Жанр: Классика
Речные заводи (том 1-2)
...казал У Сун. - Что ж, я тебе не заплачу за него, что
ли? Налей-ка мне лучше еще три чашки!
Убедившись, что У Сун не пьян, хозяин снова наполнил все три чашки. У Сун выпил
и сказал:
- А в самом деле хорошее вино! Давай-ка, хозяин, уговоримся: я стану платить
тебе отдельно за каждую чашку, а ты знай подливай!
- Уважаемый гость, - продолжал уговаривать его хозяин. - Не надо больше пить.
Ведь этим вином недолго и до бесчувствия упиться, а тогда ничем не поможешь!
- Да брось ты чушь городить! - рассердился, наконец, У Сун. - Если б ты даже
подлил в вино зелья, то и тогда мой нос разнюхал бы!
Видя, что такого не переспоришь, хозяин снова налил ему три чашки.
- А ну-ка принеси еще цзиня три мяса! - приказал У Сун.
Хозяин удалился, нарезал еще два цзиня вареной говядины и наполнил вином три
чашки. А У Сун знай себе ел да пил. Наконец, он достал серебро и, подозвав
хозяина, сказал:
- Посмотри-ка, хозяин, хватит тут заплатить за вино и закуски, которые я брал у
тебя?
- Даже многовато, - оказал тот, пересчитав серебро, - вам полагается еще сдача.
- Никакой мне сдачи не нужно, - сказал У Сун. - Налейка мне лучше на эти деньги
еще вина.
- Уважаемый гость! - воскликнул хозяин. - Да разве вы столько выпьете? За ваши
деньги причитается еще шесть чашек!
- Ну раз причитается, так давай их сюда полностью, - сказал У Сун.
- Вы вон какой здоровенный! - сказал хозяин. - Как напьетесь пьяным и свалитесь,
так вас и не поднять!
- Хорош бы я был, если бы тебе еще пришлось меня подымать! - возмутился У Сун.
Но хозяин кабачка упорно отказывался подавать вино. Тогда У Сун разозлился и
заорал:
- Что, я у тебя беснлатно пью, что ли? Перестань меня сердить, не то я все тут к
чертям разнесу! Вверх дном переверну твой дрянной кабачок!
"Ну, парень, видно, готов! - подумал про себя хозяин, - и раздражать его не
стоит". Он наполнил вином еще шесть чашек и подал У Суну. Лишь опорожнив
восемнадцатую чашку, У Сун, наконец, взял свою палицу и, поднявшись, сказал:
- А ведь я еще не пьян, хозяин! - и, выйдя из дверей кабачка на улицу, он
рассмеялся и сказал: - Вот тебе и "Выпьешь три чашки и не пройдешь перевала", -
и, взяв в руки палицу, зашагал прочь.
Однако хозяин кабачка поспешил вслед за ним, крича вдогонку:
- Уважаемый гость, куда это вы направились?
- Что тебе надо? - спросил, остановившись, У Сун. - Разве я не расплатился с
тобой?
- Это я из добрых намерений, - сказал хозяин кабачка. - Вернитесь-ка обратно и
прочитайте объявление властей.
- Что там еще за объявление? - спросил У Сун.
- Да о том, что на перевале Цзин-ян-ган, который лежит перед вами, недавно
появился огромный тигр с глазами навыкате и белым пятном на лбу, - сказал
хозяин. - Он нападает на путников, идущих через перевал ночью, и пожирает их.
Так погибло уже человек тридцать. Сейчас власти приказали охотникам в
определенный срок убить этого тигра. На дороге к перевалу повсюду вывешены
объявления о том, что проходить через перевал можно лишь группами и только до
вечера. Ночью переход запрещен, в особенности одиноким путникам. Если человек
идет один, он должен подождать попутчиков. Сейчас как раз уже наступило то
время, когда переход запрещается, а вы, я смотрю, идете, как ни в чем не бывало.
Так вы можете ни за что ни про что погибнуть. Вам лучше провести ночь у меня, а
завтра утром, когда соберется человек тридцать, вы пойдете все вместе через
перевал.
Выслушав его, У Сун рассмеялся и сказал:
- Я из города Цинхэ, ходил через этот перевал раз двадцать и никогда не слышал,
чтобы здесь водились тигры. Брось-ка ты меня морочить всякими дурацкими
рассказами! Никакой тигр мне не страшен!
- Я лишь желал предупредить вас об опасности, - сказал хозяин кабачка. - Если вы
мне не верите, идите и сами прочитайте объявление властей!
- Да что за чертовщину ты порешь! - крикнул У Сун. - Если там и есть тигр, я все
равно его не испугаюсь! Ты, видно, позарился на мое добро и хочешь ночью убить и
ограбить меня, вот и стараешься запугать меня своим дурацким тигром!
- Подумать только! - обиделся кабатчик. - Ему добра желаешь, а он вот как это
понимает! Это вместо того, чтобы сказать спасибо! Ну как знаешь, не веришь, так
иди себе на здоровье! - и, покачивая головой, хозяин вернулся в кабачок.
У Сун же со своей палицей в руках зашагал к перевалу Цзин-ян-ган. Сделав около
пяти ли, он оказался у подножья горы и здесь увидел большое дерево, с которого
был снят кусок коры и выведены две строчки иероглифов. У Сун немного знал
грамоту и, подняв голову, прочел: "В связи с тем, что за последнее время на
перевале Цзин-ян-ган есть случаи нападения на людей тигра, прохождение через
перевал разрешается с девяти до трех часов дня только группами. Не подвергайте
себя опасности!"
Прочитав это, У Сун рассмеялся и сказал:
- Все это штучки кабатчика. Он запугивает путников, чтобы заставить их ночевать
в своем кабачке. А какого черта мне-то бояться! - и, взяв наперевес свою палицу,
он стал подниматься в гору. День клонился к вечеру. Багровый диск солнца
медленно опускался за горы. Под действием винных паров У Сун медленно взбирался
на гору. Но не прошел он и половины ли, как увидел полуразрушенную кумирню, а на
ее воротах объявление с казенной печатью. У Сун остановился и стал читать.
Объявление гласило: "Настоящим уездное управление Янгу предупреждает торговцев и
путников, что на перевале Цзин-ян-ган недавно появился огромный тигр, который
нападает на людей. Всем старостам близлежащих деревень приказано совместно с
охотниками уничтожить зверя. Торговцам и путникам, следующим по этой дороге,
разрешается проходить здесь только группами с девяти часов утра до трех часов
дня. В остальное время, а равно и одиноким путникам, во избежание опасности,
проход воспрещается. О вышеизложенном доводится до всеобщего сведения. Правление
Чжэнхэ, год, месяц, число".
Прочитав это объявление, У Сун только теперь поверил, что в этих местах и в
самом деле водится тигр. Он хотел было вернуться в кабачок, но потом подумал:
"Если я вернусь туда, хозяин станет издеваться надо мной да еще подумает, что я
трус. Нет, нельзя идти обратно", - решил он.
- Да какого черта мне бояться! Пойду вперед, а там посмотрим! И он двинулся
дальше.
Через некоторое время У Сун почувствовал, как заиграло в нем вино. Он отбросил
за спину войлочную шляпу, взял палицу подмышку и начал подыматься на перевал.
Обернувшись, он увидел, как солнце медленно село за гору. Стояла как раз десятая
луна. Дня были короткие, ночи длинные, и темнело очень рано. Продолжая путь, У
Сун говорил себе: "Какой там еще тигр? Просто народ запугал друг друга и теперь
боится проходить через перевал".
У Сун шел вперед, а вино все больше и больше горячило его. Держа в одной руке
палицу, он другой распахнул рубашку. Покачиваясь из стороны в сторону, У Сун
пробирался через густой лес. Вскоре он увидел гранитную глыбу, большую и
гладкую, точно полированную. Подойдя ближе, он прислонил к ней свою палицу и сам
повалился на нее, чтобы немного вздремнуть.
И вдруг в воздухе словно пронесся вихрь. В лесу раздался сильный шум, как будто
от падения чего-то тяжелого, и в тот же момент из чащи выпрыгнул огромный тигр с
выпученными глазами и белым пятном на лбу. Увидев его, У Сун даже вскрикнул:
"Ай-я!" - и, скатившись с камня, схватил свою палицу и спрятался за каменной
глыбой. А тигр, испытывая, вероятно, сильную жажду и голод, шел, припадая к
земле. Затем он напрягся всем телом и прыгнул вперед. У Сун от испуга покрылся
холодным потом и сразу протрезвел.
Но события развертывались гораздо быстрее, чем об этом рассказывается. Увидев,
что тигр вот-вот кинется на него, У Сун отскочил в сторону и очутился у него за
спиной. А надо сказать, что тигр не выносит, когда человек обходит его сзади.
Поэтому, упершись передними ногами в землю, зверь попытался ударить его задними
ногами. Но У Сун и тут успел уклониться в сторону. Тогда тигр так зарычал, что в
воздухе словно гром прокатился, и гора задрожала, и, напружинив свой хвост,
крепкий как железо, хотел ударить им врага, но и тут У Сун увернулся. Вы должны
знать, что, нападая на человека, тигр прыгает, бьет задними лапами и хвостом. Но
когда эти три приема ему не удаются, он наполовину теряет свою силу. Как только
тигр увидел, что и удар хвостом не попал в цель, он снова зарычал и с понурым
видом побрел прочь. Тогда У Сун схватил обеими руками свою палицу и,
размахнувшись что было силы, ударил ею. Раздался оглушительный треск, и на
голову ему посыпались сучья :и листья. У Сун увидел, что в спешке промахнулся и
угодил по засохшему дереву, отчего палица переломилась надвое, и в руках остался
лишь обломок.
Тут тигр дико зарычал и, повернувшись к У Суну, со страшной яростью прыгнул
вперед. Но У Сун отскочил в сторону шагов на десять, и передние лапы зверя
оказались как раз у его ног. Отбросив обломок палицы, У Сун обеими руками
схватил тигра за загривок и изо всех сил прижал его голову к земле. Как ни
силился тигр вырваться, ничего не выходило. У Сун все сильнее и сильнее прижимал
его к земле, ни на минуту не выпуская, и непрерывно колотил его ногами по морде.
Тигр страшно рычал и с такой силой скреб землю передними лапами, что вырыл яму и
под ним образовались две кучи земли. У Сун тыкал тигра мордой в эту яму, и зверь
стал заметно ослабевать. Тогда У Сун, продолжая крепко держать тигра левой рукой
за загривок, потихоньку высвободил правую руку, сжал ее в кулак и, словно
железным молотом, начал со страшной силой бить зверя по голове. После
семидесятого удара из глаз, носа и ушей тигра хлынула кровь, и он повалился,
испустив последний вздох.
Только теперь У Сун отпустил зверя, направился к сосне и стал отыскивать обломок
своей палицы. Опасаясь, что тигр еще не сдох, он вернулся и снова ударил его.
Убедившись, что тигр уже не дышит, он отбросил свою палицу и подумал: "Как бы
мне стащить этого тигра с горы?" Он приблизился к зверю, но оказался не в
состояния вытащить его из лужи крови. Да оно и понятно: после такой затраты сил,
руки и нога у него ослабли.
Тогда У Сун вернулся к гранитному камню, уселся там и стал размышлять. "Теперь
уже совсем темно, - думал он. - Если здесь снова появится тигр, то мне уже с ним
не справиться. Нужно как-нибудь спуститься с перевала, а завтра утром решу, что
делать". Он разыскал на земле у подножья камня свою шляпу и, обогнув рощу, стал
медленно спускаться с перевала.
Но не прошел он и половины ли, как вдруг увидел в выжженной солнцем траве еще
двух тигров. От неожиданности У Сун даже вскрикнул:
- Ай-я! Ну, теперь-то мне конец!
Но вдруг эти тигры встали под деревьями на задние лапы. Приглядевшись
попристальнее, У Сун понял, что это люди, напялившие на себя тигровые шкуры; в
руках они держали рогатины с пятью зубьями. Увидев У Суна, они, перепугались не
иеньше его самого и прерывающимся от страха голосом стали его расспрашивать:
- Ты... ты... что же это, наверно съел сердце лисы, печень барса и лапу льва и
думаешь, что твоя храбрость спасет тебя? Как же ты осмелился ночью один и без
оружия идти через перевал?! Да ты... ты... что, человек или оборотень какой?
- А вы-то кто такие? - в свою очередь спросил У Сун.
- Мы - здешние охотники, - ответили те.
- Так зачем же вы пришли на перевал? - снова спросил он.
- Ты что ж, с луны свалился, что ли? - удивлялись охотники. - Недавно на
перевале Цзин-ян-ган появился огромный тигр и каждую ночь нападает на людей. От
него погибло уже человек восемь наших охотников, а скольких этот зверь пожрал
путников - и не счесть. Начальник нашего уезда приказал старостам всех деревень
вместе с охотниками уничтожить зверя. Но он такой огромный, что и не
подступишься. Кто же осмелится пойти на него? Из-за этого зверя мы уж столько
палочных ударов получили, что счет им потеряли, а все никак его не поймаем!
Нынче ночью опять пришла наша очередь идти на зверя. Мы прихватили с собой
человек десять крестьян, вокруг горы расставили в разных местах, самострелы с
отравленными стрелами, а сами притаились в засаде. И вдруг видим, что ты
спокойно идешь с перевала. Вот мы и испугались. Но кто же ты все-таки такой? И
видел ли ты тигра?
- Я из уезда Цинхэ, и зовут меня У Сун, второй в роду, - ответил он. - Я только
что был на перевале, на лесной опушке, и наткнулся там на тигра. Ногами и
кулаками я забил его до смерти.
Слушавшие его рассказ охотники так и застыли от изумления.
- Ну, это ты врешь! - сказали они, наконец.
- Если не верите, взгляните на меня - я весь в крови.
- Да как же тебе удалось убить его? - спросили охотники. Тогда У Сун подробно
рассказал им о своей схватке с тигром. Слушая его, охотники лишь ахали от
изумления да громко радовались. Потом они позвали крестьян, которых оказалось
человек десять, вооруженных рогатинами, большими луками, кинжалами и пиками.
Увидев их, У Сун спросил охотников:
- Почему же они не пошли на гору вместе с вами?
- Да тигр-то уж больно свирепый, вот они и не решились дальше идти, - ответили
ему.
Когда все собрались, охотники попросили У Суна еще раз рассказать о том, как он
убил тигра, и, выслушав его, никак не могли поверить.
- Ну, раз вы сомневаетесь, - сказал У Сун, - пойдемте со мной, и вы сами
убедитесь.
У каждого из крестьян имелись при себе кремни и огниво. Они тотчас же высекли
огонь, засветили факелы и двинулись на перевал вслед за У Суном. Когда они
поднялись туда, то увидели мертвого тигра. Его огромная туша горой вздымалась на
земле. Это зрелище доставило всем большую радость, и они тотчас же послали
человека в деревню доложить об этом старосте и наиболее уважаемым жителям.
Крестьяне привязали тигра к двум шестам и, взвалив на плечи, стали спускаться с
перевала.
У подножья горы их встречало человек восемьдесят. Тушу убитого тигра
торжественно пронесли перед всеми собравшимися; У Суна же усадили на носилки и
понесли в деревню, в дом самого именитого жителя. Возле деревни их встречала
большая толпа во главе со старостой.
Тушу опустили перед домом. Здесь собралось человек тридцать местных охотников,
которые пришли поглядеть на У Суна и порасспросить его. Присутствующие
почтительно спрашивали о его имени, а также откуда он родом. Он сообщил им, как
его зовут, сказал, что уроженец соседнего уезда Цинхэ и в семье второй сын.
Сейчас он возвращается на родину из Цанчжоу и вчера вечером так основательно
выпил в кабачке, что хмельной пошел через перевал и столкнулся с тигром. Он
рассказал также, каик забил тигра до смерти. Слушая его, присутствующие
поражались и говорили:
- Вот это герой! Настоящий герой!
Охотники поднесли У Суну дичи и вина. Но после схватки с тигром он был так
утомлен, что больше всего хотел спать. Тогда хозяин дома велел работникам
приготовить ему постель в комнате для гостей и пригласил У Суна отдыхать.
На рассвете староста деревни отправил гонца в уездный город доложить о событии и
приказал сделать носилки, чтобы отправить туда убитого тигра. Когда наступило
утро, У Сун встал, умыл лицо и прополоскал рот. Возле дома в ожидании стояли все
почетные жители села, которые принесли с собой баранью тушу и вино. У Сун
оделся, повязал голову косынкой и, выйдя из комнаты, поздоровался с
собравшимися.
Крестьяне преподнесли ему мясо и вино и сказали:
- Этот зверь погубил много человеческих жизней. Сколько охотников подвергалось
из-за него наказанию палками! Но теперь благодаря такому мужественному человеку,
как вы, наша местность избавлена от этого бедствия! Вы герой и оказали нам
великое благодеяние. Теперь население деревни будет жить спокойно и
путешественники смогут без страха проходить здесь.
- Это не моя заслуга, - отвечал, благодаря их, У Сун. - Если бы не вы, мне
ничего не удалось бы сделать.
Все присутствующие поздравляли У Суна с победой и целое утро пировали. Потом
принесли носилки, на которые уложили тушу убитого тигра. Многие жители подарили
куски красного шелка, которыми украсили У Суна. Вещи свои У Сун оставил в
деревне и, сопровождаемый жителями, двинулся в уездный город.
Как раз в это время прибыли гонцы начальника уезда, посланные встретить У Суна.
Приветствуя его, они распорядились подать герою удобные носилки, которые держали
четверо человек. Затем вся продессия двинулась в город. Впереди на носилках
несли убитого тигра, который также был украшен ярко-красными шелковыми лентами.
А в это время жители города Янгу, прослышав о том, что какой-то смельчак,
убивший на перевале Цзин-ян-ган огромного тигра, должен прибыть в город, все как
один высыпали на улицы взглянуть на него. Город шумел, как потревоженный улей. У
Сун со своих носилок видел лишь море голов, - народ заполнил все улицы и
переулки: все вышли встречать его и посмотреть на тигра.
Когда процессия подошла к воротам уездного управления, начальник уезда был уж
там и ожидал их прибытия. У Сун сошел с носилок, а тигра положили у входа.
Взглянув на У Суна, а затем на тигра, шерсть которого отливала, как парча,
начальник подумал: "Только такой человек мог справиться со столь огромным
тигром" - и пригласил У Суна войти в управление. Войдя в зал, У Сун по этикету
приветствовал начальника уезда, после чего тот спросил:
- Ну-ка, герой, победитель тигра, расскажите, как удалось вам убить этого зверя?
Тогда У Сун снова рассказал всю историю сначала. Выслушав его рассказ, все
присутствовавшие так и замерли от изумления. Начальник уезда здесь же в
управлении преподнес У Суну несколько чашечек вина и тысячу связок монет,
собранных богатыми горожанами в подарок герою.
- Я не осмеливаюсь принять этого подарка потому, - почтительно возразил У Сун, -
что хоть я и убил тигра, но дело тут не в моей заслуге, а в счастье, которое
сопутствует вам, господин начальник. Мне просто повезло. Я слышал, что из-за
этого тигра пострадали местные охотники, и думаю, что будет всего справедливее
разделить эти деньги между ними.
- Ну, если вы считаете, что нужно сделать именно так, то пусть будет повашему,
- согласился начальник уезда.
И когда У Сун раздал присутствовавшим здесь охотникам деньги, начальник уезда
понял, что он человек благородный, и решил назначить У Суна на должность
начальника охраны.
- Хоть вы сами родом из города Цинхэ, но ведь отсюда это рукой подать. Поэтому я
и решил предложить вам должность начальника охраны. Что вы на это скажете?
- Если вы находите возможным оказать мне подобную милость и назначить на столь
почетную должность, то я сочту это благодеянием и буду помнить вас всю жизнь, -
сказал У Сун, опускаясь на колени.
Тогда начальник уезда приказал тут же вызвать писаря и составить соответствующую
бумагу. Таким образом, в тот же день У Сун сделался начальником местной охраны.
Все именитые горожане пришли поздравить его с назначением и пожелать ему
дальнейших успехов. Пять дней подряд продолжалось празднество, а У Сун думал:
"Возвращался я в свой родной город Цинхэ повидаться с братом и нежданнонегаданно
оказался начальником охраны в уезде Янгу". Начальнику уезда У Сун
пришелся по душе, и слава о нем стала распространяться по всей округе.
Прошло несколько дней. И вот однажды, когда У Сун, выйдя из уездного управления,
прогуливался, за его спиной вдруг раздался голос:
- Начальник У Сун! Вы пошли теперь в гору, так что и смотреть на меня не хотите!
Обернувшись, У Сун даже вскрикнул от удивления:
- Ай-я1 Да как же ты очутился здесь?
Если бы У Сун не встретил этого человека в городе Янгу, возможно не произошло бы
кровавое убийство. Вот уж поистине верно говорится:
Меч разъярившийся вскинулся вновь.
Снова сверкает багряная кровь.
Сабли взнесенной блестит синева, -
Чья-то на землю летит голова.
Кто же окликнул У Суна, вы, читатель, узнаете из следующей главы.
Глава 23
повествующая о том, как старуха Ван за взятку занималась сводничеством и как
Юнь-гэ во имя справедливости учинил в чайной большой скандал
В тот день, о котором уже рассказывалось, У Сун, взглянув на окликнувшего его
человека, тут же повалился ему в ноги. Это был не кто иной, как родной брат У
Суна - У Далан. Кланяясь ему, У Сун говорил:
- Я уже больше года не видел тебя, уважаемый мой брат. Как же ты очутился здесь?
- Дорогой брат, - отвечал У Далан. - Ты ведь так давно уехал, почему же ты ни
разу не прислал мне письма? Я и бранил тебя и тосковал по тебе.
- Как же так, дорогой брат? И бранить человека и тосковать по нем? - спросил У
Сун.
- Бранил я тебя вот за что, - оказал У Далан. - Пока ты жил в Цинхэ, то только и
делал, что пьянствовал, а напившись, обязательно лез в драку. Тебя все время
таскали по судам, да еще вдобавок и меня вызывали. Ведь не проходило и месяца
спокойно. Много горя причинил ты мне. Но недавно я обзавелся семьей, жена моя
родом из Цинхэ. И теперь всякий, кому не лень, стал приходить и обижать меня, а
заступиться некому. Пока ты был дома, никто, конечно, и пикнуть не смел. Но едва
ты ушел, житья мне не стало, - пришлось перебраться и снять здесь квартиру. Вот
почему я тосковал о тебе.
Надо пояснить вам, читатель, что хоть братья и были сыновьями одной матери, но У
Сун вырос крепким и рослым, ростом был восьми чи и обладал неимоверной силой,
иначе разве мог бы он оправиться со свирепым тигром? У Далан же не достигал и
пяти чи, лицо его было безобразно, а голова своей странной формой вызывала смех.
Из-за карликового роста жители города Цинхэ прозвали его Корявым сморчком.
В этом городе в одной богатой семье жила служанка по имени Пань Цзинь-лянь.
Девушке было немногим более двадцати лет, и она была очень недурна собой. Хозяин
стал приставать к служанке, но она не принимала его ухаживаний и даже пригрозила
сказать об этом госпоже. Тогда хозяин обозлился и решшп выдать ее замуж за
старшего У, причем не только ничего с жениха не взял, но еще и сам дал приданое.
Не успел У Далан жениться, как нашлись в городе злые повесы, который стали
приходить к его дому и издеваться над ним. А молодая жена, увидев, что муж ее
невзрачен да и повеселиться не умеет как следует, почувствовала к нему
презрение. Сама же она, наоборот, любила развлечения и очень хотела завести
любовника. А так как старший У был человеком слабым и скромным, то банда
бездельников постоянно издевалась над ним. и, подходя к его дому, выкрикивала:
"А лакомый кусок баранины попал собаке в рот!" Наконец, жить в Цинхэ стало
невмоготу, он решил переехать в Янгу и снять себе там квартиру. Он поселился на
улице Цзышицзе, Красных камней, стал торговать жареными лепешками. В тот день
старший У как раз торговал своим товаром у дверей уездного управления и, когда
встретил У Суна, сказал ему:
- Последние дни, брат, на улицах только и разговоров было, что о каком-то
богатыре по имени У, который убил здоровенного тигра на перевале Цзин-ян-ган и в
награду за то назначен командовать уездной охраной. Я сразу подумал, что это,
верно, ты, но встретить тебя удалось только сейчас. Сегодня торговать я больше
не буду, и мы с тобой отправимся ко мне.
- А где ты живешь, брат? - спросил его У Сун.
- Да вот, если пройдешь немного вперед, - ответил тот, указывая рукой, - то как
раз и будет наша улица.
У Сун подхватил коромысло брата, а старший У пошел впереди. Пройдя немного и
повернув за угол, они вышли на улицу Красных камней и вскоре поровнялись с домом
возле чайной. Подойдя к двери, старший У крикнул:
- Жена, открой!
Дверь тут же отворилась, и послышался женский голос:
- Что это ты сегодня так рано вернулся?
- Я пришел с твоим деверем, - отвечал старший У. - Познакомьтесь-ка! - и, взяв у
брата коромысло, он первым вошел в дом, но тут же вернулся:
- Прошу тебя, брат, войти и познакомиться со своей невесткой!
Откинув занавеску, У Сун вошел в комнату и увидел невестку.
- Жена, - сказал старший У, - человек, который убил тигра на перезале Цзин-янган
и в награду был назначен начальником охраны, действительно оказался моим
младшим братом.
Услышав это, женщина сложила руки и низко поклонилась У Суну:
- Разрешите поздравить вас и пожелать вам всяческого счастья, дорогой деверь! -
сказала она.
- Прошу вас, сядьте, дорогая невестка, - сказал У Сун в ответ на ее приветствие.
И когда женщина села, он почтительно отвесил ей земной поклон. Невестка
бросилась к нему и стала поднимать его со словами:
- Дорогой деверь! Я недостойна подобного почета, и ваше внимание смущает меня.
- И все же вы должны принять от меня эти поклоны, - настаивал У Сун.
- От моей названой матери, нашей соседки Ван, - продолжала женщина, - я слышала,
что какой-то герой убил тигра и едет в наш город. Она еще взяла меня с собой,
когда шла смотреть на него, однако мы опоздали и так и не увидели его. А это
оказывается вы! Пройдемте, дорогой деверь, посидим наверху!
Все втроем они поднялись в верхнюю комнату и там уселись. Затем, взглянув на
мужа, женщина сказала:
- Я побуду здесь с деверем, а ты сходи достань вина и закусок на угощенье.
- Ладно, - согласился муж. - Ты, брат, посиди тут, я скоро вернусь, - и он сошел
вниз.
Оставшись наедине с деверем, женщина, оглядывая его статную фигуру, думала:
"Кровные они с мужем братья, а какая между ними разница. Смотри, какой он
огромный. Вот с таким мужем можно было бы сказать, что не зря на свете прожила.
А как взглянешь на моего, так уж и впрямь Корявый сморчок. На черта больше
похож, чем на человека. Какая же я невезучая! Вот У Сун даже тигра сумел убить.
Верно, очень сильный он человек... Говорят, он не женат, так почему бы не
переехать ему к нам? Вот уж никак не думала, что представится мне случай пожить
с настоящим мужчиной". При этой мысли на лице ее заиграла улыбка, и, обращаясь к
У Суну, невестка сказала:
- Давно ли вы прибыли в наши края, дорогой деверь?
- Да уж больше десяти дней, - отвечал У Сун.
- А где вы живете? - продолжала она интересоваться.
- Живу пока при уездном управлении, - сказал У Сун.
- Да ведь там вам, наверно, неудобно, - заметила она.
- Ничего, я человек одинокий, хозяйство у меня нехитрое и прислуживают мне
стражники.
- Ну разве
...Поділитися у соцмережах
