Жанр: Драма
Жизнь пи
... опустился и поднялся, и еще, и еще. Матушку я не видел. Она лежала на дне
шлюпки. Я видел только его. Наконец он прекратил это. Поднял голову, взглянул на
меня. И швырнул в меня чем-то. Струя крови ударила мне в лицо. Никакой бич не
хлестнул бы больнее. Я держал в руках мамину голову. Я разжал руки. Она пошла ко
дну в облаке крови, и коса тянулась за ней, как хвост. Рыбы ринулись на глубину,
пытаясь догнать ее, но еще быстрее наперерез ей метнулась длинная серая тень
акулы - и голова исчезла. Я разогнулся. Его не было видно. Он прятался на дне
шлюпки. Но потом показался-таки - чтобы выбросить мамино тело за борт. Рот у
него был в крови. Вода забурлила от рыб.
Остаток дня и всю ночь я просидел на плоту, не спуская с него глаз. Мы ни словом
не перемолвились. Он запросто мог бы обрезать веревку и от меня отделаться. Но -
нет. Я оставался с ним - как живой укор совести.
Утром я подтянул плот к шлюпке - прямо у него на глазах. Я был совсем без сил.
Он ничего не сказал. Я держался спокойно. Он поймал черепаху. Дал мне напиться
ее крови. Потом разделал ее и положил для меня на среднюю банку лучшие куски. Я
поел.
Потом мы схватились, и я его убил. На лице его не отражалось ничего - ни
отчаяния, ни гнева, ни страха, ни боли. Он сдался. Он позволил себя убить, хоть
и не без борьбы. Он понял, что зашел слишком далеко - даже по своим скотским
стандартам. Он зашел слишком далеко и не хотел больше жить после этого. Но вины
за собой не признал. Ну почему нам так трудно свернуть с пути зла?
Нож все это время лежал на виду - там же, на средней банке. Мы оба это знали. Он
мог бы сам его взять - с самого начала. Он же сам его туда и положил. Я схватил
нож. Ударил его в живот. Он скривился, но не упал. Я выдернул нож и ударил еще
раз. Полилась кровь. Но он все стоял. Только голову приподнял - и посмотрел мне
прямо в глаза. Может, он хотел этим что-то сказать? Думаю, да, - и я его
правильно понял. Я ткнул его ножом в горло, у кадыка. И он сразу рухнул как
подкошенный. И умер. Без единого слова. Не было никаких предсмертных речей.
Только кашлянул кровью - и все. Чудовищная сила инерции у ножа: стоит ему прийти
в движение - уже не остановишь. Я все бил и бил его этим ножом. Боль в
потрескавшихся ладонях унялась от его крови. С сердцем я долго возился: столько
всяких трубок пришлось перерезать, чтобы его наконец вытащить! Но оно того
стоило - оказалось куда вкуснее черепах. Я и печень съел. И срезал здоровенные
куски мяса.
Он был настоящий злодей. Но куда хуже другое: он столкнулся со злом во мне - с
эгоизмом, гневом, жестокостью. Теперь мне с этим жить - и никуда от этого не
деться.
Пришло время одиночества. Я обратился к Богу. И выжил.
[Долгая пауза.]
- Ну, что? Так лучше? Есть тут такое, во что вам трудно поверить? Или опять
хотите, чтобы я что-нибудь изменил?
Г-н Чиба: - Какая жуткая история.
[Долгая пауза.]
Г-н Окамото: - А вы заметили, что и у зебры была сломанная нога, и у этого
тайваньского матроса!
- Не-ет...
- А гиена отгрызла зебре ногу точь-в-точь, как этот кок отрезал ногу матросу.
- Ох-х-х... Окамото-сан, и как вы только все замечаете?!
- А тот слепой француз из другой шлюпки - помнится, он сознался, что убил
мужчину и женщину.
- Да, точно.
- А кок убил матроса и мать мальчишки.! - Вот это да! - Много общего у этих
историй.
- Значит, тайваньский матрос - это зебра, мать - орангутан, а кок... а кок -
гиена. Выходит, что сам он - тигр!
- Да. Тигр убил гиену - и того слепого француза. Точь-в-точь, как он убил кока.
Пи Патель: - У вас не найдется еще шоколадки?
Г-н Чиба: - Сейчас. Вот!
- Спасибо.
Г-н Чиба: - Но что же все это значит, Окамото-сан!
- Понятия не имею.
- А остров? И кто такие сурикаты?
- Не знаю..
- А эти зубы? Чьи же зубы он нашел на дереве?..
- Не знаю. Что я, по-вашему, в голове у этого мальчишки сижу?
[Долгая пауза.]
Г-н Окамото: - Извините меня за навязчивость, но все-таки... не говорил ли кок
чего-нибудь о том, как затонул "Цимцум"?
- В этой другой истории?
- Да.
- Не говорил.
- Не упоминал ли он каких-нибудь событий, произошедших рано утром второго июля?
Событий, которые могли бы объяснить случившееся?
- Нет.
- Не заходила ли речь о каких-нибудь неполадках в машине или о физических
повреждениях корпуса?
- Нет.
- А о других судах или иных объектах на море?
- Нет.
- Хоть чем-то он мог объяснить крушение "Цимцума"?
- Нет.
- А не говорил ли он, почему не послали сигнал бедствия?
- А если бы и послали? По моему опыту, когда тонет ржавая третьесортная посудина
- если это, случаем, не танкер, способный угробить целую экосистему, - всем
плевать, никто о ней и не вспомнит. Спасайся как можешь.
- Когда в "Ойка" заметили неладное, было уже слишком поздно. Для воздушных
спасателей - слишком далеко. Суда в секторе были оповещены. Но никто ничего не
видел.
- А что до нас, то не только судно было третьесортное. Вся команда - мрачный,
грубый сброд. Вкалывали, только когда помощники капитана смотрели, а стоило тем
отвернуться - тут и делу конец. По-английски ни слова не знали, и никакого проку
нам от них не было. От некоторых уже к середине дня спиртным разило. Кто его
знает, что эти идиоты могли натворить? А помощники капитана...
- Что вы хотите этим сказать?
- Чем?
- Вы сказали: "Кто его знает, что эти идиоты могли натворить".
- А-а, я имел в виду, может, они спьяну выпустили зверей.
Г-н Чиба: - У кого были ключи от клеток?
- У отца.
Г-н Чиба: - Так как же матросы могли открыть клетки без ключей?
- Не знаю. Может, ломом.
Г-н Чиба: - А зачем им было это делать? Зачем выпускать из клетки опасного
дикого зверя?
- Не знаю. Откуда мне знать, что им там под мухой в голову взбрело?! Выпустили -
и все тут. Факт есть факт - звери оказались на воле.
Г-н Окамото: - Прошу прощения... Вы сомневаетесь в профессиональной пригодности
команды?
- Еще и как сомневаюсь.
- Видели ли вы кого-либо из штурманского состава в состоянии алкогольного
опьянения?
- Нет.
- Но матросов - видели?
- Да.
- А помощники капитана, по-вашему, действовали компетентно и профессионально?
- Да мы с ними почти не общались. И к животным они близко не подходили.
- Я имею в виду, умело ли они вели судно?
- Ну откуда мне знать? Думаете, мы с ними каждый день чаи распивали? Поанглийски
они, правда, говорили, но в остальном были что те же матросы. В каюткомпании
они нас не привечали, за едой и двух слов не желали сказать. Болтали
между собой по-японски, будто нас и не было. Мы же для них были просто грязные
индусишки, да еще с таким хлопотным грузом. В конце концов мы стали обедать в
каюте у мамы с папой. "Зов приключений!" - говорил Рави. Понимаете, это же было
приключение - потому и казалось сносным. А на самом-то деле мы только и знали,
что выгребать из клеток грязь да возиться с кормежкой, пока отец строил из себя
ветеринара. Если с животными все в порядке, то и нам волноваться не о чем - вот
как оно было. А насколько были компетентны помощники капитана, - этого я не
знаю.
- Вы сказали, что судно дало крен на левый борт?
- Да.
- И осело на корму?
- Да.
- Не на нос?
- Нет.
- Точно? Нос был выше кормы, вы уверены?
- Да.
- Значит, ваше судно столкнулось с каким-то другим?
- Не видел я никакого другого судна.
- Может, с каким-то другим предметом?
- Ничего я такого не видел.
- Значит, село на мель?
- Нет, просто затонуло. Совсем.
- После выхода из Манилы вы не замечали никаких неполадок с машинами?
- Нет.
- Как по-вашему, судно было правильно загружено?
- Да я же впервые в жизни попал на корабль! Откуда мне знать, как выглядит
правильно загруженное судно?
- Вы сказали, будто слышали взрыв?
- Да.
- А какие-нибудь другие шумы?
- Я имею в виду, такие, которыми могло бы объясняться крушение.
- Нет.
- Говорите, судно быстро затонуло?
- Да.
- Можете приблизительно оценить, за какое время?
- Трудно сказать. Очень быстро. Минут за двадцать где-то, а может, и быстрее.
- И было много обломков?
- Да.
- Может, судно накрыло необычно высокой волной?
- Не думаю.
- Но шторм был?
- Мне показалось, да. Качка была та еще. И ветер, и дождь.
- Какой высоты достигали волны?
- Большой. Футов двадцать пять - тридцать
- Ну, на самом деле это вполне умеренно.
- Только когда ты не в шлюпке.
- Конечно. Я имею в виду - для сухогруза.
- Может, и выше. Я не знаю. Погода была достаточно скверная, чтобы у меня от
ужаса мозги отшибло, - вот и все, что я могу сказать наверняка.
- Но вы сказали, что погода быстро исправилась. Что судно затонуло, а потом
наступил чудесный день - вы ведь так сказали?
- Да.
- Похоже на случайный шквал.
- Но судно он потопил.
- Это-то мы и пытаемся выяснить
- Вся моя семья погибла.
- Нам очень жаль.
- Но не так, как мне.
- Так что же все-таки произошло, господин Патель? Мы теряемся в догадках. Судно
шло себе и шло своим чередом, и вдруг...
- А потом своим чередом затонуло.
- Почему?
- Я не знаю. Это вы мне должны объяснить. Вы же специалисты. Что по этому поводу
говорит ваша наука?
- Мы ничего не понимаем.
[Долгая пауза.]
Г-н Чиба: - И что теперь?
Г-н Окамото: - Все, я сдаюсь. Ответ на вопрос, почему затонул "Цимцум", лежит на
дне океана.
[Долгая пауза.]
Г-н Окамото: - Да, делать нечего. Уходим. Что ж, господин Патель, полагаю, мы
услышали все, что требовалось. Большое вам спасибо за сотрудничество. Вы нам
очень, очень помогли.
- Не за что. Но теперь я тоже хочу кое о чем вас спросить.
- Да?
- "Цимцум" затонул 2 июля 1977 года.
- Так.
- А я - единственный человек, переживший крушение "Цимцума", - добрался до
мексиканского побережья 14 февраля 1978 года.
- Верно.
- Я рассказал вам две истории о том, что произошло за эти двести двадцать семь
дней.
- Да-да.
- Ни в той, ни в другой не найдется ответа на вопрос, почему затонул "Цимцум".
- Верно.
- Так что, по сути, вам без разницы, какая из них - правдивая.
- По сути дела - да.
- Ни ту ни другую историю вы не можете ни подтвердить, ни опровергнуть.
Приходится полагаться только на мое слово.
- Похоже что так.
- И в обеих судно идет ко дну, все мои родные гибнут, а я терплю ужасные муки.
- Да, совершенно верно.
- Тогда скажите - раз уж это не меняет сути дела, да и доказать вы все равно
ничего не можете, - какая история вам больше нравится? Какая история интересней
- со зверьми или без зверей?
Г-н Окамото: - Занятный вопрос...
Г-н Чиба: - История со зверьми.
Г-н Окамото: - Да. История со зверьми - интересней.
Пи Патель: - Спасибо. Значит, она угодна Богу.
[Пауза.]
Г-н Чиба: - О чем это он?
Г-н Окамото: - Не знаю.
Г-н Чиба: - Ох, смотрите... он плачет!
[Долгая пауза.]
Г-н Окамото: - Надо будет глядеть в оба, когда поедем отсюда. Не то еще
наткнемся на Ричарда Паркера.
Пи Патель: - Не бойтесь. Он так запрятался, что вам его никогда не найти.
Г-н Окамото: - Спасибо, что уделили нам время, господин Патель. Мы вам очень
благодарны. И на самом деле вам очень сочувствуем.
- Спасибо.
- Что вы теперь будете делать?
- Наверно, поеду в Канаду.
- В Индию не вернетесь?
- Нет. Там у меня ничего не осталось. Только грустные воспоминания.
- Вы, конечно, в курсе, что вам полагается страховка?
- О-о-о.
- Да. Служащие "Ойка" с вами свяжутся.
[Пауза.]
Г-н Окамото: - Нам пора. Желаем вам всего наилучшего, господин Патель.
Г-н Чиба: - Да, всего наилучшего.
- Спасибо.
Г-н Окамото: - До свидания.
Г-н Чиба: - До свидания.
Пи Патель: - Не хотите печенья на дорожку?
Г-н Окамото: - С удовольствием.
- Вот. По три штуки каждому.
- Спасибо.
Г-н Чиба: - Спасибо.
- Не за что. До свидания. Бог вам в помощь, братья мои.
- Спасибо. И вам, господин Патель.
Г-н Чиба: - До свидания.
Г-н Окамото: - Умираю с голоду. Пойдем поедим. Можете это выключить.
Глава 100
В письме ко мне господин Окамото вспоминал, что их беседа была "тяжелой и
незабываемой". Еще ему запомнилось, что Писин Молитор Патель был "совсем худой,
очень несговорчивый, но довольно смышленый".
Вот основная часть его отчета.
Единственный человек, уцелевший после кораблекрушения, так и не смог объяснить
толком, почему затонул "Цимиум". Очевидно, судно пошло ко дну очень быстро, из
чего можно заключить, что оно получило серьезную пробоину. Данное предположение
подтверждается и большим количеством всплывших обломков. Однако настоящую
причину того, почему судно дало течь, установить невозможно. Ни о каком резком
ухудшении погоды в том секторе не сообщалось. Спасенный оценивает погодные
условия не вполне точно и не совсем адекватно. Тем не менее погоду, как один из
определяющих факторов, нельзя не учитывать. Судя по всему, главная причина
кораблекрушения заключалась в самом судне. Спасенный утверждает, что слышал
взрыв - кажется, в машинном отделении: вполне возможно, что взорвался паровой
котел; впрочем, это всего лишь предположение. Судну было двадцать девять лет
(его построили в 1948 году в Мальме, на верфи "Эрландсон и Сканк"), а
ремонтировалось оно в 1970 году. Резкое ухудшение погоды в совокупности с
усталостью корпуса - причина вполне вероятная, но недоказуемая. Ни о каких
кораблекрушениях в том районе не сообщалось, поэтому столкновение с другим
судном также представляется маловероятным. Однако судно могло столкнуться с
плавающими обломками, хотя проверить это невозможно. Причиной взрыва могло
послужить столкновение с плавучей миной, хотя и такое кажется невозможным и тем
более маловероятным, что судно ушло под воду сначала кормой, а это, в свою
очередь, означает, что пробоина образовалась в кормовой части судна. Спасенный
высказывал сомнения по поводу правильности действий рядовых членов экипажа, а о
поведении штурманского состава он ничего не говорил. Судоходная компания "Ойка"
утверждает, что весь груз был законный и ни о каких трениях между штурманским
составом и рядовыми членами экипажа ей неизвестно.
Таким образом, установить истинную причину кораблекрушения на основании
имеющихся показаний решительно невозможно. Дело рекомендуется закрыть.
В качестве отступления следует заметить, что свидетельство единственного
уцелевшего после кораблекрушения, господина Писина Молитора Пателя, гражданина
Индии, представляет собой удивительную историю о мужестве и стойкости перед
лицом невероятно тяжелых и трагических обстоятельств. Судя по имеющимся
сведениям, его рассказ не знает себе равных в истории кораблекрушений. Далеко не
каждый, кому случалось пережить кораблекрушение, может сказать, что продержался
в море так же долго, как господин Патель, и уж тем более один на один со
взрослым бенгальским тигром.
notes
[1]
Моим родителям и брату (фр.). - Здесь и далее прим. перев.
[2]
Тамилнад - штат на юге Индии
[3]
Радж (инд.) - царство.
[4]
in situ (лат.) - на месте нахождения
[5]
Биби, Уильям (1872- 1962) - американский исследователь-натуралист.
[6]
Piscine (фр.) - бассейн
[7]
Игра слов - фр. piscine (бассейн) и англ, pissing (писающий).
[8]
Тар - пустыня в Индии и Пакистане.
[9]
Керала - штат на юге Индии.
[10]
Имеется в виду третья индо-пакистанская война.
[11]
Мадурай - город в штате Тамилнад, на юге Индии.
[12]
Хайрлес (Hairless) - по-английски "лысый".
[13]
Андхра-Прадеш - штат в Индии, в центральной части полуострова Индостан.
[14]
Полкский пролив - пролив в Индийском океане, между полуостровом Индостан и
северной оконечностью острова Шри-Ланка.
[15]
Коран, глава 2, сура 164: "Поистине, в творении небес и земли, в смене ночи и
дня, в корабле, который плывет по морю с тем, что полезно людям, в воде, что
Аллах низвел с неба и оживил ею землю после ее смерти, и рассеял на ней всяких
животных, и в см сне ветров, и в облаке подчиненном, между небом и землей, -
знамения людям разумным!"
[16]
Имеется в виду серия специальных фильмов по естественной истории (National
Geographic Special), в том числе про животных, созданная некоторыми
американскими кинокомпаниями совместно с Национальным географическим обществом.
[17]
шипчандлер, судовой поставщик (торговец, снабжающий суда продовольствием и
корабельным оборудованием)
[19]
Кмин (римский тмин, египетский тмин) - от тмина отличается более крупными и
более светлыми семенами, аромат его более нежный. Применяется так же, как и
тмин. Популярен в Индии и Шри Ланке. В остальных странах его чаще всего не
отличают от тмина.
[20]
"Гидеон" - религиозная организация, издающая Библию для бесплатного
распространения
[21]
Требуха по-каннски (фр.).
Закладка в соц.сетях
