Жанр: Научная фантастика
Сборник рассказов и повестей.
...было ни намека на движение, ни намека на свет. Всматриваясь в ее черную
пасть, Шелдон гадал, что же там такое, что может явиться оттуда - или, напротив,
устремиться туда. Так или иначе, он был убежден, что там, за дверью молельни,
скрыт ключ к загадке гуглей, к загадке их регресса, ибо представлялось
несомненным одно: сама молельня была воздвигнута как подготовительный шаг к
регрессу. ~Ни при каких обстоятельствах,~ окончательно решил он, ~культура
класса 14 неспособна воздвигнуть такую молельню.~
По окончании трапезы вождь встал и произнес короткую речь из двух пунктов:
он рад, что гости сочли возможным поужинать сегодня вместе с племенем, и теперь
им предстоят развлечения. Харт тоже встал и тоже произнес речь, заверив, что
земляне счастливы прибыть на планету Зан и что экипаж готов, в свой черед,
предложить небольшую развлекательного программу, если вождю будет угодно ее
посмотреть. Вождь сообщил, что ему будет угодно и его народу тоже. Затем он
подал знак, хлопнув в ладоши, в круг вышли десять-двенадцать юных гуглянок и
исполнили какие-то ритуальные фигуры, перемещаясь и покачиваясь без музыки. От
Шелдона не укрылось, что гугли следят за танцем очень внимательно, но сам он не
мог уловить в фигурах ни малейшего смысла, даром что прошел основательную
подготовку по инопланетным ритуальным обычаям.
Гуглянки покинули сцену. Два-три землянина, не разобравшись,
зааплодировали, но хлопки быстро погасли, перейдя в смущенную тишину: сами
дикари оставались смертельно серьезны.
Затем один из гуглей вытащил тростниковую дудочку - не ту ли самую, в
создании которой принял консультативное участие Сальный? - и, скрючившись в
центре круга, принялся извлекать из нее дикие, ни с чем не сообразные звуки,
которые посрамили бы самого писклявого земного волынщика. Это длилось чуть не
целую вечность, так и не приблизившись к мелодии, и на сей раз весь экипаж, -
вероятно, от восторга, что мука оборвалась - принялся гикать, улюлюкать,
аплодировать и свистеть, будто требуя продолжения, хотя не возникало сомнений,
что имелось в виду - совсем наоборот.
Вождь обратился к Шелдону с вопросом, что такое делают люди. Пришлось
изрядно вспотеть, объясняя обычай аплодисментов. Однако выяснилось, что два
номера вчистую исчерпали развлекательную программу, как ее понимали гугли, и
даже захотелось спросить, неужели вся деревня не сумела измыслить ничего
большего, - координатор сильно подозревал, что да, не сумела, но от вопроса всетаки
воздержался.
И настала очередь экипажа.
Бандиты из машинного отделения сгрудились вместе, обняв друг друга за
плечи в лучших варварских традициях, и спели полдюжины песен, а Сальный
аккомпанировал, наяривая на гармонике. Они пели старые земные песни, до которых
так охочи космические бродяги, и глаза у них блестели от невыплаканных слез.
Не прошло и нескольких минут, как к певцам присоединились добровольцы из
экипажа, а меньше чем через час весь личный состав корабля подхватывал каждую
песню, отбивая ритм ладонями по почве и запрокидывая головы, чтобы земные слова
уносились повыше в чужое небо.
Потом кого-то осенило, что надо бы и сплясать. Один из мотористов выкликал
пару за парой, а Сальный склонился над гармоникой еще ниже, выкачивая из нее
знакомые мотивчики - №Старик Джо Таккер¤, №Коричневый кувшинчик¤, №Старая серая
кобыла¤ и так далее и тому подобное.
Шелдон проглядел, когда и как это произошло, но пар на площадке вдруг
прибавилось. Гугли тоже пустились в пляс, поначалу немного сбиваясь, но под
руководством земных учителей совершенствуясь на глазах.
В круг входили новые и новые танцоры, пока танец не захватил всю деревню,
включая и вождя. Правда, Сальный вскоре выдохся, что и не мудрено - пот тек у
него по лицу ручьями. Но тут вновь объявился гугль с тростниковой дудкой и
присел рядом с коком. И вроде бы враз ухватил, как играть музыку: из дудки
полились звуки сильные и чистые, он и Сальный расположились бок о бок и
наигрывали как сумасшедшие, а все остальные плясали и плясали. Вопили от
удовольствия, взревывали, топали что есть мочи и между делом перевернули пару
тележек, которые оказались в круге невесть как и были здесь совершенно ни к
чему. Но судьба тележек никого как будто не волновала.
Шелдона оттеснили к молельне. Он оказался здесь вместе с Хартом: танцоры
распалились и требовали все больше места. Харт заявил:
- Ну и как, мистер координатор? Не самая ли это дьявольская затея, какую
вы когда-нибудь видели?
Шелдон согласился.
- Нельзя не признать, капитан, что вечеринка прошла с успехом.
Новость принес Сальный. Принес в момент, когда Шелдон завтракал в своей
каморке в одиночестве.
- Они чего-то такое вытащили из своей богадельни, - объявил кок.
- А что именно, Сальный?
- Знать не знаю. И спрашивать не хочу.
- Нет так нет, - мрачно проговорил Шелдон. - Может, и хорошо, что не
хочешь.
- Это вроде как куб, - продолжил Сальный. - А в нем что-то вроде полочек,
и все вместе ни на что не похоже. Верней, похоже на картинку, какую вы мне
однажды показали в книжке.
- На схему строения атома?
- Именно, точно на нее. Только тут все еще посложней.
- И что они с этим кубом делают?
- Пока что собирают его из частей. И слоняются вокруг. Не могу сказать вам
точно, что они с ним делают.
Шелдон выскреб тарелку дочиста и отодвинул в сторонку. Встал, втиснулся в
куртку и предложил:
- Пойдем посмотрим.
К моменту их появления вокруг непонятной конструкции собралась целая толпа
дикарей, и Шелдон с коком остановились с краю, храня молчание и не шевелясь,
чтобы, избави Бог, не помешать чему-нибудь.
Куб был размером футов по двенадцать в каждом измерении и состоял из
каких-то прутьев, странным способом соединенных дисками. В целом конструкция
напоминала нечто сооруженное при помощи детского №суперконструктора¤, с
условием, что у ребенка - автора конструкции - проснулось нешуточное
воображение. Внутри куба виднелись плоскости из материала, напоминающего стекло,
и плоскости располагались с почти математической точностью - взаимному
расположению плоскостей явно уделяли особое внимание.
На глазах землян орава гуглей вытащила из молельни коробку, и притом
тяжелую: гугли потели и кряхтели, но все же поволокли ее до куба. Тут коробку
открыли и извлекли из нее несколько предметов, выточенных из разных материалов -
частью из дерева, частью из камня, а то и вообще непонятно из чего. И каждый
предмет поместили на, по-видимому, заранее заданную позицию на какой-то из
плоскостей.
- Шахматы, - заявил Сальный.
- Что-что?
- Шахматы, - повторил Сальный. - Сдается мне, они затеяли сразиться в
шахматы.
- Может быть, может быть, - отозвался Шелдон и подумал: №Если это шахматы,
то самые странные и фантастически эаковыристые, какие я когда-нибудь видел...¤
- Там, на Земле, теперь тоже шахматные диковинки появились, - сообщил кок.
- Названьице им придумали - №сказочные шахматы¤. Где на доске больше клеток и
больше фигур и сами фигуры не такие, как всем привычные. А я так и в старых-то
шахматах никогда толком не разбирался...
Вождь заметил землян и подошел к ним.
- Мы теперь уверены в победе, - объявил он. - С помощью тех сведений, что
вы дали нам, мы выиграем с закрытыми глазами.
- Рады слышать, - отозвался Шелдон.
- У других деревень, - продолжал вождь, - не хватает духу тягаться с нами.
Мы ударили им прямо в центр. Третий раз подряд, без передышки.
- Вас надо поздравить, - произнес Шелдон, недоумевая, о чем, собственно,
речь.
- Давненько не было такого, - закончил вождь.
- Могу себе представить, - ответил Шелдон, по-прежнему почти наобум.
- Мне надо идти, - отчеканил вождь. - Сейчас начинается.
- Постойте, - взмолился Шелдон. - Вы что, играете в какую-то игру?
- Можно сказать и так, - согласился вождь.
- Играете с другими деревнями, со всеми сразу?
- Верно.
- Сколько же времени это займет? Если сразу со всеми, против тридцати
шести...
- Игра не затянется, - объявил вождь, усмехнувшись хитро и самоуверенно.
- Желаю удачи, - сказал Шелдон, глядя вождю вслед.
- Что все это значит? - поинтересовался Сальный.
- Пойдем отсюда, - распорядился Шелдон. - У меня срочная работа.
Харт чуть не пробил головой потолок, когда узнал, что за работу задумал
координатор.
- Вы не смеете допрашивать экипаж с пристрастием! - завопил он. - Я этого
не потерплю! Они не сделали ничего плохого!
- Капитан Харт, - жестко сказал Шелдон, - вы соберете людей и установите
очередь, и я буду беседовать с ними поодиночке. Допроса с пристрастием не будет.
Просто я хочу с ними поговорить.
- Мистер координатор, - не унимался Харт, - на этом корабле я разговариваю
с вами за всех.
- Мы с вами, капитан Харт, наговорились вчера вечером. И даже с избытком.
Несколько часов подряд Шелдон провел у себя в каморке, а члены экипажа
входили по одному и отвечали на его вопросы. Вопросы были однотипным:
- Что именно гугли выясняли у вас?
- Что вы им отвечали?
- Как, по-вашему, они поняли ответ?
Человек следовал за человеком. Шелдон сделал кучу заметок и наконец-то
покончил с опросом. Затем он запер дверь, достал из стола заветную бутылку и
позволил себе щедрый глоток. А потом, спрятав бутылку на место, уселся поудобнее
и стал просматривать заметки, ничего не пропуская.
Пискнул коммуникатор.
- Разведчики вернулись из повторного рейса, - послышался голос Харта, - и
каждая деревушка вытащила такой же куб и установила перед молельней. Все жители
сидят кружком вокруг куба и, похоже, играют в какую-то игру. Время от времени
кто-нибудь встает и делает ход на одной из плоскостей, потом возвращается в круг
и опять сидит как ни в чем не бывало...
- Что-нибудь еще?
- Ничего. Но вы же хотели проверить именно это, не так ли?
- Да, - проговорил Шелдон задумчиво. - Пожалуй, именно это.
- Скажите мне хотя бы, с кем они играют?
- Друг с другом.
- Как это друг с другом?
- Деревня с деревней. Каждая со всеми другими.
- Что? Все тридцать семь деревень?
- Вы поняли меня правильно.
- Но как? Объясните мне, черт вас возьми: как могут тридцать семь деревень
играть одну и ту же партию?
- Объяснить не могу, - ответил Шелдон. Хотя у него возникло ужасное
подозрение, что объяснение есть. По меньшей мере, есть определенная догадка.
Когда стало очевидным, что регресс был спланирован заранее в планетарном
масштабе, он, помнится, задался недоуменным вопросом о системе связи, без
которой все тридцать семь деревень никак не могли бы впасть в дикость
одновременно. Он еще сказал себе, что это требовало бы системы связи намного
лучшей, чем следует ожидать от культуры класса 10. И вот, пожалуйста, вновь то
же самое, и задачка даже еще труднее - те же тридцать семь деревень вовлечены в
диковинную круговую игру на доске головоломной сложности.
Это подразумевает единственно возможный ответ. Ответ совершенно
неправдоподобный, но другого не дано, - телепатия. Но разве можно вообразить
себе телепатию как достояние 10-го культурного класса, не говоря уже о классе
14!
Выключив верещалку, он возобновил прерванную работу. Достал большой лист
бумаги, прикнопил его к столу и принялся перебирать заметки заново, не пропуская
ни одной и перенося их содержание на схему. Покончив с этим, откинулся на спинку
кресла и окинул схему взглядом, потом вызвал Харта. Минут через десять капитан,
одолев лесенку, постучал в дверь. Шелдон отпер, впустил его в каморку и
пригласил:
- Присаживайтесь, Харт.
- Додумались до чего-нибудь?
- Полагаю, что да, - ответил Шелдон. И показал на схему, пришпиленную к
столу. - Вот, полюбуйтесь.
Харт уставился на схему как баран на новые ворота.
- Не вижу ничего особенного.
- Вчера вечером, - начал Шелдон, - мы побывали на посиделках у гуглей, и
за то недолгое время, что провели там, мы дали жителям этой деревни самое
исчерпывающе полное представление о культуре класса 10, какое только можно себе
вообразить. Но что меня гнетет по-настоящему - мы кое в чем вышли за рамки 10-го
класса. Я еще не закончил анализ, но это больше похоже не на класс 10, а на 9-М.
- Мы - что? Что мы сделали?
- Они выкачали из нас информацию. Каждого из наших спрашивали о каких-то
аспектах культуры, и не было ни единого случая, чтобы вопросы дублировали друг
друга. Каждый набор вопросов отличался от вопросов, заданных кому-то еще. Словно
эти самые гугли распределили между собой вопросы заранее.
- Ну и что из того?
- А то, - ответил Шелдон, - что мы вмешались непрошено в одну из самых
хитроумных социальных структур Галактики. Остается лишь надеяться на Господа
Бога...
- В одну из самых хитроумных структур? У гуглей?
- Да, именно у гуглей.
- Но они никогда ничем не выделялись! И никогда ничем не выделятся. Они
просто-напросто...
- Ну-ка подумайте хорошенько, - перебил Шелдон, - и попробуйте сообразить,
какая черта в культуре гуглей поражает больше всего. Мы торгуем с ними уже целых
пять веков. Какой факт за эти пять веков выявился неопровержимо и торчит как
бельмо на глазу?
- Они тупицы, - провозгласил Харт.
- Судя по тому, что случилось, совсем наоборот.
- Они ничего не добились, - не сдавался Харт. - И насколько могу судить,
ничего и не добиваются.
- Это часть общей картины, - уточнил Шелдон, - Их культура статична.
- Будь я проклят, - воскликнул Харт, - чтоб я стал играть с вами в
угадалки! Если у вас есть что-то на уме...
- У меня на уме явление, которое называется №мир¤. За все пять веков, что
мы знаем гуглей, между ними не бывало разногласий. Они ни разу не воевали. Чего
при всем желании нельзя сказать ни про одну другую планету.
- Они слишком тупы для того, чтобы воевать, - предположил Харт.
- Они слишком разумны для того, чтобы воевать! - ответил Шелдон. - Да
будет вам известно, капитан Харт, что гугли добились того, чего не добивалась ни
одна другая раса, ни одна цивилизация во всей галактической истории! Они открыли
способ одолеть войну, оставить ее раз и навсегда вне закона!
Clifford D. Simak "Leg. Forst." 1958
Клиффорд Д. Саймак "Коллекционер"
пер. А.Корженевский
Когда подошло время спускаться за почтой, старый Клайд Паккер оторвался от
своих марок и прошел в ванную - расчесать седые волосы и бороду. Как будто и без
того забот мало, подумал он в который раз, однако никуда не денешься: на
лестнице ему наверняка встретится кто-нибудь из соседей, а им до всего есть
дело. Паккер не сомневался, что они сплетничают, обсуждают его между собой, и
хуже всех была вдова Фоше, что жила в квартире напротив. Хотя, в общем-то, его
мало трогало, что о нем думают.
Прежде чем отправиться за почтой, он открыл ящик стола в центре
захламленной гостиной - на столе в полном беспорядке грудами лежали нужные и
ненужные бумаги - и достал маленького коробочку, присланную с одной из планет
системы Унук-аль-Хэй. Паккер отщипнул кусочек от хранившегося в коробке
высушенного листка и отправил в рот.
Он замер на несколько секунд у выдвинутого ящика, наслаждаясь сочным
диковинным вкусом: не мята и не виски - лишь привкус и того и другого, но к ним
примешивалось и что-то еще, совершенно особенное, присущее только этим странным
листьям. Ни одному человеку на Земле не доводилось пробовать ничего подобного.
Паккер подозревал, что отвыкнуть от них будет очень трудно, хотя ни о чем таком
ПугАльНаш его не предупреждал.
Впрочем, даже если бы ПугАльНаш решил сделать это, Паккер, скорее всего,
ничего бы не понял: пытаясь расшифровать записки ПугАльНаша, Паккер всякий раз
поражался, до чего же унукские представления о земном языке и земной грамматике
далеки от истинной картины.
Коробочка, заметил он, почти опустела. Оставалось только надеяться, что
его странный, но верный корреспондент, на которого он так привык рассчитывать,
не подведет и теперь. Хотя повода сомневаться в нем у Паккера не было: за те
двенадцать лет, что они переписывались, ПугАльНаш никогда его не подводил. Когда
содержимое предыдущей бандероли подходило к концу, обязательно прибывала новая
коробочка листьев с короткой дружеской запиской - и вся в самых новых унукских
марках.
Ни днем раньше, ни днем позже, а именно тогда, когда кончался последний
листок - словно ПугАльНаш каким-то непостижимым для землянина образом узнавал,
когда у того кончаются эти листья.
№Надежный парень, - говорил себе Клайд Паккер. - Не гуманоид, конечно, но
на него вполне можно положиться¤.
И он снова задумался, как все-таки Пуг выглядит. Почему-то ему всегда
представлялось, что это маленькое существо, но на самом деле он не знал ни его
размеров, ни внешнего вида. Унук относился к числу тех планет, где землянам
просто не выжить, поэтому все коммерческие операции и прочие контакты - как и со
многими другими цивилизациями - осуществлялись при помощи посредников.
Что, интересно, делал Пуг с теми сигарами, которые Паккер посылал ему в
обмен на коробочки с листьями? Ел? Курил? Нюхал? Валялся на них или втирал в
волосы? Если у него вообще есть волосы...
Паккер потряс головой и, закрыв дверь, вышел на лестничную площадку. Затем
дважды проверил, сработал ли замок. Кто их знает, этих соседей и особенно вдову
Фоше: может, они только и ждут, как бы пробраться к нему в квартиру, пока его
нет.
На лестничной площадке никого но оказалось, что Паккера очень обрадовало.
Чуть не крадучись, он подошел к лифту и нажал кнопку, надеясь, что удача не
оставит его и никто так и не появится.
Увы.
В конце длинного коридора показался сосед, развязный, горластый тип из
тех, что бесцеремонно - в их понимании, по-дружески - хлопают людей по спине и
думают, что это нормально.
- Доброе утро, Клайд! - радостно заорал он издалека.
- Доброе утро, мистер Мортон, - ответил Паккер довольно прохладным тоном.
С какой стати этот Мортон обращается к нему по имени? Никто никогда его так не
называет - разве что изредка племянник. Антон Кампер, который зовет его №дядя
Клайд¤ или чаще - просто №дядюшка¤. А Тони - просто никчемный болтун. Вечно он
что-то затевает, строит грандиозные планы. Послушать его, так он на днях
миллионером станет, только все его планы превращаются в пшик. А еще он -
пройдоха, каких свет не видывал.
№Как и я, в точности, - подумалось Паккеру, - не то что эти, теперешние.
Одни только разговоры... Будь я помоложе, - решил он, с гордостью и теплотой
вспоминая прошлое, - я бы их всех ощипал как цыплят¤.
- Как сегодня марочный бизнес? - поинтересовался Мортон, подойдя ближе, и
от души хлопнул Паккера по спине.
- Должен вам напомнить, мистер Мортон, что я не занимаюсь
филателистическим бизнесом, - резко ответил Паккер. - Хотя действительно
интересуюсь марками, увлечен ими и настоятельно рекомендую...
- Я не то имел в виду, - пояснил Мортон несколько смущенно. - Я не то хочу
сказать, что вы продаете марки или там...
- Строго говоря, продаю, - перебил его Паккер. - Но изредка и в небольших
количествах. Это едва ли можно назвать бизнесом. Просто некоторые коллекционеры
знают о моих обширных связях и время от времени...
- Вот я и говорю! - радостно заорал Мортон и от избытка чувств снова
хлопнул Паккера по спине. - Все дело в связях! Если есть связи, тогда в любом
деле не пропадешь. Вот я, например...
От продолжения тирады Паккера спасло лишь то, что прибыл наконец лифт.
Спустившись вниз, он сразу направился к стойке дежурного.
- Доброе утро, мистер Паккер, - сказал клерк, вручая ему стопку писем. -
Тут для вас посылка, и довольно тяжелая. Может быть, вам помочь?
- Нет, благодарю вас, - ответил Паккер. - Я уверен, что справлюсь сам.
Клерк выложил посылку на стойку. Паккер взял ее в руки и тут же опустил на
пол - весил пакет, должно быть, фунтов тридцать. А адресную наклейку почти всю
покрывали марки с такими высокими номиналами, что аж дух захватывало.
Паккер взглянул на наклейку повнимательнее: его фамилия и адрес были
выведены печатными буквами и так старательно, словно земной алфавит
представлялся отправителю непостижимым таинством. Вместо обратного адреса -
мешанина из точек, закорючек и черточек: понять ничего невозможно, но вроде бы
что-то знакомое. Марки, сразу определил Паккер, выпущены в системе девятой
звезды созвездия Рака - за всю его жизнь ему доводилось видеть такие лишь один
раз. Некоторое время он просто стоял, пытаясь сообразить, сколько они могут
стоить.
Затем сунул стопку писем под мышку и поднял посылку с пола. Теперь она
показалась Паккеру еще тяжелее, и он тут же пожалел, что отказался от помощи. Но
сказанного не воротишь. Да и в конце концов, не такой уж он еще старый и
дряхлый.
Доковыляв до лифта, он опустил пакет на пол и остановился лицом к двери,
ожидая кабину. Неожиданно у него за спиной раздался голос, похожий на птичье
щебетание, и Паккер вздрогнул, узнав голос вдовы Фоше.
- О, мистер Паккер, - затараторила она, - я так рада, что вас встретила.
Паккер обернулся, ибо ничего другого ему не осталось - нельзя же и в самом
деле стоять к ней спиной, словно ее там нет.
- О, какие вы тяжести носите... - пожалела его вдова Фоше. - Позвольте, я
вам помогу.
С этими словами она выхватила у него из-под руки стопку писем и добавила:
- Бедняжка. Я помогу вам их донести.
Паккер с удовольствием бы ее придушил, но вместо этого лишь улыбнулся.
Улыбка, правда, вышла несколько натянутая, даже зловещая, но на большее его не
хватило.
- Как мне повезло, что я вас встретил, - ответил он. - Один бы я ни за что
не справился.
Не заметив скрытой иронии, вдова Фоше продолжала молоть языком как ни в
чем не бывало:
- Сегодня к ленчу я собиралась приготовить бульон, и у меня всегда
получается слишком много. Может, вы присоединитесь?
- Нет, к сожалению, это невозможно, - встревожено сказал Паккер. - Прошу
меня извинить, но сегодня у меня очень много работы. - Кивнув на стопку писем у
нее в руках и на посылку, он, словно рассерженный морж, выпустил воздух через
усы, но вдова Фоше ничего не заметила.
- Как это, должно быть, романтично и увлекательно! - снова затрещала она,
- Все эти письма и пакеты с разных концов Галактики! С таких далеких и странных
планет! Вы непременно должны как-нибудь просветить меня, рассказать, что такое
собирание марок!
- Видите ли, мадам, - несколько раздраженно ответил Паккер, - я занимаюсь
марками больше двадцати лет и едва только начинаю понимать, что такое филателия,
так что едва ли возьмусь объяснять это кому-либо еще.
Она продолжала болтать.
№Черт бы ее побрал, - подумал Паккер. - Когда же она замолчит?¤
Старая перечница! Он снова с шумом выпустил воздух через усы. Теперь она
три дня будет носиться по всем соседям и рассказывать, как они №странно¤
встретились и какой он №странный¤ старикашка. Письма, мол, получает со всяких
чужих планет, и бандероли, и посылки. И уж наверняка здесь дело не только в
марках. Здесь, мол, что-то нечисто, можете не сомневаться даже...
У его двери вдова Фоше неохотно отдала письма и спросила:
- Вы уверены, что не передумали насчет бульона? Это не просто бульон. Я
его готовлю по особому рецепту.
- К сожалению, я вынужден отказаться.
Паккер отпер замок и открыл дверь. Она все не уходила.
- Я бы с удовольствием пригласил вас зайти, - соврал он, вежливо улыбаясь,
- но у меня немного не прибрано.
№Немного не прибрано¤ - это было, конечно, мягко сказано.
Оказавшись наконец за надежно запертой дверью, Паккер пробрался мимо
бесконечных штабелей из кляссеров, ящиков, коробок к столу и поставил посылку
рядом. Первым делом он просмотрел письма; одно оказалось с Сахиба, другое - из
системы Лиры, третье - с Муфрида, а четвертое - с Марса - просто рекламный
проспект какого-то концерна.
Паккер откинулся на спинку громоздкого кресла и обвел комнату взглядом.
№Надо все-таки взяться как-нибудь и привести квартиру в порядок¤, - сказал
он себе. Без сомнения, здесь полно барахла, которое можно просто выбросить, а
все ценное надо рассортировать по коробкам и надписать, чтобы всегда можно было
найти то, что нужно. Может быть, есть смысл даже составить генеральный каталог -
тогда он, по крайней мере, будет знать, что у него уже есть, а чего нет и
сколько все это стоит.
Хотя это, конечно, не самый главный вопрос.
Возможно, ему пора специализироваться. Большинство коллекционеров так и
поступают. Галактика слишком велика, чтобы собрать все галактические марки. Даже
два тысячелетия назад, когда коллекционерам приходилось беспокоиться только о
земных марках, их печатали так много, что филателисты придумали специализацию.
Однако на чем-же все-таки специализироваться, если сознательно хочешь
ограничить свои интересы? Может быть, на марках с одной какой-то планеты или
звездной системы? Может, на планетах за пределами определенного радиуса, скажем
в пятьсот светолет? Или на конвертах? Например, было бы очень интересно
составить коллекцию конвертов с гашениями и почтовыми отметками, демонстрирующую
различия и тонкости почтового сообщения в глубине космоса, среди далеких звезд.
Но в том-то и дело, что тут все интересно. Можно потратить три жизни, но
так и не добраться до конца. Хотя за двадцать лет можно, если постараться,
собрать огромное количество материала. А уж он-то старался! Он отдавал
коллекционированию всего себя и наслаждался каждой минутой, проведенной с
марками. В некоторых областях, не без гордости подумал Паккер, ему удалось стать
своего рода экспертом. Время от времени он писал статьи для филателистических
журналов, и едва ли не каждую неделю кто-нибудь из знаменитейших коллекционеров
обращался к нему за помощью или просто заходил поболтать.
Марки, чего уж там говорить, способны доставить огромное наслаждение,
признавал Паккер, словно извиняясь. Огромное, ни с чем не сравнимое
удовольствие.
Но само собирание материала - лишь часть коллекционирования, своего рода
начальная стадия. Гораздо важнее были контакты. И без них просто не обойтись,
особенно без контактов в дальних пределах Галактики. Если вы не хотите
полагаться на жуликоватых дельцов в филателистических магазинах, которые
предлагают лишь то, что легко достать, контакты просто необходимы. Контакты с
другими коллекционерами, кото
...Закладка в соц.сетях
