Жанр: Триллер
повести и Рассказы
...ие его
глаза блеснули, когда он посмотрел мне в лицо. У меня поползли мурашки по телу.
- В другой раз я бы... - Он внезапно замолчал. Я понял. Он хотел сказать, что в
другой раз он убил бы араба, но не договорил, чтобы я не подумал, что он хвастун и
хочет оскорбить меня.
- Ты хорошо поступил, Хода Хан, - продолжил он, - и в награду можешь
оставить себе пистолет араба, который у тебя в кармане. А теперь иди.
Но, клянусь Пророком и могу руку дать на отсечение, Эль Борак не смотрел на
меня, когда я украдкой прятал пистолет!
Некоторые видели, как араб вылетел из палатки, и засыпали меня вопросами. Я
рассказал о драке, но ничего не сказал о том, что произошло между Гордоном и ибн
Зарудом.
Яр Али Хан завидовал - ведь другой, а не он помог Эль Бораку в схватке - и был
готов поссориться со мною, давно решив про себя, что будет правой рукой Гордона.
Араб ушел в свой лагерь, и некоторые воины - Багхила Хан, Лал Сингх и
особенно Яр Али - хотели напасть на его стоянку, но Гордон запретил. Вскоре люди
сафари сложили палатки и ушли.
Мы двинулись в противоположном направлении и скоро набрели на селение в
джунглях. Оно состояло из нескольких хижин, сделанных из травы пополам с глиной и
окруженных стеной из того же материала. Люди из деревни, чернокожие и очень
некрасивые, принесли нам фрукты, козлятину и молоко в больших тыквах. Эти негры,
очень уродливые и грязные, носили только повязки на бедрах. Подошли и женщины,
но Гордону не понадобилось запрещать нам что-нибудь с ними делать, потому что
негритянки были еще уродливее мужчин и носили большие кольца в носу.
Покинув деревню, мы подошли к реке, которую Гордон называл Лимпопо. Мы
переплыли ее на лодках туземцев и на другом берегу обнаружили еще одну деревню.
Там наняли носильщиков, потому что наши захотели вернуться к себе домой на
побережье. Скоро джунгли кончились, и отряд вышел на широкую равнину, покрытую
густой травой. Гордон называл эту равнину саванна. Здесь были львы, буйволы,
антилопы и много бабуинов на маленьких холмах, которые Гордон называл копье.
Мы разбили лагерь в саванне. Эль Борак, Багхила Хан, Лал Сингх, Гхур Шан и Яр
Али держали совет в палатке Эль Борака.
Потом Эль Борак нам сказал:
- Вы зашли со мной так далеко, ничего не зная о моих планах и веря, что я
приведу вас к хорошей добыче. Теперь вы должны знать, куда я собираюсь идти. В
Центральной Африке есть удивительный народ, имеющий много золота и драгоценных
камней. Это самое древнее государство из тех, которые существовали здесь и о
которых помнят люди. Я много слышал о нем, но до недавнего времени не знал точно,
где оно находится.
- А как далеко до этой страны? - спросил Ормузд Шах.
- Около тысячи миль на северо-запад, - ответил Эль Борак.
Мы все выразили недовольство, услышав такое.
- Хо, - воскликнул Яр Али Хан, - последовав за Эль Бораком, вы доказали, что
вы мужчины. Что же вы теперь жалуетесь? Отсюда до Афганистана расстояние вдвое
больше.
Тогда Эль Борак снова заговорил. Он рассказал нам о великолепии той древней
империи и о золоте и драгоценных камнях, которые мы там добудем. И в самом деле,
Эль Борак обладал таким даром красноречия, что, когда он закончил говорить, никто
из нас не захотел вернуться.
- А вы уверены, что араб дал вам верный ключ? - спросил Багхила Хан Эль
Борака не тогда, когда мы держали совет, а уже после, и это подслушал Абдулла
Гхулаб.
- Конечно, - ответил Эль Борак. - Он был так уверен в своей хитрости, что у
него и мысли не возникло, что я постараюсь выведать все, что он знает. Это не на
британской и не на французской территории, нужное нам место находится,
несомненно, в Бельгийском Конго. Хасан ибн Заруд думал, что я дурак.
- Так же, как и Хумаил Хан, - заметил Яр Али с жестокой усмешкой.
Когда шли через саванну, Гордон разрешил охотиться, так что Магомет Али и я
вместе с другими прошли по равнине, обогнули холм и натолкнулись на туземца,
совершенно непохожего на тех негров, которых мы видели в джунглях. Это был
высокий человек, молодой и хорошо сложенный, одетый только в набедренную
повязку, державший в руке тяжелую дубинку примерно в три фута длиной, с большим
набалдашником на конце. Он казался мускулистым и быстрым, как пантера, и черты
его лица походили на европейские.
Мы заговорили с этим негром, но он не понимал нашего языка, а его язык не был
похож на язык носильщиков, который мы немного знали.
- Давайте возьмем его в плен, - сказал Магомет Али, - и доставим к Эль
Бораку.
Я согласился, и мы набросились на него все одновременно, намереваясь бить
прикладами винтовок, если он будет сопротивляться. Но он не тронулся с места и
сильно ударил меня прямо по голове своей дубинкой. Хорошо, что у меня на голове
был большой тюрбан. Магомет Али, увидев это, выхватил саблю, но негр уклонился и
ударил его. Магомет Али упал.
Тем временем Лал Сингх также обогнул холм и вмешался в происходящее, так как
он говорил на языке этого негра. Гордон научил его многим языкам.
- Вы оба дураки, - сказал сикх с большим презрением. - Этот человек из
племени, которое Гордон хочет сделать своим союзником.
И он повернул назад в лагерь, негр пошел вместе с ним, а мы следовали позади
несколько удрученные. Гордон и чернокожий долго беседовали. Негра звали Уналанга,
и он был из племени зулу.*
Он проводил нас в деревню, которую называл крааль.** Когда мы приблизились,
отряд вооруженных людей вышел нам навстречу. Они все были высокими крепкими
мужчинами со щитами и короткими тяжелыми копьями, боевыми топорами и
дубинками. Одеждой служили лишь набедренные повязки, а головы украшали кольца
из черного каучука.*** Гордон и Уналанга поговорили с ними. Зулусы пригласили нас.
Было такое впечатление, что они слышали о Гордоне. И в самом деле, кто на Востоке о
нем не слышал!
* Зулу, или зулусы - народ группы банту в ЮАР.
** Крааль - поселение кольцевой планировки, обычно укрепленное изгородью. В
центре - загон для скота.
*** Кольцо из каучука или воска носили заслуженные воины.
Мы встали лагерем возле крааля. Эль Борак запретил всем своим людям вольно
обращаться с зулусскими женщинами, сказав, что зулусы убьют каждого, кто чтонибудь
такое сделает. При этом все поворчали немного: ведь женщины в краале совсем
не походили на тех - в джунглях. Они были очень миловидны, и, по правде сказать, я
сильно сомневался, что все выполнят приказ Гордона, потому что многие зулусские
девушки находили повод приходить в лагерь и совсем нас не дичились.
Гордон долго говорил с вождем крааля, и тот согласился дать двадцать молодых
воинов для нашего сопровождения. Гордон подарил ему бусы, цветастую одежду, ром
и ружье с боеприпасами. Как и в Кадаре, Эль Борак отобрал только молодых
неженатых воинов. Среди них был и Уналанга, который командовал соплеменниками.
Гордон наполовину в шутку называл их импи, что на языке зулусов означает
"воин", Уналангу назвал индуна, что значит "генерал".
Покинув крааль, мы отправились на северо-запад, далеко обогнув место под
названием Булавайо. Вскоре нас остановил английский офицер с отрядом конных
чернокожих солдат.
Англичанин хмурился и казался очень сердитым. Спешившись, он спросил
Гордона, что означает вторжение отряда вооруженных людей на британскую
территорию и откуда он пришел.
Гордон улыбнулся и пригласил его выпить. О том, что произошло между ними,
рассказал нам позже Яр Али Хан, который слышал их разговор. Гордон позволил ему
рассказать.
Англичанин был очень зол, говорил о тюрьме и о том, что его солдаты будут
стрелять, а Гордон в это время улыбался.
- Вы были в Тунисе в такое-то время? - спросил он англичанина.
Офицер удивленно посмотрел на него и ответил, что был.
- Так я и думал, - сказал Эль Борак, улыбаясь. - Я никогда не забываю лица.
Прекрасная жена... - Здесь он понизил голос и сказал несколько слов так тихо, что Яр
Али ничего не разобрал.
Офицер покраснел, затем побледнел.
- Что вы имеете в виду? - взволнованно спросил он.
Эль Борак иронично улыбнулся.
- Один маленький случай в посольстве, сэр. Мне нет необходимости говорить о
нем более подробно. К тому же и неприятно.
Некоторое время они молча смотрели друг на друга. Англичанин старался
прочитать мысли Эль Борака.
- Вы дьявол, - пробормотал он. - Какова ваша цена?
- О какой цене может идти речь между друзьями? - сказал Эль Борак спокойно.
- Но если моя экспедиция будет остановлена и о ней доложат британскому
правительству, это причинит мне некоторое неудобство.
- Вам никто не будет препятствовать, - ответил англичанин.
- Спасибо, - поблагодарил Эль Борак. - Я заверяю вас, что моя экспедиция
останется на британской земле не дольше, чем это необходимо. Позвольте мне
наполнить ваш стакан, лейтенант. Это шампанское просто изумительно.
Зулусы были просто поражены, когда англичанин со своим отрядом ускакал, не
воспрепятствовав нашему походу.
- Да, - гордо сказал Яр Али Хан, - вы увидели бы еще более удивительные
вещи, чем все это, если б прошли с Эль Бораком столько, сколько я.
Затем он долго рассказывал, как они с Эль Бора-ком убили ужасного дракона в
пустыне Гоби, длиной футов в сто и с когтями, как бивни слона. Впрочем, все это,
возможно, вранье.
В течение нескольких дней мы шли по саванне и достигли той ее части, которая
была заселена племенем матабеле,* народом, родственным зулусам и очень
воинственным. Уналанга им не доверял, и Гордон приказал обходить стороной все
краали и не причинять вреда местным жителям. Пришлось удвоить наших часовых и
продвигаться сомкнутым строем, так что никто из нас не был убит. Но туземцы
постоянно наблюдали за нашим отрядом на расстоянии. Однажды, когда мы стали
лагерем недалеко от крааля, несколько девушек матабеле пришли к зулусам и
попытались завлечь некоторых воинов в крааль. Но Уналанга был умным человеком,
хотя и молодым. Он приказал схватить этих девушек, сильно отхлестать и
выпроводить из лагеря.
* Матабеле - народ группы банту на юго-западе Зимбабве. В начале XIX века
входили в союз зулусских племен. На территорию современного Зимбабве матабеле
пришли из Трансвааля в 1830 году.
Каждую ночь со всех сторон слышался грохот тамтамов, и мы ожидали нападения,
но некоторое время туземцы не шли на нас, хотя Ормузд Шах убил голыми руками
одного матабеле, бросившегося на него, когда оракзай стоял на посту.
Однажды на рассвете какой-то отряд напал на лагерь, но был отброшен огнем
наших винтовок, не причинив нам никакого вреда.
Потом в один из дней похода мы увидели впереди большой отрад воинов примерно
в миле от нас. Гордон поднялся на холм и посмотрел в бинокль.
- Там около ста пятидесяти человек или чуть меньше, - сказал он. - И я вижу
крааль, который находится на расстоянии в два раза меньшем, чем расстояние между
нами и отрядом чернокожих. В селении только старики, женщины и дети. Очень
хорошо. Мы сможем добраться до крааля, поджечь его и вернуться к холму прежде,
чем матабеле подойдут.
Мы слушали его с изумлением. Черные воины расположились впереди нас, а
крааль, о котором он говорил, находился справа. Отряд был, как я уже сказал, в два
раза дальше, чем крааль. План Эль Борака состоял в следующем: зулусы, добравшись
до крааля, подожгут его. Афганцы же должны укрепиться на холме со слугами,
носильщиками и багажом. Гордон рассчитывал вернуться к холму до подхода
матабеле.
Конечно, возникло много вопросов, но Гордон сказал, что ответит на них, когда
мы разгромим матабеле. И в считанные минуты он и зулусы быстро помчались,
пересекая саванну, к краалю. С ними отправились Яр Али Хан и Лал Сингх.
Оставшиеся навалили большие камни на склоне холма возле вершины и
приготовились к бою.
Матабеле опешили - они ожидали, что мы продолжим наше движение, пока не
дойдем до них, а мы сделали совсем по-другому. Они были в растерянности еще и
потому, что Гордон повел своих людей против крааля. Но так всегда действовал Эль
Борак - предпринимал самые отчаянные вылазки и захватывал врага именно тогда,
когда он меньше всего этого ожидал. Гордон никогда не делал того, на что
рассчитывали его враги, и в этом заключался его успех.
Вскоре матабеле прошли через саванну и направились к холму, издавая
воинственные кличи, ударяя щитами и потрясая копьями.
Со своего холма мы слышали отдаленные крики наших зулусов вперемежку со
стуком копий, редкими ружейными выстрелами и воплями женщин. А в это время
матабеле приближались к нашим укреплениям. Они проделали уже почти половину
пути до холма, когда мы заметили языки пламени над краалем. Дикий крик ярости
донесся из рядов приближающихся воинов. Звуки боя еще долетали из крааля, а потом
они утихли, и мы увидели людей, быстро бегущих от крааля через саванну. Это был
Гордон со своими воинами, но я знал, что матабеле доберутся до нас прежде, чем
зулусы добегут до холма.
Когда матабеле оказались на расстоянии ружейного выстрела, заговорили наши
винтовки. Вести огонь с холма было намного легче, чем в горах, и мы редко давали
промах. И все-таки они приближались, охваченные жаждой крови. Некоторые из них
устремились через саванну длинной беспорядочной цепью, чтобы перехватить Гордона
и зулусов. Другие толпой бросились по склону холма. Наши воины стреляли прямо в
их дикие лица, а потом в пылу битвы нами овладела такая ярость, что мы
перепрыгнули через заграждение из камней и набросились на врага с кинжалами,
саблями и ружейными прикладами. Сила нашего удара перенесла всех нас, и афганцев
и матабеле, вниз по склону холма к его основанию.
Там-то они нас и накрыли. Матабеле намного превосходили нас числом, и мы
поняли, что стоило остаться под прикрытием заграждения. Они были вооружены
острыми дротиками, дубинками, боевыми топорами и, кроме того, прикрывались
щитами.
Кое-кто из афганцев видел, как пользуются топорами тибетцы. Мы считали это
оружие грубым и неуклюжим. Но тибетцы пользовались большими топорами на
длинных ручках, это было тяжелое оружие, которым можно только размахивать
направо и налево, а матабеле, как и зулусы, использовали топоры со сравнительно
короткой ручкой, с отточенным, очень широким лезвием, и владели ими с таким же
искусством, как сикхи - своими саблями. Али бин Разил, срубив голову матабеле с
плеч, побежал вниз по склону холма и напоролся бородатым подбородком на боевой
топор, сверкнувший в руках у огромного воина. Мы были окружены. Я видел, как
Ормузд Шах размахивал боевым топором, который он захватил у матабеле. Гхур Шан
прыгал в разные стороны, скалясь, как обезьяна, и, отражая удары копий и топоров
маленьким круглым щитом, рубил и сек направо и налево; его большой кривой нож
покраснел от крови по рукоять. Багхила Хан бился, как пантера, и кричал остальным,
чтобы мы отбивались и отступали назад на холм. Рядом, как волки, дрались еще два
априди.
Казалось, на нас обрушился дождь копий. Вдруг среди хора криков,
разносившихся над местом битвы, послышались новые звуки: удары топоров по щитам
и стук дротиков о дротики. Это подоспел Гордон и его зулусы, которые пробились
через цепь матабеле, старавшихся их перехватить, и ударили с тыла. Я заметил, как
Гордон промелькнул, пробиваясь сквозь ряды врагов; его смуглое лицо казалось
бледным, глаза блестели боевым азартом, в одной руке он держал изрыгающий пламя
револьвер, в другой - индийскую саблю. Чернокожие сражались отчаянно, но зулусы
сокрушили их ряды, и вскоре бой превратился в беспорядочное бегство наших врагов
через саванну в разные стороны. Большинство из них бежало, и мы не испытывали
желания их преследовать.
Эль Борак огляделся.
- Ты дурак, - сказал он Багхиле Хану. - Почему ты не остался за камнями на
холме?
Багхила Хан шагнул к нему. Одежда его была разорвана в клочья и окровавлена,
тюрбан съехал набок, одна рука безжизненно висела от удара дротиком в плечо.
- Это моя ошибка, - сказал он гордо. - Я готов понести наказание.
- Не будет никакого наказания, Багхила Хан, - сказал Эль Борак. - Кто может
удержать Волка в пылу битвы?
- Никто, кроме вас, сахиб, - ответил Багхила Хан.
Эль Борак посмотрел на раненых. Али бин Разил и трое афганцев были убиты в
бою: один, как и Али бин Разил, боевым топором, два других - дротиками. Погиб и
один из зулусов.
Багхила Хан ранен в правое плечо, Ахмед Кулал получил удар копьем в бедро,
Юсеф Хайдер оглушен, и у одного из априди ударом дубинки разбита рука. Не было ни
одного человека из отряда, кто не имел бы ушибов и легких ран. Если бы зулусы
Гордона не появились вовремя, нас наверняка всех бы уничтожили. Эль Борак, Лал
Сингх и один из зулусов перевязывали раненых и собирали оружие, брошенное
матабеле и валяющееся повсюду.
Затем по приказу Эль Борака зулусы убили всех раненых матабеле, кроме одного,
которого они доставили Эль Бораку.
- Передай то, что я скажу, своим инкоси и их индуна, - сказал наш
предводитель. - Я Эль Борак, я Ингиньама, я Волк. Я иду через вашу страну и не
причиняю вам вреда. Не беспокойте меня, и я не буду беспокоить вас. Ты видел, как я
разбиваю своих врагов. Скажи своему царю, - здесь Гордон наклонился вперед, и его
глаза сверкнули так, что матабеле отшатнулся, - скажи своему царю, что если он
пошлет против меня других импи, я приду в его крааль и буду убивать до тех пор, пока
мои воины не окажутся по колено в крови матабеле, а его самого свяжу и сожгу в
пламени его собственного дворца.
Пленный воин отпрянул назад.
- Царь убьет меня, если я передам ему твои слова, - сказал он.
- А я тебя убью, если ты откажешься это сделать, - пригрозил ему Эль Борак. -
Скажи царю, что, если он убьет тебя, я через какое-то время убью его.
Итак, этому матабеле отдали оружие и отправили в саванну.
Гордон рассказал, что крааль, который они сожгли, был пуст, если не считать
женщин, детей, стариков и нескольких воинов. Они разбили тех воинов до того, как
зажечь крааль, и вернулись к нам, но ни женщинам, ни старикам, ни детям по его
приказу зулусы не причинили никакого вреда.
Почти все воины покинули крааль, и соседние краали тоже. Молодые воины, с
которыми мы сражались, шли вокруг и впереди нас, другие же присоединились к импи
царя матабеле, собравшего большой отряд. Главные силы матабеле находились далеко
позади нас, и воинам из разных краалей было приказано преградить нам путь, чтобы
импи могли нас догнать. Все это Гордон узнал от пленников, взятых в краале.
Итак, мы возобновили наш поход и шли очень быстро. Подойдя к следующему
краалю, мы напали на него и захватили около шестидесяти буйволов. Кафры* обучали
их для верховой езды, как другие люди - лошадей. Наши слуги и носильщики были
жителями джунглей и совсем не умели ездить верхом на этих животных. Да и
афганцам оказалось непросто научиться подобной езде, но зулусы с легкостью это
делали, ведь они соседи матабеле и имеют сходные обычаи.
На этих быках мы передвигались очень быстро, тем более что в каждой деревне
захватывали свежих буйволов. Воины матабеле никогда не приближались настолько,
чтобы мы увидели их лазутчиков. Иногда вооруженные отряды пытались нас
остановить, но мы были верхом, а они нет, так как на войне матабеле редко ездят
верхом. Мы объезжали неприятеля вокруг и легко нападали на краали чернокожих, а
скрывались прежде, чем они добирались до своих деревень.
Вскоре мы подъехали к границе другого племени. Они были не кафры, как
матабеле и зулусы, а племенем, родственным бечуана** и называвшимся маколала.***
Это племя оказалось не таким воинственным, как матабеле, и намного менее диким,
чем бечуана.
* Кафры - южные зулусы, или коса.
** Бечуана - народ банту, население пограничных районов ЮАР и Зимбабве. При
расселении потеснили основных жителей - бушменов.
*** Маколала - народ из группы суто (банту).
Маколала относились к нам дружественно, и Эль Борак подарил им буйволов,
которых мы захватили у матабеле. Он сказал, что отрад скоро войдет в джунгли и они
нам будут только мешать. Негры из джунглей, наши носильщики, захотели вернуться к
себе домой на Лимпопо, и Гордон отдал им заработок бусами, одеждой и ромом. Они
отправились домой, несмотря на матабеле. Эль Борак нанял других носильщиков из
деревень маколала. Они были высокими, крепкого телосложения, хотя и не крупными
людьми, хорошего нрава, и чем-то напоминали больших детей: все время смеялись,
кричали, ссорились и танцевали.
Мы покинули деревню, где наняли носильщиков, и отправились дальше. Саванна
постепенно переходила в лес с большими круглыми лужайками между деревьев. Здесь
было много деревень маколала из тех племен, которые населяли всю эту землю до юга,
пока матабеле не пошли на север из Трансвааля и не выгнали их оттуда. Здесь и там мы
видели деревни готтентотов,* народа, который сотни лет назад пришел сюда из какойто
другой земли и уничтожил людей, живших здесь, так что теперь никто не знает,
какие племена были до них. Затем на эту землю пришли маколала, завоевали ее и
обратили готтентотов в рабов.
* Готтентоты - относятся к бушмено-готтентотской расе. Рост несколько
выше, чем у бушменов. Населяли западные области Южной Африки и были
оттеснены миграциями банту.
Готтентоты были очень дикими. Цвет кожи у них не такой черный, как у маколала,
и не такой бронзово-коричневый, как у кафров, но темно-желтый. Они жили в
маленьких грязных хижинах и ходили совершенно обнаженными - как мужчины, так
и женщины. Затем нам встретились бушмены, которые оказались даже ниже ростом,
чем готтентоты, и едва ли обладали человеческой речью. Их было не так много, как и
готтентотов, и жили они дальше, на юге. Гордон сказал, что они вынуждены обитать в
пустыне и болотах, потому что сильные племена захватили более удобные земли.
Бушмены были, возможно, потомками тех племен, которых завоевали готтентоты. Они
ненавидели готтентотов, что подтверждает это мнение.
Мы прошли через эту страну, которая, как я сказал, похожа на большой парк с
огромными баобабами, возвышавшимися над землей более чем на сто футов.
Наши лазутчики-зулусы вернулись с известием, что какой-то отряд идет походом и
быстро к нам приближается. Отряд очень большой, и воины неизвестно какого
племени. Их около двух сотен, так сказали лазутчики.
- Они из незнакомого племени, - сказал один из разведчиков по имени
Умбелази. - Мы никогда прежде таких не видели. У воинов зубы заточены и острые,
как у крокодилов.
- Каннибалы, - сказал Эль Борак. Он заставил построить вокруг лагеря частокол,
который мы сделали из поваленных деревьев, обтесав стволы, врыв в землю и поставив
стеной вокруг палаток. Большую часть работы сделали маколала.
Мы разбили лагерь радом с большим баобабом, и Гордон послал Абдуллу Гхулаба,
Шаха Абдура, Абдул Хана и Яра Уллу залезть на дерево, взяв винтовки, и затаиться в
листве.
Затем, оставив Багхилу Хана и Уналангу во главе лагеря, Гордон взял Яра Али, Лал
Сингха, Гхур Шана и двух зулусов, Умбелази и Сакатру, и скользнул в лес, который
походил на джунгли, потому что оказался очень густым, но все-таки это были не
джунгли.
Через некоторое время из леса появилось около двухсот воинов. Увидев наш
частокол, они остановились. Но потом двинулись вперед, а когда подошли на
ружейный выстрел, мы открыли огонь по команде Багхилы. Каннибалы сразу же
скрылись за деревьями и в густой траве, посылая в нашу сторону тучи стрел. Один из
них, высокий, безобразный воин, встал и стал стрелять из ружья. В то же самое
мгновение раздался выстрел, но не из лагеря, а откуда-то из зарослей, и каннибал упал
ничком. Тогда мы вновь открыли огонь, стараясь не тратить патроны зря, но стреляя,
заметив любое движение в лесу. Мы знали, что не раним ни Гордона, ни его людей,
поскольку они были далеко. Каннибалы отвечали на нашу пальбу стрелами, копьями и
ружейными выстрелами. Они окружили нас и подбирались лесом все ближе и ближе.
Но до лагеря оставалось еще более ста ярдов свободного места. Стрелки на деревьях
имели большое преимущество, ведь они видели негров, которые не спрятались как
следует. Зулусы хотели напасть на каннибалов, но у них не было ружей, и Уналанга им
запретил. Скоро из леса раздался крик леопарда, дважды повторившийся, и Багхила
приказал прекратить огонь и не стрелять, пока мы не удостоверимся, что это каннибал.
Потом донесся дикий и торжествующий волчий вой, и мы поняли, что это Эль
Борак кого-то убил. Каннибалы на миг перестали стрелять, но тотчас же начали снова.
Вдруг высокая трава стала шевелиться, как будто в ней боролись два человека. На
секунду над травой показалось оскаленное лицо Гхур Шана, и он выкинул наружу
голову негра. В следующий момент это место стало мишенью для двух сотен стрел и
ружейных пуль, но мы знали, что Гхур Шан уже скрылся в лесу.
Такая быстрота и безнаказанные убийства соплеменников начали действовать на
каннибалов раздражающе, о чем свидетельствовали яростные крики и беспорядочная
пальба. Я не сомневался, что Яр Али и Лал Сингх еще кого-нибудь убили, так же как и
зулусы. Потому что трава зашевелилась и на открытое место вышли, покачиваясь, два
чернокожих, сжимая друг друга в жестокой схватке. Мгновение они качались, затем
один оторвался от другого, устремился на своего врага и пригвоздил его к земле
копьем. Потом выдернул его, взмахнул оружием и с победным кличем снова нырнул в
заросли. А зулусы за частоколом издали торжествующий крик, так как победителем
был Умбелази.
Какое-то время каннибалы поддерживали огонь. Затем вдруг выскочили из
укрытий и бросились на частокол, испуская дьявольские крики. Это были высокие,
худые люди, большинство из них отвратительные на вид, с остро заточенными зубами,
совершенно голые, вооруженные луками, длинными копьями и щитами. Они
пробежали, атакуя нас, почти до самого частокола, затем дрогнули под огнем наших
ружей и бросились обратно в лес. Они оказались не такими сильными воинами, как
матабеле. Ни один из нас не получил ранения, кроме Лал Сингха, легко раненного в
руку копьем каннибала, которого он зарубил саблей в лесу. Мы посчитали убитых,
включая тех, кого убил Гордон со своими людьми, - их насчитывалось сорок. Все
зулусы, кроме Умбелази и Сакатры, выказали
...Поділитися у соцмережах
