Жанр: Триллер
повести и Рассказы
...икой силой, что карают
смертью за малейшее упоминание о людях-змеях в разговоре, все с трепетом
склоняются перед Богом-Змеей - слепые глупцы, они не видят связи между ним и той
мощью, которую сокрушили их предки столетия назад. Да, как жрецы, люди-змеи
обладают огромным могуществом, но и это еще не все. - Брул вздрогнул.
- Продолжай!
- Цари владели Валузией как люди, - тихо сказал пикт, - но, погибая в боях,
умирали, как змеи. Так умер тот, кто пал от копья Львиного Клыка, когда мы,
островитяне, воевали с Семью Империями. Но как это могло случиться? Ведь эти цари
рождены были женщинами и жили так, как живут люди! Ответ один: настоящих царей
тайно убивали - ты тоже должен был умереть этой ночью, - а жрецы Змея занимали
их место. И ни одна живая душа об этом не догадывалась.
Царь выругался сквозь стиснутые зубы.
- Да, ты прав, все так, наверное, и было. Давно известно, что тот, кто увидит Змея,
обречен на скорую погибель. Они умеют стеречь свои тайны.
- Дипломатия в Семи Империях - подлинное искусство, - продолжал Брул. -
Люди знают, что среди них есть шпионы Змея и его союзники - такие, например, как
Каануб, барон Блаал. Но никто не решается высказать вслух свои подозрения, все
боятся мести. Люди не доверяют друг другу, а дипломаты не говорят между собой о
том, о чем все думают. Если бы удалось выявить среди них хоть одного человека-змея,
разоблачить его на глазах у всех, дело было бы наполовину сделано - люди
объединились бы и покарали предателей. Но пока только у Ка-ну хватает ума и
смелости бороться со жрецами Змея. И даже ему было известно лишь то, что уже
произошло. До сих пор я мог предугадывать события - Ка-ну знал о них, - но с этой
минуты мы можем рассчитывать лишь на самих себя. Думаю, что пока мы в
безопасности. Люди-змеи там, за дверью, не покинут поста до тех пор, пока их не
заменят настоящими гвардейцами. Но можешь не сомневаться - завтра они
попытаются повторить покушение. Что они предпримут - об этом никому не
известно, даже Ка-ну. Мы должны держаться друг за друга, Кулл. Мы либо победим,
либо погибнем вместе. А теперь пойдем со мной, я отнесу эту падаль туда, где лежат
остальные трупы.
Они направились вниз по коридору. Их ноги ступали бесшумно, лица матово
светились в мертвенном свете. Куллу за каждым поворотом чудилась засада, пустота
коридора настораживала, и в нем снова проснулись подозрения: не ведет ли пикт его в
засаду? Кулл пропустил Брула вперед, и его обнаженный меч повис над незащищенной
шеей пикта - если предаст, то погибнет первым. Однако Брул, даже если догадывался
о сомнениях царя, ничем не показал этого. Он спокойно шагал вперед и остановился
только тогда, когда они вошли в какую-то заброшенную, пыльную комнату. Брул
раздвинул складки тяжелых занавесей, висевших на стенах, и сбросил на пол тело.
Когда они возвращались, Брул вдруг остановился так внезапно, что царь едва не
проткнул его шею все еще занесенным над пиктом мечом.
- Там кто-то есть, - шепнул он. - Ка-ну утверждал, что коридоры будут
пустыми, но...
Он вытащил меч и осторожно ступил вперед. Кулл последовал за ним. Коридор
повернул, и они увидели перед собой странное призрачное сияние. Они прижались
спинами к стене, напряженно ожидая, что произойдет дальше. Кулл услышал
свистящее дыхание пикта, теперь он больше не сомневался в его преданности.
Сияние обрело форму - неясный силуэт, похожий на человеческий, его контуры
постоянно менялись, словно его окутывало облако дыма. По мере приближения
очертания человеческой фигуры становились все более явственными. Наконец они
увидели огромные лучистые глаза на лице, которое, казалось, испытало все возможные
муки и страдания. В них не было угрозы, лишь безбрежная печаль, а это лицо, это
лицо.
- Всемогущие боги! - выдохнул Кулл. - Это Эаллал, царь Валузии, погибший
тысячу лет назад!
Брулу впервые за ту страшную ночь изменила выдержка: его глаза расширились от
ужаса, меч в руке задрожал. Кулл стоял, выпрямившись, крепко сжимая рукоять меча.
Его лоб заливал холодный пот, на голове волосы встали дыбом, но он был царем царей
и готов был сразиться с любым врагом, живым или мертвым.
Призрак спокойно шагал, не обращая на них никакого внимания. Кулл отшатнулся,
когда он проходил мимо, ощутив на лице его ледяное, словно порыв северного ветра,
дыхание. Тень Эаллала тихим мерным шагом прошествовала далее и исчезла за
поворотом коридора.
- О боги! - простонал Брул, вытирая со лба обильный пот. - Это был дух, а не
человек.
- Да, - кивнул головой Кулл. - Ты узнал его лицо? Это было лицо Эаллала,
царя, властвовавшего в Валузии тысячу лет назад, его коварно убили в комнате,
которую с тех пор называют проклятой. Ты, наверное, видел его статую в Галерее
Славы Царей.
- Верно. И я начинаю припоминать эту историю. Клянусь Валком, Брул, это было
очередное свидетельство страшного могущества жрецов Змея. Они убили этого царя и
заставили его душу служить им. Мудрецы недаром говорили, что если человек
погибает от руки людей-змей, его душа обрекается на вечное рабство.
Кулл задрожал.
- Это страшная судьба. Послушай, - его стальные пальцы сжались на предплечье
пикта, - если эти твари ранят меня смертельно, добей меня своим мечом, чтобы
спасти душу.
- Клянусь! - ответил Брул. - И ты обещай сделать то же самое.
Их ладони встретились, скрепляя могучим рукопожатием кровное соглашение.
IV. Маски
Кулл сидел в тронном зале и задумчиво смотрел на море обращенных к нему лиц.
Сановник с длинным витым жезлом тихо и певуче говорил о чем-то, но царь не
слышал его слов. Рядом с ним, ожидая распоряжений, стоял Ту, председатель Царского
Совета. Кулл, когда смотрел в его сторону, содрогался от страшных воспоминаний.
Окружавшая царя придворная жизнь была гладкой, словно поверхность моря между
ударами волн, события ушедшей ночи казались бы сном, если бы взгляд царя время от
времени не падал на опиравшуюся на подлокотник трона мускулистую смуглую руку с
драконьим браслетом - рядом с троном стоял Брул.
Нет, эта странная интерлюдия не была сном. Он сидел на троне в зале приемов,
смотрел на придворных, дам, кавалеров и дипломатов, и ему казалось, что их лица -
всего лишь иллюзия, тень, игра воображения. Он всегда считал эти лица масками, но
прежде смотрел на них со снисходительным презрением, догадываясь, что за ними
скрываются низкие душонки - мелочные, жадные, сладострастные и лживые. Теперь
же, обмениваясь с кем-либо из кавалеров гладкими фразами придворного этикета, он
почти явственно видел, как губы на улыбающемся лице собеседника расплываются, а
на их месте появляется страшная змеиная пасть.
Валузия - страна снов и кошмаров, царство теней, в котором правят призраки, да
и сама власть - не более чем иллюзия. А что тогда составляет настоящую жизнь?
Честолюбие, могущество, гордыня? Мужская дружба, любовь женщины - чего Кулл
не узнал до сих пор, военная добыча - что? Который из Куллов был настоящим -
тот, который сейчас сидит на трон, или тот, который скитался по Атлантиде, тот,
который грабил Западные Острова, или тот, который мечтательно улыбался, глядя на
зеленые морские волны? В конце концов, жрецы Змеи со своей магией пошли лишь
чуть дальше, потому что маски носили все - каждый из мужчин и каждая из женщин.
У них много масок. Но под каждой ли из них скрывается змея?
Шло время, прием близился к завершению, зал, наконец, опустел - в нем остались
лишь Кулл да его молчаливый соратник, если не считать сонной стражи у дверей.
Кулла тоже клонило ко сну. Ни он, ни Брул не смежили глаз в эту ужасную ночь. Кулл
к тому же не спал и в ночь предшествующую, когда Ка-ну впервые намекнул ему о
предстоящих невероятных событиях. Прошлой же ночью, вернувшись в библиотечную
комнату, они бодрствовали до самого рассвета, ожидая нападения, но, как выяснилось,
- напрасно. В дни молодости Кулл, пользуясь своей поистине волчьей
выносливостью, мог несколько дней обходиться без сна. Но сейчас он был измучен
ужасом ушедшей ночи и неустанной лихорадочной работой мысли. Нужно было
отдохнуть, но о каком отдыхе могла идти речь? Хотя и сам он, и Брул не спускали глаз
со стражи ночью, заметить момент замены им так и не удалось. Утром все гвардейцы
без запинки повторили магическую фразу Брула. Ни один из них не заметил чего-либо
особенного, странного, всем им казалось, что они самым обычным образом провели
ночь в карауле. Кулл ничего им не сказал. Он верил, что все они - люди, но
предпочитал пока сохранять все происходящее в тайне.
Брул нагнулся и сказал, понизив голос до шепота:
- Я думаю, Кулл, что они вот-вот ударят. Ка-ну только что подал мне знак. Жрецы
знают, что заговор разоблачен, но не догадываются, как много нам известно.
Мы должны быть готовы к нападению. Ка-ну и вожди пиктов будут поблизости,
пока все более или менее не прояснится. Но знай, господин, если дело дойдет до
решающего сражения, улицы Валузии утонут в крови.
Кулл угрюмо усмехнулся. Он с радостью принял бы любую развязку. Странствия
по лабиринтам чар и иллюзий были глубоко чужды его натуре, он тосковал по звону
мечей и тому сладостному чувству свободы, которое приносит битва.
В зале приемов вновь появился Ту, за ним следовали другие члены Совета.
- Государь, близится назначенное тобой время заседания Совета. Мы готовы
сопровождать тебя.
Кулл встал. Советники, выстроившиеся двумя рядами, опускались на колени, когда
он проходил мимо, затем поднимались и шли следом за ним. У некоторых из них
удивленно поползли вверх брови при виде пиктского воина, гордо следовавшего за
царем, но протестовать вслух никто не решился. Брул свысока, со свойственным всем
варварам вызывающим пренебрежением посматривал на их гладко выбритые лица.
Пройдя по нескольким коридорам, они оказались в зале Совета. Дверь зала, как это
было положено по обычаю, закрыли на замок, и советники стали по рангу
рассаживаться перед возвышением, на которое взошел царь. Брул, не проронив ни
слова, занял место за его спиной.
Кулл обвел взглядом собравшихся. Да, здесь измене места нет. Все семнадцать
членов Совета были ему хорошо знакомы, все они его горячие сторонники еще с тех
пор, когда он только начинал борьбу за трон.
- Народ Валузии, - произнес он традиционное обращение и оборвал,
удивленный тем, что происходило в зале.
Советники, все как один, поднялись на ноги и двинулись к нему. Их лица не
выражали угрозы, но подобное поведение было более чем странным. Один из них
подошел уже совсем близко, когда Брул сделал шаг вперед.
- Ка нама каа лайерама! - загремел в зловещей тишине его голос.
Тот из советников, который шел первым, остановился и сунул руку под тунику.
Брул действовал молниеносно: в воздухе сверкнул его меч, и советник рухнул лицом
вниз на мозаичный пол. Он лежал неподвижно, а его голова расплывалась, как туман
под дуновением ветра, превращаясь в змеиную.
- Бей, Кулл! - крикнул пикт. - Здесь все - слуги Змея!
Все, что было потом, слилось в сплошной кровавый вихрь. Кулл увидел, что
знакомые лица тают, обнажая кошмарные морды рептилий. Они лавиной обрушились
на царя. Разум Кулла отказывался воспринимать происходящее, но тренированные
мышцы воина действовали помимо воли хозяина. Мечи взметнулись вверх, и атака
захлебнулась в потоках крови. Монстры напирали, готовые пожертвовать жизнью ради
уничтожения царя. Их страшные морды тянулись к нему, лишенные век глаза сверкали
лютой ненавистью. В воздухе разливался ужасный смрад - запах змей, знакомый
Куллу по скитаниям в джунглях Кулл не чувствовал ран, хотя его уже несколько раз
задели мечом и стилетом. Он был в своей стихии. Правда, таких противников ему до
сих пор встречать не приходилось, но они были живыми, в их жилах текла кровь,
которую он мог пролить, они умирали, если меч пробивал их тела. Выпад, удар, меч на
себя, поворот... И все же Кулл, несомненно, погиб бы, если бы рядом с ним не было
человека, который защищал его спину. Царь словно сошел с ума. Он даже не пытался
отбивать удары, рвался вперед, обуреваемый единственным желанием: убивать,
убивать, убивать! Кулл, в совершенстве владеющий мечом, казалось, напрочь забыл об
искусстве фехтования, видимо, какая-то струна лопнула в его душе, оставив одну лишь
примитивную жажду крови. Каждый удар его меча сбивал с ног врага, но они толпой
клубились вокруг - и раз за разом Брул принимал на себя нацеленные на царя удары,
поражая противника меткими выпадами снизу. Кулл торжествующе захохотал.
Страшные хари кружились вокруг него в алом тумане. Он почувствовал, что острие
стилета проникает в мышцы его руки, и с размаха опустил меч на голову врага,
разрубая его почти напополам. Затем туман рассеялся, и Кулл увидел пикта, стоявшего
рядом с ним над горой мертвых тел.
- Боги, что это была за битва! - сказал Брул, протирая залитые кровью глаза. -
Если бы они умели владеть мечом, мы, Кулл, легли бы здесь мертвыми. К счастью, эти
жрецы понятия не имеют о военном искусстве. Убивать их было легче, чем кого-либо
другого. И все же, будь их чуть больше, дело обернулось бы иначе.
Кулл кивнул головой, соглашаясь. Бешеное исступление боя покинуло его, оставив
безмерную усталость. Из глубоких ран на груди, плечах, руках и ногах текла кровь.
Брул, сам весь в крови, с беспокойством смотрел на царя.
- Господин, давай позволим женщинам перевязать твои раны,
Кулл отстранил его властным жестом.
- Прежде чем уйти отсюда, надо внимательно все осмотреть. Но ты можешь идти.
Я прикажу, чтобы тебе оказали необходимую помощь.
Пикт невесело рассмеялся.
- Твои раны опаснее... - начал он и оборвал фразу, пораженный внезапно
пришедшей ему в голову мыслью. - О боги! Ведь это вовсе не зал Совета!
Кулл оглядел комнату, чувствуя, что с глаз спадает очередная пелена.
- Нет, это не зал Совета, это та самая комната, в которой погиб Эаллал,
прозванная проклятой, она с тех пор стояла опечатанной...
- Им все-таки удалось обмануть нас! - крикнул взбешенный Брул, пиная ногами
тела, лежащие на полу. - Мы, словно бараны, влезли в их ловушку!
- Итак, перед нами снова их колдовские штучки, - сказал Кулл. - Если в
Царском Совете Валузии остались еще настоящие люди, они сидят сейчас в подлинном
Зале Совета. Поспешим туда!
Оставив позади заполненную трупами проклятую комнату, они пробежали по
пустым коридорам и остановились под дверью Зала Совета. Кулл вздрогнул. Из-за
двери доносился голос - его собственный голос! Царь дрогнувшей рукой раздвинул
портьеры и заглянул внутрь. Там сидели члены Совета, неотличимые от тех, которых
они только что на пару с Брулом отправили на тот свет, а на возвышении стоял... Кулл,
царь Валузии.
- Я схожу с ума, - шепнул сам себе Кулл. - Я - Кулл?. Это я здесь или Кулл -
тот, а я всего лишь отражение чьей-то блуждающей мысли?
Брул схватил его за плечо и резко встряхнул, приводя в чувство.
- Что с тобой? Тебя еще удивляет подобное после всего того, что мы пережили?
Ты что, не видишь, что это - настоящие люди, а на возвышении человек-змея в твоем
облике? Эта тварь собирается править страной вместо тебя. Убей его, иначе мы
погибнем. Алые Убийцы, настоящие, стоят за ним, и кроме тебя никто не сможет до
него добраться. Но поторопись!
Кулл стряхнул с себя оцепенение и поднял голову прежним гордым движением. Он
глубоко вдохнул воздух, словно пловец перед прыжком в воду, и тигриным прыжком
взлетел на возвышение. Брул был прав. Там стояли Алые Убийцы, их реакция
оттачивалась специальными упражнениями и была быстрее мысли. Любой другой,
напавший на узурпатора, погиб бы, не успев к нему прикоснуться. Но появление царя,
как две капли похожего на того, который стоял на возвышении, сбило их с толку.
Замешательство длилось едва ли мгновение, но этого оказалось достаточно. Тот,
второй, попытался выхватить меч, но едва успел дотянуться до рукояти, когда меч
Кулла пронзил его грудь, и монстр, которого все вокруг принимали за своего
властелина, рухнул наземь.
- Остановитесь! - Кулл повелительно поднял руку, успокаивая сидящих в зале, и
показал на труп, лежавший у его ног. Все отшатнулись в ужасе, ибо именно в этот
момент лицо Кулла на нем начало исчезать, открыв отвратительную морду чудовища.
В зале появился Брул, одновременно с ним, но через другую дверь вошел Ка-ну, оба
пожали окровавленную руку царя.
- Граждане Валузии! Вы все видели своими глазами. Вот настоящий Кулл,
величайший из царей, когда-либо властвовавших в Валузии. Могуществу Змея пришел
конец. Приказывай, государь!
- Поднимите эту падаль! - сказал Кулл, и гвардейцы повиновались приказу. - А
теперь ступайте за мной.
Все направились к проклятой комнате. Обеспокоенный Брул хотел поддержать
царя, но тот оттолкнул его руку. Кулл истекал кровью, каждый шаг давался ему с
трудом. Вот, наконец, дверь. Царь хрипло захохотал, услышав испуганные возгласы
спутников. По его приказу гвардейцы сбросили свою ужасную ношу на груду
остальных тел, затем царь жестом приказал всем им удалиться и закрыл дверь. Он
боролся с головокружением, белые удивленные лица вокруг него тонули в багровой
мгле, кровь струйками стекала по телу. Кулл знал, что если не сумеет сделать то, что
задумал, не сделает этого больше никогда.
Скрежетнул меч, выползающий из ножен.
- Брул, где ты?
- Я здесь, государь, - лицо пикта появилось перед глазами, но голос звучал так
слабо, что казалось - между ними сотни миль и сотни лет.
- Помни о нашей клятве. А теперь прикажи им отойти.
Кулл левой рукой отстранил стоявших вплотную к ним советников и поднял меч.
Вложив в удар всю оставшуюся в мышцах силу, он по рукоятку наискосок вогнал его в
дверь, намертво пригвоздив ее к косяку.
- Да будет эта комната теперь проклята вдвойне. Пусть эти гниющие трупы
остаются в ней навеки как символ неминуемого поражения Змея. Я клянусь, что буду
преследовать людей-змей на всех материках и океанах, пока не уничтожу последнего,
и Добро, наконец, победит Зло. В этом клянусь вам я... Кулл... царь... Валузии...
Колени под ним подогнулись, и лица обступивших его придворных закружились в
сумасшедшем танце.
Советники метались вокруг, рыдая и крича. Ка-ну, отчаянно ругаясь, кулаками
проложил себе дорогу к неподвижному телу царя.
- С дороги, глупцы! Хотите погасить в нем последнюю искру жизни, если она еще
теплится в его теле? Что с ним, Брул? Он жив? Умер?
- Умер? - с язвительной улыбкой отозвался пикт. - Не так-то просто убить
такого человека. Он получил пару-другую глубоких ран, но ни одна из них не
смертельна, хотя он и потерял много крови. Лучше будет, однако, если эти олухи
приведут, наконец, женщин - перевязать ему раны. Клянусь Валком, Ка-ну, я и
предположить не мог, что в наши времена живут еще такие, как он, люди. Через пару
дней он уже сядет в седло, и тогда горе проклятым бестиям, они узнают силу руки
Кулла, властелина Валузии.
Роберт Говард
"Царь Кулл"
Алтарь и скорпион
"The altar and the scorpion"
ORC Даумантис
- Бог ползучей тьмы, помоги мне!
Стройный юноша чье, белое тело блестело, как слоновая кость, стоял на коленях в
полумраке. Полированный мраморный пол леденил его колени, но его сердце было
еще холоднее, чем камень.
Высоко над ним, теряясь в сгущающейся тени, нависал огромный лазуритовый
свод, поддерживаемый мраморными стенами. Перед ним сверкал золотой алтарь, и на
этом алтаре сияло огромное хрустальное изображение скорпиона, изготовленное с
искусством, превосходящим обычное мастерство.
- Великий Скорпион, - продолжал юноша свою молитву, - даруй помощь
верующему в тебя! Ты знаешь, как в давно минувшие дни Гонра из рода Меча, мой
великий предок, пал перед твоим святилищем на груду убитых им варваров, хотевших
осквернить его святость. И устами твоих жрецов ты обещал помощь народу Гонры во
веки веков.
Великий Скорпион! Ни разу доселе ни мужчина, ни женщина моей крови не
напоминали тебе о твоем обещании. Но теперь, в этот страшный час, я припадаю к
твоим стопам, чтобы умолить тебя вспомнить о твоем обещании, ради крови, выпитой
мечом Гонры, и крови, излившейся из сердца Гонры!
Великий Скорпион! Турон, верховный жрец Черной Тени, мой враг. Кулл, царь
всей Валузии, идет из своего города пурпурных башен, дабы огнем и мечом поразить
жрецов, противящихся ему и доныне приносящих человеческие жертвы своим темным
древним божествам. Но раньше того, как царь сможет явиться и спасти нас, и я, и
девушка, которую я люблю, будем брошены на черный алтарь в Храме Вечной Тьмы.
Такова воля Турона! Он отдаст наши тела древним и ужасным тварям, а наши душу -
божеству, вечно таящемуся в Черной Тени.
Кулл восседает высоко на троне Валузии и ныне спешит к нам на помощь. Но
Турон правит нашим затерянным в горах городом и уже сейчас идет по моему следу.
Великий Скорпион, помоги нам! Вспомни Гонру, отдавшего свою жизнь за тебя, когда
дикари Атлантиды прошли огнем и мечом по Валузии.
Стройная фигура юноши поникла, голова безнадежно склонилась. Огромное
мерцающее изображение на алтаре блестело ледяным сиянием в тусклом свете, ничем
не показывая, что страстная мольба почитателя странного божества услышана им.
Внезапно юноша выпрямился. Быстрые шаги прозвучали на длинных широких
ступенях снаружи храма. Девушка ворвалась в сумрак арки входа, словно белое пламя,
гонимое ветром.
- Турон! Он идет! - выдохнула она, падая в объятия своего возлюбленного.
Лицо юноши побелело, и он еще крепче обнял свою подругу, тревожно глядя на
двери храма. Шаги, тяжелые из зловещие, прогремели по мрамору, и грозная фигура
возникла у входа.
Турон, верховный жрец, был высоким тощим человеком, трупоподобным
гигантом. Его глаза под тяжело нависшими бровями сверкали, словно озера пламени, и
узкая щель рта щерилась в кривой усмешке. Его единственным одеянием была
шелковая набедренная повязка, за которую был заткнут жуткого вида клинок, а в
костлявой руке он сжимал короткий тяжелый бич.
Две его жертвы прижались друг к другу, уставившись на мучителя
расширившимися глазами. Словно птички на змею. И медленная, покачивающаяся
походка Турона, приближающегося к ним, тоже напоминала извилистое скольжение
ползущей змеи.
- Турон, берегись! - воскликнул юноша храбро, но его голос дрогнул от
охватившего его ужаса. - Если у тебя не осталось страха перед царем или жалости к
нам, бойся оскорбить Великого Скорпиона, под чьей защитой мы сейчас пребываем.
Турон захохотал, сознавая свою мощь и власть.
- Царь! - ухмыльнулся он. - Что мне твой царь, мне, кто могущественней
любого царя? Великий Скорпион? Хо-хо! Забытый бог, божок, о котором помнят лишь
дети и женщины. Ужели ты думаешь, что он спасет тебя от Черной Тени? Дурак! Да
сам Валка, бог всех богов, не смог бы спасти тебя ныне! Ты обещан богу Черной Тени.
Он шагнул к подросткам и схватил их за плечи, глубоко вонзив ногти в мраморную
плоть. Они пытались сопротивляться, но он рассмеялся и с невероятной силой поднял
их в воздух. Он держал их на вытянутых руках, как обычный человек мог бы держать
младенца. Его скрежещущий металлический смех отразился от стен зала, заполнив
воздух бесчисленными отголосками злобной издевки.
Зажав юношу меж колен, он связал девушку по рукам и ногам, хотя она и рвалась
из его цепких, сильных рук. Затем, грубо швырнув ее на пол, связал точно так же и
юношу. Отступив назад, он полюбовался делом своих рук. Наступила тишина,
слышались лишь отрывистые всхлипывания девушки. Затем верховный жрец
заговорил:
- Глупцы, вы надеялись убежать от меня! Всегда люди твоей крови, мальчишка,
противостояли мне в Совете и при дворе. Но теперь ты заплатишь за это. Хо-хо! Я
правлю этим городом сегодня, и пусть будет царем тот, кто может им быть!
Мои жрецы наводнили улицы, и никто не осмелится сказать им "нет"! Если бы
даже царь явился сюда сию минуту, он не смог бы разбить моих воинов так быстро,
чтобы это спасло вас.
Его взгляд обежал внутренность храма и упал на золотой алтарь и безмолвного
хрустального скорпиона.
- Хо-хо! Только дураки могут верить в божество, которому люди давным-давно
перестали поклоняться! У которого нет даже жрецов, дабы служить ему, и чье
святилище существует лишь ради памяти о его былом величии, кого почитает только
простонародье и глупые женщины!
Истинные боги темны и кровавы! Припомните мои слова, когда скоро вы
возляжете на эбеновый алтарь, за которым вечно лежит Черная Тень. И прежде, чем вы
умрете, вы познаете истинных богов, могущественных, ужасных богов, пришедших из
забытых миров и затерянных владений тьмы. Тех, кто был рожден на замерзших
звездах и черных солнцах, скитающихся там, где не увидишь света других звезд. Вы
познаете головокружительную истину о Неназываемом, чью суть нельзя выразить
земными понятиями, но чей символ - Черная Тень.
Девушка перестала плакать и застыла, словно погрузившись в гипнотический
транс. Нетрудно было понять, что за этими угрозами таилась ужасающая, чуждая
человеку бездна, полная чудовищных теней.
Турон протянул подобные клешням руки, чтобы взвалить несчастных подростков
себе на плечи. Его пальцы сомкнулись на нежном плече девушки...
Дикий вопль разбил хрустальный гонг молчания на миллионы дрожащих осколков.
Турон подскочил и тут же рухнул ничком, рыча и вопя. Какое-то крохотное существо
устремилось прочь и исчезло за дверью. Вопли Турона перешли в высокое, тонкое
повизгивание и оборвались. Тишина опустилась, словно туман смерти.
Наконец юноша благоговейно прошептал:
- Что это было?
- Скорпион! - отозвалась девушка низким дрожащим голосом. - Он прополз по
моей груди, не причинив мне вреда, а когда Турон схватил меня, он ужалил его.
И снова наступило молчание. Затем юноша прошептал задумчиво:
- В этом городе никогда не водились скорпионы.
- Великий выбрал его из числа своего народа и послал нам на помощь! -
прошептала девушка. - Боги никогда и ничего не забывают, и Великий Скорпион
сдержал свое слово. Возблагодарим же его!
И связанные по рукам и ногам юные влюбленные распростерлись ниц и долго
лежали так, вознося хвалу огромному, безмолвному, сверкающему скорпиону на
алтаре, - пока далекий звук множества сер
...Поділитися у соцмережах
