Жанр: Детектив
Поставьте на черное
...чему,
допустим, не...
- Верно-верно! - перебил меня писатель, - Я вам о том и толкую. Частный
случай. "Тетрис", избирательная комиссия,
уличная мафия... кто угодно! У кукловодов все контролируется. Из любого можно
сделать зомби, и он даже не заметит... А в
день "икс", в час "Ч" кукловод дает команду и понеслось!.. Ну, поняли?
Я припомнил свой разговор с бабушкой Дроновой. Ольга Афанасьевна несомненно
была права: в эту жуткую дребедень и
впрямь верят многие. И некоторые из них - как Ляхов, - похоже, неизлечимы.
- Юрий Владимирович, - деликатно проговорил я. - Я только одного не
понимаю. Как они команду-то дадут?
- А психополя-то на что? - без тени колебаний сказал Ляхов. - Весь мир
пронизан психополями... Но вы не бойтесь, Яков, -
покровительственно добавил он. - В моей квартире вы в полной безопасности. На
окнах шторы с металлической сеткой,
внутренне психоизлучение экранируют коты... Я заметил, что наиболее подвержены
психотронной атаке усатые брюнеты. Они
- первейшие кандидаты в зомби. Но у нас-то с вами все в норме. - Для страховки
Ляхов еще раз внимательно осмотрел мое
лицо. Очевидно, проверял: не отросли ли у меня усы во время нашего разговора?
Усы не отросли, и писатель успокоился.
- Я даже пробки вывернул три дня назад, - известил он меня, хитро
улыбнувшись. - Электрическое поле тоже проводит
психоэнергию. В "Российской газете" кандидат технических наук Валентьев
проговорился, а я засек...
Я тут же сообразил, отчего в квартире такой запах.
- А холодильник?.. - вежливо поинтересовался я.
- Что "холодильник"? - не понял меня писатель. Потом вдруг понял, всплеснул
руками и ки нулся прочь из кабинета.
Вновь загремела жест. взвыли потревоженные коты, где-то неподаче щелкнула
дверца.
- Протухло... - раздался досадливый возглас, ппиглушенный портьерой. -
Полтора килограмма говядины... пачка масла...
Рыба для котов... Пр-р-роклятые зомби!!
Обычно я не люблю уходить не простившись, но тут мне страстно захотелось
изменить своим привычкам. Никаких
вопросов больше к Ляхову у меня не было, поскольку все его ответы я мог бы
предсказать заранее. Славка Родин, сукин сын,
не предупредил меня насчет шизы Ляхова. Или, может, сам не знал. В крутую шизу
люди впадают постепенно. Сначала -
мелкие странности в быту, потом легкий прибабах, затем - тараканы в голове и,
наконец, на десерт - таинственные разговоры
о всемирном заговоре усатых брюнетов. На первых двух стадиях у нас находится
полным-полно граждан, но писатель Ляхов
уже перешагнул стадию номер три. Чего, в общем, и следовало ждать. Тот, кто в
наше время рискует издавать альманахи, -
потенциальный кандидат в психушку. Ляхов долго зрел и в конечном итоге дозрел.
Я бросил на произвол судьбы оба своих рассказа и под горестные вопли
Ляхова, перечисляющего продовольственные
убытки, тихо прокрался к выходу. Мне даже посчастливилось ни разу не наступить
на котов и с третьей попытки отомкнуть
входную дверь. Где-то за моей спиной писатель все еще сыпал проклятиями.
Последние слова, услышанные мной из области
кухни, были горячими обещаниями потерпевшего от зомби Ляхова немедленно, не-медлен-но
уйти в оппозицию. К
правительству, к Президенту, ко всем чертям!..
От метро я позвонил Родину в "Книжный вестник".
- Ты жив, Яшка? - первым делом тревожно поинтересовался Слава. - Мне уже
рассказали про Заваруху на ярмарке...
- Ничего страшного, - поспешил я разочаровать Родина. - Обычная маленькая
бомбочка в дипломате, от которой никто не
пострадал. Была, правда, паника, но где же у нас обходится без, паники?..
- Ты как магнит, - подумав, укорил меня Сла-ва. - Притягиваешь
неприятности. ;
- Оттягиваю их у других, - уточнил я. - У меня-то, по крайней мере, уже
есть опыт с ними справляться... Кстати, по твоей
наводке я нашел на ярмарке Жилина. Можешь отметить в своей колонке: юноша отныне
не посягает на Пушкина, а пишет
роман из жизни крыс.
- Крыс? - изумился Родин. - С чего бы это вдруг? Ты оказал на него
физическое воздействие?
- Без комментариев, - ответил я. - И вот тебе еще новость, только не для
печати. Писатель Ляхов сошел с ума.
Вторая моя новость циничного Родина отнюдь не впечатлила.
- Да он уже много лет с приветом, - равнодушно откликнулся Слава. - Или
что-то вроде этого. Я еще когда у него про
парикмахерскую читал, обратил внимание. Отличная парикмахерская, какие уж там
скальпы... И этот альманах у него, между
прочим, дебильный. Все нормальные писатели давным-давно вышли из "Шинели", а он
теперь их обратно загоняет.
Я хотел было уже объяснить Родину всю разницу между "с приветом" и шизой,
однако передумал. У меня в запасе было
всего два жетона, и один я уже израсходовал.
- Переменим тему, - сказал я. - Ты выяснил что-нибудь о последней книжке?
То бишь про автора, как я просил?
- Ха! - довольно произнес Слава. - А чем я, по-твоему, сегодня все утро
занимался? В трех библиотеках был, считая
ИНИОН...
- Так есть результат? - осведомился я. - Только давай без преамбул.
- Есть, - с гордостью ответил Слава. - У меня - и чтобы не было? Значит,
слушай и запоминай...
- Стоп, Слава, стоп, - неожиданно остановил я его. - Я звоню из автомата, и
на твое красноречие у меня никаких жетонов
не хватит. Давай-ка встретимся через часок у Жадного Вити и спокойно обо всем
потолкуем.
- Тогда уж через час пятнадцать, - попросил Родин. - У меня еще по номеру
кое-какая работенка осталась.
- Идет, - согласился я. - До встречи. Дело было, конечно же, не только в
жетонах. Просто в ту секунду, когда мой Слава
вознамерился мне выложить очередные сведения, я вдруг подумал: не слишком ли я
стал доверять телефонной связи? За свой
домашний аппарат я, пожалуй, мог быть спокоен. Несколько хитрых устройств
защищали мой телефон от прослушивания и
дали бы мне сигнал, если что.
Но вот господину Родину и в голову бы не пришло подумать о технике
безопасности. Если не своей, то хоть моей. Что-то
много несчастий за последние дни я стал к себе притягивать... Нет уж, лучше
теперь не рисковать. Давай-ка, Яков Семенович,
попробуем размагнититься. Говорят, для здоровья полезнее.
Ровно через час и пятнадцать минут я был в Столешниковом переулке. Никто,
кроме меня и Родина, и знать не мог, что
"Жадным Витей" на нашем школьном языке назывался крохотный пятачок на тротуаре
рядом с бывшим "Букинистом"
(теперь там располагался ювелирный). Во времена нашей со Славиком школьной
молодости мы регулярно приходили сюда
на пятачок - в надежде купить с рук какой-нибудь редкий томик из "зарубежной
фантастики". Жадным Витей мы между
собой именовали завсегдатая этих мест, хромого полубомжа, который притаскивал
откуда-то дефицитные книжечки и бешено
торговался, обдирая нас, пацанов, как липку...
Сейчас на пятачке никаких перекупщиков не было и в помине: золотую цепочку
или браслет в ювелирном можно было
купить без очереди и без проблем.
Слава опоздал на пять минут, пожаловался на своего главного редактора и на
какого-то еще Александра Михалыча, а затем,
раздуваясь от важности содеянного, поделился своим открытием.
По словам Родина, у "Большой энциклопедии азартных игр", выпущенной
"Тетрисом", автора не было вовсе. Не было - и
все тут. Слава нарочно облазил целых три библиотечных фонда, переругался с
половиной персонала, зато выяснил одну
простую вещь. Книга неизвестного К. Вишнякова оказалась чистой воды компиляцией:
глава - из Вайкса, две главы - из
Гуткиной, вся середина позаимствована из классического пособия Никольского.
Среди всех азартных игр компилятор
почему-то больше всего внимания уделил рулетке - почти четверть книги. Только
эта четверть и была прилично
проиллюстрирована фотографиями и схемами, остальной текст обошелся практически
без картинок.
- Любопытно... - протянул я. Что-то забрезжило.
- Это еще цветочки, - с улыбкой начинающего мага ответствовал Родин. - Вот,
смотри... - Слава вытащил из своего
портфеля "Большую энциклопедию". Точно такая же, только новенькая, у меня лежала
дома на столе. - Узнаешь, что здесь на
фото?..
- Погоди-ка, - я пристально вгляделся в большой черно-белый снимок. В
центре - рулетка. А по краям... а по краям...
- Страшно далеки они от народа, - с ехидцей заметил Родин. - Сразу видно,
что ты не посещаешь злачных мест.
- Средства не позволяют, - повинился я, не отводя глаз от фото. - Хотя
именно это заведение я, похоже, припоминаю.
Однажды мы там проводили облаву, искали одного фартового гастролера. Я как раз
дорабатывал тогда последние денечки в
МУРе... "Вишенка", я угадал?
- Наблюдательный ты, Яша, - не без зависти проговорил Родин. -А я вот минут
двадцать рассматривал, пока до меня не
дошло.
- Не расстраивайся, Славочка, - утешил я своего приятеля. - Я тоже с трудом
сообразил. Ракурс съемки тут необычный.
Интересно, где находился фотограф? Такое впечатление, что... Ладно, разберемся.
- Разберись уж, - Родин проворно спрятал энциклопедию обратно к себе в
портфель. - Есть у тебя на примете люди,
связанные с "Вишенкой"?
Слава так и набивался ко мне в докторы Ватсоны. Да только я, увы, не
Шерлок, а обычный Яков Семенович Штерн. И
работаю в одиночку.
- Будем искать, - кратко пообещал я, немного слукавив. Собственно, я и
прежде не сомневался, что ЭТОГО человека мне
рано или поздно предстоит найти.
Просто теперь я уже не сомневался, ГДЕ искать.
Родин понял, что раздачи слонов сегодня не предвидится, и загрустил. Чтобы
вернуть Славе спортивный азарт, я как бы
между прочим поинтересовался, не приходил ли к ним в редакцию телефонных дел
мастер. Родин мгновенно сделал
охотничью стойку.
- Еще как приходил, - поспешно произнес он, глядя на меня во все глаза, -
чистый Ватсон! - Пару дней назад, то ли во
вторник, то ли в среду, такой амбал с такими кулаками... Ну, и?..
- Проводку проверял? - брякнул я, что называется, от фонаря.
- Нет, аппарат заменил, - ответил Родин, жестами показывая, какой хороший
большой аппарат амбал-мастер принес ему
вместо его старого и дрянненького.
- Сказка, а не телефон! Ну, и...
Что-то подобное я и предполагал. М-да, совсем не дураки за меня взялись.
- Вот тебе и "ну", - передразнил я. - Мой тебе совет: верни-ка на место
свой старый телефон. На всякий случай, а? Родин
просиял.
- Ух ты! - радостно выдохнул он. - Ты намекаешь, что меня кто-то...
- Черт его знает, - задумчиво сказал я. - Но береженого, как говорится, бог
бережет.
- На бога надейся, а ишака привязывай, лучезарно улыбаясь, заметил Слава.
- Вас понял, шеф.
Я видел, что гордость так и распирает Родина: он сразу почувствовал себя
ЗНАЧИТЕЛЬНОЙ ПЕРСОНОЙ, которому ставят
подслушку. Как в кино! Мало же человеку надо для счастья. В следующий раз, когда
мой друг Слава снова впадет в
депрессию, я нарочно пришлю ему по почте настоящую пиратскую "черную метку".
Для тонуса.
- Отлично, Слава, - командирским тоном проговорил я. - А теперь расходимся.
Скрытно, по одиночке и в разные стороны...
И не забудь про телефон.
Родину, как видно, очень не хотелось расходиться в разные стороны.
- Погоди, Яш, не беги, - он попридержал меня за пуговицу. - Совсем забыл.
Есть одна новость, из Госкомпечати.
- Что такое? - вздрогнул я. Мысленно я тут же проиграл все самое худшее:
нападение на бабушку Дронову, погром в
комнатке на шестом этаже... Дьявол меня побери! Неужто я в самом деле притягиваю
несчастья?
Увидев мое перекосившееся лицо, Родин выпустил из пальцев пуговицу и даже
попятился от меня.
- Чего ты, Яш... - удивленно пробормотал он. - Новость смешная, честное
слово. Представь, в сортире Госкомпечати на
четвертом этаже с пола уже содрали весь кафель и стелят теперь паркет... И все
потому, что какой-то пьяный козел из
Госкомприроды поскользнулся на этом кафеле и набил себе шишку. Умора, да и
только... Эй, Яш, ты чего?
- Во-первых, не пьяный, - отчеканил я. - Во-вторых, за козла ответишь...
Произнеся эту загадочную для Славы фразу, я быстренько покинул наш пятачок.
Последнее слово, - что особенно приятно,
- осталось за мной.
СТАВОК БОЛЬШЕ НЕТ?
С утра привычный мой распорядок был нарушен. Я, как всегда, полез на
антресоли за очередным брикетом каши из
бабушкиных еще запасов, и тут внезапно выяснилось, что каша кончилась. Ряды
брикетов, на которые я возлагал надежды,
оказались пачками сухого клюквенного киселя. Киселем же я мог бы питаться только
в чрезвычайных обстоятельствах.
Допустим, дрейфуя на льдине. Да и то я бы для начала постарался украсить свое
полярное меню блюдами менее противными -
вроде сырой рыбы или зимних сапог.
К счастью, пока я находился на кухне, а не на льдине. Со вздохом я слез со
скрипучего табурета, достал из тайника
неприкосновенную консервную банку, вскрыл ее, чуть не порезался об острые края и
вывалил полбанки тушенки на
сковородку. А затем разжег самую большую горелку, для быстроты. Где-то у меня
еще было припрятано несколько
картофелин, на всякий пожарный, однако я здраво рассудил, что их время пока не
пришло. Хватит мне и тушенки с белым
хлебом, который я все-таки догадался вчера купить по пути домой. Длинный такой
батон, похожий на бейсбольную биту.
Сейчас, правда, от этой биты остался огрызок меньше половины, но мне довольно и
этого. Не в бейсбол же мне играть.
Тушенка на сковородке между тем уже аппетитно заскворчала, я снял
сковородку с огня, поставил греться чайник. После
чего мне оставалось только лопать свой нехитрый полярный завтрак, одновременно
прислушиваясь к любимому радио "Эхо
столицы".
Новости были обыкновенными. Самая Свободная Республика Как Бы В Составе
России пережила еще одну ночь без
катаклизмов. Неназванные сыщики, прилетевшие из Москвы, вяло расследовали
обстоятельства нового неудачного
покушения на министра Камиля Убатиева, а сам Камиль-ака в интервью
корреспондентам радио в свойственной ему
витиеватой манере объяснял свою неуязвимость особым покровительством со стороны
аллаха. Я-то раньше грешным делом
полагал, будто министру в большей степени покровительствует не аллах, а тульский
спецназ.
Однако не мне, гяуру, судить о таких вещах. В конце концов, ничто ведь не
мешает аллаху в целях защиты Убатиева
патронировать непосредственно спецназ, вместе с БТРами. Восток, как говорится, -
дело темное. Особенно для
малограмотного в исламе сыщика Штерна.
Вслед за везучим Камилем слово взял помощник Президента Геннадий Батыров,
который ненавязчиво вернул меня с
Востока обратно в Москву. В прямом эфире Батыров стал опровергать слухи о своей
размолвке с Президентом и скорой
отставке, но делал это столь обстоятельно и многословно, как будто хотел сначала
убедить себя, а только потом -
радиослушателей. Стоило помощнику Президента замолчать, как в эфире возник
радостно-злой комментатор Андрей
Чертанов, вкусно выругал левых, правых и виноватых, привычно сравнил наших
политиков с бульдогами под ковром,
предрек победу на президентских выборах клетчатому паяцу и, демонически
расхохотавшись, исчез, на прощание посоветовав
запасаться мылом, солью и спичками. Совет, похоже, был обращен ко мне: кроме
бабушкиных запасов чая и киселя, никаких
иных накоплений у меня не было. Я представил себе, как отправляюсь в магазин с
огромным рюкзаком, как на глазах у
покупателей мучительно долго запихиваю покупки в этот рюкзак, как пытаюсь со
всеми припасами влезть в автобус... Бррр,
не хочу. Лучше уж я не поверю Чертанову. Не такие ведь мы кретины, чтобы избрать
клетчатого, верно?
По радио тем временем шла уже хроника столичных происшествий. Темой номер
один продолжал оставаться взрыв в
павильоне ВВЦ на книжной ярмарке. Но если вчера в ночном выпуске новостей "Эха
столицы" в основном перечислялись
версии причин теракта и прозрачно намекалось на "кавказский след", то сегодня
речь шла уже исключительно об убытках. Как
я и предполагал, из-за давки обрушилось полдюжины боксов, закоптился потолок в
районе взрыва и, кроме того, кое-кто
пострадал от мародерства. Со стендов "Гроссмэна", например, неопознанные
малолетние преступники увели не менее сотни
томов, из бокса издательства "Кавалергард" пропал новенький стул, а
противопожарный щит в суматохе лишился ведра. Кому
оно понадобилось, никто так и не смог вразумительно объяснить.
Вдобавок ко всему из ячейки "Живой природы" сбежал взрослый медведь пяти
лет от роду. Комментатор явно
сочувствовал свободолюбивому хищнику, я тоже принял сторону медведя, и мы дружно
понадеялись, что мишка каким-то
образом избежит патрулей, засад и капканов и доберется до ближайшего леса.
Главное, чтобы ему в пути не встретился
человек с гармошкой... Впрочем, по мнению комментатора, все новости о взрыве,
украденном ведре и даже беглом буром
медведе перекрывались суперновостью с той же книжной ярмарки: оказывается, вчера
среди гостей был замечен не кто иной,
как популярнейший Сэм Нижегородцев, великий британский ди-джей и издатель самого
крутого музыкального канала. Судя
по всему, на ярмарке мистер Сэм надеялся сохранить свое инкогнито, но был
опознан каким-то бдительным фаном. Лишь
благодаря панике в павильоне ди-джею удалось вовремя исчезнуть, оставив с носом
своих поклонников. Комментатор не
исключал, что общение со столичными фанами неизбежно бы завершилось разрыванием
на сувениры знаменитого светлосинего
концертного пиджака...
"Вечно у меня так, - горестно подумал я. - Пока я занимаюсь своим частным
сыском, мимо меня проходит все интересное.
Такая знаменитость запросто гуляла по ярмарке в одной толпе со мной, а я даже не
заметил! Стыд вам и позор, Яков
Семенович".
Дальше я уже слушал вполуха, да и сенсаций никаких больше не было.
Радиокомментатор скороговоркой протараторил про два ночных ограбления в
центре столицы, взаимную перестрелку
нескольких неопознанных камуфляжников в районе Измайловского парка и
несмертельную аварию "девятки",
принадлежащей Мосгидромету. Про последнее происшествие сказано было без
малейшего сочувствия, даже с ехидством:
машину синоптиков занесло на мокром шоссе, которое по их же собственным
прогнозам всю ночь должно было оставаться
сухим. Буквально через три минуты обиженные синоптики отыгрались на москвичах.
Словно в отместку за аварию погода на
сегодня предсказывалась из рук вон плохая: дождь, порывистый ветер, похолодание.
В такую погоду ходить по улицам
частному сыщику противопоказано. Правда, я так и так собирался днем отоспаться,
а вечером воспользоваться машиной.
Оставалось лишь выяснить, какое именно авто мне подадут к подъезду.
Напоследок я выслушал новую песню печальной хромоножки Беллы Винтковской,
потом приглушил радио и набрал
номер.
- "Диана-сервис", - откликнулся незнакомый женский голос. - Слушаю вас.
- Девушка, - ласково попросил я.. - Соедините меня с Олегом Евгеньевичем.
- А вы по какому вопросу к Олегу Евгеньевичу? - вежливо, но с легким
оттенком подозрительности осведомилась
телефонная трубка.
Олег отличался редким постоянством натуры: постоянно менял секретарш. И
каждой мне приходилось заново доказывать,
что я имею право говорить с ее шефом без предварительного заполнения анкеты в
трех экземплярах. Ужасно утомительное
занятие, доложу я вам.
- Милая девушка, - нежно промурлыкал я с интонациями тигра-людоеда. -
Передайте вашему начальнику, что звонят из
канцелярии Штерна, Штерна, вы хорошо расслышали?
- Да-да, - испуганно отозвалась новая Олежкина секретарша. Слово
"канцелярия" произвело на нее магическое действие.
- Вот и славненько, - задушевным тоном продолжил я. - Только поторопитесь,
милая, Яков Семенович ждать не любит...
Через три секунды в трубке возник Олежка.
- Яков Семеныч, - укоризненно пробурчал он, - зачем детей пугаешь?
- А не надо детей на работу брать, - весело ответил я. - Детям положено в
школу ходить или в садик. Ну, ладно, передай
ребенку мои извинения. Скажи, что дядя добрый, он только прикидывается
Карабасом... Кстати, у дяди Штерна есть к тебе
дело.
- Я уж понял, - сразу стал деловитым Олег Евгеньевич. - Выкладывай.
В те времена, когда нынешний владелец "Дианы-сервиса" был еще простым
Олежкой, молодой пинкертон Яша Штерн
вполне бескорыстно помог юноше выпутаться из дрянной истории, куда тот угодил по
своей глупости и по чужой подлости.
Позднее Олежка стал Олегом и, наконец, важным Олегом Евгеньевичем, однако
чувства признательности к бывшему
муровскому пинкертону не утратил и никогда не упускал возможности мне помочь. А
возможности у хозяина лучшей в
городе автомастерской были, заметим, преизрядные. Всякий раз, прибегая к его
помощи, я чувствовал себя сукиным сыном,
стригущим проценты со своего доброго поступка.
Но бывали случаи, когда выручить меня мог бы только Олежка.
- У тебя есть сейчас посольские машины с дипномерами? - осторожно
поинтересовался я у хозяина "Дианы-сервиса". -
Только чтобы на ходу были...
Есть?
- Смотря что ты понимаешь под словами "на ходу", - начал было педантичный
Олег. - Если, например, тебе нужно доехать
до финской границы...
По-моему, Олежка вообразил, что я собираюсь кого-то нелегально вывезти за
рубеж, и уже деловито прикидывал про себя,
как половчее обставить эту операцию.
- Нет-нет, - усмехнулся я. - Все в пределах Садового кольца.
- Понял, - чуть разочарованно проговорил Олег. - Это намного проще. Есть
"Чайка" восьмидесятого года. Ее вчера как раз
пригнал твой тезка из гаража украинского посольства. Зверь-машина. Ты знаешь,
какая у нее мощность двигателя?
- Догадываюсь, - кратко ответил я, не желая углубляться в автомобильные
дискуссии. - Но мне украинская "Чайка" все
равно не подходит. Мне бы чего подальше и позарубежнее.
- Пожалуйста, можно и подальше, - сказал невозмутимо Олег. - Имеется
"Тойота" Его Превосходительства генерала Такэо,
военного атташе Японии.
С печальным вздохом я вынужден был отклонить и этот заманчивый вариант.
При соответствующей экипировке я бы еще мог сойти за генерала, но за
японского генерала - никогда. Кроме того, пояпонски
я не знал ничего, кроме "харакири", "банзай" и "Хакамада".
- Какой ты привередливый, - заметил Олег, выслушав мои возражения.
- Украина тебе слишком близко, Япония чересчур далеко... У меня ведь не
автосалон, а всего лишь мастерская.
- У тебя прекрасная мастерская, - льстивым голосом уточнил я. - Европейские
автосалоны просто меркнут на ее фоне.
Дошло до меня, о великий шах, что у тебя в любое время дня и ночи стоит на
приколе до сотни изысканных лимузинов...
- Гораздо больше, - хмыкнул в ответ владелец "Дианы-сервиса". - И среди них
есть даже "Роллс-ройс" шейха Хайраддина.
Но тебя же рухлядь не устроит.
- В каком состоянии "Роллс-Ройс"? - вежливо осведомился я. Было бы
заманчиво хоть разок закосить под нефтяного
шейха. Главное, тут камуфляж требуется минимальный: белый бурнус и толстая пачка
долларов.
- Пока не транспортабелен, чиним, - не оставил мне надежд бессердечный
Олег. - Дня два назад у Рижского рынка "Волга"
потеряла управление и шейховой тачке - ровнехонько в бок. Хайраддина, на его
счастье, в салоне не было, зато шофер его едва
жив. Правда, и тем, в "Волге", досталось дай боже. Пьяные, наверное, были или
накурились. Хорошо еще, не мне эту "Волгу"
чинить, у них там свой автосервис... Но нам и шейха за глаза хватит! Вынь да
положь ему срочный ремонт, потому как его
четырнадцатая жена именно к этому "Роллс-Ройсу" привыкла.
- Силен мужик, - оценил я выносливость Хайраддина.
- С жиру бесится, - не согласился со мной Олежка. - Тут с одной женой
скандалов не оберешься...
- Мне бы машину, - поспешно перебил я приятеля, боясь, что сейчас тот
надолго соскочит в семейную тему. Не люблю я
эту тему. Сразу вспоминаю свою бывшую супругу Наталью. Шейху крупно повезло, что
в его гареме не оказалось Натальи.
Она бы ему устроила веселую жизнь.
- Машину... - задумчиво повторил Олег. - Я не забыл, Яша, я думаю. Так...
"Понтиак" отпадает, у "Ниссана" капот ободран... О! Вот это тебе подойдет.
Ты как относишься к "фордам" девяносто
второго года выпуска?
- Положительно, - тотчас же ответил я. - Обожаю их с самого девяносто
второго.
- Тогда "Форд" твой, хоть на два дня, - сообщил мне Олег. - Но потом
придется машину вернуть. Хозяйка, понимаешь,
возвращается из Майами.
- Мне только на один сегодняшний вечер, - заверил я приятеля. - И
непременно чтобы с твоим шофером.
- С шофером тебе... - проворчал Олег. - Ладно, будет сделано. Во сколько
ему подъехать и куда?
- К моему дому, в двадцать один ноль-ноль, - проинструктировал я приятеля.
- Кстати, чья машина?
- Миссис Джулии Стерн из американского посольства, - отозвался Олег. - Она
там, кажется советник по туризму... Бойкая
такая мадам, лет под восемьдесят.
Сама, между прочим, автомобиль водит, не то что некоторые...
Упрек был несправедлив. Обычно я никогда не отказывался от вождения любой
колымаги внутреннего сгорания, включая
"Запорожец" и асфальтовый каток. Однако сегодня мне требовался именно водитель.
Для дипломатической солидности.
- Ты извини меня, родной, - покаянно сказал я в трубку. - Я давно не сидел
за рулем, глазомер уже не тот, руки дрожат. В
общем, нельзя мне без шофера... И вот еще что, - добавил я уже нормальным тоном.
- Скажи водителю, пусть оденется
построже. Темный костюм, галстук, все по протоколу.
- Куда это ты собрался ехать? - с интересом спросил Олег. - На прием к
английской королеве?
- Ты близок к истине, - важно произнес я и на этом быстро распрощался с
владельцем "Дианы-сервиса".
Теперь мне надо было поспать, что я и сделал. Вещих снов при этом мне не
снилось. Ровно в восемь вечера
предупредительно затренькал будильник, однако я уже без того проснулся. Смокинг
висел в шкафу, уже заранее
подготовленный - вычищенный и поглаженный. Это был очень хороший смокинг: кобура
под мышкой совершенно не была
видна, как ни крутись. На всякий случай я все-таки покрутился перед зеркалом и
остался доволен своим внешним видом.
Прическа джентльмена, умное выражение на лице, монокль, умеренно широкие плечи.
Мистер... м-м... мистер Джейкоб Стерн, американский дипломат, советник по
туризму, большой любитель азартных игр...
Таких в любом казино встречают с распр
...Закладка в соц.сетях
