Жанр: Боевик
Пауки
...грядет!
— У тебя есть хоть один пример?
— Конечно! Хотя, как ты понимаешь, у меня тоже
только одна жизнь...
— Я обещаю защитить ее!
Мурадова покачала головой, грустно улыбнулась:
— Ты видел труп этого охотника в морге, которого
привезли вместе с Пуховым? — спросила она.
— Сейфуллин? Несчастный случай на охоте?
— Чушь! Это никакой не несчастный случай.
— Бураков произвел проверку. Сейфуллин поехал
с приятелем на ночную охоту. На качкалдаков. В темноте
качнул лодку, прикладом случайно ударил о днище. Ружье
— старое, спусковой механизм изношен. Экспертиза удостоверила.
В результате — выстрел...
— Сейфуллина убили! — сказала Мурадова с горечью.
— Закатили ему в лоб полный заряд дроби. На берегу.
У метеостанции. Принародно! И свидетели есть! Человек
десять, а, может, пятнадцать, которые приехали за рыбой.
Но они ничего тебе не скажут.
— Откуда тебе это известно? И про выстрел, и про
свидетелей? — Он остановил машину недалеко от Судебно-медицинской
экспертизы.
— Все знают!
— В том числе и вдова?
— Конечно!
— Вот ты и попалась, — Тура легко похлопал Анну по
руке. — С ней тоже разговаривали. Она даже не намекнула
на то, что ее мужа убили!
Анна рассмеялась:
— Господи! Да она боится! Я именно от нее и слышала
об этом!
Саматов был сбит с толку.
— Поэтому я и говорю: ничего вы не знаете о здешних
трагедиях! Сколько людей гибнет! И все списывают на
несчастные случаи^
— Закон всеобщего молчания?
— Конечно! Сейфуллина убили, потому что он знал
больше, чем требовалось, и не хотел держать язык за
зубам... Ты поговори сам с этим очевидцем...
Анна вышла из машины и пошла к себе.
Дача Садыка Баларгимова не была роскошной —
хозяин Берега довольствовался в жизни простым: безыскусный
интерьер, немудреная одежда, неприхотливый
стол.
Любовница Баларгимова — не поражающая воображение
молодая женщина — уложила дочь спать, выключила
свет, вышла на кухню.
Садык Баларгимов и его гость — майор Бураков как
раз вставали из-за стола. У них шел серьезный разговор,
он уже заканчивался.
— ...Фамилия-то твоя все равно в допросах упоминается.
Как ты не понимаешь! — говорил Бураков.
— Да плевал я на этого Хаджинура Орезова!.. — возмутился
Баларгимов. — Подумаешь! Выйдет он на меня
из-за того, что два года назад Мазута подрезали! Так
Мазуту заплатили! И он сказал, что ничего не знает! Претензий
ни к кому не имеет!
— Но фамилия-то твоя осталась! Саматов все равно на
тебя выйдет. Или его новый зам, который приезжает. Тоже
битый, прожженный... У них одна зацепка. Бинокль и фотоаппарат
Пухова подбросил враг Мазута!
— Так пусть она исчезнет! Зацепка! Вместе с делом!
— Легко сказать!
— Ты-то для чего?
— Зачем тебе нужно было подкладывать пистолет
именно Мазуту?
Баларгимов зашелся:
— Зачем? Чтоб знал, что хозяину надо отстегивать! Ты
же деньги хочешь получать? Хочешь! Большие звезды на
погонах носить хочешь? Так? Хочешь рыбку съесть и на
хер не сесть... Так не бывает! Запомни! В жизни за все
надо платить!
— Да много вы платите?!
— Дочке своей, инвалидке, лекарства покупать из-за
"бугра" на валюту хватает?! Ты зачем ко мне пришел? На
дачу посмотреть? Или посоветоваться?!
— И то, и другое!
— Так я тебе все сказал! Иди и думай! Все думайте...
Да, ладно! Не расстраивайся. Может, выпьешь? — Баларгимов
резко сменил тон.
— Нет, нет... Мне на работу! — Бураков никак не мог
еще отойти после разговора. — И с Сейфуллиным не
чисто! Чье ты ружье бросил в воду, знаешь? Саматов, он
все поднимет! Недаром тебя вызвал!
— С Сейфуллиным — мои проблемы. Я знаю, как себя
вести!
Говорившие поднялись из-за стола и вышли в гостиную.
Впереди, сопя, вытирая со лба пот, шел Бураков.
— Где там его кабинет? — спросил Баларгимов. — Наверху?
— Саматова? — переспросил Бураков. — Да, на втором...
Тура в кабинете сидел за бумагами, когда в дверь
постучали.
— Войдите!
— Баларгимов Садык... Меня вызывали по делу Сейфуллина...
В Баларгимове не было ни робости, ни страха. Подвижный,
с острыми глазами, не лезущий за словом в карман.
Он сел, не спрашивая разрешения.
— Расскажите, как это все произошло с Сейфуллиным...
— спросил Тура.
— Да мне его, дурака, самому жалко, — начал Баларгимов.
— А как вышло?
Он не успел ответить— в приемной послышался громкий,
такой знакомый Туре голос из давешней его, дотюремной
жизни.
Гезелъ что-то ответила. Дверь в кабинет распахнулась
и — Тура вздрогнул! — на пороге стоял улыбающийся
Силов.
Тура хотел подняться навстречу, но Силов мгновенно
оценил ситуацию:
— Все в порядке... — Тихо, чтобы не мешать,
прошел в угол к свободному стулу. — Я тут пока
посижу...
— А как вышло? — повторил Сады к Баларгимов.
Он только на долю секунды внимательным взглядом
коснулся вошедшего и снова превратился в грубоватого
рыбака, рубаху-парня, которому нечего скрывать.
В кабинете встретились достойные противники.
— Можно, начальник? — он достал сигарету, показал
Туре.
— Курите.
— ...Пошли в ночь. На качкалдаков. Птица, известно,
глупая... — Баларгимов прижег сигарету, затянулся. —
...Плывем! Я на веслах, Сейфуллин с заряженным ружьем
на носу. Прикурил, как я вот сейчас... Перегнулся, стал мне
давать... Ну и качнул лодку! Тут сразу и рвануло!.. Я —
в воде! Где Сейфуллин, где лодка...
Тура и Силов внимательно слушали.
— ...Отплыл немного, чувствую — дно. Встал! Кричу:
"Ты где?"... А темно! Мы ушли метров на сто от берега.
Хоть глаза выколи... Где его искать? Сам мокрый. Все
у меня утонуло. Думаю: "Э, не маленький! Сам выплывет..."
Дрожу! Еле домой добрался. На другой день никуда
не ходил. А на второй день прихожу к жене его, спрашиваю:
"Сашка дома?" Она: "Нет!"
— Заявили в милицию? — спросил Тура.
Баларгимов качнул головой:
— Нет! Подумал: "Может, нажрался с радости, что не
утоп. Спит где-нибудь!" Потом уж пошел. Написал объяснение
Буракову. Возили на место. Я показал. Там под
водой камень. И ружье там нашли. И рюкзак.
— А что с вашим ружьем?
— В рюкзаке осталось. Так и не собрал его.
— Вы член общества охотников?
— Был. Сейчас уж выбыл. Думаю снова вступить...
А что этой бабе надо — жене Сейфуллина? На меня что ли
бочку катит? Да если б я его уделал, зачем бы я к ней
пошел! Она и не знала, что он на охоте, и с кем! Я сидел бы
дома, молчал в тряпочку...
Тура спросил:
— Работаете?
— А как же! Осмотрщиком кабеля. На Южном участке.
— Зарплата большая?
— Какая там зарплата! — он махнул рукой.
Тура обернулся к Силову:
— Товарищ майор, у вас будут вопросы?
Баларгимов тоже обернулся к Силову. Силов спросил:
— Как вы охотитесь на качкалдаков в темноте?
— Еще лучше! — Баларгимов с любопытством взглянул
на него. — Птица ведь не видит. Подпускает совсем близко.
— А как подбираете дичь?
— Так и подбираем. С фонарем. Много, конечно, теряется...
— А фонарь нашли?
— Нет, так и не нашли... Хороший фонарь был!
— У меня больше нет вопросов! — объявил Силов.
— Ну, хорошо, — сказал Тура. — Идите. Если понадобитесь,
мы вас вызовем.
Когда Баларгимов вышел, Силов сказал:
— Крутой мужик тебя посетил! За ним, думаю... ого-о...
— протянул он. — Лет сто неотбытого срока...
В дверях показалась Гезель:
— Разрешите? Звонили из управления: в городе — заместитель
министра прибыл, генерал Амиров, будет лично
возглавлять операцию "Невод"...
Тура кивнул.
— Гезель, вот что: пригласи, пожалуйста, офицеров.
Я им представлю своего зама...
Церемония представления не заняла много времени.
Приглашенные офицеры сразу удалились. В кабинете с Турой
и Силовым остались работники уголовного розыска.
Оперативники поздоровались за руку, назвали себя.
— Майор Бураков.
— Лейтенант Орезов...
— Я сейчас разговаривал с Бапаргимовым, — глядя на
Буракова, объявил Тура. — Он мне очень не понравился.
Скользкий тип! Ты проверил — ружья, которые они брали
на охоту, состоят на учете?
— Баларгимова — зарегистрировано, — ответил Бураков.
Он был спокоен. — Состоит. А Сейфуллина — нигде
не значится...
— Я хочу посмотреть на ружья. Пусть мне их потом
принесут!
— Есть.
I/
,4
Тура обернулся к Орезову:
— Как с моим поручением насчет Мазута?
— О тех, кто враждовал с Мазутом, сведений нет. Год
назад, правда, его порезали. И сильно. При невыясненных
обстоятельствах...
Тура мгновенно отреагировал:
— Порезали?
— В больнице даже лежал! Но — кто? за что? — неизвестно...
— А подозреваемые? Были?
— Там, в материале, кем-то выдрано несколько страниц...
И в том числе опись дела!
— Странно!
Бураков глядел в сторону.
— Пока все, — Тура кивнул им, отпуская.
Бураков и Орезов вышли.
— Валек... — позвал Тура.
Они уже двигались навстречу друг другу.
— Туда!
Они подставили друг другу ладони для традиционного
хлопка. Потом обнялись.
— Ты где остановился? — спросил Тура.
— В гостинице... В "Интерконтинентале". Язык сломаешь...
/
— Я знаю этот "Интертаракан"... Там одни насекомые.
Поедем ко мне.
— Но сначала в гостиницу, Я тебе гостинцы узбекские
привез. Лепешки, сушеную дыню...
Они направились к выходу.
Разговор продолжили уже в машине — ее вел Саматов.
— Как там у нас? — спросил Тура. — Все в порядке?
— Дом твой стоит заколоченный. В управлении много
вакантных мест. Кстати, твое свободно... — Силов посмотрел
"со значением".
— Меня уже там, наверное, забыли.
— Ну, это ты зря! Тебя там вспоминают... Со мной даже
говорил о тебе новый начальник управления... Ребята привет
передают.
Они вышли из машины и направились к гостинице.
Перед входом в "Интерконтиненталь" обоих ждал
"приятный" сюрприз — встреча с местными путанами.
Две молодые девушки — брюнетка и блондинка сразу
же их окликнули.
— Мальчики, какие проблемы?
Они остановились.
— Но проблем, — ответил Силов, улыбаясь.
— Тогда, может, вместе отдохнем? — спросила блондинка.
— Тура, ты как? — поинтересовался Силов.
— А что я? Я не против... — подыграл Тура.
— Подружек выберете себе сами...
Она кивнула на стоявшую у гостиницы машину с сидевшими
в ней девушками. Поодаль прогуливались два молодых
милиционера.
— Кудрявая, с голубыми глазами и белой кожей... —
Силов посмотрел на блондинку. — Мне она определенно
нравится.
— Но теперь у меня возникла проблема, — сказала
та.
— Какая? — удивился Силов.
— Мани-мани... — Она показала пальцами, что считает
деньги.
— Сколько?
— Двести пятьдесят...
— Нет вопросов! — заверил Силов. — Сейчас мы
с моим другом должны ненадолго подняться наверх. У нас
заказана междугородняя...
— Мы тоже отъедем... — Блондинке по какой-то причине
это оказалось на руку. — И через полчаса вернемся.
Будем ждать вас в машине...
— Ну, это просто чудесно! — заверил Силов. — А,
может, подниметесь?
— Нет, нет. Там свои дела...
— А эти вас не беспокоят? — Тура показал на милиционеров.
— Нет! Здесь все схвачено. Чао, мальчики!
Через несколько минут Тура и Силов с чемоданом
и огромной сумкой через вестибюль прошествовали вниз,
к машине.
Ни девушек, ни милиционеров на площади уже не было.
Тура — в традиционном узбекском халате, в кроссовках,
— накрывал на стол. Он резал помидоры, чистил лук.
В средине стола возвышалась бутылка водки.
Силов, полулежа на тахте, быстро перелистывал общую
тетрадь, которую Тура получил от вдовы убитого Пухова.
— Надо же! "В месяц по самым скромным подсчетам
одной только лодкой вылавливается почти десять тысяч
голов рыбы!" Триста штук ежедневно! Одной-единственнюй
лодкой... За один рейс 700—800 килограммов!
— Да-а...
— А сейчас вдобавок нерест! Каждая шестая рыба
с икрой! Представляешь, сколько денег идет здесь кому-то
на карман! Рядовой ездок лодки зарабатывает в день
несколько "штук"! У хозяина Берега сотня лодок! Какие
же взятки идут наверх!
— Тут такой порядок, — объяснил Тура. — Браконьеры
рассчитываются с Верхушкой, а потом те назначают общественную
операцию "Невод"! Милиция и Рыбнадзор ударяют
с катерами, с вертолетами, только ловить уже будет
некого! Вся крупная дичь ушла...
Он оглядел стол, остался доволен работой.
— Ив этом году? — спросил Силов.
— Тоже! Операция назначена на следующий понедельник...
— Тебя что-то смущает?
— В область приехал замминистра генерал Амиров.
Бывший здешний начальник. В субботу свадьба сына директора
Сажевого комбината Кудреватых. Есть и еще празднества...
Потребуется много деликатесов — осетрины, икры...
и, главное, все торжества до проведения операции
"'Невод"...
— Значит... Заготовки будут делать сегодня-завтра...
В понедельник никто из крупных браконьеров в море не
выйдет...
Внезапный порыв ветра ударил в окно, открыл раму.
Силов поднялся с тахты, обошел вокруг стола, подошел
к окну. Молния осветила крыши домов.
— Настоящая браконьерская ночь, — заметил Силов.
— И ветер с моря! Даже если моторы заглохнут, лодку все
равно прибьет к берегу...
Неожиданная мысль пришла ему в голову. Он остановился
напротив Туры:
— Далеко отсюда до Берега?
— Не понял.
— До Берега далеко отсюда?
— А... Не очень.
— Может, съездим? Поплаваем?
— Ас этим как? — Тура кивнул на стол.
— Успеется! Заодно аппетит нагуляем!
— Ну, что ж! Как скажешь... — Тура положил нож,
которым до этого священнодействовал. — Я готов!
Шоссе было пустынно. Где-то рядом жило и напоминало
о себе море.
В машине работало радио. Диктор сообщил:
"Эти дела, эти грандиозные предначертания, намеченные
в важнейшем партийном документе, уже воплощаются
в жизнь трудом советских людей..."
В "Ниве" находились Тура, Силов и Хаджинур. Тура сам
вел машину.
Впереди показался маяк. Они находились недалеко от
метеостанции.
— Транспорт! — хрипло сказал вдруг Хаджинур.
Они вышли из "Нивы".
Далеко, по другую сторону впадины, шла встречная
машина. За ней была темнота. А дальше шли другие
машины. Они были еще далеко, снопы огня то вздымались,
то снижались вместе с дорогой.
— Как мы узнаем, едут ли они с рыбой? — спросил
Хаджинур обеспокоенно.
— Этого я пока не знаю, Хаджинур, — ответил Саматов.
— Там увидим.
Они вернулись в машину, Силов снова включил зажигание.
Приближавшиеся снопы света, словно балуясь, весело
ползли между барханами навстречу. Было ясно: еще
несколько секунд, и их заметят.
Сипов выжал сцепление, подвел "Ниву" к осевой и затормозил.
Встречный транспорт приближался.
Над одной из машин светились три габаритных огня.
— Это КРАЗ... — сказал Тура. — Я уже видел его здесь!
Поевхали! — Они быстро вскочили в машину, на ходу хлопая
дверцами.
Э"аджинур круто вывернул руль.
(КРАЗ набирал скорость.
Милицейская машина мчалась по бездорожью. Снопы
огня уходили за край горизонта. Дождь хлестал в лобовое
стее кло. "Ниву" бросало из стороны в сторону.
КРАЗ шел, не останавливаясь.
Силов на ходу поставил на крышу "мигалку", крикнул
в микрофон:
— Водитель КРАЗа 16—48, остановитесь!
Из-под колес вырывались брызги песка...
В "Волге", которая вместе с другим транспортом шла
от метеостанции, был включен магнитофон.
В машине ехали двое. За рулем сидел снабженец Сажевого
комбината Вахидов и рядом с ним зампредоблисповлкома
Шалаев — начальственного вида, лысый, с профессорской
— "клинышком" — бородкой.
Оба наблюдали погоню, начатую милицией за КРАЗом.
— Это он! Идиот из водной милиции... — Вахидов узнал
знм акомый "почерк". — Этот будет гнать, пока не загонит...
Я его сразу понял! Придется выручать.
В лобовом стекле сквозь дождь была видна круговерть
ог~ня над милицейской машиной. Донесся приказ: "Остановиться!
Водитель КРАЗа 16—48..."
— Выручать — так выручать... Да что ты трясешься? —
спросил Шалаев.
— Икра, которую вы взяли... Десять килограмм...
— Что ты все дрожишь? — сказал Шалаев. — Ты не
еврей, случайно?
— Да нет...
Саматов догнал КРАЗ, машины шли почти рядом.
— Тура! Возьми чуть ближе... — попросил Силов, приотic
рывая дверцу. — Я хочу познакомиться с этим долбаHI
ЫМ...
Выбрав момент, Тура подвел "Ниву" вплотную к КРАЗу.
Дальнейшее было за Силовым.
Он ловко перескочил на подножку КРАЗа, протянул
руку — через открытое окно выдернул ключ зажигания.
Потом с силой рванул дверцу на себя, протиснулся в кабину.
— Подвинься, красавец... — и с силой Двинул водителя
корпусом.
КРАЗ медленно остановился и одновременно милицейская
"Нива" развернулась перед ним, преграждая
путь.
— Права, путевку... — приказал Силов.
Ошалелый водитель вынул из бардачка и передал документы.
Силов включил верхний свет. Прочитал: "С начальником
ОРСа Вахидовым... Груз — сажевый конденсат..."
Из "Нивы" вышли Тура и Орезов, сверху, из КРАЗа
спустился Силов вместе с молоденьким водителем, который
держал себя крайне неуверенно.
Силов передал путевку и права Туре.
— Сажу везет... Вместе с начальником ОРСа Вахидовым.
Ну-ка, давай, сынок, — Тура кивнул Орезову на
закрытый брезентом кузов КРАЗа.
Орезов взобрался в кузов, откинул брезент. В машине
в огромном количестве находились окровавленные, обезглавленные
туши осетровых.
— Товарищ подполковник... — крикнул Орезов. — Тут
то, за чем мы приехали...
Саматов не успел ответить.
Послышалась музыка. В машине, которая приближалась,
работал магнитофон. Это была все та же кассета
с модным шлягером.
— По-моему, это Вахидов, — сказал Тура Силову. —
Персональный снабженец главного здешнего туза — хозяина
Сажевого комбината...
— Что ж! Я буду рад сегодня оказать ему небольшую
услугу...
Не доезжая несколько метров, "Волга" остановилась.
Шалаев — довольный, как и подобает хозяину города
при встрече с подчиненными ему стражами порядка, —
полез из машины.
— ...А я думаю: "Кто это по пустыне под дождем
авторалли устраивает?" Оказывается, водная милиция...
Здоров... — Он фамильярно, от плеча, бросил Саматову
ладонь. — Привет... — Не глядя, пожал руку Хаджинуру.
Когда очередь дошла до Силова, Тура представил его:
— Мой заместитель — майор Силов...
— Шалаев, зампредисполкома, — он оценивающе
взглянул на Силова. — Вот взял машину на комбинате,
приехал посмотреть на рыбачков... Город сидит на голодном
пайке. Хоть рыбкой людей побаловать... Куришь? —
Он достал коробку с вензелями на крышке. — "Герцеговина
Флор". Любимые папиросы были хозяина... — на нем
¦был добротный, слегка расплывшийся по обрюзгшей фигуре
пиджак с депутатским значком республиканского парламента.
Тура отказался, достал свои сигареты. Силов и Хадэкинур
сделали то же.
— Такие дела, мужики... — он помолчал, словно обдумывая
общую беду.
С минуту все курили. Потом Шалаев вздохнул. Не теряя
времени, взял быка за рога:
— Обстановка в области сложная. Предисполкома мандражирует...
Двадцатого сессия... — Это был набор какихто
заклинаний. — А тут государственная комиссия едет...
— Шалаев держался как с равными.
Шофер КРАЗа поодаль и Вахидов, не выходивший из
"Волги", с надеждой следили за ним.
Шалаев не спешил.
— Квартиру тебе пока не дали? — спросил он Туру,
потом повернулся к Силову. Он был удивлен. — А чего
же не приходите? Вы же водная милиция! Водники!
Можете вполне претендовать на площадь в ведомственном
жилом фонде... Постой-постой! На днях уезжает
этот прохиндей, предрыбколхоза Куманьков... Хоромы
у него, правда, не бог весть какие, но все-таки... Трехкомнатная
квартира.Окна на обе стороны. В центре.
Ты зайди!
Транспорт, который двигался позади бежевой "Волги",
успел благополучно их объехать и теперь снова выбирался
на трассу далеко впереди.
— Тогда твой заместитель, — он взглянул на Силова, —
переехал бы в комнату, которую сейчас ты занимаешь.
Шалаев счел, что игра сделана — в последний раз
затянулся папиросой, бросил окурок.
¦— Ну, что? Мы поедем, пожалуй. Надо город кормить...
Иди в машину, герой'. — он обернулся к водителю КРАЗа.
— Небось, уже полны штаны наложил! Ну, бывайте... — Он
протянул руку Туре, но тот отстранился.
— Никуда он не поедет, — Тура кивнул на водителя. —
Он задержан. И Вахидова я тоже должен задержать и допросить.
Он значится сопроводителем груза. Здесь тонны
три осетровой рыбы...
— Как знаешь! Время сейчас такое — давить на тебя
никто не будет! Только подумай... Осетрина могла пойти
в детские сады, в больницы, в дома престарелых...
Тура подал знак.
— Ладно, — прервал Силов. — Мы здесь не для того,
чтобы друг другу мозги пудрить. Придется осмотреть и вашу
машину тоже. Скажите водителю — пусть откроет
багажник...
— А это еще зачем? — удивился Шалаев. На лице его
было написано искреннее недоумение. Он обернулся к Туре.
— Ты можешь мне объяснить?
— Могу. Мы проводим операцию по борьбе с браконьерством.
В машине, может статься, есть красная рыба.
А мы сейчас недалеко от места ее браконьерского
лова.
— Там нет никакой рыбы, — кратко сказал Шалаев.
— Мы предпочли бы убедиться.
Шалаев с сожалением посмотрел на Туру.
— Что же, по-твоему, коммунист, даже если он подполковник,
не может доверять другому коммунисту? Ведь
если сегодня мы с тобой друг другу не поверили, как же
нам завтра народ будет доверять?
— Дело не в партийной принадлежности...
— Партийная принадлежность, выходит, для тебя так —
ф ь ю и т ь... — Он присвистнул. — Ты за слова свои отвечаешь?
А то ведь нам еще придется встречаться. Ты коммунист,
состоишь на партийном учете пока — я член бюро
обкома... Как друг другу в глаза смотреть будем? — Он
бросил недокуренную папиросу на дорогу. — Ладно, мужики.
Будем считать, что вы погорячились. Я об этом забыл.
Он подал руку Хаджинуру, взглянул на Туру, тяжело
повернулся к машине.
— И, смотри, не откладывай с квартирой Куманькова!
А то перехватят... На той неделе жду!
9 След
рой рнбы
В "Волге" включили мотор, водитель аккуратно подал
вперед, к Шалаеву. Под шипами заскрипел песок. Она
ьила уже рядом с Турой.
— Постой!
Силов подошел к "Волге", открыл дверцу водителя:
— Выходите...
Вахидов вышел.
— Откройте багажник... — предложил Силов.
Вахидов спокойно подошел к багажнику, открыл его.
Багажник был пуст.
Шалаев выразительно засмеялся, посмотрел на Туру.
Вахидов закрыл багажник, собираясь вернуться за
. С другой стороны к машине уже направлялся Шала—
Минуту!
Силов подошел к капоту, открыл его. Осмотрев двигатель,
поставил крышку на место.
Шалаев и Вахидов настороженно следили за ним.
Силов просунул голову в салон, к переднему сиденью,
осмотрел "бардачок".
Рука его скользнула в карман чехла и замерла.
На свет появился целлофановый пакет с плотным содер
жанием. Силов положил пакет на сиденье, полез в следующий
карман. В нем оказался такой же пакет. Еще два
и ашлись под сиденьем.
Силов показался из машины с целлофановыми пакетами.
— Икра! Расфасована по два килограмма! Как раз для
детского сада и дома престарелых!
— Понятно... — Тура обернулся к Силову. — Перейдешь
в "Волгу", за руль. Хаджинур поедет в КРАЗе.
— Ясно.
— В отделении возьмите собственноручные объяснения.
Чья икра, как к ним попала? Куда они ее везут,
занимались ли раньше скупкой осетровых у браконьеров
¦и у кого именно? Я вас догоню! Все!
— Все? — Шалаев злобно взглянул в его сторону. —
Тогда и здесь смотри тоже. — Он стал выворачивать
карманы. — И меня обыщи! Чего уж там! Поиздевайся,
егодня Шалаев в твоих руках! Но завтра ты за это ответишь
мне...
Он сверху вниз посмотрел на Хаджи ну ра:
— Меня сразу завезите к дежурному по облисполкому.
Я — депутат и пользуюсь депутатской неприкосновенностью...
А за провокацию, — он бешено закрутил огромным
кулаком, — за то, что мне подсунули в машину! Вместе
с этим... — Он жестко ткнул пальцем в Вахидова. — Вы
ответите...
Вахидов подскочил от неожиданности, однако ничего
не сказал.
— Сегодня же об этом будут знать в Президиуме
Верховного Совета! Не случайно, что вы оказались
ночью на трассе! Вы все за это ответите! — Он снова
жестко ткнул пальцем в каждого, в том числе и снабженца.
Шалаев сел в машину, но не сзади, а на первое сиденье,
рядом с Силовым.
Вахидов не спешил в машину, он попытался привлечь
внимание Хаджинура, но тот не отозвался, уже прошел
к КРАЗу, водитель которого включил мотор. Тогда Вахидов
обратился к Туре.
— Одну минутку... — В машине их не могли слышать. —
Я человек не богатый. Есть люди богаче меня... Я позвоню
от вас из кабинета, мне принесут. Сколько? Пятьдесят
тысяч? Шестьдесят?
&mdash...
Закладка в соц.сетях
