Сто великих музыкантов

страница №20

...другие музыканты "Wolverines" не внесли особого вклада в
развитие джаза. В двадцать один год Бикс стал признанной фигурой в джазовом
мире.
К сожалению, он все больше и больше привыкал к спиртному. Но пристрастие к
алкоголю не мешало Биксу играть. В конце 1924 года он покинул "Wolverines" и
поступил в оркестр Фрэнки Трамбауэра. Вместе с Трамбауэром Бейдербек долгое
время играл в различных оркестрах. Стиль Трамбауэра и его уверенное
музицирование оказали известное влияние на Бикса. Когда Трамбауэр возглавил
оркестр Жана Голдкетта, он перевел туда и Бикса.
Осенью 1927 года оркестр Голдкетта обанкротился. Бейдербек, Трамбауэр вместе с
некоторыми другими музыкантами ушли в оркестр Пола Уайтмена. Здесь Бикс
проработал до конца своих дней. Об оркестре Уайт-мена, пользовавшемся в то время
огромной популярностью, хорошо сказал Гюнтер Шуллер:
"Отличное интонирование, прекрасный звуковой баланс и чистые атаки отнюдь не
означают поверхностный подход к джазу. В лучших композициях оркестра Уайтмена
есть чувство, есть настроение, по-своему столь же прекрасные, как у Эллингтона
или Бейси. И хотя эта музыка не имеет джазовой природы, мы не вправе бездумно
отвергать ее".
Именно в оркестре Уайтмена Бейдербек достиг вершины своей карьеры. Он был в
числе лучших американских музыкантов - и ему больше нравилось положение солиста,
"звезды" у Уайтмена, чем скромное существование в непризнанном мире джаза.
У Уайтмена Бикс много времени проводил за фортепиано, интересуясь в том числе
сочинениями Дебюсси, Равеля и других новаторов. У этих

392

100 ВЕЛИКИХ МУЗЫКАНТОВ
композиторов музыкант научился некоторым приемам гармонии, созданию богатой
гаммы оттенков. Благодаря своей фантазии Бейдербек сплетал звуковые оттенки в
причудливые комбинации, некоторые из которых воплотил в серии свободных
композиций "Candlelights", "Flashes", "In the Dark" и "In a Mist".
Бикс играл в оркестре Уайтмена до осени 1929 года. С этим коллективом он сделал
десятки записей Соло Бикса немногочисленны и, как правило, коротки. Некоторые из
них - просто маленькие шедевры. Более существенные грамзаписи сделаны Биксом в
1927-1930 годах с группами, собранными специально с этой целью. Жаль, что
Бейдербек не сделал записи с большими мастерами, такими как Тигарден или
Расселл. Они могли бы стать событием.
Чрезмерное пристрастие к алкоголю быстро погубило Бейдербека, несмотря на его
крепкое от природы здоровье. Осенью 1929 года, после перенесенной нервной
болезни, музыкант возвратился в Давенпорт. Его определили в санаторий и стали
лечить. Увы, помочь ему так и не смогли. Заболев пневмонией в тяжелой форме,
усугубившейся белой горячкой, он скончался в муках в пансионате Саннисайд в 1931
году.
А ведь перед артистом открывалось блестящее будущее.
"Что же приводило в восторг музыкантов 20-х годов, что сегодня восхищает нас? -
спрашивает Д. Коллиер и сам же отвечает. - Во-первых, изумительно красивый тон,
которым отличалась игра Бикса. О Биксе, как и о многих джазменах, говорят, что
"в реальной жизни они играли гораздо лучше, чем мы слышим на грамзаписях".
Подобные утверждения следует принимать с известной долей сомнения. Конечно,
студия грамзаписи не дает артисту вдохновения, которое посещает его перед
настоящей аудиторией, однако игра в студии дает известные преимущества
исполнителю, у которого есть возможность собраться и внимательно все продумать.
В те времена, когда записывали Бикса, электрическое воспроизведение звука только
зарождалось, и можно лишь гадать о том, что именно утеряно из его игры, которую
современники сравнивали со звоном колокольчиков. Его атака была острой и
твердой, интонация безупречной, а тон отличался одновременно и теплотой, и неким
металлическим резонансом, в котором действительно было что-то от звона.
Единственным дефектом его тона был легкий хрип, временами появлявшийся в
форшлаге. Это свойственно многим джазменам и связано либо с отсутствием
практики, либо с мгновенным, неуловимым колебанием - какой звук следует взять.
Но дар Бикса - это нечто большее. Его понимание мелодического принципа в джазе с
годами росло, усиливалось. Задолго до других джазодЛЕКСАНДР
НАУМОВИЧ ЦФАСМАН

393

вых музыкантов он понял, что в мелодии решающее значение имеет переход от
диссонанса к гармонии. Он также часто использовал высокие звуки, повышенные и
пониженные ступени звукоряда, и он использовал эти звуки не экспериментально, не
для случайного эффекта, а как неотъемлемый и оправданный элемент музицирования.
Бикс был тонко чувствующим исполнителем Даже во время игры он помнил о том, что
надо подготовиться к переходу от диссонансного фа-диез к соль.
Бикс Бейдербек был мыслящим музыкантом, это выделяло его среди современников и
джазменов последующих поколений Бикс не умел играть бездумно, не имея заранее
концепции игры. Он всегда точно знал, что делает и что будет делать. Он мыслил
логически, упорядоченно - можно сказать, с немецкой педантичностью. Вот как он
играет пары восьмых: первый звук в паре чуть длиннее второго; второй звук
предваряется ощущением легкого колебания, что позволяет слушателю точнее ощутить
метр. Он всегда экономен, никогда не играет случайных тонов; но его арсенал не
скуден. Его отличает поразительное чувство меры. В игре Бикса словно
присутствует его застенчивость, ощущение собственной незначительности перед
лицом высокого искусства. Кажется, он говорит: я не хочу быть назойливым,
позвольте мне только показать вам вот это чудо. И его музыка - это именно чудо".

АЛЕКСАНДР НАУМОВИЧ ЦФАСМАН
/1906 -1971/
А. Медведев пишет в своей книге: "Александр Цфасман - личность в советском джазе
почти легендарная. Артистический облик его многогранен: пианист, композитор,
дирижер, аранжировщик, руководитель оркестра. И в каждой ипостаси он выразил
себя глубоко и полно. Наследие А. Цфасмана не утратило значения по сей день. Его
музыка звучит так же свежо, как двадцать, тридцать, сорок лет назад. Завидное
качество! В легкой музыке и джазе достичь этого совсем не просто, новые веяния и
художественные ориентиры меняются здесь особенно часто.
С творчеством А. Цфасмана связаны значительные завоевания советского джаза с
середины 20-х годов и до конца 60-х. Талантливый музыкант и организатор, он
многое сделал, многое открыл в любимом жанре".
Александр Наумович Цфасман родился 14 декабря 1906 года в городе Александровск,
ныне Запорожье, в семье парикмахера. С семи лет Саша обучался игре на скрипке и
фортепиано, а когда его семья переехала в

394

100 ВЕЛИКИХ МУЗЫКАНТОВ
Нижний Новгород, двенадцатилетнего мальчика приняли на фортепианное отделение
Музыкального техникума.
В эти же годы начинается и его профессиональная деятельность. В 1920 году
студент второго курса становится ударником Нижегородского симфонического
оркестра. Тогда же, вспоминал Александр Наумович, "состоялось мое первое
публичное выступление в качестве пианиста: на областной олимпиаде я исполнял
Одиннадцатую рапсодию Листа и получил первую премию".
Окончив техникум, Цфасман решил продолжить образование. Его манила карьера
пианиста, концертирующего со сложными произведениями русской и мировой классики.
Успешно сдав экзамены в Московскую консерваторию, он стал учеником одного из
знаменитых педагогов - профессора Феликса Михайловича Блуменфельда.
Но именно в эту пору Цфасман знакомится с джазом. Молодой музыкант буквально
заболевает его ритмами, необычным звучанием, богатыми возможностями для
эксперимента в сфере, советскими музыкантами еще не освоенной.
Восемнадцатилетний студент класса фортепиано неожиданно обращается к композиции.
И также неожиданно его танцевальные пьесы становятся популярными.
В конце 1926 года Цфасман создает свой джазовый ансамбль, первый
профессиональный джазовый коллектив в Москве. Четыре месяца ежедневных
напряженных репетиций не прошли даром. Премьера ансамбля состоялась в марте 1927
года в Артистическом клубе. Успех оркестра превзошел все ожидания. Сад
"Эрмитаж", законодатель тогдашней эстрадной моды, тотчас пригласил "АМА-джаз"
для выступлений.
В сезоне 1927-1928 годов ансамбль играл в ресторане "Казино". Слушатели особенно
выделяли барабанщика Ивана Бачеева и самого Цфасмана, пианиста-виртуоза.
В 1928 году впервые услышал "АМА-джаз" Кнушевицкий и был захвачен новой для него
музыкой, высоким профессионализмом ее исполнения: "До сих пор не могу забыть
своего впечатления, - вспоминал Виктор Николаевич. - Мне казалось, что все это
недосягаемо для меня, я просто не знал, как это делается".
Играли цфасмановцы с большим энтузиазмом, вдохновенно,
АЛЕКСАНДР НАУМОВИЧ ЦФАСМАН

395

их воодушевлял успех, многое в биографии ансамбля не имело прецедентов в истории
советского джаза. В 1928 году "АМА-джаз" выступил по радио - впервые советский
джаз зазвучал в эфире!
Несколько позже он записывается на пластинки, и это были одни из первых джазовых
советских записей в истории.
Пластинки "АМА-джаза" свидетельствовали об исполнительском уровне ансамбля,
который был достаточно высок, особенно в сольных фортепианных партиях, сыгранных
его руководителем. Произведения "АМА-джаза" привлекали, прежде всего, яркой
мелодичностью, инструментовкой, отмеченной богатством выдумки, четким
ритмическим рисунком. А достоинства эти связаны в основном с именем Александра
Цфасмана, определявшего лицо коллектива, его эстетическую программу.
В конце 1920-х годов "АМА-джаз" часто гастролирует в крупнейших городах нашей
страны. В Москве он выступает на концертных эстрадах, фойе кинотеатров, в лучших
ресторанах. Большой успех имеют выступления Александра Цфасмана в дуэте с
пианистом Евгением Петуниным. Сольная концертная деятельность Цфасмана постоянно
расширяется.
В 1930 году Цфасман окончил Московскую консерваторию и стал первым в стране
джазовым музыкантом-профессионалом, получившим консерваторское образование. То,
что его коллеги-музыканты познавали в порядке "самоучения", Цфасман обрел в
рамках классической системы образования и в практической деятельности
концертирующего эстрадного артиста. В то время подобный путь к джазу был
редкостью.
В начале 1930-х годов Цфасман некоторое время работал концертмейстером в
Хореографическом училище Большого театра, где произошла его встреча с молодым
Игорем Моисеевым, делавшим первые шаги на поприще балетмейстера.
В 1931 году общество "Отель" заключило договор с Цфасманом. После этого в
течение двух лет музыкант с успехом выступал вместе с октетом "Московские
ребята" на эстрадах лучших столичных ресторанов. По своему составу и манере
октет был ближе всего к традиционному джазу, или диксиленду. В начале 1933 года
Цфасман решает увеличить духовые группы. Так, первым трубачом становится М.

Фрумкин, вторым - Н. Бучкин. В оркестр включается также тромбонист И.
Ключинский.
В 1936 году оркестр Цфасмана увеличивается, а его программа становится более
разнообразной, более эстрадной.
"Осенью 1938 года, - рассказывал Цфасман, - поняв, что мои устремления находятся
в полном противоречии с требованиями эстрады, на которой мы уже прочно
обосновались, я решил оставить свой постоянный оркестр и работать только для
грамзаписей, собирая для этих целей любой необходимый мне состав. Многие коллеги
по эстраде сочли мой

396

100 ВЕЛИКИХ МУЗЫКАНТОВ
уход чудачеством, даже безумием. Немалую роль в таком решении сыграло и то, что
мне надоело зависеть от вокалистов, которые стали "цент- , ром" в джазе
Возвращаться же в ресторан я уже не хотел".
В течение 1938 и 1939 годов сборными оркестрами Цфасмана были \ наиграны такие
популярные пластинки, как "Хлопок", "Джозеф" и "Мерцающие звезды" с великолепным
соло специально приглашенного ленинградского трубача Георгия Иванова.
Цфасман создал самобытный, присущий только ему стиль исполнения, в котором
острая ритмичность сочетается с ярким пианистическим мастерством.
"Меня неизменно восхищает в нем неистощимый запас энергии, творческой выдумки,
изобретательности, - писал позже композитор Андрей Эшпай. - Причем Цфасман
всегда остается Цфасманом, ни на кого не похожим, самобытным исполнителем. Здесь
сказывается и большая культура, и блестящее мастерство (еще бы, школа
Блуменфельда!), и увлеченность искусством".
С 1939 по 1946 год Цфасман возглавлял джаз-оркестр Всесоюзною радиокомитета,
куда "влились" многие его музыканты. И сегодня, слушая записи этого коллектива,
отмечаешь не только чистоту и слаженность ансамблевой игры, мастерство солистов,
но, прежде всего, глубинное чувство джаза, чисто джазовую специфику.
В дальнейшем творчество А. Цфасмана развивалось по двум направлениям он
возглавлял ряд московских оркестров и, одновременно, продолжал выступать в
концертах как солист-пианист.
Во время войны джаз-оркестр Цфасмана продолжал свои выступления. "Наш оркестр,
как и весь радиокомитет, был эвакуирован в Куйбышев, - вспоминал Цфасман. -
Именно оттуда в то грозное время раздавалась традиционная фраза: "Говорит
Москва". У нас при этом всегда с болью сжималось сердце... Наконец, весной 1942
года мы узнали, что едем на фронт. Мы старательно готовились к этой поездке. В
нашей программе было много новых песен, среди них "Землянка" К. Листова, для
которой я сам писал аранжировку, "Моя любимая" М. Блантера, "Маленькая Валенька"
Б Фомина. Какие хорошие песни рождались в военные годы - чистые,
благородные, мужественные, в них не было и намека на по-| шлость!"
Летом 1942 года джаз-оркестр ВРК дал в действующих частях более! 100 концертов.
Исполнял он и чисто джазовую музыку, и рапсодии, и песни, и сатирические "Окна
РОСТА". Осенью оркестр ВРК вернулся в Москву. Начались регулярные выступления по
радио, продолжались концерты в воинских частях и госпиталях, а также в ЦДРИ и в
домах культуры.
После войны Цфасман продолжил активную концертную деятельность.
АЛЕКСАНДР НАУМОВИЧ ЦФАСМАН

397

Он часто играл с симфоническим оркестром "Рапсодию в стиле блюз" д Гершвина
Дирижеры были знаменитые - Николай Голованов, Натан рахлин, Николай Аносов Все
они считались с Цфасманом, прислушивались к его мнению.
Александр Наумович внимательно следил за развитием оркестрового джаза, изучал
достижения западных джазовых музыкантов. Вначале он увлекался оркестрами Гарри
Роя и Генри Холла. С распространением стиля свинг Цфасман особый интерес проявил
к оркестру Бенни Гудмена. Но, конечно, любовью всей его жизни был Дюк Эллингтон.
А. Медведев пишет: "Те, кто когда-нибудь слышал игру А. Цфасмана, навсегда
сохранят в памяти искусство этого пианиста-виртуоза. Его ослепительный пианизм,
сочетавший экспрессию и изящество, действовал на слушателей магически.
Несомненно, в игре А. Цфасмана ощущались классические традиции, прежде всего
традиция Листа. Но как джазовый пианист Александр Цфасман никому не подражал. Он
сумел выработать свой, неповторимый фортепианный стиль, который узнается
мгновенно. Его отличительные черты - энергия и мужественность тона, красочность
звуковой палитры, филигранная техника, упругий, крепкий ритм, строгая логика
голосоведения и гармонии, тончайшая отделка фактуры.
Пианистический талант А. Цфасмана вызывал восхищение многих выдающихся
музыкантов. Мне рассказывали: когда на художественном совете радио
прослушивались записи А. Цфасмана, такие прославленные пианисты и педагоги, как
Г. Нейгауз, А. Гольденвейзер, К. Игумнов, неизменно ставили высшие оценки своему
джазовому "собрату".
Пианизм и композиторское творчество слиты в искусстве Цфасмана воедино.
Подавляющее число созданных им произведений предназначено для фортепиано. В
основном это миниатюры; танцы, песни, фантазии, попурри, обработки популярных
мелодий.
Есть у А. Цфасмана несколько произведений крупной формы. Среди них два концерта
для фортепиано - с джаз-оркестром (1941) и с эстрадно-симфоническим оркестром
(1967), балетная сюита "Рот-фронт" для оркестра (1931), "Спортивная сюита" для
симфоджаза (1965). Цфасман написал немало музыки к театральным постановкам и
кинофильмам. Он сотрудничал с Сергеем Образцовым, Николаем Акимовым, Натальей
Сац, Григорием Александровым. Его музыка и сегодня поражает неистощимой
фантазией, безупречным вкусом.

Умер Александр Наумович 20 ноября 1971 года в Москве.
Артистическая слава преходяща Важна идея, воплотившаяся в дело, которое живет и
развивается во времени, даже после смерти человека. Сущность того, что сделал в
джазе Цфасман, наглядно проявляется в творчестве многих современных музыкантов.
Можно сказать, что главное

398

100 ВЕЛИКИХ МУЗЫКАНТОВ | БЕННИ ГУДМЕН
дело его жизни оказалось выше его собственной прижизненной громкой славы
эстрадного пианиста.
"Он любил музыку истово, - говорили о Цфасмане музыканты, игравшие вместе с ним.
- И от нас того же требовал. Волевой, строгий, предельно взыскательный в работе.
Знал джаз досконально. Мог делать в нем абсолютно все. Мастер! - Ум, эрудиция,
внутренняя культура. Мы - как мальчики перед ним. Цфасман не возрастом был
старше, а знаниями, опытом, уровнем профессионализма.
Музыканты тянулись к нему. Он был примером во всем: в отношении к делу и к
людям, в суждениях о музыке, театре, литературе. Даже в одежде мы стремились
походить на него, всегда подтянутого, элегантного.
Цфасман, как никто другой из музыкантов, умел насыщать музыку дыханием джаза. Он
противостоял дилетантизму и любительщине, которых немало было в нашей среде".
БЕННИ ГУДМЕН
/1909-1986/
Между джазовой лихорадкой 1920-х годов и бумом рока 1960-х был период, известный
как "эра свинга", отличавшаяся своей модой, своими танцами, своим сленгом. Самой
большой ценностью стали искренность, честность, готовность выразить свои
истинные чувства.
То поколение жаждало искусства открытого, эмоционального и, конечно,
чувственного. На джазовой сцене такое искусство явилось в 1934 году - в лице
молодого неизвестного кларнетиста Бенни Гудмена.
"Долгое время Гудмен не пользовался расположением джазовых композиторов, - пишет
Д. Коллиер. - Во-первых, в отличие от большинства белых музыкантов, выходцев из
среднего класса, он происходил из рабочей семьи. Он не считал себя, как многие
его белые коллеги, жрецом святого искусства, а был профессионалом, готовым, если
удастся, сделать карьеру. Во-вторых, Гудмен не отличался общительностью и не
искал дружбы. В-третьих, он был требова399

телен, а зачастую просто нетерпим к менее способным музыкантам. Работать с ним
было нелегко - ошибок он не прощал. Его сторонники - а таких немало -
утверждают, что его высокомерие было следствием увлеченности музыкой и что для
близких друзей он был добрым и сердечным человеком. Как бы ни относились к нему
музыканты, он, несомненно, был одним из лучших исполнителей в истории джаза".
Бенни Гудмен родился в Чикаго в 1909 году в семье эмигранта из России Его отец
работал на швейной фабрике, и семья жила крайне бедно, почти на грани нищеты. С
десяти лет Бенни занимался в небольшом ансамбле при синагоге. Позднее он
становится учеником Франца Шеппа. Последний был весьма уважаем в Чикаго. В свое
время он обучал игре на кларнете Бастера Бэйли и Джимми Нуна. В двенадцать лет
Бенни начал выступать перед публикой, а в пятнадцать уже работал
профессионально.
Познакомившись с музыкантами из ансамбля "New Orleans Rhythm Kings", Гудмен
многому научился у кларнетистов этого ансамбля Леона Рапполо и Джимми Нуна. Ему
удалось не понаслышке узнать, что такое новоорлеанский стиль джаза. Чуть позже
от Тешемахера и Пи Ви Расселла, которые были всего на три года старше его, Бенни
перенял прием "скрежетание" звука, ставший характерной особенностью его
исполнения.
В 1927 году появляются первые записи Гудмена. Через год он с оркестром Поллака
приехал в Нью-Йорк. Здесь на протяжении нескольких лет Гудман выступал как
самостоятельно, так и поочередно то с Поллаком, то с Редом Николсом. Время от
времени Гудмен играл не только на кларнете, но также на альтовом и баритоновом
саксофонах, корнете Бенни не стремился связывать себя контрактами на длительный
срок. Он работает и на радио, и в студиях звукозаписи, и играет в танцзалах,
зарабатывая по тем временам очень много.
В 1933 году Гудмен захотел создать собственный ансамбль. Ему повезло. Вскоре
Джон Хэммонд предложил ему контракт с фирмой "English Columbia" на выпуск
тридцати джазовых пластинок для Англии.
Хэммонд сыграл большую роль в судьбе Гудмена и вообще в истории джаза Потомок
богатейшего семейства Вандербильтов имел достаточно денег и обширные связи.
После окончания колледжа он вошел в контакт с фирмой грамзаписи "Columbia
Records", быстро познакомился с ее агентами, менеджерами, администраторами,
сошелся с владельцами клубов и со временем стал влиятельной фигурой в
музыкальном бизнесе Джаз пользовался его особым расположением, и он старался
всячески помогать своим любимцам-джазменам.
Для Гудмена он стал настоящим музыкальным наставником Узнав о решении Гудмена
создать свой ансамбль, Хэммонд, имевший контакт с

400

100 ВЕЛИКИХ МУЗЫКАНТОВ
АРТУР ТЕЙТУМ

401

английской фирмой, посоветовал ему собрать оркестр с джазовой ориентацией. Надо
сказать, что незадолго до этого Гудмен при содействии Хэм-монда уже сделал
несколько записей с разными исполнителями.
В марте 1934 года Гудмен вместе с братом Гарри, игравшем на тубе и контрабасе,
собрали оркестр из тринадцати высокопрофессиональных музыкантов. К концу года
биг-бэнд постоянно выступал на радио в регулярной вечерней передаче "Давайте
танцевать". Тогда же Хэммонд сделал еще один верный ход, имевший важные
последствия. Он договорился о том, что Гудмен купит у Флетчера Хендерсона,
находившегося в тот момент в трудном финансовом положении, несколько партитур.
Среди них были мелодии, которые уже играл оркестр Хендерсона, и те, что еще не
исполнялись. По словам Нэта Шапиро, Хэммонд рассказывал, что "Бенни заказал
Флетчеру аранжировки популярных мелодий, но они звучали настолько дерзко, что
Флетчер не решался их играть со своим оркестром. Я убежден, что именно они
определили стиль оркестра Гудмена и позволили ему вскоре покорить всю страну".
Однако, несмотря на высокий уровень аранжировок Хендерсона, публика их не
оценила должным образом. Вот что говорит Д. Коллиер:
"Это были годы депрессии, и те, у кого хватало денег на пластинки или на поход в
танцзал, хотели слышать более нежную и благозвучную музыку. И все же на оркестр
Гудмена публика обратила внимание. Вдохновленные первым успехом, Гудмен и
Хэммонд решились на гастрольную поездку, которая должна была закончиться в
Калифорнии. Но в других городах публика отнеслась к оркестру более чем холодно.
Она не принимала быстрого свинга и требовала слащавых популярных мелодий, играть
которые оркестр не был готов. Менеджеры злились. В Денвере посетители танцзала
настаивали на возврате стоимости билетов. Позднее Гудмен назвал это "самым
унизительным случаем в своей жизни".
Музыканты были подавлены. Они прибыли в Окленд с чувством облегчения от того,
что гастроли подходили к концу. И неожиданно в этом городе они встретили теплый
прием. А в Голливуде у дансинга "Паломар", самого знаменитого на Западном
побережье, их уже поджидала огромная очередь. Музыканты не верили своим глазам.
Выступление начали с популярных мелодий, но публика осталась к ним равнодушной.
И тогда Гудмен решил: умирать - так с музыкой, но с той, которую они хотели
играть. И грянул настоящий джаз. Толпа неистовствовала. Оркестр попал в точку.
Разгадка этой истории, по-видимому, заключалась в следующем. В радиопрограмме
"Давайте танцевать" Гудмен всегда выступал последним, так как режиссер считал,
что к этому времени пожилые слушатели, предпочитающие более спокойную музыку,
ложатся спать. Но на Востоке Соединенных
Штатов к этому времени укладывались спать и молодые. А на Западном
побережье из-за разницы во времени выступления Гудмена с удовольствием слушали
подростки и молодежь. У оркестра появились поклонники в Калифорнии. Несколько
месяцев оркестр с успехом играл в зале "Паломар".
Так начался свинговый бум. Очень скоро другие музыканты рассудили, что если
удача сопутствовала Гудмену, то повезет и им. Новые, "свинговые", как их стали
называть, оркестры вырастали как грибы после дождя.
С 1935 года Гудмен начал концертировать с малыми ансамблями (трио, квартетом,
секстетом), организованными им из членов биг-бэнда. Вместе с оркестром
участвовал в создании целого ряда кинофильмов, несколько раз гастролировал в
Европе, в том числе и в СССР в 1962 году.
С 1938 года Гудмен выступал и как исполнитель академической музыки, записался на
пластинки с Будапештским квартетом, с Сигети. Специально для Гудмена сочинены
"Контрасты" Б. Бартока, концерты для кларнета с оркестром А. Копленда и П.
Хиндемита. В 1940-е годы Гудмен был приглашен в Институт Джульярда в качестве
преподавателя по классу кларнета.
Роль Гудмена в истории джаза трудно переоценить: он помог многим негритянским
музыкантам добиться общественного признания, расширил сферу сольной импровизации
в биг-бэнде, в большой мере способствовал сохранению и развитию традиций хотджаза
в рамках свингового стиля, обогащению выразительных ресурсов биг-бэнда и
камерного джазового ансамбля. За свои заслуги Гудмен удостоился прозвища "король
свинга" ("King of Swing").
АРТУР ТЕЙТУМ
/1910-1956/
Артур Тейтум родился в 1910 году в Толидо (штат Огайо) в семье механика. У
Тейтума была врожденная катаракта на обоих глазах. Как сообщает Рекс Стюарт,
серия операций несколько восстановила зрение одного глаза. Артур мог различать
цвета, контуры предметов. Он прилагал много усилий, чтобы не казаться слепым, но
фактически был им.
Существуют несколько версий о том, как Тейтум начал играть на фортепиано. Тот же
Стюарт пишет, что уже в три года он подбирал по слуху религиозные гимны. Как бы
там ни было, он освоил фортепиано очень рано, потому что уже подростком играл на
вечеринках. Уже в то время Тейтум обладал великолепной техникой.

402

100 ВЕЛИКИХ МУЗЫКАНТОВ
¦*imwС
семнадцати лет он стал штатным пианистом на радиостанции в Толидо. По местному
...

Список страниц

• #
• 1
• 2
• 3
• ...
• 13
• 14
• 15
• 16
• 17
• 18
• 19
• 20
• 21
• 22
• 23
• 24
• 25
• 26
• 27

Закладка в соц.сетях