Жанр: Фантастика
Путь для героя 2. Именем света
..., а временами и пламенного обсуждения, изо
льда было вырезано несколько небольших образцов. Наиболее удачный и устойчивый из
них был воплощен в более крупном размере и из более прочного материала. Горные санки
марки "Райен" пятой модели отдаленно походили на контрабандистский ялик Родера и
представляли собой узкую лодку-плоскодонку с балластом на носу, рулевой пластиной на
корме и двумя дополнительными полозьями-балансами, расположенными с боков и чуть
сзади (без них санки теряли боковую устойчивость и перевертывались на каждой
встречной колдобине). И все это - из камня.
Я с гордостью представил свое творение остальным членам саночной команды. Трудно
сказать, понравилось ли оно будущим ледовым гонщикам, - по крайней мере, критика из
их уст не прозвучала. Восходя на борт, никто из них не проронил ни слова. А на низко
опущенные головы и похоронные выражения лиц можно было и не обращать внимания.
Конечно, я и сам подспудно ощущал, что санки немножко неполноценные, но что в них
было не так, чего в них не хватало, - этого мне никто не мог подсказать.
Поэтому нам оставалось только помолиться, кто как умел, привязаться покрепче и
вручить свою судьбу в руки слепого случая, полномочный представитель которого
исполнял роль впередсмотрящего, и не в меньшей степени - в руки кормчего, которые
сейчас упирались в борт и тщетно пытались столкнуть санки с места. Бесполезно. Пока
мы грузились, они успели примерзнуть ко льду.
Кажется, я немного не рассчитал с размерами - наверное, санки невозможно было
сдвинуть и впятером. Я себе чуть пупок не надорвал и, не будь с нами огненной
волшебницы, - мое творение так бы и осталось вечным памятником моему безмерному
усердию. Но Беллиана, как это за ней водится, решила проблему одним взмахом руки -
языки пламени обволокли каменное дно, растопив лед. А поскольку санки уже стояли на
склоне, то по воде они поехали очень доже неплохо. Я тоже постарался, придавая им ходу,
а потом еле успел заскочить внутрь - так резво мы рванулись вперед.
И началась безумная гонка во льдах, я бы сказал - наперегонки со смертью. Уже через
пару минут мы вкатились в густой высокогорный туман, сквозь который не было ничего
вокруг. Да мне было и не до осмотра местных красот - со стороны нашей "всевидящей" то
и дело следовали команды поправки курса, и я натужно ворочал тяжеленную каменную
пластину руля.
Спустя какое-то время туман рассеялся, вокруг как-то вдруг все потемнело, а Фиско, за
неимением других обязанностей исполнявший роль вечно недовольного пассажира,
громко икнул - то ли от страха, то ли от изумления. Я бросил взгляд через плечо и
обомлел: мы неслись с огромной скоростью по узкому ущелью, отвесные стены которого
вздымались так высоко, что наверху оставалась лишь небольшая полоска света. И, что
было еще хуже, - ущелье сужалось с пугающей быстротой. А впереди... Впереди не было
света - сплошная тьма.
- Райен, направо! - надрывно крикнула Беллиана, и сгустившуюся темноту осветило
огненное облако, выпущенное магессой. - Направо до упора!
Я так и сделал, но в тот же момент руль шаркнул о камень и обломился - от этого
толчка мне чуть не вывихнуло руки. Мгновением позже санки влетели во тьму и ухнули
куда-то вниз, отчего их сотряс тяжелейший удар, сопровождающийся скрежетом и
треском. Огромные массы снега обрушилось мне на спину, отчего я сложился чуть ли не
втрое и ощутимо приложился лбом о бортик.
Короткое беспамятство длилось недолго. Очнувшись и высунув голову из мокрого и
липкого снега, я обнаружил, что санки завалены им до краев, но по-прежнему несутся с
бешеной скоростью, только кормой вперед - причиной этого было отсутствие
обломившегося правого полозья. Вокруг расстилалось все то же ущелье, но теперь оно
было заметно шире, и окружающие его скалы заметно понизились. Очевидно, мы уже
спустились достаточно низко, потому что воздух здесь казался теплее, а ледник был
нашпигован мелким гравием, отчего санки при движении издавали жуткий скрежет. А где
же остальные члены саночной команды? Вроде бы как все были привязаны...
Из снега одновременно высунулись еще три головы с последующим пронзительным
вскриком, истерическим взвизгом и полузадушенным писком, - сами догадайтесь, кто на
что горазд.
- Мы с пригорочка летели, - тормозили, как умели, - невольно вырвалось у меня, и тут я
с замиранием сердца понял, чего не хватало в моем творении. Останавливать его было
нечем.
А затянувшиеся гонки тем временем нужно было срочно прекращать, - наше
искалеченное транспортное средство металось по льдистым ухабах из стороны в сторону,
как подстреленная лошадь, и грозило перевернуться на первом же крупном камне.
Как остановить такую махину? Наша беда была в том, что каждый пытался сделать это
по-своему. Шустрик забросил кошку на ближайший камень, но веревка толщиной в палец
лопнула, словно ниточка, сбив мелкого неудачника с ног. Вслед за этим Беллиана пустила
огненного петуха впереди санок, но лед почему-то упорно не хотел гореть, а талая вода
лишь ускоряла наш и без того стремительный спуск.
Моя идея остановки была самой простой и надежной, - я попросту перекинул ноги за
борт и всадил в лед скалолазные когти. Моими усилиями, а может, и потому, что спуск
стал положе, наш ход действительно замедлился. И все было бы хорошо, если бы под
санки не попалась здоровая каменюка, и зацепившиеся за нее тормоза не оторвало
напрочь. Хорошо, что не вместе с ногами.
А ледник уже выдыхался - гравия в нем становилось все больше, а впереди темнели
каменистые наносы, - отсюда они напоминали могильные холмики с редкими
надгробиями. Если мы в них впишемся на полном ходу, то эти могилки станут нашими.
Неприятная перспектива, что и говорить. Нет, говорить что-либо уже поздно - надо
срочно что-то делать.
Но что еще можно было сделать с санками - я уже не знал. Секунды уносились в
вечность, а каменные гребни приближались с пугающей быстротой. Остановиться мы попрежнему
не могли, поэтому оставалось только одно - прыгать.
- Режь веревки, все за борт! - скомандовал я и, не дожидаясь ответа, первым
переметнулся наружу, тормозя мешком и собственным брюхом.
Когда же я прекратил движение - обнаружилось, что одежда на мне свисает клочьями,
но сам я вроде бы цел, если не считать ободранных локтей и ушибленного носа. Как есть
солдат разбитой армии во время беспорядочного зимнего отступления.
Пошатываясь на ветру, я встал и, оглядевшись, с изумлением обнаружил, что кроме
меня, из санок не прыгнул никто. Так-то вы выполняете приказы своего командира...
Впрочем, лишившиеся рулевого санки уехали недалеко, - надсадные вопли Фиско
разносились далеко вокруг.
Спустившись по ущелью, я обнаружил санки, уткнувшиеся в рассыпавшуюся кучу
камней, на которой мои спутники дожидались меня. Беллиана выглядела на удивление
чистой и невредимой, а вот стенающий Фиско выглядел неважно, - на его скуле
разливался иссиня-малиновый кровоподтек, левая штанина была закатана и
перебинтована, а левая же рука безжизненно висела на перевязи. Увидев меня, он взвыл
вдвое громче прежнего.
- Я таки дальше не пойду-у-у. - плакался шустрик. - Я смертельно ранен. Похороните
меня зде-е-есь. Простите меня, господин Райен, - я таки совсем не могу идти.
- Мы тебя здесь не бросим. Если надо будет - то и понесем. Ты маленький, легонький...
Все действительно так плохо? - осведомился я, обращаясь к волшебнице.
- Пустяки, - всего лишь ушибы, царапины и незначительный вывих, - успокоила меня
Беллиана. - Так что этот симулянт и пойдет, и побежит, если понадобится. Или я не
права?
Фиско, прижав к груди пострадавшую руку, честно попытался изобразить гримасу
невыносимой боли, но, не обнаружив ни капли жалости и сострадания в наших каменных
сердцах, молча слез с камня, закинул свою котомку за плечо и заковылял вниз по ущелью.
Зря мы с ним так обошлись... С другой стороны, карлик и сам виноват. Всего лишь
неделю назад он являл собой сплошное заискивание и лебезение, но как же он
распоясался за последнее время! И таким он стал от нашего хорошего к нему обращения, -
при прежних хозяевах он бы наверняка и слова не пикнул, даже если бы его постоянно
били и унижали. Ведь Фиско по своей сути - слуга, и как истинный слуга, он безупречен,
знает свое место и никогда не переступит пределы дозволенного. Но сохрани вас Небеса
когда-нибудь попасть в услужение к такому, как он, ибо нет более придирчивого и
жестокого хозяина, чем тот, кто сам прежде был слугой.
Ущелье постепенно расширялось и понижалось. Льда здесь уже не было - только голые
камни, по которым журчал ручеек, стекавший с ледника. Вдоль него мы и шли, стараясь
не сбиться с пути. Ближе к вечеру ручеек нырнул под скалу и исчез - слышно было, как с
другой стороны он ниспадает куда-то глубоко вниз.
Поднявшись на скалу, я задержал дыхание, в восторге от увиденного.
- Мы пришли, - сказала Беллиана. - Мы успели.
Багряная Долина. Я сразу понял, - это великолепие, раскинувшееся подо мной, не
могло носить никакого иного названия. Грандиозные каньоны темно-красного гранита
отвесно обрывались вниз, - пропасть была такой глубокой, что дух захватывало. И не
только дух, - моя высотобоязнь так хлестко ударила в голову, что я тут же отскочил от
края, зажмурил глаза и плюхнулся на ближайший камень, для верности обхватив его
руками. Как меня замутило, - кажется, что даже камень подо мной шевелится... Что!?
Открыв глаза, я содроганием обнаружил, что сел я не на камень, а на спину нашего
карлика, вставшего на четвереньки и вознамерившегося подобраться поближе к обрыву. И
это бы еще ничего, но то, за что я так проворно ухватился, - оказалось ни чем иным, как
фискиной твердокаменной задницей.
- Ой, я это случайно, я хотел... То есть, я - не хотел, я не это имел в виду!
- Ох, господин Райен, вы таки тяже-елый! - сладко улыбнулся Фиско, чем окончательно
поверг меня в смущение. - Но я готов денно и нощно выдерживать вашу тяжесть!
- Перебьешься как-нибудь. Беллиана, куда нам двигаться дальше? Где-то здесь должна
быть тропа, по которой можно спуститься вниз.
- Тропа есть, только она находится ближе к северному отрогу Багряной, - несколько
смутившись, произнесла Беллиана. - Там, по моим расчетам, мы и должны были
оказаться. Видимо, где-то не туда свернули.
- Так чего же мы здесь сидим? Идти надо.
- Нет, сегодня засветло дойти мы уже не успеем, а завтра утром мы должны быть уже
внизу - время поджимает. Поэтому у нас нет другого выхода, кроме как спускаться в
долину прямо здесь. Нужно прикинуть, хватит ли нам веревки...
- Какая еще, к богам собачьим, веревка! - возопил шустрик, подползя к самому краю и
высунув голову за каменный карниз.- Тут же высотища непомерная - плевок до дна не
долетает! Даже если всю нашу одежду узлами перевязать - и то нужной длины не
достанет! Хотя... может, таки и достанет, если волшебный плащик их милости на ремни
порезать, - он прочный...
- Вперед я тебя на ремни порежу, - возмущенно фыркнула Беллиана. - Как мы будем
спускаться вниз - моя забота. А вы, пока еще совсем не стемнело, внимательно
рассмотрите долину - это легендарное место стоит того, чтобы навсегда запечатлеть его в
памяти. Если возникнут вопросы - я подскажу. Все-таки это место моей славы. Здесь я
одержала свою первую победу.
На первый взгляд, за исключением невероятной крутизны обрыва, ничего необычного в
долине не наблюдалось. Вся она, кроме обширных нагромождений скал в верхней
северной части, представляла серо-желтое, выгоревшее под солнцем поле, - знаменитые
багряные маки уже отцвели. Зелень еще держалась возле ледникового ручейка,
ниспадавшего в долину небольшим водопадом, - он образовывал у подножия скал
небольшое озерцо, плавно переходящее в заросшую тростником длинную канаву.
- В прошлом веке ручеек назывался речкой Багряной, а внизу было болото, в котором
во время битвы напрочь завязла имперская конница, - сообщила Беллиана, пытаясь
придать голосу тон военачальника, - примерно с тем же успехом, как если бы означенный
вояка вздумал обсуждать фасоны женских подвязок. - Только поэтому наши войска не
смели первым же ударом во... во... Как называется у военных, когда бьют сбоку?
- Фланг?
- Да, именно так.
А в легенде про эту счастливую случайность почему-то ничего не упоминается. Ну, на
то она и легенда... Мы же учтем сей исторический факт, хотя теперь в той пересохшей
луже и котенок не завязнет. Что у нас дальше?
А дальше долина, собственно, и кончалась, - с запада она была ограничена широкой
черно-серебристой гладью полноводной Кобины - самой большой реки на Южной Земле.
И без того немаленькая на всем своем протяжении, Кобина разливалась в устье и оттого
была скорее похожа на морской пролив с широкими песчаными пляжами.
- Данидан в часе езды к северу отсюда, поэтому их корабли могут подойти сюда в
любой момент, - продолжала просвещать нас огненная воительница. - Сто лет назад
многоярусные морские имперские галеры не смогли войти в Кобину из-за низкой...
усадки (?). Поэтому во время битвы на реке господствовал данийский флот, в переломный
момент битвы высадивший в тылу противника... как это называется?
- Десант?
- Совершенно верно.
И об этом легенда умалчивает. Скорее всего, судьба того десанта была трагичной и
прозаичной - их попросту затоптали во время беспорядочного отступления. Но, тем не
менее, этот решительный ход имел успех, и если новая битва на Багряной все-таки
состоится, - он вполне может быть повторен.
Продолжая осматривать долину своим стратегическим взглядом, я все больше
убеждался, - место для грядущего сражения было не то чтобы подходящим, но, как бы это
точнее сказать, - справедливым для обеих враждующих армий: долина имела два
противостоящих входа - между рекой и двумя неприступными горными отрогами:
северным и южным (на южном сейчас стояли мы). Поэтому, если не учитывать
возможность нападения с реки, сколь либо значимые обходные маневры и удары во фланг
были практически невозможны. Проходы в долину были достаточно широкими, чтобы ни
один из противников не мог их перекрыть с заметной выгодой для себя, и при этом они
были усыпаны обломками скал различной величины. Это лишало обороняющуюся
сторону всякой возможности маневра и вынуждало ее размещать свои основные войска на
небольшой возвышенности в центре долины. Там, на равном расстоянии между двумя
граничными отрогами, в полевую желтизну вклинивался еще один небольшой горный
выступ, продолжавшийся внизу каменистой осыпью и как бы деливший долину на две
части. В его продолжении, в самом центре долины, одиноко возвышался высокий черный
монолит.
- Грозовая Скала, - сообщила Беллиана. - Тогда, сто лет назад, она была выше. И вот
этого тогда тоже не было.
Я проследил взглядом за ее пальцем и увидел большую черную нашлепку в середине
горной цепи, ограничивавшей долину с севера. Это определенно был тот самый замок, о
котором упоминал покойный Удавка. Вот он, Черный Отрог, змеиное логово Эргрота и
осиное гнездо Контрразведки, - конечная цель моих странствий и моего следствия.
Отсюда, с противоположного края долины, вражеская цитадель казалась маленькой,
изящной и опасной игрушкой, - той самой, что не замедлит всадить отравленную иглу в
неосторожные руки. Замок, безусловно, обладал некоей зловещей красотой, но для
обороны и, тем более для осады, он выглядел малопригодным. Рассматривая детали, я
различил два галерейных яруса тонких колонн, идущих вдоль подножия трехъярусной
зубчатой стены с надстройками и единственной башней-донжоном в западном углу. Над
верхней стеной замка в закатных лучах что-то тускло поблескивало, - что это могло быть,
я так и не понял и обратился за советом к Беллиане.
- Я не вижу там ничего особенного, - ответила магесса, "осмотрев" замок. - Но ты
попробуй посмотреть другим взором.
Я напряг свое внутреннее восприятие - сейчас это получилось легче и биться головой
ни обо что не пришлось. Но увиденное меня совсем не обрадовало, - из блистающей
штуковины в небо исходил тончайший туманный луч. Он был похож на мимолетную
паутинную нить, на мгновение высвеченную солнцем. Нечто похожее было замечено
мною, когда уходил Удавка. И если тогда я просто не успел ни разглядеть, ни понять суть
явления, то теперь сомнений быть не могло, - я воочию видел Сеть. Ту, самую, что
пронзает и порабощает людские души.
Проследить второй конец паутинки было несложно, - серая нить тянулась на запад,
теряясь в свете кровавого диска заходящего солнца. Точно разглядеть было нельзя, но
любые сомнения отпадали, - она была нацелена прямо в траурное светило. Как все до
ужаса просто.
- Неужели этого раньше никто не видел? Ведь вы, всеведущие маги, не могли этого не
замечать?
- В Данидан нас не пускали очень давно, - вздохнула Беллиана. - А в астральном мире
этого луча вообще нет.
- Но я же отчетливо вижу...
- Только истинным взглядом. Иначе ты ее и в упор не разглядишь.
- Разве такое может быть? Ведь все, что есть в нашем мире...
- Значит, - не все. Никто из дружественных мне операторов не знал, в чем причина
происходящего. Поэтому, хотя все мы остро чувствовали беду, - мы не могли ничего
предпринять... И сейчас не можем - нельзя уничтожить то, чего нет. Поэтому вся надежда
- на тебя и на твой лунный клинок, который, как мы уже знаем, способен рассекать любые
энерголучи. Ты должен дойти до замка и разрезать эту нить.
- Все так просто?
- Ты повторяешься и это совсем не просто. Не щадя твои нервы, я скажу, - это почти
невыполнимо. Против тебя будут брошены все силы врага, - врага, который будет
сражаться до последнего вздоха. Скорее всего, главная битва начнется уже завтра.
- А сегодня наши противники начали проводить рекогносцировку местности, -
сообщил я, вглядываясь в четыре маленьких точки, быстро продвигающиеся с той стороны
долины к черному монолиту. - Судя по тому, что за головным всадником развевается чтото
длинное и белое, - это не кто иной, как дедушка Ардон собственной персоной. Нет, вы
только посмотрите на этого наглеца! - мечется зигзагами по предстоящему полю боя и
просто нарывается, чтобы его подстрелили. Ты сможешь его достать отсюда?
- Аржасский архимаг отнюдь не дурак и, тем более, не "бегущий кабанчик", -
возразила волшебница, оттаскивая меня за скалу и торопливо перебирая свое нагрудное
ожерелье. - Он, как всегда, все точно просчитал. Если бы я была внизу с Рубиновым
Бутоном, то меня уже давно бы заметили - вся долина перекрыта магическими
сигнальными нитями. Если бы я попыталась произвести массовую атаку без своего жезла,
- он, имея жезл, поразил бы меня первым. А мои элементарные атаки не принесут ему
существенного вреда, поэтому единственное, чем он сейчас рискует, - это повседневная
возможность сверзиться с коня и банально свернуть себе шею. Вообще-то замысел Ардона
ясен, - он хочет, чтобы я вышла из себя и раскрыла свое присутствие. А там уж за меня
возьмутся другие, - те, кто до поры до времени таятся в черном замке. Но мы им этого
удовольствия не доставим, - пускай Ардон и его подручные копытят долину хоть всю
ночь. Нас на такой высоте они все равно не увидят, да и нет у операторов такой привычки
- поднимать очи горе. А мы с наступлением темноты разведем костерчик, плотно
покушаем и отоспимся, потому что завтра такой возможности нам может уже и не
представиться.
Обильно расплескав сполохи кровавого зарева по небосклону, распухшее багровое
солнце с черным пульсирующим кантом медленно и тяжело погружалось за западный
горизонт. А на востоке, в щербинах нависающих над долиной гор уже собирала свои силы
вездесущая тьма. Там тоже шла война: черные тени, вырываясь из мрачных глубин
ущелий, нахлестывали на подножия порозовевших, но все еще сияющих высокогорных
ледяных исполинов. Порывистые потоки ветра, стекающие с вершин, приносили с собой
звуки поднебесной битвы: злобный вой нападающих, отчаянные вздохи защитников,
горестные стоны павших. Раненые горы стойко держались, сражаясь за каждую высоту, за
каждый камень, но их поражение было предрешено, - ледяные цитадели падут, как только
исчезнет последний луч света - света их надежды. Так было всегда, так есть и так будет.
Говорят, что природа предчувствует беду. Это неправда, - беду предчувствуют люди.
Мы долго сидели, опустив головы и руки, пока темнота не сгустилась настолько, что
стало нелегко не только различать друг друга, но, казалось бы, даже и дышать. Только
тогда Беллиана, спохватившись, зажгла магический костерчик в углублении между
скалами. Странный это был огонь - в его свете наши лица выглядели серыми и неживыми,
как... как у покойников.
- Настоящий бы... - грустно вздохнул Фиско, рассматривая свою бледную руку. - Давно
таки у настоящего костра не сидели. Да только где в этой пустоши дров раздобыть? Таки
невозможно...
- Если очень захотеть, - любая задача перестает быть невозможной, - загадочно
улыбнулась Беллиана, и в следующее мгновение в магический костер из ниоткуда
бухнулась целая поленница. - Ой, прошу прощения, - немножко не рассчитала...
- Ай... ничего, - я и не такие кренделя получал, - ответил Фиско, кривясь и потирая
ушибленное толстым чурбаком колено. - А дрова-то какие, - березовые! Но откуда? - в
этом краю березы таки отродясь не росли.
- Это мой маленький секрет, - вновь состроила глазки Беллиана. - Когда рядом
настоящая волшебница, - самые несбыточные желания имеют свойство сбываться.
- Сейчас бы еще кусочек мяса побольше, травки какой-нибудь, да пару вертелов, и я
тогда бы вам такую вкуснятинку приготовил, - языки бы проглотили, - размечтался
шустрик и открыл рот от удивления, когда перед ним появились тонкий и острый
стальной прут явно магического характера и мешочек с пахучими приправами.
Напоследок в руки загадывателя желаний упала промороженная до костей курица,
которую, судя по позе и странному выражению глаз, заморозили живьем, причем - на
взлете.
- Таки не я один в станичном курятнике затарился, - хихикнул шустрик и недоуменно
уставился на закачавшийся в чурке скобяной нож.
- Таки кому-то придется куру потрошить, - едко усмехнулась волшебница, начисто
опалив тушку несколькими разворотами ладони. - Приступай, а мы с Райеном немножко
прогуляемся и обсудим кое-какие детали завтрашнего дня.
- Вот так всегда, - вздохнул Фиско, берясь за нож. - Генералам - планы строить,
поварам - еду готовить, и никак не наоборот. Каждый должен заниматься своим делом.
И это правильно. Наше дело - мир спасать, и посему на всякие разные мелочи мы
отвлекаться не должны. Имея в виду такой расклад, два доморощенных стратега
потихоньку поднимались на самый верх горного отрога и неспешно обменивались своими
мыслями:
- ...так все-таки есть у меня собственная гвардия призрачного призыва или нет?
Помнится, ты говорила что-то насчет их вызова, но тогда я не совсем понял, что ты имела
в виду.
- Хотя неупокоенные воины и обретаются в реальном мире, они все же являются
энергетическими объектами, и поэтому могут перемещаться непосредственно через
астрал, - терпеливо объяснила Беллиана наставническим тоном, похлопывая белой
тростью по ладони.
- А..., это... как?
- Имея первую степень энергетической свободы и, ориентируясь на направленный
сигнал, духи могут перемещаться в одномерном пространстве астрального континуума.
- Одномерное пространство, Контин-нум... Занятно. А теперь попробуй объяснить все
это мне, горянскому неучу, простыми человеческими словами.
Трость в руке волшебницы задергалась еще быстрее. Похоже, что магесса уже
приближалась к тому состоянию, когда учитель, выведенный из себя твердолобостью
своего ученика, применяет последний, самый эффективный способ внедрения знаний в
глупую башку - ускоренное приложение указки ко лбу.
- Так рас-так... Какой же ты ту...тяжелый. Что ж, придется тебе прочитать лекцию по
основам энергетики для начинающих адептов. Начнем с самого простого. Ты веришь в
существование души?
- Раньше не верил, а теперь... После того, что я насмотрелся за последние несколько
месяцев, поверишь во что угодно.
- Очень хорошо, - мне хотя бы в философские дебри о сущности бытия углубляться не
придется. Просто прими к сведению, что душа, это неотъемлемая часть астрала - мира
идей и эмоций. С самого рождения мы неосознанно принадлежим к двум мирам:
реальному, в котором мы реализуем свои ощущения, и астральному, в который мы
попадаем в своих снах и настолько привыкли к этому, что уже и не обращаем внимания.
Душа постоянно самосовершенствуется и в какой-то момент своего развития она обретает
возможность свободного выхода в астрал. И тогда она освобождается от телесной и
энергетической оболочек и идет по бесконечному тоннелю навстречу свету - именно так
и выглядит направленный сигнал.
- Нечто подобное я уже видел, и даже едва туда не угодил. Только на другом конце
было совсем не светло. Там была темнота, сплошная бездонная тьма.
- Да, случается и такое, - именно таким путем следуют слабые, неразвившиеся души,
вступившие на путь сомнения и саморазрушения. Но это совсем не означает, что они там
погибают.
- По мне так уж лучше в Бездну провалиться, чем неприкаянным привидением в горах
скитаться. Но, насколько я понимаю, храмовым воинам, имевшим несчастье сложить
свою голову в ледяном храме, в свое время не просигналили фонариком ни с Небес, ни из
Бездны?
- Совершенно верно. Святыня непроницаема для посторонних энергетических потоков
и все те, кто там погиб - стали призраками, причем посмертно заключенными в небесной
обители.
- А как же те ужастики, что резвились в Призрачном Ущелье? Возможно, некоторые из
них действительно распрощались с телами в ледяной твердыне семьдесят лет назад, но
ведь только на нашем пути их встретилось во много раз больше. Получается, они были в
горах всегда?
- Считается, что большинство призраков - неупокоившиеся обитатели погибшего
Мрстра. Скорее всего, причиной того, что их души остались в нашем мире, являются
испарения Тумана Небытия, сквозь пелену которого в астрале невозможно увидеть не то
что сигнал призыва - вообще ничего. Поэтому несчастные ски
...Закладка в соц.сетях
