Жанр: Энциклопедия
Сто великих дворцов
... фигурки оленей. И еще принесли более тридцати тюков одежды
из хлопка и украшенной искуснейшим шитьем и разноцветными
перьями. И так много всего было, что по давности лет я всего и не
упомню>. Так писал Б. Диас де Кастильо в своей <Подлинной истории завоевания Новой Испании>.
Сокровища повелителя ацтеков были действительно огромны.
Многим конкистадорам не хватало слов, чтобы описать великолепие
Теночтитлана и царского дворца. Например, Б. Диаз, как и другие,
в своих записках говорил даже о том, уж не наваждение ли все это:
<В самом деле: всюду возвышались башни и храмы, могучие строения из камня, то на земле, то на воде>.
Для своей забавы Монтесума держал во дворце птичник, в котором было собрано много экзотических пернатых - от ярко оперенных обитателей прибрежных озер и болот до орлов с высоких гор. В
другом доме правитель ацтеков держал водоплавающих птиц в таких количествах, что за ними присматривали 600 человек. Для заболевших птиц во дворце Монтесумы существовала лечебница. Все эти
дома и клетки с экзотическими птицами размещались в садах, которые <были чудесны, и для ухода за ними требовалось много садовников. Все было выстроено из камня и оштукатурено - бани, дорожки, уборные и покои были сделаны как летние домики, где
индейцы пели и танцевали>.
Был у Монтесумы и зверинец, в котором, по утверждению современников, помимо всяческих животных, царь ацтеков содержал
ВО ДВОРЦАХ МОНТЕСУМЫ
163
<уродливых мужчин и женщин, одни из которых были калеками,
другие карликами или горбунами>. Эрнан Кортес в своих записях
упоминал, что во дворце императора ацтеков существовала специальная комната для <абсолютно белых людей> - альбиносов, которых приносили в жертву богам во время солнечных затмений.
Во время полного затмения, когда Солнце приобретает сначала
серповидную форму, а затем от него остается лишь ободок света,
этих несчастных людей приносили в жертву. В глазах ацтеков все
они, особенно карлики и шуты, были посмешищем. С детства жили
они во дворцах ацтекских повелителей, где их обучали всяким фокусам и хорошо с ними обращались, но только до наступления солнечного затмения. Ацтеки верили, что души этих <уродцев> достигнут Солнца, развеселят его, тогда тень сойдет с солнечного лика и
опасность затмения минует. А принесенные в жертву обретут еще
большее счастье в мире Солнца.
ПАЛАЦЦО МЕДИЧИ ВО ФЛОРЕНЦИИ
Палаццо Медичи-Риккарди
К середине XIV века на поверхность городской жизни Флоренции поднялись многие семьи, отличавшиеся неистощимой энергией
и деловой хваткой. Среди них особенно заметно выделился род Медичи, представители которого в прошлом были лекарями (именно
это значение имеет их фамилия). К середине XV века банкирский
дом Медичи стал одним из самых богатых и влиятельных во Флоренции.
Козимо Медичи Старший, хотя формально и занимал положение рядового гражданина, на самом деле был фактическим правителем Флоренции, так как в правительстве находились верные и преданные ему люди. Не желая особо выделяться, Козимо Медичи,
которого называли <Отцом отечества>, долгое время не решался построить для своей семьи дворец, проект которого уже давно был
составлен архитектором Ф. Брунеллески. Осмотрительный глава рода
Медичи не отваживался претворить в жизнь замысел зодчего, ибо
тот задумал слишком роскошное здание.
Как говорится в <Книге Антонио Булли>, Ф. Брунеллески <изготовил модель дома, или дворца, Козимо де Медичи, который должен был находиться на площади Сан Лоренцо так, чтобы ворота
были против двери (среднего портала) Сан Лоренцо. Здание это
ПАЛАЦЦО МЕДИЧИ ВО ФЛОРЕНЦИИ 165
было бы таким, каких, пожалуй, теперь мало на земле, если бы
следовали проекту Филиппе. Но так как Козимо показалось, что
постройка обойдется дорого, то он отложил этот проект в сторону,
хотя и пожалел об этом впоследствии. Ибо Филиппе, который воплотил в этом творении весь свой гений, в гневе уничтожил его,
говоря при этом, что он давно мечтал хоть раз в жизни создать
редкое произведение искусства и думал, что встретил человека, который и хотел этого, и способен был это выполнить.
Утверждают, что никогда не видели Филиппе таким веселым,
как во время работы над этой моделью. Козимо очень сожалел, что
отказался от нее, и говорил, что ему никогда не приходилось беседовать с человеком столь возвышенного ума, и горько сетовал на самого себя>.
Собираясь строить фамильный дворец, достойный положения
его владельцев, К. Медичи отдал предпочтение проекту М. Микелоцци, ибо, как уже говорилось выше, проект Ф. Брунеллески показался ему слишком роскошным для гражданина свободной Флоренции, пусть даже и самого могущественного. Конституция Флорентийской республики устанавливала предельные размеры новых
построек, на этом основании власти и отвергли проект Ф. Брунеллески, отдав предпочтение плану М. Микелоцци, представленному
одновременно.
В проект самого раннего из дворцов Ренессанса оба зодчих внесли общие архитектурные элементы. Прежде всего это сознательный
и более организованный порядок применения элементов, которые
использовались и ранее, в частности, расположение порталов и окон,
их соотношение друг с другом, а также расположение главного карниза, античного по духу, который был введен исключительно ради
эстетического порядка вместо прежних воинственных зубцов и навесных бойниц. Кроме того, величественность и грандиозность сооружения были в достаточной мере присущи и проекту М. Микелоцци, чтобы снискать городу честь и славу, а его владельцу предоставить всякие удобства.
Для своего времени и по своему сословному положению М. Микелоцци довольно много успел в своем образовании. Он славился
искусством сочинять письма и составлять документы, эта его способность более всего обнаруживается в деловой переписке с членами
семьи Медичи. Может быть, сначала именно этим он зарекомендовал себя в столь знатном доме.
Жизнь М. Микелоцци, преуспевшего и в деловых отношениях,
протекала в исключительно благоприятных условиях. Весьма выгодной для него оказалась и верность дому Медичи, в особенности
100 ВЕЛИКИХ ДВОРЦОВ МИРА
его главе - Козимо Медичи. М. Микелоцци можно считать придворным архитектором Медичи, исполнявшим все заказы. Его скромная готовность принимать любые заказы, даже самые незначительные поручения, сделала его незаменимым. Он стоял к Козимо Медичи, любившему искусство и покровительствовавшему ему, ближе,
чем кто-либо из других мастеров того времени.
Огромные средства позволили К. Медичи возвести палаццо, которое стало наиболее выдающейся гражданской постройкой раннего
Ренессанса. Точные данные о начале и продолжительности его возведения до нас не дошли: расходные книги дома Медичи сохранились
не полностью, поэтому по данному вопросу среди исследователей существует множество предположений. До 1428 года, когда К. Медичи
возглавил семейство, он вряд ли мог приступить к возведению новой
фамильной резиденции. Подготовительные переговоры тоже должны
были занять некоторое время, так что наиболее вероятным годом
начала строительства считается 1430-й, хотя факт этот окончательно
не подтвержден. Очень многое говорит и в пользу 1440 года, в частности, сообщение о том, что сам К. Медичи якобы высказал сожаление, что не начал строить свой дворец десятью годами раньше.
В плане палаццо Медичи представляет собой почти правильный
квадрат (40х38 метров) с квадратным двором в центре. Дворец трехэтажный, а высота этажей еще больше подчеркивает величественность всего здания. Стены дворца и его нижний ярус, который облицован рустом (грубым, необработанным камнем), непробиваемы,
как крепостные стены. И вместе с тем новый дворец существенно
отличался от семейной твердыни прежних веков. У него продуманные пропорции, красивые окна и обрамления дверей, третий этаж
завершается широким нарядным античным карнизом, который оттенял общую суровость стен своей пластической проработкой.
Этажи на фасаде отделяются друг от друга небольшими поясками-карнизами, на которые опираются выполненные в виде арок
окна. Сначала дворец имел по фасаду десять окон, но в XVII веке
его удлинили еще на семь окон. Каждая арка в свою очередь объединяет две меньшие, разделенные между собой небольшой колонкой. С внешней стороны дворца, на углу второго этажа, помещен
фамильный герб Медичи - шесть шаров на гладком фоне, которые
представляют собой пилюли и напоминают о врачевании - первоначальной профессии предков Медичи.
Все помещения палаццо располагались вокруг просторного внутреннего двора, окруженного изысканной аркадой с легкими коринфскими колоннами. Посреди двора находилась дверь, ведущая в сад,
который часто называли вторым двором.
ПАЛАЦЦО МЕДИЧИ ВО ФЛОРЕНЦИИ 167
Второй двор (или сад) шел по длине заднего фасада палаццо и
простирался к северу. Он был украшен многочисленными древними
памятниками. Он По обеим сторонам ворот стояли статуи Марсия,
реставрированные Донателло и Вероккио. С трех сторон двор окружала ограда в высоту нижнего этажа. Ограда была увенчана зубчатым карнизом, на котором К. Медичи поместил бронзовую голову
Донателло. Современники отмечали, что сад <невелик, но так величественен, что все входящие останавливались в изумлении>.
В первом этаже дворца размещались подсобные помещения, окна
которых снаружи были забраны крепкими металлическими решетками. Жилые комнаты располагались на третьем этаже, а на втором - богато убранные парадные залы и дворцовая капелла, стены
которой от самого пола до потолка были расписаны фресками
Б. Гоццоли.
Но от прекрасного убранства многих помещений палаццо Медичи сейчас мало что осталось. Лишь одна капелла в своих основных
чертах сохранила прежний вид. В силу своего культового назначения она не подвергалась существенным изменениям и лишь стала
несколько меньше после постройки новой главной лестницы.
Пол капеллы был необычайно тщательно и изящно выложен
мозаикой из квадратных плиток драгоценных пород дерева. Узор в
задней части пола более богат, вероятно, потому, что во время богослужений передняя часть пола покрывалась ковром.
При украшении потолков капеллы главная задача заключалась в
том, чтобы, учитывая ограниченность пространства, избежать слишком тяжелых и массивных форм и в то же время как можно богаче
украсить капеллу, как семейное святилище. Отсюда и членение потолка на возможно большее число отдельных частей, в изобилии
усеянных мелкими декоративными деталями.
Главное место на потолке капеллы отведено живописи, лишь
некоторые его части были сделаны резными для большей рельефности. Роскошь красок до сих пор создает чарующие глаз эффекты,
так как, кроме синего фона и богатой позолоты, применялись коричневые, красные и белые тона. В сочетании с великолепными
картинами Б. Гоццоли, покрывающими стены, это производило поистине волшебное впечатление.
Чрезвычайно тонко и изящно расцвечен потолок хора, где красные, синие и белые перья Медичи, слегка тронутые золотом, образуют венец вокруг монограммы Иисуса Христа. Белый цвет, если рассматривать его вблизи, обладает серебристым оттенком. Он образует
фон, на который нанесены синий, красный и золотой цвета, приобретающие от этого фона тоже некоторый блеск.
100 ВЕЛИКИХ ДВОРЦОВ МИРА
Очень изящна и роспись цоколя, выполненная фресками. В восхитительное обрамление были введены красные и желтые эмблемы
дома Медичи.
В капелле находилась алтарная икона <Шествие волхвов>, написанная Б. Гоццоли. В библейский сюжет художник ввел множество
флорентийцев, начиная с представителей рода Медичи и кончая простолюдинами, а на первом плане изображен даже негр. Это многоликое шествие развертывается на фоне пленительного пейзажа: на
далеких зеленых холмах высятся белокаменные замки со множеством башен, вьются живописно ведущие к ним дороги, тонкие
стволы деревьев изящно поддерживают свои пышные кроны, порхают птицы По сероватым гладким изломам гор движутся процессии,
а всадник с копьем и в сопровождении собак стремится настичь
проворно убегающую лань.
При Лоренцо Медичи дворец стал центром гуманитарной культуры не только Флоренции, но и всей Италии - местом столь высокого процветания искусств, что его молодой владелец заслужил прозвище <Лоренцо Великолепный>. Он прекрасно знал древнеримскую литературу и философию, а также и древнегреческий, хотя в
средневековой Италии этот язык был почти совсем забыт. Как дед и
прадед, Лоренцо Медичи собирал произведения искусства, и палаццо Медичи вскоре превратилось в хранилище уникальных художественных произведений.
В 1659 году Медичи продали свой дворец маркизу Риккарди,
поэтому он стал называться <Палаццо Медичи-Риккарди>. В 1829 году
дворец перешел в собственность государства, и после реставрации в
нем разместился музей.
ПАЛАЦЦО ЛУКИ ПИТТИ
ВО ФЛОРЕНЦИИ
Тот, кто хоть один раз увидит этот дворец, сразу почувствует,
что перед ним - единственное в своем роде здание. Чудесно высится оно на холме, чудесно перекинуты его огромные мощные арки
над такими гигантскими окнами, что они подобны порталам. Гордая
простота и исполинская первозданность сочетаются в этом дворце в
высшей степени гармонично.
История палаццо Питти представляет собой целую эпопею.
Н. Макиавелли в своей книге <История Флоренции> пишет, что
Лука Питти за свои заслуги перед Флорентийской республикой был
произведен в рыцари, а потом его влияние настолько возросло, что
практически он стал правителем, а не Козимо Медичи. <Мессир
Лука был щедро награжден синьорией, с которой впоследствии соревновался и весь город; нужно думать, что подарки достигали суммы в 20 000 дукатов>.
Л. Питти заслужил от Республики такое доверие, что сильно
возомнил о себе и <начал две постройки - одну во Флоренции,
другую - в Рушано, на расстоянии одной мили от города. Обе постройки - великолепные и царственные, причем городская больше,
чем какая-либо другая, построенная до тех частным лицом>. Он не
особенно считался с расходами для доведения своего замысла до
конца. Чтобы закончить возведение обоих дворцов, Лука Питти <не
останавливался ни перед каким, даже самым необычным способом:
170 100 ВЕЛИКИХ ДВОРЦОВ МИРА
не только граждане и отдельные частные лица делали ему для этой
цели подарки и поставляли все необходимое для строительства, но и
городские коммуны и население городов оказывали всю необходимую помощь. Более того, все убийцы, грабители и вообще преступники, подлежащие за свои дела преследованию, находили на постройке дворца убежище и безопасность, если только могли принести
ей какую-нибудь пользу>.
В действительно крупных творениях всегда есть что-то таинственное, загадочное, чуть ли не мистическое. Так и в создании
этого палаццо странным образом долго умалчивалась история о его
возникновении. На протяжении довольно продолжительного времени ничего не было известно о предполагавшемся плане и общем
расположении палаццо. Сейчас уже само собой разумеется, что план
своего дворца Лука Питти заказал знаменитому архитектору Филиппо Брунеллески, который и выполнил чертежи для этого прекрасного в своей необычности здания. Но даже в немногих дошедших до нас документах сведения об авторе проекта не всегда между
собой сходятся. Так, например, в <Книге Антонио Билли> палаццо
Питти в перечне творений Ф. Брунеллески вообще не упоминается.
Генрих фон Гейнмюллер в своих исследованиях пишет, что Лука
Питти еще до того, <как стать гонфалоньером, направляемый какой-то непонятной силой, может быть, даже отчаянным неблагоразумием, начал вместе с Брунеллески постройку дворца, носящего его
имя, во славу как себе, так и Флоренции>.
Дворец Питти занимает одну из длинных сторон флорентийской
площади. Традиция приписывает Луке Питти желание сделать свой
дворец достаточно большим, чтобы целиком включить в себя палаццо Строцци. Но это скорее могло бы относиться к Козимо Медичи,
а вот слова Л. Питти, что он хочет иметь такой дворец, окна которого были бы больше порталов палаццо Медичи, представляются вполне
вероятными.
В этом палаццо величие и мощность достигаются не нарастанием
архитектурных элементов. Ф. Брунеллески как будто выражает здесь
мысль, что в большом все должно быть одинаково грандиозным и
оставаться таким неизменно. Одинаково высокие этажи, одинаковые карнизы и балюстрады балконов, одинаковые пролеты порталов
и окон, одинаковая ширина простенков. Везде одинаково мощные
арки, как будто они созданы поддерживать горы! Нет ни одного
камня во всем здании, который выделялся бы среди других хотя бы
характером рельефа.
Дворец сохраняет на себе печать суровых замков старого времени.
Он поднимается на возвышении, что дает ему возможность развер
ПАЛАЦЦО ЛУКИ ПИТГИ ВО ФЛОРЕНЦИИ 171
нуться перед глазами посетителей во весь свой рост и во всю свою
ширь: длина палаццо составляет 201 метр, высота его - 37 метров.
Трехэтажный дворец Луки Питти весь построен из диких камней, огромных квадров дикой скалы, почти из обломков горы. Исполинские массы, темные и горбатые, будто бы спущены с высоты,
рассечены одним взмахом и нагромождены друг на друга руками
циклопов. Из них, уже на другом месте, тоже выросла гора, но
чудесно отделанная и проникнутая особой гармонией.
Фасад дворца Питти горд и гол, почти лишен каких бы то ни
было украшений. Единственной украшающей деталью фасада являются трижды повторяющиеся одинаковые карнизы над каждым этажом, пилястры с капителями довольно ранней формы и ионийские
колонки балюстрад
Фасад, созданный Ф. Брунеллески, имел в ширину только семь
окон, а в первом этаже - три портала и четыре слуховых окна.
Таким был размер этого дворца до тех пор, пока окна не были
зарешечены, боковые порталы не замурованы и не снабжены окнами с фронтонами, а сам дворец не был соединен знаменитой галереей Вазари с площадью Синьории. Теперь в среднем портале устроен
проезд, а боковым порталам внутри соответствуют цилиндрические
своды. Под окнами первого этажа расположились декоративные фонтанчики с львиными головами, а внутри нижнего этажа находится
помещение, перекрытое крестовым сводом.
Эта грандиозная постройка, как уже указывалось выше, не всегда сохраняла свой первоначальный вид - как в своих размерах, так
и в очертаниях. Если увеличение размеров палаццо К. Медичи не
всегда шло ему на пользу, то во дворце Питти с каждым новым его
расширением величие создания Ф. Брунеллески разгоралось все ярче,
с каждым разом возникало творение, исполненное еще большей мощи.
Дворец задуман архитектором в величавых монументальных формах, отражающих богатство заказчика и в то же время подчеркивающих незыблемость того жизненного уклада, при котором могли
быть воздвигнуты подобные сооружения.
С палаццо Луки Питти связаны и два политических события в
истории Европы и в возрождении Италии. Отсюда в XVIII веке,
направляясь на север, Лотарингский дом вступил на престол германской нации. Здесь родился и первый король Италии Виктор-Эммануил во время одного из посещений дворца его матерью. Позднее
палаццо Питти стало резиденцией короля, отсюда же он отправился
и в Рим.
СТАРЫЙ ЗАМОК В БЕРЛИНЕ - ДВОРЕЦ
РЕСПУБЛИКИ
Дворец Республики и Собор
История сооружения этого дворца начинается в 1443 году, когда на
берегах Шпрее для курфюрста Фридриха II был возведен замок. Впоследствии этот дворец перестраивался, и в XVI веке он представлял собой прямоугольное здание, стороны которого равнялись 167 и 115 метрам, а высота - 33 метрам. В нем было пять больших ворот и четыре
этажа, в которых размещалось 1283 комнаты. Архитектор Тейс пристроил к замку со стороны площади новый флигель, а в 1580-1595-е
годы при курфюрсте Иоанне Георге было закончено возведение построек на восточной стороне и образовано два внутренних двора.
Но от сооружений той далекой эпохи к началу XX века сохранилась только одна часть, которая в 1699-1716-е годы была включена
СТАРЫЙ ЗАМОК В БЕРЛИНЕ... 173
в ансамбль, возведенный архитекторами А. Шлютером, Э. фон Гэтэ
и Бэмом. Эта старинная часть долгое время образовывала живописный восточный фасад замка, омываемый правым руслом Шпрее.
Особенно интересной в этой части была средневековая круглая башня <Зеленая шляпа>.
Три дворцовых фасада нового сооружения носили различный характер. Северный фасад, возведенный А.Шлютером, производил впечатление мрачное и холодное. Это впечатление отчасти сгладилось
позднейшей пристройкой террасы с бронзовой шеренгой предков Гогенцоллернов. Главный вход в замок со стороны представлял собой
подражание Триумфальной арке римского императора Септимия Севера. Его украшали две скульптурные бронзовые группы <Всадников,
укрощающих лошадей> (работа скульптора П. К. Клодта), подаренные
королю Фридриху Вильгельму IV русским царем Николаем I.
Холодный и горделивый вид имеет и западный фасад замка,
сооруженный архитектором Э. фон Гэтэ. Монументальный портик с
этой стороны украшали два горельефа О. Лессинга, а колоссальной
высоты купол (около 71 метра) над дворцовой капеллой был воздвигнут лишь при короле Фридрихе IV. В центре большого западного двора стояла прекрасная скульптурная группа <Георгий Победоносец, побеждающий дракона>. В этом же дворе ежедневно, в полдень, происходила церемония смены королевского караула.
Южный фасад замка, тоже построенный А. Шлютером, имеет вид
более величественный и красивый, а главное - более приветливый.
Внутреннее убранство старого королевского замка было исполнено архитектором А. Шлютером в барочном стиле В восточном
флигеле одного из больших внутренних дворов располагался Швейцарский зал, а слева от него размещались две прихожие.
Украшением дворца являлся Рыцарский (Тронный) зал, роскошно декорированный в стиле барокко. Над четырьмя его дверями
размещались рельефы, представлявшие четыре стороны светы. Украшавшая Рыцарский зал люстра из горного хрусталя была доставлена
сюда из вормского рейхстага, здесь же находились и массивные колонны из серебра, поднесенные королю военными офицерами, и
такой же массивный трон.
Белый зал (31,5х15,7 метра) предназначался для всякого рода торжеств и орденских праздников, открытий работы ландтага, рейхстага и других церемоний. Галерею Белого зала украшали парижские
гобелены со сценами подвигов Дон Кихота
Старый королевский замок в Берлине видел в своих залах много
исторических лиц. В нем родился Фридрих Великий, в старой придворной капелле он был крещен, впоследствии капелла была пре
174 100 ВЕЛИКИХ ДВОРЦОВ МИРА
вращена в зал Черного орла. Осенью 1806 года в замке жил Наполе- ?
он, а в 1848 году с одного из балконов дворца Фридрих Вильгельм II ?
обещал созвать прусский парламент. |
В первом этаже старого замка располагались королевские покои ^
Фридриха Вильгельма II, которые предназначались для высоких го- ;
стей. Здесь в 1913 году гостил русский император Николай II, при- |
бывший в Берлин на торжества по случаю бракосочетания дочери 1
Фридриха Вильгельма II.
В годы Второй мировой войны старый королевский замок был
разрушен, но это место не могло стать просто площадью, так как он
был связан с целым рядом исторических событий. В марте 1973 года
Политбюро ЦК компартии Германии приняло решение возвести здесь.;'
Дворец Республики. Большим творческим коллективом руководил \
архитектор X. Граффундер, а в художественном оформлении Дворца ?
приняли участие более 100 мастеров искусства. \
Дворец строился очень быстро, в напряженном темпе, и был J
возведен за три года. Вытянутый по горизонтали, по своим внешним и внутренним объемам Дворец Республики очень прост. Но j
продуманность его пропорций, умелое использование красивых и 1
прочных материалов (мрамора, гранита, дерева, стекла и металла), а 1
также немецкая тщательность отделки всех элементов здания прида- \
ют ему законченную гармонию.
Площадь нижнего вестибюля Дворца Республики в общей сложности составляет более 1000 квадратных метров. Множество плафонов, собранных в самых различных вариациях, излучали мягкий свет.
Этот свет струился, отсвечивал в термостеклах, преломлялся в <Стеклянном дереве>, которое часто называли <Стеклянным цветком>.
Ствол <Стеклянного дерева> был выполнен из нержавеющей стали, ;
а на нем укреплены полукружные сегменты высотой в три метра из
кристаллического зеленого стекла. Своими рифлеными волнообразными поверхностями, отшлифованными и собранными к центру,
они образовывали сферическую поверхность, которая сверкала и'
переливалась тысячами отсветов.
Это было первое <чудо>, которое встречало посетителей в главном фойе Дворца Республики. Поднимаясь по галерее, он знакомился со вторым <чудом> - 16 настенными живописными произведениями, которые располагались и по второму этажу фойе. Большие
картины, вставленные в светлые мраморные стены, уже издали привлекали внимание своими мощными цветовыми аккордами. Все картины специально создавались для украшения Дворца Республики, и
потому они имеют одинаковую высоту - 2,8 метра, но по ширине
все они отличаются друг от друга.
СТАРЫЙ ЗАМОК В БЕРЛИНЕ... 175
Шестнадцать разных художников, каждый со своими взглядами,
убеждениями, своим творческим устремлением, излюбленными темами и сюжетами. Всем им была предоставлена полная творческая
свобода, и каждый <спел> именно свою песню. Среди картин- такие полотна, как <Исследуй, пока не познаешь>, <Вчера- сегодня>,
<Творческие силы>, <Люди на пляже>, <Хлеб для всех> и другие.
Однако тематические и сюжетные отличия полотен, эмоциональность каждой картины, особенности художественных средств выражения не мешают общему единству, а наоборот, дополняют и разнообразят его. Спокойное лирическое настроение одних сменяется нервным ритмом напряженной борьбы других, философско-эпические
образы соседствуют рядом с будничными житейскими мотивами.
Вечером, когда зажигались многочисленные светильники самых
причудливых форм, Дворец Республики' приобретал особый, почти
фантастический облик. В нем словно вспыхивали и не гасли гигантские фейерверки, как бы застывшие по мановению волшебной палочки в причудливых и ярких созвездиях.
' После в
...Закладка в соц.сетях
