Жанр: Классика
Речные заводи (том 1-2)
...и Сю. Все прошли в
управление гарнизона и там приветствовали их. После этого Лу Цзюнь-и и Ши Сю
рассказали о том, как хорошо обращались с ними Цай Фу и Цай Цин, которые спасли
им жизнь и теперь они в долгу перед обоими братьями.
Тут Янь Цин и Чжан Шунь привели Ли Гу и Цзя-ши. Лу Цзюнь-и велел Янь Цину взять
их под стражу и лично охранять, пока над ними не будет произведен суд. Однако
говорить об этом больше нет надобности.
А теперь вернемся к Ли Чэну. В тот момент, когда он, охраняя Лян Чжун-шу, бежал,
они лицом к лицу столкнулись с Вэнь Да, который с остатками своего разбитого
отряда возвращался в город. Они объединили своих людей и отправились на юг.
Вдруг в передних рядах раздались крики. Оказывается, они встретили Владыку
демонов, будоражащего мир - Фань Жуя, слева - Сян Чуня, справа - Ли Гуня,
которые с отрядом пеших молодцов, размахивая мечами и копьями, устремились в
бой; сзади, возглавляемые полководцем Крылатым тигром - Лэй Хэном, подоспели Ши
Энь и Му Чунь с тысячей пеших воинов каждый и отрезали путь для отступления.
Поистине:
От темницы избавленный будет, как прежде, в темнице.
От болезни излеченный ляжет на ложе опять.
Но о том, как воины Лян Чжун-шу спаслись от гибели, вы узнаете из следующей
главы.
Глава 66
в которой рассказывается о том, как Сун Цзян наградил вернувшихся с победой
бойцов и как Гуань Шэн победил полководцев воды и огня
Итак, Лян Чжун-шу, Ли Чэн и Вэнь Да, быстро собрав остатки разбитых войск,
двинулись на юг. И вот по дороге они снова наткнулись на отряды Ляншаньбо,
находившиеся в засаде, которые окружили их и стали избивать. Ли Чэн и Вэнь Да,
оберегая Лян Чжун-шу, бились насмерть, и в конце концов им удалось пробиться.
Спасая свою жизнь, они бежали на запад. Фань Жуй, Сян Чун и Ли Гунь не догнали
их, а потому вместе с Лэй Хэном, Ши Энем и Му Чунем вернулись в Даминфу за
дальнейшими распоряжениями.
А теперь послушайте о том, как военный советник У Юн отдал приказ расклеить по
всему городу объявления, призывающие население к спокойствию, и в то же время
принять меры к прекращению пожара. Семьи Лян Чжун-шу, Ли Чэна, Вэнь Да и
начальника гарнизона Вана были полностью уничтожены. А тех, кому удалось бежать,
разыскивать не стали.
Затем вскрыли городскую казну, забрали оттуда все золото, серебро и
драгоценности и погрузили на подводы. Открыли также продовольственные склады, и
весь рис, который там хранился, распределили среди населения, а то, что
осталось, тоже погрузили на подводы, чтобы отвезти в лагерь и использовать для
своих нужд. Когда все необходимые распоряжения были сделаны, Ли Гу и Цзя-ши
посадили на подводу для преступников. Наконец, отряды разбились на три колонны и
двинулись обратно в Ляншаньбо. Дай Цзуна выслали вперед, чтобы он обо всем
оповестил Сун Цзяна.
Сун Цзян собрал всех главарей и спустился с ними с горы навстречу возвращающимся
отрядам. Затем все прошли в зал Верности и Справедливости. Там Сун Цзян
почтительно склонился перед Лу Цзюнь-и, который в свою очередь поспешил ответить
Сун Цзяну столь же глубоким поклоном. Тогда Сун Цзян сказал:
- Вот уж не думал, что мое желание пригласить вас, уважаемый господин, к нам,
чтобы сообща бороться за справедливость, навлечет на вас такие бедствия. Ведь вы
едва не погибли! Сердце мое разрывалось от горя, но небо сжалилось над вами, и
сейчас я счастлив снова видеть вас.
- Премного благодарен вам, уважаемый брат мой, - отвечал с поклоном Лу Цзюньи,
- за вашу огромную силу, которая спасла меня, а также всем вашим главарям за
то, что они пришли мне на помощь и совместными усилиями, не жалея себя, спасли
из беды меня, маленького человека. Отдать жизнь за такое благодеяние, и то мало.
Затем он подозвал Цай Фу и Цай Цина и представил их Сун Цзяну.
- Если бы не они, - сказал Лу Цзюнь-и, - мы никогда больше не увиделись бы с
вами.
Сун Цзян предложил Лу Цзюнь-и занять главное место, но тот в сильном волнении
воскликнул:
- Да кто я такой, чтобы осмелиться занять место начальника?! Я почту за высшее
счастье, уважаемый брат мой, как рядовой боец служить вам верой и правдой всю
жизнь свою, чтобы бтплатить вам за ваше великое благодеяние.
Неоднократные и настойчивые просьбы Сун Цзяна не помогли, Лу Цзюнь-и ни за что
не хотел занять главного места.
- Почтенный брат! - воскликнул вдруг Ли Куй. - Того, кому вы уступите свое
место, я сразу же убью!
- Дорогой брат! -вставил свое слово также и У Сун,- вы все время стремитесь
уступить кому-нибудь свое место и этим огорчаете нас всех!
- Да что вы понимаете! - рассердился Сун Цзян. - Помолчали бы лучше.
- Если вы будете настаивать на том, чтобы я занял ваше место, - поспешно сказал
Лу Цзюнь-и, - то поставите меня в очень неловкое положение.
Тут Ли Куй не вытерпел и стал кричать:
- Сейчас уже все в порядке. Почему бы вам, уважаемый брат, не стать императором?
Лу Цзюнь-и сделали бы первым советником, а нас всех сановниками. Мы пробьемся в
Восточную столицу и захватим там чертов трон. Это, пожалуй, лучше, чем путаться
в нашем дьявольском логове и заниматься разбоем!
Тут Сун Цзяна охватил такой гнев, что он даже слова вымолвить не мог.
- Мы попросим пока что господина Лу Цзюнь-и поселиться в восточной пристройке.
Пусть он немного отдохнет и поживет у нас как гость, - сказал примирительным
тоном У Юн. - А позже, когда он проявит себя, вы снова сможете предложить ему
свое место.
Лишь после этого Сун Цзян перестал настаивать на своем и распорядился, чтобы Янь
Цина поместили вместе с Лу Цзюнь-и. Кроме того, он приказал отвести отдельный
дом братьям Цай Фу и Цай Цину с их семьями. Семью Гуань Шэна Сюэ Юн уже успел
доставить в лагерь.
После этого Сун Цзян распорядился устроить большой пир, наградил всех бойцов
конных, пеших и водных отрядов и предложил начальникам большим и малым, а также
всем рядовым разбойникам явиться на этот пир и занять свое место. И вот в зале
Верности и Справедливости было устроено торжество, на котором все главари,
каждый церемонно уступая друг другу место, наконец уселись, как положено, и
стали пить вино и веселиться. Во время пира со своего места поднялся Лу Цзюнь-и.
- Здесь в лагере находятся прелюбодеи, которые ждут своего приговора! - сказал
он.
- А я и забыл о них! - улыбаясь, сказал Сун Цзян. - Привести преступников
сюда! - распорядился он.
Бойцы открыли повозку, в которой находились пленники, и привели их в зал. Ли Гу
привязали к столбу с левой стороны, а Цзя-ши также к столбу, только справа.
- Не стоит спрашивать этих мерзавцев о том, какое они совершили преступление, -
сказал тогда Сун Цзян. - Попросим лучше господина Лу Цзюнь-и вынести им
приговор.
Тогда Лу Цзюнь-и встал и с мечом в руках направился к преступникам. Ругая их на
чем свет стоит за вероломство и нечестность, он рассек каждому из них грудь,
вынул сердце и, изрубив тела негодяев на части, разбросал их во все стороны.
Вернувшись, он низко поклонился всем присутствующим. Главари были в восторге и
стали поздравлять его.
Однако покинем на время пир в Ляншаньбо и не будем рассказывать о том, как
наградили бойцов всех отрядов. Давайте вернемся в Даминфу и посмотрим, что
делает сейчас Лян Чжун-шу, правитель области. Узнав о том, что отряды противника
ушли, он, Ли Чэн и Вэнь Да во главе разбитых частей вернулись в город. Здесь Лян
Чжун-шу узнал о том, что почти вся его семья погибла. Охваченный горем, он
громко зарыдал.
А когда из соседних городов на помощь подошли войска и бросились в погоню за
отрядами из Ляншаньбо, те были уже далеко. Поэтому правительственным войскам
пришлось вернуться.
Между тем жена Лян Чжун-шу, которой удалось спрятаться в саду позади дома,
осталась жива. Она посоветовала написать донесение императору, а также его
советнику, сообщить им обо всем случившемся и просить их немедленно прислать
войска для истребления разбойников, чтобы отомстить за понесенную обиду.
Перепись установила, что убито более пяти тысяч человек населения и огромное
количество ранено. Общее количество погибших воинов - свыше тридцати тысяч
человек. Все это Лян Чжун-шу подробно изложил в секретных донесениях императору
и его советнику и немедленно отправил гонца в столицу.
Прибыв на место, гонец остановил своего коня прямо у резиденции императорского
советника, и, когда о нем доложили, советник приказал ввести гонца в дом.
Представ перед важной особой, посланец почтительно склонился, передал донесение
и письмо и рассказал о том, как был разгромлен город Даминфу. При этом он особо
подчеркнул, что в распоряжении разбойников находятся огромные силы и нет
возможности противостоять им.
Вначале Цай Цзин хотел покончить это дело миром и вернуть разбойников к честной
жизни. Он рассчитывал, что тем самым даст возможность, прославиться Лян Чжун-шу,
а заодно и сам заслужит почет. Но сейчас все его планы рухнули. То, что
произошло, нельзя уже было скрыть от императора. И он решил, что война
неизбежна. Эта мысль привела его в негодование.
- Можете идти! - сердито сказал он посланцу.
На следующий день, в пятую стражу, в приемной императора зазвенел колокол.
Собравшиеся в зале ожидания гражданские и военные сановники, во главе с первым
советником, вошли в приемную, приблизились к яшмовому трону и вручили императору
донесение. Ознакомившись с ним, Сын неба сильно встревожился. Тут выступил
вперед один из советников императора по имени Чжао Дин и почтительно доложил:
- Мы не раз уже отправляли войска для уничтожения разбойников, но наши воины
терпели поражение за поражением. Очевидно, они плохо знали местность. По моему
скромному мнению, лучше всего издать сейчас указ о помиловании этих разбойников,
вызвать их сюда и дать им возможность стать честными слугами вашего величества.
Пусть охраняют наши границы.
Услышав это, Цай Цзин пришел в негодование и закричал:
- Как же вы, императорский советник, смеете подрывать основные устои
императорского двора?! Ничтожный, распоясавшийся холоп! Да за такое преступление
следует просить императора предать вас смертной казни.
- Быть по сему! - изрек Сын неба. - Убрать его из императорского дома!
Провинившегося советника тут же лишили звания и должности, и он сразу
превратился в простого смертного. После этого ни один из сановников уже не
решался выступить с каким-нибудь предложением.
- Кого же мы пошлем для борьбы с распоясавшимися разбойниками? - снова заговорил
Сын неба.
- Ваш покорный слуга, - сказал тогда почтительно Цай Цзин, - думает, что нет
никакой необходимости использовать против этих прячущихся в зарослях разбойников
большую армию. Я могу рекомендовать вашему величеству двух военачальников,
которые находятся сейчас в Линчжоу. Одного из них зовут Шань Тин-гуй, а другого
- Вэй Дин-го. Они служат командирами войск в Линчжоу. Я смиренно молю вас, мой
повелитель, издать указ о том, чтобы они со своими войсками немедленно были
вызваны сюда и сейчас же отправлены для уничтожения разбойников.
Выслушав его, Сын неба остался очень доволен и тут же отдал приказ Тайной
канцелярии немедленно отправить гонца и вызвать указанных военачальников. После
этого император поднялся, и все сановники, посмеиваясь про себя, покинули
приемную.
На следующий день Цай Цзин созвал совет, где был назначен командир, которому
надлежало ехать с императорским указом в Линчжоу.
Что же происходило в это время в Ляншаньбо? Захваченные в казне Даминфу ценности
и деньги Сун Цзян распределил в качестве награды между бойцами всех отрядов,
конного, пешего и речного. В течение нескольких дней резали коров и лошадей и в
честь Лу Цзюнь-и устраивали пышные пиры. И если на этих пирах не подавали
жареных фениксов или драконов, то во всяком случае здесь были горы различных
мясных блюд, а вино лилось рекой. И вот однажды, когда все главари изрядно
выпили, в самый разгар веселья У Юн, обращаясь к Сун Цзяну, сказал:
- Ради Лу Цзюнь-и мы разгромили Даминфу и перебили там много народу, разграбили
казну и заставили Лян Чжун-шу и других военачальников бежать из города. Быть не
может, чтобы Лян Чжун-шу не послал обо всем случившемся донесения императору. Да
и тесть его - первый советник - не оставит этого дела так. Нет никаких сомнений
в том, что в скором времени они пошлют против нас войска.
- Ваше беспокойство небезосновательно, - согласился Сун Цзян. - Поэтому нам
следовало бы сейчас же послать в Даминфу разведчиков разузнать, что там
делается, и как следует подготовиться к отпору.
- Да я уже послал туда людей, - сказал, улыбаясь, У Юн, - и телерь они скоро
должны вернуться.
И вот, когда пир еще не закончился, а главари продолжали совещаться, вернулись
разведчики, которые сообщили:
- Правитель Даминфу, Лян Чжун-шу, действительно послал императору донесение с
просьбой выслать против нас войска. Один из советников, по имени Чжао Дин,
выступил было с ходатайством о том, чтобы нас помиловали, однако первый советник
императора Цай Цзин стал всячески поносить его, и в результате Чжао Дина
отстранили от должности. Сейчас по просьбе первого советника и согласно
повелению Сына неба в Линчжоу посланы люди для того, чтобы вызвать оттуда
командиров Шань Тин-гуя и Вэй Дин-го, которых собираются во главе войск
направить против нас.
- В таком случае, - забеспокоился Сун Цзян, - нам следует поторопиться с
приготовлениями, чтобы должным образом встретить их.
- Пусть только появятся здесь, - сказал У Юн, - мы выловим всех до одного.
В это время со своего места поднялся Гуань Шэн.
- С тех пор как я прибыл в лагерь, - начал он, - мне еще ни разу не удалось хоть
чем-нибудь проявить себя. С Шань Тин-гуем и Вэй Дин-го я часто встречался в
Пучэне и знаю, что Шань Тин-гуй хорошо знает один из способов ведения войны,
когда противника затопляют водой. За это народ прозвал его "Волшебным
полководцем воды". Что же касается Вэй Дин-го, то для нападения на противника он
мастерски пользуется огнем. Чтобы одолеть врага, он применяет в бою
исключительно огненные механизмы. За это его прозвали "Волшебным полководцем
огня". И хоть я и не обладаю никакими талантами, но просил бы вас дать мне пять
тысяч бойцов, с которыми я пойду к Линчжоу навстречу этим двум полководцам, не
дожидаясь, пока они придут сюда. Если они перейдут на нашу сторону добровольно,
то я приведу их в лагерь. Откажутся - тогда захвачу их силой и преподнесу вам в
дар, уважаемый брат. Я думаю, что не стоит остальным нашим главарям браться за
оружие и понапрасну утомлять себя. Не знаю только, каково будет ваше высокое
мнение по этому поводу.
Сун Цзян охотно согласился с его предложением и назначил в помощь Гуань Шэну -
Сюань Цзаня и Хао Сы-вэня. Гуань Шэну тут же выделили отряд в пять тысяч
человек, с которым он должен был выступить в поход на следующий день.
Утром Сун Цзян вместе с остальными главарями отправился в Цзиньшатань. Там перед
крепостью они устроили проводы, распили прощальную чашу, и Гуань Шэн со своим
отрядом двинулся в поход.
Когда, проводив его, все вернулись в зал Верности и Справедливости, У Юн
обратился к Сун Цзяну с такими словами:
- Вот мы отправили сейчас Гуань Шэна в поход; однако что таится у него на душе,
неизвестно. Не послать ли для наблюдения за ним кого-нибудь из опытных
полководцев, как будто в помощь.
- Гуань Шэн - человек честный и справедливый, - отвечал на это Сун Цзян. - Он
всегда был таким, и вам, господин советник, не следует сомневаться в нем.
- Боюсь, что сердце у него не такое, как у вас, уважаемый брат, - продолжал
настаивать на своем У Юн. - Поэтому мы поручим отправиться с войсками еще Линь
Чуну и Ян Чжи, а в помощь им дадим Сунь Ли и Хуан Синя. Они поведут отряд в пять
тысяч человек. Пусть сейчас же отправляются в путь.
- И я пойду! - не утерпел Ли Куй.
- На этот раз тебе нет надобности идти! - возразил Сун Цзян. - В поход назначены
достойные полководцы.
- Когда я сижу без дела, - сказал Ли Куй, - то могу заболеть. Не хотите
отправлять меня с ними, я пойду один.
- Если ты не будешь выполнять моих приказов, - сердито закричал Сун Цзян, - то я
снесу тебе голову!
Расстроенный и опечаленный Ли Куй покинул залу.
Мы не станем рассказывать сейчас о том, как Линь Чун и Ян Чжи со своими бойцами
отправились вслед за Гуань Шэном. Послушайте лучше, как на следующий день явился
один из бойцов и доложил, что Черный вихрь - Ли Куй вчера во вторую ночную
стражу взял оба своих топора и куда-то исчез. Услышав это, Сун Цзян от горя даже
застонал и воскликнул:
- Это я вчера вечером обидел его! И теперь он, конечно, ушел куда-нибудь в
другое место!
- Не в этом дело, уважаемый брат, - возразил У Юн. - Человек он хоть и
невежественный, но зато честный и преданный, и в другое место не мог уйти. Нет
сомнений в том, что через день - два он вернется. И об этом, уважаемый брат, вы
можете не волноваться.
Однако Сун Цзян никак не мог успокоиться и послал на поиски Ли ОКуя вначале Дай
Цзуна, а затем еще Ши Цяня, Ли Юна, Яо Хэ и Ван Дин-лю, приказав им идти в
разных направлениях.
А надо вам сказать, что когда ночью Ли Куй, захватив свои топоры, ушел из
лагеря, он кратчайшим путем отправился прямо на Линчжоу. По дороге он размышлял:
"Подумаешь! Против двух каких-то сволочных полководцев посылать огромное войско!
Пусть только удастся мне проникнуть в город, я одним ударом моего топора покончу
с ними! Этим я, правда, напугаю нашего уважаемого брата, но зато посрамлю их как
следует".
Так шел он полдня, пока, наконец, не почувствовал голода. Но когда полез за
пояс, то обнаружил, что в спешке забыл захватить с собой денег на дорожные
расходы. "Давненько уже не занимался я своим делом, - подумал он. - Надо
поискать какого-нибудь черта и сорвать на нем свою злобу!"
Так он шел и шел. Вдруг впереди у дороги показался деревенский кабачок. Ли Куй
завернул в него, уселся за столик и заказал три меры вина и два цзиня мяса.
Быстро уничтожив все это, он встал и собрался идти. Однако хозяин преградил ему
дорогу и стал требовать денег.
- Ты погоди, - сказал тогда Ли Куй, - я пойду сейчас дальше, найду, чем
поживиться, а на обратном пути расплачусь с тобой.
С этими словами он двинулся в путь. Но тут откуда ни возьмись появился огромный,
как тигр, детина и сердито заорал:
- Очень уж ты, черномазый, расхрабрился! Да знаешь ли ты, в чьем кабачке решил
поесть на даровщину?
- А это меня не касается, - вытаращив глаза, крикнул Ли Куй. - Я везде ем
бесплатно!
- Да если я скажу тебе, где ты находишься, так ты от страха уделаешься, -
отвечал тот. - Я добрый молодец из Ляншаньбо и зовут меня Хань Бо-лун. Деньги,
на которые я открыл этот кабачок, принадлежат нашему уважаемому брату Сун Цзяну.
"Что-то я тебя, сукина сына, в нашем лагере никогда не встречал!" - ехидно
посмеиваясь про себя, подумал Ли Куй.
А надо вам сказать, что Хань Бо-лун был действительно из вольного люда и
занимался разбоем и грабежами. Недавно он решил вступить в лагерь Ляншаньбо и
попросил Чжу Гуя представить его Сун Цзяну. Однако в это время Сун Цзян лежал
больной, а все остальные были заняты отправкой войск. Поэтому представить Хань
Бо-луна начальнику так и не удалось. Но Чжу Гуй поручил ему пока что содержать в
деревне кабачок.
И вот Ли Куй вытащил из-за пояса один из своих топоров и, глядя на Хань Бо-луна,
сказал:
- Я оставлю вам в залог этот топор.
Хань Бо-лун, ничего не подозревая, протянул руку, чтобы взять его. Но Ли Куй в
этот момент взмахнул топором и с такой силой ударил Хань Бо-луна по голове, что
череп у него раскололся пополам. Так и не пришлось бедному Хань Бо-луну побывать
в Ляншаньбо - он погиб от руки Ли Куя.
Три работника в страхе бежали без оглядки в деревню, по дороге проклиная своих
родителей за то, что они наделили их всего лишь парой ног.
А Ли Куй ограбил кабачок, взял все, что ему нужно было на дорожные расходы,
поджег дом и пошел своей дорогой по направлению к Линчжоу.
Не прошел он и дня, как вдруг заметил на дороге какого-то здоровенного детину,
который, остановившись, смерил Ли Куя взглядом с ног до головы.
- Ты что это глаза пялишь на меня? - спросил Ли Куй.
- А что ты за барин такой?! - спросил в свою очередь детина.
Ли Куй ринулся было на незнакомца, но тот поднял кулак и так хватил Ли Куя, что
он тут же повалился на землю.
"Ну и кулак у этого парня!" - одобрительно подумал Ли Куй и, поднимаясь с земли,
спросил:
- А тебя как зовут, приятель?
- Нет у меня имени, - отвечал тот. - Если хочешь драться, так давай! Ну что,
будешь вставать?
Тут уж Ли Куй рассвиререл. Но только он хотел вскочить на ноги, как парень дал
ему пинка под ребра и пнул его еще раз.
- Нет, не справиться мне с тобой! - признался Ли Куй и, поднявшись с земли,
пошел прочь.
Но тут незнакомец остановил его.
- Послушай ты, чумазый! Как тебя зовут и откуда ты родом? - спросил он Ли Куя.
- Поскольку я потерпел поражение, мне даже стыдно называть себя, - сказал Ли
Куй. - Но ничего не поделаешь, человек-то ты уж очень хороший, и мне не хочется
тебя обманывать. Так знай же, что я Черный вихрь - Ли Куй из Ляншаньбо.
- Неужели это правда? - воскликнул незнакомец. - Смотри не обманывай меня!
- Если не веришь, посмотри на эти топоры, - отвечал Ли Куй.
- Но раз ты удалец из Ляншаньбо, так куда же ты идешь один? - снова спросил
незнакомец.
- Я поссорился с нашим старшим братом и сейчас иду в Линчжоу, чтобы убить там
Шань Тин-гуя и Вэй Дин-го, - сказал Ли Куй.
- А я слышал, что из Ляншаньбо против, них уже высланы войска. Ты не знаешь, кто
отправился в поход?
- Впереди всех выступил с отрядом Большой меч - Гуань Шэн, а за ним следуют Линь
Чун Барсоголовый и Черномордый зверь - Ян Чжи, - отвечал Ли Куй.
Услышав это, незнакомец почтительно склонился перед Ли Куем и приветствовал его.
- Ты бы все-таки сказал мне, кто ты такой и как тебя зовут, - снова обратился к
нему Ли Куй.
- Происхожу я из города Чжуншаньфу, - отвечал тот. - В нашем роду уже три
поколения подряд занимаются кулачным боем. Тот способ, который я только что
применил, передается от отца к сыну, но чужих мы никогда не обучали нашему
искусству. Всю жизнь я не могу выбиться в люди и, к кому бы ни обратился, везде
встречаю отказ. Поэтому как в Шаньдуне, так и в Хэбэе я известен под именем Цзяо
Тин - "Безродный". Но недавно я услышал о том, что в местности Коучжоу имеется
гора под названием Кушушань - "Засохшее дерево" и что на этой горе поселился
разбойник, который только и знает, что убивать людей. За это народ прозвал его
Духом смерти. Настоящее его имя Бао Сюй. Так вот этот самый Бао Сюй грабит все
окрестное население. И сейчас я решил отправиться на гору, чтобы присоединиться
к нему.
- А почему бы тебе с твоими способностями не обратиться к нашему почтенному
брату Сун Цзяну? - спросил тогда Ли Куй.
- Я давно уже хотел пойти в Ляншаньбо и просить принять меня в ваш лагерь, -
сказал Цзяо Тин, - но некому было порекомендовать меня. И раз уж сегодня нам
удалось встретиться, уважаемый брат, я охотно последовал бы за вами.
- Но я поссорился с нашим уважаемым братом Сун Цзя-ном, - сказал Ли Куй, - и
потому ушел из лагеря. Возвратиться с пустыми руками я не могу. Поэтому я должен
убить хоть одного человека. Давай пойдем сейчас вместе в Линчжоу, прикончим там
этих полководцев Шань Тин-гуя и Вэй Дин-го. И после этого нам уже не стыдно
будет вернуться в лагерь.
- Но в Линчжоу очень много войска, - возразил на это Цзяо Тин, - и если мы
пойдем туда вдвоем, то, несмотря на все наше искусство, все равно ничего сделать
не сможем и лишь зря погибнем. Будет лучше, если мы пойдем сейчас на гору
Кушушань - "Засохшего дерева", уговорим еще Бао Сюя пойти на это дело, а потом
уже все вместе отправимся в лагерь и вступим в вашу компанию. Я думаю, что это
будет самое лучшее!
И вот, когда они разговаривали, сзади к ним быстро подошел Ши Цянь.
- Наш уважаемый начальник очень беспокоится и просит тебя сейчас же вернуться в
лагерь, - сказал он. - Во все стороны уже посланы гонцы разыскивать тебя.
Ли Куй представил Цзяо Тина Ши Цяню, а тот продолжал уговаривать Ли Куя
вернуться сейчас же в лагерь.
- Там ждет тебя наш уважаемый начальник Сун Цзян! - говорил он.
- Погоди! - сказал Ли Куй. - Мы с Цзяо Тином решили сначала сходить на гору
Кушушань - "Засохшего дерева", уговорить пойти с нами Бао Сюя, а потом уж
вернуться в лагерь.
- Так не годится! - сказал Ши Цянь. - Раз тебя ждет наш старший брат, ты должен
сейчас же возвращаться.
- Ну, если ты не хочешь идти с нами, - сказал Ли Куй, - тогда отправляйся в
лагерь и доложи обо всем нашему начальнику, а я скоро вернусь.
Ши Цянь побаивался Ли Куя, не стал возражать и отправился в лагерь один. А Цзя
Тин с Черным вихрем направились в Коучжоу, на гору Кушушань.
Теперь наш рассказ пойдет по двум направлениям. Сначала мы поговорим о том, как
Гуань Шэн вместе с Сюань Цзанем и Хао Сы-вэнем, во главе пятитысячного отряда,
приблизились к Линчжоу. А надо вам сказать, что правитель области Линчжоу в это
время получил уже указ из Восточной столицы и приложенное к нему письмо
сановника Цая. Он немедленно призвал на совет командиров охраны Шань Тин-гуя и
Вэй Дин-го. А они в свою очередь, получив приказ, снарядили войска, взяли
оружие, привели в порядок сбрую и лошадей, а также заготовили необходимый фураж
и продовольствие и назначили день выступления в поход. Но тут они совершенно
неожиданно узнали о том, что Большой меч из Пудуна Гуань Шэн прибыл с войском и
собирается захватить Линчжоу.
Известие это привело Шань Тин-гуя и Вэй Дин-го в сильную ярость, и они тут же,
собрав свои войска, вышли за город навстречу врагу. И тут войска обеих сторон
подошли друг к другу так близко, что могли видеть знамена противника и слышать
бой барабанов в его рядах. Стоявший под знаменами своего отряда Гуань Шэн верхом
на коне выехал вперед. В тот же момент с противоположной стороны под грохот
барабанов тоже выехал воин. Голову его прикрывал квадратный шлем из кованого
железа с огромным черным султаном на макушке. Поверх черного лакированного
панцыря из медвежьей шкуры, оправленного каймой, была накин
...Закладка в соц.сетях
