Жанр: Научная фантастика
Сборник рассказов и повестей.
...его ровного и аккуратного.
Однако прямо на глазах шторм стихал. В воздухе кружилось уже меньше бумаг,
коробки закрывались, словно невидимой рукой, и, взлетая сами по себе,
укладывались вместе с другими у стены.
№Полтергейст!¤ - в ужасе подумал Паккер, лихорадочно припоминая, что он
читал или слышал об этом явлении, и пытаясь отыскать хоть какое-то объяснение.
Но тут все закончилось.
По воздуху уже ничего не летало. Коробки стояли ровными штабелями у стены.
Все замерло.
Паккер шагнул в комнату и ошарашено обвел взглядом свое жилище.
Письменный и обеденный стол сияли полировкой. На окнах висели желтые
ровные шторы. Ковер выглядел как новый. Кресла, журнальные столики, лампы и
множество других вещей, давно похороненных под грудами филателистического
материала и забытых, вновь стояли на своих местах - вычищенные и отполированные
до блеска.
А в центре всего этого упорядоченного благообразия весело булькала
мусорная корзина.
Паккер выронил ломик и двинулся к столу. Окно перед ним распахнулось.
Ломик просвистел у него над головой, вылетел на улицу и с треском продрался
сквозь крону ближайшего дерева, затем окно захлопнулось, и Паккер потерял ломик
из виду.
Он снял шипу и швырнул ее на стол.
Шляпа немедленно поднялась в воздух и поплыла к шкафу в прихожей. Дверцы
шкафа распахнулись, шляпа скользнула внутрь, и дверцы мягко закрылись.
Паккер в задумчивости надул щеки и выпустил воздух сквозь усы. Затем
достал платок и промокнул лоб.
- Странные творятся дела, - пробормотал он себе под нос.
Медленно, настороженно Паккер принялся осматривать квартиру. Все коробки
стояли вдоль одной из стен - от пола до потолка по три в ряд. У противоположной
стены стояли три картотечных шкафа, и Паккер удивленно потер глаза: за долгие
годы он успел про один забыть и думал, что у него их только два. А вся квартира
была аккуратно прибрана, вычищена и только что не светилась.
Паккер переходил из комнаты в комнату - везде царил полный порядок.
Сковородки и кастрюли на кухне стояли на своих местах, в буфете высились
аккуратные стопки тарелок. Плита и холодильник сияли чистотой, и даже в раковине
не оказалось ни одной грязной тарелки, а Паккер не сомневался, что они должны
быть. Кастрюлька миссис Фоше, уже без бульона и оттертая до блеска, стояла на
кухонном столе.
Паккер вернулся к письменному столу и там, словно кто-то выложил все это
для обозрения, обнаружил десять мертвых мышей.
Восемь филателистических пинцетов.
Стопку конвертов со странными желтыми марками.
Два - не один, а сразу два - конверта с марками №Поларис-17б¤, на одном
четыре марки, на другом - пять.
Паккер устало опустился в кресло и снова взглянул на стол.
Как же это могло случиться, черт побери? И что вообще происходит?
Он наклонился и посмотрел на корзину, стоявшую сбоку от стола. Ему даже
показалось, что она булькала специально для него. Видимо, все дело в ней, решил
Паккер, иначе просто и быть не может. Ничего другого в квартире не появилось,
ничего нового - только эта мусорная корзина с желтой кашей.
Он взял со стола стопку конвертов с желтыми марками и открыл ящик стола,
чтобы найти увеличительное стекло. В ящике тоже был полный порядок, а
увеличительных стекол оказалось сразу пять штук. Паккер выбрал самое сильное.
При таком увеличении поверхность марки превратилась в равнину с ровно
уложенными вплотную друг к другу маленькими шариками - вовсе не песчинки, как
ему показалось раньше. Склонившись над увеличительным стеклом, Паккер вдруг
понял, что это споры.
Крохотные безжизненные оболочки, способные тем не менее возродить жизнь -
что в данном случае и произошло. Он пролил на марку бульон, споры ожили, и
возникла эта странная колония микроорганизмов в корзине.
Паккер положил увеличительное стекло на место и встал, собрал дохлых мышей
за хвостики, отнес к люку мусоросжигателя и выбросил.
Затем прошел к книжному шкафу: книги тоже были расставлены по тематике;
нашлись даже те, что он давным-давно потерял и не мог отыскать долгие годы.
Длинные ряды каталогов марок, подборка справочников по галактическим гашениям,
огромный том по разновидностям почтовых отметок, путеводители по Галактике,
целая полка словарей экзотических языков - книги, совершенно необходимые для
распознавания марок - и множество изданий, посвященных тонкостям филателии.
От книжного шкафа он перешел к сложенным у стены коробкам. Взял одну из
них и поставил на пол. Коробка оказалась заполненной конвертами и прозрачными
пакетами с отдельными марками, блоками, марками в листах и полосах. С растущим
чувством радостного удивления Паккер продолжал перебирать содержимое коробки.
Все марки и конверты в ней оказались из системы Тубана. Он закрыл коробку
и собрался поставить ее на место, однако, не дожидаясь его, коробка сама
поднялась над полом и установилась туда, откуда он ее взял.
Паккер проверил еще три, что стояли рядом. В одной коробке хранился
материал с Корефороса, в другой - из системы Антареса, а в третьей - с Джуббы.
Споры не только привели в порядок квартиру, но и рассортировали всю его
коллекцию!
Он вернулся на дрожащих ногах к креслу и сел. Просто невероятно! Слишком
невероятно!
Споры впитали бульон и ожили. И теперь у него в мусорной корзине
поселилась неземная форма жизни - или колония различных форм жизни - короче,
существа с явным пристрастием к порядку, неудержимым стремлением работать и
умением направить свое стремление в нужное русло.
Но самое главное - эта чертовщина в корзине делала именно то, что человеку
нужно.
Корзина навела порядок в квартире, рассортировала марки и конверты,
извела мышей и отыскала конверты из системы Полярной звезды вместе со всеми
потерявшимися пинцетами.
Откуда эти существа узнали, что ему нужно? Может быть, они читают мысли?
От этой догадки по спине у него пробежали мурашки, но до его возвращения
корзина и в самом деле ничего не делала, лишь весело побулькивала. Возможно, она
не знала, что делать, а затем он вернулся и каким-то образом ей передались его
мысли. Да, пожалуй, так: едва он вернулся, корзина узнала, какого работу надо
выполнять, и сделала ее.
Зазвенел звонок в прихожей, и Паккер пошел открывать. Оказалось, это Тони.
- Привет, дядюшка, - сказал он. - Ты забыл свою пижаму, и я решил забежать
вернуть. Ты оставил ее на кровати.
Он протянул Паккеру небольшой сверток и только тут заметил, что произошло
в квартире.
- Боже, дядюшка! Что случилось? Ты никак навел здесь порядок?
Паккер в смущении покачал головой.
- Да нет, Тони. Тут произошло нечто необъяснимое.
Племянник прошел в гостиную и остановился, восхищенно и несколько
ошарашено оглядывая комнату.
- Ты славно потрудился, дядюшка.
- Я палец о палец не ударил.
- А! Понятно. Нанял кого-то, чтобы здесь убрали, пока ты гостил у нас.
- Нет, что ты. Все случилось сегодня утром. И всю работу сделала вот эта
штуковина. - Паккер указал на корзину.
- Да ты, видимо, рехнулся, дядюшка, - без тени сомнения заявил Тони.-
Совсем крыша поехала.
Тони настороженно обошел вокруг корзины, затем протянул руку и ткнул
пальцем в желтую булькающую массу.
- Похоже на тесто, - сообщил он, выпрямился и посмотрел Паккеру в глаза: -
А ты меня не разыгрываешь?
- Я понятия не имею, что это такое, - ответил Паккер, - и не знаю, как и
зачем оно навело у меня порядок, но клянусь, все это - чистая правда.
- А знаешь, дядюшка, - задумчиво сказал Тони, - тут, кажется, что-то
есть...
- Не сомневаюсь.
- Нет, я серьезно. Не исключено, что это величайшее открытие за всю
историю человечества... Так значит, ты говоришь, эта чертовщина делает то, что
тебе нужно?
- В общем, да, - сказал Паккер. - Только я не понимаю - как. У нее
определенно есть ощущение порядка, и она делает ту работу, которую тебе нужно.
Она словно понимает тебя - даже предвидит твои желания. Может быть, на самом
деле это мозг с огромным пси-потенциалом. Видишь ли, я тут перед отъездом
разглядывал один конверт с желтой маркой...
И он рассказал ему все, что с ним произошло. Тони задумчиво слушал, теребя
себя за подбородок.
- Так, ладно, дядюшка, - произнес он наконец, - все ясно. Мы не знаем, что
это такое и как оно действует, но давай пораскинем мозгами. Представь себе
ведерко этой вот чертовщины в какой-нибудь конторе, в большой, серьезной
конторе. Они смогут добиться такой эффективности, какая им и не снилась. Эта
штуковина будет сортировать и хранить бумаги, регистрировать документацию и
вообще поддерживать полный порядок в делах. У них никогда ничего не потеряется!
Все будет лежать на своих местах, а найти нужный документ можно будет в
считанные секунды. Скажем, босс или еще кто хочет посмотреть какое-нибудь досье:
хлоп! - и оно уже на столе. Да с такой штуковиной можно вообще уволить всех
клерков! Или, например, библиотека: она может работать даже без библиотекарей, и
еще как! Но больше всего пользы эта чертовщина принесет в крупных конторах - в
страховых фирмах, в промышленных корпорациях или транспортных компаниях. Тут ей
просто цены нет.
Паккер немного растерянно покачал головой.
- Может быть, Тони, может быть, но кто тебе поверит? Кто обратит внимание?
Это слишком фантастичный план. Ты просто станешь посмешищем.
- Ну, это все ты оставь мне, - сказал Тони. - Я знаю, что надо делать, и
тебе без меня не обойтись.
- Ага! Значит, мы уже деловые партнеры.
- У меня есть друг... - Послушать его, так у Тони везде друзья. - Он
разрешит мне провести проверку. Мы поставим ведерко с этой штуковиной у него в
конторе и посмотрим, что получится. - Он огляделся, уже готовый действовать. - У
тебя есть ведро?
- На кухне должно быть.
- А мясной бульон? Ты ведь облил марку мясным бульоном?
Паккер кивнул.
- Кажется, есть банка консервированного.
Тони почесал в голове.
- Значит, так, дядюшка: прежде всего нам нужен стабильный источник
поставок.
- У меня осталось еще несколько таких конвертов. Все - с марками. Мы можем
использовать один из них.
Тони нетерпеливо отмахнулся.
- Нет, так не пойдет. Эти конверты - наш резервный фонд. Их нужно спрятать
куда-нибудь в сейф - на крайний случай. Но сдается мне, мы сможем вырастить не
одно ведро этой штуковины из того, что у нас уже есть. Отчерпнем немного,
подкормим бульоном и...
- Но откуда ты знаешь?..
- А тебе не кажется странным, дядюшка, что спор на марке и бульона,
который ты пролил, оказалось ровно столько, чтобы заполнить желтой массой одну
мусорную корзину до краев?
- Да, в общем-то, но...
- По-моему, эта чертовщина разумна. Или, во всяком случае, она знает, что
делает. Так сказать, сама себе устанавливает правила. Ты ей дай корзину, и она
живет в ней, никуда не выползает. Разрослась как раз до краев и немного вытекла,
но лишь для того, чтобы приклеить корзину к полу. И все. Она не прет через край,
не заполняет комнату - короче, знает свое место.
- Может быть, ты и прав, но это не объясняет...
- Подожди секунду, дядюшка. Вот смотри.
Тони сунул руку в корзину и вырвал кусок желтой массы.
- Теперь следи за корзиной.
Прямо у них на глазах споры расползлись и заполнили пустое пространство.
Спустя несколько минут корзина снова была полна до краев.
- Видишь, что я имею в виду? - сказал Тони. - Дашь ей больше места - она
вырастет. Нужно только кормить. А уже место мы ей дадим - много-много ведер - и
пусть растет сколько душе угодно...
- Черт, дашь ты мне сказать, наконец?! Я тебя хочу спросить, что мы будем
делать, чтобы она не приклеивалась к полу? Ну, разведем мы еще ведро этой
чертовщины или несколько ведер, а они возьмут и приклеятся тут к полу, как
первое.
- Очень хорошо, что ты об этом подумал. Но я знаю, что надо делать - мы
просто подвесим ведро за ручку. Подвесим, и ей не к чему будет приклеиваться.
- Хм-м... Ладно. Похоже, мы все предусмотрели. Пойду разогрею бульон.
Они разогрели бульон, нашли ведро и подвесили его на рукоятку швабры,
уложенной на спинки двух стульев. Затем бросили туда кусок желтой массы,
вырванной из мусорной корзины, и приготовились наблюдать. Однако масса лежала
куском и, похоже, совсем не собиралась расти.
- Выходит, я был прав, - заявил Тони. - Чтобы она начала расти, ей нужно
немного бульона. Он плеснул в ведро бульон, но спустя несколько секунд масса
растаяла, расползлась и превратилась в тягучую черную жижу.
- Что-то здесь не так, - обеспокоенно сказал Тони.
- Да уж, - согласился Паккер.
- Знаешь, у меня есть идея, дядюшка. Очевидно, ты в первый раз облил марку
другим бульоном. У разных фирм, что производят консервы, наверняка и разная
рецептура. Дело, скорее всего, не в самом бульоне, а каком-то ингредиенте,
который побуждает споры к росту. Похоже, у нас не тот бульон.
Паккер смущенно шаркнул ногой.
- Тони, я не помню, какой был бульон.
- Но ты должен вспомнить! - закричал Тони. - Думай! Ты должен вспомнить,
что это была за фирма!
С несчастным видом Паккер шумно выдохнул через усы и признался:
- По правде говоря, Тони, я его не покупал. Этот бульон приготовила миссис
Фоше.
- Вот, уже кое-что! Кто такая миссис Фоше?
- Любопытная старуха, что живет на этой же лестничной площадке.
- Отлично! Тебе надо лишь попросить, чтобы она приготовила еще немного.
- Я не могу, Тони.
- Но нам нужна всего одна порция. Мы отдадим бульон на анализ, чтобы
узнать состав, и дело сделано!
- Она захочет узнать, зачем мне бульон. И всем расскажет, как я ее
попросил. Возможно, она даже догадается, что здесь дело нечисто.
- Вот этого допустить нельзя, - озабоченно произнес Тони. - Все должно
остаться между нами. Зачем нам делиться с кем-то еще?
Он сел и задумался.
- А кроме того, она, наверно, на меня злится, - добавил Паккер. - Перед
моим отъездом она таки пробралась в квартиру и до смерти перепугалась, когда
увидала мышь. После чего понеслась к управляющему жаловаться.
Тони щелкнул пальцами.
- Придумал! - воскликнул он. - Я знаю, как мы это обтяпаем. Ты иди и
ложись в постель, а...
- Еще чего! - проворчал Паккер.
- Послушай, дядюшка, другого выхода нет. Тебе придется мне подыграть.
- Что-то мне это не нравится. Совсем не нравится.
- Иди ложись в постель и притворяйся больным. Сделай вид, что тебе плохо.
А я отправлюсь к этой миссис Фоше и распишу ей, как ты переживаешь из-за того,
что ее напугала мышь. Скажу, что ты, мол, весь день вкалывал и приводил квартиру
в порядок, только чтобы это не повторилось. Скажу, ты так, мол, работал, что...
- Ни в коем случае, - взвизгнул Паккер. - Она же сюда пулей прилетит!
Очень мне это нужно!
- А парочку миллиардов тебе не нужно, а? - сердито спросил Тони.
- Да не особенно, - ответил Паккер. - Душа как-то не лежит.
- Ладно, я скажу ей, что ты совсем не встаешь - сердце, мол, слабое - но
ты очень просил приготовить тебе еще такого же бульона.
- Я запрещаю тебе говорить это! - не выдержал Паккер. - Не смей ее
приплетать!
- Но, дядюшка, - попытался уговорить его Тони, - если ты не хочешь сделать
это ради себя, подумай обо мне. Я у тебя один родственник на всем свете остался.
И это первый случай, когда мне выпала возможность действительно разбогатеть.
Может быть, я много хвастаюсь и делаю вид, что процветаю, но на самом деле... -
Он понял, что это не довод и сменил тактику: - Ну хорошо, если не ради меня, то
сделай это хотя бы ради Энн, ради ребятишек. Тебе же не хочется, чтобы маленьким
бедняжкам пришлось...
- Ладно, заткнись, а то ты еще расплачешься сейчас, - сказал Паккер. -
Черт с тобой, я согласен.
Вышло еще хуже, чем он предполагал. Знал бы он заранее, что так получится,
- в жизни бы не согласился на такую авантюру.
Вдова Фоше сама принесла кастрюльку с бульоном. Затем села на край
кровати, приподняла ему голову и, сюсюкая, принялась кормить его с ложки.
Он чуть не провалился от стыда.
Но то, что им было нужно, они все-таки получили. Когда вдова Фоше решила,
что ему уже достаточно, в кастрюльке осталось еще примерно столько же, и она
оставила бульон им. №Бедняжке он еще пригодится¤, - сказал она.
Время приближалось к трем, и с минуты на минуту должна была явиться вдова
Фоше с бульоном.
При мысли о бульоне у Паккера сдавило горло.
№В один прекрасный день, - пообещал он себе, - я разобью Тони башку¤. Если
бы не этот проныра, ничего бы и не началось.
Прошло уже полгода, и каждый божий день она приносила свой бульон,
садилась рядом и начинала без умолку трещать, а он тем временем должен был через
силу вливать в себя целую тарелку. И хуже всего то, что приходилось делать вид,
будто бульон ему нравится.
А она-то как радовалась! Боже, ну откуда в ней столько веселости и
энергии? Toujours gai*, припомнилось ему французское выражение. Как тот
ненормальный кот, которого древний писатель описал в своих глупых стишках**.
№И надо же до этого додуматься! Чеснок в говяжьем бульоне! Ну кто о таком
слышал?¤ - беспомощно сокрушался Паккер. Ведь это просто... варварство!
Особый рецепт, называется... Однако именно чеснок подействовал на споры,
именно эта питательная среда пробудила их к жизни и заставила расти.
А возможно, чеснок в бульоне пошел на пользу и ему самому, признавал
Паккер. Уже долгие годы он не чувствовал себя так славно, в походке появилась
упругость, да и уставать он стал гораздо меньше. Раньше его всегда клонило после
полудня в сон, и он ложился вздремнуть, а теперь об этом и не вспоминал. Работал
как обычно, нет, даже больше обычного и - если не принимать в расчет вдову с
бульоном - считал себя очень счастливым человеком. Да, именно так - очень
счастливым.
И если Тони не станет отрывать его от марок, ему этого счастья надолго
хватит. Тони молодой, шустрый, вот пусть и тащит на себе корпорацию
№Эффективность¤. В конце концов, он сам на этом настаивал. Хотя, надо признать,
дела у него идут отлично: множество промышленных предприятий, страховых
компаний, банковских контор и прочих организаций уже сделали заказы. Пройдет
какое-то время, утверждал Тони, и ни одному деловому человеку даже в голову не
придет, что можно обойтись без услуг корпорации №Эффективность¤.
Прозвенел звонок, и Паккер пошел открывать. Наверняка вдова Фоше со своей
кастрюлькой.
Оказалось, нет.
- Мистер Клайд Паккер? - спросил человек, стоявший на лестничной площадке.
- Да, сэр, - ответил Паккер, - Проходите, пожалуйста.
- Меня зовут Джон Гриффин, - сказал гость, сев в предложенное кресло. - Я
представляю Женеву.
- Женеву? Вы имеете в виду правительство?
Гриффин предъявил свои документы.
- Хорошо. Чем могу быть полезен? - спросил Паккер несколько прохладным
тоном, поскольку большой любви к правительству не испытывал.
- Насколько я понимаю, вы являетесь старшим партнером в корпорации
№Эффективность¤, верно?
- Кажется, так оно и есть.
- Вы не уверены?!
- Не на все сто. Я, безусловно, партнер, а вот старший или еще как,
утверждать не стану. Всеми делами заправляет Тони, и я в них не вмешиваюсь.
- Вы и ваш племянник - единственные владельцы фирмы?
- Вот это абсолютно точно. Мы никого не хотим брать в долю.
- Мистер Паккер, в течение определенного времени правительственные службы
вели переговоры с мистером Кампером... Он ничего вам об этом не рассказывал?
- Ни слова. Я занят своими марками, и он старается меня не беспокоить.
- Мы заинтересованы в ваших услугах, - сказал Гриффин, - и пытались их
купить.
- Пожалуйста. Платите деньги и...
- Но вы не знаете сути проблемы. Мистер Кампер настаивает на отдельных
контрактах для каждого подразделения правительственных служб. Получается
чудовищная сумма...
- Оно того стоит, - заверил гостя Паккер. - Можете не сомневаться.
- Но это несправедливо, - твердо сказал Гриффин. - Мы готовы заключить
соглашения по каждому департаменту, хотя и это - уступка с нашей стороны,
поскольку правительство положено бы рассматривать как одного заказчика.
- Послушайте, - не выдержал Паккер. - Зачем вы со мной об этом говорите? Я
не занимаюсь делами корпорации. Этими вопросами ведает Тони. Вам придется вести
переговоры с ним. Я лично в мальчишку верю: у него голова варит. А меня
№Эффективность¤ мало интересует - только марки.
- Вот именно, - обрадовано произнес Гриффин. - Я об этом и хотел
поговорить.
- В смысле?
- Дело в том, - Гриффин перешел на доверительную интонацию, - что наше
правительство получает ежедневно вместе с почтой множество марок. Не помню
точную цифру, но это несколько тонн филателистического материала в день со всех
планет Галактики. В прошлом мы реализовывали их через несколько
филателистических компаний, но теперь администрация склоняется к тому, чтобы
предложить весь филателистический материал оптом - и весьма недорого - в
качестве условия заключения сделки.
- Отлично. Но что я буду делать с марками, если они будут поступать по
несколько тонн в день?
- Не знаю. Но ведь вы так интересуетесь марками, а это великолепная
возможность первому покопаться в превосходном материале. Думаю, что вам вряд ли
кто предложит такой богатый источник.
- И вы хотите уступить все это мне, если я уговорю Тони пойти вам на
уступки?
Гриффин расплылся в счастливой улыбке.
- Вы прекрасно меня понимаете.
Паккер хмыкнул.
- Понимаете?! Да я вас насквозь вижу!
- О, я бы не хотел чтобы у вас создалось неверное представление о
правительстве. Это деловое предложение, чисто деловое.
- Надо полагать, за эти горы бумаги, от которых я вас избавлю, вы
рассчитываете получить лишь небольшую номинальную плату?
- Чисто условную, - заверил его Гриффин.
- Хорошо. Я подумаю и сообщу вам свое решение Но сейчас, разумеется,
ничего обещать не буду.
- Конечно, мистер Паккер. Я не стану вас торопить.
Когда Гриффин ушел, Паккер задумался о его предложении, и чем больше он
думал, тем привлекательнее оно ему казалось.
Можно будет арендовать большое складское помещение, установить там
№Корзину эффективности¤ и просто сваливать туда все новые поступления -
№Корзина¤ рассортирует их сама.
У него не было уверенности, что одна корзина справится с подробной
классификацией - разве что разберет материал по планетарным группам - но если
так, он просто установит еще одну, и уж с двумя-то корзинами он сможет добиться
любой точности. А после того как они отберут для него наиболее ценные
экземпляры, он передаст весь хлам специально созданной торговой организации -
продавать по таким ценам, что все остальные дельцы от филателии просто вылетят в
трубу.
Паккер удовлетворенно потер руки, представляя, как он №разденет¤ всех этих
жуликов. Сами они такое вытворяют, что им только поделом будет.
Радужные перспективы омрачала только одна маленькая деталь. Конечно,
предложение Гриффина - это почти то же самое, что взятка, хотя чего еще ожидать
от правительства? В администрации полно взяточников, вымогателей, лоббистов,
№борцов за особые интересы¤ и прочих жуликов. Возможно, никто ничего и не
подумает, если он согласится на сделку с марками - кроме оптовых торговцев,
разумеется, но они-то уж никак не могут помешать: им останется только сесть на
задние лапы и выть на луну.
Однако имеет ли он право вмешиваться в дела Тони? Ему, конечно, несложно
будет упомянуть об этом при случае, и Тони скажет №да¤. Но вот стоит ли?
Паккер мучился, не находя ответа и даже не приближаясь к нему, пока в
дверь снова не позвонили.
На этот раз пришла вдова Фоше, но с пустыми руками. Без бульона.
- Добрый день, - сказал Паккер. - Сегодня вы несколько позже.
- Я было уже собралась, но увидела, что у вас посетитель. Он уже ушел?
- Да, не очень давно.
Она шагнула через порог, и Паккер закрыл за ней дверь.
- Мистер Паккер, - сказала вдова Фоше, когда они прошли в гостиную, - я
должна извиниться: сегодня без бульона. По правде говоря, мне немного надоело
варить его каждый день.
- В таком случае, - галантно произнес Паккер, - угощение сегодня за мной.
Он открыл ящик стола и достал новую коробочку с листьями, присланную
ПугАльНашем всего днем раньше. Почти благоговейно Паккер открыл крышку и
протянул коробочку вдове Фоше. Та невольно шагнула назад.
- Попробуйте, - предложил Паккер. - Возьмите щепотку. Только не глотайте,
а жуйте.
Вдова осторожно отщипнула пальцами кусочек высушенного листка.
- Это слишком много, - предостерег ее Паккер, - нужно совсем чуть-чуть. Да
и достать их нелегко.
Она сунула щепотку зелени в рот. Паккер, улыбаясь, следил за выражением ее
лица. Поначалу вдова выглядела так, словно он предложил ей яд, но вскоре
откинулась на спинку кресла и успокоилась - видимо, решила, что смертельная
опасность ей не угрожает.
- У меня такое впечатление, - произнесла она, - что я за всю свою жизнь
ничего похожего не пробовала.
- Наверняка не пробовали. Возможно, кроме меня самого, вы - единственный
человек на Земле, кто попробовал это лакомство, Я получаю его от своего друга,
который живет на планете у очень далекой звезды. Его зовут ПугАльНаш. Он
регулярно присылает мне бандероли с этими листьями и всегда прикладывает
небольшие записки.
Паккер поискал в ящике и нашел последнюю.
- Вот послушайте, - сказал он и прочел записку вслух:
~Дараго друг: я в огромный щастье твой последний пасылка с табак. Пжалста
еще тот самый. Ты незнать что я прарочиский и смотреть вперед тебе. Но так как
это есть и я агромный радость сделат такой задача для друг. Я заверить ты это
все к лучший. Можетбыт ты скора богатеть много.
Твой добрый друг.
Пуг Аль Наш.~
Паккер бросил записку на стол.
- И что вы об этом думаете? - спросил он. - Особенно о том, что он пророк
и видит мое будущее?
- Наверно, ничего страшного. Он же утверждает, что вы скоро разбогатеете.
- А по-моему, это очень напоминает цыганские предсказания, мне поначалу
даже как-то не по себе стало.
- Почему же?
- Потому что я не хочу знать, что со мной случится. А он как-нибудь
возьмет и напишет. Если бы человек мог видеть будущее, он бы знал, например,
когда умрет, и как, и прочие...
- Мистер Паккер, - перебила вдова, - я думаю, вам еще рано об этом
беспокоиться. Готова поклясться, вы с каждым днем выглядите все моложе и моложе.
Паккер зарделся от удовольствия.
- Вообще-то
...Поділитися у соцмережах
