Жанр: Триллер
Дикие карты 01. Дикие карты
...ился мужчина в лягушачьей маске.
- Вы не понимаете, - продолжал Черепаха. Они поплыли на запад, бесшумно и
уверенно. В этом полете было что-то захватывающее дух и зловещее одновременно. -
Вы должны помочь. Я пытался сам, но у меня ничего не выходит. Но вы с вашими
способностями - дело другое.
Тахиону было слишком жаль себя, он слишком замерз, устал и отчаялся, чтобы
отвечать.
- Я хочу выпить, - сказал он.
- Черт подери! - выругался тот, что был в маске. - Дамбо был прав; этот парень
просто никчемный алкаш.
- Он не понимает, - возразил Черепаха. - Как только мы все ему объясним, он
согласится. Доктор Тахион, мы говорим о вашей подруге Ангеллик.
Таху так сильно хотелось выпить, что внутри у него все скрутилось в узел.
- Она была так добра ко мне, - всхлипнул такисианин, вспомнив нежный аромат
атласных простынь и окровавленные следы ног на зеркальных плитках пола. - Но я
ничего не могу поделать. Я рассказал полиции все, что знал.
- Трусливая задница, - припечатал тот, что был в лягушачьей маске.
- Когда я был ребенком, я читал о вас в "Комиксах Джетбоя", - продолжал
Черепаха. - "Тридцать минут над Бродвеем", помните? Вас считали таким же умным,
как Эйнштейн. Может быть, мне удастся спасти вашу подругу Ангеллик, но без ваших
способностей у меня ничего не получится.
- Я больше ими не пользуюсь. Не могу. Я погубил одного человека, который был
мне очень дорог, я овладел ее разумом, всего на миг, ради благой цели, во всяком
случае я считал ее такой, но это... это погубило ее. Я не могу поступить так снова.
- У-тю-тю! - насмешливо протянул человек в маске. - Выкидывай ты его,
Черепаха, какой от него толк?
Он что-то вытащил из кармана кожаной куртки. Тахион с изумлением увидел, что
это бутылка пива.
- Пожалуйста, - попросил Тахион, когда незнакомец поддел крышку
открывашкой, висевшей у него на шее. - Глоточек, всего один глоточек. - Он
терпеть не мог пиво, но ему нужно было выпить, хоть что-нибудь, что угодно. Он не
пил уже несколько дней. - Прошу вас.
- Отвали! - бросил тот.
- Тахион, - предложил Черепаха. - Вы можете заставить его.
- Нет, не могу, - отозвался Tax.
Незнакомец поднес бутылку к зеленым резиновым губам.
- Не могу, - повторил он. - Нет. - Он больше не мог выносить этого
бульканья. - Пожалуйста, самую капельку.
Мужчина оторвался от бутылки, задумчиво поболтал ею.
- Остался всего один глоток, - сообщил он.
- Пожалуйста. - Инопланетянин протянул дрожащую руку.
- Ха! - Обладатель лягушачьей маски начал медленно наклонять бутылку. -
Конечно, если ты действительно так хочешь выпить, то можешь просто схватить мой
разум, верно? Заставить меня отдать тебе эту чертову бутылку. Ну давай, попробуй!
Tax проводил глазами последний глоток пива, который выплеснулся на панцирь
Черепахи и утек в пустоту.
- Что, совсем приперло, да?
Незнакомец вытащил из кармана еще одну бутылку, открыл ее и передал Тахиону.
Тот вцепился в нее обеими руками. Пиво было холодным и кислым, но никогда еще он
не пил ничего столь восхитительно вкусного. Он осушил бутылку в один глоток.
- Ну что, еще идеи будут? - спросил маска Черепаху.
Впереди чернел Гудзон, огни Джерси остались на западе. Они снижались. Под
ними на берегу Гудзона возвышалось величественное сооружение из стали, стекла и
мрамора, которое Тахион вдруг узнал, хотя ни разу в жизни не бывал внутри. "Могила
Джетбоя".
- Куда мы летим? - спросил он.
- Мы летим спасать одного человека, - ответил Черепаха.
"Могила Джетбоя" занимала целый квартал в том месте, куда упали обломки его
самолета. Она разрасталась на экранах Тома, перед которыми он сидел в теплой
темноте своего панциря, купающегося в фосфорическом сиянии. Великанские крылья
мавзолея загибались кверху, как будто само здание вот-вот взлетит. Сквозь узкие
высокие окна он мельком заметил воссозданную в натуральную величину копию
знаменитого "ДБ-1", свисающую с прозрачного купола, с алыми боками,
подсвеченными незримыми огнями. Над входом были высечены последние слова
героя: каждую букву выдолбили в черном итальянском мраморе и заполнили
нержавеющей сталью. В свете фар металл вспыхивал отраженным огнем:
"Я НЕ МОГУ УМЕРЕТЬ:
Я ЕЩЕ НЕ ПОСМОТРЕЛ "ИСТОРИЮ ДЖОЛСОНА"".
Том посадил "черепаху" перед мавзолеем и завис в воздухе в пяти футах над
широкой мраморной площадкой, к которой вели ступени. Рядом двадцатифутовый
Джетбой устремлял свой взгляд на Вестсайдское шоссе и Гудзон за ним; кулаки его
были сжаты. Скульптуру сделали из металла, переплавленного из обломков упавших
самолетов.
Человек, на встречу с которым они прилетели, отделился от густой тени у
постамента статуи - коренастая темная фигура, кутающаяся в теплое пальто; руки он
не вынимал из карманов. Том направил на него одну фару; камера подъехала ближе,
чтобы взять его крупным планом. Это был джокер, довольно полный, сутулый, одетый
в пальто с меховым воротником; шляпу он надвинул на самый лоб. Вместо носа
посередине его лица болтался слоновий хобот. Конец его окаймляли пальцы,
заботливо облаченные в маленькую кожаную перчатку.
Доктор Тахион сполз с панциря, поскользнулся и приземлился на пятую точку. Том
услышал, как расхохотался Джоуи. Потом он тоже соскочил на землю и поставил
Тахиона на ноги.
Джокер сверху вниз взглянул на инопланетянина.
- Значит, вы все-таки уговорили его прийти. Я удивлен.
- Мы были чертовски убедительны, - заметил Ди Анджеллис.
- Дес, - Тахион не пытался скрыть удивления, - что ты здесь делаешь? Ты
знаешь этих людей?
Десмонд дернул хоботом.
- С позавчерашнего дня - да, в некотором роде. Они обратились ко мне. Было
уже поздно, но телефонный звонок Великой и Могучей Черепахи способен вызвать
интерес. Он предложил свою помощь, и я согласился. Я даже рассказал им, где ты
живешь.
Тахион провел рукой по спутанным грязным волосам.
- Мне очень жаль Мела. Тебе известно что-нибудь об Ангеллик? Ты ведь знаешь,
как много она для меня значит.
- О да, я знаю точную сумму в долларах и центах, - кивнул Дес.
Тахион вздрогнул, как будто его ударили. Вид у него был обиженный.
- Я хотел отправиться к тебе, - сказал он. - Но не знал, где тебя найти.
Джоуи расхохотался.
- Да его адрес есть в любой занюханной телефонной книге, недоумок. Парней по
имени Ксавье Десмонд не так уж и много. Как он отыщет вашу дамочку, если у него не
хватило ума найти здесь собственного приятеля?
Десмонд кивнул.
- В самую точку. Ничего не выйдет. Только взгляните на него. - Он ткнул в
Тахиона хоботом. - На что он годится? Мы зря тратим драгоценное время.
- Мы уже делали по-вашему, - ответил Том. - И v нас ничего не получилось.
Никто так и не раскололся. Он может выбить информацию, которая нам нужна.
- Я ничего не понимаю, - вмешался Тахион. - Что происходит?
Джоуи с отвращением фыркнул. Он где-то нашел еще пива и был занят тем, что
открывал крышку.
- Если бы ты интересовался хоть чем-нибудь еще, кроме коньяка и дешевых
девок, то знал бы об этом сам, - ледяным тоном отрезал Дес.
- Расскажите ему то, что рассказали нам, - велел Том.
Когда Тахион будет знать все, он обязательно поможет, думал он. Он не может не
помочь.
Дес тяжело вздохнул и начал, сбиваясь с "ты" на "вы" и обратно:
- Ангеллик давно и прочно сидит на героине. У нее сильные боли. Возможно, вы
это даже время от времени замечали, доктор? Наркотики были единственным, что
помогало ей продержаться день. Если бы не они, боль свела бы ее с ума. Но у нее это
не как у обычных торчков. Она употребляла героин в таких количествах, что любой
другой наркоман давно отправился бы на тот свет. Ты сам видел, на нее он
практически не влияет. Метаболизм джокеров - странная вещь. Вы представляете
себе, сколько стоит героин, доктор Тахион? Ладно, вижу, что нет. "Дом Смеха"
приносил Ангеллик неплохие деньги, но этого все равно не хватало. Ее поставщик
продавал ей в кредит, пока она не оказалась в долгах по уши, а потом потребовал...
назовем это долговое обязательство. Или подарок на Рождество. У нее не было выбора.
Иначе он прекратил бы снабжать ее. Она со своим вечным оптимизмом все надеялась
собрать деньги. Не вышло. Утром Рождества ее поставщик явился за долгом. Мел не
собирался вот так просто отдать им ее. Они настаивали.
Тахион жмурился на свет.
- Почему она ничего мне не рассказала?
- Полагаю, не хотела обременять вас, доктор. Не хотела мешать тебе спокойно
топить свою жалость к себе в выпивке.
- Ты рассказал об этом полиции?
- Полиции? Угу. Нью-йоркским стражам порядка. Тем самым, которые
проявляют поразительное отсутствие интереса, когда калечат или убивают джокера,
зато готовы рыть землю носом, когда грабят какого-нибудь туриста. Тем самым,
которые с такой регулярностью арестовывают, изводят и допекают любого джокера, у
которого хватает ума поселиться где-нибудь за пределами Джокертауна. Возможно,
стоило бы обратиться к тому офицеру, который заметил, что изнасилование женщиныджокера
- скорее недостаток вкуса, чем преступление. - Дес фыркнул. - Доктор
Тахион, где, как вы думаете, Ангеллик покупала себе наркотики? Думаешь, у любого
уличного торговца есть доступ к героину в таких количествах, в которых она
нуждалась? Полиция и была ее поставщиком. Глава отдела по борьбе с наркотиками в
Джокертауне, если говорить точнее. О, полагаю, вряд ли в этом замешан весь отдел.
Может быть, убийца и ведет сейчас расследование. Как думаешь, что они скажут, если
мы заявим им, что убийца - Баннистер? Думаешь, они арестуют своего? На основании
моего свидетельства или свидетельства любого другого джокера?
- Мы возместим ее долг, - бухнул Тахион. - Мы отдадим этому человеку его
деньги, или "Дом Смеха", или что там ему нужно.
- Долговое обязательство, - устало проговорил Десмонд, - было не на "Дом
Смеха".
- Да что бы это ни было, пускай забирает!
- Она обещала ему то единственное, чего еще не лишилась, - себя, свою красоту
и боль. Об этом уже говорят на улицах, если ты умеешь слушать. Где-то в городе
состоится совершенно особенная новогодняя вечеринка. По приглашениям. Очень
дорогая. Незабываемые впечатления. Баннистер получит ее первой. Он уже давно этого
хотел. После этого настанет черед гостей. Таково гостеприимство Джокертауна.
Губы Тахиона беззвучно зашевелились.
- Полиция? - выдавил он наконец.
Судя по его виду, он испытывал сейчас то же потрясение, что и Том, когда
Десмонд рассказал все это им с Джоуи.
- Полагаете, мы их волнуем, доктор? Мы - уроды. Мы - заразные. Джокертаун
- это ад, клоака, и джокертаунские полицейские - самые жестокие, продажные и
некомпетентные во всем городе. Я не думаю, чтобы то, что произошло в "Доме смеха",
было запланировано, но это произошло, а Ангеллик слишком много знает. Они не
оставят ее в живых, но сначала вволю позабавятся.
Том Тадбери склонился к микрофону.
- Я могу спасти ее, - сказал он. - Эти скоты не видели ничего подобного
Великой и Могучей Черепахе. Но я не могу найти ее.
- У нее множество друзей, - сказал Десмонд. - Но ни один из нас не умеет
читать мысли и не может заставить человека делать то, чего он не хочет.
- Я не могу. - Такисианин как-то съежился, отстранился от них подальше, и на
какой-то миг Тому даже показалось, что маленький человечек сейчас убежит. - Вы не
понимаете.
- Ну и слизняк! - выкрикнул Джоуи.
Тадбери наконец перестал сдерживать себя.
- Если у вас ничего не получится, значит, ничего не получится. Но если вы не
попытаетесь, у вас тоже ничего не получится - какая к черту разница? Джетбой
потерпел неудачу, но он по крайней мере пытался. Он не был тузом, он также не был
такисианином - обычный летчик, - но он сделал все, что мог.
- Я хотел бы. Я просто... просто... не могу.
Дес затрубил от отвращения. Ди Анджеллис пожал плечами.
Том не верил своим ушам. Тахион не поможет! Джоуи предупреждал его, и
Десмонд тоже, но он настоял - ведь это же доктор Тахион, он обязательно поможет!
Пусть сейчас инопланетянин уже не тот, что был раньше, но, как только они объяснят
ему ситуацию и дадут понять, что стоит на кону и как сильно он им нужен, он не
сможет им отказать.
Но он отказал. Черт возьми, это была последняя соломинка! Тадбери выкрутил
ручку громкости до упора.
- АХ ТЫ, СУКИН СЫН! - прогремел он, и оглушительный звук разнесся по
всей площадке. Тахион шарахнулся. - НИКЧЕМНЫЙ ЧЕРТОВ ИНОПЛАНЕТНЫЙ
ТРУС! - Такисианин, пошатываясь, начал спускаться вниз по лестнице, но Черепаха
нагнал его и продолжил бушевать во всю мощь своих динамиков. - ЗНАЧИТ, ВСЕ
ЭТО БЫЛО ВРАНЬЕ, ДА? КОМИКСЫ, ГАЗЕТЫ - ВСЕ ВРАНЬЕ, ДО ЕДИНОГО
СЛОВА. ВСЮ МОЮ ЖИЗНЬ МЕНЯ ЛУПИЛИ И ОБЗЫВАЛИ РАЗМАЗНЕЙ И
ТРУСОМ, НО НАСТОЯЩИЙ ТРУС - ЭТО ТЫ! СВИНЬЯ, ХЛЮПИК ПОГАНЫЙ,
ТЫ ДАЖЕ ПОПЫТАТЬСЯ НЕ ХОЧЕШЬ, ТЕБЕ ПЛЕВАТЬ НА ВСЕХ ОСТАЛЬНЫХ,
НА ТВОЮ ПОДРУГУ АНГЕЛЛИК, НА КЕННЕДИ, НА ДЖЕТБОЯ - НА ВСЕХ! У
ТЕБЯ ЕСТЬ ОФИГЕННЫЕ СПОСОБНОСТИ, НО ТЫ - НИКТО, ТЫ НИ НА ЧТО НЕ
СПОСОБЕН. ТЫ ХУЖЕ, ЧЕМ ОСВАЛЬД, ЧЕМ БРАУН, ЧЕМ ВСЕ ОНИ, ВМЕСТЕ
ВЗЯТЫЕ!
Тахион спотыкался о ступени, зажимал уши руками, кричал что-то
невразумительное, но Том был слишком разъярен, чтобы слушать. Его гнев больше не
подчинялся ему. Он выскочил из "черепахи" и обрушился на инопланетянина.
- СВИНЬЯ! - визжал Том. - ЭТО ТЫ ЗАБИЛСЯ В СВОЙ ПАНЦИРЬ! -
Незримые удары градом посыпались на Тахиона. Он пошатнулся, упал, покатился по
ступеням, попытался подняться на ноги, но снова получил оплеуху, упал и полетел по
лестнице кувырком. - СВОЛОЧЬ! ДАВАЙ, БЕГИ, ДЕРЬМО, ВАЛИ ОТСЮДА, А НЕ
ТО Я ШВЫРНУ ТЕБЯ В ЭТУ ЧЕРТОВУ РЕКУ! УНОСИ НОГИ, РОХЛЯ, ПОКА
ВЕЛИКИЙ И МОГУЧИЙ ЧЕРЕПАХА НЕ ВЫШЕЛ ИЗ СЕБЯ ПО-НАСТОЯЩЕМУ!
БЕГИ, ЧЕРТ БЫ ТЕБЯ ПОБРАЛ! ЭТО ТЫ ЗАБИЛСЯ В СВОЙ ПАНЦИРЬ! ЭТО ТЫ
ЗАБИЛСЯ В СВОЙ ПАНЦИРЬ!
И Тахион помчался, слепо перебегая от фонаря к фонарю, пока не скрылся в тени.
Том Тадбери вернулся в кабину и теперь наблюдал, как доктор исчезал с
многочисленных телевизионных экранов. Он чувствовал отвращение и бессилие. В
голове у него гудело. Нужно выпить пива или принять аспирин, а лучше и то и другое.
Когда он услышал вой приближающихся сирен, то подхватил Джоуи с Десмондом,
погасил огни и взмыл прямо в небо, высоко-высоко, в темноту, холод и безмолвие.
Ту ночь Тахион провел отвратительно: метался по кровати, как в лихорадке,
вскрикивал, плакал, снова и снова выдергивал себя из одного кошмарного сна, чтобы
тут же погрузиться в другой. В своих снах он снова был на Такисе, и ненавистный
кузен Забб хвастался новой сексуальной куклой, но, когда он привел ее, это оказалась
Блайз, и он овладел ею прямо у Тахиона на глазах. Tax смотрел на них, не в силах
вмешаться; тело женщины билось под ним, кровь текла у нее из ушей, изо рта и из
вагины. Она начала изменяться, превращаясь в одного джокера за другим, и каждый
новый был ужаснее предыдущего, а Забб все продолжал насиловать их, а они кричали
и сопротивлялись. Но потом, когда Забб поднялся с окровавленного мертвого тела,
оказалось, что это лицо не его кузена, а его собственное, испитое и порочное,
омерзительное лицо с красными опухшими глазами и сальными спутанными волосами,
с чертами, искаженными многолетним пьянством, а может быть, одним из зеркал
"Дома смеха".
Проснулся он примерно в полдень под душераздирающий вой Крошки за окном.
Этого Tax уже вынести не мог - он ничего не мог вынести. Шатаясь, такисианин
добрался до окна, рванул его и заорал на великана, чтобы тот заткнулся, успокоился, но
Крошка все плакал и плакал. Ему так больно, так плохо и так стыдно, почему они не
оставят его в покое, он больше не может, нет... Заткнись, заткнись, пожалуйста,
заткнись! И вдруг Тахион с криком выметнул свой разум, вломился в голову Крошки и
заткнул его.
Тишина была оглушительной.
Ближайший телефон-автомат находился в кондитерском магазине через квартал.
Хулиганы изорвали телефонную книгу в клочья. Он позвонил в справочное и получил
адрес Ксавье Десмонда. Дес жил на Кристи-стрит - всего в нескольких шагах отсюда.
Его квартира располагалась на четвертом этаже над магазином масок. Лифта не было.
Когда Тахион поднялся на нужный этаж, он едва дышал.
Дес открыл дверь на пятом ударе.
- Ты? - сказал он.
- Черепаха, - проговорил Tax. Горло у него пересохло. - Прошлой ночью он
нашел что-нибудь?
- Нет, - ответил Десмонд. Его хобот подергивался.
- Скажи, кого надо спрашивать, - попросил Tax.
- Тебе? - сказал Дес.
Такисианин не смог заставить себя взглянуть джокеру в глаза. Он кивнул.
- Подожди, сейчас возьму пальто, - сказал Дес. Он вышел из квартиры тепло
одетый, с меховой шапкой и видавшим виды бежевым зонтом в руках. - Вот, спрячь
волосы под шапку, - велел он Тахиону, - и оставь здесь свое дурацкое пальто. Не
хватало еще, чтобы тебя узнали Доктор подчинился. По пути Дес заглянул в магазин
масок.
- Цыпленок? - удивился Tax, когда Дес передал ему маску. У нее были яркожелтые
перья, выпуклый оранжевый клюв и мягкий красный хохолок на макушке.
- Надевай! Я с первого взгляда понял, что это ты.
На Четэм-сквер устанавливали огромный кран - снимать полицейские машины с
крыши "Шизиков". Клуб работал. Портье был лысый джокер семифутового роста и с
клыками. Когда они попытались нырнуть под неоновые бедра шестигрудой
танцовщицы, извивавшейся на шатре, он ухватил Деса за локоть.
- Джокерам здесь не место, - сказал он грубо.
- Отвяжись, Клыкан.
"Потянись и завладей его разумом", - подумал Тахион. Когда-то, еще до Блайз, он
сделал бы это не задумываясь. Но сейчас он заколебался, и это лишило его
уверенности.
Дес запустил руку в задний карман, вытащил оттуда бумажник и извлек из него
пятидесятидолларовую купюру.
- Ты наблюдал, как спускают полицейские машины, - сказал он. - Меня не
заметил.
- Ах да, - проговорил портье. Купюра исчезла в когтистой руке. - Эти краны
такие забавные.
- Иногда деньги - самая могущественная сила из всех, - заметил Десмонд,
когда они вошли в темную утробу клуба.
Немногочисленные по раннему времени посетители угощались бесплатным ланчем
и смотрели на стриптизершу, которая съезжала по длинному спиральному желобу,
отделенному от зала колючей проволокой. Все ее тело было покрыто шелковистыми
серыми волосами, кроме груди, которую выбрили налысо. Десмонд оглядел кабинки у
дальней стены. Потом взял Таха под локоть и отвел его в темный уголок, где с кружкой
пива сидел мужчина в теплой куртке.
- Теперь сюда и джокеров пускают? - неприветливо осведомился он, когда они
приблизились. У него были крупные оспины на лице.
Tax скользнул в его сознание.
"Черт побери, вот принесла нелегкая. Этот, с хоботом, из "Дома смеха", а второй
кто? Чертовы джокеры. Вечно с ними одни проблемы".
- Где Баннистер держит Ангеллик? - спросил Дес.
- Ангеллик - та цыпочка из "Дома смеха", да? Я не знаю никакого Баннистера.
Что за шутки? Проваливай, джокер, мне не до тебя.
В его мыслях одна за другой промелькнули картины: вот разбиваются вдребезги
зеркала и серебристые осколки разлетаются в разные стороны; он почувствовал, как
Мел толкнул его, и увидел, как тот потянулся за пистолетом, а затем вздрагивал и
отшатывался каждый раз, когда в него попадала пуля. Tax услышал негромкий голос
Баннистера, приказывавший им убить Рут, увидел склад на берегу Гудзона, где
похитители держали Ангеллик, багровые синяки на ее теле, почувствовал страх этого
человека - страх разоблачения, страх перед джокерами, перед Баннистером, перед
ними. Тахион вышел из его сознания и сжал руку Десмонда.
- Эй, постойте-ка, - приказал рябой и махнул значком. - Сотрудник
наркоконтроля, - сообщил он, - а вы, мистер, явно по моей части, раз задаете такие
вопросы. Ну-ка, поглядите на это, - сказал он, вытаскивая пакетик с белым порошком
из кармана Десмонда. - Интересно, что здесь у нас? Ты арестован, урод.
- Это не мое, - спокойно отозвался Дес.
- Черта с два, - сказал рябой, а в уме у него пронеслось: "Маленькое
недоразумение; он оказал сопротивление при задержании. Что я мог поделать?
Джокеры поднимут бучу, но кто послушает поганых джокеров? Вот только что делать
со вторым?" Он бросил взгляд на Тахиона. "Бог ты мой, да он весь трясется. Может
быть, он действительно нарик, вот это было бы здорово".
Тахион с содроганием понял, что наступил момент истины. На этот раз все было не
так, как с Крошкой: тогда он подчинился слепому инстинкту, сейчас же - отдавал
себе отчет в своих действиях. Когда-то это было очень просто, ничуть не сложнее, чем
щелкнуть пальцами. Но теперь эти пальцы тряслись, и на них была кровь... и на его
сознании тоже... Он подумал о Блайз и о том как раскололся ее разум под его
прикосновением, подобно зеркалам в "Доме смеха". Бесконечно долгий ужасный миг
ничего не происходило, так что горло у него перехватило от страха, а рот наполнил
знакомый вкус неудачи.
И тогда рябой улыбнулся идиотской улыбкой, вернулся обратно в свою кабинку,
уронил голову на стол и заснул сном младенца.
Дес и глазом не моргнул.
- Твоих рук дело?
Тахион кивнул.
- Как ты дрожишь! Ты в порядке?
- Думаю, да, - ответил Тахион. Полицейский громко захрапел. - Да, думаю, я
действительно в порядке, Дес. Впервые за много лет. - Он взглянул в лицо джокера,
но не на его уродливый нос, а на человека, который под ним скрывался. - Я знаю, где
она. Нужно действовать как можно быстрее.
Они двинулись к выходу. В клетке полногрудый бородатый гермафродит принялся
бешено вращать бедрами.
- Через час у меня будет двадцать человек.
- Нет, - покачал головой Тахион. - Они держат ее не в Джокертауне.
Рука Десмонда застыла на дверной ручке.
- Понятно, - сказал он. - А за пределами Джокертауна джокеры и люди в
масках будут как на ладони, верно?
- Вот именно, - Тахион не стал говорить вслух о своем другом опасении - о
расправе, которая неминуемо последует, если джокеры отважатся пойти на
столкновение с полицией, пусть даже такой продажной, как Баннистер с его шайкой.
Он сам пойдет на такой риск, все равно ему больше терять нечего, но нельзя допустить,
чтобы рисковали другие. - Ты можешь связаться с Черепахой? - спросил он.
- Я могу отвести тебя к нему, - ответил Дес. - Когда?
- Сейчас, - сказал Tax.
Через час-другой спящий полицейский очнется и отправится прямиком к
Баннистеру. И что же он ему расскажет? Что Дес с человеком в цыплячьей маске
задавали разные вопросы и он совсем уже было собрался арестовать их, как вдруг его
ужасно потянуло в сон? И он осмелится признаться в этом? Если так, какие выводы
сделает Баннистер? Достаточные для того, чтобы куда-нибудь перепрятать Ангеллик?
Или чтобы убить ее? Они не могут так рисковать.
Когда они выбрались из полумрака "Шизиков", кран как раз опустил вторую
полицейскую машину на тротуар. Дул холодный ветер, но доктор Тахион
почувствовал, что под цыплячьими перьями начинает потеть.
Том Тадбери проснулся оттого, что кто-то приглушенно колотил по панцирю.
Он сбросил ветхое одеяло, стал садиться и ударился головой.
- Вот черт! - выругался он, пытаясь в темноте нащупать свет.
В дверь продолжали барабанить. Тома охватила паника. Это полиция, подумал он,
они нашли меня, сейчас вытащат и отволокут в участок. Удар оказался сильным:
голова продолжала болеть. Внутри было холодно и душно. Он включил обогреватель,
вентиляторы и камеры. Экраны замерцали.
Снаружи стоял ясный и холодный декабрьский день, и в ярком солнечном свете
каждый закопченный кирпичик был виден как на ладони. Джоуи поездом вернулся
обратно в Байонн, но Том решил остаться; время уходило, и у него не было другого
выбора. Дес отыскал для него безопасное местечко - укромный внутренний дворик в
закоулках Джокертауна, окруженный пятиэтажными развалюхами. Когда он
приземлился - это было перед самым рассветом, - огни заиграли на нескольких
темных окнах, и из них осторожно высунулись лица, чтобы вглядеться в сумрак;
настороженные, боязливые, не вполне человеческие, они показались всего на миг и
столь же быстро исчезли, когда сочли, что приземлившаяся в их дворе штуковина их
не касается.
Том зевнул, уселся в кресло и передвигал камеры до тех пор, пока на экране не
появились виновники его душевного смятения. У открытого люка стоял Дес, скрестив
руки на груди, а доктор Тахион барабанил по панцирю палкой от метлы.
Изумленный Том включил микрофоны.
- ВЫ?
Тахион поморщился:
- Пожалуйста.
Том убавил громкость.
- Прошу прощения. Вы застали меня врасплох. Вот уж не ожидал увидеть вас
снова. Я имею в виду, после прошлой ночи. Вы не ушиблись? Я не собирался
причинить вам вред, я просто...
- Я все понимаю, - кивнул Тахион. - Но сейчас не время предаваться взаимным
обвинениям и просить друг у друга прощения.
Дес на экране начал уплывать куда-то наверх. Черт бы побрал эту кадровую
синхронизацию.
- Мы знаем, где ее держат, - сказал джокер, продолжая дрыгаться. - То есть
если доктор Тахион действительно может читать мысли, как он утверждает.
- В складском здании на берегу Гудзона, - пояснил такисианин. - Неподалеку
от пирса. Я не могу назвать адрес, но я ясно видел его в мыслях того мерзавца. Я узнаю
это место.
- Отлично! - с жаром воскликнул Том. Он плюнул на попытки отрегулировать
кадровую синхронизацию и грохнул по экрану кулаком. Картинка застыла. - Тогда
они у нас в руках. Полетели. - Выражение лица Тахиона ошарашило его. - Вы же
полетите, да?
- Да.
Слава богу, подумал Тадбери; в какой-то миг ему показалось, что ему придется
заниматься всем в одиночку.
- Забирайтесь, - велел он.
Тахион с видом полной покорности судьбе вскарабкался на поверхность панциря,
скребя ботинками по броне. Том крепко ухватился за подлокотники и оторвал
"черепаху" от земли. Она взмыла в воздух с легкостью мыльного пузыря. Тома
переполняло ликование: вот каково его предназначение! Должно быть, Джетбой
чувствовал то же самое.
Гудок, который Джоуи установил на панцирь, был не гудок, а настоящий зверь.
Они уже летели над городскими крышами, и Том выплеснул свои чувства, вспугнув
стайку голубей и парочку пьяниц.
- Возможно, было бы разумнее лишний раз не привлекать к себе внимания, -
тактично заметил Тахион.
Том расхохотался.
- Ч
...Поділитися у соцмережах
