Жанр: Фантастика
Бриллиантовый дождь
... Токио...
И все за счет фирмы. Если бы Кристина любила меня... Или я сваливаю с больной
головы на здоровую? Придумываю себе оправдание? Ведь я прекрасно знаю, что она
любит меня. Но у нее - своя жизнь, свои дела, своя карьера, свое честолюбие... А у
группиз нет ничего своего, они растворяются в своих кумирах.
"Вот и женился бы на одной из них!" - зазвучал у меня в голове расстроенный,
просто убитый, голос Кристины. Как будто бы я уже раскололся и теперь мы с ней
скандалим. Я потряс головой. Господи, как все было хорошо до этой поездки... Впрочем,
если отбросить эту историю, поездка была великолепна, вот хотя бы... Перед моим
внутренним взором вновь упрямо встали нидерландские веснушки, и меня тут же пронзило
такое острое чувство вины, что лучше бы уж я слушал, как бранится моя внутренняя
Кристина...
От дурных мыслей меня отвлек все тот же Пиоттух-Пилецкий, который, как и я,
смотрел в окно, но в отличие от меня что-то в нем видел:
- Все-таки хорошо, что мы родились в середине XXI века, - сказал он.
- Почему? - свесившись с полки, поинтересовался я, хотя в принципе с ним и
согласен. Но он на десять лет старше меня, и мне хотелось услышать его версию. Поглощенный
невеселыми размышлениями, я и не заметил, что мы не движемся, а стоим
на какой-то станции.
- Потому что конец XX - начало XXI были периодом научно-технической стагнации,
- пояснил свою мысль мой собеседник. - Я, например, еще застал время, когда поезда
ездили по рельсам на колесах.
"Даже не верится, - подумал я, хотя и знал это из учебников. - Сколько было
движущихся, трущихся друг о друга деталей, сколько бессмысленных потерь энергии..."
- На самом деле именно для того железные дороги и прокладывали, - продолжал
мелодист. - Это потом, уже на моей памяти, обнаружилось, что рельсы - идеальный
стержень для гравитационного модуля, и поезда взлетели.
Кто не знает, "мелодистом" в современных группах называют исполнителя мелодических
партий. Обычно он играет на полисинтезаторе, но иногда и на древних классических
инструментах. Это считается хорошим тоном. Пиоттух-Пилецкий, например,
владеет еще соло-гитарой, терменвоксом и виолончелью. Так что прозвище Пила он
получил отнюдь не только благодаря звучанию фамилии.
Однако, будучи суперпрофи, он в отличие от меня уже пережил свой период
беззаветной влюбленности в музыку и музицирование, и больше всего его теперь интересуют
судьбы мира и технический прогресс. С нашим мастером "золотые руки" Бобом
он может говорить на эти темы часами.
- А ты в курсе, что научно-техническая стагнация имела искусственную природу?
- продолжал Пила, теребя в руках цепочку на шее, на которой почему-то вместо
крестика болтался какой-то ключик. - Сейчас говорят "ННТР", "ННТР" - "Новая научнотехническая
революция"... А на самом деле это все та же НТР, которая случилась в середине
XX века. Но тогда ее слегка придушили. Почти на сто лет.
- Кто придушил? - спросил я. Сугубо из вежливости. На самом деле тема разговора
не вызывала у меня особенного интереса. Хотя и отвлекала, спасибо ей,
- Многие, - отозвался Пила. - Разработку дешевых нейрокомпьютеров сдерживала
IBM, экомобили не шли в производство под давлением нефтяных гигантов, и даже
информация об их изобретении была засекречена. Работы с антигравитацией контролировались
и саботировались NASA, а генная инженерия и клонирование по наущению
медиков и юристов запрещались правительствами всех стран "по этическим причинам"...
Что-то снова не верится. Какая разница государству, как его граждане размножаются?
Лишь бы размножались. Ну, хочет кто-то воспитывать ребенка, как две капли
воды похожего на его любимую кинозвезду или спортсмена, почему бы и не разрешить,
если технически это возможно?..
Хотя кое-какие этические, точнее даже юридические, недоразумения в этой
сфере сохранились до сих пор. Я вспомнил дешевый разноцветный рекламный проспектик
"Дети на любой вкус", найденный в номере голландской гостиницы. Не такой,
конечно, обширный, как в лицензированных центрах клонирования, а включавший в
себя лишь пару-тройку десятков самых ходовых моделей. Чемпион мира по баскетболу
Леон Джавар-Заде, сериальная актриса Джессика Аллен, наша поп-дива СлаваЯрослава,
модный кутюрье Стив Ньюмен и тому подобная шантрапа.
Остается только удивляться, что кто-то покупается на эту дешевку. А потом, лет
этак через пять-шесть, в каждый первый класс каждой российской школы явится лишь
две-три уникальные особи, зато с ними - пяток маленьких Львов-Леонов, пяток Джессик,
десяток Слав и пара-тройка Стивенов-Стёп... Почти уверенно можно сказать, что
люди, у которых хватает ума заказать себе этих дешевых нелегальных клонов, не пожелают
и дать им хотя бы другие имена.
Брр... Позже, лежа на животах и болтая ногами, мы рассматривали этот проспект
со Скюле, и она сказала мне на ломаном, до предела упрощенном английском, на котором
мы с ней и общались (и нам хватало): "I don't like this children. I want to have your
child... " Приятно это слышать мне было чертовски, хотя тогда я и подумал, что это она
врет специально для моего удовольствия. Вряд ли "RSSS" - единственная команда, по
которой она фанатеет и с которой, соответственно, спит.
Однако уже в Стокгольме она сказала мне на обеде в ресторане: "Doctor said, I'll
bring you child. It's boy ". Да, сейчас пол ребенка можно определить чуть ли не в момент
зачатия. Я замер с ложкой возле открытого рта, а она засмеялась, встала из-за
стола и пошла к выходу. И больше я ее не видел. Возможно, эти слова были ее прощанием.
Или она все наврала? Просто так. Для эффектности.
... Вагон вздрогнул, перрон поплыл вниз и назад. Поднявшись на свою стандартную
трехметровую высоту, поезд почти бесшумно набирал скорость... Я и не заметил,
как Пила, по-видимому, обнаруживший мое полное безразличие к беседе, завалился,
как и я, на полку и уже удовлетворенно похрапывает. Стану ли я когда-нибудь так же,
как он, безразлично относиться к собственным изменам? Или я все-таки возьмусь за ум
и больше это не повторится?
Ладно. Время и впрямь позднее, завтра буду дома, встречусь с Кристиной, там и
видно будет.
Я перевернулся обратно носом к стенке и закрыл глаза. Только бы заснуть.
Только бы не мешала эта... Да что я, право слово, веснушек не видел, что ли?! Да и не
в них вовсе дело.
Я и ожидать не мог, что совесть моя очистится прямо в момент встречи с Кристиной.
Потому что первым, что она выпалила мне на перроне, было:
- Милый, я поняла: чтобы мне не скучать, когда ты уезжаешь на гастроли, мы
должны срочно завести ребенка. - Не дав мне опомниться, она продолжила: - Я уже
присмотрела подходящую модель. Это будет Стив Ньюмен.
Вот так-так... На миг меня охватила горечь, но тут же и отпустила, сменившись
резонной мыслью: "Вот и ладно. Это все искупает. Да, обидно, что она не хочет, чтобы
биологическим отцом ее ребенка был я. Но она отказывается и от собственного биологического
материнства. В то же время, возможно, и впрямь где-то в Скандинавии скоро
родится мой конопатый незаконнорожденный сын. Так почему бы мне не взять на воспитание
вполне законного Степу Новочеловекова?"
- Не надо упрямиться, - проследив за чередой мимических изменений на моем
лице, сказала Кристина, - но я и не тороплю. Это довольно дорого, к тому же ты должен
привыкнуть к этой идее.
- То есть за ребенком мы пойдем не сегодня? - заставив себя улыбнуться, спросил
я и поднял руку, ловя такси.
- Не сегодня, - без тени иронии кивнула Кристина. - Завтра. А сегодня мы идем
на показ зверей. Прямо сейчас.
- В зоопарк? - удивился я. Экомобиль притормозил перед нами, и его дверца
приглашающе распахнулась.
- Да нет же, - передернула она плечиками, - я ведь сказала тебе: на показ.
... Мы прибыли в один из самых модных сегодня богемных клубов столицы "Слепой
невидимка". Меня всегда умиляло это название. На первый взгляд такое сочетание
кажется парадоксальным, на самом же деле, если вдуматься, ничего странного в нем
нет. Ведь зрение основано на отражении света о сетчатку глаза. А если сетчатка невидима,
то есть прозрачна, то и отражать она не может. Видеть такой глаз не будет. А
значит, невидимка обречен на слепоту...
По залу, раскланиваясь друг перед другом и дегустируя коктейли, расхаживали
светские львы под руку с супермоделями. Я не знал из этой компании никого, однако
пару раз взгляд натыкался на вроде бы знакомые лица. Но я не мог вспомнить, что это
за люди и откуда я с ними знаком. Потому лишь беспомощно улыбался и еле заметно
кивал. Но оба раза, скользнув по мне безразличным взглядом, "знакомцы" отводили его
от меня и, увидев рядом со мной Кристину, здоровались с ней. Затем она шептала мне
на ухо, что это - известный телеведущий такой-то и видел я его по телевизору.
Кристина, надо отметить, знала тут почти всех, и почти все, соответственно,
знали ее. Это был ее мир - мир моды, мир, где правят чародеи-кутюрье, живых женщин
превращающие в зомби-модели. Впрочем, это я злобствую для красного словца. А мне
это вовсе не к лицу, ведь из всех присутствующих здесь моделей Кристина была, пожалуй,
самой обворожительной.
В результате этой прогулки перед началом главного действа я был представлен
минимум двум десяткам человек и не запомнил ни одного из них. Но вот прозвучала
мелодичная трель, приглашающая гостей пройти в зрительный зал.
Когда публика расселась, зал плавно погрузился в кромешную тьму, заиграла
томная симфоническая музыка, и вспыхнули прожектора, освещающие подиум. Там,
щуря от яркого света желтые глаза и ощетинившись, стояла пантера. Я почувствовал,
как у меня на голове зашевелились волосы. Между зверем и зрителями не было ни решетки,
ни стекла, ни дымки силового поля.
- Черная пантера, первый номер нашей коллекции, - раздался жеманный голос
комментатора. - Черной пантерой обычно называют темноокрашенного леопарда,
встречающегося в Юго-Восточной Азии. Обратите внимание на изумительный окрас
шерсти этого восхитительного существа.
Грациозно потянувшись и мягко переступив с лапы на лапу, пантера повернулась
боком, а затем медленно, словно в полусне, прошлась по подиуму взад и вперед.
- Казалось бы, абсолютно черная шерсть пантеры, - продолжал комментатор, -
покрыта еще более темными пятнами, словно бы крупными веснушками, какие бывают
на теле северных женщин.
Зря он это сказал.
- Пантера - кошка, которая гуляет сама по себе, пантера - деловая самка, пантера
- хозяйка джунглей, никому не позволяющая безнаказанно вторгаться на ее территорию.
В этот момент из-за кулис на противоположную сторону подиума выскочило некое,
явно травоядное, животное и испуганно уставилось на хищника. Музыка стала напряженнее
и резче. Пантера издала угрожающий рык и приготовилась к прыжку.
- Второй номер нашей коллекции - лань! - вскричал комментатор восторженно.
- Парнокопытное животное из семейства оленей. На голове у самца лани имеются лопатообразные
расширяющиеся рога длиной до полутора метров! Однако перед нами, а
что значительно хуже - перед пантерой, самка, беззащитная самка, хотя и сумевшая
наставить рога своему самцу. Еще бы, ведь она изящна и обворожительна, кто посмеет
мне возразить? Темно-коричневый окрас шерсти и светлый - подшерстка, сочетаясь,
производят удивительное ощущение гармонии и покоя. А главное - глаза, эти пугливые
глаза лани, не они ли так привлекают к их хозяйке самцов и хищников?
Пантера зарычала вновь, но лань, боязливо подрагивая тонкими ногами, неожиданно
двинулась прямо к ней. Тогда пантера, прижавшись к полу, заскользила ей навстречу.
И вот они поравнялись друг с другом... Но ничего не произошло. Они вновь
разошлись, а затем, шагая в такт музыке, прошлись по кругу, друг против друга. После
этого, опять сойдясь, они повернулись к публике задом и, синхронно покачивая бедрами,
удалились за кулисы. Настоящее дефиле!
- Не правда ли, трудно решить, кто из них привлекательнее, хищница или тихоня?!
- очнулся комментатор. - Проводим же их достойно!
Зал взорвался аплодисментами.
- Дикие лани, сохранившиеся в Южном Иране, - стараясь перекричать шум,
продолжал комментатор, - находятся под угрозой исчезновения. Часть суммы, вырученной
от сегодняшнего показа, будет направлена на восстановление их поголовья.
- Классно! - повернулся я к Кристине. - Кто их так выдрессировал?
- Дурак ты, - сказала она, - это же модели. Они показами зарабатывают. Демонстрируют
себя. Как я. Они умные.
Но уточнить, что все это значит, я не успел, потому что на подиум выскочило
сразу несколько каких-то маленьких зверьков. Чтобы разглядеть их, зрители начали
было приподниматься с мест, но тут над сценой вспыхнул огромный экран, на котором
то, что происходит на ней, было видно в многократном увеличении.
- Бурундуки! - вскричал комментатор с такой интонацией, как будто бы именно
бурундуки доставляли ему в жизни наивысшее наслаждение. - Род млекопитающих семейства
беличьих. Длина тела до семнадцати сантиметров, длина хвоста - до двенадцати
сантиметров.
Зверьки тем временем резвились на подиуме, устроив под музыку нечто среднее
между чехардой и танцем.
- Обратите внимание, на спине у бурундуков имеется пять продольных черных
или темно-бурых полос. Ушки по сравнению с белкой небольшие, слабо опушенные.
Хвост с густыми длинными волосами, но не округлой, а уплощенной формы. Шерстка
короткая, жестковатая. Характерны вместительные защечные мешки.
В природе этот скромняга ведет наземный образ жизни, но в минуты опасности
прекрасно взбирается на деревья. Питается орехами, создавая в своих подземных кладовых
запасы до восьми килограммов, а также семенами, ягодами, нередко и насекомыми,
зеленью трав и кустарников.
Даже в природных условиях эти полосатые красавцы крайне шаловливы, любопытны
и доверчивы к людям. Однако люди, как это ни странно, в нашем показе участия
не принимают. - В зале раздались смешки. - Давайте же представим, как повели бы себя
бурундуки, случись им встретиться с очередной нашей моделью - большой китайской
пандой, млекопитающим семейства енотовых, чаще называемым "бамбуковым
медведем"!
На сцену, чуть переваливаясь с боку на бок, выбежал объявленный комментатором
черно-белый зверь, посередине подиума он поднялся на задние лапы, а затем
уселся, потешно отмахиваясь от бурундуков, которые принялись перескакивать через
него...
Я огляделся. Публика умилялась. Я уже понял, что передо мной вовсе не звери в
привычном понимании этого слова, а существа, сконструированные с помощью генной
инженерии. Мне стало неинтересно. Однако Кристина смотрела во все глаза, и я молча
терпел. Кроме вышеперечисленных, перед нами выступили орангутанг, три страуса,
два верблюда, зеленая черепаха, толпа лемуров, нильский' крокодил, барсук и лошадь
Пржевальского. Ее ржанием показ и закончился.
- По-моему, это ужасно, - заявил я, покинув "Слепого невидимку" и уже сидя в
экомобиле.
- А по-моему, прекрасно, - возразила Кристина.
- Но это же противоестественно!
- Ничуть не более противоестественно, чем, например, выводить новые породы
кошек или собак.
- Но эти животные не смогут жить на свободе.
- Ни одно животное, родившееся в зоопарке, не сможет жить на свободе. А эти
и не захотят.
- Их сделали разумными без их ведома. Может быть, им это не нравится?
- Они родились такими. Нас всех сделали без нашего ведома, и никто нас не
спрашивал, нравится нам это или нет.
- Но они вынуждены работать.
- Ничего подобного! Никто их не вынуждает. Они работают по собственному
желанию. А вот в цирках дрессировщики действительно заставляют животных работать.
Бьют их, пугают, морят голодом, унижают их достоинство мелкими подачками! А в зоопарках
красота животных эксплуатируется людьми. Кому платят зрители в зоопарках?
Животным?
- Можно подумать, эта коллекция моделей принадлежит не человеку! Кто ими
руководит?
- Пингвин! - рявкнула вконец обозленная Кристина.
- Кто? - не поверил я своим ушам.
- Пингвин! - повторила она.
- Какой еще пингвин?!
- Галапагосский!
"Хорошо, хоть не осел", - пробормотал я себе под нос, уже ничему не удивляясь,
и всю остальную дорогу к дому мы провели в тяжелом молчании.
Но помирились мы довольно быстро. В конце концов, меня полтора месяца не
было дома. Мы пили красное вино и ели какие-то вкусности, приготовленные Кристиной
к моему приезду. (После того, что с нами стряслось перед самой свадьбой, мы с ней
оба не признаем Дистанционно Управляемые Разумные дома, так что готовит она сама,
чему я рад несказанно.) Я рассказывал ей о своей замечательной поездке, кое о чем,
конечно же, умалчивая, а потом мы любили друг друга. Так что нам было не до ссор.
... Утро выдалось не из самых приятных. Похоже, я все-таки слегка вчера перебрал.
Так что вместо настоящей я сделал виртуальную зарядку. Если не знаете, что это
такое, объясняю. Это такая специальная программа, благодаря которой моя голографическая
копия в натуральную величину подчиняется моим командам. Я валяюсь на диване
и приказываю:
- Тридцать раз отжаться!
И я-виртуальный отжимается.
- Сорок раз присесть!
И он (в смысле я) приседает.
На самом деле очень даже взбадривает. Не так, конечно, как если бы я занимался
на самом деле, но лучше, чем вообще никак. Чисто психологически. Появляется нечто
вроде чувства выполненного долга. А то, что было вялостью, теперь кажется усталостью...
Да и Кристине хоть какой-то партнер был, она-то чувствовала себя прекрасно
и зарядку делала по-настоящему.
Позавтракав, мы, как и договорились вчера, собрались в самый роскошный коммерческий
центр планирования семьи под названием "Амур+" заказывать себе "Степу
Новочеловекова". И впрямь, чего голову ломать: раз оригинал зовется Стивом, пусть и
пацан будет Степой.
- Кстати, - спросил я, одеваясь, - а что это стоит?
- Тысяч триста, - как ни в чем не бывало отозвалась Кристина.
- Баксов? - уточнил я, присаживаясь, чтобы не упасть, на диван. Я уже чувствовал,
что именно баксов.
- Не рублей же, - пожала она плечами. - Это же все-таки человек. Ребенок. Наше
будущее.
- Но, милая моя, это несколько больше, чем я заработал за весь тур... Я музыкант,
а не банкир...
- Откроем кредит. Ты - популярный музыкант. Это что, твои последние гастроли?
Ну, ты будешь собираться или нет?
Тут только я понял тех лохов, что покупаются на дешевые проспекты подпольных
клон-фирм, разбрасываемые в номерах гостиниц. Цены, помнится, там были ниже
на порядок.
- Ты знаешь, а ведь можно точно такого же ребенка купить в другом месте... -
начал было я.
- Паленого?! - возмутилась Кристина. — Да ты в своем уме? От паленого клона
можно ожидать всего, что угодно! Ты хочешь, чтобы я родила монстра? Или калеку? Мы
ведь не можем отследить, как проводилось клонирование, не повредили ли они чего,
не занесли ли какую-нибудь заразу. Да даже если все сделано нормально, качество все
равно не гарантировано. Мало ли что Стив Ньюмен - гений, а вдруг у него были какието
генетические заболевания, которые не проснулись в течение его жизни по чистой
случайности? Настоящая фирма все проверяет и злокачественные гены исправляет, а
твои кустари ничего не проверяют.
Так-то оно так... Но триста тысяч... А я-то рассчитывал, что мы приобретем... Да
мало ли на что я рассчитывал, какая теперь разница?! Я поплелся за Кристиной к выходу,
и тут она вновь меня огорошила.
- Знаешь, - сказала она, - вообще-то я согласна. Это для нас дороговато. Да и
все-таки, по-моему, будет неправильно, если мы будем воспитывать Стива Ньюмена,
который никакого биологического отношения к нам не имеет. Может быть, пусть лучше
меня оплодотворят его сперматозоидом? Тогда это будет уже наполовину он, а
наполовину я. И, насколько я знаю, это раза в три дешевле.
О боги! Какие еще унижения предстоит мне перенести как плату за неверность?!
Не будь этой веснушчатой скандинавской дуры, я бы сейчас закатил такой скандал, что
Кристина и думать бы забыла обо всех этих новомодных способах зачатия. Теперь же я
вновь проглотил обиду, потому что понял, что у меня язык не повернется обвинить ее в
некоей завуалированной форме адюльтера... Так что я промолчал, и мы наконец выбрались
из дому.
... Холеный клерк из "Амура+" взял с нас подписку о неразглашении врачебной
тайны, зачитал нам наши права, обязанности, пригрозил уголовной ответственностью и
лишь после всего этого сказал:
- К сожалению, в данный момент образцов семени от Стива Ньюмена у нас нет.
Спрос очень высок, и вам придется записаться на очередь.
- И сколько ждать? - спросил я, делая хотя бы вид, что вся эта затея мне правится
и именно я ее инициатор.
- Думаю, месяц-полтора. Но лично я советовал бы вам подумать. Может быть,
стоит заказать кого-то другого? Выбор огромен.
- Например? - продолжал хорохориться я.
- Повторяю. Выбор огромен. Назовите мне имя известного в мире человека, перед
которым вы преклоняетесь, и девяносто девять процентов из ста, что его семя у
нас есть.
- Никто, кроме Стива Ньюмена, нам не нужен, - холодно заявила Кристина.
- Поверьте мне, я уже не первый год работаю здесь и видел много раз, как
женщины приходили сюда с намерением зачать от одного семени, а уходили абсолютно
счастливые, оплодотворенные совсем другим.
- Нам нужен только Стив Ньюмен, - упрямо повторила Кристина.
- А вы что скажете? - повернулся клерк ко мне. - Кто вы по профессии?
- Музыкант, - ответил я, пожимая плечами. -При чем здесь это?
- Классика, эстрада или авангард?
- Скорее, эстрада.
- Может быть, вас заинтересует ребенок от Пола Маккартни?
- Бред. Его давным-давно нет в живых. Какая-то подделка.
- Подделка?! - оскорбился клерк. - Вы что, никогда не слышали о том, что
сперма стала храниться в банках с середины двадцатого века?!
Я представил себе множество больших, по-видимому, трехлитровых, стеклянных
банок, и мне стало дурно. Но я тут же сообразил, что речь идет о других банках - о
хранилищах, и отозвался:
- Слышал. Но я думал, сперму сдавали тогда лишь анонимные доноры, и ею оплодотворяли
женщин, мужья которых были бесплодны...
- Отнюдь. Хотя анонимные доноры есть и сейчас, но и покупка семени у выдающихся
людей практиковалась уже в прошлом веке. Однако тогда она хранилась без
движения. На всякий случай, до поры. Несовершенство законодательства не позволяло
пустить ее в дело. Сейчас этот недостаток преодолен. Ведь практика зачатия от талантливых
в какой-либо области людей оздоравливает нацию, да и человечество в целом.
Естественный отбор в нашем обществе уже давно не происходит, и выживают
все - и больные, и хилые, и глупые; и все норовят размножаться, - говоря это, клерк
так пронзительно смотрел на меня, что я отвел глаза. - Но если семя самых умных, самых
сильных, самых смелых мужчин будет оплодотворять значительно большее количество
женщин, чем семя рядовых особей, ситуация уравновесится.
- Я все это знаю... - почему-то чувствуя себя виноватым, начал я.
- Но вы не знали, что в наличии у нас имеется семя великих людей прошлого
столетия, - не дал он мне закончить. - Ничего страшного. Вполне простительное
невежество.
- А как все это сохранилось, - стараясь не замечать его оскорбительного тона,
спросил я, - и почему не кончилось? Что, желающих мало?
- Отнюдь, - покачал головой клерк. - Желающих много. Но ведь для зачатия по
современной технологии нужен один-единственный сперматозоид. А вы знаете, сколько
их в одной капле? Что касается сохранности, то это дело техники. Определенная температура,
определенная среда...
- Кто у вас еще есть? - вдруг полюбопытствовала Кристина так, словно разговаривала
на рынке с торговкой редиски. - Поинтереснее?
- Поинтереснее?
- Да, я подумала, что вообще-то XX век - это экзотично.
- Вот как? Что ж, у нас есть все нобелевские лауреаты, начиная с семидесятых
годов прошлого столетия, а также актеры, спортсмены, политики...
- А вы нам что порекомендуете? - прервала его Кристина.
Да что она, в самом деле, с ума сошла, что ли?!
- Я, вам?.. - Клерк как-то по-особенному посмотрел на нее, и мне сразу захотелось
набить ему морду.
- Вас интересуют заграничные образцы или отечественные? Согласно программе
оздоровления нации, тридцать процентов от цены отечественных образцов оплачивает
государство.
- Дело не в цене, - заявила Кристина, и я заметил, что она слегка порозовела.
- В таком случае, мне кажется, - вновь оглядывая ее с ног до головы, сказал
клерк, - вам подойдет Шварценеггер.
Это еще что за зверь?
- Покажите, - попросила Кристина, и в голосе ее так явственно прозвучали кокетливые
нотки, как будто клерк предлагал ей собственную сперму. И не и пробирке, а
так сказать, в естественном сосуде. Да даже если и в пробирке... Интересно, не случаются
ли тут такие инциденты? Отличный заголовок в желтой газетке: "Маньяк подменил
сперму Наполеона собственной"... Нет, при Наполеоне всей этой ерунды точно еще
не было...
Тем временем клерк подал Кристине раскрытый каталог.
- Шварценеггер, - повторил он. Я заглянул ей через плечо. Лучше бы я не заглядывал.
Ужас.
- И кто он был? - спросила Кристина.
- Звезда Голливуда. Вот, тут написано. Славу ему принесла главная роль в
фильме "Терминатор".
"Странные же вкусы были у наших предков", - подумал я. И тут же, не веря своим
ушам, услышал Кристину:
- Миленький,
- Может, все-таки лучше Маккартни? - поспешно спросил я. Мне вдруг стала
нравиться эта идея. А то еще выберет этого... Терминатора.
- Хватит в семье одного музыканта, - отрезала Кристина.
- Тогда, может быть, все-таки подождем Стива Ньюмена?
Как ни странно, мои слова оказали на Кристину некоторое положительное воздействие.
- Мы не хотели бы принимать скоропалительных решений, - сказала она клерку.
- Хотелось бы просмотреть ваш каталог на досуге, хорошенько подумать...
- Это лишь один из нескольких сотен томов, - мягко улыбаясь, сказал клерк так,
как говорят с маленькими детьми.
- Но-о, - начала было Кристина нахмурившись, однако клерк опередил ее:
- Всю информацию вы можете получить на нашем сайте.
- Я заходила туда. Никаких каталогов там нет. Ни моделей, ни це
...Поділитися у соцмережах
