Жанр: Детектив
Мятный шоколад
..., - тихо сказала Алечка, робко подошла
к Климу и поцеловала его в щеку.
- Ну что ты, - притянув Алю к себе, нарочито весело сказал Клим, похлопал ее по
спине, торопливо поцеловал в висок и вышел на улицу. - Калитку завтра починю, -
по-хозяйски добавил он и торопливо направился к своей машине.
ГЛАВА 6. ЭКСПРОМТ.
К очередному явлению призрака Алечка готовилась основательно и с душой. На лицо
вновь был нанесен толстый слой белой пудры, под глазами растушеваны фиолетовые тени,
волосы уложены в очаровательную прическу "взрыв на макаронной фабрике". Разглядывая
свое отражение в зеркале, Алечка с досадой отметила, что для завершения образа умалишенной
не хватает какой-то броской, эффектной детали. Она поковырялась у тетушки в шкафу,
выудила оттуда ярко-красный пеньюар с кружевами, нацепила его на себя и даже взвизгнула от
восторга. "Невеста Франкенштейна - Зеленцова" к выходу в свет была готова.
Ровно в полночь, когда Алечке уже стало казаться, что ничего интересного не произойдет,
в гостиной, перебивая бой настенных часов, тревожно зазвонил телефон. В мембране на минуту
повисло тягостное молчание, которое вскоре прервалось короткими гудками.
"Началось", - с замиранием сердца подумала Алечка, поправила на груди кружево
халатика, подошла к окну и решительно распахнула занавеску. Ночь казалась светлой и
спокойной. Месяц серебрил листву и кладбищенскую ограду, рядом с которой из высокой
травы торчала лохматая голова ее помощника. Голову Клима было видно за версту!
- Идиот! - всердцах воскликнула Алечка, метнулась в прихожую, приоткрыла дверь и
попыталась осторожно подать Климу знак, чтобы тот замаскировался получше. Клим,
увлеченный слежкой за кустами сирени, из которых прошлой ночью возник в тумане дух
Зеленцова, на Алечку не обратил никакого внимания. Операция по выслеживанию духов могла
сорваться в любой момент. Пришлось ей выйти на крыльцо - ноль реакции. Алечка,
придерживая распахивающийся ворот пеньюара, доплыла до калитки, точнее, до того места, где
калитка висела раньше, и легонечко свистнула. Клим наконец-то заметил ее, только почему-то
лицо его как-то странно вытянулось, он вскочил на ноги и замахал ей руками.
- Конспиратор, блин, тупой, - тихо выругалась Алевтина.
- А-а-л-я-а! - утробно вздохнул кто-то за ее спиной и положил руку ей на плечо. Сквозь
тонкую материю она почувствовала холод, вскрикнула, сползла на землю и закатила глаза. Она
слышала тяжелые удаляющиеся шаги духа Зеленцова, приближающиеся торопливые шаги
Клима, шуршание его ветровки над головой, сбивчивое дыхание и, кажется, даже стук его
сердца. Только биения собственного сердца ей почему-то слышно не было...
- Боже мой! Девочка! Что случилось? Что с тобой? - Он прижал Алю к себе. Руки ее
безжизненно повисли, голова запрокинулась, рот приоткрылся, из уголка ее губ вытекла тонкая
струйка слюны. - Врача! - заорал он на всю округу. - Вызовите кто-нибудь врача! Господи!
Как же так?! - Он осторожно положил ее на землю. Вскочил. Трясущейся рукой выхватил
телефон. Хаотично затыкал по клавишам. - Тихо, тихо, все будет хорошо, - шептал он,
пытаясь сосредоточиться и набрать нужный номер. - Потерпи немного! Потерпи! Потерпи...
"Скорая" прибыла на удивление быстро, но Климу показалось, что прошла целая
вечность. Из машины выскочил долговязый хмурый доктор, следом вылез заспанный
равнодушный медбрат с саквояжем. Доктор притормозил около Алевтины первым и замер с
отвисшей челюстью. Девушка с синевато-белым лицом и растрепанными волосами, раскинув
руки, лежала перед ним на траве и по всем внешним признакам была мертва - и, без сомнений,
мертва она была уже очень давно.
- Мама дорогая! - проснулся санитар, уронив чемоданчик на землю. - Она че, с
высоковольтного столба упала?
- Понимаете, доктор, - схватив доктора за рукав, взволнованно залепетал Клим.
- Понимаю, - мягко сказал доктор и участливо посмотрел Климу в глаза. - Понимаю,
голубчик. Эта девушка... Э... Она вам кто? Простите?
- Невеста, - буркнул Клим. - Доктор, сделайте что-нибудь! Денег дам, много.
Понимаете, она сильно испугалась, упала и... и... все. Лежит вот... Давно уже лежит.
- Позвольте уточнить, голубчик, как давно? - мило полюбопытствовал доктор.
- Минут двадцать уже, - трагическим тоном сообщил Клим.
Врач скептически посмотрел на Алевтину, потом на Клима, тяжело вздохнул, склонился
над девушкой и пощупал пульс.
- Не понял? - крякнул он, достал фонарик, приподнял Алевтине веки и посветил ей в
глаза. - А теперь понял, - вынес он свой вердикт и задумчиво обернулся к Климу.
- Что, доктор?
- Идите, голубчик, документы пока ее принесите и не мешайте пациентку осматривать.
После поговорим. Идите, идите. Фазиль, проводи, - настойчиво попросил доктор, и санитар
взял Клима под локоток. Клим удалился в дом. Доктор достал статоскоп и деловито распахнул
халатик на груди девушки. - Вот что, - прослушивая грудную клетку, тихо сказал доктор, -
у меня к тебе, голубушка, деловое предложение. - Алечка осторожно приоткрыла один
глаз. - Я не скажу твоему благоверному, что ты симулянтка. - Аля приоткрыла второй глаз и
хотела открыть было и рот, но доктор ее перебил: - Не мое дело, голубушка, выяснять, зачем
ты тут комедию перед своим женихом ломала. Видно, были у тебя на этот счет какие-то
основания. Но раз уж все так вышло... Ты уж будь любезна, полежи спокойненько, пока я тебе
экстренную медицинскую помощь буду оказывать. Очень хочется обещанную награду за твое
воскрешение из мертвых получить.
- Получите в два раза больше, если сделаете вид, что я умерла, и в морг меня отвезете, -
чуть слышно сказал Алечка. - Очень надо, доктор. Вопрос жизни и смерти! В машине я все
объясню.
- Мда, - крякнул доктор, - похоже у тебя, голубушка, действительно, серьезные
неприятности. Что ж, в морг, значит, в морг. Только, родная, не обессудь, до дверей доставлю, а
там ты уж сама разбирайся. - Доктор поднялся и крикнул: - Фазиль! Носилки! Мы сделали
все, что могли!
- Так она живая, док, - укладывая девушку на носилки, ошарашено сказал санитар.
- Делай, что тебе говорят, родной. И запомни: доктор сказал - в морг, значит, в морг!
- Как скажете, - сглотнув слюну, сказал Фазиль и больше не проронил ни слова.
Алевтину переложили на носилки, закрыли простыней и загрузили в скорую. Санитара
доктор определил на переднее сиденье, рядом с водителем, сам сел вместе с Климом назад.
Клим безучастно наблюдал за действом, не осознавая, что происходит.
- Советую вам, голубчик, валерьяночки попить, - тактично посоветовал доктор Климу,
когда машина тронулась с места. - Или что там еще... водки можно. Обязательно водки
выпейте сегодня! Со стрессом, знаете ли, шутки плохи. Нервишки нужно беречь. Беречь
нервишки нужно! Да, голубчик.
- У меня с нервами все в порядке, - огрызнулся Клим. - Не нужно мне ничего.
- Это пока не нужно, - подмигнул ему доктор, и Клим оторопел.
- Клим, ты только не волнуйся, - приподнялась на каталке Алечка. - Получился
великолепный экспромт. Как ты считаешь?
- Дура!!! - заорал Клим. Фазиль обернулся, засунул голову в окошко, разделяющее
кабину и реанимационный блок, и громогласно заржал. Происходящее его невероятно
веселило.
- Вот, я же говорил, - сказал доктор, цыкнув на радующегося санитара. - Налицо
сильный стресс. Чего желаете - валерьяновых капель или медицинского спиритику рюмашку?
Чистый, как слеза младенца, уверяю вас!
- Лучше валидол, - прохрипел Клим и схватился за сердце.
- Сто баксов, - невинно улыбнулся врач.
- Борзеете, доктор. У нас медицина бесплатная, - вяло возмутился Клим.
- Совершенно верно, голубчик, валидол бесплатно, но извоз живых покойников
осуществляется по повышенному тарифу.
- Раз так, то извольте, - немного придя в себя, развеселился Клим, достал бумажник и
любезно протянул доктору сто долларов.
Доктор с достоинством сунул купюру в карман и глубоко задумался: вероятно,
размышлял, на что истратить заработанные деньги. Ехали довольно долго. Наконец, машина
вкатила в ворота обшарпанной городской больнички и притормозила у входа в одноэтажное
кирпичное здание, стоящее особняком. Доктор очнулся от дум. Клим занервничал. Фазиль
вновь засунул свою чернявую любопытную голову в окошко.
- Ну что, голубушка, - вздохнул доктор. - Вот мы и прибыли. Видите это унылое
здание? Вам туда, - сказало он, задумчиво потер переносицу, вытащил сигареты и закурил,
стряхивая пепел на пол. Он определенно чего-то ждал, Алечка это почувствовала и решила
действовать.
- Доктор... - смущенно улыбнулась Аля. - Доктор, спасибо вам большое. Вы не
представляете, что сделали для меня! Теперь мой бывший муж перестанет меня
преследовать, - трагически воскликнула девушка. Клим закашлялся и уставился на Алевтину
круглыми глазами. - Да, - продолжила Аля, уловив в лице доктора некоторую
заинтересованность, - он перестанет наконец терроризировать меня и избивать! Это ужасный
человек, доктор. Он состоит в криминальной группировке, у него полно связей и денег. Пять
раз я убегала от него! Пряталась в разных уголках нашей Родины, но он везде!.. Везде он меня
находил, избивал, возвращал! Последний раз он ударил меня по лицу ботинком и выбил мне
передний зуб. Вот, времянку поставили, яблоки есть запретили, - Алечка открыла рот и
продемонстрировала доктору временное произведение Ильи Ильича. - Доктор приподнял
бровки и невнятно хрюкнул. Аля воодушевленно продолжила: - Но мне опять удалось
убежать, и я спряталась в домике друга моей тетки. Я думала, что в моем городе он меня искать
не догадается. Прошел месяц, от бывшего мужа не было ни слуху, ни духу, я стала забывать
весь этот кошмар. Встретила Клима, и мы страстно полюбили друг друга. От счастья я словно
летала в облаках! Каждый вечер мы сидели на крыльце и смотрели на звезды, мечтали, строили
планы... О, доктор! - взвыла Алечка, вытирая простыней слезы и заодно стирая косметику. -
Но вчера случилось несчастье! Я заметила его. Он следил за домом. Он... он... - Алечка
закрыла лицо руками и зарыдала. - Но теперь все изменится! Благодаря вам, доктор: теперь он
будет уверен, что я умерла, - активно всхлипывая, вымолвила Алевтина и с нежностью
посмотрела на врача. - Вы меня просто на носилках в здание морга внесите, на всякий случай,
если он вдруг сейчас за нами наблюдает, а там я оживу, и мы сразу уйдем.
- Мда, голубушка, боюсь, мне придется вас разочаровать, - устало вздохнул доктор и
опять задумчиво потер переносицу. - Если он вас так любит, то непременно позвонит в морг,
уточнит, какова причина смерти и поймет, что вы его провели.
- Значит, все напрасно, - Аля прижала к груди руки, - он всегда будет преследовать
меня! Клим, все кончено, уезжай, любимый! Он убьет тебя, я знаю. А потом и меня!
- Док, это самое... - смущенно встрял в разговор Фазиль, чья голова по-прежнему
торчала в окне, - а может, того...
- Того! Это самое... - передразнил доктор, - ты можешь по-русски разговаривать, а не
по-татарски? - Фазиль обижено засопел. - Ох, голубчик, прости меня, грешного, не
подумавши брякнул, - смутился доктор. - Значит, того самого... - Лицо доктора исказила
гримаса нерешительности, он глубоко затянулся уже истлевшим до фильтра погасшим
окурком, недовольно поморщился и грозно посмотрел на санитара: - Нет! Нет! И нет! Я ж не
идиот, чтобы на себя такую ответственность брать! - возмутился он. - За просто так, -
добавил он застенчиво.
Клим с Алевтиной переглянулись: ее исповедь растопила нежное сердце бескорыстного
доктора, осталось сделать еще один шаг, чтобы умаслить его чуткую душу.
- Видите ли, - осторожно вступил в разговор Клим, - я ведь довольно обеспеченный
человек...
- Вы не представляете, голубчик, как я за вас рад, - усмехнулся доктор, и глаза его
алчно блеснули.
- Может быть, мы и за вас тоже порадуемся, а так же за Фазиля и за водителя, -
напирал Клим.
- Водитель обойдется, он глухой, как пробка, и выключается синхронно с двигателем
машины. Можете убедиться, он спит, - кивнул в сторону водителя доктор, нахмурился и
обратился к санитару: - Фазиль, кто у нас там сегодня дежурит?
- Пономаренко, - лучезарно улыбнулся Фазиль.
- Это хорошо, уверен, что Пономаренко тоже порадуется. Главное, чтобы он утром не
забыл, кто и за что его порадовал. Ладно, сидите пока здесь. Пойду обстановку разведаю,
может, малой кровью удастся обойтись и никаких документов оформлять не придется. -
Доктор вылез из машины, зевнул, огляделся по сторонам и резко обернулся: - Быстро лечь и
накрыться простыней, - скомандовал он. - Ваш благоверный уже здесь! Метрах в пятидесяти
машина припаркована у обочины, когда мы сюда ехали, ее там не было.
Аля юркнула под простыню.
- Ух, блин! - почесал макушку Фазиль. - Ну прямо Голливуд взаправдашний!
Клим осторожно выглянул из окна "скорой": машина стояла слишком далеко, чтобы
можно было различить номер. Однако марку машины и приблизительный цвет он разглядел.
Четвертый "Фольксваген Гольф", темная, но не черная: либо зеленая, либо синяя. Это было уже
что-то. Девочка не выдержала и засветилась! Хотя исключать, что это машина людей Иван
Аркадьевича, тоже было нельзя.
- Сейчас он автомат достанет, по машине очередь даст, тогда и будет тебе Голливуд, -
ехидно пошутил доктор, закрыл дверь и направился к гостеприимным дверям муниципального
морга.
- Круто! - восторженно выдохнул Фазиль, и его голова скрылась в кабине.
- Аля, - тихо сказал Клим, - по-моему, все складывается очень удачно. Ты просто
гениальная актриса! Надеюсь, сейчас удастся обо всем договориться, и послезавтра я тебя
отсюда заберу.
- Как послезавтра? - пискнула из-под простыни Аля.
- Ну как же, Алечка, ведь по правилам человека хоронят на третий день. Сначала морг,
потом вскрытие, потом...
- Заткнись, придурок! - Алечка уже не пищала - она говорила зловещим басом.
- Ты только не нервничай, солнышко. Естественно, вскрытие тебе делать не будут. Но
светиться тебе нигде нельзя. Поэтому ты должна остаться в морге до своих похорон. Я обо всем
договорюсь и все улажу. Кстати, ты еще не решила, какой бы тебе хотелось гроб?
- Я хочу домой, - заныла Аля из-под простынки. - А если тетка вернется? Она же с
ума сойдет!
- Если она вернется, то я ей сразу все объясню. И последний вопрос: какой у тебя
размер? - хихикнул Клим, вспомнив их первое знакомство.
- Самый большой бери, и не забудь купить баллон с кислородом.
- Я имел в виду твой размер? - уточнил Клим.
- Зачем тебе? - огрызнулась Алечка.
- Как зачем? Должен же я тебе потрясающий погребальный костюмчик прикупить и
белые тапочки.
- И-и-и-и-и, - зарыдала Аля. - Сорок второй... И-и-и-и-и... тридцать пятый...
- А сорок второй, это размер ноги? Или...
- Придурок! - рявкнула простынка.
- Понял. Так и запишем, размер ноги сорок второй. Ничего себе у тебя ножка, а с виду
такая миниатюрная казалась. - Он старался развеселить и отвлечь ее, но она не почувствовала
иронии в его словах.
- Господи, какая же я дура, что согласилась с твоей бредовой идеей! Отчего же мне так
не везет? Почему? Ну почему мне встречаются на пути одни подонки! Извини, к тебе это не
относится, это так, к слову пришлось. Ты славный, добрый, великодушный, - торопливо
уточнила Аля и продолжила свои причитания. Ее будто прорвало: она жаловалась на жестокую
судьбу, неудавшуюся карьеру, на глупую ошибку юности, неустроенный быт, но Клим уже не
слышал ее слов. Он смотрел на ее изящную кисть, выбившуюся из-под простыни, на тонкие
красивые пальцы с маленькой родинкой на мизинце и почему-то заранее испытывал сожаление,
что после того, как все закончится и он уедет - эта девушка изменит свое мнение о нем и
будет ненавидеть его всю оставшуюся жизнь. Сказочник оказался отличным психологом!
Филигранно подобранная специально для Клима месть уже приносила свои первые ядовитые
плоды, она разрасталась и пускала метастазы, все глубже проникая в его душе. Иван
Аркадьевич все предусмотрел, расставил пешки на своем поле так, как ему хотелось. Он
прекрасно понимал, что чувство вины по отношению к этой девушке будет безграничным. А
что, если его переиграть? Взять и плюнуть на Леру, на Берушина, на бизнес - и на самом деле
жениться на этой непутевой смешной девчонке?
Клим приподнял простынку и уставился на Алевтину странным взглядом.
- Ты чего? - испугалась Аля.
- Ничего, - продолжая пристально разглядывать Алевтину, прошептал Клим.
- Прекрати на меня пялиться, как на покойника: с ужасом, состраданием и тайным
интересом. Я еще пока жива!
- Слушай, Аля, ты не могла бы... - "выйти за меня замуж", хотел сказать Клим, но
осекся. Пожалуй, момент был не самый подходящий, чтобы делать предложение. К тому же, он
уже остыл и вновь передумал жениться на ней по-настоящему.
- Ну что еще? - не выдержав паузы, спросила Аля.
- Ты не могла бы... дать мне пару рекомендаций, как из себя слезу вышибать? Ты же у
нас профессионалка в этой области. Боюсь, когда я тебя в гробу увижу, не сдержусь и заржу во
всю глотку.
- Убогий ты какой-то, - скривилась Аля. - Закрой меня простыней, я твою
физиономию видеть больше не могу!
- Как вам будет угодно, сударыня, - покорился Клим и осторожно прикрыл ей лицо.
- На кладбище думай о прошлом и вспоминай самые ужасные моменты в своей
жизни, - тихо посоветовала Аля.
- Вот, значит, в чем фенька заключается, - усмехнулся Клим, - теперь мне понятна
твоя метода. Только я лучше буду о будущем думать. Я пессимист.
- Клим...
- Да?
- Пусть гроб будет белым.
- Хорошо.
- И пусть платье тоже будет белым. И еще лилии... Пусть будут две белые лилии у меня
в волосах. Знаешь, я ведь тоже пессимист, но сейчас мне очень хочется надеяться, что все
закончиться хорошо.
- Так и будет, Аля, можешь в этом не сомневаться, - чуть слышно сказал Клим, взял ее
за руку и тихонечко сжал, сглотнув подкативший к горлу комок.
Доктор вернулся довольный и изрядно повеселевший - в прямом и переносном смысле
этого слова.
- Оформляемся, голубушка! Пономаренко забил для вас вакантное местечко, но без
справки о смерти он отказывается вас принять, - обдав Клима алкогольными парами, заявил
он. - Посему: удостоверяю вашу смерть от обширного инфаркта! Пономаренко после
вскрытия, - хохотнул доктор, - выпишет вам свидетельство о смерти и оформит документы,
что вас дальние родственники забрали. Думаю, для того, чтобы избавиться от вашего бывшего
мужа, этого будет достаточно. А дальше можете делать с этим свидетельством все, что вашей
душеньке угодно. Только хочу вас предупредить: если вы официально хотите умереть и быть
похороненной, вам придется на свидетельстве о смерти в ЗАГСе по месту регистрации штамп
поставить и навсегда проститься с вашим паспортом. А так, вроде вы умерли - но вроде и
живы. Но это уж вам решать: как говорится, я умываю руки. В конце концов, откуда я мог
знать, что у той девушки, что умерла от инфаркта, был чужой паспорт и полис, - подмигнул
доктор, потер ручки и деловито подсчитал на калькуляторе сумму вознаграждения за
эксклюзивные услуги.
Пономаренко оказался грузным и лысым мужчиной лет сорока пяти. Природа, однако,
лишив мужчину шевелюры, иной растительностью его не обделила. На его рябом лице
кустились темные брови, а под мясистым лиловатым носом пышным цветом разрослась рыжие
усы. Усами Пономаренко явно гордился, постоянно их теребил и вытягивал в длину, как лихой
казак. Клим легко уладил все финансовые проблемы, обговорил с Пономаренко некоторые
нюансы пребывания девушки в морге и отбыл, предварительно получив от Алевтины строгое
наставление, чтобы он не смел ходить в ЗАГС и ставить ей штамп в свидетельстве. Клим,
впрочем, спорить с Алевтиной по этому поводу не собирался. ЗАГС он рассчитывал посетить в
самое ближайшее время, но совсем не для того, чтобы поставить Алевтине штамп в
свидетельстве о смерти. Официальная смерть девушки совсем не входила в его планы, но как в
таком случае организовать похороны, он не представлял, и ругал себя за то, что сам же загнал
себя в тупик.
Пономаренко решил взять дополнительные дежурства и морг не покидать, дабы не
вовлекать в аферу лишних свидетелей и избежать нежелательных проблем. Алевтину он
определил в маленькую каморку, как выяснилось - "кабинет", сразу же налил ей в
керамическую кружку разбавленный медицинский спирт и разложил на столе, покрытым
газетой, нехитрую закуску: зеленый лук, помидоры, соленые огурцы, хлеб и колечко копченой
колбасы. Она выпила, не раздумывая, закашлялась и плюхнулась на продавленный диванчик.
- Ну что, девуля, давай знакомиться, раз уж нам тут с тобой два дня куковать. Меня
Леней звать, - весело сказал Пономаренко, усаживаясь на стул напротив.
- Очень приятно, Леня, - кисло улыбнулась Аля. - А вы кто?
- Я смерть твоя! - заржал Леонид, отломил от кольца колбасы кусок и, сунув его в рот,
принялся со смаком жевать, громко чавкая. Алечку затошнило, она проглотила вставший
поперек глотки комок и мило улыбнулась. - Да, ладно тебе, расслабься, - миролюбиво сказал
Пономаренко и подмигнул. - Я вообще-то хороший, но ко мне надо долго привыкать. Вот и
привыкай, все равно ведь делать нечего. Выпить еще хочешь?
- Угу, - кивнула Алечка.
- Вот и умница, - обрадовался Леня и потянулся к бутылке. - А я, девуля, сейчас в
своей смене всех замещаю, некому работать, разбежались все, как крысы с тонущего корабля.
Уникальный в своем роде специалист. И сторож, и санитар, и администратор, и
патологоанатом. Обещали студентов на практику подкинуть из областного центра. Хотя тоже
не фонтан. Спирт только весь выжрут, а толку от них никакого. Слушай, девуля, а я ж тебя
знаю!
- Откуда?
- Я тебя в кино видел! Ты криминальный труп в морге изображала. Натурально так
играла! Слушай, ну ты молодец, - с жаром похвалил ее Леонид и налил Алечке еще спирту.
Алечка вновь выпила, не раздумывая. Впервые за всю ее карьеру в кино Алевтину узнали и
похвалили игру. Ей было приятно, к тому же похвала шла от специалиста в своем роде.
Выходит, не такая уж она плохая актриса! Хотя это было уже неважно, с карьерой покончено -
осталось достойно отыграть последнюю свою роль.
Дальнейшее свое пребывание в морге Алечка помнила смутно, о чем нисколько не
сожалела. Это было алкогольное забытье, похожее на бред. Спали урывками, она на диване,
Леня на грязном ватнике на полу. Пили, закусывали, опять спали и так всю ночь и следующий
день. В перерывах между сном Пономаренко каким-то непостижимым образом ухитрялся
выполнять свои прямые обязанности. Алечку он щадил и подробностей своей работы не
рассказывал, хотя острил на эту тему постоянно. Удивляло, что за время пребывания Алевтины
в морге никто так и не позвонил и не поинтересовался ее судьбой. Однозначного вывода из
этого сделать было нельзя. Либо убийца еще в городе и ждет похорон, чтобы удостовериться в
ее смерти. Либо она видела, что Алю увезли в морг, и благополучно уехала. Алевтину терзал
еще один вопрос: удалось ли Климу без штампа в свидетельстве о смерти договориться насчет
похорон? Но когда рано утром в назначенный день в морг привезли роскошный белый гроб с
вензелями и откидной крышкой на петлях, шелковое белоснежное платье, две лилии и прочите
мелочи, она поняла - удалось. Казалось, Клим не забыл ни о чем и даже прикупил обещанные
"белые тапочки": стильные шелковые туфли на низком каблуке. В отдельном пакете лежали
французская косметика и предметы гигиены. Косметика была совершенно новая, запакованная
в красочные коробочки: туши, помады разных цветов, тюбики с тональным кремом светлых
оттенков, пудра, тени, карандаши для подводки глаз. "Chanel", "Christian Dior", "Guerlain" -
это всегда был предел ее мечтаний, но она никогда не могла позволить себе купить даже блеск
для губ производства этих фирм. Состояние Али неминуемо приближалось к истерике. Она
ополоснула лицо водой, кое-как помыла в раковине голову, просушила волосы полотенцем,
уселась на диван, поковырялась в пакете и поняла, что расческа Климом не была
предусмотрена. Просить расческу у лысого Пономаренко Алечка посчитала верхом идиотизма,
но с волосами нужно было что-то делать. Пришлось причесываться вилкой.
В дверь постучали, Аля вздрогнула и вскочила. В комнату заглянул Клим. Выглядел он
бледным, уставшим и встревоженным. К удивлению Алевтины он был не один - за ним
следом зашли еще двое. Сутулый прыщавый молодой человек и стройная темноволосая
женщина с красивым скорбным лицом, одетая в строгий черный костюм. Клим подлетел к
Алевтине, поцеловал ее в лоб и обернулся.
- Вот и моя сумасбродная невеста, познакомьтесь, - торжественно произнес он
вибрирующим от напряжения голосом. - Аля, ты тоже познакомься, пожалуйста. Это Альбина
Викторовна, директор конторы ритуальных услуг. А это нотариус. Мне пришлось им все
рассказать о твоей сумасшедшей затее.
- Ты о чем? - охнула Аля.
- Альбина Викторовна, моя Алечка немного нервничает. Ничего не соображает. Дорогая,
мне пришлось рассказать Альбине Викторовне, что ты экстрималка и хочешь испытать острые
ощущение под землей в гробу на кладбище. Кроме Альбины Викторовны и ее нотариуса никто
об этом знать не будет. Даже землекопы. Аль, но тебе придется подписать одну бумажку.
Просто формальность, - виновато глядя на нее, сказал Клим и положил на стол какой-то
документ. - Вот, ознакомься, пожалуйста.
Альбина Викторовна кивнула и участливо улыбнулась Алевтине. Нотариус топтался
неподалеку и косился на Алю странным взглядом.
- Что там написано? - растеряно спросила Аля.
- Что ты на это дело идешь добровольно и не будешь иметь к фирме никаких претензий
в случае своей внезапной смерти в гробу, - развеселился Клим. - Кстати, дорогая, ты себя
нормально чувствуешь? У тебя, кажется, вилка из головы торчит?
- Не смешно, - тряхнула головой Аля.
- Действительно не смешно, - серьезно сказал Клим, выпутал из волос Алевтины вилку
и положил на стол рядом с договором.
- Это я причесывалась, - смутилась Аля. Альбина Викторовна вновь кивнула,
улыбнулась с участием и, шепнув что-то нотариусу, вышла с ним за дверь.
- Подписывай, Аля, - зашипел в ух
...Закладка в соц.сетях
