам.
Еще несколько раз кто-то подзывал к себе друзей, желая показать
сцены жизни людей, которые стали марионетками в его руках. Валька
слышал, как кто-то заявил, что поместил влюбленных в каменный век. Но
он больше не желал на это смотреть. И свой выбор не делал.
До конца урока осталось пять минут, когда Василий Сергеевич встал и
сообщил, что ему надо срочно подойти к директору. Напоследок он
спросил:
- Ну что, посмотрели?
Почти все кивнули. Валька молча смотрел в монитор. Василий Сергеевич
по привычке окинул весь класс взглядом и сказал уже в дверях:
- Не задерживайтесь. И не забудьте в конце урока выйти из программы.
Что-то внутри Вальки щелкнуло, и он взялся за мышку. В графе
"Изменение временного периода" он несколько раз нажал кнопочки "+" и
"-", позволявшие выбрать время до или после исходного, и в конце
концов оставил его нулевым. Страна - пусть остается Италия, вот только
город изменим на Рим. И больше ничего не меняем. Валька вновь вспомнил
последние строки: "...останется печальнейшей на свете...", и нажал
кнопку "Переместить".
Теперь нужно было выбрать количество лет, прошедших со дня
перемещения. Почти не задумываясь, он выбрал число 20.
С экрана на него смотрела "Джульетта". Уже не девушка, а взрослая
женщина, но все равно оставшаяся такой же красивой. Она сидела в
какой-то комнате, из окна лился солнечный свет, а на полу играл малыш
лет шести. Вдруг из-за экрана появился мальчишка постарше, он что-то
спросил у "Джульетты" и, видимо, получив желанный ответ, убежал.
Наушники почему-то Вальке одевать не хотелось, поэтому он продолжал
следить за разыгрывающейся пантомимой. С той же стороны, где исчез
мальчишка, появился мужчина того же возраста, что и сама "Джульетта".
Валька с радостью узнал в нем повзрослевшего "Ромео". Мужчина встал
позади женщины и обнял ее за плечи.
Валька решил не смотреть дальше, а увеличить время еще, причем сразу
на большой срок.
Улица, сочная зеленая трава, а посреди - аккуратная могила, на
которой лежат две розы - белая и красная. Ветер треплет их лепестки.
На глаза накатили слезы. Пожалуй, переборщил он со временем. Валька
увеличил изображение, могильный камень занял весь экран, и стало
возможно разобрать надпись на нем. Похоже, сверху - это имена, а ниже
- даты рождения и смерти. Валька увеличил картинку еще, чтобы видеть
лишь цифры. Да, они прожили достаточно долго для своего времени...
"Жили они долго и счастливо...", вспомнил он слова, которыми
заканчивались почти все детские сказки.
И тут он заметил то, что не бросилось в глаза сразу - даты смерти
совпадали...
08.04.1999
E-mail: knari@inissoft.open.bу
Internet: http://knari.webjump.com
FidoNet: 2:450/129.4@FidoNet
Vladimir Knari 2:450/129.4 20 Apr 99 14:30:00
Старая идея, реализованная совершенно уставшим человеком сразу апасля
тяжелых соревнований...
Владимир Кнари
"...И в голубую бездну"
Я знал, что мы с тобой не пара.
Я знал, что вместе нам не быть.
Я знал, что это чувство старо.
Я знал ... но как мне дальше жить?
Сабир Мартышев
Мне всегда казалось, что я боюсь высоты. Я не мог заставить себя
подойти к краю обрыва ближе тридцати шагов. Если я делал шаг дальше,
то мне чудилось, что бездна начинает затягивать меня, она как бы
шепчет: "Приди, приди ко мне. Будь моим", и я в ужасе отбегал назад.
Сверстники смеялись надо мной, показывали пальцами и кричали вслед:
"Трус! Глядите, трус идет!"
А сейчас я стою на самом краю. Далеко внизу разбиваются об острые
камни пенистые волны. Как же они прекрасны с такой высоты! Голубые у
берега и такие черные вдали. А ветер так и норовит столкнуть меня, как
бы подбадривая - лети. Скоро, уже скоро. Подожди еще чуток, друг мой.
Дай налюбоваться на эти зеленые холмы и на это лучезарное море, и на
чистое небо. Больше у меня уже не будет шанса взглянуть на это отсюда,
с этой высоты.
Что ж, теперь я готов. Руки сами подымаются, и перья, скрепленные
вместе воском, начинают весело шушукаться на ветру. Такие маленькие,
беленькие с серыми крапинками. Но эти малютки вместе способны унести
меня к небесам! Великий все-таки человек мой отец. Да, отец... Ему
тяжело будет пережить утрату, но он, скорее всего, поймет. И простит.
А она... Она может и не понять. Но это и не важно. Главное - я не
буду стоять на ее пути, не буду докучливой мухой в знойный день.
Пускай она найдет свое счастье. С кем-нибудь другим.
Легкий взмах крыльями. Интересно, даже забавно. На кого же я сейчас
похож издали? Можно ли меня принять за большую двуногую птицу? Взмах
посильней - и я подымаюсь над землей на высоту в половину
собственного роста. Значит, крылья все же выдержат меня какое-то
время, а я еще и смел сомневаться. Значит, пора...
Закрываю глаза. Зачем? Наверное, тяжело будет сделать шаг, глядя на
бушующую внизу стихию. Но теперь она бушует только в моем воображении.
Звуки - это тоже только воображение, ведь я теперь ничего не вижу.
Итак, шаг...
Стремительное падение, но руки непроизвольно подымаются, позволяя
крыльям принять всю тяжесть моего тела, и я чувствую, что падение
переходит в плавное планирование. Вот теперь можно открыть глаза. Ух
ты! Вот это красотища! Но, пожалуй, стоит подняться повыше. Как жаль,
что ты никогда не увидишь этого, и в то же время как хорошо, что тебе
не придется смотреть на это, как смотрю я. Смотреть, зная, что
последует дальше.
Я не желаю зла тебе, а тем более - смерти. Живи и радуйся! Жаль
только, что я так и не смогу уже никогда понять тебя. Но главное я
понял - я не для тебя. Мне кажется, ты даже немного играла со мной,
или просто не понимала, насколько внезапными и глубокими могут быть
раны, нанесенные твоим непониманием. Ты смотришь на мир вокруг, но, к
сожалению, редко видишь все. Все намеки, уже давно переходящие в
неприкрытые признания, нарываются на какой-то щит, который мне никогда
не был заметен. И это очень хитрый щит. Он появляется лишь на краткий
миг, поглощает все, а я же долго еще не могу понять: а была ли эта
преграда в этот раз? Но как только я начинаю обретать надежду, ты
вдруг резко наносишь еще один удар, и алое пятно разливается на моей
душе. Страшная рана, которая затягивается очень нехотя и никогда не
исчезает насовсем...
Мыс, с которого я спрыгнул, уже кажется маленьким клочком суши
внизу, но я подымаюсь все выше и выше. Туда, где небо. Туда, где
солнце. Если мне не суждено взлететь на крыльях любви, то я взлечу
просто на крыльях. Пусть и напоследок.
Солнце все ближе, и его жар все ощутимее. Мне это кажется, или
воздуха становится меньше? Все труднее дышать? Может, это усталость?
Но ведь я не так долго и лечу. Но ничего, ждать осталось недолго. Воск
уже начал плавиться, случилось то, о чем предупреждал меня в свое
время отец. Он сделал крылья себе и мне, но моя боязнь высоты долго
приковывала меня к земле. Жаль, что я раньше не знал, насколько
прекрасен полет. И хорошо, что люди все еще продолжают завидовать
птицам.
Взмах. Еще взмах. Перья начинают сползать и осыпаться вниз, улетая в
синеющую далеко внизу пучину моря. Похоже, мне осталось совсем
немного. Но я возьму от этих мгновений все. Взмах. Я уже почти не
подымаюсь. Так может и не стоит сопротивляться? Сложить остатки
крыльев, и - камнем вниз? Ну вот, пока думал, последние куски воска
сползли с рук вместе со всеми перьями. Теперь уже и решать нечего -
остается только распластаться в воздухе и наслаждаться последними
мгновениями полета. Хотя это уже и не полет, это падение. Но и оно
прекрасно.
Жаль, что я так и не осмелился признаться тебе в своих чувствах.
Почему? Боюсь чего-то. Боюсь... Уже не "боюсь", а "боялся". Боялся,
что моя любовь могла оказаться лишь влюбленностью. Но если это и не
так, то еще я боялся услышать "нет" из твоих уст, боялся, хотя всегда
и не любил неоднозначностей. А теперь уже поздно бояться. Жаль...
Всего жаль...
Поздно горевать, ведь уж близка водная гладь. Еще чуть-чуть, и никто
уже не сможет вспомнить обо мне. Людская память коротка. Ну а ты же
сумела меня убедить, что мне нет места в твоем сердце, нет места в
твоей жизни. Так прощай же, ибо я уже отчетливо вижу барашки на
волнах. Миг - и меня не станет. Вот она, блестящая гладь...
Он был почти у самой кромки воды, когда, поддавшись неизвестному
желанию, он кинул взгляд в сторону мыса. Чья это белая туника? Кто
этот безмолвный свидетель его отчаянного безумства? Внезапная догадка
успела пробиться через все остальные мысли: "А что, если она тоже все
время просто боялась признаться? Боялась показать свои чувства?" И,
пронзенный ужасом, он попытался крикнуть: "Прости! Икар любил тебя!",
когда бушующее море поглотило его хрупкое тело.
E-mail: knari@inissoft.open.bу
Internet: http://knari.webjump.com
FidoNet: 2:450/129.4@FidoNet
Vladimir Knari 2:450/129.4 27 Apr 99 10:29:00
уеs!!! Я все-таки сделал это! По-моему, мне наконец удалось написать
просто добрый рассказ. Опровержения и подтверждения ожидаются в ЗВОНе.
Владимир Кнари
"На кухне мышка уронила банку..."
Часы тихо тикали в углу комнаты, а из-за окна доносился такой же
тихий шелест ночного летнего дождя. Даже не дождя, а дождика.
Маленькие капельки разбивались о стекло окна, оставляя лишь крохотные
мокрые точечки, которые медленно собирались в более крупные, а затем
стремительно скатывались вниз.
Внезапно во дворе залаяла собака, видимо, заметив позднего
прохожего. "Тише ты", - шикнул на нее Алексей, и собака, будто услышав
этот шепот, замолкла. Взглянув в последний раз на тонкие струйки,
Алексей задернул шторы. Но тонкая ткань не сумела отсечь путь свету
фонаря. Комната лишь погрузилась в полумрак. Тем не менее темнота
ничуть не мешала Леше прекрасно видеть всю комнату.
В углу у стены, под самыми часами, спала на матрасе Таня. Ее голова
была откинута, покоясь на подложенной руке. Волосы во сне
растрепались и перепутавшимися прядями лежали на плечах.
Стараясь не шуметь, Леша прошмыгнул мимо нее и прикрыл за собой
дверь. На кухне стояла непроглядная темень, с этой стороны дома
фонари хоть и были, но не работали почти с момента их установки.
Потому Алексей щелкнул выключателем, и в резком свете, больно
ударившем по глазам, он еще успел заметить, как крохотный серый
комочек галопом унесся в какую-то щель за шкафом.
"Старый приятель", - улыбнулся Алексей. Мышонок появился еще осенью,
уйдя от холодов с ближайшего поля в тепло квартир нового микрорайона,
а за зиму ему, должно быть, так понравилась молодежная обстановка
Лешкиной квартиры, что он решил остаться. Тем более, что хозяин не был
особенно против. За хитрую мордочку Лешка нарек его Хитрюгой.
По привычке крутанув горячий кран, в ответ Алексей услышал лишь
злорадное шипение. Чертыхнувшись про себя, открыл холодный и набрал
полный чайник воды. Спички почему-то отсырели и долго не хотели
загораться. Только уничтожив половину коробка, удалось наконец разжечь
плиту.
Серый шалунишка вновь обнаружил себя, но уже на столе. Он с
неистребимым любопытством обнюхивал каждый сантиметр пустого стола,
выискивая хотя бы самую крохотную завалявшуюся крошку. Лешка
смилостивился, отломил небольшую хлебную корку и аккуратно, стараясь
не напугать мышонка, положил ее на уголок стола. Хитрюга, уже не раз
получавший таким образом подаяние, все же недоверчиво покосился на
подарок, затем быстро подбежал к корке, схватил ее и вприпрыжку унесся
с ней в свою щель. Но еще долго там можно было слышать шуршание и даже
какое-то причмокивание.
Заварив чаю, Алексей погасил свет и вернулся в комнату. Таня мирно
спала, свернувшись калачиком. В тишине комнаты она чуть заметно
вздрагивала во сне, а одеяло по неизвестной причине лежало рядом на
полу. Леша поднял его и вновь укрыл Таню, подоткнув одеяло со всех
сторон. Почувствовав тепло, она улыбнулась, и напряжение с ее мышц
спало.
Делая махонькие глоточки, Лешка долго смаковал чай, неотрывно глядя
на спящую девушку. Ему было просто приятно сидеть вот так вот рядом,
глядя на Танино лицо, вдыхая аромат ее тела. Ему хотелось чувствовать
себя сторожем ее сна.
Вдруг на кухне раздался удар и звон разбитого стекла. От
неожиданности Лешка чуть не выплеснул оставшийся чай на себя. Таня же
только вздрогнула, не просыпаясь. Скорее всего, в этот миг в ее сне
промелькнула какая-нибудь неприятная сцена. Всего миг, но она успела
увидеть целую историю. Чтобы прогнать страхи снов, Леша обнял ее и
погладил по волосам. Уже через несколько минут она снова спокойно
дышала. Только тогда Лешка встал и пошел выяснять, что же случилось на
кухне.
Хитрюге явно оказалось мало Лешкиного угощения, и он вновь вышел на
охоту. Но то ли его подвел набранный после еды вес, то ли еще что, но
факт оставался фактом: в очередной поворот мышонок не вписался, четко
угодив в стеклянную банку, которая мирно сушилась на столе. Виновник
все еще находился на месте преступления, видимо, сам одновременно
напуганный и удивленный случившимся. Он сидел на краю стола и с
интересом глядел вниз, туда, где теперь блестели лишь осколки разбитой
банки.
С тяжелым вздохом Леша убрал осколки, погрозил кулаком Хитрюге, все
это время делавшему вид, что он совершенно тут ни при чем. "Ага, ты
просто прогуливался", - сказал Лешка, глядя на мышонка в упор. "А
то!", - как бы ответил тот и гордо удалился в свою норку.
Раз уж опять оказался на кухне, Лешка долил горячей воды в чашку.
Дождь уже давно прекратился, а Лешка все так же молча сидел в углу
возле матраса, считая проходящие секунды вместе с маятником часов и
слушая душещипательный концерт котов на улице.
И только утром, когда лучи летнего солнца уже стали пробиваться
сквозь штору, он заснул, прикорнув в ногах у Тани.
Прошло несколько минут, прежде чем Алексей полностью пришел в себя.
Он встряхнул головой, как бы сбрасывая остатки пережитого
"возвращения", и открыл глаза. Скорее по привычке он пригладил волосы,
в которых уже начала появляться седина.
Маленький приборчик лежал прямо перед Алексеем на столе и тускло
мигал желтым огоньком. Алексей протянул руку и нажал кнопку на нем,
желтое мигание сменилось постоянным красным светом, показывающим, что
"возвращатель" в настоящий момент отключен.
"Вот и все...", - подумал Алексей. Он поднял прибор двумя пальцами и
повертел перед глазами. - "Кто бы мог подумать, что такая крохотулечка
может подарить людям столько счастливых мгновений... Хотя, почему
подарить? Все мы когда-то уже пережили это, и если уж называть эти
эпизоды подарком, то это подарок судьбы".
Вернув "возвращатель" на место, Алексей поднялся и подошел к окну.
Затекшие мышцы сразу напомнили о себе тупой болью. Как и тогда,
тридцать лет назад, за окном шел дождь. Теплый летний дождь. Взрослые,
давно утратив романтику, спешили поскорее найти уютное убежище от
воды, а дети веселились, босиком прыгая по лужам.
"Жизнь не изменилась, изменились мы сами. И то, что ученые дали нам
возможность возвращаться в наше прошлое, только еще сильнее ослабило
стремление к жизни. А вот они еще достаточно юны, чтобы принимать все
прелести жизни такими, каковы они есть, и не скорбеть о давно
прошедших временах..."
Алексей отвернулся от окна, и взгляд его случайно скользнул по
книжным полкам. Крапивин, Грин... "Если мы сейчас не остановим это, то
рискуем навсегда убить в наших детях надежду на то, что алые паруса
когда-нибудь появятся на горизонте".
Настойчивый телефонный звонок прервал размышления. С досадой
взглянув на аппарат, Алексей все же поднял трубку и уселся в кресло.
- Да, я слушаю.
- Ну, что ты решил?
- Хорошо, я напишу эту статью. - Некоторое время он молчал, слушая
нетерпеливое пыхтение на том конце. - Жаль, конечно, что нам придется
отказаться от всего этого, но я понимаю: иначе просто нельзя, - и уже
более твердым голосом: - Короче, статья будет готова сегодня к вечеру,
- и сразу
...Закладка в соц.сетях
