Жанр: Фантастика
Путь для героя 2. Именем света
...бстоятельства таковыми, какие они есть... К сожалению, больше никого по эту
сторону нет - только мы с тобой остались... Мы - и он.
- Эх вы, мудрилы астральные, - обидно вздохнул я, устанавливая сигнальную ракету. -
Что бы помочь, подучить... Так ведь нет, - каждый норовит стрелку перевести. Нет,
господа хорошие, опоздали вы пальцы слюнявить, - запал зажжен и выстрел состоится.
Белая полоса светящейся дугой пронзила бездонную небесную голубизну. Сигнал к
наступлению подан, теперь назад пути нет.
- Пойдемте, господа. Когда армия выступает в поход, ее руководству надлежит быть в
авангарде, - патетично произнес я, взбираясь по прибрежному откосу. - Лорриниан, -
команда была для всех! Вы что, перед битвой забыли ноги помыть?
- Какие еще ноги? Здесь столько рыбы к берегу прибило... - восторженно восклицал
бард, сгребая глушенные тушки в мешок. - Сейчас, подождите...
- Оголодал наш голосистый петушок, - усмехнулся я. - Вон там, в затончике, самая
большая плавает - не иначе, белуга, чешуей так и блистает. Давно мечтал белугой
полакомиться, - знатная рыбка, царская. Жаль, у нас в горах они не водятся. Тащите ее
сюда, устроим шикарный завтрак с видом на долину.
Увы, поесть нежного белужьего мяса мне так и не довелось. Добравшись до
серебристого бревнышка, Лорриниан заорал, настойчиво призывая нас к воде.
Извлеченная общими усилиями из воды "белуга" в ближайшем рассмотрении оказалась
безжизненным телом в мокрой металлизированной одежде, щедро украшенной илом и
обрывками водорослей. Маг Металла? Кого-то он мне напоминает...
- Да-да, это тот самый любитель подводного плавания, из-за которого мы были
вынуждены лазать по горам, - освежила мою память Беллиана. - Данеуш, хитрый жукплавунец,
хватит прикидываться утопленником! Хоть ты и умеешь долго не дышать, но
меня-то все равно не проведешь. А ну, вставай, водолаз недоделанный! Если на счет "три"
не встанешь, - я тебя посчитаю настоящим покойником и кремирую на месте. Раз... Два...
- Зачем? - бесстрастным голосом живого мертвеца возразил "утопленник", скрестив
руки на груди. - Моя все равно не жить, - так хоть отдохнуть перед последний путь.
- Нет, только посмотрите, каков наглец! - возопил я, пнув недвижимого мага в плечо, -
правда, осторожно. - Разлегся тут, как крокодил на лежбище! Где это видано, чтобы
дознатчики стояли, а допрашиваемый отлеживался и расслаблялся? Нет, мы тебе не
только отдохнуть не дадим, но даже вздохнуть лишний раз, - пока ты нам не выложишь
все, что знаешь и даже то, что не знаешь.
- Бесполезно, - вяло произнес Данеуш, натужно улыбаясь блистающим рядом железных
зубов. - Ваша мочь допрашивать моя, ваша мочь пытать моя, ваша даже мочь терзать моя
душа, но все это - бес-по-лез-но. Оператор Металла мочь переносить любой боль.
- Увы, это так, - подтвердила Беллиана. - Их этому с детства учат - раскаленным
железом. Эргрот придумал.
Изувер, больше ничего не скажешь. Доберусь до мерзавца и это тоже ему в счет
поставлю. А с этим-то нам что делать? Так и так он нам ничего не сообщит, хотя,
печенкой чую, знает много. В плену его держать чрезвычайно опасно - одни Железные
Змеи чего стоят, и кто его знает, на что этот подводник еще способен? Тогда - в расход?
Ну, это всегда успеем, а вот если...
- А согласишься ли ты сотрудничать с нами, если мы тебя потом отпустим? - выразился
я неожиданно для архимагов, которые уже тихо спорили, решая, кому придется исполнять
презренную роль палача - сиречь, лекаря, обязанного облегчить страдания неизлечимо
больного пациента. Обоим моя идея не понравилась, зато сам "неизлечимо больной"
выказал легкую заинтересованность.
- Тогда моя металлический коллеги сделать с моя то же, что не сделать ваша. Так и так
- конец один.
- А если мы предложим тебе нечто, от чего ты не сможешь отказаться? - заявила
Беллиана, перекивнувшись с Кико.
- Например? - все так же безжизненно произнес лежачий маг.
- Должность архимага Данидана и Грандмага Южной Земли - в случае победы,
конечно.
Последовало долгое молчание. Полежав и посовещавшись взглядом с облаками,
Данеуш неторопливо поднялся и столь же неторопливо изрек:
- Моя согласен. Ваша теперь мочь требовать от моя все, что хотеть, за один
исключение: моя не согласен воевать против моя бывший соратник. Теперь моя
рассказать вам все, что знать. Но перед тем, как говорить, моя просить запечатлеть ваша
обещание.
В ответ Беллиана и Кико не сказали ничего, но Данеуш заметно ободрился. Очевидно,
ответ был дан в другом измерении - там, где понятие "ложь" не имеет значения.
Теперь наша очередь. Я задал магу Металла несколько наводящих вопросов, затем
последовали вопросы скрытые, а завершал дознание жесткий перекрестный допрос с
участием обоих архимагов.
Проверку на искренность Данеуш выдержал, но уж больно специфическими оказались
его сведения. Архимагов, безусловно, все сказанное очень заинтересовало, а вот я из его
околомагической тарабарщины мало что понял. Но суть ухватил - в Черном Отроге сейчас
находятся все маги школы Металла, также имеются маги растительные, водяные,
каменные и ледяные и, по слухам, из Чессинии еще должны были
прибыть около десятка огненных. Между прочим, последнее вызвало взрыв негодования
Беллианы, но ее быстро успокоили - потому как "должны" еще не значит "обязаны".
Численность магических сил Коалиции Данеуш сказать затруднился - одних только
знакомых ему мастеров там присутствовало десятка три. Общее же количество
чародейского сословия, в добровольно-принудительном порядке согнанного на
величайшую битву всех времен и народов, оказалось просто огромным - в маленьком
замке Эргрота на всех не хватало не то что комнат, но даже и подвалов, отчего
несчастные рядовые заклинатели спали вповалку в коридорах, да и то - по очереди.
А атмосфера в замке царила воистину ужасная: всюду витал удушающий смрад,
расползавшийся из лабораторий, в которых денно и нощно готовились чародейские
боеприпасы, отхожие места были переполнены, с едой постоянно случались перебои, а
Контрразведка в беспрестанном поиске вражеских лазутчиков шерстила всех подряд,
невзирая на звания и ученую степень, - кое-кто из уведенных людьми в черном назад уже
не вернулся.
Данеуш стоически терпел все это неделю. Но однажды ночью, после очередного
выяснения отношений с агентами, его ни за что ни про что несколько часов продержали в
сыром и затхлом подвале. Выйдя из кутузки, взбешенный маг проклянул всех и вся и
тотчас покинул замок, отпросившись в разведку у самого себя. Возвращаться он даже не
собирался и уже третий день блаженствовал на окруженной прибрежным тростником
песчаной банке недалеко от берега, прямо под носом у неприятеля, а питался раками,
устрицами и сырой рыбой. Во время ловли последней мы его и пристукнули.
Далее, Данеуш отвечал на дотошные расспросы архимагов насчет каких-то узловых
систем защит, принципов коллективной поддержки и выбора ирреальных чисел. Всю эту
заумь я пропустил мимо ушей, поскольку меня больше интересовали вполне реальные
категории. Такие, например, как численность, состав и боеспособность войск
противника.
Но здесь Данеуш оказался совершенно бесполезен, - выяснилось, что ему это было
просто "неинтересно". Впрочем, он подтвердил мои подозрения - армия Коалиции
расположилась за северным отрогом Багряной, и их было "много". Я слегка надавил, и
Данеуш согласно уточнил, что их было "очень много". На чем я и удовлетворился,
поскольку, если бы я и дальше настаивал, - он бы договорился до того, что их слишком
много, невероятно много, невозможно много. Какая, собственно, разница: много - оно и
есть много, и ни больше, ни меньше.
И последнее, что меня интересовало, - как поживают наши злодеи? Оказалось, оба там:
Эргрот возложил командование магическими силами Коалиции на архимага Ардона, а
сам безвылазно сидит в своей башне, сотворяя какое-то чрезвычайно опасное заклинание.
Бледную Поганку, то бишь Верховного контрразведчика, несколько раз видели на стене
верхнего двора - туда агенты не пускали никого, даже магов Металла, проверявших
замковую защиту. И это - неспроста...
А спроста у нас ничего не бывает. Так уж по жизни повелось.
Взобравшись на речной берег вторично, я разглядел на юге черную черту, медленно
движущуюся по тракту - армия Света выступила в свой последний марш-бросок на север.
Нам тоже пора. Я окликнул магов, чересчур увлекшихся допросом перебежчика.
- А с ним что делать? - кивнул я в сторону Данеуша. - С собой, что ли, тащить?
- Он еще не все нам рассказал, - возразила Беллиана, буквально таща за рукав
покорного мага-подводника. - Я склонна ему верить, но уж если ты так настаиваешь, - мы
возьмем его на поруки.
- Младший будет постоянно за ним присматривать, - уточнил Кико-старший.
В рукаве мальчишки тотчас блеснул тонкий острый кинжал, а в глазах, хоть юный маг
и старательно скрывал свои эмоции, все же промелькнула гордость от возложенной на
него миссии, довольно скоро сменившаяся на возмущение от возложенного на его спину
мокрого мешка с рыбой. Многомудрые наставники знали, как умерить гордыню у пылкой
молодежи.
А что касается мага-перебежчика, - конечно, я осознавал, что его присутствие в наших
рядах могло привести к серьезным неприятностям. Как и другие чародеи его уровня,
Данеуш непринужденно мог вести двойную и даже тройную игру, и при этом очень
правдоподобно изображать из себя наивную овечку.
Однако, будучи настоящим шпионом и участвуя в игре с такими ставками, да к тому же
зная, что мы совершенно обоснованно будем подозревать его, как лжеца и мухлежника, -
маг Металла немедленно и безоговорочно согласился бы на любые наши условия, даже
если бы при этом ему, во избежание малейших подозрений по отношению к своей
персоне, пришлось бы отправить в лучший мир добрую половину своих бывших
союзников. Напротив, вместо этого упертый патриот четверть часа готовил себе ореол
мученика. И если бы архимаги не придумали способ выудить из него сведения, - именно
такая участь ему и светила.
Этот вариант не проходит, размышляем дальше. Наемным убийцей железнозубый маг
также не являлся, - не тот профиль. У Данеуша вообще не было ни оружия, ни
заменяющих его наложенных, либо подготовленных заклинаний. Опять же, если бы у него
имелись хоть какие то враждебные намерения, то Беллиана его и близко бы ко мне не
подпустила - испепелила бы прямо на песочке.
Еще немного подумав, я отверг и мысль о том, что Данеуша подослали просто для того,
чтобы сообщить нам ложные сведения о противнике, - по сути дела, от водоплавающего
металлиста я так ничего и не узнал. А архимаги быстро бы раскусили подлог, - при
обсуждении высоких материй трудно ввести в заблуждение человека, более
осведомленного в затронутом вопросе, чем ты сам.
Посему, исходя из всего вышеперемысленного, я почти готов был поверить в
неприкрытую циничность мага-перебежчика. Почти - если бы не помнил, для чего все мы
здесь сегодня собрались. Чтобы переметнуться на другую сторону, по меньшей мере,
пойдя против воли богов, нужны очень веские основания, - скудного стола и загаженных
сортиров здесь явно недостаточно. Как может человек в одночасье попрать все, во что
верил и за что собирался умереть?
С этим вопросом я и обратился к Данеушу, когда мы уже подходили к ближним скалам
южного отрога Багряной. Ответ был не то чтобы неожиданным, но я был склонен ожидать
подобного ответа от самого себя, чем от кого бы то ни было еще:
- Молодой человек. Не обижаться, но вы есть профан в идеология и сильно
переоценивать влияние вера. Что есть вера? Добровольное самоограничение. Кто меня
призвать сюда? Черный Жрец в мой сон, - он сообщить для все люди божественный воля.
Боги хотеть сказать: если ты верить в боги, то умри за боги и не сметь думать, кому и
зачем это надо. Вам оно надо? А мне оно надо? Но нас никто не спрашивать. Боги не
хотеть видеть маленький человек - они хотеть видеть народ и... как это по-вашему...
чесать его под один гребенка. Но сказки про божественный рай, про посмертный
воздаяние, про абсолютный добро - пусть слушать темный крестьяне. Моя есть оператор
энергия и моя знать - все умершие превращаться в энергия, а энергия не бывать добрый
или злой. Потому неважно, какой ты есть живой. Хороший человек, плохой человек - все
иметь два ноги и все ходить по один путь...
- Но, тем не менее, вы готовы были умереть, - вернул я увлекшегося философа в
нужную канву.
- Мы все однажды умирать. Причем все равно, как - конец один. Моя не видеть интерес
в такой жизнь, поскольку все, что моя мочь иметь на этот уровень - моя уже получить. Но
моя не хотеть умирать, если есть возможность переходить на более высокий уровень. Моя
- рисковать. Как у вас говорить: "игра стоить свечи".
Вот как. Свет и Тьма, Добро и Зло - все эти идеи меркнут перед простым словом
"интерес". Данеушу интересно оказаться в шкуре Грандмага, мне интересно закончить
следствие. А ведь получается, что Данеуш слеплен из того же теста, что и я, только замес
этот насквозь пропитан эссенцией циничности. Ему неинтересны нужды людей, ему
скучна воля богов, даже собственная смерть воспринимается, как нечто преходящее. Он
ничего не боится, ни во что не верит и никого не любит - есть только интерес. Все
сущности и понятия меркнут перед собственным эго. Сохрани меня Небеса стать таким...
Подойдя к расположению сторожевого отряда, я обнаружил, что "штурмовая ротация"
уже выстроилась тремя шеренгами и ожидает моего приказа. Как и положено по уставу,
на правом фланге стояла командная группа - пара кругленьких краснощеких капитанов и
дылда-знаменосец с удивительным знаменем - белой простыней с забавной надписью
"Передовые Светоносцы Района". Не Райена, заметьте. Да, собственно, какая мне
разница, - хоть козликом называйте, только рога не надо наставлять.
Пройдясь вдоль строя, я более-менее был удовлетворен увиденным: форма вычищена,
амуниция подтянута, бляшки начищены, морды выбриты, глазенки... почти трезвые -
сойдет для ополчения.
- Здорово, орлы! - гаркнул я. Вот так, - авторитет развращает, постепенно начинаю
привыкать к офицерским замашкам, хоть всю жизнь себя рядовым мнил.
- Здрав буде, воевода! - слаженно рявкнули три сотни глоток.
- Слушайте меня внимательно, бойцы, - два раза повторять не буду. Армия Света уже
выдвигается в долину, и нам доверена почетная миссия - быть острием ее клинка. И
теперь я вас спрашиваю: рота готова к бою?
- Так точно! - ухнула ротация в ответ. Молодцы, не ожидал от них такого после
утреннего бодуна.
- Отлично. Капитаны, слушайте боевую задачу! Вам надлежит довести роту до
Грозовой Скалы, окружить ее тройным кольцом, а на самой скале выставить стрелков.
Если придется, то с оружием в руках защищать скалу и тех, кто на ней находится.
Атакующих действий не предпринимать, ждать моей команды на прорыв. Задача ясна?
- Так точно, Ваша Светлость! - в голос выпалили братья-трактирщики. - Не изволите
ли...
- Приступить к исполнению! - срезал их я. - И не сметь называть меня Вашей
Светлостью! Я и маги следуем во главе колонны, под прикрытием стрелков.
"А-апр-рво, аго-ом ар-рш!" - пронеслось над рядами, когда я, маги и прочие к ним
причисленные миновали начало строя. Один из отрядов разделился и выдвинулся вперед
и в стороны двумя цепочками, держа взведенные луки наготове, - это были
зеленодольские лесные стрелки. Остальные "светоносные передовики" двинулись вслед
за нами двумя нестройными колоннами, готовыми в любой момент перестроиться боевым
клином и прикрыть нас за своими щитами.
Вот таким цугом мы и двинулись вдоль реки, огибая южный отрог долины. Во главе
процессии, конечно, я - главный маяк армии Света, всенародная святыня и еще по
совместительству - водила маленького отряда идейных идиотов. Проще говоря - герой
натуральный.
И все бы ничего, да по части стандартного героического снаряжения означенный герой
гол, как сокол. Нет у меня ни боевого коня, ни зачарованных доспехов, ни сверхоружия,
зато в голове болтается куча умных мыслей, придавленная еще большей кучей мыслей не
слишком умных. Увы, весь мой героический арсенал - это собственные мозги. А в
качестве весьма сомнительного резерва - аномальные мозги магической курии: два с
половиной - в активе, один - в пассиве, еще одного по факту абсолютной бесполезности
можно вообще не учитывать. Маловато, но это все же лучше, чем ничего.
Так я и шел, погруженный в свои невеселые мысли. Архимаги о чем-то тихо
шушукались, Кико-младший неотступной тенью следовал за безучастным ко всему
Данеушем. Лорриниан, которому пары не нашлось, от нечего делать вспомнил про свое
летописное занятие, слонялся тут и там, лепился ко всем без разбору и приставал с
расспросами, пока его решительно не отшивали. Когда приставать было уже не к кому -
бард пристроился где-то сзади и начал бормотать, что они-де не уважают труд хрониста, и
история им этого ни за что не простит. Конечно, я мог бы ему кое-что ответить в своем
духе, но вряд ли лучше, чем написал в своих стихах наш народный поэт МР:
Время рождает героев своих,
Жизнь порождает злодеев,
А слава фиксирует тех и других
В песнях, книгах, идеях.
Но славные годы однажды пройдут,
Померкнет былая известность,
Злодеи падут, а герои уйдут,
Оставшись великими в песнях.
Как бурный поток, протекают века,
Событья смывая волнами,
Мотивы уносит забвенья река,
Лишь книги останутся с нами.
За тысячи лет, пролетевших, как мысль,
Страницы сгниют и истлеют,
Исчезнет значенье, забудется смысл,
Останется только идея.
Вот так. Какова бы ни была важность событий сегодняшнего дня, - взгляд сквозь
призму времени все равно исказит их, и чем дальше - тем больше. Так что, как не
усердствуйте, господин летописец, в лучшем случае наши потомки все равно переиначат
все на свой лад. А в худшем - рассказывать историю будет уже некому.
Истекающее черным елеем багровое солнце уже поднялось достаточно высоко, под его
палящими лучами туман на Кобине рассеялся - даром, что был наколдованный, и теперь
река просматривалась вплоть до противоположного берега, темневшего вдали узкой
черной каемкой. На воде не было ни единого суденышка, что не могло не радовать.
На земле пока тоже все шло нормально - разведчики-пластуны, прочесывавшие
прибрежные заросли и близлежащие скалы, вернулись с обнадеживающими новостями:
вражеских наблюдателей не обнаружено. Пуста была и долина, лишь у подножия черного
монолита курился дымок от костра (мы-то знаем, чей шпион там сидит). Определенно,
противник все еще ждал сигнала с яхты и со скалы. Пусть и дальше ждет и чем дольше -
тем меньше у них будет времени для изменения своих планов.
Время от времени я оглядывался на ряды ротации, мерно топотавшей следом, - меня
настораживала их чрезмерная боеготовность. Еще идти и идти, а наше маленькое войско
уже заметно нервничает - лица встревожены сплошь и рядом, глаза напряженно шарят
окрест, почти каждый оглаживает рукоять оружия. Сразу видно - не солдаты, ждать не
умеют. Нет, так дело не пойдет, - еще пара часов в таком напряге, и парни просто
перегорят, потеряв настрой. Отвлечь их, что ли - песенкой детской, мелодией какойнибудь
простенькой... А почему бы и нет? - враг пока не обнаружен, до Грозовой еще
далеко и даже при входе в долину нас скорее увидят, чем услышат.
- Эй, бойцы! - крикнул я, обернувшись к ротации. - Если среди вас есть музыканты,
трубадуры, дудари, да хоть кто-нибудь, кому медведи в детстве уши не отдавили, -
следуйте вперед, во главу колонны, и всколыхните эту смурную толпу, пока она не впала в
безудержный героизм без команды вышестоящего начальства.
На мой призыв из колонны выскочили три умельца: первый из них, ударник из
бродячего балагана, тащил на закорках потертый цирковой барабан, другой размахивал
деревенской деревянной дудкой - не иначе, пастух, третий "оркестрант" вообще оказался
цирюльником - его "инструментами" были медный тазик для бритья и увесистая
колотушка.
Подбежав ко мне, "музыканты" попытались показать мне свое мастерство, но в
результате получилась лишь демонстрация недюжинного усердия. А стиль этого ансамбля
народной самодеятельности был воистину народным и мог бы называться: "Талант попер
наружу", или, скажем: "Каждый первый - невпопад".
Да-а, ребят впору на передовую ставить, - тогда все враги в ужасе разбегутся. Вообщето,
на лучшее я и не рассчитывал, зато у нас был еще кое-кто.
- Господин бард, перестаньте, наконец, быть пятым колесом у колдовской телеги, -
махнул я рукой Лорриниану, одиноко плетущемуся за двумя магическими парочками. -
Вместо того, чтобы баки заколачивать, лучше организуйте наших самородков и
попробуйте изобразить что-нибудь внятное... Чтобы позабористее, да повеселее, чтобы за
душу брало... ну, не мне вас учить.
Лорриниан сначала призадумался, совмещая все заказанные параметры воедино, но
потом уверенно кивнул и загадочно улыбнулся, подбирая аккорды и задавая ритм
народным умельцам. Вообще-то я имел в виду походную песню, я даже не думал, что бард
будет еще и играть прямо на ходу, причем так уверенно, будто он полжизни в легионном
оркестре оттрубил.
С размаха вдарив по жалобно взвизгнувшим струнам, бард дал распевку так мощно, что
камни со скал посыпались. Да-а, голосом природа парня точно не обидела, хоть за это ей
спасибо. И вот таким переливистым раскатистым тембром, каким нормальные люди
могут только орать, если сразу не охрипнут, - Лорриниан запел:
В небесах звезда шальная
Призывает нас в поход,
И течет река стальная
От заката на восход.
Мы идем большой толпой
На последний мордобой -
Чистить рожи грязным рожам,
Что творят в миру разбой.
Небеса нам повелели
Извести их на корню,
Эй, злодеи-лиходеи, -
Прячьте хари под броню!
Мы идем толпой на вас,
Мы покажем высший класс
И зарвавшимся уродам
Мы натянем рот на глаз.
Я сегодня сам не свой,
С перепою сильно злой,
Обходи меня верстою
И останешься живой.
Эх, трава-мурава,
На ногах стою едва,
Дайте в морду мне, ребята, -
Прояснится голова.
Кто напал на нас с похмелья,
Тот играется с огнем, -
Мы их просто от безделья
В винторогий рог согнем!
Эх, трава-мурава,
Закатаем рукава,
Дайте в руки мне дубину, -
Я пойду качать права.
Выйдем в поле на забаву
И узнаем - кто почем,
Кто получит честь и славу,
Кто - по черепу мечом.
Нам на славу наплевать -
Мы согласны воевать,
Если нам на поле боя
Будут чарку наливать.
Рвется в драку наша рота,
Каждый первый - пьяный в дым,
Но сегодня - день пехоты,
Мы сегодня победим.
Как пойдем атаковать,
Так на все нам наплевать,
Лишь бы ближе подобраться,
Да покрепче надавать.
Валит враг на нас навалом,
Но начхать нам на навал,
Как дыхнем мы перегаром,
Всех положим наповал.
Гей, бойцы-фронтовики,
Расчехляй свои клинки,
Чтоб узнала вражья стая,
Кто сегодня - слабаки!
Мы сойдемся врукопашной,
Чему быть - тому и быть,
И в хмельном угаре страшном
Будем гадам морды бить.
Позабудем про клинки
И пойдем на кулаки,
Дать по роже вражьей роже
Смогут даже дураки.
И от нашего напора
Вражья свора задрожит
И, намазав пятки, споро
С поля брани побежит.
Мы не станем возражать,
Мы не будем их держать,
Будем в спину им плеваться
И пинками провожать.
А когда затихнет рубка
И последний снят доспех, -
Мы поднимем наши кубки
И отпразднуем успех.
Не зевай, наливай,
Пламя битвы заливай,
Пей за тех, кто нынче выжил
И погибших поминай.
А еще по одной -
За победу под горой,
За того, кто не прогнулся,
За того, кто стал - герой.
"Да, оригинальная песенка, - из разряда: "что вижу, то и пою". Наверное, культура
много потеряла от присутствия в ее рядах господина народного таланта", - подумал я, но
потом поправил себя: "А ведь сам же его попросил, чтобы позабористей. Вот он и того -
"подзаборил".
Тем временем пестрая толпа, поголовно умотанная белыми повязками, во главе с
нашей агитбригадой вступила в долину и скорым шагом двинулась к Грозовой Скале.
Теперь уже стоило помолчать, поэтому, когда Лорриниану стукнуло в голову выдать еще
что-то залихватское, - я, недолго думая, заткнул голосистому барду рот его же
собственным шейным платком. Бывший маг завозмущался было что-то насчет произвола
и удушения гласа свободы, но Беллиана так выразительно сверкнула на него глазами, что
певец заткнулся на полуслове - сразу и надолго.
Маленькая победа была достигнута - мы вошли в Багряную первыми. Более того,
противник никак не проявил себя, даже когда в долину вступили первые колонны армии
Света, а наш передовой отряд уже достиг черного монолита, отбрасывавшего длинную,
медленно передвигавшуюся тень. "Как стрелка на солнечных часах - показывает
оставшееся нам время", - машинально подумал я.
Но эта мысль тут же вылетела из головы, когда в основании этой тени, под кустами
бузины, я увидел шесть стреноженных вороных лошадей, а, подойдя еще ближе -
полдесятка тел в черном, уложенных аккуратно, рядком, со скрещенными руками на
груди. Похоже, наш Тузик даром времени не терял. Правда, самой Бледной Тени я нигде
не замечал - хорошо прячется, бестия.
В общем, Тень я так и не обнаружил. Зато, дальше, за кустами, узрел шестое тело - оно
расположилось у потухшего костерка и, тревожно поглядывая на мой отнюдь не
маленький отряд, торопливо облегчало котелок, стараясь уписать как можно больше до
подхода голодной армии.
- И как же это понимать, прорва мелкорослая?! Где наш завтрак?! Ты его весь сожрал! -
гневно обрушился я на Фиско, испуганно втянувшего голову в плечи, - очевидно и логично
шустрик предположил, что сейчас его будут бить, может быть, даже ногами.
- Еды было мало, а кушать таки очень хотелось... - заныл Фиско, горестно заламывая
ручки, и тут же уставился на меня умоляюще-заискивающим взглядом. Что мне делать с
этим обормотом?
- Зови Тузика, - рыкнул я на провинившегося карлика. - То, что ты его сумел
завербовать, - я вижу по последствиям. Но если фанатики из армии Света узрят Тень,
свободно гуляющую по их тылам, - здесь такой бедлам случится, хоть всех святых выноси.
Поэтому серенькая бестия должна постоянно находи
...Закладка в соц.сетях
