Жанр: Фантастика
Путь для героя 2. Именем света
...ивая что-то на своем
ужасном лающем языке и знаками показывая подойти к рогатке на мосту. А зачем? Этот
лентяй мог и не утруждаться так, преспокойно дожидаясь нас в тени.
Не добившись своего, пограничник перелез через барьер и быстро пошел к нам, держа
руку на эфесе меча, в его голосе появились недовольно-угрожающие нотки, - теперь он
явно приказывал нам идти на ту сторону границы.
А я отметил еще одну странность, бросающуюся в глаза любому, кто прошел
армейскую школу: боец был явно не из молодых, но его форма была заправлена по уставу,
поясной ремень плотно облегал то место, где полагается быть талии, кольчуга не имела
выпавших колец, а ремешок шлема-бахтерца был плотно застегнут под подбородком.
Старослужащий - он и в данийской армии старослужащий, а этот... Этот - не настоящий
солдат, а какая-то ряженая подстава. Но почему же его сапоги выглядят начищенными до
блеска, хотя вокруг - пылища страшенная?!
Множество мелких неувязок рождает одну большую несуразицу. Этот круглолицый
увалень не только не был солдатом, он и человеком-то вряд ли был. Я сразу вспомнил
древнехиггийские песчаные фантомы. Вероятно, с тех пор магия сделала большой шаг
вперед и научилась создавать точные человеческие образы. Но вряд ли принцип их
развенчания изменился за тысячу лет. Главное - ни на секунду не усомниться в
нереальности иллюзии, а стало быть...
Стало быть, всемирно известный расследователь Мельвалиен Райен, он же воитель
армии Света, носитель клинка Вознесения, самый что ни на есть Распоследний Рыцарь и
все такое прочее, - плевать хотел на вашу изощренную волшбу, мастера кудесники!
Причем, в самом прямом смысле слова. Я набрал в рот побольше слюны, и когда
солдат подошел на расстояние плевка, - смачно харкнул прямо в его широкую узкоглазую
харю. Эффект оказался потрясающим - мой могучий плевок угодил стражнику точно
промеж глаз, но при этом он насквозь прошиб его лоб и вылетел из затылка, оставив в
голове аккуратное отверстие. Пораженный боец скосил безмерно удивленные глаза к
продырявленной переносице и... с плеском осел, вмиг превратившись в грязную лужу.
- Что это было? - недоуменно спросила Беллиана. - Кто-то пролил воду?
- Да так, - тут один жидкокостный... по мосту растекся, - смотря вдаль и теряя дар речи
от происходящего, ответил я.
Воздух за мостом колыхнулся и прямо у меня на глазах разошелся, словно гигантский
занавес. Сам пост остался там же, где и был, но вся его охрана, включая и дремлющего
пса, и даже его будку, словно растворилась в воздухе, а на дотоле пустой дороге
проявилось больше сотни солдат в сине-желтой чессинской форме, выстроившихся в
боевой порядок и сжимающих в руках опущенные пики и заряженные арбалеты.
Перед ними маячили несколько невзрачных фигур в серых, отливающих металлом
клобуках, скрывающих лица, а впереди всех стоял высокий и осанистый старец с
длиннющей белой бородой, облаченный в мантию, переливающуюся отблесками
множества оттенков - от насыщенно голубого до лоснящегося вороного. Его рука держала
нечто, предположительно являющееся магическим посохом, хотя посохом это можно
было назвать с очень большой натяжкой. Жезл представлял собой обрезанный кусок
водяной струи сильного напора, бьющий из глотки какой-то дивной рыбины, являющей
собой огромную разверстую зубатую пасть, без всяческих ненужных промежутков
переходящую сразу в хвост. Похоже, что это и был тот самый сырой колдун, коего
недобрым словом поминали данийские пираты.
- Давно не виделись, госпожа Огненная! - хрипло и вызывающе крикнул старик. - В это
нелегкое время вы так нужны Коалиции. И отчего же вы нынче не на нашей стороне?
Зачем вы спутались с нашими противниками? И почему вы мне не отвечаете? - ваше
молчание лишь подтверждает вашу измену. Но мы не забыли ваши заслуги перед
Коалицией, и, в конце концов, каждый имеет право на ошибку - главное в том, чтобы
вовремя осознать свою неправоту. Леди Беллиана, вам простят все ваши прегрешения,
если вы сейчас же перейдете на нашу сторону. Я жду вашего мудрого и дальновидного
решения, но не заставляйте меня ждать долго.
- Интересно, из какого заплесневелого чулана его вытащили? - тихо спросил я
волшебницу, внимательно слушавшую напыщенную речь, но сообразил, что она-то сейчас
там ничего не видит. - На том берегу ошивается толпа народа, а впереди всех какое-то
бородатое пугало в синем кафтане руками машет, точно ворон на поле отгоняет. Тебе,
случайно, не знаком его голос?
- Очень даже знаком. Это - архимаг Аржаса Ардон Водный - правая рука Эргрота и
самый сильный маг нового поколения, - вздохнула Беллиана, нервно перебирая пальцами
складки одежды. - Считает себя честным дворянином, но на самом деле он очень
коварный и опасный заклинатель. Не хотелось бы с ним повстречаться на поле боя, но...
- Видимо, я уже не дождусь правильного ответа, - прокашлявшись, заявил седовласый
чародей. - Леди Беллиана, вы объявлены врагом Коалиции. Я не имею полномочий
преследовать вас на чессинской земле, однако, если вы попытаетесь пересечь данийскую
границу, - я буду вынужден вас уничтожить. Но, поскольку я - истинный дворянин, то все
решится в честном порядке. Я вызываю вас на магический поединок. Передо мной - мой
барьер, а ваш стоит на мосту. Правила просты: кто отступил от барьера, - тот проиграл и
обязан уйти с пути победителя.
- Не играйте с огнем, господин архимерзавец, - я знаю, что вы, равно как и любой
другой представитель школы Воды, не способны установить огненную защиту, -
вызывающе крикнула Беллиана, и на кончиках ее пальцев замерцали язычки пламени. - А
я не обременена глупыми аристократическими правилами и буду сражаться так, как сочту
нужным. Пусть я вас и не вижу, но это не помешает мне сжечь вас прямо сейчас!
- Неужели вы поднимете руку на своих земляков? - приторно засмеялся старик, обводя
руками ряды солдат. - За моей спиной стоят две сотни чессинцев - это и есть мой самый
надежный щит против ваших массовых атак. А уж с элементарными-то я как-нибудь сам
справлюсь. Госпожа архимагесса, вам не к лицу отказываться от поединка. Пожалуйте к
барьеру!
Беллиана сделала неуверенный шаг вперед, но я задержал ее.
- И думать забудь! Сейчас мы играем на его поле, и все обстоятельства - против нас.
Лучше потерять лицо, чем голову.
Волшебница промолчала, но огонь на ее пальцах потух.
- Обидно. Я еще никогда не уклонялась от сражения, - грустно вздохнула Беллиана, но
в ее голосе явственно чувствовалось облегчение. - Теперь меня сочтут трусливой.
- Надо же, - пламенная повелительница не приняла мой вызов! - огорченноиздевательски
воскликнул Ардон. - В таком случае вам предстоит сразиться со своими же
соотечественниками. Вперед, солдаты, - убейте изменницу!
- Мой народ никогда не поднимет меч на свою волшебницу! - закричала Беллиана,
вскидывая руку, тотчас запылавшую, словно факел. - Конечно, вы можете заставить их под
угрозой смерти...
- Вы думаете, - они вас уважают? - прервав ее, возмущенно завопил Ардон. - Какое
слепое заблуждение, - они вас люто ненавидят! И я тут совершенно не при чем, - третьего
дня вы по наущению врагов Коалиции сожгли стольный Гелленополис, и теперь каждый
добропорядочный чессинец будет хвататься за топор уже при одном только упоминании
вашего имени. Вы - изгой собственного народа, госпожа магесса! Вы отверженная и
презираемая всеми и каждым!
- Это абсолютная ложь! - отчаянно воскликнула Беллиана. - Я не сжигала нашу
столицу! Отчего вы верите лживым наветам чужеземца, а мои правдивые слова пропадают
втуне!? Люди, за что же вы меня так ненавидите!? Я исцеляла ваши раны, я лечила ваших
детей, я принимала роды у ваших жен! Неужели вы в одночасье забыли все то добро, что я
делала для вас и нашей страны? Люди, скажите хоть что-нибудь!
А люди в сине-желтых туниках хранили молчание. Некоторые из них опускали головы,
некоторые - отворачивались, но ни один не сказал ни слова. Однако и в бой никто не
рвался, - это говорило о том, что аржасскому архимагу чессинцы тоже не очень-то верят.
- Им нечего сказать, - ненависть сдавила их горло и сковала их сердца, - прервал
затянувшееся молчание Ардон. - Даже ваши огненные соратники отвернулись от вас и
сохранили верность Коалиции.
- Ты снова лжешь! - возмущенно воскликнула Беллиана. - Этого не может быть
никогда! Они трижды умрут, но не предадут меня!
- Но это уже случилось, - рассмеялся Ардон. - И сейчас рядом со мной находится один
из них. Лануар, выйди и покажись своей бывшей властительнице.
- Лануар? Нет, - кто угодно, но только не он... - всхлипнула волшебница. - Это... это
мой...
Сквозь молчаливые нестройные ряды солдат протолкался веснушчатый молодой
человек среднего роста, с ярко-рыжей кудрявой шевелюрой, в красной накидке, расшитой
в те же огненно-золотые тона, что и платье Беллианы.
- Это - неправда! Ардон захватил меня обманом! - пронзительно закричал Лануар,
срывая голос. - Не верь им, не верь ни единому слову! Они устроили западню! Скорее
уходи отсюда!
- Конечно, вы можете уйти, - равнодушно развел руками Ардон. - Но тогда пострадает
ваш ученик и мой заложник, - я сделаю ему такую роскошную клизму, что ваш мальчик
попросту лопнет от переполняющих его чувств. Думаю, что теперь вы не откажетесь от
сражения. К барьеру, леди Беллиана!
Побледневшая волшебница бегом устремилась на мост, в обеих ее руках засверкали,
словно огненные клинки, длинные языки пламени. И я бы не успел ее перехватить, если
бы не видящая ничего вокруг себя волшебница не споткнулась на неровном бревенчатом
накате. Я схватил ее сзади за плечи, но, пронзительно закричав, она вывернулась, и
пылающие ладони с размаха ударили меня в грудь, рассыпая огненный фейерверк.
Хорошо еще, что я временно огнеупорный, а так бы подрумянились мои ребрышки, как у
бычка на кухонной жаровне. Беллиана крепко стиснутая моими объятиями, забилась изо
всех сил, колотя меня своими маленькими кулачками, но вскоре затихла и лишь изредка
всхлипывала, уткнувшись носом в мой воротник.
- Вот и наступил день моего триумфа, - едко усмехнулся прищурившийся Ардон,
внимательно наблюдавший за нашими прыжками и ухватками. - Сегодня я сделал то, что
не удавалось никому и никогда - сломил волю великой и непобедимой архимагессы,
победив ее без единого удара. Наконец-то мы увидели в ней то, что естественно для
женщины, но совершенно неприемлемо для волшебницы - простые человеческие слезы,
как зримое воплощение обиды и отчаяния. Я даже и предположить не мог, что
знаменитая повелительница огня на поверку окажется такой безвольной истеричкой.
- Не смей так о ней говорить! - яростно крикнул Лануар,
метавшийся между шипастой преградой и торжествующим чародеем. - Бесчувственный
истукан, ты даже представить не можешь, сколько людского горя она пропустила через
свое сердце!
- Так иди и утешь ее, - возмущенно фыркнул Ардон, скрестив руки на груди. - Иди-иди,
пока тот ушлый оборванец тебя не опередил.
- Ты... отпускаешь меня?
- Величайшее достоинство победителя - проявление милости к побежденному! Я с
подобными тебе слабаками не только не воюю, но и вообще не желаю общаться, так что
сейчас же убирайся с глаз моих прочь. И впредь не вздумайте даже сунуться на данийскую
землю! Эй, слезноглазая, можешь расцеловать своего чувственного любимчика!
Лануар перелез через барьер и осторожно пошел в нашу сторону, косясь через плечо и
ежесекундно ожидая удара в спину. Но аржасский архимаг молча повернулся и,
неотступно сопровождаемый своей металлической свитой, быстро пошел прочь от моста.
Солдаты, уже опустившие пики и разряжавшие арбалеты, поспешно расступались перед
колдунами, сминая строй, спотыкаясь, толкая друг друга и пытаясь отдалиться от
чародейской клики как можно дальше.
И тогда Лануар издал какой-то нечленораздельный, утробный крик и побежал через
мост, а Беллиана рванулась навстречу ему. Но только рванулась, и не более того. Что
заставило меня удержать ее? Как она трепетала в моих руках, ах, как она умоляла
отпустить меня...
Что-что? Это я-то - жесткий и черствый!? Выбирайте выражения, господа и дамы, - не
хлебный каравай оцениваете! По роду моей вынюхивательской профессии иногда
приходится быть грубым и прямолинейным, иногда - галантным и обходительным, но
всегда - осторожным и подозрительным. Ни за что не поверю в великодушие негодяя, -
когда такое бывало, чтобы заложников отпускали за просто так. Ну не может не быть
здесь подвоха...
Лануар уже перелезал через второй барьер, когда река вокруг моста забурлила, и из
воды показались конусовидные столбики льда, напоминающие клыки крокодила
невероятных размеров. Вот она - ловушка. Не зря водяной маг так настойчиво приглашал
Беллиану в центр моста...
- Беги сюда! Беги!!! - заорал я Лануару, некстати зацепившемуся полой накидки за
острые железные шипы барьера.
Молодой маг, увидев исполинские челюсти, стремительно поднимающиеся из воды,
отчаянно рванулся, раздирая зацепившуюся ткань, но державшие ее шипы вдруг
зашевелились, изогнулись крючьями и вцепились в Лануара, прижав его к рогатке так
плотно, что он больше не смог пошевелиться.
- Прощай, мама! - успел воскликнуть он, прежде чем чудовищная ледяная пасть
сомкнулась, сокрушив толстые бревна, словно щепки, и, поглотив полмоста, исчезла в
черной глубине речного омута. Поверхность воды вновь успокоилась, и наступила
тишина. Полнейшая тишина. Словно бы и не случилось ничего...
- Возвращаемся в город, - прошептал я, глядя на замершую Беллиану. - Мы должны
уйти отсюда.
Бесполезно. Сраженная горем, она меня не слышала и не понимала. Что же мне теперь
делать? Как вернуть человеку утерянное сознание?
С тракта за нашей спиной донесся протяжный визг, и сразу же на крутогор вылетел
всадник в высокой рыжей шапке с красным околышем. Завидев нас, он, не сбавляя хода,
бросился прямо на поехавший под конскими копытами склон, продолжая все так же
истошно орать.
"Кто бы это ни был, он явно не с мирными намерениями", - грустно подумал я, взводя
арбалет.
Но, внимательно присмотревшись, я опустил уже наведенное оружие. К нам, нещадно
охлестывая коня ножнами кинжала, мчался Фиско, а на его плечах "шапкой" восседал
возбужденный Лоран, который верещал во всю глотку и размахивал своим красным
платочком, отчего смахивал на бывалого матроса-сигнальщика. Как только наш
отставший арьергард воссоединился с основными силами, волосатый крикун немедленно
перескочил на свое законное место - в капюшон плаща Беллианы, использовав в качестве
промежуточных трамплинов два конских крупа и мою голову.
- Что здесь случилось? Кто развалил мост, и почему вы еще тут? - закричал было
разгоряченный шустрик, но умолк, заметив нестройные ряды чессинских солдат,
втягивающиеся в зеленую гущу.
- А что случилось в городе?- задал я встречный вопрос. - Где Родер и от кого ты так
резво удираешь?
- Нету больше Родера, - контрразведчики разгромили бордель и дядюшку... на воротах...
повесили, - жалобно, по-детски захныкал Фиско. - Да, я трус, - я спрятался в сарае и
потом под видом агента сбежал из города. А там та-акой ужас творится. Беженцы из
Гелленополиса грабят дома тех горожан, что не могут дословно повторить черное
послание. Городская когорта отстреливает иноземцев, контрразведчики убивают людей
прямо на улицах и сжигают дома тех, кого подозревают в измене, а подозревают они таки
всех подряд. Чессиния объявила войну солнцепоклонникам, чессинская армия во главе с
Великим Князем направляется на север, на решающую битву с армией Света. Через
южные ворота в Турфис уже входят военные колонны, а их сопровождает все Южное
отделение в полном составе, - я особого агента Удавку видел, как вас сейчас. Это его
люди преследуют меня. А другого моста через реку нет? О-ой, мы таки пропа-али... -
заныл вдвое сильнее прежнего карлик, взглянув на недвижимую волшебницу и на мое
помрачневшее лицо.
- Выше по течению Турфы, в полутора днях пути, есть брод, - безжизненно вымолвила
очнувшаяся Беллиана. - В свете происходящего, вряд ли его оставили без внимания...
Но раздумывать нам уже было некогда, - преследователи Фиско были уже близко,
очень близко. Загонщики действовали умело и слаженно - два небольших отряда уже
вышли к речному берегу слева и справа, рассыпавшись цепью и отрезав нам пути к
отступлению. А со стороны города уже раздавался топот множества коней - это
приближались основные силы Контрразведки. С каждой секундой наше положение
становилось все более и более беспомощным. Черная паутинная петля неумолимо
сжималась, и нам оставалось только одно - идти на прорыв...
- Они же нас расстреляют в мгновение ока! - плаксиво взвыл Фиско, возводя очи горе и
трагично заламывая руки, а я с большим усилием сдержался, чтобы не присоединиться к
нему. - Ваша прекрасная милость, сделайте хоть что-нибудь! Умоляю, вытащите нас
отсюда побыстрее, - ведь вы же умеете...
- Побыстрее? - с явным сомнением в голосе переспросила волшебница. - Что ж, воля
ваша. Мне теперь все равно, а вы потом не жалуйтесь. Возьмите лошадей в поводу и
прикройте им глаза - им этого видеть не нужно.
С этими словами Беллиана провела пальцем по воздуху, изображая круг, и перед нами
прямо в воздухе зажглось широкое кольцо тусклого багрово-голубоватого огня. Нижний
край кольца исчезал в дороге, а блеклые и маслянистые языки пламени, в изобилии
исторгаемые пылающим ободом, плавно стекали внутрь его, образуя мерцающий и
колыхающийся проход.
Насколько я знаю, эти огненные ворота предполагают перемещение в пространстве
или, говоря по научному, - "телепортацию". Тогда что ж мы раньше-то дорожные версты
верхами, да пехом меряли? А тут раз, - и ты уже на другом краю земли, в другой стране, в
другом городе. Легко и удобно.
Однако что-то уж слишком быстро соорудила волшебный портал Беллиана, - я хоть по
части магии и дуб дубом, а сообразил, что, несмотря на всю эффектность, сотворенное
заклинание - достаточно простое, а по-ихнему, колдовскому, - элементарное, то бишь
доступное каждому первому мало-мальски способному чародею. А они, знаете ли, разные
бывают: хорошие, не очень хорошие и очень нехорошие, причем последние по части
злоупотребления своим талантом заткнут за пояс любого и каждого.
Вследствие этого на ум приходит старая воровская поговорка: "Хлеб и глотки режет
один и тот же нож". Представьте себе: темной ночью, в то время как вы преспокойно
спите в своей кроватке, у вас в спальне возникает вот такое горящее кольцо. Из него
вылезает дружная компания в остроконечных колпаках и черных масках, пеленает вас и
прочих домочадцев вашими же простынями до состояния окуклившихся бабочек, после
чего, уже не таясь, изымает денежки из вашего сейфа, столовое серебро из вашего
посудного шкафа и ваши любимые соленые огурцы из вашей кладовки. Затем отягощенная
уже не вашим добром колдовская шайка благополучно линяет обратно в кольцо, оставляя
на стене корявую надпись: "Спасибо за ваше добро!".
Вот такая мрачная перспектива нарисовалась. Впрочем, для сотворения заклинания
перемещения, помимо собственно воли колдуна, необходимы разные сопутствующие
обстоятельства, начиная от благоприятного расположения звезд и светил, и кончая
насыщенностью газа, испускаемого заклинателем от натужного усердия. Мне однажды
приходилось расследовать преступление, в котором жулики проникали в запертое
помещение с помощью заклинания, промораживающего путь сквозь пространство.
Воспоминания были малоприятные - я, оказавшись внутри такого вот прохода, чуть в
сосульку не превратился. Правда, сейчас нам не грозит возможность поджариться, но все
равно лезть в горящую дыру мне не очень хочется.
Тем временем пространственный коридор сформировался окончательно, но его конец
по-прежнему невозможно было разглядеть, - в нескольких десятках шагов от края стенки
сливались воедино. А на песчаный обрыв, круто нависавший над нами, уже вылетели
первые всадники в черном, и тут же по ушам резанул яростно-торжествующий крик,
вырвавшийся одновременно из нескольких десятков глоток, - это заметили нас.
- Следуйте за мной, не прикасайтесь к огню, не останавливайтесь и ни в коем случае
не оглядывайтесь, - сказала волшебница и первой вступила на узкую полоску земли,
насквозь пронзавшую огненное сияние. Ее фигура тотчас приобрела зыбкие, размазанные
очертания, - словно неведомый живописец, измученный творческой хандрой и жестоким
похмельем, в безумном порыве душевной страсти выплеснул на свое свеженамалеванное
полотно ведро воды.
Нестройные вопли и выкрики, доносившиеся с обрыва, перекрыла и оборвала четкая и
недвусмысленная команда: "Стрелки, на взвод! Огонь на поражение без команды!".
Та-ак... Все страхи побоку и скорее внутрь, - покуда меткие стрелки из Контрразведки
не превратили меня в ежика. Но вслед за волшебницей в горящее кольцо, начхав на
неписаный закон отступления, гласящий о том, что начальству положено смываться
первым, рванулся прохвост Фиско, таща за собой свою упирающуюся кобылу. Моя сивкабурка
тоже учуяла неладное, нервно задергалась, попыталась скинуть с головы мою
куртку, но за неимением рук не смогла; после чего строптивая скотина была заволочена
мною в огненный окол за мгновение до того, как наверху щелкнули тросы первых
разряженных арбалетов. Однако сквозь стены портала внутрь не залетела ни одна стрела,
- мы уже были в пламенеющем нигде и шли в переливающееся никуда, насквозь пронзая
время и пространство.
Коридор лоснящегося пламени оказался не очень длинным и закончился настолько
неожиданно, что я даже не успел заметить, как вышел из него. Просто в какой-то миг я
осознал, что иду уже не в малиново-голубеющих сводах, а под самым обыкновенным
небом, а под ногами у меня - не странная землеобразная чернота, а простая степная трава,
высушенная жгучими лучами июльского полуденного солнца.
Мы стояли на высоком многоглавом кургане, заросшем пожухшей, но еще не полегшей
высокой степной травой-ковылем, из которой одиноко торчал покосившийся и потертый
временем каменный идол, - несусветное творение первобытного камнереза,
попытавшегося соединить в одном образе человека, суслика и ручную пилу. Получилось
не очень. Совсем не очень. Был бы я заказчиком, - этот "шедевр свободного искусства"
немедленно превратился бы в надгробный памятник для ваятеля-криворучки. На макушке
идола тускло мерцал маленький белый шарик. Что бы это ни было - это мне не нравится...
- Это мой пространственный маячок - по нему я и ориентировалась, создавая коридор,
- пояснила Беллиана, почувствовавшая мое настороженное состояние. - Вообще-то ты не
должен был его увидеть. Наверное, на твоем восприятии сказался переход.
Не спорю, было занятно путешествовать сквозь пространство, но пора определиться,
куда же привел нас короткий путь. Судя по характеру местности, мы все еще в Чессинии -
вокруг холма, волнуемое порывистым ветром, колыхалось необъятное желтое море. На
юге оно простиралось, сколько хватало глаз, а на закате, у самого горизонта, за степью
тускло поблескивала водная гладь Большой Ауры. На севере и на востоке степь бугрилась
верблюжьими горбами многочисленных холмов, за которыми возвышались зеленеющие
лесами и накрытые туманной пеленой предгорья, а еще выше, словно вырастая из
безбрежного облачного океана, сплошным белым частоколом вздымались заснеженные
пики.
- Брод на северо-востоке, в часе пути отсюда, - сообщила волшебница, "смотря" при
этом совсем в противоположную сторону. - Проблема в том, что сотворить новое
заклинание Прожигателя Пространства невозможно, пока действует старое. И я не могу
сказать, успеем ли мы покинуть это место до того, как нас обнаружат...
- Вот так всегда с магией - условия и ограничения сплошь и рядом, - устало вздохнул я,
взлетая (а, точнее, вползая) в седло. - В таком случае обойдемся без колдовства. Даже
если не особенно торопиться, к вечеру мы уже затеряемся в дебрях предгорных рощ на
данийском берегу, а там Контрразведка нас не найдет, разве только с помощью Бледных
Теней... Фиско, у местных агентов есть на вооружении эти твари? И вообще, расскажи
мне о них: что это за создания, кто их сотворил и кому они подчиняются?
- Не знаю, ничего не знаю, - пробурчал как-то сразу посерьезневший шустрик,
неотступно следовавший за мной. - Могу лишь сказать, что к каждому из главных агентов
было приставлено по одной, чтобы стать его тенью в буквальном смысле. Про Северный
отдел я почти ничего не знаю, про уничтожение Тени главы Среднеземного отдела - уже
рассказывал, а Тень Чарнока пропала без вести...
- Она была обезглавлена вот этим самым клинком, - похлопал я по рукояти
Серебристой Луны, преисполнившись незаслуженной гордости. - Ничто и никто против
него не устоит.
- Да? - скептически хмыкнул Фиско, с заметной долей сомнения посматривая на меч
Вознесения. - Что ж, может быть. Тень не является совершенно неуязвимой, ее
преимущества - в скорости и ловкости, недоступных для обычного человека. Поэтому, при
всем моем глубочайшем уважении к вам, я таки не верю, что решающий удар нанесли
именно вы.
- Я этого и не утверждал... - начал было оправдываться я, но еще не оформившаяся
мысль вылетела у меня из головы, выбитая осознанием того, что, проехав уже пару минут,
мы по-прежнему находимся на вершине все того же холма!
- Это... как же понимать? - повернулся я к Беллиане, которая, как я предполагал,
должна была ехать вослед.
Но волшебница не только не ехала, - она преспокойно сидела на травянистой кочке в
нескольких шагах позади меня, поджав ноги и устремив недвижимый взгляд, как всегда -
непонятно куда. Рядом с ней, на кочке поменьше, в такой же нехитрой позе устроился ее
хвостатый спутник. С некоторой натяжкой это можно было назвать коллективной
медитацией в полевых условиях, но я сильно сомневался в том, что наша обезьяна, равно
как и любая другая, способна общаться со всемирным разумом. Тем более в тот момент,
когда она явно собирается навалить кучку.
- Заклинание продолжает действовать, - спокойно пояснила Беллиана. - Принцип
Прожигателя Пространства очень прост: двигаясь с заданной скоростью, одно и то же
ра
...Закладка в соц.сетях
