Жанр: Фантастика
Путь для героя 2. Именем света
... я отродясь не
умел лазать, поэтому прикорнул за ближайшим камнем, но с запозданием сообразил, что
лучи-паутинки исходят со всех сторон, и теперь один из них движется над моей головой, а
другой - чуть подальше, но прямо на меня. Ни подпрыгнуть, ни откатиться.
Но в этот раз я даже не успел воззвать к Небесам, - солнечные блики на Серебристой
Луне подсказали решение. Обыкновенный свет имеет свойство отражаться, а чем же
паучий свет отличается от обыкновенного? Ничем. И, решительно вздохнув, я поставил
поперек светопаутины свой клинок.
Результат превзошел все мои ожидания - луч, соприкоснувшись с идеально зеркальной
поверхностью меча, совершенно исчез. Оглядевшись, я с нескрываемым удивлением
обнаружил, что исчезли вообще все паутинки. Неужели энергопауков настолько напугало
то, что они нащупали?
- Слава богам, - господин Райен таки смекнул, как отключить паучью сигнализацию, -
обрадовано воскликнул Фиско, свесившийся с соснового сука и пристально наблюдавший
за мной. - Светлая голова, - что тут еще скажешь. Не пал духом, даже когда ее милость
изволили в овраг сигануть. Кстати, как там она? Ау-у, ваша милость! Вы где?
Беллиана не ответила - она с натужным пыхтением пыталась выбраться из ямы, но
самостоятельно ей это сделать не удавалось, - склоны оврага были крутые и скользкие.
Вытянуть ее наверх удалось только с помощью веревки, да и то - с большими потугами.
Ох, какая же ты тяжеленькая, - кушать надо меньше.
- Тебя не спросили! - огрызнулась волшебница, представлявшая собой жалкое и
забавное зрелище, - она была перепачкана вонючей бело-зеленой грязью с ног до головы и
походила на ту глупую курицу, что устроила гнездо под общим насестом. - Каждый мнит
себя семи пядей во лбу, а вот руку бедной женщине так никто и не подаст.
- Таки незачем было в овраг прыгать, - наиболее здравомыслящие из присутствующих
своевременно залезли куда повыше, - съязвил шустрик, тут же предусмотрительно
спрятавшись за моей спиной. - А вот если бы госпожа архимагесса таки вспомнили про
зеркала - и того бы делать не пришлось.
- Да, действительно, - почему ты раньше мне об этом не сказала? - спросил я,
поспешно сунув карлику мой отнюдь не огнестойкий мешок, поскольку в руках у донельзя
серьезной магессы уже полыхнули пламенные короны.
- Потому что не знала! Вообще, дело здесь не в зеркалах, - раздраженно ответила
Беллиана, запуская горящие пальцы в свою основательно загаженную шевелюру.
Оказывается, магесса решила заняться облагораживанием своей внешности и теперь
приводила себя в порядок посредством обжига - только пыль во все стороны летела. - В
нашем случае, я полагаю, ключом оказалась или, собственно, Серебристая Луна, или...
Волшебница не докончила фразу, но недвусмысленно кивнула в мою сторону. Я?! Да
полноте вам! Ведь я, хотя и наречен Последним Рыцарем, все же имею сожаление
признаться, что остаюсь самым обыкновенным человеком и до настоящего воина Храма
мне далеко, как от земли до небес. Или Беллиана знает что-то, чего не знаю я? Кто его
знает, - может, я тоже под полной луной рожден? Правда, насчет врожденной святости
слабовато - ну не было у нас в роду ни одного святого. А уж родители, царствие им
небесное, и подавно святостью не отличались, - батюшка по молодости еще тот был
гуляка, да и матушка недолго в девках сидела... Нет, не во мне дело, - в той штуке,
которую я таскаю за спиной, и которая притянула меня к себе крепче любого магнита. С
помощью клинка Вознесения даже самый последний бродяга превратится в народного
героя и надежду человечества, а уж для меня это тем более сложности не представляет.
Покинув Блеклый Лес и попетляв между скалами, лесная тропа уткнулась в разверстый
зев огромной пещеры, в которую заметно тянуло ветерком. Хотя... нет, не пещеры - это
был коридор, уходивший вглубь горы с заметным подъемом и сплошь состоявший из арок
черного металла, гнутых острым углом. По всем признакам это было железо, но ржавчина
не тронула шероховатые ребристые стены ни единым пятнышком.
- К сожалению, секрет обработки был утерян тысячу лет назад. Это действительно
чистое железо, но оно прочнее стали, - сообщила Беллиана, заметив, как я пытаюсь
расковырять стену мечом, что получалось с трудом. - Тоннель называется Железная
Дорога, а также Подземка, и является объектом паломничества для операторов Металла.
В нескольких шагах от края из потолка выставлялся краешек мощной плиты толщиной
в пару локтей. Похоже на створку ворот, - тем более, что на песчаном полу имеется
соответствующая бороздка. Древний Мрстр был надежно защищен - эту преграду никаким
тараном не пробить, да и магия ее тоже вряд ли возьмет.
- Насколько я знаю, такие же ворота есть и с другой стороны Подземки, - добавила
Беллиана. - В полдень и в полночь одни из них открываются, другие - закрываются.
Солнце будет в апогее через полчаса, и у нас еще есть немного времени.
- А почему мы не можем войти туда прямо сейчас? - недоуменно спросил Фиско.
- Потому что это место также называют Дорогой Призраков.
- Это значит?..
- Да, они всегда здесь были. Они и сейчас здесь - несколько десятков. Подождите меня
у входа - я расчищу путь.
Магесса несколько раз разрядила свой ракетный посох вглубь коридора, потом
неспешно двинулась внутрь, сноровисто отстреливая всех встречных и поперечных.
- Не нравится мне такой поворот... - тоскливо вздохнул Фиско, вглядываясь в
удалявшиеся огненные вспышки. - Добро бы просто через горы перелезть. Таки нет, - на
каждом шагу всякая напасть засела. А сколько их еще в горах? Тысячи? Сотни тысяч?
Таки навалятся всем скопом - никакая колдовская палка не спасет.
- Таки тебя ж туда никто силой не тащит - сам напросился, - передразнил я шустрика.
Фиско забавно нахмурил брови и хотел было возразить, но замолчал, - потому что
затихло эхо ракетных залпов, а из черной глубины коридора донесся приближающийся
глухой рокот. Это был...
- В сторону! - крикнул я, оттаскивая недогадливого карлика в ближайшую яму,
подальше от входа.
Вовремя, - из тоннеля ударил ослепительный фонтан огня. Вырвавшись на свободу и
прокатившись по окрестности, беснующееся пламя испепелило на корню всю
подвернувшуюся на пути растительность, а местами даже расплавило песок. Это был все
тот же Огненный Вал, зажатый в объятиях горы и оттого обретший еще большую силу.
Что же вынудило магессу использовать это страшное оружие там, где его применение
грозило гибелью самому заклинателю?
Но вот в коридоре раздались частые шаги, - волшебница вылетела из темноты,
вздернула в небо трясущиеся руки, и из них тут же ударили длинные огненные струи.
- Таки перегрелась наша зажигалочка, - иронично резюмировал происходящее Фиско,
благоразумно укрывшись за моей спиной. - Собственным колдовством перегрелась.
Может, пламенная душа ее милости таки и сделана из огня, но тело-то у нее
обыкновенное - человеческое.
- Их там... не несколько десятков... - отдышавшись, вымолвила волшебница дрожащим
голосом. - Их там - несколько сотен.
- Сколько?!!!
- Я... жезл уронила... теперь все пропало... - еле слышно прошептала Беллиана и, закрыв
лицо ладонями, тихо всхлипнула.
- Похоже, нам таки здесь и не пройти, - придется возвращаться в Турфис, - высказался
Фиско с нескрываемым облегчением. - Солнце уже на полдень пошло. Сейчас ворота
закроются.
Это был удар. Столько времени и сил было затрачено, чтобы добраться сюда, и вот -
путь оказался закрыт. Но у меня еще оставалась последняя надежда.
- А нельзя ли уничтожить призрачную сущность каким-нибудь иным способом? -
спросил я, недвусмысленно намекая на мой лунный клинок.
- Можно - твой меч именно для этого и предназначен. Но ты все же не обладаешь
проворностью воинов Храма. Если хоть один призрак достанет тебя...
- Я все понял. Допустим, мы не можем их ни развоплотить, ни сжечь, - продолжал
упорствовать я. - А что еще можно сделать с бестелесной сущностью при помощи магии?
Можно ее усыпить, или отравить, или еще как-нибудь испоганить?
- Испоганить можно все, что угодно, - вздохнула Беллиана, но в ее глазах замерцал
огонек мысли. - А вот отравить...
В ладони волшебницы появился тусклый шарик зеленого стекла размером с кулак, -
вспомнилась недавняя схватка двух архимагесс, в финале которой Калинта угрожала
растворить наши души тем газом, что заключался внутри сферы. А ведь у призраков тоже
есть душа.
- А мы сами потом туда сможем войти? - заныл карлик, совсем не обрадованный
нашим новым почином. - Я не знаю, есть ли у меня душа, но если есть - я не хочу ее
лишиться!
- Вся калинтина отрава была основана на астральной поляризации воздуха, для
которой не существует энергетических преград, - невозможно защититься от того, что
распространяется не физическим движением, а случайным отражением от астрального
мира. Поэтому единственная возможность спастись от такого газа - просто не дышать. Но
ворота закрываются за пять минут, а газ полностью распадается за десять - не дышать
столько времени способны только природные операторы и, по-видимому, храмовники.
- Я и за две-то минуты позеленею, а уж после десяти - откачивать придется, - веско
возразил я, но как таковая, идея мне понравилась. - Насколько я понимаю, - в момент
перезакрытия и те, и другие ворота какое-то время остаются открытыми, отчего в
Подземке возникает нешуточный сквозняк. А, поскольку днем воздушные потоки
поднимаются в горы, - дуть будет именно в сторону высокогорья. Если зашвырнуть этот
шарик в тоннель, то ветерком его насквозь продует отравой за какие-нибудь пару минут...
- Но обычного ветра нам недостаточно, - необходим также и энергетический, -
уточнила Беллиана, прервав мои размышления. - Решено, - я буду сводить направленный
поток, поэтому кидать шарик будешь ты.
А почему я, а не... Но Фиско быстрым шагом удалялся за скалу, а когда я его окликнул,
- лишь прибавил ходу. Ах ты, трус несчастный! Хотя, по большому счету, я и сам не
храбрец.
Тем временем в тоннеле что-то заскрипело и клацнуло, и черная плита с противным
скрежетом медленно поползла вниз. Волшебница небрежно щелкнула по зеленой сфере
ногтем с таким звоном, что я нервно вздрогнул, и торопливо сунула ее мне, а сама встала
напротив тоннеля и подняла руки, растопырив пальцы веером. Никакого энергетического
ветра я, естественно, не увидел, но перетряхнуло меня вторично и уже гораздо более
ощутимо - с кончиков пальцев ног и до кончиков волос. Волнистые шелковистые локоны
самой магессы распрямились в струнку, встали дыбом и между ними забегали искры, а в
глазах Беллианы заблистало пламя. Который раз уже такое вижу такое преображение, но
все равно каждый раз не по себе становится, - возникает неотступное ощущение, будто
тебя заперли в одной палате с буйнопомешанным психом.
А сквозняк получился еще тот - ветром в тоннель потащило пыль и пепел, и вскоре
вокруг уже не было видно совершенно ничего. Подойдя на исходную позицию к
песчаному холмику сбоку от входа, я почувствовал, как от волнения у меня дрожат руки.
Я, к сожалению, очень даже понимал, что я бросаю. И если дрогнет рука...
Но все же, несмотря на весь драматизм момента, попасть стеклянным шариком в
железную стенку с расстояния двух десятков шагов - невеликая проблема. С этим
справится и самый распоследний герой. И никому не обязательно знать, что этот самый
герой-раз...й ухитрился уронить означенный шарик, отчего с ним едва не случился
сердечный приступ.
Впрочем, все обошлось... Что поделать, - по жизни всякое бывает... И тому же все
живы-здоровы... Ну и что такого случилось?.. Эх ты, криворучка х...! - куда тебе мир
спасать, если ты не смог по-путевому сделать то, с чем справился бы и пятилетний
ребенок!
Примерно с такими мыслями я шагал по темному коридору, освещаемому световым
факелом Беллианы. Тоннель оказался на удивление длинным и прямым, а на другом его
конце маленьким пятнышком светился выход - вторые ворота открылись своевременно.
Судя по спокойствию магессы, призраков здесь уже не было, а когда нам повстречался
круг черного расплавленного песка с золотым посохом посредине, Беллиана заметно
повеселела.
- Теперь можно и перекусить, - сообщила она, вытаскивая, по своему обыкновению, изниоткуда
копченую куриную грудку. - Только не останавливайтесь надолго. Пока все идет
хорошо.
- Чего ж тут хорошего, - уныло буркнул Фиско, на которого явно давили черные своды.
Впрочем, он тоже полез в мешок.
- Пока никто не умер. Хотя место тут, безусловно, гиблое, - копните песочек, сами
увидите.
Раскопки были недолгими. Особо ничего и не стараясь найти, я все же нашарил почти
не ржавую саблю грубой ковки, остатки кожаного подсумка, сапог с пожелтевшей костью
внутри и череп с сохранившимися волосами. Сухость кругом - все мумифицируется. Сразу
вспомнился некрополь в Хиггии, на душе стало муторно и захотелось поскорее уйти
отсюда.
- Так оно и есть, - уточнила магесса. - Мы стоим на кладбище. Под нами десятки, если
не сотни мертвецов - из тех, кто не дошел до Призрачных равнин.
И мы тут собрались отобедать?! Конечно, поминки по усопшим - дело святое, но
вкушать прямо на их могилах - полное непотребство даже для меня. А эти двое - жрут, как
ни в чем не бывало. Ах да, они же оба чессинцы, а, значит, - язычники. Тогда да, - какой
спрос с идолопоклонников? Далеки они от Небес...
- Не дальше, чем ты (чмок-чмок), - вполне членораздельно прочавкала сквозь набитый
рот Беллиана, почувствовавшая ход моих мыслей. - И, вообще, кто бы говорил, -
отщепенец (чмок-чмок). Ты же только прикрываешься моральными устоями, а если
посмотреть глубже, - там сплошной эгоцентризм (чмок-чмок). Конечно, это придает
определенную устойчивость (хрум-хрум), но не верить в высшие силы и
руководствоваться одним лишь здравым смыслом, противопоставляя, таким образом, свое
сознание общему, - по меньшей мере, неразумно (хряк! ух, как же наша страдалица
оголодала, - даже хрящи глодает). Дело в том, что все мы - неотделимые частицы единого
целого и не можем ни уйти из этого континуума, ни существовать вне его (хряк-хрусть!
вот мы уже и до косточек добрались). Это я тебе, как мастер-оператор, говорю (тьфу! так
вот они какие, благородные манеры высокопоставленных особ, - а мы-то по темноте
своей думали, что чавкать и плеваться во время трапезы как бы и неприлично...).
А, если серьезно, то везет мне со спутниками-философами, - вроде бы слова умные и
даже почти все понятные, но все-таки, что она имела в виду? То ли я такой тупой от
природы, то ли просто еще не дорос до интеллектуального уровня архимагессы. Впрочем,
насчет отщепенца я отлично понял - тут она в точку попала. Я и сам себя так чувствую -
нет во мне ни страстной любви, ни истиной веры, ни связи с родной землей. Один я,
совсем один.
- Я тебя понимаю, - тяжело вздохнула Беллиана. - Я тоже потеряла своего любимого,
свой дом и стала изгнанницей своего народа.
- А я даже не знаю, что я потерял, - всхлипнул Фиско, давясь сухарями. - Я так хочу
вспомнить все и стать нормальным человеком.
Оказывается, мы, трое, хоть и такие разные, но у всех одна и та же беда - мы
окончательно и бесповоротно выпали из своей прошлой жизни. Наверное, поэтому мы так
держимся друг друга, потому что кроме нас, у нас никого не осталось. И, пока мы вместе,
пока мы идем к своей цели - мы надеемся обрести лучшее. В этом и есть наша вера.
Призрачные равнины оказались широким пустынным платом, вздыбившимся редкими
пластинчатыми скальными останцами. Восточный конец Равнин терялся за горизонтом, с
остальных сторон плато ограничивали белоснежные хребты Мрстра, - с этой стороны
горы выглядели гораздо ниже, но оставались такими же впечатляющими и
неприступными. Вокруг не было ни травинки - сплошная серость, наводящая тоску и
уныние.
- Нам на ту сторону, - махнула рукой Беллиана, показывая на север. - Равнины нужно
пересечь до заката - сами знаете, почему.
Знаем, знаем. Поставленная задача казалась выполнимой, но, когда мы спустились со
скал на равнины по крутому и обрывистому серпантину, я поправил свое мнение, -
ровными равнины казались только сверху, а вблизи оказались - рытвина на колдобине.
Никакой дороги там и в помине не было - только и приходилось смотреть под ноги, чтобы
не скатиться по осыпи и не провалиться в какую-нибудь дыру. Необычная для гор сухая
удушающая жара ходу тоже не добавляла.
Для здоровых и крепких мужчин было вполне реально пересечь плато до заката. И будь
я один - я бы наддал и дошел, - мне, урожденному горцу, не привыкать ходить по камням.
Но мои "наставники", никогда ранее не поднимавшиеся в высокогорье, совершенно
выдохлись. Беллиана, нащупывавшая путь своей неизменной белой тросточкой, еще
держалась, но уже тяжело дышала. Еще бы, - каково ей было идти там, где и зрячий-то
запросто сковырнется.
А с Фиско было еще хуже, - карлик с трудом семенил на своих кривых ножках, все
чаще и чаще спотыкаясь и падая. Несколько раз он уже скатывался по каменистому
крошеву, обдирая одежду и руки, а напоследок ухитрился въехать в какую-то узкую
каверну, где и застрял, вопя от страха, - шустрику отчетливо казалось, что чья-то холодная
рука щупает его зад. Пока я вытаскивал несчастного паникера - прошло еще полчаса. А
траурное солнце неумолимо клонилось все ниже и ниже, и где-то на середине пути я
понял - до заката нам не успеть.
- Привал, - объявил я, приведя измученных путников в длинную тень одного из черных
останцев. - Отдыхаем до заката, потом идем дальше. Освещение дороги и отстрел
встречных призраков возлагаются на госпожу архимагессу. Возражения есть?
- Призраков здесь нет, - выдохнула Беллиана, устало сползая по камню. - Странно,
такого не должно быть. Призрачные равнины - самое опасное место на пути к Святыне.
Раньше они здесь даже днем при плохой погоде слонялись. В начале - в горах, я еще
ощущала призрачное присутствие, но на равнинах их уже не было ни
одного.
- Будем надеяться, что это мы их напугали, - отшутился я, но спокойствия это не
придало.
- Или кто-то еще, - вякнул Фиско и осекся, когда я посмотрел на него исподлобья. -
Может быть, - те светящиеся чудовища?
- Может быть, - глухо ответила Беллиана, усаживаясь в медитативную позу и уходя в
транс. - Может и не быть.
Волшебница отключилась, третий и четвертый члены команды прикорнули рядышком
и вскоре дружно засопели, а мне отчего-то не спалось, но и заняться тоже было нечем.
Присев в тени, я в который уже раз начал разглядывать Серебристую Луну - такой
необычный предмет просто-таки напрашивался на детальное рассмотрение.
В результате по ходу тщательного изучения священного меча я обнаружил в нем еще
три странности. На внутренней стороне полой рукояти обнаружилась тонкая, едва
заметная резьба - это говорило о том, что баланс у меча, безусловно, когда-то был. Но что
он мог из себя представлять, и какую силу обретал собранный воедино меч, - я мог только
догадываться. Что, если он окончательно раздваивался?
Да-да, в это трудно поверить, но и без того тонкий лунный клинок состоял из двух
плотно притянутых друг к другу частей, просвет между которыми даже не был заметен
невооруженным глазом. О его наличии я догадался по косвенным признакам, а именно -
по пыльному следу, который оставался после разреза камней и по странному поведению
капли воды, которая упорно не хотела стекать на нижнюю грань лезвия. Сразу возникала
мысль о желобке кровостока на обычных клинках, - может быть, здесь имеет место своего
рода энергосток? Или энергосток - это та дырка на перекрестье эфеса, сквозь которую
ничего не видно. С какой стороны ни глянь, создается ощущение, что смотришь в
замочную скважину, другая сторона которой находится невообразимо далеко от тебя.
Все это, конечно, было занимательно, покуда я, известный любитель опытов, не сунул
в означенную дырку мизинец. Нет, никто его не откусил и никуда он не пропал, - он
просто там застрял. Наглухо. И все попытки по смачиванию ни к чему не привели - через
пару часов палец начал неметь и опухать. Тут я уже встревожился не на шутку и растолкал
Беллиану.
- Что я могу здесь сказать, - с ухмылкой произнесла волшебница, осмотрев мою "беду".
- Ситуация тяжелая, требуется ампутация.
- Мне сейчас не до шуток - помоги палец вытащить! - обиженно возмутился я.
- А я и не шучу, - на моей памяти еще ни один идиот не додумывался совать пальцы в
ось пространственного маяка.
- Какой маяк, какая еще ось, - у меня палец в дырке застрял!!!
- Зато в какой дырке! Считай, что полпальца ты уже лишился.
- Ты что, не видишь, вот же он - с другой стороны торчит, вполне целый! Ах, разрази
меня Небеса, вот оно что, - ты же по-другому видишь. По правильному... Т-тогда что же
мне делать!?
- Если будешь и дальше тянуть с операцией - твою энергетическую оболочку затянет
туда целиком, - заявила магесса очень серьезно. - Успокойся, палец останется прежним,
но чувствовать ты его уже не сможешь.
- Чтоб ты ржой покрылась, проклятая железка! Режь!
Сжав зубы, я закрыл глаза, надеясь, что процедура не будет больнее вырывания
больного зуба, но почувствовал лишь облегчение, когда меч отпал. А когда я осторожно
взял его за рукоять, то с удивлением почувствовал, что ощущаю... себя!? В грубом
сравнении поясню: волосы воспринимаются и чувствуются, как неотъемлемая часть
своего тела, при том, что отрезать их можно совершенно безболезненно. Так вот, -
представьте, что этот клок волос вы можете возвращать на их былое место по своему
усмотрению. Это было невозможно, но это было так.
- И как оно? - с легкой улыбкой поинтересовалась Беллиана. - Теперь почувствовал,
как душа соединяется с остальным миром? Со мной было то же самое, только сразу и
целиком.
- Ты хочешь сказать, что и я теперь...
- О, нет, на физическое бессмертие не рассчитывай, - для этого нужно быть
оператором энергии. А чтобы быть оператором - нужен врожденный талант и усердие в
обучении. Я имею в виду то, что ты, слившись с маяком и впаявшись в пространственновременной
поток, теперь и сам стал неизменным ориентиром в спорадическом хаосе
всего сущего.
- Да. Как интересно. А теперь скажи, пожалуйста, простыми словами.
- Попросту говоря, к тебе потянутся людские души. Сами того не осознавая, люди
будут видеть в тебе островок стабильности в меняющемся мире и источник света в
серости будней. А оправдаешь ли ты их ожидания, или нет, - это зависит только от тебя...
- А что все-таки у вас случилось? - влез в разговор Фиско, проснувшийся от моих
воплей, но так и не понявший, какая оказия приключилась со мной. - Кому чего отрезали
и припаяли?
- Палец у меня отрезали, - проворчал я, потирая освобожденный мизинец (сразу скажу,
что в дальнейшем половина его так и оставалась онемевшей). - И к мечу припаяли, да так
ладно, что я через него и сам заделался эдаким фонариком для всех бабочек и комаров в
округе. Тебя, небось, тоже ко мне тянет?
- Честно сказать? - умильно расплылся карлик, и от его залоснившихся глазок меня
всего перекосило. - Честно-честно?
- Потом скажешь, - поспешно ответил я. - Солнце уже село, пора идти дальше.
При слове "идти" карлик сразу поник, но возражать не стал - ночевать на равнине ему
тем более не хотелось. И мы продолжили наш путь. Уже стемнело, и Беллиана зажгла
свою световую ленту. Но, не пройдя и сотни шагов, волшебница резким движением
погасила ее, остановилась и замерла, пристально уставившись на восток.
- Что там? Я ничего не вижу, - только туман из низин наползает, - тихо спросил я, но
магесса не ответила. - Или это что-то призрачное?
Какое-то время магесса стояла, недоуменно покачивая головой. Я тоже вгляделся в
сумрачную серость и ничего примечательного не заметил, но на душе отчего-то стало
очень неуютно. Возможно, так животные чувствуют приближение беды.
Внезапно в руке волшебницы проявился посох, - две искрящихся хвостатых ракеты
ушли высоко в небо и, описав дугу, погасли далеко от нас, даже не долетев до земли.
- Нет, только не это! - воскликнула Беллиана сдавленным и дрожащим голосом. - От
этого нам не убежать и не спастись! Вверх! На скалу!
Впервые за все время нашего совместного пребывания я почувствовал испуг в ее
голосе, и оттого мне стало страшно по-настоящему. Я опрометью метнулся к черневшему
позади нас останцу, метнул крюк на край скального выступа и лихо туда вскарабкался,
даже и не думая о том, что в любую секунду могу сорваться. Оттуда я кинул веревку
Фиско - вдвоем с ним мы подняли наши мешки, а потом и магессу с ее хвостатым
напарником.
Произведя такую нелегкую работу, я присел было отдышаться, но Беллиана, едва
глянув на восток, взвизгнула в непритворном ужасе:
- Выше! Еще выше, - иначе мы все погибнем! И быстрее, - оно уже надвигается!
Что же там надвигается? Поднимаясь на вторую ступень останца, я изо всех сил
пытался не смотреть вниз, зная, каковы будут последствия. Но когда я все-таки добрался
до следующей площадки и скинул веревку для шустрика, то невольно опустил глаза. Меня
тут же повело - перед глазами все поплыло и так перехватило дыхание, что пришлось
отойти в сторонку и отдышаться. Как не вовремя случился этот приступ высотобоязни...
Поднявшийся Фиско сразу все сообразил и без лишних слов в одиночку принялся
затаскивать мешки и подгонявшую его волшебницу. Последнюю мы поднимали уже
вдвоем, поскольку маленький коротышка просто физически не мог вытянуть такую
тяжесть в одиночку.
Вот вроде бы и все... Но, едва поднявшись, Беллиана вперилась вниз, даже не удостоив
взглядом двух замученных, истекающих соленым потом бурлаков. Постояв так и что-то
прикинув в уме, она заявила уже более спокойно, но не менее уверенно:
- Нам надо подняться еще выше! И не прекословьте мне, если хотите дожить до
рассвета!
Выше, так выше, но только как!? Выше была только вершина, вздымающаяся над нами
неприступной черной башней. Добросить крюк до ее верха было совершенно невозможно,
а скалолазный способ отпадал сам собой из-за его медлительности.
Оставалось только одно - кому-то надо было вскарабкаться по почти отвесной скале
локтей эдак на сотню, закрепиться костылями и уже оттуда попытаться забро
...Закладка в соц.сетях
