Жанр: Детектив
Мятный шоколад
...ело в глазах и закружилась голова. Она усилием воли
взяла себя в руки, распечатала конверт и пробежала глазами текст, набранный на компьютере:
"Уважаемая Алевтина Ивановна! Настоящим письмом сообщаю Вам, что Вы успешно
прошли кастинг на роль девушки-самоубийцы в сериале "Уснуть навсегда". Хочу так же
подчеркнуть, что Ваше согласие на съемки нам не требуется. Окончательный вариант сценария
в данный момент дорабатывается и будет выслан вам по почте в ближайшее время. С
наилучшими пожеланиями и надеждой на скорую встречу, Артур Андреевич Зеленцов. 18 июля
2004 года ".
Аля перечитала текст еще раз, отметив про себя, что письмо было написано на следующий
день после смерти продюсера. Она отложила лист в сторону и внимательно изучила конверт. На
нем не было ни марок, ни штемпеля почтового отделения, ни обратного адреса. Аля вложила
письмо обратно в конверт, изорвала его в клочья, вышла в туалет, спустила обрывки в унитаз,
захлопнула крышку и уселась сверху. Из головы не выходила фраза: "Ваше согласие на съемки
нам не требуется". Кто-то пытался не просто свести ее с ума, а довести до самоубийства. Кто-то
внимательно наблюдал за ней и развлекался. Но кто? Она уже пыталась анализировать и давно
поняла: этот человек знал, что она была в квартире Зеленцова в день его убийства, и следил за
ней. Но если это убийца, то почему она до сих пор жива? Здесь была явная нестыковка. О том,
что она приезжала к Зеленцову, знали убийца и гримерша Раиса. "Господи, - Аля вдруг вся
вспотела, - гримерша Раиса!" Как же она не подумала о ней с самого начала! Почему она
решила, что, если уедет домой, то о ней просто забудут? Идиотка! Раиса расскажет о ней
милиции - и все! Ее обвинят в убийстве и посадят. Теперь стало понятно, почему ее до сих
пор не убили. С одной стороны, она опасный свидетель, с другой - если ее просто убьют, это
может насторожить следствие. А тут - убила продюсера и, испытывая муки совести,
покончила с собой. Чудесный расклад! Никто больше не будет копать, и дело закроют. Только
времени мало, поэтому убийца действует таким нахрапом, рассчитывая, что ее психика не
выдержит. А вот и фигушки! Аля сложила три пальца в кукиш и поводила рукой по воздуху.
Она не собирается облегчать этой хитрой скотине жизнь, она будет бороться! Ее нервы,
закаленные Москвой, выдержат любое испытание.
Да, но откуда у убийцы имеется информация о Раисе и вообще о том, что Алечку будет
разыскивать милиция? Скорее всего, гримерша тут ни при чем. Что же тогда? До сих пор в
газетах информации по поводу смерти Зеленцова не было, но смерть такой яркой персоны
киноиндустрии журналисты, определенно, не оставили бы без внимания. Вывод один: убийца,
так же, как и Аля, регулярно проглядывает прессу и уверен, что труп продюсера до сих пор не
обнаружили. Ужасно! Алечка зажмурилась. Воображение до тошноты натурально нарисовало
ей картинку разлагающегося трупа Зеленцова, валяющегося на полу в душной комнате. Жара,
закрытые окна, мухи, целый рой мух, велюровое кресло, бархатный бордовый халат, комната,
длинный коридор, оклеенный темными обоями, журчание воды в унитазе... и тяжелый запах,
медленно ползущий по паркету к входной двери. Это уже не запах, это вонь! Она проникает
сквозь замочную скважину, заполняет лестничную клетку, стекает по лестнице вниз...
Громкий стук в дверь вернул Алевтину к реальности. Аля нехотя встала, умылась
холодной водой, зачем-то еще раз нажала на рычаг слива унитаза.
Стук в дверь повторился.
- Одну минуту, подождите, уже иду, - крикнула Аля, вытерла лицо полотенцем и
направилась в прихожую - девушка не сомневаясь, что приехали из конторы ритуальных
услуг.
Посетитель ждать не собирался и вошел без приглашения. "Какая же я все-таки
непутевая, - подумал Алечка, - опять забыла запереть дверь!".
- Вы за гробом приехали? - растеряно спросила Аля, разглядывая гостя, вернее, гостью.
Перед ней стояла грузная женщина средних лет и смотрела на нее в упор большими коровьими
глазами, тяжело дыша.
- Уф! Жарища какая! Насилу вас нашла. Вы, надеюсь, Сорокина Алевтина Ивановна? -
запыхавшись, спросила женщина.
- Да. А...
- Капитан Зотова Елена Петровна, уголовный розыск, - женщина вытащила из большой
кожаной потрепанной сумки красную книжечку, раскрыла и сунула под нос Алевтине. Это был
конец: сейчас ей наденут наручники и отправят по этапу! - У вас сода есть? - неожиданно
спросила женщина.
- Что, простите? - оторопела Аля.
- Изжога замучила. В поезде жареной курицы наелась, а мне нельзя - гастрит. Так что,
есть у вас сода? Не могу больше терпеть, внутри все горит.
- Может, "гастал" вам дать?
- Давайте, черт с вами. Только побыстрее, голубушка, умираю!
На негнущихся ногах Аля прошла в кухню. Женщина, вздыхая и охая, тяжело
проследовала за ней, плюхнулась на стул и положила на колени свою объемную сумку-авоську.
Аля порылась в аптечке, достала таблетки и, чувствуя себя полной дурой, протянула их
женщине. На сотрудника милиции Зотова была совершенно не похожа, скорее, на нищего
врача-терапевта муниципальной поликлиники. Одутловатое нездоровое лицо, неряшливые
густые брови, мелкий барашек старомодной "химии" на коротких пережженных светлых
волосах, розовая блузка с короткими рукавами и машинной вышивкой на круглом воротнике,
широкая грязно-голубая джинсовая юбка с бахромой, стоптанные белые босоножки на низком
каблуке, надетые на капроновые гольфы телесного цвета.
Зотова сосредоточенно разжевала таблетку, сунула в рот вторую. На ее сухих губах,
опущенных чуть книзу, как у Пьеро, остался неприятный белый налет от таблетки, и Алечка
вдруг поймала себя на мысли, что хочет схватить грязную тряпку со стола и стереть с ее губ
этот след, как мел со школьной доски. Зотова поймала Алин взгляд, вытерла губы тыльной
стороной ладони, залезла в свою сумку, деловито покопалась там, достала блокнот и положила
его на стол.
- Что ж, голубушка, спасибо тебе, от смерти спасла. Ненавижу командировки! А что
делать - служба такая. Приходится приказы начальства исполнять. И плевать всем, что у меня
ноги больные и гастрит, - кудахтала Елена Петровна, сверля Алю глазами.
- Что вам от меня нужно? - сквозь зубы спросила Аля.
- Самую малость, голубушка, - слащаво улыбнулась Зотова. - Что ты делала 17 июля?
- Не помню. А что, собственно, случилось? - сухо поинтересовалась Аля. Помогать
следствию и рыть самой себе могилу она не собиралась.
- Давай, родная, сразу договоримся, - пропела Зотова, холодно блеснув глазами, - я
вопросы задаю, а ты мне на них отвечаешь. Вопрос: что ты делала 17 июля? Давай я тебе
помогу немного, чтобы память твою освежить. Встала ты рано и отправилась на "Мосфильм".
Правильно?
- Правильно, - буркнула Аля, - я приехала на "Мосфильм" к восьми и провела там
почти весь день, так как съемки затянулись.
- Дальше, - потребовала Зотова.
- А дальше я получила расчет и поехала на вещевой рынок в Коньково.
- Зачем?
- Хотела купить обувь на лето.
- Купила?
- Допустим, купила - красивые босоножки на высоком каблуке.
- Удобные?
- Что? - опять растерялась Алевтина.
- Удобные, спрашиваю, босоножки?
- Нет! - разозлилась Аля. Зотова своими вопросами путала ее и выводила из себя.
- Вот и мне все время с обувью не везет, - сочувственно вздохнула капитанша. -
Мучаюсь постоянно. Тут недавно прикупила ботиночки с супинаторами. Половину зарплаты
отвалила, думал, хоть ноги болеть не будут. И что ты думаешь, не могу в них ходить, и все!
Пришлось невестке отдать - у нас с ней один размер. Рассказывай дальше. Куда после рынка
поехала?
- Домой.
- Что дома делала?
- Душ приняла, потом поела и спать легла.
- Во сколько?
- В девять.
- Рановато что-то.
- А я люблю поспать, - нахохлилась Аля.
- Значит, никуда больше не выходила?
- Я уже ответила на ваш вопрос. Можете у моей квартирной хозяйки спросить, она
подтвердит, - ухмыльнулась Аля. Бабка из своей комнаты практически не выходила и
ложилась спать рано, выпив таблетку снотворного. Когда именно Аля уходила, старушка не
видела, это точно, и в этом была единственная надежда, что девушка выкрутится.
- Спросили уже, говорит, пришла ты около восьми, а вот выходила ты или нет - не
знает. Мне другое любопытно, голуба. Чего это ты так резво с места сорвалась? Даже со
старушкой не простилась. Может, случилось что?
- С чего вы взяли? Ничего не случилось, просто Москва мне ваша надоела до зубовного
скрежета.
- Чем же тебе Москва не угодила? Что, пробиться не удалось? Карьера звезды не
сложилась?
- Послушайте, может, хватит? Вы ведь приехали не для того, чтобы моими творческими
успехами и неудачами интересоваться. Я хочу знать, в чем вы меня подозреваете?
- Тихо, тихо, что расшумелась-то, - ухмыльнулась Зотова. - Сядь и успокойся.
- Да я спокойна! - взвизгнула Аля, продолжая стоять.
- А я сказала - сядь! - хлопнула по столу капитанша, Алевтина вздрогнула и присела
на краешек стула. - Успокоилась? Рассказывай, при каких обстоятельствах ты познакомилась
с Раисой Михайловой?
- С кем? - оторопела Аля. - Я не знаю никакую...
- Врешь.
- Но я и правда... Подождите, с Раисой? Вы имеете в виду гримершу с "Мосфильма"?
- Да, я имею в виду гримершу с "Мосфильма". Что вас друг с другом связывало?
- Ничего, - пожала плечами Аля. - По работе один раз пересеклись. Она грим мне
накладывала.
- Это было 17 июля?
- Да.
- О чем вы с ней в тот день договорились? - спросила Зотова.
Алевтина молчала, судорожно соображая, как ответить на поставленный вопрос.
Обманывать капитаншу не было смысла, но сказать правду Аля не решалась.
- Молчишь? Что ж, твое право. Но должна тебя предупредить, в твоих интересах все
рассказать.
- Мне нечего вам рассказывать, - тихо сказала Аля. - Я вообще не понимаю, что вам
от меня надо.
- Так, Сорокина, отпираться бессмысленно, в еженедельнике Михайловой есть запись,
которая свидетельствует о том, что на вечер того дня у вас была назначена встреча. Ты должна
была подъехать к ней домой. Зачем?
- Какая встреча? Мы не договаривались с ней ни о какой встрече, она... - Аля осеклась
на полуслове и непонимающе уставилась на Зотову. - Что случилось с Раисой?
- Вот только не нужно строить мне глазки и делать вид, что ты ничего не знаешь, -
разозлилась капитанша. - В тот вечер ты чего-то сильно испугалась, Сорокина. Поэтому и из
Москвы так спешно смоталась! Я была у тебя в комнате, ты так торопилась, что часть вещей
оставила. И дома ты не ночевала в ту ночь, а где-то болталась. Знаешь, что мне сразу в глаза
бросилось? Кругом кавардак, шкаф распахнут, ящики комода вывернуты, а постелька -
аккуратно застелена. Все очень серьезно, Аля! Либо ты мне обо всем честно рассказываешь и
прекращаешь покрывать убийцу, либо я буду склонна думать, что это ты ее убила.
- Кого, Господи? - пискнула Аля и схватилась ладошками за лицо.
- Странно, почему у тебя карьера актрисы не сложилась? - устало вздохнула Зотова. -
Играешь ты очень убедительно - но я тебе все равно не верю.
- Послушайте, клянусь, ни о какой встрече я с Раисой Михайловой не договаривалась и
никого не покрываю. В тот день я видела ее в первый и последний раз в жизни.
- Хорошо, допустим, ты говоришь правду. Тогда, как ты можешь объяснить вот эту
запись? - Зотова опять покопалась в своей сумке, вытащила небольшой серый органайзер из
кожзаменителя, пролистала несколько страничек и сунула под нос Алевтине. "17 июля.
Договориться с Алевтиной Сорокиной на вечер. Встреча дома. Не забыть купить зубную
пасту", - прочитала Алевтина и подняла глаза на капитаншу. - Ну? - поторопила Зотова и
сморщилась, вероятно, изжога вновь дала о себе знать.
Алевтина откинулась на спинку стула, на некоторое время прикрыла глаза и постаралась
сосредоточиться. Кроме невнятной фразы в еженедельнике, у Зотовой ничего на нее не было.
Запись можно трактовать, как угодно, и, естественно, посвящать Елену Петровну в истинный
смысл написанного Алевтина не собиралась. Внезапная смерть Раисы, как это ни цинично,
сыграла Алевтине на руку, и теперь у нее был реальный шанс выпутаться из этой скверной
истории. Вот только действовать следует осторожно, чтобы не вляпаться в другую, не менее
неприятную заварушку.
- Хорошо, Елена Петровна, я все вам расскажу! - распахнув глаза и бросившись грудью
на стол, эмоционально воскликнула Аля. Зотова от неожиданности вздрогнула и чуть не
свалилась со стула. - В тот день, в тот ужасный для меня день, - Аля сползла со стола и
вознесла глаза к потолку. Зотова торопливо раскрыла блокнот, схватила ручку и приготовилась
записывать. - Понимаете! Вы должны меня понять - я актриса! Но моя творческая судьба,
будь она проклята, - Аля стукнула кулаком по столу и вскочила, тревожно глядя на
испуганную Зотову сверху вниз. - Так вот, моя творческая судьба в тот день была полностью в
руках гримерши Раисы!
- Так-так, продолжайте, Аля, - подбодрила девушку капитанша.
- Раиса собиралась за меня похлопотать в тот день, - с надрывом сообщила Алевтина,
села и продолжила заметно тише: - Не знаю уж, чем я ей приглянулась, но она неожиданно
решила поучаствовать в моей судьбе. У нее, как она мне сообщила, были влиятельные
знакомые в кинобизнесе. Мы условились, что она договорится обо всем и вечером мне
позвонит. Я ждала ее звонка, долго ждала, очень уж хотелось роль получить. Но она так и не
позвонила! - Аля вновь хлопнула кулаком по столу и протянула руки к Зотовой, словно ища у
нее защиты. - Понимаете, она не позвонила! Всю ночь я не спала, а ближе к утру сорвалась,
покидала вещи в сумку и уехала. Это был предел, это был срыв, что-то оборвалось у меня
внутри. Я так мечтала... - Алевтина тяжко вздохнула и потупила глазки. - Вам молока дать?
Говорят, тоже при изжоге помогает, - трагическим тоном спросила она, глядя на капитаншу
влажными глазами и со стороны оценивая свою безупречную игру.
Елена Петровна долго сидела молча и в легком шоке смотрела на Алевтину, затем
сглотнула слюну и кивнула.
- Значит, дать? - уточнила Аля.
Зотова опять кивнула, улыбнулась и подобрела. Несомненно, это была победа. Аля
чувствовала, что Елена Петровна ей поверила и перестала видеть в ней преступницу. Девушка
достала из холодильника пакет молока, налила полную кружку и поставила на стол перед
Еленой Петровной.
- Эх, не завидую пассажирам, которые со мной в одном купе будут ехать, - хихикнула
Елена Петровна, подмигнула Алевтине, схватила кружку, осушила ее в два глотка и с грохотом
поставила обратно на стол. - Ладно, пойду я, - устало вздохнула она и поднялась. - Что ж,
выходит, я зря приехала. Черт знает что такое!
- Надеюсь, в убийстве этой Михайловой вы меня не подозревали? - кисло улыбнулась
Аля.
- А как же? Ты у нас подозреваемая номер один, Алевтина, - усмехнулась Елена
Петровна. - Вполне могла, голубушка. Алиби больно у тебя хлипкое. Свидетели видели, что
около семи ты вошла в подъезд. Михайлову убили между девятью и половиной десятого
вечера. Хозяйка квартиры уверяет, что ты больше никуда не выходила.
- Так и было, всю ночь я ждала ее звонка и никуда не выходила, - хмуро отозвалась
Аля.
- Ладно, можешь считать, что я тебе верю. Тем более, ты не блондинка на темно-синем
"Фольксвагене". Хорошо у вас тут, спокойно - тишь да гладь, - с наслаждением потянула
носом Зотова. - Живи, как говорится, и радуйся. Я сводки по вашему городу ради
любопытства в местном отделении проглядела: ни убийств, ни изнасилований, ни разбоев, так,
мелкие кражи и бытовуха - красота! Вот выйду на пенсию, продам квартиру, куплю себе
домик где-нибудь в таком тихом городке и заживу в свое удовольствие.
- Вот и переезжайте к нам, - радушно улыбнулась Аля и проводила Зотову до двери.
- Спасибо, за приглашение, - сказала Елена Петровна и неожиданно спросила: -
Кстати, а кому тебя пыталась сосватать Михайлова? Она чью-нибудь фамилию называла?
- Нет, - немного резко ответила Аля и покраснела, не сумев вновь настроиться на игру.
- Не может быть, чтобы ты не поинтересовалась у нее сама, Сорокина. - Глаза Елены
Петровны вновь стали колючими, уголки губ опустились вниз. Она долго смотрела на
Алевтину, смущая ее своим внимательным взглядом, потом опять покопалась в своей
бездонной сумке, вытащила оттуда мятую визитку и протянула Алевтине.
- На всякий случай, мало ли - вспомнишь что, позвони.
- Позвоню, - пообещала Аля. - Мне очень жаль, что я ничем не смогла вам помочь,
Елена Петровна.
- Ну, бывай, - попрощалась Зотова, развернулась и неторопливо побрела по пыльной
дороге в сторону станции.
Алевтина задумчиво смотрела Зотовой вслед, пока ее грузная фигура не скрылась из вида.
От встречи осталось двойственное впечатление. С одной стороны, Елена Петровна ей
понравилась, с другой - Аля не хотела бы свидеться с ней еще раз. Неожиданно ей в голову
пришла шальная мысль, что Зотова знает гораздо больше. Она знает все! От этой мысли Але
стало дурно. Последний вопрос прозвучал как-то особенно резко: не он ли являлся настоящей
целью ее визита? Если это так, значит, труп Зеленцова уже нашли, и ведется следствие. Зотова
приезжала, чтобы познакомиться с главной подозреваемой по делу и не поверила ни одному ее
слову. Или поверила? Или продюсер Зеленцов тут вообще ни при чем, и Зотова действительно
приезжала расспросить ее про гримершу Раису?
Аля захлопнула дверь, заперла ее на ключ, поплелась в гостиную, забралась с ногами на
софу, вязла с журнального столика пульт от телевизора и машинально "заскакала" по
программам, особо не вглядываясь в экран и недовольно хмуря лобик. Как же ей не хотелось
думать и анализировать! Ну почему ее просто не оставят в покое? Почему? Хорошо еще, что
Зотова ее не обвинила в убийстве гримерши, и на том спасибо, мало ей и без того проблем!
Раису убили в ту же ночь, что и Зеленцова. Совпадение? Алевтине в это верилось с трудом, и
она решила остановиться на этой версии.
"Допустим, ее убила та же женщина, которая убила Зеленцова, - размышляла Алечка. -
За что? Ясно, что не для того, чтобы обеспечить мне дорогу к отступлению. Может, Зеленцов
сказал Раисе, с кем у него, помимо меня, в тот вечер была назначена встреча? Скорее всего, так
и было, и гримершу убрали как свидетельницу. Сначала убийца избавляется от Раисы, заранее
устраняя свидетеля, потом едет к продюсеру. Логично! Все идет хорошо, пока я не вваливаюсь
в квартиру со своей дурацкой банкой. Убийце ничего не остается, как убрать еще одного
свидетеля. Поверив в то, что я умерла, убийца покидает квартиру, но после решает зачем-то
вернуться и видит, как я выхожу из подъезда - живая. Убивать меня посреди улицы -
рискованное предприятие, поэтому она решает проследить за мной до дома и ждет удобного
случая, чтобы со мной расправиться. Я собираю сумку, выхожу из дома, выкидываю в помойку
вещи из квартиры продюсера и свои любимые босоножки и еду на вокзал. Возможно, тогда в
голове у этой психопатки зарождается новый план. Она вытаскивает вещи из помойки,
покупает билет на тот же поезд и едет вместе со мной. Так она узнает, где я живу. Логично?
Логично. Так, домой я пошла не сразу, долго стояла в очереди за хлебом, за это время убийца
вполне могла успеть проникнуть в мой дом и подбросить мне это злосчастное ведро, при виде
которого я чуть не рехнулась. Логично? Совсем нелогично! Нестыковка. Откуда убийца могла
знать, по какому адресу я проживаю? Господи, может, она со мной рядом ехала, в одном вагоне,
и, пока я спала, посмотрела адрес в моем паспорте? Вот гадина, ни стыда, ни совести у
человека! И последнее: откуда она взяла мой зуб? Для этого нужно было побывать в квартире
Зеленцова. Не могла же она быть сразу в двух местах одновременно, следить за мной и рыскать
по квартире продюсера! Значит, у нее был сообщник! Господи, значит, убийц двое! - с ужасом
подумала Аля. - Хотя на вокзале я довольно долго ждала поезда. За это время убийца могла
съездить на квартиру Зеленцова и вернуться обратно на вокзал к отправлению поезда. Скорее
всего, так и было. А вдруг Раису убила совсем не она, а кто-то другой? А вдруг все было
вообще совсем не так?"
В общем, Алечка осознала, что она совершенно запуталась. Что ей делать дальше, она
просто не понимала. Но нужно было спасать свою жизнь. Жизнь, которая буквально висела на
волоске. Ведь если убийца видела, что к ней приходили из милиции, то вряд ли она станет
ждать, пока Алечка рехнется и наложит на себя руки, и просто устранит девушку. Аля вдруг
представила себя лежащей в одном из эксклюзивных гробов Сан Саныча: всю такую красивую,
в белоснежном шелковом платье, с фатой на голове и лилиями в волосах, и ей стало так себя
жаль, что Аля даже немножечко всплакнула, громко шмыгая носом. Умирать ей совершенно не
хотелось! Мелькнула мысль, что напрасно она честно не рассказала обо всем Зотовой, тогда,
возможно, у нее был бы шанс.
Алевтина выудила из кармана юбки мятую визитку, задумчиво покрутила в руке, скатала
в трубочку, посмотрела сквозь отверстие в окно и, подавив дикий крик, готовый вырваться из
груди, выронила визитку из рук - за кладбищенской оградой, между памятниками и крестами,
мелькнула подозрительно знакомая фигура в темно-бордовом халате...
Потрясение было недолгим. Аля решительно встала, подошла к окну, напряженно
вглядываясь вдаль - фигура в бордовом халате исчезла. Настроение неожиданно улучшилось:
убийца продолжала "доводить" девушку и действовала по той же самой схеме. Значит, визит
Зотовой остался незамеченным, и убивать ее пока никто не собирался.
- Ну все, тварь! - ухмыльнулась Аля. - Ты меня достала своими глупыми шутками!
Кретинка поганая! Хочешь поиграть, так давай поиграем. Только на этот раз правила игры буду
устанавливать я!
Аля сосредоточилась, набрала в грудь побольше воздуха, округлила глаза и, тыча пальцем
в то место, где только что промелькнула фигура безвременно ушедшего в мир иной продюсера,
громко заголосила. Надрывно повопив несколько минут перед окном, Алечка с увлечением
принялась рвать на себе волосы и одежду, потом пару раз крепко стукнулась лбом об оконное
стекло, задернула занавеску и уселась на пол, пытаясь выровнять дыхание. Если убийца за ней
наблюдала, то, несомненно, должна была решить, что Аля рехнулась. Именно на это бывшая
актриса Алевтина Сорокина и рассчитывала. Алечка рассчитывала и завтра, на похоронах
собаки, подкрепить уверенность убийцы в своей невменяемости, но как это сделать, пока еще
не знала.
ГЛАВА 14. СПОКОЙНОЙ НОЧИ, МАЛЫШИ!
Зябкий рассвет вырвал его из объятий чуткого сна. Клим недовольно поморщился и с
головой накрылся отсыревшим за ночь одеялом. Просыпаться не хотелось, а хотелось вернуть
пережитые ощущения. Сон был стремителен, ярок, но он не запомнился, остался лишь
сладковатый привкус на губах и чувство невероятного тепла и неги. Он напряженно задумался,
чтобы вспомнить сновидение. Казалось, что забылось нечто важное, какая-то подсказка
подсознания, способная ответить на множество вопросов и определить его дальнейшую судьбу.
Что же ему снилось?
Клим резко отбросил одеяло, поднялся и подошел к окну: тусклое утро, над озером опять
туман - рваными клочьями скользит по темной воде, небо пасмурное, облака похожи на
дымку, пахнет хвоей, тоскливо... Может быть, ему снилась Лера? Лера... Странно, что он
совсем не вспоминал о ней. Лера...
Все вокруг казалось нереальным: озеро, комната, кровать, потолок, стены, мятая подушка,
скомканное одеяло... и он сам. Он постарался втиснуть Леру в свое теперешнее мироощущение
- и не смог, воображение безжалостно размыло яркий образ невесты, оставив лишь невнятный
запах ее модных духов.
"Это все стресс", - нервно подумал Клим. Все встанет на круги своя, как только он
вернется домой, услышит ее голос, коснется ее мягких волос, вдохнет запах ее тела, заглянет в
глаза.... Все кончится хорошо, иначе быть не может. Нужно только набраться мужества и
пережить этот кошмар.
Клим отлепился от окна, оделся, прошелся по комнате, то и дело поглядывая на
мобильный телефон. Его свободу действительно никто не ограничивал, и даже сотовый остался
в полном его распоряжении. Только что это ему дало? Он так и не решился ночью выйти из
коттеджа на поиски друга и позвонить кому-нибудь с просьбой о помощи. Нет, он не был
трусом: его действиями руководил здравый рассудок. Клим прекрасно понимал, что за ним
внимательно наблюдают и вся его свобода - это только иллюзия. Сказочник ясно дал понять,
что шутить он не собирается. На кону стоит жизнь Заболоцкого, и риск слишком велик.
Следовало выждать время. К тому же пока непонятно, как после похорон будут развиваться
события. Похороны сегодня...
Память неожиданно вернула его в страшную ночь, когда они с Заболоцким пытались
сбежать с базы. Рычаг переключения передач, задний ход, глухой удар о капот, кочка, мягкая
такая кочка... Болезненно сжалось сердце.
И вовсе он не циничный урод, как его сначала охарактеризовала дочка гробовщика, или
кто там она ему приходится. Он не бесчувственное бревно, а нормальный человек: и собаку
Глафиру ему жаль, и чувство вины он испытывает. Может быть, сказочник после похорон его
отпустит с миром, - с надеждой подумал Клим. - "Что же она еще про меня говорила?"
Воспоминание о странной девушке вызвало улыбку, даже настроение немного улучшилось.
"Пианистка", - хихикнул он и попытался изобразить пальцами ног то, что вытворяла девушка.
Стало щекотно, и Клим опять прыснул со смеху. Худенькое бледное личико девушки, с
огромными темными глазами, отчетливо встало перед его внутренним взором. Он вспомнил
вдруг ее тонкие запястья, нелепую старомодную юбку и кофту на пуговках, спутанную копну
каштановых вьющихся волос, влажный от жары лоб, заливистый смех, еле уловимый запах
мяты и валерьяновых капель..."Какая же она все-таки дурында, - с нежностью подумал Клим
и попытался прикинуть в уме, сколько же сегодня его душе будет не жалко выложить за ее
странные услуги. - Может, ее вместо оплаты к хорошему стоматологу отвезти", - с каким-то
странным, трепетным чувством подумал Клим, но тут же выкинул из головы подобную
бредовую идею. Похоже, знакомство с сумасшедшим фол
...Закладка в соц.сетях
