Жанр: Детектив
Черное эхо
...ой в ее настроении, Босх ничего не ответил. Растерявшись, он на
лишнюю секунду задержал на ней взгляд. Спускаясь первым, он прошел несколько ступеней,
но остановился, увидев, как из темноты возникла большая фигура Эдгара и стала подниматься
навстречу. Джерри увидел Босха, а затем в поле зрения бывшего напарника попала Элинор
Уиш.
- Привет, Гарри, - сказал он. - Это твоя новая партнерша? Вижу, вы действительно
хорошо сработались.
Босх лишь молча уставился на него вместо ответа. Элинор была на три ступеньки дальше
и могла не слышать этого комментария.
- Извини, Гарри, - сказал Эдгар, напрягая голос, чтобы перекричать рев из туннеля. -
Я не то сказал. Тяжелая выдалась ночь. Ты бы видел, кого мне дали в напарники, с кем
поставил меня этот глупый козел "шеф-повар" Паундз.
- Я думал, тебе дадут...
- Шиш! Да будет тебе известно: Паундз слепил меня с Портером из секции ДТП. Это
вышедший в тираж пьянчуга.
- Знаю. Как ты вообще ухитрился вытащить его из постели?
- Он не был в постели. Мне пришлось выискивать его в "Попугае", в Северном
Голливуде. Это один из частных питейных клубов . Портер дал мне их номер, когда нас
официально назначили партнерами, и сказал, что он там в основном проводит ночи. Дескать,
работает там в охране. Но я звонил в Паркер-центр, в канцелярию учета внеслужебной
занятости, и он у них там не значится. Я знаю: единственное, что он там делает, это напивается.
Когда я позвонил, он, видно, был в отрубе. Бармен сказал, что пейджер у него прозвонил, но он
его даже не слышал. Гарри, я думаю, если взять у него сейчас пробу на алкоголь, малый бы
надышал до второй отметки.
Босх кивнул и, выдержав на лице в течение трех секунд нахмуренно-сочувствующее
выражение, отодвинул невзгоды Джерри Эдгара в сторону. Он почувствовал, как Элинор
подошла и встала рядом, и представил их друг другу. Они обменялись рукопожатием, и Босх
сказал:
- Итак, что мы имеем?
- Вот что мы нашли на теле. - Эдгар показал пластиковый пакет. В нем находилась
небольшая пачка поляроидных снимков. Опять фотографии обнаженного Шарки. Да, парень не
терял времени даром и снова был во всеоружии. Эдгар повернул пакет другой стороной, и там
оказалась визитная карточка Босха.
- Похоже, что мальчишка был предприимчивый, активно промышлял в Бойтауне, -
сказал Эдгар. - Но если ты его уже отлавливал, то и сам знаешь. В общем, я увидел карточку и
сообразил, что, возможно, это и есть тот самый парень, что звонил в службу спасения. Если
хочешь спуститься и взглянуть - добро пожаловать, гостем будешь. Мы уже обработали место
преступления, так что можешь трогать все, что хочешь. Хотя там даже собственных мыслей не
услышишь из-за движка. Какой-то идиот перебил все лампочки в туннеле. Пока непонятно:
преступник или кто-то до него. Пришлось устанавливать собственное освещение. А нашего
электрокабеля не хватило, чтобы установить генератор наверху. Вот эта малышка в пять
лошадиных сил и ревет там, как слон.
Эдгар повернулся, собравшись шагнуть в туннель, но Босх тронул его за плечо:
- Джед, кто сообщил об этом?
- Анонимный звонок. На сей раз не в службу девять-один-один, поэтому никакой записи
и никаких следов. Звонок поступил прямо в Голливудский участок. Звонил мужчина. Это все,
что смог сказать нам говнюк-оператор - один из этих пузырей, что сидят на вызовах.
Эдгар развернулся и стал спускаться. Босх и Уиш последовали за ним. Пешеходный
туннель представлял собой длинный коридор с грязным цементным полом и белыми
оштукатуренными стенами, густо исписанными граффити. Коридор заворачивал вправо. Ни за
что не догадаешься, что находишься в двух шагах от цивилизации, подумал Босх. В туннеле
царила темень, за исключением пятна яркого света, который заливал непосредственно место
преступления, примерно на полдороге. Там Гарри увидел человеческую фигуру, распростертую
на спине. Увидел в пятне света людей, выполнявших свою обычную работу. Он шел, ведя
правой рукой по оштукатуренной стене - для устойчивости. В туннеле стоял застарелый запах
сырости, который сейчас смешивался с запахом бензина и бензинового выхлопа от генератора.
Босх почувствовал, как на затылке и под рубашкой начали выступать капли пота. Дыхание
сделалось частым и поверхностным. Они прошли футов тридцать до генератора, миновали его,
а дальше на полу туннеля лежал Шарки, в немилосердном свете мигающих стробоскопических
ламп.
Голова мальчика была под неестественным углом приткнута к стене. Он выглядел меньше
и моложе, чем запомнился Босху. Его глаза были наполовину открыты и знакомо остекленели
- глаза, которые больше не видят. На нем была черная футболка с надписью "Guns-N-Roses",
запачканная кровью. Вывернутые карманы линялых джинсов были пусты. Рядом в пластиковом
мешке для вещдоков стоял баллончик краскораспылителя, а над ним на стене краской было
написано: "Мир праху твоему, Шарки". Краска была нанесена неумелой рукой, и ее было
вылито слишком много. Она стекала по стене тонкими черными полосами, и некоторые затекли
прямо в волосы Шарки.
Когда Эдгар прокричал, перекрывая рокот мотора: "Ты хочешь это увидеть?", Босх понял,
что речь шла о ране. Из-за того, что голова Шарки была нагнута вперед, раны на горле не было
видно. Только кровь. Босх отрицательно покачал головой.
Он заметил кровавые брызги крови на стене и на полу футах примерно в трех от тела.
Пьянчуга Портер сравнивал форму капель с эталонными, на специальной карточке.
Криминалист по имени Робердж фотографировал брызги. Кровь на полу была в виде круглых
пятен. Капли на стене были эллиптической формы. Не требовалось эталонной карточки, чтобы
заключить: парня убили прямо здесь, в туннеле.
- Судя по тому, как все выглядит, - громко произнес Портер, не обращаясь ни к кому
конкретно, - кто-то, видно, подошел к нему сзади, перерезал глотку и отпихнул сюда, к стене.
- Ты прав только частично, Портер, - сказал Эдгар. - Как можно вот так, сзади,
незаметно, подобраться к человеку в туннеле? Он уже был вместе с кем-то, и они его
прикончили. Это орудовал не посторонний.
Портер сунул эталонную карточку в карман и сказал:
- Ну, извини, партнер.
Больше он ничего не говорил. Он был толст и морально сломлен - так, как это бывает со
многими копами, которые задерживаются на этой работе дольше, чем следует. Портер пока еще
мог влезать в ремень 34-го размера, но поверх ремня свисал наружу непомерный живот. На нем
была твидовая спортивная куртка с протертыми локтями. На страшном, бледном, как маисовая
мука, лице торчал нос пьяницы, большой, бесформенный и болезненно-красный.
Босх зажег сигарету и сунул обгоревшую спичку в карман. Потом низко, точно
принимающий игрок в бейсболе, наклонился вперед над мертвым телом, приподнял мешок с
баллончиком и прикинул его вес. Баллончик был почти полон, и это подтверждало то, что он и
без того подозревал и чего боялся. Это он сам убил Шарки. В определенном смысле, во всяком
случае. Он выследил его и сделал ценным - по крайней мере потенциально ценным -
свидетелем. Кто-то не хотел этого допустить. Босх сидел на корточках, упершись локтями в
колени, держа у губ сигарету, курил и жадно вглядывался в тело, чтобы уже никогда его не
забыть.
Медоуз, тот сам был частью всей этой каши - пестрого круга взаимосвязанных событий,
которые и привели его к смерти. Но Шарки-то не был. Он был обычным уличным бродяжкой, и
его смерть здесь, в этом туннеле, очевидно, спасла шкуру кому-то еще в этой преступной
цепочке. Он этой смерти не заслуживал. В этом круге событий он был лицом посторонним, к
нему непричастным. А это означало, что события вышли из-под контроля и возникли новые
правила игры для обеих сторон. Босх указал рукой на шею Шарки, подавая знак, и криминалист
из коронерской службы отодвинул тело от стены. Детектив уперся одной рукой в пол, чтобы
сохранить равновесие, и долгое время смотрел на вспоротое горло. Ему не хотелось забыть ни
единой подробности. Голова Шарки отвалилась назад, обнажив зияющую рану, но Босх не
отвел глаз ни на секунду.
Когда он наконец оторвал взгляд от трупа, то заметил, что Элинор уже больше нет в
туннеле. Гарри выпрямился и сделал знак Эдгару выйти наверх поговорить. Ему не хотелось
кричать, перекрывая звук генератора. Когда они вышли из туннеля, он увидел, что Элинор
сидит одна на верхней ступеньке. Проходя мимо, Босх положил руку ей на плечо. Он
почувствовал, как Элинор напряглась при его прикосновении.
- Так что говорят эксперты? - спросил Гарри, когда они с бывшим партнером
удалились от шума на достаточное расстояние.
- Ни черта толкового, - ответил Эдгар. - Если это была хулиганская разборка, то одна
из самых чистых, какие я видел. Ни единого отпечатка или другой зацепки. Баллончик с
краской чист. Оружия нет. Свидетелей нет.
- У Шарки была команда, до сегодняшнего дня они обретались в мотеле возле бульвара,
но он не знался с бандитами, - сказал Босх. - Это есть в его личном деле. Он был мелким
мошенником. Ну, знаешь, толкал поляроидные снимки, грабил гомосексуалистов - в таком
роде.
- Ты хочешь сказать, что его имя есть в файлах по уличным группировкам, но в
настоящей банде хулиганов и насильников он не состоял?
- Точно.
Эдгар кивнул.
- И тем не менее его мог кокнуть тот, кто думал, что он из этих.
К ним подошла Уиш, но не сказала ни слова.
- Ты же сам прекрасно знаешь, что это не хулиганская разборка, Джед, - сказал Босх.
- Знаю?
- Да, знаешь. Будь это так, здесь бы не остался полный баллончик краски. Ни один
хулиган из банды не оставит после себя ничего подобного. К тому же тот, кто расписал стену,
не имел навыка. Краска потекла. Кто бы это ни был, он ни черта не смыслит в граффити.
- Отойдем на минутку, - попросил Эдгар.
Босх посмотрел на Элинор и дружески кивнул ей: мол, все в порядке. Они с Эдгаром
отошли на несколько шагов и остановились у ленточного ограждения.
- Что сказал тебе этот парень и как случилось, что он свободно разгуливал, если он
важный свидетель? - спросил Джед.
Босх вкратце изложил ему суть дела - о том, что они не знали, является ли Шарки
важным свидетелем. Но кто-то, видимо, знал. Или же не мог позволить себе рисковать,
дожидаясь, пока это выяснит. Рассказывая, Босх бросил взгляд на темные очертания гор и
увидел, что первый рассветный луч уже окрасил высокие пальмы на вершине. Эдгар шагнул
назад и тоже задрал голову. Но он не смотрел на небо. Его глаза были закрыты. Наконец он
обернулся к Босху:
- Гарри, ты знаешь, что за уик-энд на носу? День памяти павших. Это самый длинный в
году трехдневный уик-энд для показа выставленной на продажу недвижимости. Начало летнего
сезона. В прошлом году я продал за эти выходные четыре дома - заработал почти столько же,
сколько копом за год.
Босх был сбит с толку неожиданным отклонением от темы.
- Ты о чем?
- Я о том, что... Я не собираюсь всей задницей влипать в это дело. Не допущу, чтобы оно
испоганило мне этот уик-энд, как испоганило прошлый. Я вот к чему: если хочешь, я пойду к
Паундзу и скажу, что вы вместе с ФБР хотите забрать это дело, потому что оно связано с тем,
над которым вы работаете. Если ты против, я буду заниматься им ровно столько, сколько
положено, и ни минутой больше.
- Скажи Паундзу все, что захочешь, Джед. Этот вызов был не в мое дежурство.
Босх двинулся к Элинор, но Эдгар крикнул ему вслед:
- Постой, еще одно. Кто знал, что ты нашел парня?
Босх остановился, не оборачиваясь. По-прежнему не оборачиваясь, глядя на Элинор,
произнес:
- Мы взяли его с улицы. Мы допросили его в нашем участке, на Уилкокс. Отчеты были
переданы в ФБР. Что ты хочешь, чтобы я тебе ответил, Джед?
- Ничего, - бросил Эдгар. - Но знаешь, Гарри, может, тебе и ФБР надо было получше
приглядывать за вашим свидетелем? Может, тогда это сберегло бы мне маленько времени, а
мальчику маленько жизни?
Босх и Уиш в молчании зашагали обратно к машине.
- Кто был в курсе? - спросил Босх, как только оба оказались внутри.
- Что ты имеешь в виду?
- То, о чем только что говорил Эдгар: кто знал о Шарки?
Она на миг задумалась.
- На моем конце цепочки, - проговорила она, - Рурк получает от меня краткие
ежедневные отчеты. А на этот раз получил также памятку насчет гипноза. Отчеты подшиваются
в дело, а копии поступают старшему специальному агенту. Аудиозапись допроса, которую ты
мне дал, заперта у меня в столе. Никто не мог ее слышать. Она не переписывалась. Так что в
принципе отчеты мог видеть кто угодно. Но я не хочу даже думать об этом, Гарри. Никто...
Этого не может быть.
- Но получается, преступники знали, что мы нашли парня и что он может оказаться
важным свидетелем. О чем это тебе говорит? У них непременно должен быть внутренний
осведомитель.
- Гарри, все это только домыслы. Могла произойти масса всевозможных вещей.
Например, когда ты говорил ему, что мы опять разыщем его на улице, любой мог проследить за
нами и подслушать. Его собственные дружки, та девушка... Любой мог проболтаться, что мы
охотимся за Шарки.
Босх подумал о Льюисе и Кларке. Те двое наверняка видели, как они с Уиш заарканили
парня. Какова их роль в этом деле? Все отдавало какой-то бессмыслицей.
- Шарки был малый хитрый и ершистый, - сказал он. - Ты думаешь, он пошел бы с
кем-то в этот туннель просто так, прогуляться? Думаю, у него не было другого выбора. И чтобы
этого добиться, возможно, потребовался кто-то с полицейским значком.
- Или кто-то с деньгами. Ты же знаешь, он бы пошел с любым, если бы речь шла о
деньгах.
Она не заводила мотор, и они просто сидели в напряженной задумчивости. Наконец Босх
сказал:
- Смерть Шарки - это послание.
- Как ты сказал?
- Сообщение нам, понимаешь? На теле оставили мою карточку. Позвонили по тому
номеру, где звонки не отслеживаются. И прикончили они его в туннеле. Он хотят, чтобы мы
знали: это их рук дело. Они хотят, чтобы мы знали: у них есть осведомитель. Они смеются над
нами.
Она завела мотор.
- Куда едем?
- В Бюро.
- Гарри, будь осторожен с этой идеей о внутреннем осведомителе. Если ты станешь ее
проталкивать, а она окажется ложной, то дашь в руки своим врагам все средства тебя закопать.
"Врагам, - подумал Босх. - Кто же мои враги на этот раз?"
- Парня убили из-за меня, - сказал он. - Самое меньшее, что я собираюсь сделать, -
это найти его убийцу.
Пока Элинор Уиш отпирала дверь в отдел, Босх сквозь хлопчатобумажные занавески в
приемной смотрел на ветеранское кладбище. Стелющийся по земле туман еще не полностью
заслонил усеянное надгробиями поле, и сверху казалось, будто тысяча призраков разом
поднимается из могил. Босх видел, как темная канава перерезала склон с северной стороны
кладбища, но все еще не мог взять в толк, что это такое. Она напоминала гигантскую могилу -
длинная траншея в теле холма, громадная рана. Вынутая земля была покрыта черными
пластиковыми полотнищами.
- Хочешь кофе? - раздался у него за спиной голос Уиш.
- Конечно, - сказал он. Он заставил себя оторваться от окна и последовал за ней в офис.
В помещении было пусто. Они прошли в служебную кухню, и он наблюдал за тем, как она
высыпала пакетик молотого кофе в фильтр кофеварки и включила машину. Они стояли в
молчании, наблюдая, как черная жидкость медленно капает в стеклянную чашку на
подогреваемой подставке. Босх закурил и постарался думать только о наполняющем сосуд
кофе. Уиш сделала рукой движение, как бы разгоняя дым, но не попросила его погасить
сигарету.
Когда кофе был готов, Босх отпил глоток, и тот подействовал на нервную систему, как
укол наркотика. Он налил себе вторую чашку и отнес обе в помещение опергруппы. Сев за свой
временный стол, зажег следующую сигарету от бычка первой.
- Последняя, - пообещал он, заметив ее взгляд.
Элинор налила себе чашку воды из бутылки, которую вытащила из своего шкафчика.
- У тебя когда-нибудь кончается эта штука? - спросил он.
Она проигнорировала вопрос.
- Гарри, мы не можем винить себя за смерть Шарки. Если за это себя винить, то тогда
пришлось бы хватать в охапку каждого, с кем мы разок поговорили, и включать его в
программу защиты свидетелей. Не забрать ли нам тогда его мать? Не обеспечить ли и ей защиту
как важной свидетельнице? А как насчет той девушки из мотеля, которая была с ним знакома?
Ты же понимаешь, это абсурд. Шарки есть Шарки. Если живешь на улице - на улице и
погибнешь.
Сначала Босх ничего не ответил. Потом сказал:
- Дай мне посмотреть имена.
Уиш вынула папки по делу об ограблении Уэстлендского банка. Покопавшись, вытащила
сложенную гармошкой компьютерную распечатку длиной в несколько страниц. Перекинула
ему на стол.
- Это сводный список, - сказала она. - Тут все, кто арендовал сейфовые ячейки. После
нескольких имен сделаны пометки, но они скорее всего несущественны в данном случае.
Большая часть была сделана, когда мы думали, не жульничают ли они со страховкой.
Босх начал разворачивать распечатку и понял, что она представляет собой один длинный
список и пять списков поменьше, маркированных буквами от "А" до "Е". Он спросил, что они
собой представляют, и Элинор, обойдя стол, подошла к нему сзади и заглянула через плечо. Он
снова почувствовал яблочный запах ее волос.
- Значит, так: длинный список - это владельцы ячеек. Этот список включает всех. Затем
мы сделали из него пять выборок: от "А" до "Е". Первая выборка, "А", содержит имена тех, кто
арендовал сейф в пределах трех месяцев перед ограблением. Далее, в списке "В", представлены
владельцы ячеек, которые заявили, что не понесли урона. Затем "С" - это тупиковый список:
владельцы либо умерли, либо мы не смогли их отыскать: сменился адрес либо они, арендуя
сейф, представили липовую информацию.
Далее, четвертая и пятая выборки - это параллельные выписки из первых трех. В список
"D" внесен всякий, кто арендовал ячейку в предшествующие три месяца и одновременно
заявил, что у него ничего не похищено. В списке "Е" - люди из тупикового списка, которые
при этом арендовали ячейку в предшествующие три месяца. Все понятно?
Ему было понятно. Мысль сыщиков из ФБР состояла в том, что грабители неизбежно
должны были предварительно осмотреться на местности, прежде чем взламывать хранилище, и
что эта рекогносцировка, вероятнее всего, состояла в том, что кто-то из них просто-напросто
сам арендовал в банке ячейку. Таким образом, они узаконили свой доступ в банк, и человек,
арендовавший сейф, получал возможность приходить в хранилище в любое время и
присматриваться. Поэтому список тех, кто арендовал ячейку в течение трех месяцев,
предшествующих ограблению, весьма вероятно, включал и этого разведчика.
Во-вторых, скорее всего этот самый разведчик после ограбления не захотел привлекать к
себе внимание, поэтому мог заявить, что из его сейфа ничего не украдено. Таким образом, он
попадал в список "D". Но если он совсем не объявлялся либо, арендуя ячейку, представил о
себе ложную информацию, тогда его имя попадало в список "Е".
В списке "D" было только семь имен, а в списке "Е" - только пять. Одно из имен списка
"Е" было обведено в кружочек. Фредерик Б. Рисли из Парк-Ла-Бреа - человек, купивший в
Тастине три вездехода марки "Хонда". Возле других имен просто стояли пометки.
- Помнишь, - сказала Элинор, - я говорила тебе, что это имя еще всплывет?
Гарри кивнул.
- Рисли, - сказала она. - Мы полагаем, что это и был разведчик. Арендовал ячейку за
девять недель до ограбления. Банковская документация показывает, что в течение
последующих семи недель он приходил в хранилище четыре раза. Но после взлома этот человек
уже ни разу не появлялся. И не подавал заявления о пропаже. А когда мы попытались с ним
связаться, то обнаружили, что адрес фальшивый.
- Есть его словесный портрет?
- Такой, от которого мало толку. Маленького роста, темноволосый, кажется,
привлекательный - вот в общем-то и все, что могли вспомнить служащие. Мы предположили,
что этот человек был разведчиком, еще раньше, чем выяснили насчет вездеходов. Когда
арендатор сейфа хочет взглянуть на свою ячейку, служащий отводит его в хранилище, отпирает
сейф и затем препровождает его вместе с ящичком в одну из специальных комнат для
просмотра. Когда клиент заканчивает, то они одновременно относят ячейку обратно и клиент
помечает инициалами свою карточку арендатора. Примерно как в библиотеке. Поэтому когда
мы подняли карточку этого типа, то увидели инициалы: ФБР. Ты сам из тех, кто не верит в
совпадения. Вот и мы не поверили. Мы сочли, что кто-то насмехается над нами. Позднее эта
догадка подтвердилась, когда мы выследили покупку вездеходов в Тастине.
Гарри прихлебнул кофе.
- Но толку от этого было не много, - продолжала она. - Мы его так и не нашли. Среди
всякого мусора, оставшегося в хранилище после ограбления, разыскали его ячейку и сняли
отпечатки с нее и с дверцы. Ничего. Показали банковским служащим несколько фото - в их
числе и Медоуза, - но они не смогли никого опознать.
- Мы можем снова к ним обратиться - теперь, когда у нас есть Франклин и Дельгадо.
Посмотрим, не является ли один из них этим Рисли.
- Да. Мы так и сделаем. Я сейчас вернусь.
Она встала и отошла, а Босх снова принялся за кофе и за изучение списка. Он прочел
каждое имя и каждый адрес, но ничто не зацепило его внимания, кроме пригоршни имен
знаменитостей, политиков и тому подобных, которые арендовали сейфы в этом банке. Босх
проходил список уже по второму разу, когда вернулась Элинор. Она держала в руке лист
бумаги, который положила перед ним на стол.
- Я поискала в кабинете Рурка. Он уже заархивировал большую часть бумаг, которые я
ему сдала. Но памятка насчет гипноза все еще лежала в его почтовой ячейке, так что, наверное,
он ее пока не видел. Теперь она уже не имеет смысла. Пожалуй, к лучшему, что он ее не читал.
Гарри взглянул на листок, а потом сложил и сунул себе в карман.
- По правде говоря, - прибавила она, - я думаю, большая часть бумаг находилась на
виду недостаточно долго, чтобы кто-то... Во всяком случае, так мне кажется. А Рурк... он
технократ, а не убийца. Было же сказано о тебе в заключениях психологов: не станет
преступать черту ради денег.
Босх посмотрел на нее и почувствовал, что хочет сказать ей что-нибудь приятное,
залучить на свою сторону. Он не мог ничего придумать и не мог понять этой новой холодности
в ее манере.
- Забудь, - сказал он, а затем, опуская взгляд на список, прибавил: - Насколько
подробно ваши люди проверяли тех, кто заявил, что у них ничего не пропало?
Она посмотрела на распечатки, где Босх обвел список "В", в котором было девятнадцать
имен.
- Мы сверили каждое имя с уголовными досье - со списками людей, имеющих
судимости и приводы, - начала она. - Мы разговаривали с людьми по телефону, а затем и с
глазу на глаз. Если чья-то история звучала сомнительно или просто у агента почему-либо
возникали подозрения, тогда другой агент приходил без объявления, чтобы провести
дополнительный допрос. Так сказать, для объективности картины. Я в этом не участвовала. У
нас была вторая команда - она и проводила большую часть выездных допросов. Если тебя
интересует какое-то конкретное имя, я могла бы поднять резюме допросов.
- А как насчет вьетнамских имен в списках? Я насчитал тридцать четыре сейфа с
вьетнамскими именами: четверо в списке тех, кто не заявлял о пропаже, и одно - в тупиковом
списке.
- А почему именно вьетнамские? Если взглянуть на клиентов - китайцев, корейцев,
белых, черных и латиносов, тоже получатся солидные выборки.
- Да, но Вьетнам приходит на ум в связи с Медоузом. А теперь мы еще предполагаем,
что были замешаны Франклин и Дельгадо. Все трое служили во Вьетнаме в военной полиции.
Мы также имеем реабилитационный центр для ветеранов "Чарли компани", который - весьма
возможно! - имел к этому отношение. Итак, я хочу знать: после того, как Медоуз попал под
подозрение и вы начали поднимать послужные списки "туннельных крыс", проверяли вы
заново вьетнамцев из этого списка?
- Нет... то есть да. Что касается иностранцев, мы сравнили их имена с данными службы
иммиграции и натурализации, чтобы узнать, как долго они проживают в США и являются ли
легальными мигрантами. Но это и все. - Она помолчала. - Я вижу, к чему ты клонишь. Это
упущение в нашей работе. Видишь ли, мы не разрабатывали Медоуза как возможного
подозреваемого, пока не прошло несколько недель после ограбления. Но тогда большая часть
этих людей уже была допрошена. Мы начали следить за Медоузом и не возвращались к списку,
чтобы проверить указанных в нем лиц. Ты думаешь, кто-то из вьетнамцев мог в этом
участвовать?
- Сам не знаю, что я думаю. Просто пытаюсь нащупать связь. Совпадения, которые не
являются совпадениями.
Босх вынул из кармана пиджака записную книжку и начал составлять список вьетнамцев
- держателей ячеек, с датами рождения и адресами. Он выписал четверых, которые не
заявляли о пропаже, причем имя из тупикового списка поставил на самый верх. Едва он успел с
этим покончить и закрыть блокнот, как в помещение опергруппы вошел Рурк. У него еще даже
не просохли волосы после утреннего душа. В руке он держал кофейную кружку с надписью
"Босс". Увидев Босха и Уиш, он бросил взгляд на часы:
- Решили приступить с утра пораньше?
- Наш свидетель... Его нашли сегодня мертвым, - с ничего не выражающим лицом
проговорила Уиш.
- Господи! Где? Кого-нибудь арестовали?
Уиш покачала головой и скосила на Босха предостерегающий взгляд, предупреждая не
заводиться. Рурк тоже посмотрел на него.
- Его смерть связана с нашим расследованием? - спросил он. - Есть какие-то
признаки?
- Мы думаем, есть, - сказал Босх.
- Мать честная!
- Вот именно, - отозвался Босх.
- Не следует ли нам забрать дело у полиции Лос-Анджелеса и объединить его с нашим
расследованием по Медоузу? - Рурк спросил это, обращаясь к Уиш. Оно и понятно: Босх здесь
не являлся частью группы, принимающей решения. Уиш не ответила, поэтому Рурк прибавил:
- Не следовало ли нам обеспечить ему защиту?
Тут Босх не смог сдержаться:
- От кого?!
Прядь мокрых волос выбилась из отведенного ей места в шевелюре и упала Рурку на лоб.
Лицо его побагровело.
-
...Закладка в соц.сетях
