Жанр: Классика
Речные заводи (том 1-2)
...ски, - продолжал упрашивать Чжан Шунь. - Тогда душа
моя не станет беспокоить тебя!
- Ладно, - согласился лодочник и, отложив нож, с шумом сбросил Чжан Шуня в воду.
Но, развязав узел и взглянув на его содержимое - огромную сумму денег, - он
перепугался и, нахмурив брови, позвал паренька:
- Брат У! Иди-ка сюда! Мне нужно поговорить с тобой!
Не успел паренек показаться в каюте, как лодочник схватил его, одним взмахом
ножа снес ему голову и выбросил его за борт. Затем он хорошенько вытер в лодке
следы крови, взялся за весла и поплыл прочь.
Что же касается Чжан Шуня, то он мог пробыть под водой и трое и пятеро суток.
Поэтому, очутившись в реке, он сразу же опустился на дно, перегрыз веревку,
которой был связан, и переплыл на южный берег. И тут в темноте он заметил
впереди в лесу свет фонаря. Выбравшись на берег, Чжан Шунь, весь мокрый, вошел в
лес и пошел на огонек. Оказалось, что это был кабачок. Хозяин его встал ночью,
чтобы гнать вино, а свет от фонаря виднелся через пролом в стене. Чжан Шунь
постучался. На стук вышел старик. Чжан Шунь поспешил отвесить ему земной поклон.
- Ты, вероятно, попал в руки разбойников и, спасая свою жизнь, прыгнул в воду? -
спросил старик.
- Я не стану обманывать вас, дорогой отец, - отвечал ему Чжан Шунь. - Я сейчас
пришел из Шаньдуна и направляюсь по делу в Цзяньканфу. И вот, когда вчера
вечером я подошел к реке, чтобы найти лодку и переправиться на эту сторону, то
неожиданно наткнулся на двух недобрых людей. Они отобрали все, что у меня было:
вещи, деньги, и сбросили меня в реку. Но я отлично плаваю, и мне удалось
спастись. Очень прошу вас, уважаемый хозяин, помогите мне!
Выслушав его, старик провел Чжан Шуня во внутренние комнаты, снял с него мокрую
одежду, чтобы просушить ее на огне и дал ему стеганый халат. Затем он согрел
вина и напоил Чжан Шуня.
- А как тебя, приятель, зовут? - спросил старик. - И зачем это тебе понадобилось
идти сюда из Шаньдуна?
- Фамилия моя Чжан, - отвечал тот. - А в Цзяньканфу я иду навестить доктора Ань,
который приходится мне братом.
- А не приходилось ли тебе проходить мимо Ляншаньбо? - снова поинтересовался
старик.
- Как раз там я и проходил, - отвечал Чжан Шунь.
- Так, значит, это правда, что главарь тамошнего лагеря Сун Цзян не грабит
прохожих и не убивает людей, а стоит за правду и справедливость на земле?
- У Сун Цзяна самое главное в жизни - это верность и справедливость. Он никогда
не причиняет вреда мирному населению, зато не терпит расточительных и алчных
чиновников.
- Да и я тоже слышал, - продолжал старик, - что Сун Цзян и его молодцы - честные
и справедливые люди, что они помогают бедным и поддерживают стариков. Да! не
похожи они на здешних разбойников! Если бы Сун Цзян пришел сюда, как счастливо
зажил бы наш народ!! Тогда нам не пришлось бы больше страдать от разнузданных и
хищных чиновников.
- Так вот, дорогой отец, что я тебе скажу, ты только не пугайся, - выслушав
старика, промолвил Чжан Шунь. - Я Белая лента в воде - Чжан Шунь. Наш почтенный
брат Сун Цзян сейчас заболел. На спине у него появилась опухоль. И вот он дал
мне сто лян золотом и велел пригласить к нему доктора Ань Дао-цюаня. Но
случилось так, что я слишком понадеялся на себя и заснул в лодке, а те два
мерзавца связали меня и столкнули в воду. К счастью, мне удалось перегрызть
веревки и добраться сюда.
- Ну, раз ты, добрый молодец, идешь из Ляншаньбо, - сказал тогда старик, - то я
сейчас познакомлю тебя с моим сыном.
И вот через некоторое время из внутренних комнат вышел сухощавый молодой человек
и отвесил Чжан Шуню глубокий поклон.
- Я давно уже слышал славное имя почтенного брата, - сказал он, - но до сих пор
не имел счастья приветствовать вас. Фамилия моя Ван, сам я шестой сын в семье и
потому прозываюсь Ван Дин-лю, что значит Ван Дин шестой. А так как я очень
быстро бегаю, то народ прозвал меня "Живой дьявол". Больше всего в жизни я люблю
плаванье и фехтование палицей. Много было у меня учителей, но не нашлось ни
одного, который мог бы обучить меня в совершенстве этим двум видам искусства.
Сейчас я здесь, на берегу реки, торгую вином, тем и живу. Я знаю, кто вас
ограбил. Один из них Чжан Ван - Дьявол перевозчик, а второй молодой паренек из
уезда Хуатин по имени Сунь У - Голец. Эти мерзавцы занимаются здесь на реке
грабежом. Но вы, почтенный брат, можете не беспокоиться. Поживите у нас пару
деньков, пока эти негодяи заявятся сюда выпить вина, и тогда уж я отомщу за вас.
- Премного благодарен тебе, дорогой брат, за доброе отношение ко мне, - отвечал
Чжан Шунь, - но ради нашего почтенного начальника Сун Цзяна я должен справиться
с делами в один день и вернуться в лагерь. Я сейчас же пойду в город, чтобы
пригласить доктора Ань Дао-цюаня. А на обратном пути мы еще увидимся.
Здесь нет надобности распространяться о том, как Ван Дин-лю достал из узла свою
новую одежду и дал Чжан Шуню переодеться, как он зарезал курицу, принес вина и
стал угощать своего нового друга.
Наконец, забрезжил рассвет. Ван Дин-лю снабдил Чжан Шуня десятью с лишним ляпами
серебра и объяснил, как скорее попасть в город. Придя туда, Чжан Шунь направился
прямо в район Моста Вязов. Доктор Ань Дао-цюань в это время как раз находился
перед своим домом и торговал лекарствами. Чжан Шунь подошел к воротам и низко
поклонился Анв Дао-цюаню.
- Много лет мы не виделись с вами, дорогой брат! - приветствовал его доктор. -
Каким же ветром вас занесло сюда?
Пройдя за хозяином во внутреннее помещение, Чжан Шунь подробно рассказал о том,
как учинил скандал в Цзянчжоу, как после этого вместе с Сун Цзяном отправился в
лагерь Ляншаньбо, а также обо всех дальнейших событиях. В заключение он сообщил
доктору о том, что Сун Цзян заболел, на спине у него появилась опухоль и что он,
Чжан Шунь, пришел сейчас для того, чтобы пригласить доктора в Ляншаньбо.
Рассказал он между прочим и о том, как на реке Янцзы чуть было не лишился жизни
и потому сейчас пришел с пустыми руками. В общем он выложил все начистоту.
- Я считаю своим долгом вылечить Сун Цзяна, самого справедливого и честного
человека в Поднебесной, - молвил Ань Дао-цюань. - Но беда в том, что недавно
умерла моя жена и дома у меня никого из родных не осталось. Поэтому я никак не
могу отлучиться далеко от дома.
Как только ни умолял Чжан Шунь Ань Дао-цюаня и под конец сказал:
- Если вы, дорогой брат, откажетесь пойти со мной, то я не смогу вернуться в
лагерь.
- Ну ладно, об этом мы еще поговорим, - успокоил его Ань Дао-цюань.
И лишь после того, как Чжан Шунь пустил в ход все возможные доводы, чтобы
разжалобить Ань Дао-цюаня, доктор, наконец, согласился идти с ним.
А надо вам сказать, что к этому времени Ань Дао-цюань успел уже спутаться с
девицей легкого поведения по имени Ли Цяо-ну и частенько навещал ее. Любовь у
них была как раз в самом разгаре. Итак, в этот вечер он вместе с Чжан Шунем
отправился на дом к своей возлюбленной, где для них было устроено угощение.
Хозяйка дома Ли Цяо-ну совершила перед Чжан Шунем полагающиеся поклоны, все
равно как перед деверем. После нескольких чашечек вина, когда они уже изрядно
выпили, Ань Дао-цюань, обращаясь к Ли Цяо-ну, сказал:
- Сегодня я переночую у тебя, а завтра утром мы с этим почтенным братом
отправимся в Шаньдун. Может, мне удастся вернуться дней через двадцать. Во
всяком случае больше месяца я не задержусь, И мы снова увидимся.
- Но я вовсе не хочу, чтобы ты уходил! - запротестовала Ли Цяо-ну. - А если тебе
это безразлично, так можешь совсем не приходить.
- Но я ведь собрал свою сумку с лекарствами, - оправдывался Ань Дао-цюань, - и
приготовился в путь. Завтра мы непременно пойдем. А ты не горячись! Я быстро
вернусь.
Но Ли Цяо-ну продолжала капризничать и, припав к груди своего милого, хныкала:
- Если тебе не жаль меня оставлять, так иди. А я здесь буду молиться о том,
чтобы тебя разорвало на мелкие куски.
Слушавшего их разговор Чжан Шуня разбирала злость, - он готов был проглотить эту
бабенку. Но так как час был уже поздний, а доктор совсем опьянел и свалился на
пол, Чжан Шуню пришлось пройти во внутреннюю комнату Ли Цяо-ну и лечь там на
кровать.
- Шел бы ты лучше домой! - сказала ему хозяйка. - У меня здесь совсем негде
спать!
- Я подожду, пока мой почтенный брат не протрезвится, а тогда вместе с ним и
пойду,- ответил Чжан Шунь.
Несмотря на все старания, Ли Цяо-ну так и не удалось отделаться от него. Ей
пришлось оставить его ночевать в маленькой комнатке у ворог.
Чжан Шуню было, однако, не до сна. Душу его переполнило горе. В первую стражу в
ворота постучали. Взглянув в щелку, Чжан Шунь умидел, что в дом вошел какой-то
человек и разговаривает с прислугой. До Чжан Шуня донеслись слова старухи:
- Ты где это пропадал так долго? А сегодня у нас доктор. Он напился пьяным и
лежит там. Что же теперь делать-то?
- Я принес десять ляп милашке на украшения. Дорогая матушка, ты уж придумай, как
мне повидаться с ней!
- Ладно! Побудь пока в моей комнате, - сказала женщина, - а я пойду полову ее.
Неожиданно свет фонаря упал на человека, и Чжан Шунь узнал в нем Чжан Вана
Дьявола-перевозчика. Так вот оно что! Этот мерзавец украл деньги, а теперь
пришел сюда поразвлечься! Чжан Шунь едва сдержал бушевавшую в нем ярость и стал
прислушиваться, что будет дальше. Он видел, как старуха накрыла в своей комнате
стол, поставила закуски, вино и позвала Ли Цяо-ну посидеть с Чжан Ваном.
Чжан Шунь хотел тут же выскочить, но боялся, что испортит все дело и выпустит
разбойника. К третьей ночной страже служанки на кухне также напились. А старуха,
раскачиваясь из стороны в сторону, пьяными глазами уставилась на фонарь. В это
время Чжан Шунь потихоньку открыл дверь и заглянул в кухню. На очаге он заметил
поблескивающий кухонный нож. Старая сводня, опьянев, спала на стоявшей сбоку
скамейке. Тогда он вошел на кухню, взял нож и убил старуху. Он хотел
расправиться также и со служанками, но оказалось, что, когда он убивал старуху,
нож затупился и конец его погнулся. Но не успели служанки поднять крик, как Чжан
Шунь случайно нашел топор для колки дров и, взмахнув им, одним ударом покончил с
обеими женщинами.
На шум прибежала хозяйка, быстро распахнула дверь и налетела прямо на Чжан Шуня.
Тот взмахнул топором, ударил ее прямо в грудь, и она тут же повалилась на пол. А
Чжан Ван, увидев при свете фонаря убитую девицу, высадил выходившее на улицу
окно, выпрыгнул из него и был таков.
Досадуя на то, что упустил мерзавца, Чжан Шунь вдруг вспомнил рассказ Сун Цзяна
о своих надписях на стене. Он тут же оторвал от своей одежды кусок материи,
обмакнул его в крови и сделал на стене следующую надпись: "Убийца этих людей я -
Ань Дао-цюань". Подобные надписи он сделал еще в нескольких местах. Дождавшись
пятой стражи, когда время приблизилось уже к рассвету, Чжан Шунь услышал в
комнате шум. Это проснулся Ань Дао-цюань.
- Милашка! - позвал он.
- Почтенный брат, не кричите! Сейчас я покажу вам вашу возлюбленную!
Когда Ань Дао-цюань поднялся и увидел четыре трупа, он просто окаменел от
страха, а потом стал дрожать.
- Вы лучше посмотрите, что вы написали, почтенный брат! - оказал Чжан Шунь.
- Погубил ты меня! - с горечью воскликнул Ань Дао-цюань.
- Теперь у вас осталось лишь два выхода, - сказал Чжан Шунь, - и вы можете
выбирать любой. Подымете шум, - я все равно сбегу, а вам придется жизнью
расплачиваться за это дело. Если же вы хотите, чтобы все было благополучно,
тогда забирайте из дома свою сумку с лекарствами, и мы сейчас же отправимся в
Ляншаньбо спасать жизнь нашего почтенного брата. Так вот решайте сами, что вас
больше устраивает.
- Дорогой брат! Как жестоко ты поступил со мной! - в отчаянии воскликнул Ань
Дао-цюань.
Пользуясь темнотой, Чжан Шунь прихватил кое-что из вещей на дорожные расходы, и
после этого они вместе с Ань Дао-цюанем вернулись к нему домой. Там они отперли
дверь, вошли в дом и, взяв сумку с лекарствами, вышли из города и направились
прямо к кабачку Ван Дин-лю.
- А вчера здесь проходил Чжан Ван, - встречая гостей, сказал Ван Дин-лю, - жаль,
что вы не видели его, уважаемый брат.
- Этот мерзавец мне самому вчера попался, - отвечал Чжан Шунь. - Но, к
несчастью, я не успел с ним расправиться. А сейчас у меня очень срочное дело и
нельзя думать о том, чтобы мстить за свою обиду.
Но едва проговорил он это, как Ван Дин-лю сказал:
- А этот негодяй сам идет сюда.
- Не вспугни его, - предупредил Чжан Шунь, - посмотрим, куда он направляется.
Они видели, как Чжан Ван подошел к берегу и стал возиться около своей лодки.
- Почтенный Чжан! - окликнул его Ван Дин-лю. - Оставьте вашу лодку в покое. Тут
у меня два приятеля хотят переехать на ту сторону!
- Так пусть поторапливаются, - отозвался Чжан Ван. Ван Дин-лю передал его ответ
Чжан Шуню.
- Уважаемый брат Ань! - обратился Чжан Шунь к доктору. - Одолжите мне вашу
одежду, я вам пока дам свою, а после этого мы уже пойдем и сядем в лодку.
- Для чего же это? - удивился Ань Дао-цюань.
- Я знаю, что делаю, и вы, дорогой брат, пока ни о чем меня не спрашивайте, -
отвечал Чжан Шунь.
Пришлось Ань Дао-цюаню снять с себя одежду и отдать ее Чжан Шуню, который
нарядился в головную повязку доктора, его теплый халат и войлочную шляпу; Ван
Дин-лю взвалил на спину сумку с лекарствами, и все втроем они двинулись к реке.
Чжан Ван подтащил лодку к самому берегу, и наши герои уселись в нее.
Пройдя на корму, Чжан Шунь поднял доску с полу и увидел, что кухонный нож лежит
на прежнем месте. Он незаметно взял его и снова вернулся в кабину. Между тем
Чжан Ван оттолкнул лодку от берега и стал грести, поскрипывая веслами. Вскоре
они выехали на середину реки. Тут Чжан Шунь сбросил с себя верхнюю одежду и
закричал:
- Эй, лодочник! Иди-ка скорее сюда! Посмотри! Откуда здесь следы крови?
- Бросьте шутить, господин! - ответил Чжан Ван, а сам полез в каюту.
Но тут Чжан Шунь крепко схватил его за грудь и закричал:
- Разбойник! Узнаешь пассажира, которого ты перевозил в буран?
Чжан Ван от страха не мог даже слова произнести, а Чжан Шунь продолжал кричать:
- Ты что ж, мерзавец этакий! Завладел моим добром, да еще покончить со мной
хотел?! А где же тот сухощавый паренек?
- Добрый человек, - сказал Чжан Ван. - Когда я увидел такое богатство, то
побоялся, что он захочет отнять у меня свою долю. Поэтому я убил его и бросил в
реку.
- Ах ты, злодей проклятый! - продолжал ругаться Чжан Шунь. - Я родился на реке
Сюньянцзян и вырос около горы Сяогу. Я был надзирателем по торговле рыбой, и мое
имя в Поднебесной все знают. Но случилось так, что я натворил бед в Цзянчжоу, и
мне пришлось обосноваться в Ляншаньбо, где я служу своему начальнику Сун Цзяну.
Во всей Поднебесной не найдется человека, который при одном упоминании моего
имени не трепетал бы. А ты посмел заманить меня в лодку, связать и бросить в
реку. Ведь если бы я не был привычен к воде, то наверняка погиб бы. Но сегодня
нас свела судьба, чтобы я смог отомстить за нанесенную обиду.
С этими словами он подтащил лодочника к себе и швырнул его на середину каюты.
Взяв веревку, которой привязывают лодку к берегу, он связал лодочника так, как
обычно спутывают лошадей, и, повернувшись к реке, бросил его в воду.
- Скажи спасибо, что я не зарезал тебя! -крикнул он ему вдогонку.
Ван Дин-лю лишь тяжело вздыхал, наблюдая все это. А Чжан Шунь нашел свое золото,
а также мелкие серебряные деньги и спрятал все это к себе в узел. Когда же они
пристали к берегу, Чжан Шунь обратился к Ван Дин-лю с такими словами:
- Почтенный брат! Благодеяние, которое вы мне оказали, я не забуду до конца дней
моих. И если для вас не покажется унизительным, то забирайте-ка вы с отцом из
кабачка весь свой скарб и перебирайтесь к нам в Ляншаньбо. Там мы вместе будем
служить правому делу. Не знаю только, понравится ли вам мое предложение?
- Уважаемый брат! Я и сам об этом думал, - отвечал Ван Дин-лю.
На том порешив, они расстались. Чжан Шунь и Ань Дао-цюань обменялись одеждой и
вышли на северный берег реки. А Ван Дин-лю, простившись с ними, сел в небольшую
лодочку и отправился домой собирать вещи, чтобы отправиться вслед за ними.
А сейчас снова речь пойдет о Чжан Шуне и Ань Дао-цюане. Очутившись на берегу,
Ань Дао-цюань взвалил на спину сумку с лекарствами, и очи двинулись в путь. Ань
Дао-цюань. был человеком ученым, не приспособленным к долгой ходьбе. Поэтому, не
успели они пройти каких-нибудь тридцати с лишним ли, как он выбился из сил и не
мог идти. Тогда Чжан Шунь пригласил его в деревенский кабачок, купил там вина и
закусок и стал угощать его. И вот в тот момент, когда они сидели за трапезой, с
улицы вошел человек и, подойдя к ним, сказал:
- Дорогой брат! Что же ты так задержался?
Перед ними стоял не кто иной, как Волшебный скороход Дай Цзун, который прибыл
сюда под видом купца. Чжан Шунь поспешил познакомить его с Ань Дао-цюанем и
справился о здоровье Сун Цзяна.
- Наш уважаемый брат Сун Цзян почти все время без сознания, - ответил Дай
Цзун, - он не ест, не пьет и, по всему видно, что умрет скоро.
Тут из глаз Чжан Шуня градом полились слезы.
- А какого цвета у него кожа и кровь? - спросил тогда Ань Дао-цюань.
- Он очень изможден и весь высох. Целыми днями он стонет от боли, которая ни на
минуту не прекращается. Теперь уже вряд ли можно спасти его.
- Раз его кожа и мускулы еще ощущают боль, значит его можно вылечить, - утешил
их Ань Дао-цюань. - Боюсь только, что мы долго пробудем в дороге.
- Ну, это дело поправимое, - оказал Дай Цзун.
С этими словами он вынул пару полосок бумаги с магическими надписями, привязал
их доктору к ногам, а сам взвалил себе на спину сумку с лекарствами.
- Теперь ты можешь не торопиться, - сказал он Чжан Шуню, - а мы с доктором
пойдем вперед.
И вот, покинув постоялый двор, они с помощью волшебного средства помчались
вперед.
Но оставим их и последуем за Чжак Шунем. Он прожил на постоялом дворе еще
несколько дней и однажды встретился, там с Ван Дин-лю. Тот шел вместе со своим
отцом и нес на плечах узел. Увидев их, Чжан Шунь очень обрадовался и поспешил к
ним навстречу со словами:
- А я ведь жду вас здесь!
- Уважаемый брат, почему же вы до сих пор не ушли? - изумился Ван Дин-лю. - А
где же доктор?
- Нас встретил Волшебный скороход - Дай Цзун, - отвечал Чжан Шунь, - и вместе с
доктором ушел вперед.
После этого Ван Дин-лю со своим отцом вместе с Чжан Шунем отправились в
Ляншаньбо.
Между тем Дай Цзун при помощи своего волшебного средства вскоре прибыл вместе с
доктором в лагерь. Встречать их вышли все главари и тотчас же провели к постели
бодьного. Осмотрев Сун Цзяна, доктор убедился, что тот едва дышит. Тогда он
пощупал пульс.
- Можете не беспокоиться, уважаемые главари, - сказал он. - Пульс показывает,
что ничего особенно опасного нет. Болезнь, правда, проникла глубоко в тело, но в
общем организм еще крепкий. Не хвастаясь, скажу вам, что через десять дней он
будет совершенно здоров.
Тут все главари склонились перед Ань Дао-цюанем в почтительном поклоне. После
этого доктор поджарил листья полыни, чтобы удалить из нее вредные газы, а затем
уже приготовил лекарство. Он сделал Сун Цзяну компресс из заранее приготовленной
мази, а внутрь дал принять ему лекарство из того же снадобья.
Через пять дней кожа на теле Сун Цзяна порозовела, мускулы окрепли. А через
десять дней, хоть рана его и не совсем зажила, к больному вернулся аппетит, он
стал есть и пить, как раньше. К этому времени подоспел и Чжан Шунь. Он привел с
собой Ван Дин-лю с отцом и представил их Сун Цзяну и остальным главарям. Чжан
Шунь рассказал, как его ограбили на реке Янцзы и как он отомстил за нанесенную
ему обиду. Слушая его, главари только головой покачивали, приговаривая:
- Ведь мы чуть было не лишились нашего дорогого брата! Бдва поправившись, Сун
Цзян созвал на совет остальных главарей и, обращаясь к ним со слезами на глазах,
говорил, что необходимо выступить в поход на Даминфу и спасти Лу Цзюнь-и и Ши
Сю. Но Ань Дао-цюань стал увещевать его:
- Господин начальник! Ваша рана еще не зажила, вам нельзя пока много двигаться.
И если вы тронетесь в путь, то не сможете поправиться.
- Не беспокойтесь об этом, уважаемый брат мой! - сказал У Юн, - лучше отдыхайте,
набирайтесь сил. Я, правда, способностями не отличаюсь, но в начале нынешней
весны, несомненно, разгромлю город Даминфу и спасу Лу Цзюнь-и и Ши Сю. Я изловлю
развратницу и мошенника, чтобы отомстить за вас.
- В таком случае, - сказал Сун Цзян, - если мне даже придется умереть, я
спокойно закрою глаза!
После этого У Юн отправился в зал Верности и Справедливости и отдал
соответствующие распоряжения. И словно самой судьбе было угодно, чтобы город
Даминфу превратился в огнедышащее жерло, в нем поднялся лес копий; воины,
охранявшие город, превратились в горы трупов и море крови. Поистине:
Если он засмеется иль слово промолвит, -
Даже черти и боги в испуге замрут.
Если воинам храбрым отдаст приказанье, -
Тотчас все храбрецы предадутся ему!
Но о том, как советник У Юн напал на Даминфу, мы расскажем в следующей главе.
Глава 65
в которой повествуется о том, как Ши Цянь сжег кабачок Цуй-юнь и как У Юн
хитростью овладел городом Даминфу
Мы рассказывали уже о том, что У Юн, обращаясь к Сун Цзяну, сказал:
- Мы бесконечно рады вашему выздоровлению, какое счастье, что нам удалось
пригласить в лагерь доктора Ань Дао-цюаня, который вылечил вас. Пока вы болели,
уважаемый брат, я много раз посылал в Даминфу людей разузнавать, что там
делается. Лян Чжун-шу ни днем, ни ночью не знает покоя. Больше всего он боится
того, что мы снова нападем со своими отрядами на Даминфу. Кроме того, я посылал
в Даминфу людей расклеить на перекрестках у колодцев объявления без подписи. В
них мы советуем населению не тревожиться, потому что, как говорит пословица: "За
каждую несправедливость отвечает виновник, каждый должник имеет своего
заимодавца". "Мы придем с войском сюда, зная, с кем нам расправиться". Эти
объявления еще больше напугали Лян Чжун-шу. Кроме того, по имеющимся у нас
сведениям, советник императора Цай Цзинь, узнав о том, что Гуань Шэн перешел на
нашу сторону, не решается больше напоминать императору об этом деле. Он думает
лишь о том, как бы договориться мирным путем, чтобы ни одна сторона не
пострадала. Поэтому советник шлет Лян Чжун-шу письмо за письмом и предлагает ему
сохранить жизнь Лу Цзюнь-и и Ши Сю, чтобы использовать их в качестве
посредников.
Выслушав его, Сун Цзян заторопился и решил, что надо сейчас же отправить отряды
для нападения на Даминфу. Но У Юн стал возражать.
- Уже кончается зима, наступает весна, - сказал он. - Скоро будет Праздник
фонарей, который в Даминфу по обычаю отмечается весьма торжественно. Вот я и
хочу воспользоваться этим случаем и прежде всего подослать в город наших людей.
Пусть они спрячутся там, а когда наше войско начнет осаду, помогут нам изнутри.
Таким образом нам удастся взять город.
- Замечательно! - воскликнул Сун Цзян. - Я прошу вас, господин советник, сделать
все так, как вы задумали.
- Самое главное, - сказал У Юн, - устроить в городе Пожар. Это будет сигналом.
Кто из вас, дорогие друзья, возьмется за это дело?
Тут вперед выступил один из удальцов и сказал:
- Я возьмусь!
Это был не кто иной, как Блоха на барабане - Ши Цянь.
- Еще в детстве я бывал в Даминфу, - продолжал Ши Цянь. - Там есть высокое
здание, которое называется "Дом Бирюзовых облаков". В нем помещается трактир, в
котором больше ста комнат, и в день Праздника фонарей там, несомненно, будет
большое веселье. Я тайком проберусь в город, а в ночь под Праздник фонарей
взберусь на этот дом, подожгу его, и по этому сигналу, господин советник, вы
сможете вводить свой отряд в город.
- Точно так же думал и я, - согласился с ним У Юн. - Итак, завтра на рассвете
отправляйся в путь. А в ночь под Праздник фонарей в первую стражу взберись на
дом и подожги его. Это будет большой заслугой с твоей стороны.
Ши Цянь обещал выполнить все в точности и, получив необходимые указания,
отправился в путь.
На следующий день У Юн вызвал к себе Се Чжэня и Се Бао, велел им нарядиться
охотниками, отправиться в город Даминфу и там преподнести в подарок служащим
областного управления дичь. А в ночь на 15-е число первого месяца, когда
начнется пожар, они должны будут отправиться к воротам управления гарнизона и
задержать там гонцов, которых вышлют с вестью о пожаре.
Затем было дано распоряжение Ду Цяню и Сун Ваню нарядиться продавцами риса,
отправиться с тачками в город и остановиться там в какой-нибудь гостинице. А в
ночь под Праздник фонарей, когда начнется пожар, это будет сигналом прежде всего
овладеть восточными воротами.
Кун Мин и Кун Лян должны были переодеться слугами, отправиться в Даминфу и там
на одной из самых шумных улиц улечься под карнизом какого-нибудь дома, а как
только начнется пожар, выйти на помощь своим.
Ли Ин и Ши Цзинь получили приказ одеться купцами, отправиться в Даминфу и
устроиться там в гостинице за восточными воротами города. А как только начнется
пожар, тотчас же броситься к восточным воротам и захватить их, для того чтобы
обеспечить свободный проход.
Лу Чжи-шэню и У Суну велели нарядиться странствующими монахами, отправиться в
Даминфу и устроиться там в каком-нибудь загородном монастыре. А по сигналу из
города идти к южным воротам и преградить дорогу войскам противника, не дав ему
возможности бежать.
Цзоу Юаню и Цзоу Жуну было предложено изображать продавцов фонарей. Они должны
были пройти прямо в город Даминфу и остановиться в гостинице. А когда будет дан
сигнал, направиться к тюрьме и действовать по собственному усмотрению.
Лю Тану и Ян Сюну приказали нарядиться стражниками, отправиться в город и
устроиться там неподалеку от областного управления. А как только начнется пожар,
задерживать всех гонцов, посланных с вестью о пожаре, так чтобы все спутать и не
дать возможности властям принять необходимые меры.
После этого пригласили Гун-Сунь Шэна и попросили его нарядиться странствующим
даосом.
...Поділитися у соцмережах
